3 Нетающий снег (19000), Группа 3 Опции

[Распорядитель Ту...]

Горизонт - это единственное, что радовало разнообразием в ледниковом пейзаже. Изменчивостью красок небосклон вселял надежду на то, что в судьбах людей, как в контурах облаков на стыке дня и ночи, появятся новые оттенки. Перемены к лучшему были необходимы тем, кто понуро брёл по снежным равнинам, чувствуя, что иссякает терпение переносить многолетний мороз.
Эртинния, выпускница лингвистического колледжа, с каждым часом всё сильнее мечтала заглянуть за кромку мерцающего горизонта, потому что ситуация с нескончаемым похолоданием вынуждала обратиться за помощью к космосу. Основания для столь дерзкого желания имелись: в журнальных статьях по археологии Эртинния обнаружила фото доисторических рисунков, изображающих таинственную звезду, доминирующую над человеческой жизнью.
Про власть небесного сияния упоминалось также и в поэме великого древнегреческого поэта Гомера. И не могло возникнуть сомнений в том, что некая звезда действительно контролирует земные процессы. Но задача обрести единомышленников для создания группы энтузиастов, способных приступить к поиску источника загадочных лучей, оказалась для попавших в эру ледника тяжёлой. Продрогшие люди торопились в жаркие края и не выказывали стремления обратиться за помощью к космосу.
Ветер крутил беспощадные вихри на всём видимом пространстве. Даже томик "Илиады" Гомера, который Эртинния сжимала в окоченевших руках, беспрестанно заносился слоем снежинок. Приходилось то и дело смахивать со страниц леденящие сюрпризы непогоды.
- Я догадываюсь о причине похолодания и уверена, что есть сила, способная повернуть ледниковую эру вспять. - Эртинния обращалась к прохожим, указывая на поэтические строки. - В знаменитом тексте уже в давний период упоминалась звезда, влиявшая на мир.
- Девушка, не мешайте движению переселенцев, - гудела толпа и суетливыми вереницами продолжала безостановочно спешить с севера на юг: туда, где ещё не успел похозяйничать ледник. - Не до стихов сейчас. Посторонитесь. Что вы идёте против общего движения?
Эртинния действительно шла наперерез толпам озябшего народа. А уставшие люди обтекали её и ворчали, плотнее укутываясь в многослойную одежду. Никто не желал поверить, что выпускница колледжа всерьёз приготовилась использовать никому не ведомый шанс спасения человечества.
Да по плечу ли столь грандиозные задачи недавней студентке? Тоненькая, как былинка, она еле идёт по накатанному слепящему простору: ноги на льду разъезжаются, порывы бурана норовят опрокинуть в сугроб. Где ей набраться выдержки, чтобы одолеть катаклизм? Присмотрелась бы внимательнее к тому, что вокруг. Всюду громоздится бесформенными глыбами разбитый людскими ногами и слежавшийся наст. Ландшафт напоминает мираж разрушенного дворца и создаёт ощущение безнадёги. Снег, заручившись поддержкой метелей, грозит навек остаться нетающим. Живая природа уже пала под натиском низких температур. Какой девушке сладить с подобными напастями?

