Новогодние страсти, Сказка для всех Опции

[Ну типа Я]

Давайте писать коллективную сказку. Естессно фантастическую, космическую, весёлую и по традиции добрую)



Петрович вздохнул и отодвинул чашку с чаем. Чай был хороший, но накануне Нового Года хотелось чего-то особенного. В голове крутились смутные образы разнообразных и экзотических блюд, какие-то зубастые рыбьи головы обмазанные горчицей, запечённые в тесте мышиные хвосты, огромные окровавленные куски мяса, не иначе как с ноги мамонта-переростка, крокодильи лапки в майонезе и прочие праздничные лакомства.
- Ну, заяц, погоди! – выкрикнул из телевизора мультяшный волк.
Петрович ещё раз вздохнул, убрал звук и стал смотреть в окно.
30 декабря, вечер. В свете фонаря плавно опускались огромные снежинки, к оттепели, наверное. Завтра Петрович пойдёт по магазинам, купит чего-нибудь такого, чего обычно не покупал, и будет весь вечер смотреть телевизор. Родственники далеко, к друзьям в гости не напросишься – всё-таки Новый год семейный праздник и друзьям будет не до него.
Может купить кролика, подумал Петрович, вспомнив восклицание волка в мультфильме. Зажарить и всю новогоднюю ночь есть. Как-никак килограммов пять питательного сала и норковая шапка, только ещё не сшитая... Петрович представил себе, как сдирает шкуру с жаренного кролика, выглядело это как-то неаппетитно. Можно купить лысого кролика, запоздало подумал Петрович, но идея с кроликом уже не вдохновляла.
Под потолком мелькнула молния и прилично грохнул гром, раскатисто прокатился по комнате, просочился на лестничную клетку и забухал эхом, слегка дребезжа расшатанными перилами лестницы.
Петрович вздрогнул и чертыхнулся. Давненько инопланетяне не заглядывали, кого на сей раз принесло?
На сей раз принесло Снегурочку и тому же весьма солидную, пудов на семь, не меньше. Несколько мгновений Снегурочка раскорячившись висела в воздухе, а потом грохнулась на пол, породив вторую громовую волну.
Петрович посмотрел на Снегурочку, запутавшуюся в шубке и косах и лежащую на полу слабо шевелящимся бесформенным кулём, и снова вздохнул – семь пудов конечно многовато и носить на руках он её не будет, но помочь подняться всё же надо, дама как-никак, да и Деду Морозу может не понравиться.
- Мадам, - галантно произнес Петрович, протягивая гостье руку.
Снегурочка хрипловато выругалась в полголоса и ухватилась за протянутую руку. Петрович чуть не взвизгнул от неожиданности, когда его кисть обвило холодное и влажное щупальце.
- Не узнал, Петрович? – спросила Снегурочка, поднимаясь на ноги.
Парик на её голове сбился и из под него выглядывала форменная фуражка, шубка сползла и висела мешком, а из рукавов высовывались рыжие щупальца.
- Тьфу ты, чёрт! – выругался Петрович.
Он, наконец, узнал рыжего осьминога - межзвёздного посла и ненасытного пожирателя баранок Петровича. Появление посла не сулило ничего хорошего, но в душе Петрович был рад, что это ненастоящая Снегурочка и детский образ нежной и хрупкой девушки так и останется нежным и хрупким.
- Чего это тебя принесло? – спросил Петрович. – Да ещё под Новый год, решил из Земли устроить праздничный фейерверк?
- Не, Петрович, - осьминог, путаясь в одежде, стаскивал с себя маскировку, - распыление Земли отложено на неопределённый срок, есть дела поважнее. Дед Мороз пропал. И Снегурочка тоже.
- А ты? – ехидно спросил Петрович.
- А что я? Ты имеешь в виду этот маскарад? Это последствия неудачного эксперимента. Наши ученые пытались синтезировать искусственную Снегурочку, но что-то пошло не так. Шуба и всё такое… - осьминог уже скинул шубку и с кряхтением пытался стянуть с себя прочие детали одежды явно не подходившие ему по размеру и не предназначенные для публичной демонстрации, - так вот они удались на славу, а вместо Снегурочки во всё это запихнули меня… Вернусь, всех уволю!
Петрович мысленно пожелал, чтобы в следующий раз осьминога запихнули в шкуру Бабы Яги, и спросил:
- А я-то тут причём?
- Как причем? Деда Мороза со Снегурочкой искать надо! Ты пойми, Петрович, они ведь одни на всю вселенную, не будет их, не будет и Нового Года! И, кстати, на Земле тоже.
Петрович задумался.

