Драконьи яйца Автор: Граф, Турнир "Время, вперёд!" Опции

[Дон Рэба]

Алоиз Пруфф был сборщиком драконьего дерьма. Довольно денежная профессия, надо сказать, но при этом – очень рискованная, порою даже смертельно опасная. Ведь это только на первый взгляд кажется, что ничего особенного в ней нет – ходи себе за драконом и жди, пока он навалит кучу. На самом же деле… Алоиз Пруфф рисковал ежечасно и даже ежеминутно. Судите сами: во-первых, драконы, как известно, существа огнедышащие, то и дело изрыгают пламя (по поводу и без), что само по себе жутко, кроме этого, они люто ненавидят людей. И если вы сложите первое со вторым… А если еще к этому добавить их мерзкий, подлый характер и привычку исподтишка делать гадости…
Вот, скажем, скалистый черный, живущий в Южных горах. По размерам он невелик, но очень ловкий, шустрый и вредный. Бегать за ним по камням – то еще удовольствие, все сапоги стопчешь, ноги до крови сотрешь, а эта тварь так и норовит подкрасться сзади и укусить за… Да, за то самое место, вы всё правильно поняли. Три дня потом сидеть не сможешь. И не от голода ведь кусается, тварь этакая, а из-за своей мерзопакостности. Подкрадется незаметно, цапнет сзади, отпрыгнет и смотрит нагло: ну что, получил? А замахнешься на него палкой – так выпустит струю огня и обожжет все лицо.
Или, допустим, алованский белобрюхий, что обитает на Западных равнинах. Этот наоборот, размером с хороший дом и медлителен. Сначала долго чего-то жует – что смог добыть, а потом спит полдня, переваривает. Для сборщика дел-то всего - сиди себе неподалеку и жди, когда он… Ну, это самое. Однако тут другая беда: белобрюхие крайне неразборчивы в еде и жрут всё подряд. В том числе - и людей. Им вообще без разницы кого. И стоит лишь зазеваться… Короче, ничего от тебя не останется, одна только вонючая кучка. Которую с радостью подберет кто-то другой...
Сборщиков драконьего дерьма много (даже слишком), что понятно: это же самый важный продукт в нашем королевстве! Основа для всех лечебных снадобий и мазей, добавка для крепости и терпкости в пиво или черный эль. В общем, без него - никак!
Алоиз Пруфф собирал, надо сказать, не всякое дерьмо, а лишь самое лучшее – от синемордых рогатых злыдней, которые гнездятся в Драконьих скалах. Твари эти, да будет вам известно, не только ужасные на вид, но и крайне злобные по характеру. Очень ловкие, сильные, проворные, отлично летают… И еще жутко не любят людей: как только увидят человека, так сразу плюются мелкими огненными шариками. Попадет хоть один тебе в лицо - и прожжет до кости. И останешься ты на всю жизнь уродом...
Зато за один маленький горшочек драконьего дерьма на городском рынке можно получить целых десять серебряных монет! Этого хватит на полмесяца (а то и больше) веселой, беззаботной жизни. Пей-гуляй и ни о чем не думай! И, само собой, где деньги, там и женщины, а их Алоиз Пруфф был до них большой охотник…

