Долгая дорога в Камиа Като, Повесть - приключения, псевдо-викторианство Опции

[Martian Crypt]

Приключение в антураже альтернативного XIX века, вдохновленное романами Г. Р. Хаггарда и Ж. Верна с примесью семейной драмы.
География и история мира выдуманы, поэтому в описании темы псевдо-викторианство, т.е королевы Виктории, Лондона и британских колоний тут увы нет. За то есть выдуманные сущности, их не много, и все они либо понятны (надеюсь) из контекста, либо их природа объясняется по ходу сюжета.

Критика приветствуется.

[Martian Crypt]

Глава 12

Эделия не жалела рукхестов в призрачной гонке с надзорными на пути в Дервик. Она полностью осознавала чем грозит ее решение вернуться домой. Но чувство гордости, воспитанное отцом и до сих пор не утратившее своего значения, ставило соблюдение чести выше любой, даже смертельной угрозы. Каковы бы ни были отношения между ней и Глэном теперь, она считала, что не выплатила долг перед ним, и оставить его, зная что ему грозит, было ниже ее достоинства. Короткий привал сделали лишь раз, чтобы накормить и дать отдых животным. Сама Эделия довольствовалась дикими плодами вельвиры, а Хорн воспользовался своей способностью обходиться без пропитания.
Прошло полтора дня с похорон Эрви, когда на горизонте появились дворы Дервика. День только-только начинался и утреннюю тишину тревожили лишь птицы и далекий шум прибоя. По счастью дом Глэна был на окраине и дойти до него можно было не привлекая внимания. Эделия оставила Хорна с животными в пригородной роще и наказала ждать возвращения - новое столкновение старых противников не входило в ее планы, затем она привела себя в порядок, насколько это было возможно, и пошла на встречу с мужем.
Пока она шла, ей постоянно казалось, что вот сейчас из-за поворота выйдут надзорные и она не успеет сделать то, ради чего вернулась в город. Однако вокруг не было ни души и она добралась до цели незамеченной. Дом Глэна, деревянный, приземистый, со множеством пристроек и высоким сплошным забором вокруг небольшого внутреннего двора, стоял несколько обособленно от соседних владений. В ограждении, рядом с обычным входом, располагались широкие ворота для повозки. Эделию обеспокоило, что их створки были открыты. “Слишком рано для выезда. Возможно к нему уже пришли?” — подумала женщина. Она не знала что делать: повернуть назад и уехать с Хорном или сдаться властям, покорившись судьбе, и будь что будет? Недолго поколебавшись она осторожно заглянула в раскрытый проем. Увидев Глэна возившегося с повозкой у нее отлегло от сердца и она шагнула вперед. Заметив как кто-то входит, Хэлиет тут же выхватил оружие и направил его в сторону Эделии.
— Глэн, это я! — вскрикнула она.
Но Глэн не опустил оружие, он смотрел на жену как затравленный зверь. Взгляд был полон подозрительности и недоверия.
— Глэн, ты что? Это я! Ты в своем уме? — в голосе Эделии слышалась обида и непонимание.
— Зачем ты пришла? — спросил он.
— Послушай, оставь свои выходки, я здесь не ради скандала, а чтобы предупредить тебя. Но видимо я напрасно это затеяла, ты продолжаешь вести себя как подонок.
Глэн несколько расслабился, опустил оружие и примирительно улыбнулся.
— Так о чем ты хочешь предупредить? — спросил он.
Из дома вышел человек из шайки Хэлиета, он увидел Эделию и замер. Глэн крикнул ему:
— Ровар, захвати еще те два мешка из погреба, я пока с женой потолкую! Давай дружище, все в порядке!
