Меняющая миры, Роман-космоопера с фэнтезийным уклоном Опции

[Надин Баго]

Бездна повсюду, всегда и в каждом.

Меняющая миры
Спутанные нити

Совету Семи отдана вся власть.
Но, помни, Тангорл, лишь до той поры,
Когда непризнанный древний князь
Сольётся с Меняющей миры...

Трижды девять сводится к девяти -
Вместе они могут менять миры.
Сами решают - разрушить или спасти,
Не соблюдая правил ничьей игры...
Всё изменилось в водовороте дней:
Их призвавший ушёл в туманное небытиё,
Сшив лучистою сетью прорыв в мир Теней...
Но край Тени задел творенье Её:
Трое ушли по воле Семи и Одной -
Равновесие лишь осталось за ними.
Полагали - вселенная станет иной.
Оказалось - лишь сами стали иными.
...Однажды Трое соединятся вновь,
Власть Семи падёт.
В воссоединении прольётся кровь.
Новый рассвет придёт...

... Однажды снова будет Прорыв,
И в борьбе со вселенной Теней
Иной жизни разгорятся костры
В начале новых дней...

ПРОЛОГ

Он оказался на этой небольшой далёкой планете, по большему счёту, случайно. Коспа́рху требовался отдых. Гном всё чаще стал ощущать, что действительно очень стар. Внутренние дела Совета утратили новизну, политика и интриги за последнюю тысячу лет, что он был помощником вот уже у третьего Танго́рла, в сущности, шли по кругу: борьба за кристаллы, попытки подчинить моренантов или договориться с ними, столкновения с мятежниками, флот, торговля, деньги - обычные заботы руководства Объединённых Миров.
Коспарх выбрал среди планет с кристаллическими преобразователями ту, которая была подальше от Равновесия и Каменного сердца: судя по описанию в справочнике, Земля располагала немалым количеством приятных и интересных мест, где можно было бы отвлечься от дел. Тангорл не возражал. Так гном и попал сюда. За пару земных месяцев он посетил все интересующие его достопримечательности - от Килиманджаро до Байкала, от амазонских джунглей до снежных вершин Тибета, от Сахары до Антарктиды.
Он уже собирался возвращаться, но какое-то странное чувство незавершённости никак не отпускало его. На самом деле, это началось практически сразу с его прибытием на Землю: все ощущения говорили о чём-то странном, нетипичном для этого места. Сначала Коспарх был склонен считать, что это просто из-за незнания планеты, её удалённости от всего того, к чему он привык за долгую жизнь, но позже он, хоть и с трудом, был вынужден принять нашептывания внутреннего голоса. Все признаки указывали на зов Проявления.
Коспарх уже так давно не использовал эти знания. Проявление хоть и было внешне простым, но, в действительности, требовало большого опыта и немалых сил. А использовать его требовалось крайне редко: не часто попадаются существа, к которым Совет Семи желал бы применить Проявление для выявления их Истинной сущности.
Но теперь... он понимал, что не всё на этой планете для него закончено. Он просто обязан был найти того, к кому звало его чутье, хотя предполагал, что добром это не кончится.

***
Её домик на окраине университетского кампуса ничем не отличался от десятков остальных: такие же стены из красного кирпича, тёмная крыша, несколько деревьев и клумб вокруг, подъездная дорожка с небрежно брошенным на ней велосипедом.
Он, наконец, выяснил, где она живет, и, кажется, сумел застать её одну.
Коспарху повезло: занавеска в окне спальни была задёрнута не до конца. Он огляделся вокруг, убедившись, что никакой случайный прохожий не разгуливает здесь посреди ночи, и осторожно, стараясь не быть замеченным, заглянул в окно.
Она спала, свернувшись калачиком на правом боку, сложив руки перед собой. Волосы разметались по подушке огненными сполохами. Блики от уличного фонаря, лившего свет сквозь стекло, играли на белых простынях. В атмосфере совсем не чувствовалось сильной ийкэ́, хотя у неё, очевидно, были способности. Все было... обычно. Уже это показалось Коспарху странным. Но он всё-таки решил использовать этот шанс, тем более что лучшего вряд ли скоро дождёшься.
Гном постепенно выстроил сложную ментальную схему, которой обучился почти три тысячелетия назад, сконцентрировался и, собрав окружающие энергетические потоки, направил их через центр схемы точно на девушку... Ничего не произошло. Совсем ничего. Ни дымки Истинной сущности, ни даже её слабых очертаний не угадывалось в полутёмной комнате. Ничего. Она даже не шевельнулась! Но ведь всё было сделано верно: любому из известных ему существ с лихвой хватило бы этого воздействия, чтобы «проявиться».
Коспарх сплёл зыбкую структуру ещё раз, перепроверил все точки и связи, полностью собрался, соединил всю доступную ему природную энергию в плотный узел и снова послал его к ней.
И остался стоять совершенно потрясённым и оглушённым.
Нет, она не проснулась. Истинная сущность так и осталась недоступна в обычном виде. Но он всё же успел, успел увидеть и различить между её сложенных ладоней лёгкий отблеск того переливчатого, ни на что не похожего огня, который вмещал всю Бездну.
Девушка вздохнула во сне и перевернулась на другой бок.
Может быть, ему просто показалось, может, так причудливо сплёлся свет, может, глаза у него уже были не те. Но нет, он знал, чувствовал всем нутром, что увиденное им реально.
- Она вернулась, - прошептал Коспарх, - она вернулась...

