№ 12 Чистилище, Турнир миниатюр "Маятник" Опции

[NatashaKasher]

Семён Грешников буквально вполз в своё авто и устроился на водительском сидении. Корпоратив по случаю Хэллоуина прошёл на ура. Сёма намеревался самостоятельно ехать домой, несмотря на вялые протесты сослуживцев. Лобовое стекло быстро запотело, и Семён покрутил ручку стеклоподъёмника. В салоне стало чуть свежее и прозрачнее. Он завёл двигатель и пока тот прогревался, внимательно рассмотрел себя в зеркале.

На него смотрело усталое лицо Джокера, весьма приблизительно напоминающее грим Хит Лежера, с какофонией красок на щеках. Одолженный по случаю седой парик растрепался и сидел набекрень, добавив к спорному образу злодея нотки сумасшедшего Дока из фильма «Назад в будущее». Боевая карнавальная раскраска скрывала менеджера по логистике тридцати трёх лет от роду, успевшего к сакральному возрасту обзавестись ипотекой и женой. Автомобиль, в котором, как водоросль, колебалось тело логиста, тоже был одолжен в кредит у хитрого государства. Свои у Семёна были только камни в почках, о которых он пока не подозревал. Был ли у него шанс проскочить незамеченным мимо всяческих препон – гаишник, соседи, жена – или судьба повернётся к нему жопой, как Светка из отдела кадров?

Старательно включив правый поворот, Семён вырулил налево и поехал на автопилоте домой, придумывая по дороге веские аргументы для оправдания своего позднего возвращения в безобразном виде. Вступив с собой в яростную полемику, активно жестикулируя и отчаянно руля, Семён проиграл в споре с воображаемой женой и в сердцах треснул кулаком по обтянутой кожей баранке. С громким хлопком сработала подушка безопасности, двинув Семёна по загримированному лицу и отбросив голову назад. Ослеплённый от внезапной боли он ударил по тормозам и вывернул руль вправо, к обочине. Раздался визг покрышек, скрежет металла, затем последовал глухой удар.
«Почему так солёно во рту?» последнее, что успел подумать Семён, проваливаясь в чёрную пустоту…

- Господи, а это ещё что за… – услышал Семён визгливый голос и с трудом разлепил глаза.

Он находился в большой комнате, напоминающей дощатый сарай. Напротив Семёна на стене алел транспарант, на котором кривыми белыми буквами было выведено: «ЧИСТИЛИЩЕ». Под ним висел маятник от старинных напольных часов, только очень большой, с острой стрелкой на конце медного круга. Слева и справа от маятника были две двери. Одна закопчённая, висящая на здоровенных петлях, а с противоположной стороны - узкая и изящная, покрашенная в зелёный больничный цвет.

Но не это поразило Семёна: прямо перед ним, вокруг грубо сколоченного стола сидели престранные женщины с лицами, чем-то напоминающими физию его супружницы. Тела женщин разного калибра и величины украшали нелепые одежды, словно они прибыли сюда с какого-то сумасшедшего маскарада. Семён помотал головой и зажмурился, пытаясь отогнать эту дикое видение. «Где я?» мелькнуло в мозгу, и Семён осторожно приоткрыл один глаз.

- Поздно жмуриться, Семён, когда прижмурился совсем. – Семён вздрогнул. - Осталось только определить, куда Вас дальше отправить по этапу, - сказала дама с надменным лицом, одетая в стиле унисекс.
- Ваня-Глория, хватит тут рассусоливать! – завизжала мадам в грязной тунике, с явно бутафорской пикой в руке. – Мы опять собьём всю очередь! Пять минут – и с глаз долой!
- Ира, не кипяти-и-ись, - медленно проговорило существо в пенсне, на скорбном лице которого можно было с трудом распознать женские черты. – Сейчас мы его, чик-чик и почикаем.
- Я что – умер?! – изумился Семён, лихорадочно ощупывая себя.

Всё было на месте. Только алкоголь улетучился из головы и куда-то пропали наручные часы.

