Алтайск-27. Истории Опции

[Гость_Bazil.BF_*]

Посмотрел последние сообщения в разделе. Чтобы не забивать рассказами на одну тему вынесу свои почеркушки в отдельный топик.

Итак начну
-----------------------------------------------------------------------------------------
В кадре

Тонкой струйкой пар вился над бумажным стаканчиком с кофе, за окном второй день валил снег. На экране перематывалась запись с регистратора трамвая. Оператор Витя, подперев голову рукой, искал момент, когда какой-то жигуль догнал резко затормозивший трамвай. Но на видео только запотевшее стекло и смутные очертания за ним.

Внезапно стекло протерла чья-то варежка, на окне появилось отражение белокурой девушки в вязанной красно-белой шапке. Виктору показалось, что оно подмигнуло ему и исчезло.

Оператор с недоумением на лице остановил запись и через чистое стекло любовался на картинку злосчастного жигуленка. Бросив взгляд поверх монитора, он увидел округлившиеся глаза коллеги за столом напротив.

- Привет! - кто-то милым голоском закричал на ухо.

Виктор от неожиданности опрокинул стаканчик со сладким кофе на клавиатуру - в открытом документе с описанием происшествия поползла абракадабра. Немного придя в себя от испуга, он успел только заметить спину красавицы в вязаной шапке и сером шерстяном пальто. Она через плечо взглянула на Витю яркго-голубыми глазами и, злобненько хихикая, скрылась за углом.

Оператора что-то тепло кольнуло в сердце.

***

Укутавшись в шарф, Витя сидел на скамейке на набережной и просматривал новую запись. Сколько не прокручивал старую - стекло оставалось запотевшим до самого столкновения и дальше. Но через друзей он все-таки достал съемку из салона.

Вот в полупустом трамвае девушка стояла в самом конце вагона и протерла стекло варежкой. Сейчас она уже в синей шапке и стеганом голубом пуховике. Длинноволосая незнакомка повернулась к объективу, с улыбкой накинула капюшон. Она посмотрела прямо в глаза Вите и исчезла. Никто в салоне не заметил или не обратил внимание на фокус.

Чья-то рука в белой варежке упала на плечо, белый шарф свесился прямо перед носом.

- За девочками значит подглядываешь? - незнакомка перегнулась через плечо, будто заглядывала в планшет. Витя с улыбкой следил за ней.
- Фи, даже не испугался в этот раз. - девушка нахмурила брови и обиженно оттопырила нижнюю губу.
- А чего пугаться? Тебя вот сижу и жду. - невозмутимо ответил парень.

Она обошла скамейку и села рядом.

- Меня, значит? - хищно прищурилась незнакомка. - Ну вот и пришла, твоя белая горячка. И много мы пили сегодня, дорогой?

Витя в ответ только дернул за выбившуюся из-под капюшона прядь светлых волос. Девушка, зажмурившись, вскрикнула и поджала губки.

- Ну допустим… и белая, и горячая. Виктор. - представился он.
- Света, - приоткрыв недоверчиво один ярко-голубой глаз, ответила она. Затем улыбка засияла на лице. - Хоть один нормальный попался. Ну веди куда-нибудь, раз ждал.
- Пошли!

Парочка встала со скамейки и, весело болтая, пошла вдоль реки.

***

Потихоньку вечерело, Витя со Светой все еще гуляли в парке у реки. На набережной в конце рабочего дня становилось людно, но, кажется никто не замечал сладкую парочку. Мороз щипал открытые щеки, маленькие снежинки после двухдневного бурана еще летели с неба.