[Надин Баго]

Глава 7 (эпизод 1)

Земля, 2169 год по земному исчислению

В кампусе теперь было непривычно тихо. Теоретические занятия подходили к концу, наступало лучшее время для практики. Студенты постепенно разъезжались из Университета по всей планете, выбирая места, где смогли бы проявить свои силы наилучшим образом, применить полученные за последний год знания. Кое-кто оставался и здесь – в основном второкурсники, уже не так скучающие по родным местам, но ещё и не готовые выйти в самостоятельную жизнь, как их старшие товарищи. Кроме того, так они получали возможность свободно изучить некоторые артефакты, хранящиеся в Университете, воспользоваться той техникой, к которой во время семестра было не пробиться сквозь массу желающих. К тому же в конце весны начиналось время нового набора: УУПЭ распахивал двери для тысяч абитуриентов с тем, чтобы отсеять почти всех, оставив лишь около сотни лучших.

Ажиотаж по поводу её «изменения» на лекции практически спал. Внезапно возникшая популярность перестала быть чрезмерно навязчивой, чему она, конечно, немало поспособствовала сама, обдуманно демонстрируя окружающим, что перемены даются ей, якобы, с трудом. Аррилия по-прежнему не проявляла себя, разве что периодически и по настойчивым просьбам, будто бы с большим усилием, левитировала да пускала с кончиков пальцев мелкие переливчатые энергетические шарики.
Пару раз она незамеченной перемещалась к дальнему мысу за университетской территорией и ныряла в океан, с восторгом впитывая энергию его обжигающе ледяных волн, плыла на небольшой островок неподалеку и, скрытая его берегами от возможных зрителей, лёгкими движениями рук творила из волн замки и города, планеты и межзвёздную пустоту…
Вселенная звала её. Аррилия была полна стремлением оставить эту планету и вернуться туда, в неизведанные глубины, к тысячам таких разных миров, часть из которых создала когда-то сама. Но пока она ждала.
Теперь она была гораздо мудрее, чем тогда. Нескончаемые века Заключения изменили многое: импульсивность сменилась выдержкой – терпеть и ждать, да, этому она научилась сполна, уверенность в защите и поддержке перекрыла непреходящая горечь утраты тех, кто был некогда плотью от плоти её самой, а желание творить, защищать и вести миры к расцвету почти выродилось в холодное и расчётливое ожидание мести…
О да, она хотела отомстить, уничтожить всех тех, кто отнял у неё самое дорогое - её триаду и время. Хотела этого сейчас, немедленно. Однако сил их врагов тогда оказалось достаточно для того, чтобы сотворить такое. Смогут ли они это повторить, она не знала. К тому же нынче она была одна. Орлгол… Негио… Что с ними? Где они? Она прилагала все свои силы, чтобы почувствовать их сквозь годы и пространства, но тщетно. А хватит ли у неё сил бороться без них? Её способности возросли, но и у противника они были велики, так стоило ли рисковать сейчас? Хотя… Кое-что у неё всё-таки было: теперь она знала путь, путь Возвращения. Найти и освободить триаду – вот что ей необходимо в первую очередь. Воссоединившись, они обретут прежнюю мощь, а заключить их вновь будет совсем не так легко. А месть… месть подождёт своего часа…