- Где находится конечная точка вашего маршрута? - вдруг совсем рядом хрустнул звонкий лёд, аккомпанируя заинтересованным интонациям мужского голоса.
- Ищу климатическую обсерваторию, - Эртинния поправила меховую шапку под заиндевевшим капюшоном и повернулась к незнакомцу. - Мне бы с гигантского зеркального локатора передать световой сигнал во Вселенную.
- Не сможете: электричества нет, гидроэлектростанция обледенела.
- Костры разведу.
- Что за ребячество? - Незнакомец возмущённо встряхнул руками, и комья снега осыпались с его чемодана. - Обсерватории давно покинуты работниками. Так что разворачивайтесь назад. Довольно причуд.
Эртинния помрачнела и отвела взгляд. Слёзы отчаяния готовы были навернуться на глаза и доказать ей самой собственное бессилие. Как жаль, что поставленная цель недостижима, и единомышленников не найти. Неужто придётся в одиночестве продолжать поиски обсерватории? Утопать в сугробах, падать и снова подниматься, чтобы найти возможность сообщить небесам о бедствии? Ну что ж. Не отказываться же из-за этого от намерения установить контакт с космосом! Одна - так одна. Подумаешь - страшно... Да, честно говоря, и не очень-то страшно, а так, совсем немножко. Когда не сомневаешься в поддержке Вселенной, боязнь уходят на второй план.
А Эртинния не сомневалась, потому что знала: всё в человеческих руках. Книга великого древнего поэта как раз об этом - о том, что только действия людей влияют на судьбы цивилизаций, а не природные препятствия или уловки мифических персонажей.
- Грезите о своих причудах? - мужчина снисходительно улыбнулся.
Улыбка человека, который не верит в её мечту, показалась Эртиннии ухмылкой. Порывисто вздохнув от обиды, искательница древних истин уставилась на снежную кочку и стала перебирать в мыслях возможные варианты дальнейшей беседы с иронизирующим. То ли позвать на помощь, чтоб любопытствующий отстал; то ли огрызнуться, чтоб не отвлекал от набора группы смелых энтузиастов; то ли повторно привести веские аргументы?
Остановившись на третьем варианте, Эртинния замерла в нерешительности. Одолевало сомнение. Открывать случайному пересмешнику тайну мудрых строк казалось неосмотрительной щедростью. В другое время она так бы и поступила: положила великую книгу в сумку, застегнула молнию и перебежала на другую сторону тротуара... Но сегодня ей во что бы то ни стало нужен попутчик, пусть даже саркастически настроенный.
- Это не причуды. Вы Гомеру верите? Он не зря включил в поэму строфу о влиянии Вселенной на нашу планету Зе.., - Эртинния выпалила всю тираду залпом и внезапно осеклась, ожидая гнева той самой Вселенной.
Но ни грома, ни молнии, ни усиления метели не последовало, что можно было принять за согласие космоса на цитирование исторического литературного труда. Покусывая губы от волнения и колеблясь, надо ли выставлять свои идеи на всеобщее обозрение, или лучше тихонечко уйти вдаль, да скрыться за пологом метели, Эртинния оглянулась и увидела, что около неё никто не остановился, кроме единственного мужчины, продолжавшего попытки изменить маршрут девушки:
- Ну, так что? Помочь вам нести сумки, чтобы быстрее добраться до южных широт, фантазёрка?
Последнее слово вывело Эртиннию из себя, и она, мотнув головой и стряхнув с капюшона снег, как упрямая козочка траву с рогов, поднесла поэму к лицу незнакомца и крикнула:
- Никакая я не фантазёрка! Вот читайте! - Эртинния провела пальцем по абзацу и продекламировала:

"... звезда, что под осень с лучами огнистыми всходит
И, между звезд неисчетных горящая в сумраках ночи
(Псом Ориона ее нарицают сыны человеков),
Всех светозарнее блещет, но знаменьем грозным бывает;
Злые она огневицы наносит смертным несчастным..."

(Гомер. Илиада. Пер. с древнегр. Н. Гнедича,
Песнь двадцать вторая, строки 27-31).

Мужчина ошеломлённо потёр веки, закашлялся и перечитал приведённый отрывок несколько раз. Затем бросил чемодан в снег и, положив на него заплечный мешок, предложил Эртиннии присесть.
Теперь движению толпы мешали двое. Они устроились на пожитках поперёк протоптанных тропинок и яростно спорили, показывая на небо.
А когда небосвод стал темнеть, двум спорщикам ничего не оставалось, как познакомиться.
- Эртинния, - представилась ценительница древней поэзии.
- Феодорт, - кивнул собеседник. - Я как раз являюсь сотрудником ближайшей обсерватории. Иду оттуда в поисках земель, прогретых солнцем. Но из-за вас вынужден вернуться. Вы меня убедили.