- Так значит можешь с любой записью? Получается ты в ней живешь? - заинтересованно спросил Виктор.
- Получается да… как-то так. Сама до сих пор до конца не понимаю, - ответила спутница, наморщив лобик, - я чувствую, что меня снимают, и вижу кто смотрит. Могу к нему перенестись, если там тоже камеры есть.
- И давно тебя так угораздило?
- Да еще в детстве. Была любимая передача - хотела в телевизор попасть на нее. Мне казалось, что можно будет сойти с экрана и поговорить и поиграть со зрителями. Я прямо себе это представляла, сколько знакомых и друзей мне грезилось, - прижала руки к сердцу и прикрыла глаза. - Потом мама как-то достала приглашение, меня отсняли вместе со всеми. Ну а потом при монтаже сказала привет работничкам. Вроде после этого искали новую команду монтажеров на канале.

Виктор улыбнулся, он представил возникший переполох, когда маленькая девочка появилась из ниоткуда и исчезла с отснятой пленки.

Мимо по замерзшей реке проплывал речной ледокол-ресторан и оставлял за собой дорожку из разломанного льда. На закрытой стеклом, словно теплицей, палубе сновали официанты, мигали разноцветные огни светомузыки.

- Выходит детская мечта сбылась? Тебя снимают, и ты можешь прийти к любому и подружится! - воодушевлено высказался парень.
- Ну почти… - девушка немного прикусила губу и затеребила прядь волос.
- А что не так?
- Смотри, меня как правило пугаются, - ответила она и начала загибать пальцы. - В меня швыряли книгами, стульями, кропили святой водой, изгоняли крестом, угрожали дьяволом и муками… один выбежал в окно… повезло, что были на первом этаже. Были конечно ребята и поспокойнее, но как правило они как-то странно хихикали, ну или просили зарядить водички, раз уж зашла.

Девушка остановилась ненадолго и продолжила.

- Один раз была на Лубянке. Вроде молодой милый паренёк там, а как визжал, когда чай опрокинул на какую-то фиговину. Потом с пистолетами за мной гонялись. Я и не думала, что так сложно выбраться - повезло, что камера в какой-то кафешке снимала тогда фасад здания, и мне получилось выбежать к окну. Да и это сейчас почти все везде снимается и пишется. А раньше, сколько времени могло пройти между записью и просмотром. Да так, чтобы там, где смотрели, тоже снимали.

Света задумалась, она смотрела вдаль на уходящий за поворот теплоход. Виктор не стал перебивать ее мысли, поднял льдышку и попробовал докинуть до свежей полыньи. Не добросил - в наносах снега появился свежий след.

- Иногда даже мне кажется, что это не я, а та запись до сих пор шалит, - немного помрачнела Света. - А сама живу где-то скучной жизнью и даже не представляю, что тут вытворяю. Ну или уже не живу даже.
- Не бери в голову, - приобнял девушку Витя. - Сейчас мы вместе.
- Да? А вдруг это тоже запись? - Света оттолкнула спутника. - Вдруг сейчас кто-то остановит съемку? У меня всякий раз, когда снимает единственная камера возникает страх, что она перестанет и меня потом никто не увидит.
- И что будет? - встревоженно поинтересовался Виктор.
- Не знаю, - отстранилась от него девушка и ушла чуть вперед. - Я не хочу пробовать.

В воздухе зависла неловкая пауза. Почти стемнело - включили фонари и вечернюю подсветку. Деревья подсветились разноцветными огнями. Яркий свет отразился в зеркальных панелях маленькой сторожки.

- А что видят окружающие, когда исчезаешь? - попробовал сменить тему парень.
- Не знаю, - повернулась к нему и задумчиво ответила девушка. - А давай попробуем. Вдруг получится вернуться?

Она исчезла. Спустя мгновенье зеркальная дверь сторожки со скрипом отворилась и вышла Света. Следом высунулся усатый сторож в бежевом комбинезоне с глазами по пять копеек. Девушка с ехидной улыбкой через плечо стрельнула в него милыми голубыми глазками. Он потряс головой, перекрестился и, трижды поплевав через левое плечо, захлопнул дверь.

