Охотники за роботами, набор слов Опции

[Молчишь- Кибальч...]

1. Переговоры с Землёй

— Дольф, Дольф, сколько денег осталось у нас на кредитном счёте? — изо всех сил вопил в микрофон Рихард: гиперпространственная связь в районе планеты Дальния была неустойчивой, и, чтобы улучшить слышимость между галактиками, нам с Рихардом приходилось до предела напрягать глотки.

— Сколько осталось денег? Да вы прямо сейчас просаживаете последние монеты. На этот разговор со мной, — безжалостно проскрипел нам в ответ далёкий голос Дольфа.

— Как это "просаживаем монеты"? — Рихард чуть не лопнул от возмущения. — Мы что — должны платить ещё и за сеансы связи?

— Послушай, Дольф, — поддержал я Рихарда, — разве ты дал нам не чисто целевой кредит — для затрат на роболовлю? Разве сеансы связи не идут к нему бесплатным довеском?

— Не надейтесь облапошить наш "Чурбанк", умники. Согласно долговому контракту, ваши сеансы связи считаются частью охоты на роботов. И потому оплачиваются деньгами кредита. Кстати, у вас хоть наметились какие-нибудь успехи?

— Всё отлично, Дольф: вчера нас избрали вождями ещё три племени диких роботов. А в этих племенах почти полторы тысячи совершенно исправных членов, — Рихард посмотрел на меня и заговорщически подмигнул. В ответ я показал Рихарду большой палец. — И под наши знамёна стекаются всё новые и новые племена. Знаешь, Дольф, мы теперь возглавляем освободительную борьбу на всей планете роботов.

— Такие бестолочи — и возглавляете освободительную борьбу на целой планете? — Дольф скептически хмыкнул. — Никогда не поверю.

Мы с Рихардом опять переглянулись: да, Дольфа Шекельгрубера на мякине не проведёшь — недаром он уже десяток лет руководит ростовщическим отделением "Чурбанка", главного финансового органа галактической мафии.

— Что ж тут неправдоподобного, Дольф? — вступился я за Рихарда. — Мы ведь всегда боремся за освобождение планет от их обитателей. Слушай, у нас вчера случилась мелкая авария: пока мы разбивали космической кувалдой земную станцию...

— Стоп-стоп-стоп, что это ещё за "космическая кувалда"? — брезгливо перебил меня Шекельгрубер.

— Ну, это такой большой реактивный молоток, — подключился к моим объяснениям Рихард. — Он необходим для работы в открытом космосе: там нет никакой опоры, а нужно как-то гасить отдачу от любого движения ...

— Понимаешь, Дольф, — опять заговорил я, — над планетой роботов летал спутник: земная станция научного наблюдения. А в нашем деле нужно ведь поменьше чужого наблюдения... Вот мы с Зорким и решили вывести эту станцию из строя. Подлетели, значит, к ней как можно ближе, а наш корабль, чёрт, забыли отгородить теплозащитным экраном... И пока махали кувалдой, её реактивная струя подожгла переднюю ступень корабля.

— Ясненько, — ехидно хихикнул Шекельгрубер, — это не вы виноваты, это у вас всё само подожглось... Ладно, дальше рассказывайте.

— В общем, Дольф, в корабле сгорела бо́льшая часть роболовного оборудования. И теперь нам позарез нужны пять бочек смазки, новая миссионерская машина, три тонны цветных проводов, ну и, на всякий случай, пара магнитных ловчих ям. Может, выручишь? Роботов на планете много, и все почти новенькие: у оптовых роботорговцев пойдут не меньше, чем по пять тысяч монет за штуку...

— Ладно, я всё понял, — холодно проинформировал нас Дольф. — Так уж и быть, растяпы, увеличу ваш кредит ещё на двести тысяч монет. При прежней процентной ставке. Но это — в последний раз. Если я от вас, неудачников, услышу ещё хоть одну такую же душещипательную историю или слёзную просьбу, то процентная ставка сразу вырастет вдвое. Сейчас прикину, на что из заказанного хватит двухсот тысяч монет. Посылку ждите ориентировочно послезавтра.


2. Как ловят диких роботов

Увы, космический ростовщик Дольф Шекельгрубер был полностью прав, называя нас неудачниками: особых успехов в роболовле у нас пока и впрямь не наблюдалось. На самом деле мы ещё только начали налаживать дружественные отношения с двумя племенами одичавших роботов, а о том, чтобы стать их вождями, не шло и речи.

Вообще, профессиональные роболовы заманивают диких роботов в рабство либо перспективой переселения на некие райские планеты, либо при помощи миссионерских машин и экстатического электричества внушают религиозную веру в Великого Доброго Робовладельца.

Несколько более затратен вариант использования жадности соплеменников роботов. То есть в этом случае роболовы выменивают у киберцарьков их подданных, расплачиваясь бочками машинного масла и мотками цветных проводов.

Ещё более хлопотным способом добычи роботов считается загонная охота с применением магнитных ловчих ям.

