Отрывки, нужна критика Опции

[Гость_Bazil.BF_*]

Решил не выкладывать полностью каждую главу. Вместо этого прошу помощи по отдельным главкам и отрывкам.
ниже первый к обсуждению и критике. Прошу помочь.

----------------------------------------------------------------------------------------------

- Вставай, лежебока! Давно рассвело, - прогремел Ольв. - Пора выходить. Твои дружки приходили. Еще наверно зайдут, встречать будешь?

Лис нехотя открыл глаза. Уютная теплая кровать осталась во снах. Оборотень проснулся на жесткой земле, укутанный в сырой плащ. Бок болит от закатившейся шишки. От утреннего холода нос весь мокрый.

Над ним стоит охотник. Брови нахмурены, в руке сломанная окровавленная стрела. Кожаная куртка застегнута. Глаза всматриваются в утренний туман.

- Пока только один подходил под утро. Его подстрелил. Недалеко ушел - кровью истек. Не хочешь встречать - надо поторапливаться. По следам тут целая волчья стая бродит. Остальные пока держатся подальше.

Лис приподнялся. Чужой запах усилился. Только рассвело, солнце еще не встало. Стволы сосен черными тенями теряются в тумане. Молочная пелена полностью заполняет лес. В воздухе царит тишина - ни веточка шелохнется, ни ветер зашумит. Наверху сквозь сосновую шапку проглядывает голубое небо. Мелкие красные искорки еще теплятся в остывающем кострище. Ольв ножом снял наконечник и выбросил обломок.

- Вставай, пора идти. От них в любом случае не оторвемся, но в тумане шансов нет. Продержимся чуток - может и отобьем интерес. Кинжал вытащи, держи наготове. Сегодня точно веселимся.

Охотник закинул котомку на спину. Рука сняла мешок с колчана. Посохи остались стоять у ствола. Туман проглотил осиротевший ночлег. Утреннюю дремоту разогнало в миг.

- Пошли.

Впереди идет Ольв. На тетиву вложена стрела. Охотник прислушивается. Напряженный взгляд всматривается в молочную белизну по сторонам. Ведет строго прямо, прежний путь не держит. Следом Лис. На загривке вздыбилась шерсть. Уши шевелятся - вылавливают малейшие шорохи. Прищуренные изумрудные глаза буравят непроглядную пелену. Часто оборачивается. В когтистой руке слабо поблескивает холодная сталь кинжала.

Путники в полной тишине мягко ступают по опавшим иголкам. Охотник дважды вскидывал лук в призрачного противника и дважды откладывал выстрел.

Уже ближе раздался вой. Еще пара голосов его подхватили. Туман светлеет. Рассвет уже близко. Стрелок снова вскинул лук - с ветки вспорхнула птица. Лис шумно втягивает воздух. Резкий запах как будто все ближе.

Над головой озолотился край одинокого облачка. Солнце встает. Туман редеет - все чернее стволы деревьев. Позади мелькают тени. Ольв остановился и выстрелил. Тень заскулила.

- Теперь бежим! - скомандовал Охотник, и снова запела тетива. Второй волк кубарем покатился.

Товарищи сорвались с места - летят вперед. Несколько силуэтов разошлись в стороны и пропали. Трое все еще бегут позади и держатся на расстоянии. Где-то сбоку снова раздался вой.

- Окружают, серые твари, - на бегу выстрелил на удачу в сторону - промахнулся.

Лис и охотник несутся, не разбирая дороги. Перестукиваются стрелы в колчане на каждом шагу. Ноги пружинят под тяжелой поклажей. Туман начал подниматься. Озолотились макушки сосновых шапок. Волки позади уже хорошо просматриваются. Впалые бока, злобный оскал, немигающий взгляд. Серые начали сокращать отставание.

- Стой! - чуть не завалившись вперед, скомандовал Ольв.

Впереди их ждали зубастые пасти. Беглецы окружены. Плотно сжалось серое кольцо. Лук слегка подрастянут. Верхняя губа приподнята, белые брови нахмурены. Из кольца выпрыгнул волк. С криком ответил выпадом Ольв, растягивая лук в наглеца. Зверь вернулся к своим.

Спиной к спине с охотником стоит Лис. Уши прижаты, загривок вздыблен, обнажены белые тонкие клыки. Пасть приоткрыта, раздаются рычащие щелчки. В руке крепко сжат кинжал. Все тело сжалось словно пружина.

Со стороны на охотника прыгнула серая тень. Ольв в миг развернулся и выпустил стрелу. К ногам повалилось мохнатое тело. Тот час еще один прыгнул на Лиса. Пасть только укусила воздух, грудь завалилась на подставленный кинжал. Серый хищник зашелся предсмертным кровавым кашлем.