Дальнейший путь Феодорт и Эртинния проделали вместе. Преодолев скользкие склоны оврагов и поплутав среди покрытых наледью дорог, двое искателей внеземного содействия достигли усечённого холма.
Там на фоне серебристости зимы были почти неразличимы несколько больших белых радиолокаторов. Их вогнутые зеркала гордо возвышались над владычеством льда и с затаённым любопытством тянули свои круглые макушки ввысь. Локаторы знали: в глубине космоса живут непревзойдённые объекты их снов - прекрасные звёзды, одна из которых зачем-то срочно понадобилась людям.
Огромные увеличительные линзы свысока окинули двух смельчаков, нагрянувших в пустынные владения завывающих бурь. Насторожённо скрипнув металлическими опорами, установки климатических наблюдений притихли, потрясённые оптимизмом нежданных гостей. И в торжественной тишине основной гигантский локатор одобрительно улыбнулся широким полукругом зеркального покрытия. Всё почтительно замерло перед отважными посетителями незыблемого покоя остывающего мира.
Не теряя времени даром, Феодорт и Эртинния принялись очищать оборудование от снега и продолжали рассуждать о том, как эффективнее направить световой сигнал к Сириусу. То, что мифическая звезда именовалась именно так, сомнений не вызывало. Во-первых, созвездие Большого Пса (искомый Пёс Ориона) было неотделимо от неё; во-вторых, Сириус восходил на горизонте северного полушария в сентябре, под осень, что и требовалось; в-третьих, по ослепительным огневицам, иначе говоря - лучам, звезда оказалась очень схожей с той, которую упоминал великий Гомер.
С древнейших времён Сириус занимал в умах людей достойное место, а обозначал, в переводе с греческого, нечто жгучее. Сверкающая белая звезда с переменным блеском, расположенная от Земли на расстоянии 8,6 св. года во все времена находилась в центре внимания землян. Сомневаться в её значимости не имело смысла, и Феодорт, засучив рукава, не отставал от Эртиннии, подготавливая оборудование к межгалактическому общению.
Разведя костры и изменив угол наклона вогнутых зеркал так, чтобы отражающиеся в них язычки пламени передавались точно на горизонт, Феодорт и Эртинния приступили к наблюдению за движением сигнала. Всё получилось согласно расчётам: темноту ночи пронзили беспокойные отблески десятков многометровых линз. Устремившись на восточный небосклон, они миновали земную границу между мраком и светом, пересекли орбиты нескольких планет и беспрепятственно покинули пределы солнечной системы.

Космос отреагировал незамедлительно.
Созвездие Большого Пса охватила череда шумных взаимных упрёков. Там, где излучина молочной небесной реки соткана из палящих лучей Сириуса, нрав жителей тоже отличался горячностью. Экстренное собрание проходило бурно.
- Жду правильных выводов, - грозил пальцем Главный Дежурный Сириуса, отвечавший за функционирование Координационной Станции Межгалактических Связей Области Большого Пса (сокращённо КСМСОБП), - по поводу внезапно начавшейся пульсации шарообразного объекта на третьей орбите Солнечной системы галактики Млечный Путь. Что там сейчас мигает и светит прямо на нас, на Сириус?
- Планета Земля что-то мудрит! - донеслось из зала.
- Может, она передаёт сигнал бедствия?
- Проверьте!
- Ну-ка все быстро за мной, - заглушая реплики, крикнул Главный Дежурный, - в отсек управления орбитами Вселенной! Нет ли там деформации агрегата магнитных импульсов, направляемых нами в разные части космоса?