- Даже если я тоже на записи, то все-таки умеешь в нее возвращаться, - с улыбкой заметил Витя.
- Ну как-то так, - Светлана торжествующе кивнула и подошла к парню. - Слушай, я замерзла давай сходим куда-нибудь погреемся.

***

В небольшом переулке мирно гудел маленький экскаватор и потихоньку выгребал замершую землю, перемешанную с крупным щебнем, вокруг суетились рабочие, тараторя что-то на своих языках. Витя и Света за столиком у окна продолжали обсуждать веселые случаи из своей жизни, они как будто не замечали суету по другую сторону стекла.

Экскаватор в очередной раз зачерпнул землю ковшом, и, внезапно, на всей улице погас свет, к гудению добавилось громкое потрескивание и щелчки.

Бесперебойник под стойкой администратор начал пищать на весь зал, предупреждая о скором разряде.

- Мдя, аккумулятор у УПСа надо менять, долго не выдержит, - пробубнел администратор кофейни.

Света побелела и остекленевшим взглядом уставилась на спутника.

- Последняя камера, - одними губами прошептала белая Света, чуть не со слезами на глазах кивнула на столик с веб-камерой.

За окном ни огонька - весь переулок погрузился во мрак. Рабочие разбежались, из-под ковша экскаватора начали вырываться слепящими снопами белые искры, гудение и треск становились громче. Пара человек вернулись к канаве и аккуратно оттащили кого-то подальше.

Виктор перепугался не на шутку. Но потом сообразил - девушку ослепил фонарик телефона. Бесперебойник пикнул последний раз и отключился - огонь на веб-камере погас.

- Света! Улыбнись, я тебя снимаю, - лицо Вити освещал синеватым цветом экран мобильного телефона. - Завтра посмотрю. Пойдем отсюда.

Светлана робко улыбнулась, надежда блеснула в глазах. Он оставил официанту деньги на столе, и парочка вышла на улицу. Там уже из ямы с громким треском поднимался фонтан искр, добивающий до второго этажа, на ярко освещенных стенах плясали тени рабочих.

Виктор, словно мотылек, вился вокруг Светы и, корча рожи, изображал папарацци. Он улыбался и шутил, но все боялся случайно остановить запись. Только когда они вышли на светлую улицу, на лицо девушки вернулся румянец, она с облегчением вздохнула. Мимо с сиренами и мигалками проехала скорая и свернула навстречу вспышкам в темный переулок.

- Все, ты спасена, - остановил съемку оператор. Он опустил телефон.
- Спасибо, - тихонько ответила Светлана и поцеловала в щеку. - Если что, ты знаешь, где искать.

Волшебная девушка подмигнула ему и исчезла. От поцелуя у парня горела щека. Он проверил, что все успешно записалось на телефоне, и, накинув капюшон, с улыбкой пошел к метро.

[Гость_Bazil.BF_*]

Соседи

Владимир со складной лопатой в руках стоял на границе своего участка, солнце в небе уже катилось к горизонту. Перед ним открывался вид на узкую долину и горы на другой стороне, внизу петляла быстрая речка, на её порогах пенились белые буруны. Позади шелестел низкорослый горный лесок. Возле чуть укатанного въезда на его территорию валялся большой туристический рюкзак и запчасти от палатки, рядом лежал велосипед.

Он вдохнул полной грудью свежий воздух и вернулся к благоустройству. Земля досталась совсем дикой - по углам вместо забора только вбиты колышки, все поросло высокой травой, и таежный лес бесцеремонно вторгался в его владения. До счастливой жизни работать и работать.

- Зато свое, - с улыбкой сказал Вова и перерубил лопатой очередной сорняк, освобождая место под палатку.

Со стороны дороги послышался гул мотора, перед участком остановился старый полицейский УАЗик. Из него вышли двое. Со стороны водителя с трудом вылез усатый седой дядька в темно-синем мундире с капитанскими погонами, а с другой стороны на голову ниже златовласый парень в черном комбинезоне.