[Ну типа Я]

Дорога вдруг затряслась, вспучилась горой, и вытряхнула путешественников прямо в услужливо распахнувшиеся двери замка…

Петрович с послом эффектно проникли внутрь строения. Оглашая пространство руганью - каждый на своем родном языке, - они прокатились через вестибюль. Петрович дробно стучал по полу то коленками, то головой, осьминог звучно шлёпал щупальцами. За следующей дверью мрамор сменился пушистым ковром, ругани стало поменьше, но затихла она лишь, когда гости застыли в неподвижности. Петрович со стонами и хрустом вкручивал шею и конечности в привычное положение, осьминог подтягивал щупальца, чтобы хотя бы немного отличаться от кучи грязного перекрученного белья.
- Вы кто такие? – прозвучавший в наступившей тишине голос был грозный, но приятный.
- Да мы, вот… - промямлил Петрович, у которого после стремительного вторжения кружилась голова, и он никак не мог разглядеть говорившего.
- Что вот? – голос стал ещё грознее.
Петрович, наконец, справился с головокружением. В большом зале, устланным пестрым ковром, не было ничего кроме огромного стеклянного стола. Вокруг стола стояли горшки с причудливыми цветами и громоздилось множество системных блоков, а на самом столе стояло штук сто мониторов и ноутбуков вперемежку с планшетниками и мобильниками. На экранах это обилия вычислительной техники бегали, прыгали, палили из неведомого оружия, ездили, плавали и летали на причудливой технике бесчисленные герои компьютерных игр. Рядом с столом стоял стул, на котором сидела колдунья в окружении стада компьютерных мышей и джойстиков. Поглядывая на непрошенных гостей, колдунья ловко дёргала то мышь, то джойстик, и, послушные её приказам, компьютерные герои бесстрашно бросались в самую гущу опасностей.
- Я жду ответа, - напомнила колдунья.
«А она ничего…», подумал Петрович, поднимаясь на ноги, «очень даже ничего… даже очень чего!»
- Уважаемая… - начал Петрович и замялся, за всеми этими кувырканиями, он забыл, как зовут колдунью.
- Фелида! – подсказал ушлый в дипломатических делах осьминог.
- … да, Фелида! Мы тут мимо проходили и вот решили зайти.
Петрович шагнул вперёд. Рядом пристроился осьминог, его ещё покачивало и щупальца расползались в стороны, как толстые змеи.
- И только-то? – насмешливо спросила Фелида. – Вы оторвали меня от игры, забрызгали пол слизью…
- Это он! – поспешно вставил Петрович, указывая на осьминога.
- … твоих соплей там тоже хватает… Истоптали ковёр, сотрясаете воздух своими разговорами… я заколдовывала за куда меньшие прегрешения.
Петрович собирался напроситься на ужин – прогулки натощак утомляли, - но слова Фелиды направили его мысли в новое русло.
- А зачем колдунье ружьё?
- Сейчас узнаешь!
В нос Петровича, словно ниоткуда, уставилось стальное дуло. Петрович сразу понял, что это самое что ни на есть колдовское оружие: калибр вполне подходящий, чтобы свалить слона одним выстрелом, а роль курка выполнял миниатюрный динозавр – когда его дёргали на хвост, он чиркал крохотной спичкой и поджигал, похожий на нитку, бикфордов шнур, второй конец шнура прятался в пороховой камере ствола. Динозавр сердито поглядывал на Петровича и нетерпеливо играл спичками.
Палец Фелиды коснулся хвоста динозавра, он замер и занёс спичку над коробком…
«Была не была…», мелькнуло в голове Петровича и он кинулся на Фелиду, но атака захлебнулась в самом начале - он споткнулся о раскинутые щупальца осьминога. Осьминог взвизгнул, ружьё грохнуло, где-то сзади смачно врезалась в стену пуля, а чуть не упавший Петрович замахал руками, пока не уцепился за большом красный цветок в горшке. Стараясь сохранить равновесие, Петрович невольно сделал несколько быстрых шагов, и почти упал в объятия Фелиды.
- Это мне? – изменившемся голосом спросила Фелида, пытаясь отнять у Петровича цветок.
- Тебе, тебе… - Петрович торопливо шарил руками в поисках горшка, чтобы треснуть им колдунью по голове, но ничего кроме самой Фелиды нащупать никак не мог. Скосив глаза, Петрович увидел, что горшок слетел с корней растения, и теперь одиноко валялся на полу, красуясь расколовшимся боком.
- Ах! – воскликнула Фелида, роняя ружьё, и, в свою очередь, падая в объятия Петровича.