Спустившись в машинное отделение КСМСОБП, Главный Дежурный Сириуса пришёл в ужас, заметив, что один из дюжины рычагов управления двенадцатью галактиками задран вверх недопустимо перпендикулярно.
- Как это произошло? - Главный Дежурный в сердцах застучал кулаком по перегородке отсека. - Почему рубильник коррекции Млечного Пути отжат до максимума? Вы что, запамятовали, что в случае чрезмерного энергетического посыла от нас в сторону Земли эта планета увеличит скорость и благодаря центробежной силе начнёт удаляться от Солнца? В результате она станет меньше получать солнечного тепла и погрузится в эпоху ледникового периода! Кто отсюда воздействовал на Землю излишним количеством электромагнитных излучений? Кто спровоцировал такой жуткий волновой удар Сириуса по планете Земля, что ту отшвырнуло от Солнца, и она теперь мигает нам непонятным бледно-жёлтым светом? Кто посмел прикоснуться к рубильнику? Где механик?
- Я здесь, - появился вихрастый сириусянин и виновато захлопал зелёными ресницами, как пальма листьями перед штормом.
- Почему рычаг "Зе" системы "Со" вздёрнут до отказа?
- Не знаю.
- Срочно вернуть рычаг в и.п.! - Распорядился Главный Дежурный КСМСОБП и, сердито топая каблуками, пошёл прочь.
- Куда? - опять захлопали зелёные ресницы. - В какой "И.П."? Кому вернуть рубильник?
- Не "кому-куда", а "как"! - обернулся Главный Дежурный.
- Как это "как"?
- Вот та-а-ак! - Главный Дежурный взревел от досады и, подскочив к рубильнику, отвечавшему за скорость Земли, рванул его до упора вниз. - Тьфу, теперь я переборщил! Гнев - плохой советчик. Я был зол. А ты, пушистый, подлил масла в огонь, заладив: "кому-куда", и довёл меня до белого каления... Хотя тут, на Сириусе, все такие: звезда полна энергии, и мы ей под стать эмоциональны сверх меры. Но ведь эмоции помогают учиться, то есть, сириусяне должны быть гениальны! Как же ты, механик области Сириуса, забыл элементарное? Разве ты не в курсе, что "вернуть в и.п." означает "вернуть в исходное положение"? Будешь наказан! Шагом марш на сириусянскую гауптвахту драить периферийное крыло периметрального коридора дискообразного модуля!
Механик сокрушённо закатил глаза к небу и тотчас вздрогнул от ударившего в него слабого импульса. Этот волновой всплеск пришёл от взглядов двух землян, смотревших в ту минуту с Земли на Сириус. И надо же такому случиться: взгляды жителей разных галактик встретились! От неожиданности сириусянин сжался в комок. Но, приняв необъяснимую дрожь тела за реакцию организма на только что перенесённый стресс, надул губы для успокоения нервной системы и отбыл на исправительные работы.

Два энтузиаста Земли тоже были шокированы, получив изрядную порцию межгалактического взаимодействия от взгляда зеленоресничного сириусянина. Эртинния изумлённо окинула вечерний небосвод, силясь определить, откуда пришёл будоражащий биоток. Ничего не обнаружив, она передёрнула плечами и покосилась на Феодорта. Тот был явно не в себе: напряжённо поводил бровями, морщил нос и поёживался. За последнюю секунду оба испытали дискомфорт в виде пробежавших по телу покалываний.
Однако земляне, как и сириусяне, не любят зацикливаться на малозначимых деталях. Поэтому, списав озноб на недомогание от переутомления, Эртинния и Феодорт просто подбросили щепок в костёр и внимательно вгляделись в горизонт.
На востоке всходил Сириус - слепящий, мощный, осенний.
- Ой! Сугробы оседают! - Эртинния вскочила, увидев, как полотно снегов стало покрываться мелкими лунками.
- Ого! - Феодорт ринулся на край холма. - Тепло возвращается. Слышу: шумят ручьи.
- Нашей обсерватории удалось выйти на диалог с таинственной звездой? Мы спасены!
Вскоре пошёл сильный дождь. Ливень хлестал как по заказу. Феодорт и Эртинния боялись пошевельнуться, чтобы не спугнуть стремительного таяния льдов.
Дождь стекал с рукавов курток в валенки. Котомки с вещами промокли насквозь. Чемоданы, как барабаны, громыхали под падающими каплями. Но два человека не торопились в укрытие. Они любовались возрождающейся природой.
- Странно... Так внезапно изменилась погода, будто кто-то рубильник рванул, - озадаченно прошептал Феодорт.
- А в 2010 году тоже температура воздуха резко переменилась, - провела аналогию Эртинния.
- Но в 2010 г. мгновенно прекратилась жара, а сейчас - мороз...
- Это чудо, или нет? Как думаешь, Феодорт? - Эртинния закружилась в импровизированном танце, вспоминая песенку о жарком дне, по которому скучала неимоверно долго.