- Демьян Михайлович Островопольский, участковый уполномоченный, - представился капитан, на ходу вытаскивая бумаги из папки. - А там Гаврила, он мне помогает. Вы Владимир Петрович Шпакин, верно? Вы у нас недавно поселились?
- Да, только я Стакин, - оперся на лопату Володя. - только вчера приехал, в городе ночевал, а дальше тут буду.

Долговязый зыркнул недобро на новенького и углубился в бумаги. Гаврила терпеливо стоял у машины и ждал начальника.

- Извините, закралась ошибочка в документы, исправим, - Демьян Михайлович окинул недоверчивым взглядом участок. - И где ночевать собрались?
- Да вот, палатку поставлю, - кивнул Володя на рюкзак. - Завтра, послезавтра обещали бытовку привезти, там я до холодов буду. Могу документы показать на нее.
- Верю, просто странно, - на секунду задумался капитан. - Ну как хотите. Вы уже должны знать, но напомню… Рядом граница, о всех выходах из городка предупреждайте заранее. Поверьте, лучше разбираться с нами, чем с погранцами. В лес пойдете - скажите егерю. Что-то случится звоните мне. Кстати, а чего так далеко от города нашего?
- Какой участок был свободен за те деньги, тот и взял.
- Ну ладно, бувайте.

Усач козырнул и пошел к машине.

- А странностей или чудес за собой не замечали? - зачем-то поинтересовался напоследок через открытое окно автомобиля.
- Разве, что здесь оказался, - попробовал пошутить Володя.

Седой вначале нахмурил брови, потом сообразил и разочарованно отмахнулся. УАЗик поехал дальше по грунтовке, поднимая пыль, и скрылся за холмиком на границе участка.

- Странные какие… - пробубнел про себя Владимир и продолжил воевать с растительностью.

В общем-то он и не соврал, ведь оказался здесь совершенным чудом. Его отъезд напоминал бегство. Решение возникло как-то само и в считанные месяцы на накопленные сбережения нашел место в горах, среди которых мечтал когда-то жить. Должность, в принципе, позволяла работать удаленно откуда угодно и достаточно его обеспечивала.

Володя вонзил в землю лопату и рукавом вытер вспотевший лоб. Единственное, чего он не мог понять, а от кого бежал? В голове возникали толпы людей, шумные соседи, что среди ночи выясняют отношения, перегруженные улицы и транспорт. Но явно было, что-то еще более веское.

К вечеру Владимиру наконец удалось расчистить и выровнять участок под палатку и свой временный лагерь. Устанавливать ее уже пришлось при свете походной лампы. Перед сном он любовался через открытый клапан бездонным черным небом, на котором искрились разноцветные огоньки. Чем дольше смотрел, тем больше звезд он видел. Уже засыпая, Володя впервые смог различить Млечный Путь, что протянулся широкой дорогой через все небо.

Однако спать пришлось недолго - ближе к середине ночи его разбудил вой.

- Ну волки, да… - проговорил недовольно Владимир. - Хотел ближе к природе - получи и распишись.

Парень высунулся из палатки, в свете стареющей луны у самой опушки стоял дедок с ружьем на плече. В лесу, как будто, поблескивали десятки пар глаз. Заметив Володю, дед ушел в чащу, огоньки среди веток тоже исчезли.

- Ну может охотник собак выгуливает, что в этом необычного, - попробовал успокоить себя Вова.

Самое простое объяснение, а значит самое правильное. С детства он не всегда мог понять окружающий мир, но выручала логика, что рассказали в школе. Она сама временами тоже казался загадкой, но возможность объяснить все вокруг успокаивала Вову, в голове выстраивался уютный домик, в котором, знал где и что лежит.

До утра спалось плохо, разные мысли кружились в голове, Володя все ворочался в полудреме.