— Глэн, надзорные скоро будут в городе, — торопливо начала Эделия, — Консектория взялась за бывших. Нас схватили на границе запретных земель, и вели сюда, чтобы переправить в Квермонт, но ночью кто-то напал на лагерь, там была бойня, Харди погиб. Мне в суматохе удалось уйти, но полагаю они так просто меня не оставят. Надзор знает кто я и придет искать сюда. Они могут и к тебе заявиться, — Эделия умолчала о Эрви и его роли в истории.
Глэн покивал головой и пожевал губы.
— Да, весьма интересно. Что ж, спасибо дорогая.
Он подошел и неуклюже поцеловал жену в щеку. Эделия испытующе смотрела на него. После того как она выполнила то, ради чего пришла, к ней вернулась наблюдательность. Только сейчас она заметила, что одежда Глэна испачкана, да и сам он выглядел потрепанным. Дверь дома отворилась и в проеме снова появился Ровар, несший мешки. Полог его плаща откинулся и Эделия заметила длинный нож, пристегнутый к поясу мужчины. Клинок показался ей знакомым. Она вспомнила. Это был Левкар - именной нож Лейдера. От осознания истины ее пошатнуло словно от приступа дурноты.
— Вы! Это были вы! Ваша шайка! — закричала Эделия, — вы убили Харди! Ублюдки, вы убили всех!
Глэн шагнул в направлении жены и сделал резкий и короткий удар по лицу. Эделия не издав ни звука упала без чувств. Тонкая струйка крови потекла у нее из носа. Мужчина состроил кислое выражение лица, вышел к воротам, выглянул на улицу, осмотрелся, потом прикрыл створки за собой. Тихо бранясь, он подошел к лежащей без сознания жене, поднял ее и положил на скамью под навесом.
— И зачем так орать? — сокрушенно сказал Хэлиет, вытирая кровь Эделии.
— Глэн, в чем дело? — удивился Ровар.
— Идиот, ты все испортил! — ответил Глэн, — Говорил я тебе, не бери этот нож! Ладно, давай быстрее, неси что осталось, потом поговорим.
Скоро Эделия пришла в себя. Поморщившись она дотронулась до переносицы, отерла ладонью кровь и нетвердо поднялась со скамейки. Заметив это, Глэн снова достал оружие и сказал:
— Думаю, дорогая, ты превратно все поняла.
— Да что ж тут понимать? На что ты рассчитывал, Глэн? Собирался завладеть нашей добычей? Боюсь мне придется тебя расстроить - у нас ничего не было. Мы даже не дошли до места, ты это должен был понять, — насмешливо сказала Эделия.
— Плевал я на добычу, — с презрением ответил Глэн, — Когда ты уехала с этим хлыщом, мне просто стало любопытно, как далеко зайдет ваши... поиски. И мы с парнями решили прокатится следом. Любой искатель в здравом уме, посмотрев на карту этого столичного модника, сразу поймет что это бесполезный кусок бумаги. Последний скруп пыли из Камиа Като продали пять лет назад. Я подумал - раз вы ушли не за товаром, то зачем? И вот мы идем, отставая, по моим расчетам, на день пути. Уже стемнело и мы собирались заночевать, как вдруг один из наших натыкается на сторожевого надзорных. Эти идиоты стали палить во что попало, подняли шум, началось веселье. В конце концов мы положили их всех. Почти всех. Двоих мы взяли, для разговора по душам. Один такой седой с усами, вроде он у них главный. Корчил из себя героя. Он нам все выложил, когда мои парни стали нарезать его ломтями.
Глэн расхаживал по двору с ухмылкой на губах, широко шагая и поигрывая парстелом. Представившийся повод вспомнить о событиях ночной перестрелки явно доставлял ему удовольствие. Он продолжал:
— Правда сначала он нес что-то про черный рынок, который завален эмадеей из наших мест. Что у него дескать приказ - найти, пресечь и обезвредить. И все в подобном духе. Но на такое дерьмо можно купить разве что совсем идиота. У нас некоторые из молодняка и эмадеи в глаза не видели. Вокруг все вычищено до последней крупинки. Кое-кто вынужден рыбу ловить, чтобы прокормить семью. Мы надавили и он сразу заметил, что перед ним не толпа идиотов, а вполне приличные люди.