Снова и снова звенит тетива. Лис уворачивается от хищных клыков. Одного пропустил над собой - кинжал распорол брюхо. Через другого перепрыгнул - кровавая сталь причесала спину. Еще один волк уцепился за пустой плащ и повалил на землю. Кинжал со звоном отлетел в сторону. Зубастая пасть приготовилась разодрать шею. Рука на земле нащупала ветку. Сосновый сук распоркой встал в раскрытый рот. Лапы уперлись в серый мохнатый живот. Оборотень с трудом перекинул волчару через себя. Лесной разбойник, скуля и поджав хвост, с открытым ртом унесся в чащу.

Лис перекатился к кинжалу. Холодная сталь снова блеснула в руке. Позади раздался вскрик.

- Да чтоб вас, - прогремел охотник

Волчище уцепился за сапог и рвет из стороны в сторону. Другой грызет рукав кожаной куртки. Серый хочет добраться до шеи. Лук беспомощно валяется рядом. Прямо перед Лисом появился матерый хищник. Почти черный зверь припал на передние лапы и с рычанием приготовился к прыжку. Оборотень опередил лесного хищника. Изогнувшись дугой в прыжке, Лис оседлал серую спину. Кинжал распорол горло от уха до уха. На землю двумя ручьями полилась черная кровь. Тело хищника в миг обмякло. Вместе с Лисом повалился на бок.

Со стороны охотника раздался визг. Острое жало раз за разом протыкает шерстистый бок. Хватка клыкастой пасти ослабла - Ольв скинул с себя тяжелую тушу. Мощно лягнул второго хищника - тот вместе с сапогом улетел в сторону.

Остатки стаи скрылись в чаще. Стрелок лежит неподвижно. Грудь тяжело вздымается, рот жадно глотает воздух. Лис припал на одно колено. Обе руки уперлись в землю. Хвост обессиленно распластался по земле. Оба измазаны волчьей кровью. На поляне остались лежать серые трупы. Один еще бьется в агонии. Ольв зашевелился. Рука отыскала лук.

- Пойдут искать добычу полегче, - с трудом сел охотник. Усталый взгляд окинул место схватки. - Ты пробовал волчатину? Нет? А придется, с боевым крещением тебя. Отведаешь братца, авось, меньше неприятностей на пути будет. Устал, так уж и быть, устроим дневку. Далеко все равно не уйдем.

Туман прозрачными облаками поднялся к вершинам деревьев. Золотой свет разливается по лесу. Ольв, кряхтя, встал. Отыскался разодранный сапог. С уст сорвалась пара проклятий.

- Вот ладно, Лис. Я вытрусь, а как с твоей шерстью быть? Коркой встанет - не отдерешь. Выть будешь, не хуже серых гадов. Где вода, пока не знаю. Что делать будешь? Давай все-таки обрею? Вон те лежат и не жалуются.

Оборотень внимательно посмотрел на окровавленные руки. Зеленый взгляд злорадно кольнул охотника. Длинный язык слизывает с черной шерсти густеющую кровь. Ольв брезгливо поморщился.

- Фу, таким быть, - с презрением отвернулся стрелок. - Там за холмиком кажется ручеёк журчит. Не зверей тут мне, пойди обмойся.

Охотник захромал собирать рассыпавшуюся котомку. Сердитый взгляд поглядывает на туши.

- Эка шкуру попортил, - со вздохом проговорил Ольв. - Никуда не годиться. Эх, старею…

Возле ручейка разгорается костер. Бурлит вода в котелке. Тяжелая кожаная куртка расстелена на земле. Карий взгляд рассматривает предплечье. Наливаются черным и распухли следы хищных зубов. Босая нога пожевана не хуже.

- А ведь прокусил почти, вот тварь. Повезло мне, что по привычке с дружины таскаю кожаный доспех. Если не он, так точно бы разодрали на мясо. Пусть жарко в нем, да тяжел, но теперь точно в лесу носить всегда буду.

Рядом подсыхает серая шкура. Пока варится волчатина, Охотник принялся за сапог. Разошелся сильно, но кожа не порвана, может починит. У ручья фыркает Лис от холода, красная вода журчит и скрывается в чаще. Зеленые глаза прищурены. Разлетаются холодные брызги. На ветке висит застиранная рубаха. На ней еще виднеются бурые пятна. По соседству растянулся плащ. Через дыры проглядывает яркое небо. Солнце освещает рыжую чащу. Снова поют птицы. Где-то долбит ствол упертый дятел.

Ольв отвлекся от обувки.

- Лирник прав был. Толк от тебя будет, но многому придется научиться. То были волки, а человек во сто крат опаснее. Как со зверем уже не обойдешься.