- Дядь, а Дядь, - окончательно разбудил звонкий голос с дороги. - А почтовый ящик когда поставите? Или мне на землю кидать? Вам извещение на заказное письмо!

Парень нехотя вылез из палатки. Потирая ноющие бока, он босиком пошел к грунтовке. Там его ждал белобрысый голубоглазый паренек в синей кепке с двуглавым орлом и тяжелой сумкой на плече.

- Ой, простите, - удивился юный почтальон. - Думал, дядя Вова участком решил наконец заняться.
- Ну, я тоже Вова, - ответил Владимир, потягиваясь и разминая затекшую спину. - Ну и строиться тут решил, так что почти угадал. А не маловат ли, почтальоном работать?
- Дядь, четырнадцать уже есть родители согласны, почему не подработать? Если, что я Саша… Держите извещение за письмом зайдите на почту, не забудьте паспорт.

Володя улыбнулся мальчику и внезапно его осенило - не видно ни велосипеда, ни другого транспорта, а до города далековато.

- Саш, а как ты здесь очутился? - удивленно вскинул брови новенький. - Тут же чесать и чесать!
- Эээ, - искал что сказать почтальон, - ногами… я бегаю быстро. Все я побежал, мне пора.

Саша, придерживая рукой сумку, рванул с места и быстро скрылся за холмиком. Вова проводил его взглядом и крепко задумался - велосипед запросто мог быть в сторонке, а может действительно любитель побегать по утрам - совмещает приятное с полезным. Его немного успокоило, что сразу два простых решения возникло в голове, но из уютного домика показало нос давно забытое детское любопытство.

Может его гнало с известной территории, что все было под контролем и не менялось годами? А тут что-то вело к неизведанному, но не интуиция, в нее не верил.

Когда он окинул взглядом участок и оценил, сколько еще махать и рубить лопатой до приезда бытовки, Вова окончательно вернулся в реальность.

Подойдя к палатке, он нашел телефон и отключил уже бесполезный будильник, чтобы лишний раз не горланил. По времени почта скоро должна была открыться, складная лопата после вчерашнего в конец разболталась, Владимир решил смотаться в город.

Обратно он возвращался уже после обеда, нагруженный разным садово-парковым инвентарем. К багажнику велосипеда был примотан новенький почтовый ящик. Прежде всего Вова вбил первую попавшуюся доску у дороги и прикрутил проволокой купленную жестяную коробку. Почта уже знала, где он находился, значит скоро потянутся документы с работы и письма из-за переезда.

С нормальным инструментом дело спорилось, уже совсем забылись утренние странности.

- Перчатки! - досадно воскликнул он, воткнув лопату, и скусил лопнувшую мозоль. - Про них, конечно, забыл. Эх…

Он побрел к палатке с надеждой найти пластырь в своей аптечке. Краем глаза заметил какое-то движение. В ветвях низкого деревца сидел, прикрыв глаза, филин, он почти сливался со стволом и кроной. Черные ушки подняты - прикидывались сучками.

- О, сова. И не боится. Эй, сова! - обратился шутливо Вова к птице. - Скажи угу!

Филин открыл ярко-желтые глаза, уши опустились.

- Ну угукни, тебе жалко, что ли?

Хищная птица с укоризной смотрела на Владимира.

- Эх, глупая птица, - отвернулся Вова к палатке.

Когда он уже подошел и начал расстегивать клапан, за спиной послышался шорох. Вова развернулся, но только успел заметить ярко-желтые совиные глаза и, как будто, ехидную улыбку.

- Хам! - расслышал Вова через тихий шелест крыльев, раздался звонкий шлепок.

В голубую высь улетал от него филин, на щеке разгорался огонь от пощечины. Никакие объяснения в голову не лезли. Володя с круглыми глазами молча заклеил ладонь пластырем и вернулся к работе. Странное ледяное чувство подступило к сердцу, он не верил в произошедшее.