***

…Алоиз пошарил в карманах и понял: деньги кончились – вчера последние потратил на Марию, служанку в трактире старого Питера Блюма.
…Всем хороша Мария - красивая, мягкая, пышнотелая, но имеется у нее один недостаток. Весьма существенный, с его точки зрения: очень уж любит деньги. И без них ложиться с ним в постель отказывается. Что, впрочем, понятно: пахнет от него отнюдь не розами (дерьмо у драконов, сами понимаете, вонючее), да и внешне он, скажем так, совсем не красавец…
…Алоиз тяжело вздохнул - опять пора за дерьмом. Чтобы хватило еще на полмесяца жизни с Марией. Занял пару монет у Питера (тот всегда охотно ссужал), кивнул на прощанье и пошел в сторону Драконьих скал. Путь был недолгим – полдня по давно знакомой тропинке. Сначала – через лес и поле, а потом – вверх. И вот они – каменные гнезда синемордых.
Дело, надо заметить, происходило уже поздней весной, все драконихи сидели на яйцах. А их мужья-драконы, как положено, притаскивали еду. Алоиз долго искал подходящее гнездо, но ему не везло: у всех уже сидели другие сборщики. И злобно смотрели – не подходи! Он и не подходил – честно соблюдал старое правило: кто первый занял место у гнезда - того и всё дерьмо. Можно было, конечно, подождать, пока кто-нибудь не наполнит свой мешок доверху и не уйдет, но это так долго…
Тогда решил идти к вершине горы, где живут одинокие драконы - кто уже отделился от родительской семьи, но своей собственной еще не завел. Они, конечно, гораздо злее и кусачее, чем взрослые, солидные особи, но зато и жрут гораздо больше – что называется, без передыху: организм-то молодой, растущий! За весну и лето им нужно набрать как можно больше веса, иначе в голодные зимние месяцы не выжить. А где много еды, там, сами понимаете, много и дерьма.
Алоиз упорно лез вверх по скалам, цепляясь за каждую выбоину, каждый выступ. Несколько раз чуть не сорвался в пропасть, где его ждала верная смерть. Взбираться пришлось довольно долго, но он был упорен и в конце концов достиг цели. Но день стал клониться к закату, и Алоиз благоразумно решил отложить сбор дерьма до утра. В темноте ничего не видно, можно оступиться, упасть в ущелье и разбиться насмерть. Нашел подходящую ложбинку между камней, забился в нее, положил под голову мешок и заснул.
…Ночью его разбудили голоса. Сначала Алоиз решил, что это кто-то из его коллег-сборщиков, но потом понял – люди так не говорят, это драконы. Сплошной свист, шипенье и короткое рыканье. Он немного знал их язык (выучил за столько лет!) и стал прислушиваться. Разговаривали два дракона, старый и молодой.
- Опять человек! – недовольно ворчал молодой. – Отец, можно я его съем? До утра еще далеко, а я уже голодный. Этот хоть и тощий, но все-таки мясо. И в деревню лететь не придется...
- Нет, - покачал головой старый, - это золотарь, они нам нужны, дерьмо убирают. И прежде всего - за вами, молодыми. Не будь их, вы бы давно здесь всё загадили: где жрете, там и… Ленитесь отойти дальше, к обрыву! А потом, после дождей, вся эта гадость течет вниз, к нашим гнездам. Так что не трогай его, сынок.
- Но ты же сам их ешь иногда!
- Да, верно, - согласился старый, - но редко и только для острастки: чтобы близко к гнездам не лезли. А то вздумают еще красть наши яйца! Если уж наше дерьмо так дорого стоит, что же тогда говорить обо всём остальном?
Синемордые закончили разговор и удалились. Алоиз перевел дыхание: чуть было не съели! А потом хлопнул себя по лбу: вот она – золотая жила! Надо не дерьмо собирать, а яйца. Для начала – стащить одно-два, а там уж видно будет. И почему он раньше до этого не додумался? Ни он, ни кто-то другой? И сам себе ответил: это же гораздо опаснее... Если тебя поймают с украденным яйцом – проглотят без всякого разговора, даже пикнуть не успеешь. Вот этого и боятся… Но он-то не трус, не слабак, не как все - ему всегда везет. А за драконьи яйца он столько получит, что…
Алоиз сладко зажмурился: хватит и на пьянки-гулянки, и на новую одежду (старая уже изрядно износилась), и на любовь пышнотелой Марии. Полгода (самое малое!) можно будет жить в свое удовольствие! А потом… Ну, там видно будет.