[Гость_Bazil.BF_*]

Ярко горит огонь в открытом очаге, весело потрескивают дрова, рыжие блики пляшут на стенах и массивных балках низкого потолка. Вкусно шипит на вертеле жаренное мясо. В зале многолюдно, дверь на темную улицу открыта, слышится редкое ржание из конюшни, пристроенной к дому.

В таверне собрался разный люд, на земляном полу от линии сбивают кости дети. Гогочут мелкие, когда старшие отвешивают друг другу щелбаны, сильно обижаются, когда получают затрещины сами. Вокруг веселого покачивающегося на табурете старичка с длинным шрамом на лице собрались юноши, внимают с открытым ртом рассказам о далеких землях и забытых сражениях. Купцы, заехавшие на ночь, молча сидят и делают пометки в записях или обсуждают дела, перемывают тихонько кости страже и казначею, поглядывая в уголок. Совсем не похоже на городской кабак, что остался в Стольном Граде.

В уголке стоят двое и ведут оживленный разговор. Один еще крепкий старик, много повидавший на своем веку и немного раздобревший в спокойной старости, одет в простую, да крепкую, одежку. Нахмурились седые брови над ясными глазами.

Другой, надутый словно пузырь, затянут в белый шерстяной подшитый серебром кафтан, смотрит мелкими туманными глазками, да поддакивает писклявым голоском, но гнет свое:

- Да, да, уже поднимали, уже поднимали и брали. Ну вот, так, надо еще. На благо и во имя порядка и справедливости.
- Как же так, а откуда мне деньгу брать, какая справедливость? Дорога тут непроходная, если бы не деревенские так вообще бы по миру пошел. Мне и своих-то кормить надо.
- Да, вот так, но надо. Уж придумайте чего-нибудь, головушка у вас светлая, много знает. Ну вот надо, вот крепость Торденборг рядом стоит вас защищает. Надо ее содержать. Много забот у Магистра, на все средства нужны.
- От кого защищают? От Владыки, да вот которую ночь черные паруса у Сильфурвика виднеются. И где эта стража и где это войско, что пришло на смену дружине? Все вояки куда-то делись.
- Ну, что поделать, корабли все сейчас Магистр собрал для важных государственных задач, да и на них тоже нужны деньги. А какое дело до вояк? Защищать можно не только тут, в Восточном Пределе они стоят во имя справедливости
- Да ну тебя - махнул старик рукой и облокотился на стену. Прикрыл глаза и тяжелые думы думает. Пузырь сцепил руки на животе и глаз не сводит с хозяина таверны.

Дети присвистывают, один мальчик разошелся, сбивает одну костяшку за другой.

- Ходят слухи Орн нашелся… Так ли это? - очнулся старик.
- Слухи, есть слухи... он нет, а меч его нашли. Предатель оказался Орн, не ожидал от него. Нарушил запрет Магистра на чародейства.
- Да? Как это?
- Меч нашли в Восточном Пределе у последней опорной заставы. Магистр нашел - с выездом был давеча. Удивительно как нашел, как будто вел его кто к мечу. Никто из наших туда не совался. Вездесущий и всезнающий Магистр. Он к нему, а тот светиться ярко начал, что аж слепит. Чародейство, не иначе. Видать к Темному Властелину подался Орн, дальше за заставой нет наших
- Светиться начал, да от Магистра? - с улыбкой прикрыл глаза старик, - и что с мечом теперь будет?
- Пока его в Торденборг перевезли, там дожидаться Магистра будет. Вернется решит, что делать. А вы подумайте, подумайте, голова у вас мудрая, уже седая. Нам и снабжение нужно и защита. Времена нынче тяжелые, даже самые верные предателями оказываются. Вот…

- Эй, так нечестно, нечестно, нечестно! - прервал голосок маленькой девочки, - ты за линию заступил, вон как вытягиваешься, когда кидаешь!
- Кто, я? Да на себя посмотри! Кидать научись, потом бочку кати! - ответил меткий мальчик постарше. - Дуреха!
- Я дуреха? на получи! - забрала костяшки из рук и выкинула подальше
- Выкинула? Ну молодец, а теперь иди ищи! Отцу пожалуюсь, а может деду!
- Да, ну и жалуйся!
- Деда! Ауда кости выбросила, играть теперь нечем!
- Ауда, не безобразничай. Выкинула, теперь иди ищи. Эх, потом с тобой я поговорю! - отвлекся старик от раздутого пузыря.
- А он жульничает, нечестно это! Скажи ему, чтоб не жульничал!
- Не жульничаю! Кидать научись или проигрывать хотя бы!
- Гард, уймись! Ауда, потом поговорим. Пойди и найди!
- Нечестно, - всхлипнула Ауда и, надувшись, поплелась искать отлетевшие куда-то костяшки.