К вечеру удалось очистить площадку под бытовку и даже немного выровнять ее. Ночь прошла спокойно - Володя спал как убитый. Утром он решил съездить в город за продуктами, а то консервы уже надоели. Сон стер из памяти необъяснимую встречу.

Когда он вернулся, его уже ждала бытовка, поставленная поперек подготовленного места, документы небрежно засунуты в почтовый ящик. Хорошо еще рабочие хоть как-то с помощью брусьев и камней выровняли сарай.

Мимо на велосипеде проехал Саша и как-то странно глянул на Вову.

- Тоже мне, бегун нашелся, - улыбнулся Володя.

Вздохнув, он взялся за инструменты и начал расчищать тропинку до входа в бытовку. Третий день войны с зарослями начал его напрягать, но хотя бы копать ничего не надо.

- Привет, сосед! - раздался звонкий девичий голос со стороны дороги. - Когда на новоселье пригласишь!

Вова с трудом разогнулся. У участка стояла низкая девушка в узорчатом кафтане. Длинные русые волосы подвязны кожаным ремешком. Слегка прищурив глаза, она внимательно следила за Володей.

- Привет, соседка, - на всякий случай посмотрел по сторонам Володя, но за участком только лес и холмы. - Да даже не знаю. До дома далеко тут еще пахать и пахать. Построю - приглашу, только скажи куда обращаться.
- Вот сразу и оправдания, - уперла руки в боки девушка и пошла на Вову, - нет чтобы пригласить отметить прибытие.

Она подходила все ближе. Ярко-карие, почти желтые, глаза заглядывали в душу Владимиру, ехидная улыбка светилась на ее лице.

- Вот такие, вы все, - Девушка демонстративно рукой прочесала волосы и отвернулась, - вначале хамите, а потом сами сдуваетесь.

В воздухе парило легкое перо. Володя, двумя пальцами схватил его, рядом как будто грянул гром.

- Сова… - тихо прошептал он, - Сова… Ведь правда сова…

В душе торжествовал ребенок. Логика, на которую он надеялся, сама подсовывала объяснение вчерашней встречи. Объяснение, которое противоречило его же принципам и рушило дом, который создала сама логика.

- Ну чего заладил, сова, сова, - передразнила его девушка, обиженно оглядываясь через плечо. - Прям как тот француз: c'mon sa va?

Когда, казалось, любопытство победило, поднялась черная туча и заслонила ребенка. Холод мурашками пробежал по телу, глаза слепо уставились на девушку. Он не мог смириться и отпустить весь тот мир, что выстраивал всю жизнь, его уютный дом. Девушка испуганно обернулась.

- Не может быть, я не верю, - одними губами шептал он. - Этого не может быть. Тебя не может существовать.

Он пытался забыть и стереть возникший парадокс из своей памяти и из жизни. Девушка вздрогнула и прижала руки к сердцу.

- Что ты делаешь?, - бледнея, прошептала она и завалилась на колени.

Дальше он не понял, что произошло - все слишком быстро пролетело перед глазами. Рядом с ним на бегу появился усач полицейский. От сильного удара в поддых перехватило дыхание, резкая боль вернула в реальный мир. Бледная как снег девушка-сова упала, словно какая-то сила ее отпустила.

Усач, тяжело дыша, оперся на коленки. Из-за его спины вышла девочка в белом платьице с карманными часами в руках.

- Успели… Староват… я… так бегать, - на выдохе проговаривал офицер
- А зачем бежали? - немного обиженно спросила девочка. - как будто со мной вы хоть куда-то опоздали. Я могу идти?
- Ну привычка, - ответил полицейский. - Да, спасибо огромное… дальше сами разберемся. Гаврила подъедет - с ним уеду.

Девочка кивнула и, открыв крышку часов, исчезла. Вова смог сделать вдох и тяжело сел на траву, обхватил голову руками. На лицо волшебницы начал потихоньку возвращаться румянец.