***
За 9000 лет до этого

Огненная громада Иррилла быстро приближалась. Большинство юглов теперь были перед ними как на ладони, а там и до Равновесия рукой подать. Их зоркие глаза уже могли различить даже очертания Великой Сети. Путь приближался к концу.
Внезапно Аррилия застыла, будто натолкнувшись на какую-то невидимую преграду.
- Что случи… - начал было Негио, но тут же прервался, почувствовав то же, что и она.
Этого они и опасались. Такую энергию никто не спутает с другой, а уж они-то и подавно. Триада переглянулась.
Подтверждая их ощущения, из-за десятка юглов показались остальные. Все восемь триад были здесь. Их лица выражали готовность к противостоянию. Ахрн выдвинулся вперед и обратился к Орлголу:
- Ткач, вы должны остановиться! Такова воля Совета! Объединённые Миры не одобряют вашу затею. Да ты и сам должен понимать, насколько опасно задуманное вами. В конце концов, ты сам создал основу Сети, и теперь собираешься её разрушить. Одумайся! Негио, и ты! Ты лучше кого бы то ни было знаешь о необходимости баланса. Равновесие хрупко. Прорыв может обернуться гибелью… Возвращайтесь назад, на Каритос, Лалл, да куда угодно.
- Ты, как всегда, избирателен, брат мой. Кажется, ты кое-что забыл, - мысли Орлгола вливались в остальных эризингий мягко и плавно, как дуновение ветра. Большинство попытались отвернуть свои помыслы, будто в смущении.
Аррилия скривилась.
- Да, конечно. Вы триада, да, - Ахрн нехотя взглянул на Аррилию и склонил голову, неодобрение сквозило в каждой его чёрточке. - Приветствую и тебя, Меняющая. И призываю, равно как и остальных, хотя и полагаю призыв ничего не значащим для тебя, остановись!
- Остановиться? Не тебе меня останавливать! Уйди с нашей дороги!
Ахрн фыркнул и снова направил мысли к Орлголу:
- Видишь, Ткач?! Ты считаешь меня избирательным, и это так. Вы вдвоём ещё можете понять. Она… это бесполезно, - он развёл руками, - Меняющую не переубедить, но с вами вместе, возможно, мы избежим катастрофы.
- Переубедить?! Меня не в чем убеждать! Мы должны это сделать, я чувствую! Сеть должна быть снята!
- Нас призвали, чтобы создать её! Ты жаждешь разрушить то, на чём мы рождены! Открыть путь Тени! Мы не позволим! Князь пожертвовал собой, чтобы не допустить гибели этого мира с приходом Тени…
- Князь! Князь мог ошибаться! Теперь мы знаем, как он был одержим прорывами. Он развязал эту борьбу когда-то. Зачем? Мы должны выяснить, я чувствую. А для этого Сеть – помеха. И мы достаточно сильны, чтобы противостоять чему угодно без неё. И нам нужно знать, чему именно мы противостоим, с чем боремся…
- Уже ни с чем. Прорыв закрыт. И таковым останется. Сеть сделает своё дело…
- Сейчас – возможно. Но что потом? Кто знает, на сколько её хватит? Будем ли мы готовы, если с Сетью что-то случиться? И… новые прорывы… ты уверен, что их больше не образуется? Нигде? Никогда? – на Аррилию накатывал гнев, заставляя всех остальных ёжиться под его колкими иглами.
Ахрн был смущён, триады колебались.
- Ты… преувеличиваешь. Сети ничто не угрожает. Она крепка как в день создания. А прорывов не было уже сотни лет.
- Что такое сотни лет?! Для нас?! Для мира?! Я хочу знать, с чем имею дело. Знать заранее, до того, как оно когда-нибудь неожиданно выплеснется на нас. Если там, за прорывом, враг, я хочу знать о нем всё, всё, что возможно. Снять Сеть под нашим контролем, под вашим контролем, с вашей помощью – и всё будет в порядке. Строй справится, я уверена…
Сомнение пронзило разум двадцати четырёх эризингий, преграждавших сейчас путь девятой триаде. Некоторые устремили свои взгляды вдаль, к Равновесию. Сопротивление своим же явно не приносило им удовольствия.
В этот момент из-за огромного югла за спинами триад показались несколько фигур. Совет Семи не собирался пускать всё на самотек.