- Натурально, - кивнула сухонькая старушка, на руке которой Семён с изумлением обнаружил свой хронометр. – Милок, а куда запропастился твой кошелёк?
- А у него и кошелёчек был?! – с завистью спросила поджарая девица в трико и бейсболке, на которой было вышито «Инвидия».
- Баба Ава, прекратите Ваше мародёрство, - с отвращением сказала жирная тётка, уплетающая гамбургер невероятного размера. Из одежды на ней был только зелёный килт, опоясывающий целлюлитные бёдра. – И отдайте мальчику часы, Вы, старая карга!
- Какие часы? – зашикала баба Ава, пряча руку за спину. – Давайте уже решать! Правда, Люксурия?
- Viva la sexualidad! – воскликнула полуголая девица, оторвав сонное лицо от стола и уронила голову обратно, пуская носом зелёные пузыри.
- Семён Грешников, Вам предстоит немного рассказать о себе, - невозмутимо продолжила Ваня-Глория, не обращая внимания на стоящий гвалт. – В зависимости от Ваших ответов Маятник Судьбы определит Вас в рай, или в ад, – добавила она и показала гусиным пером, которое грациозно держала в холёной руке, на висящую между дверями часовую деталь. - Verstehen Sie?
- Вы из самодеятельности? – осторожно спросил Семён, не веря своим глазам.
- Ага, - печально сказала мужеподобная женщина в пенсне. - Из художественной.
- Не морочь парню голову, Триста, - поморщилась Ваня-Глория. – А Вам, молодой человек, - обратилась она к Семёну, - пора бы уже включить мозги, хотя нужно было это сделать ещё тогда, когда Вы садились пьяным за руль…
- Некоторые в твоём возрасте, - перебила Инвидия, взглядом показывая наверх. – Достигли таких высот, что… - она не договорила и закрыла рот рукой.
- Кто Вы такие?! – вскричал Семён, перепугавшись не на шутку.
- У Вас ровно пять минут, - невозмутимым голосом продолжила Ваня-Глория и водрузила на стол обычные песочные часы. – Время пошло, - добавила она и быстрым движением перевернула их.
- Да что Вам надо-то от меня? – голос Семёна сорвался на фальцет.
- Ты прожил на редкость тоскливую жизнь, - уныло сказала Триста и раскрыла толстую книгу, взявшуюся невесть откуда.
- Был бы ты отъявленный злодей, - мечтательно произнесла Инвидия и растянула губы в недобром оскале. – Тогда бы ты прямиком отправился в ад!
- Дело в том, что Вы настолько серое существо, - снисходительно пояснила Ваня-Глория, - что по Книге Судеб сложно определить, куда Вас пристроить. – Она постучала наманикюренным ногтем по старинному фолианту.
- И таких, как ты, к сожалению, большинство! – с обидой в голосе бросила баба Ава. – Даже поживиться нечем!

Семён растерянно переводил взгляд с одной особы на другую, пытаясь уловить в их глазах хотя бы намёк на розыгрыш.

- Отпустите меня, тётеньки, - жалобно пискнул он.
- Отсюда выход только там, - полным ртом невнятно произнесла Гуля и селёдкой показала в сторону разнокалиберных дверей. – Решать тебе, мой мальчик.
- А часики-то тикают! – захихикала бабка Ава и покрутила перед носом Семёна рукой с его же часами.
- Четыре минуты, - холодно возвестила Ваня-Глория.
- Я… я… - Семён лихорадочно пытался вспомнить что-то хорошее из своей жизни, но ничего, кроме регулярного выноса мусора в голову не приходило. – Я старушку перевёл через дорогу! - наконец нашёлся он.
- Форникатова Ева Адамовна, 1937 года рождения, - тут же скороговоркой выдала Ира, водя грязным ногтем по странице книги, лежащей вверх ногами. – Потомственная проститутка, несла донос на конкурентку. Если бы не помощь Семёна, опоздала бы в надзорные органы и её противница была бы жива до сих пор.

Все посмотрели на стену. Маятник, висевший до этого в нейтральном положении, дёрнулся и отклонился влево, к копчёной двери.

- Это плохо? – испуганно спросил Семён.
- Не то чтобы очень, - прочавкала Гуля и с удовольствием облизала пальцы. – Но это ад.

Все повернулись к Семёну. Во взглядах женщин не было ни капли сочувствия.

- Три минуты, - безучастно сказала Ваня-Глория.
- Я выручил друга, одолжив ему крупную сумму, - быстро сказал Семён и вперился в маятник.

Маятник качнуло влево в нехорошую для Семёна сторону.

- И потом востребовал деньги через суд с процентами, - подытожила баба Ава, выудив из книги необходимую информацию. – Это разорило его бизнес, и вскоре твой друг повесился.
- Я не знал, - прошептал Семён и закрыл лицо руками.
- Две минуты, - Ваня-Глория кивнула на песочные часы.
- Я подобрал умирающую собаку и выходил её! – Семёна стал колотить мелкий озноб. – А потом подарил девочке из соседнего двора!
- Вот только не надо нам тут про одноногую собачку! – фыркнула Триста.

Маятник опять качнулся в сторону адовой двери. Она скрипнула и приоткрылась. Из неё дохнуло жаром. Запахло серой.