В самом же крайнем случае на полностью неконтактных роботов приходится с помощью погодного генератора насылать кислотный ливень. А затем собирать и чинить тех, что более-менее сохранно перенесут кислотную коррозию.

Мы с Рихардом запаслись оборудованием, конечно же, для всех вариантов роболовли. Но в первую очередь собирались обрабатывать обитателей Дальнии религиозной пропагандой.

— Что будем делать, Зоркий? — спросил я Рихарда, когда датчик гиперсвязи с Землёй погас. — Миссионерская машина появится, стало быть, только послезавтра. Может, пока отложим нашу встречу с племенем Шалаш-Монтаж?

— А проценты по кредиту, думаешь, тоже отложат свой рост? Нет? Тогда, значит, за миссионерство нужно побыстрее браться нам самим, — Рихард снял с вешалки и начал натягивать на себя священнический скафандр. — Тем более что роботам наверняка не терпится услышать окончание моей вчерашней проповеди. Заводи передвигатель. А я пока налажу наши киберпереводчики.

[Молчишь- Кибальч...]

7. Ритуалы диких роботов

Вернувшись в жилой модуль, мы сразу включили видеомониторы. И стали следить за поведением Отпетых Машинников, которых снимали наши микрокамеры.

Под руководством старейшины с печным отоплением роботы разожгли костёр перед храмом Пропитея — былинного героя, который украл у богов рецепт самогона, а затем принёс его древним механизмам — и, потрясая гаечными ключами с боевой раскраской, принялись исполнять что-то вроде дикарской пляски.

— Такие же туземные танцы описаны и в книжке про роботов-людоедов, — поёжился Рихард. — Завтра эти робопляски, глядишь, перейдут в праздничное жертвоприношение или в ритуальный пир. Где главным блюдом окажемся мы с тобой...

— С плясками всё вполне обычно, — успокоил я Рихарда. — То есть впавшие в дикость роботы просто копируют древнее поведение своих предков-людей. Давай посмотрим, что произойдёт дальше: ведь по своему устройству роботы всё-таки отличаются от нас. С земного спутника слежения за планетой — царствие ему небесное — у роботов были замечены и другие ритуалы: так называемые "капитальные разборки" и "всенародная соборность"...

Действительно, хаотичные поначалу движения танцующих вскоре перешли в целенаправленные производственные действия: роботы выстроились во что-то вроде конвейера, с помощью которого, орудуя гаечными ключами и отвёртками, стали разбирать друг друга на части.

— Это и есть "капитальные разборки"? — спросил меня Рихард.

— Очень похоже, — кивнул я. — А теперь роботы, по идее, должны продемонстрировать "всенародную соборность".

И правда: безжизненно лежавшие части только что развинченных машин, повинуясь руководящим жестам старейшины с печным отоплением, начали каким-то образом сползаться в кучу. И постепенно собрались в одного огромного робота. Этот робот с усилием поднялся на ноги и принялся отрывисто рычать.

— Согласите отравоядных... — послышалось из нашего киберпереводчика. — Усилитель выгоды найдёте в богоубежище...

— Ничего не понимаю, — Рихард на всякий случай постучал кулаком по панели киберпереводчика. — По-моему, это словоизвержение — либо что-то жутко мудрое, либо же бессмысленный набор звуков...

— Может, для поиска ответов на важные вопросы роботы собираются в нечто вроде коллективного оракула? — предположил я.

— Типа "голос народа — голос бога"? — хмыкнул Рихард. — Но, вообще-то, речения данного "оракула" больше всего смахивают на недержание бреда.

— Подпольное солнце растопит бесплотие... — продолжал рычать огромный робот. — Слабоумные инопланетяне... Им не обездушить благородицы...

— Кто это такие — слабоумные инопланетяне? — посмотрел на меня Рихард. — Мы с тобой, что ли?

— Слушай, Зоркий, а может, данным ритуалом племя снимает некое внутреннее напряжение? То есть страх перед заманчивым, но не до конца известным будущим? Тогда, значит, роботы готовятся дать согласие на наше предложение...

— Думаешь? Хорошо, если они не слишком затянут время с этим согласием. А то я уже каждой клеткой организма чувствую рост процентов по нашему кредиту...

Огромный робот ещё немного порычал, а потом вдруг покачнулся и бессильно упал, сразу рассыпавшись на кучу деталей. Из центра кучи вылез старейшина с печным отоплением и начал свинчивать соплеменников из запчастей.

— Похоже, настаёт горячая пора: будем отправлять на Землю первый урожай роботяг, — потёр руки Рихард. — Может, сто́ит прямо сейчас известить Шекельгрубера об успехе?

— Может, и сто́ит. Но куда важнее подготовиться к утренней встрече. Отпетые Машинники, чувствую, не совсем ещё нам доверяют. И потому наверняка откажутся переселяться на Землю без предварительной разведки. Сможешь наладить симулятор путешествий так, чтобы он проработал на орбите хотя бы неделю без сбоев?