Алтайск-27. Истории Опции

[Гость_Bazil.BF_*]

Посмотрел последние сообщения в разделе. Чтобы не забивать рассказами на одну тему вынесу свои почеркушки в отдельный топик.

Итак начну
-----------------------------------------------------------------------------------------
В кадре

Тонкой струйкой пар вился над бумажным стаканчиком с кофе, за окном второй день валил снег. На экране перематывалась запись с регистратора трамвая. Оператор Витя, подперев голову рукой, искал момент, когда какой-то жигуль догнал резко затормозивший трамвай. Но на видео только запотевшее стекло и смутные очертания за ним.

Внезапно стекло протерла чья-то варежка, на окне появилось отражение белокурой девушки в вязанной красно-белой шапке. Виктору показалось, что оно подмигнуло ему и исчезло.

Оператор с недоумением на лице остановил запись и через чистое стекло любовался на картинку злосчастного жигуленка. Бросив взгляд поверх монитора, он увидел округлившиеся глаза коллеги за столом напротив.

- Привет! - кто-то милым голоском закричал на ухо.

Виктор от неожиданности опрокинул стаканчик со сладким кофе на клавиатуру - в открытом документе с описанием происшествия поползла абракадабра. Немного придя в себя от испуга, он успел только заметить спину красавицы в вязаной шапке и сером шерстяном пальто. Она через плечо взглянула на Витю яркго-голубыми глазами и, злобненько хихикая, скрылась за углом.

Оператора что-то тепло кольнуло в сердце.

***

Укутавшись в шарф, Витя сидел на скамейке на набережной и просматривал новую запись. Сколько не прокручивал старую - стекло оставалось запотевшим до самого столкновения и дальше. Но через друзей он все-таки достал съемку из салона.

Вот в полупустом трамвае девушка стояла в самом конце вагона и протерла стекло варежкой. Сейчас она уже в синей шапке и стеганом голубом пуховике. Длинноволосая незнакомка повернулась к объективу, с улыбкой накинула капюшон. Она посмотрела прямо в глаза Вите и исчезла. Никто в салоне не заметил или не обратил внимание на фокус.

Чья-то рука в белой варежке упала на плечо, белый шарф свесился прямо перед носом.

- За девочками значит подглядываешь? - незнакомка перегнулась через плечо, будто заглядывала в планшет. Витя с улыбкой следил за ней.
- Фи, даже не испугался в этот раз. - девушка нахмурила брови и обиженно оттопырила нижнюю губу.
- А чего пугаться? Тебя вот сижу и жду. - невозмутимо ответил парень.

Она обошла скамейку и села рядом.

- Меня, значит? - хищно прищурилась незнакомка. - Ну вот и пришла, твоя белая горячка. И много мы пили сегодня, дорогой?

Витя в ответ только дернул за выбившуюся из-под капюшона прядь светлых волос. Девушка, зажмурившись, вскрикнула и поджала губки.

- Ну допустим… и белая, и горячая. Виктор. - представился он.
- Света, - приоткрыв недоверчиво один ярко-голубой глаз, ответила она. Затем улыбка засияла на лице. - Хоть один нормальный попался. Ну веди куда-нибудь, раз ждал.
- Пошли!

Парочка встала со скамейки и, весело болтая, пошла вдоль реки.

***

Потихоньку вечерело, Витя со Светой все еще гуляли в парке у реки. На набережной в конце рабочего дня становилось людно, но, кажется никто не замечал сладкую парочку. Мороз щипал открытые щеки, маленькие снежинки после двухдневного бурана еще летели с неба.

- Так значит можешь с любой записью? Получается ты в ней живешь? - заинтересованно спросил Виктор.
- Получается да… как-то так. Сама до сих пор до конца не понимаю, - ответила спутница, наморщив лобик, - я чувствую, что меня снимают, и вижу кто смотрит. Могу к нему перенестись, если там тоже камеры есть.
- И давно тебя так угораздило?
- Да еще в детстве. Была любимая передача - хотела в телевизор попасть на нее. Мне казалось, что можно будет сойти с экрана и поговорить и поиграть со зрителями. Я прямо себе это представляла, сколько знакомых и друзей мне грезилось, - прижала руки к сердцу и прикрыла глаза. - Потом мама как-то достала приглашение, меня отсняли вместе со всеми. Ну а потом при монтаже сказала привет работничкам. Вроде после этого искали новую команду монтажеров на канале.

Виктор улыбнулся, он представил возникший переполох, когда маленькая девочка появилась из ниоткуда и исчезла с отснятой пленки.

Мимо по замерзшей реке проплывал речной ледокол-ресторан и оставлял за собой дорожку из разломанного льда. На закрытой стеклом, словно теплицей, палубе сновали официанты, мигали разноцветные огни светомузыки.