В общем эти шуты из Квермонтской консектории придумали хитрый план - они вербуют бывших, и отвозят их куда-то на север добывать товар. Месторождение отыскали недавно в частных землях главы консектории, так что никто не прикопается. Все что там находят, они сбывают по приграничным городам на вроде нашего, а потом создают видимость, что ловят несуществующих торговцев и по ходу дела подыскивают новых кандидатов. Поступают просто - ищут компромат, и если его нет, то всеми способами провоцируют, кого-то вынуждают продать старые запасы эмадеи, кого-то ловят на запрещенной литературе, а некоторых тащат в запретные земли - индивидуальный подход. Потом шантаж, где на выбор - либо крупный срок, либо работа на севере.
Эделия переваривала услышанное. Было не похоже что Глэн врал.
— Ты думаешь все это правда? — спросила Эделия.
— Возможно. Придумано ловко, особенно с шантажом. Некоторым было достаточно подсунуть смазливую рожу.
— Оставь свои гнусные намеки, Глэн! Ты ведь сам собирался идти?
— С чего ты решила что я собирался? Ты влезла, когда я хотел выпроводить сосунка с его фальшивой картой. Он бы уехал, и все было бы как прежде. Но нет, ничего лучше, чем заявится и устроить идиотскую сцену, тебе не пришло в голову. И тут не надо быть гением, надо лишь иметь глаза, ты думаешь я не заметил что сопляк похож на Лауда? Так зачем же ты поехала, дорогая? - Глэн угрожающе повысил голос, — О, у меня есть ответ! Ты дешевая грязная потаскуха, госпожа Ольд-Стаммер!
Эделия с ненавистью плюнула в Глэна и он осекся.
— Закрой свой рот Глэн! Ты убийца и подонок. Из-за тебя погибли все, кто был мне дорог - Лауд, Харди, Эрви. Все что ты можешь это сеять боль и смерть, — по перекошенному от ярости лицу Эделии текли слезы.
— Так этот молокосос, тоже откинулся? — спокойно заметил Глэн.
— Не смей упоминать его! Да, я изменила тебе с ним. Знай это. Ты всегда был противен мне - жалкий бесталанный выскочка, вытащенный из грязи людьми, которым ты и в слуги не годишься. И чем же ты отплатил им, Глэн? Смертью и предательством, это все на что ты способен! Неблагодарная тварь! Ничтожество! Будь ты проклят! — Эделия задыхалась от ненависти.
С Хэлиета сошла ухмылка. Взгляд его стал тёмным. На шее вздулись вены. Он направил оружие на Эделию.
— Тварь, — прохрипел Глэн.
Эделия, словно ожидая этого - закрыла глаза. Раздался выстрел. Глэн пошатнулся и ничком упал. Открылась дверь дома и оттуда выбежал встревоженный Ровар с машерлангом в руках. Грянул еще залп и подельник Глэна повалился назад с простреленным горлом. Звуки пальбы спугнули птиц и они с галденьем взлетели в небо. В стойле нервно фыркали рукхесты. Побледневшая Эделия, не понимая что происходит, часто и сбивчиво дышала, казалось она в шаге от обморока.
В проеме ворот показался Хорн. Он прошёл через двор перешагнув труп Глэна, остановился у хозяйки и принял обычную ожидающую позу.
Эделия некоторое время сидела неподвижно, стараясь унять сильное сердцебиение, потом с трудом поднялась, дотронулась до распухшего, окровавленного носа и поморщилась.
— Ну и вид у меня, — сказала она с усмешкой увидев свое отражение в одном из окон.
Слабой походкой женщина подошла к стойлу рукхестов и умылась в поилке для животных. Потом медленно обвела взглядом двор и направилась к выходу.
— Пойдем Хорн, нам незачем тут больше оставаться, — сказала она, — нужно многое сделать, чтобы воплотить выдуманную легенду одного молодого человека.


Конец.