Алоиз с трудом дождался рассвета и сразу же приступил к выполнению намеченного плана: спустился вниз, нашел (наконец!) гнездо, возле которого не было сборщика, и спрятался за камнями. Дракониха его заметила, но вида не подала: люди недостойны ее внимания!
Ближе к полудню дракониха поднялась с кладки и отправилась в сторону - облегчиться. Алоиз тут же метнулся к гнезду: четыре яйца, крупные, серо-зеленые. Сунул два в мешок – и дёру. Спешил так, что чуть не загремел со скалы, но обошлось. Прыгал с уступа на уступ, перескакивал с камня на камень, словно горный козел... Сборщики с удивлением смотрели ему вслед: что так несется? Вроде бы за ним никто не гонится… Но Пруфф точно знал: надо спешить! И верно: когда был уже у подножья, раздался громкий, горестный, отчаянный вопль – это дракониха обнаружила пропажу. Значит, скоро появится ее муж.
Алоиз бежал со всех ног - скорее добраться до города, укрыться за его стенам! Несся всю дорогу… И лишь за воротами отдышался, привел себя в порядок и сразу отправился на базар - продавать. Деньги очень нужны: отдать долг трактирщику и крепко выпить. А ночью – Мария, сладкая, мягкая, белотелая. Выложил на прилавок одно яйцо (второе оставил в мешке) и стал ждать. Люди подходили, смотрели, качали головами и уходили. Никто не брал. Алоиз стал злиться: что ж такое, товар же редкий!
Тут на рынок приковыляла старая Марта. Ее считали в городе ведьмой, хотя себя она называла целительницей – готовила лечебные настои, мази и снадобья. Но могла и наколдовать: наслать порчу или же, наоборот, снять ее. Старуху, с одной стороны, боялись, но с другой… Если у вас, не дай бог, заболеет ребенок, а денег на городского лекаря нет… К кому идти? Ясно - к Марте. Она и снадобье приготовит, и боль снимет, и от сглаза избавит. Да и берет недорого, всего одну-две серебряные монеты.
Марта посмотрела на яйцо, покачала головой:
- Значит, украл…
- Добыл, - обиделся Пруфф. – Мы же берем яйца у курицы!
- Где курица, а где – дракон, - мудро изрекла старуха. – И что ты с ним собираешься делать?
- Продать! – пожал плечами Алоиз. – Что же еще? Не яичницу же из них готовить!
Старуха пожевала сухими, бледными губами:
- И сколько ты за него хочешь?
- Два золотых! – выпалил Пруфф.
- Ну и сказал! Это же такие деньги! Даю десять серебряных.
- Сколько? – презрительно скривился Алоиз. – Да я столько я за один горшочек драконьего дерьма получу. А тут – яйцо! Ладно, для тебя – скидка, один золотой за штуку. Как для постоянной покупательницы.
Марта часто брала у него дерьмо – для своих мазей и снадобий. Старуха подумала, потопталась на месте, потом спросила:
- Не боишься, что за ним придут?
- Кто? – сделал удивленное лицо Алоиз.
- Ну, скажем, дракониха, мамаша ихняя. Или же сам папаша прилетит.
- А как они узнают, что это я украл? – хмыкнул Пруфф. – В горах-то много сборщиков было, не я один такой…
- Такой умный? – чуть улыбнулась Марта. – Нет, Алоиз, ты не умный, ты дурак. Ладно, покупаю. Сколько у тебя их?
- Два, - честно ответил Алоиз.
- Беру, но оба за один золотой, - твердо заявила старуха.
Пруфф сначала помялся (мало!), но потом подумал: «А вдруг и правда рогатый злыдень явится? Через стену ему перелететь – что раз плюнуть, а стражник, если и увидит, то отвернется, жить всем хочется». Кивнул, соглашаясь, но потом спросил:
- А для чего они тебе? Какую-нибудь особую мазь готовить? Скажем, чтобы стать невидимым? Намазался – и бери себе, что хочешь. Хоть яйца, хоть… Если так, то не забудь – мне первому!
- Не волнуйся, не забуду, - успокоила его старуха. - Жди здесь!
И ушла. Но скоро вернулась - с золотой монетой, завернутой в чистый платочек. Алоиз посмотрел: монета старинная, тяжелая, с профилем давно почившего короля. Его внук уже десятый год как правит. С радостью отдал старухе яйца и, довольный (выгорело дельце!), побежал менять старинное золото на привычное серебро. Старуха же взяла оба яйца, бережно завернула в платочек, положила в корзинку и пошла домой.