- Выходит детская мечта сбылась? Тебя снимают, и ты можешь прийти к любому и подружится! - воодушевлено высказался парень.
- Ну почти… - девушка немного прикусила губу и затеребила прядь волос.
- А что не так?
- Смотри, меня как правило пугаются, - ответила она и начала загибать пальцы. - В меня швыряли книгами, стульями, кропили святой водой, изгоняли крестом, угрожали дьяволом и муками… один выбежал в окно… повезло, что были на первом этаже. Были конечно ребята и поспокойнее, но как правило они как-то странно хихикали, ну или просили зарядить водички, раз уж зашла.

Девушка остановилась ненадолго и продолжила.

- Один раз была на Лубянке. Вроде молодой милый паренёк там, а как визжал, когда чай опрокинул на какую-то фиговину. Потом с пистолетами за мной гонялись. Я и не думала, что так сложно выбраться - повезло, что камера в какой-то кафешке снимала тогда фасад здания, и мне получилось выбежать к окну. Да и это сейчас почти все везде снимается и пишется. А раньше, сколько времени могло пройти между записью и просмотром. Да так, чтобы там, где смотрели, тоже снимали.

Света задумалась, она смотрела вдаль на уходящий за поворот теплоход. Виктор не стал перебивать ее мысли, поднял льдышку и попробовал докинуть до свежей полыньи. Не добросил - в наносах снега появился свежий след.

- Иногда даже мне кажется, что это не я, а та запись до сих пор шалит, - немного помрачнела Света. - А сама живу где-то скучной жизнью и даже не представляю, что тут вытворяю. Ну или уже не живу даже.
- Не бери в голову, - приобнял девушку Витя. - Сейчас мы вместе.
- Да? А вдруг это тоже запись? - Света оттолкнула спутника. - Вдруг сейчас кто-то остановит съемку? У меня всякий раз, когда снимает единственная камера возникает страх, что она перестанет и меня потом никто не увидит.
- И что будет? - встревоженно поинтересовался Виктор.
- Не знаю, - отстранилась от него девушка и ушла чуть вперед. - Я не хочу пробовать.

В воздухе зависла неловкая пауза. Почти стемнело - включили фонари и вечернюю подсветку. Деревья подсветились разноцветными огнями. Яркий свет отразился в зеркальных панелях маленькой сторожки.

- А что видят окружающие, когда исчезаешь? - попробовал сменить тему парень.
- Не знаю, - повернулась к нему и задумчиво ответила девушка. - А давай попробуем. Вдруг получится вернуться?

Она исчезла. Спустя мгновенье зеркальная дверь сторожки со скрипом отворилась и вышла Света. Следом высунулся усатый сторож в бежевом комбинезоне с глазами по пять копеек. Девушка с ехидной улыбкой через плечо стрельнула в него милыми голубыми глазками. Он потряс головой, перекрестился и, трижды поплевав через левое плечо, захлопнул дверь.

- Даже если я тоже на записи, то все-таки умеешь в нее возвращаться, - с улыбкой заметил Витя.
- Ну как-то так, - Светлана торжествующе кивнула и подошла к парню. - Слушай, я замерзла давай сходим куда-нибудь погреемся.

***

В небольшом переулке мирно гудел маленький экскаватор и потихоньку выгребал замершую землю, перемешанную с крупным щебнем, вокруг суетились рабочие, тараторя что-то на своих языках. Витя и Света за столиком у окна продолжали обсуждать веселые случаи из своей жизни, они как будто не замечали суету по другую сторону стекла.

Экскаватор в очередной раз зачерпнул землю ковшом, и, внезапно, на всей улице погас свет, к гудению добавилось громкое потрескивание и щелчки.

Бесперебойник под стойкой администратор начал пищать на весь зал, предупреждая о скором разряде.

- Мдя, аккумулятор у УПСа надо менять, долго не выдержит, - пробубнел администратор кофейни.

Света побелела и остекленевшим взглядом уставилась на спутника.

- Последняя камера, - одними губами прошептала белая Света, чуть не со слезами на глазах кивнула на столик с веб-камерой.

За окном ни огонька - весь переулок погрузился во мрак. Рабочие разбежались, из-под ковша экскаватора начали вырываться слепящими снопами белые искры, гудение и треск становились громче. Пара человек вернулись к канаве и аккуратно оттащили кого-то подальше.

Виктор перепугался не на шутку. Но потом сообразил - девушку ослепил фонарик телефона. Бесперебойник пикнул последний раз и отключился - огонь на веб-камере погас.

- Света! Улыбнись, я тебя снимаю, - лицо Вити освещал синеватым цветом экран мобильного телефона. - Завтра посмотрю. Пойдем отсюда.