- Владимир Петрович, как ты, - наклонился к парню Демьян.
- Что с ней? Что это было? Что со мной?- прошептал Вова.
- С Софьей? Жить будет, сейчас очнется. С тобой сложнее. Дай отдышаться. Говорил ведь Гавриле, что ты из наших…

Полицейский присел рядом и начал обмахиваться фуражкой. Солнце неслабо припекало сверху.

- Ты у меня мартышка с гранатой, - начал, чуть передохнув, Демьян Михайлович. - Есть люди, которые верят. Есть люди, которые не верят. А есть те, что верят в то, что не верят ни во что. Вот ты из их числа. Пытаются любому событию найти причину или объяснение и ломаются, когда не получается. Начинают отрицать и, сами того не желая, рушить все кругом.
- Но как такое может быть? - встрепенулся Володя
- Ну вот так, не может, но оно есть! Поэтому у таких, шарики за ролики заходят порой, вот и ты мне чуть девчушку не угробил.
- И что мне теперь делать?
- Что тебе не знаю, - отмахнулся усач. И начал загибать пальцы. - Кто-то понимает во что вляпался и себя на ноль делит. Кто-то пытается исправить ошибку и вернуться в свой мир, уничтожив окружающий. Кто-то просто с ума сходит. Реально у тебя один выход - принять как есть и не пытаться объяснить. Можешь уехать, можешь остаться. Я не могу тебе гарантировать, что не съедешь с катушек окончательно. Но тебе повезло - будет время подумать, удалось остановить прежде, чем сотворил необратимое.

Владимир закрыл лицо руками и завалился на спину.

- Да и Софья тоже дура… - не глядя на парня продолжил Демьян. - Ладно Сашу не отыскал и не предупредил, хорошо, что сам сообразил и вызвался за тобой последить. Так ей же говорил, пока тебя не разнюхаем аккуратнее быть, так нет - специально на рожон полезла.

Девушка-сова очнулась и, бросив одновременно злобный и испуганный взгляд на Володю, совой скрылась в чаще. За холмиком надрывно заревел мотор, перед участком медленно выполз полицейский УАЗик, златовлосый Гаврила сидел на водительском сиденье и крепко вцепился в руль.

- Этот еще тоже нашелся - машину мне угробит, - со вздохом поднялся Демьян и заковылял к автомобилю.

Володя лежал и думал о прошедших трех днях, что разрушили его мир и пытался понять, как ему быть теперь. В его душе из-под обломков выкарабкался ребенок. Парень убрал руки от лица, вверху высоко над ним какая-то тень нарезала восьмерки.

- Гаврила, и где тебя учили машину водить? - спросил Демьян у бойца. - Я не помню, но вроде говорил, что у машины есть не только первая передача. Эх, ты, а еще помочь вызвался.
- Михалыч, ну не пойму я. И как вы на них ездите.

Открыв дверь пассажирского места, полицейский потянулся к рации.

- Саша, спасибо, - начал Михалыч в микрофон, - все целы. Больше не задерживаю.

Тень описала круг над участком и скрылась в облаке. На лице Володи проступила улыбка.

- Демьян Михайлович, - снова сел он. - У меня к вам два вопроса. Первый что за француз, о котором говорила совичка?
- А этот… да был тут один турист - на Белуху собирался. Тоже просил угукнуть ее. Ну она угу и сказала… ночью… Теперь соседи. Она сверху на памятнике совой сидит, а он под ней, в могиле, лежит.

Холодок пробежал по спине Володи, но все же с улыбкой задал второй вопрос:

- Демьян Михайлович, а тут вообще интересно?

- Не заскучаете, - расплылся в улыбке усач. - Уж поверьте, сколько здесь живу и работаю, не пожалел ни разу. Если что, то для своих я Михалыч, ну или дядя Дёма. Тут, уж как хотите.