***

…День свой Алоиз закончил так, как и собирался: наелся, напился в трактире и завалился с пышнотелой Марией в постель. Однако среди ночи в окно его комнаты кто-то постучал. Алоиз замычал спросонья и перевернулся на другой бок, а Мария встала и открыла – из любопытства… В комнату ворвался рогатый злыдень: ударом хвоста отбросил девушку в угол, выволок сонного Пруффа из постели, прижал когтистыми лапами к стенке и зло зашипел:
- Где яйца, человек?
Алоиз снова замычал: какие яйца, ничего не понимаю, но злыдень поддел его когтем под ребра и чуть приподнял, Пруфф тут же все вспомнил и завопил истощно:
- У старухи-целительницы! Отпусти меня!
Дракон посмотрел на него немигающим желтым глазом с черным вертикальным зрачком и чуть дыхнул. Пруфф заорал еще громче, но вскоре крик резко оборвался. Зато по всему трактиру пополз тяжелый, удушливый запах горелого мяса… Мария взвизгнула и упала в обморок. Синемордый, даже не посмотрев на нее, вылетел в окно.
…Единственное окно хибары, где жила Марта, озарялось тусклым, желтоватым светом. Старуха не спала, на дощатом столе медленно оплывала восковая свеча.
- Я знала, что ты придешь, - сказала она синемордому, - вот твои яйца, забирай! Я их в теплую золу положила, чтобы не остыли. Неси скорее к своей драконихе.
- Почему ты нам помогаешь? – просвистел-прошипел злыдень.
- Потому что иначе все плохо кончится – если будут красть ваши яйца. Вы улетите, а без вашего дерьма у нас торговля умрет и город быстро захиреет. Купцы разорятся, за ними – горожане. И мне будет плохо: из чего, скажи на милость, делать мази и настойки? И кому их продавать, если все разбегутся? Алоиз дурак, ничего не понимает...
- Он уже получил свое, - прошипел злыдень.
- Что ж, такова, значит, его судьба, - сказала старуха. - Зато его смерть послужит уроком для остальных, это хорошо: все останется, как и прежде. Кстати, я отдала за яйца старинный золотой, ты должен мне. Я знаю, у вас, драконов, они есть…
Злыдень кивнул – отдам. Старуха положила яйца в корзинку, укрыла тряпочкой и протянула дракону. Тот взмахнул крыльями и скрылся в темноте. Лишь черная тень мелькнула по небу... А старуха отрыла тайный сундучок и посмотрела на два серо-зеленых драконьих яйца – настоящих. Вместо тех, что только что отдала дракону – раскрашенных, из обожженной глины. Но заколдованных так искусно, что от подлинных не отличишь. И даже теплых – не зря же она их в золу положила…
«Надо еще глиняных яиц заказать, - подумала старуха, - про запас. Жадных дураков у нас много, значит, яйца еще своруют. А я их выкуплю. Драконьи яйца и в самом деле очень ценные, в этом дурак Алоиз был прав. Из этих двух я приготовлю любовное зелье и буду продавать по золотому за малюсенький пузыречек. Женщины за него последние деньги отдадут...»
Старуха довольно улыбнулась и заперла сундук на ключ. Завтра у нее хлопотный день – надо варить зелье, готовить любовный приворот. Пока драконьи яйца не испортились…

[Randy]

Об этом уже никто ничего не узнает.