Светлана робко улыбнулась, надежда блеснула в глазах. Он оставил официанту деньги на столе, и парочка вышла на улицу. Там уже из ямы с громким треском поднимался фонтан искр, добивающий до второго этажа, на ярко освещенных стенах плясали тени рабочих.

Виктор, словно мотылек, вился вокруг Светы и, корча рожи, изображал папарацци. Он улыбался и шутил, но все боялся случайно остановить запись. Только когда они вышли на светлую улицу, на лицо девушки вернулся румянец, она с облегчением вздохнула. Мимо с сиренами и мигалками проехала скорая и свернула навстречу вспышкам в темный переулок.

- Все, ты спасена, - остановил съемку оператор. Он опустил телефон.
- Спасибо, - тихонько ответила Светлана и поцеловала в щеку. - Если что, ты знаешь, где искать.

Волшебная девушка подмигнула ему и исчезла. От поцелуя у парня горела щека. Он проверил, что все успешно записалось на телефоне, и, накинув капюшон, с улыбкой пошел к метро.

[Б. Солврев]

Переделал старый рассказ и теперь вопрос как его получше связать с "Соседями" или не стоит (учитывая что соседи хронологически позже, но в сборнике будут раньше)... Добавить сцену с Михалычем в конце или нет? Мол они сидят уже среди гор и девочка жалуется, что она помогает но никто не ценит ее помощь.

***
Часы

Взгляд Семен Семеныча остановился на милой безделушке, что лежала на клеенке у бордюра среди всякого старья. За цепочку он поднял карманные часы и начал внимательно рассматривать. На серебряной крышке черной вязью распускались диковинные цветы, почти сколовшейся красной эмалью залиты розы, по ободку тянулась фраза латинскими буквами.

С обратной стороны едва заметна выгравированная надпись, может какое-то пожелание. Многочисленные небольшие царапины и потертости выдавали богатую историю часов.

Легкое нажатие на заводную головку и крышка откинулась. Под ней ажурный циферблат цвета слоновой кости, сквозь узор просматривались потемневшие золотистые детали. По краю поблескивали римские цифры с небольшими завитками у засечек.

Резные стрелки замерли на половине первого. Семен попробовал поднести к уху - часы стояли, заводную головку заклинило. Из любопытства он достал телефон, на экране светилась половина первого.

- Хех, и сломанные часы дважды в день покажут правильное время. Эй, дедок, - обратился Семеныч к древнему сморщенному старику, что сидел у клеенки на раскладном стульчике. - За часики сколько хотите?
- За эти? Так бери…
- Не шутишь?
- Бери, бери и проваливай - отмахнулся дедок.

Семен закрыл крышку и, присвистывая, отправился по своим делам. В крайне хорошем расположении духа он возвращался к месту работы. Часы обещали неплохую сделку. Даже если знакомый часовщик не сможет восстановить механизм, то после его замены делец мог бы неплохо их толкнуть какому-нибудь заезжему коллекционеру. А если и восстановит, то и поездка в столицу окупится. Тем более есть еще пара безделушек, что не стыдно там показать.

С довольной улыбкой он рухнул на потертый стул перед экраном компьютера. Часы в углу монитора показывали первую четверть первого.

- Опять с обеда опоздал на пятнадцать минут - заворчал из угла седой начальник.
- Григорий Степаныч, не знаю, как у вас… Работа 15 минут потерпит, зато какую штукенцию нашел. Точно лучше, чем просиживать штаны, как будто дел прибавится в нашей дыре. А тут легкие деньги.
- Все не о том думаешь. Молод еще.

Откинувшись на скрипучую спинку старого стула, Семен снова все рассматривал часы, не мог налюбоваться на тонкую работу. Еще раз открыл крышку - минутная стрелка замерла между цифрами три и четыре, часовая показывает на первый час.

- Интересно… может, и не все так плохо, - с улыбкой произнес он

Спрятав часики в карман пиджака, Семеныч погрузился в рутинные заботы. Как обычно, ровно в шесть вечера он выключил компьютер и ушел с работы под недобрым взглядом начальника.

Дома вместе с ключами он новую безделушку выложил на стол - завтра рассмотрит получше. Предвкушая восторг часовщика, Семен спокойно заснул в своей кровати.

Вопреки обыкновению, спалось дурно - клерка мучали кошмары. С криком он вскочил, скинув одеяло на пол. Комната затянута странным серым сумраком. Старые электронные часы ничего не показывали, в углу чернел ночник. На столе с открытой крышкой в полной тишине оглушительно тикали часы. В черной глубокой тени в углу комнаты как будто стоял ребенок и молча следил. Семеныч встряхнул для верности головой - может еще непроснувшийся разум додумывал картину.