- Да что с ним не так?! – в сердцах воскликнул Семён и на его глаза навернулись слёзы.
- С маятником всё в порядке, - сказала Ира, оторвав взгляд от Книги Судеб. – А вот твоя подаренная собачка через полгода загрызла девочку насмерть.

Все выжидательно посмотрели на Семёна. Он почувствовал себя лягушкой, которую когда-то препарировал на первом курсе мединститута.

- Я забрал документы из меда, куда меня пропихнули родители по блату, - всхлипнул Семён. – С первого курса. Потому что боюсь вида крови.

Он уже ни на что не надеялся. «Будь что будет!» подумал Семён и расплакался. Маятник дёрнулся и сильно отклонился вправо, остановившись точно посередине между мирами.

- Сколько же ты спас человеческих жизней, только потому, что не стал хирургом! – Инвидия зло присвистнула. – Это был сильный ход!
- Осталось меньше минуты, - сухо сказала Ваня-Глория и посмотрела на Семёна. – Если картина не прояснится, то решение приму я. - Она захлопнула Книгу Судеб, подняв облачко пыли, - только не жди от меня ничего хорошего.
- Я люблю свою жену! – вдруг выпалил Семён, испуганно посмотрев через стекло песочных часов на ускользающие мгновенья. – Да, я люблю свою жену, - твёрдо добавил он.
- Эка невидаль! – пожала плечами Гуля и сочно рыгнула. – Это не поступок. Нашёл чем удивить, – добавила она и впилась зубами в двойной фишбургер.
- Не скажи! В наше время любовь — это большая редкость, - процедила Инвидия сквозь зубы.
- Если бы любил – то не сидел бы здесь! – категорично бросила Ира. – Что он ей оставил? Разбитую машину и долги?! Правда, Люксурия?
- Las palabras de amor! – кивнула полуголая девица, мгновенно пробудившись.
- Смотрите! – воскликнула Ваня-Глория и царственным жестом указала на Маятник Судьбы.

Семён замер, втянув голову в плечи. С последними кристалликами, упавшими на дно песочных часов, маятник дёрнулся и отклонился в…

[Джек Скеллингтон]

Я не собирался ничего писать "после драки", так простил всех (включая Аптекаря), но настойчивое желание одной одиозной личности обвинить меня в плагиате или, в лучшем случае, в фанфике на рассказ, который я в глаза не видел, вынудили меня вновь взяться за перо.

Хочу поблагодарить всех читателей за то, что прочитали и откликнулись!
К сожалению, никто, кроме загадочного пользователя с ником Милена (напишите адрес и я Вам вышлю охапку цветов в подарок), не раскусил рассказ и понял его совершенно неправильно.
Безусловно, это вина автора, который, стараясь пустить читателей по ложному пути, явно перемудрил.
Вследствие этого почти никто из читателей не стал обращать внимание на маркеры, специально оставленные в рассказе для правильного понимания истории.

Во-первых, никто не умер
Лучше всего об этом написала Милена:

Возможно, лица представительниц семи грехов "чем-то напоминали лицо супружницы", поскольку суд в "Чистилище" происходит в не до конца разбитой голове самого Семёна Грешникова, человека по натуре совестливого и порядочного? Он судит сам себя и при этом видит, как его судит "супружница"?

Собственно, сама авария произошла вследствие "яростной полемики" героя-"грешника" с женой, которую он действительно очень любит, поэтому очень надеемся, что несмотря на предварительный счёт судейских мнений "2-2", маятник всё же качнулся в сторону "узкой и изящной" двери в.... реанимацию?

Герой рассказа, мысленно споря с женой, попал в аварию, а, затем, в реанимацию, где продолжил с ней спор, находясь в состоянии болезненного, горячечного бреда. О больнице напоминает эта фраза:

а с противоположной стороны - узкая и изящная, покрашенная в зелёный больничный цвет

Поэтому борьба, описанная в рассказе, это не выбор между адом и раем. Маятник судьбы качался между жизнью и смертью героя.
И герой, безусловно, выжил: любовь к жене, которая не отпускала его ни до аварии, ни после, помогла ему выкарабкаться из комы.

Поэтому некоторые замечания были не про историю, описанную в рассказе

Претензии к вторичности меня позабавили: если кто-то уже использовал фразу "благими намерениями вымощена дорога в ад" - значит, эта тема закрыта для всех остальных авторов навсегда?

А обвинения меня в плагиате человеком, не разобравшимся, о чём написан рассказ - позабавили вдвойне.

Ещё раз, всем спасибо за внимание!