В унисон зазвучавшей мелодии чирикнул припозднившийся воробышек. Он тоже ликовал по поводу обновления среды обитания, хотя и удивлялся внезапности нахлынувшего счастья. Воробей всегда был рядом с людьми, потому что ни минуты не сомневался в том, что люди обязательно что-нибудь придумают, и жизнь наладится. Так и получилось.
Однако люди бывают такими непоследовательными, что за ними глаз да глаз нужен. И воробей расчирикался не на шутку, чтобы заглушить речь Феодорта, которая ему показалась лишённой всякой логики.
- Хватит веселиться! - паниковал спохватившийся Феодорт. - Срочно уходим отсюда!
- Но кругом вода, - возразила удивлённая Эртинния. - Как мы преодолеем эти реки? Проще дождаться окончания половодья.
- Ни в коем случае! Когда почва просохнет, сюда кто-нибудь нагрянет. И неизвестно, как он воспримет наше присутствие здесь.
- Откуда такие опасения?
- Из того же отрывка, что ты мне читала. Вспомни: там сказано, что Сириус знаменьем грозным бывает. Скорее всего, не сама звезда будет грозной, а последствия контакта с нею. Итак, два дня на просушку одежды - и дёру отсюда! Развешивай то, что промокло. А я пока пойду возвращать локаторы в первоначальное состояние - настрою их на ковш Малой Медведицы.
Эртинния взялась вытряхивать воду из промокших чемоданов, украдкой поглядывая на локаторы, стройные силуэты которых ажурным узором разрезали кромку горизонта. Метеоустановки по очереди поднимали свои зеркала вверх и делали это нарочито медленно, словно нехотя. Гигантские устройства обречённо прощались с видом на Сириус и несмело приступали к переговорам с Полярной звездой.
Но разговоры шли не только там. Воробей тоже созывал присутствующих на совещание. Он расшумелся так, что чуть не охрип от чириканья.
- Что с тобой? - Эртинния принесла пичужке крошки печенья.
- Чи-чи-чито со мной? - Пернатому пришлось постараться выговаривать некоторые звуки, чтобы донести до людей свою воробьиную мысль. - Ты как младенчик-чик-чик-чирик! Заканчив-чив-чив-чивай панику. Вспомни: лучик-чик-чик-чирик осенний. Это значи-чи-чит, чи-чи-чито после осени зима примчи-чи-чи-чится. Я ж вам чирик-чирик-чирикаю: дождитесь весны.
- Феодо-о-орт! - Эртинния сложила ладони трубочкой. - Новость есть, послу-у-у-шай, что скажу-у-у!

Долго смеялись два человека над своей торопливостью. Ну, правда, смешно ж не догадаться о том, что, если Сириус всходит под осень, то через три месяца осенняя распутица неминуемо перейдёт в снег.
То есть, на обдумывание новых шагов имеется впереди ещё полгода. Успеют собраться загодя. А там - весна: самое время для осуществления новых планов. Главное - сохранять спокойствие и не пороть горячку, чтобы воробышек не надрывался.
- Как мы назовём нашу сообразительную птичку? - Феодорт подмигнул воробью.
- Поскольку он отлично разбирается в сириусянских вопросах, то пусть будет Сириунчик-чик-чириком, - предложила Эртинния.
По всей видимости, имя пришлось воробью по душе, и он, наконец, притих, интенсивно поглощая кусочки печенья. Клевал в тишине и размышлял: вот так всегда: пока не заявишь о себе в полный голос, никто и не прислушается.
Много о чём хотел Сириунчик-Чик-Чирик сказать людям. Но не стал ничего говорить, потому что тяжело произносить человеческие звуки: голосовые связки прямо-таки поскрипывают от низкого регистра.

[Sofita]

Так и не представляйте, кто ж заставляет? Я имею право на свое мнение, даже если оно не совпадает с Вашим. Не вижу причин этому потрясаться.