Он спустил ноги на пол и попытался нащупать тапки, и все силился понять, а не продолжается ли это свежий кошмар. Сердце все еще бешено колотилось, взглядом он пробежался по комнате.

- Что за чертовщина…

Шторы неестественно замерли в воздухе. Сквозь дыры сквозило белое небо, посреди комнаты зависли осколки стекла, наружная стена несуразно выгнулась, глубокие трещины протянулись по старым обоям в цветочек. Чувствуя неладное, он взял со стола часы и вышел босиком в одних трусах на улицу. Снаружи, возле окна, стоял уазик газовой службы, пара рабочих повисли в огненной вспышке, над головой замерли птицы. Он понял - время остановилось.

Краем глаза он заметил единственную живую девочку в белом платьице, она стояла в стороне и все еще следила за ним. Семеныч захотел уж было подойти и спросить ее, но захлопнул крышку. Взрывная волна повалила его на холодную землю, сверху присыпало прошлогодней листвой. Крики, стоны, звон пронизывали воздух. Его квартира вместе со всем подъездом превратилась в руины. Девочка исчезла.

Весь следующий день Семен пытался понять, что за часы попали в руки. Они стояли на месте, но всякий раз после открытия крышки показывали верное время. Сколько их не теребил, так и не смог больше остановить его. Странная идея посетила его. Вечером он пошел не к школе, куда временно расселили всех жильцов подъезда, а к трассе, что прошивала городок насквозь. Мимо с ревом проносились машины. В руке он сжимал часы и следил за крышкой.

- А вдруг… была не была, - пробурчал он и шагнул прямо под грузовик.

С щелчком крышка откинулась, все звуки затихли, фары и огни погасли, поток машин замер, серый сумрак закутал мир. Только оглушительно тикали часы в руке. Неподвижный шофер круглыми глазами с открытым ртом смотрел на него, фура замерла буквально в метре от Семеныча.

Он ходил между машин, попробовал постучать по корпусу - звука не было, все будто окаменело. В раздумьях вернулся на обочину. Улыбка росла на его лице, взгляд устремился в бесконечность. В голове вызревал план.

Из своих мыслей его выдернула все та же девочка в белом платье, что до этого молча стояла за спиной.

- Подумай. А надо ли вам, что хотите? - холодно спросила она.
- Да, это мой шанс, - ответил Семен и с торжествующе захлопнул крышку.
- Как хотите.

Почти сразу его оглушил скрип тормозов. Грузовик, виляя прицепом, с трудом остановился. С ругательствами выскочил водитель и принялся искать случайную жертву под колесами.

***

Рядом с новеньким броневичком нелепо повис в воздухе крепкий охранник в черном бронежилете с двуглавым орлом. Он крепко сжимал туго набитую холщовую сумку в руке. Второй успел вытащить пистолет, затвор после выстрела так и не успел вернуться на свое место.

Семеныч едва удержал равновесие чтобы не повалиться на замершего инкассатора, на цепочке болтались серебряные часы с откинутой крышкой. В паре миллиметров от затылка остановилась свинцовая пуля.

План практически сработал - оставалось только забрать сумку и уйти как можно дальше, его точно не найдут. С довольной ухмылкой он дернул сумку, но та не подалась ни на йоту. Семенычу показалось, что ухватился не за тканевый мешок, а за обломок гранита. Сколько не пыхтел все никак не получалось вытащить злополучную добычу.

Откуда-то из-за спины вышла девочка в белом платье. Неудачливый грабитель оцепенел. Она молча подошла и взяла часы.

- Я боюсь ваше время истекло, - суровыми недетскими глазами она заглянула прямо в душу Семенычу и закрыла крышку.

По улице прокатилось эхо выстрела, труп с простреленной головой придавил упавшего инкассатора. Из припаркованного рядом внедорожника с мигалками высыпала вооруженная охрана

- Костя, жив? - убрав пистолет в кобуру спросил второй. - То же мне, самоубийца на голову свалился.

***

- Вот так почти со всеми, - закончила рассказ девочка. - Хочу помочь, а они не ценят свое время. Он был и не первый, и не последний.

Слышалось только мерное тиканье часов. Водная гладь озера застыла тяжелым свинцом. Юная хозяйка времени держала открытые часы и смотрела на едва заметные в серой дымке горы на другом берегу. Рядом расположился седой усач, он только слушал и задумчиво уставился на висящий в воздухе камень. Над головой раскинулось белое небо.

- Нда, не сладко, - кряхтя поднялся Михалыч и попробовал забраться на застывший камешек. - Ладно, пойдем в город. Подумаю как тебе сможем помочь.

Девочка захлопнула часы, краски вернулись в мир, парочка побрела к старому полицейскому уазику, на котором они приехали к озеру.