- Триады! – Тангорл Реу остановился напротив Аррилии. - Объединённые Миры взывают к вам – будьте мудры и милосердны – защитите нас от Тени! Не дайте Великой Сети пасть! Наследие Князя да будет вечно!
- Ты, старый болван, ты не понимаешь… - Аррилия была взбешена, - уйдите прочь, мы решим без вас…
- Эризингии! Умоляю, - Тангорл говорил взволновано и просительно, - спасите наш мир, не дайте прорыву открыться вновь, не допустите нашей гибели!
- Но… но в чём-то она права, может… может, нам стоит узнать, наконец… - Ахрн был сбит с толку.
- Ахрн, и вы, вы все… Я… я понимаю, Меняющая, она – ваша часть, вам кажутся разумными её слова, но… Но я думаю, её ийкэ слишком… чересчур велика и потому… наш мир далёк от неё, а она от него. Приход Тени для вас, для неё – ничто, а для нас… конец, - голос Реу будто дрожал. - Меняющая, я прошу, остановись, не ставь их перед выбором!
- Я уничтожу тебя, ты, маленькая, властолюбивая гадина! Я знаю, кто ты, Тангорл, я чувствую, чего ты жаждешь! Не слушайте его, ему плевать на мир, на Тень, он просто хочет контроля над нами, прибрать с нашей помощью Миры к рукам и не выпускать их.
- Я избран управлять Мирами. Я забочусь об их благе. Тебе дано слишком много сил, Меняющая, но ты не думаешь о наших народах. Мы удержим тебя. Ахрн, мы не можем ждать. Мы должны действовать, как договорились. Строй. Он нужен прямо сейчас. Не время для раздумий. Не дадим им прорваться к Сети.
- Строй? Без нас? Без меня? Что вы можете?! А ты? Хватит разговоров, я убью тебя прямо сейчас.
Аррилия резко распахнула руки и тут же снова приблизила их друг к другу. Тысячецветный свет Бездны ярко вспыхнул между её ладоней.
- Твой час, Тангорл!
Светящийся поток хлынул в сторону главы Совета, но Ахрн успел вытолкнуть его с бушующего русла.
- Нет, Аррилия, стой, это не выход, - Орлгол накрыл одну из её ладоней своей. - Мы сможем договориться…
Негио приблизился к ним и протянул руки для слияния.
Меняющая замешкалась.
- Скорее, сейчас или никогда! - взвизгнул Реу. - Единая, призываю тебя, во имя миров, позволь нам решить судьбу твоих творений!
Аррилия вскинула голову. Семеро окружили их триаду, а дальше многолучевой звездой встали эризингии.
- Мы выбираем спокойствие в Объединённых Мирах! Сеть не будет снята! Забудьте и уходите! Мы не пропустим вас, чего бы нам это ни стоило! Уходите, - Ахрн будто бы ещё пытался их уговорить.
- Вы думаете, нас это остановит!? – Аррилия выпрямилась, триада соединила ладони. - Мы всё равно дойдём туда, мы должны…
И она замолчала. Цветные нити Бездны поползли по ним вверх, как лианы, окутывая мятежную триаду холодным пламенем. Ийкэ бурлила между ними как на заре творения.
Их окружение заволновалось. Восемь триад тоже разгорались тем же переливчатым светом. Но медленнее. Гораздо медленнее.
- Единая, не закрывай нам путь! – вскричал Тангорл, и воздел вверх левую руку – в ней, словно застывшая капля крови, мерцал большой камень, идеальную гладкость которого нарушали лишь несколько странных вырезанных символов.
- Мы – кольцо Заключения, мы открываем свободные души! Примите и удержите тех, кто стоит перед нами! Да нерушимы будут оковы!
С последним его словом радужные потоки выплеснулись навстречу друг другу – один от восьми триад, второй – от единственной, девятой.
Ослепительная багряная вспышка, заставившая поблекнуть такую близкую голубую звезду, озарила окрестности. Волны света докатились даже до Равновесия и схлынули, разметав Совет и восемь триад по космосу.
Они с трудом приходили в себя и сразу же устремляли взоры к той точке, где секунду назад была девятая триада.
Оглушающая пустота и ничего больше. Трое исчезли, будто их и не было.
- Нам удалось… - Тангорл, казалось, поначалу не верил своим глазам, потом устало выдохнул, - нам удалось… Их больше нет… А мы, мы все здесь, всё в порядке, слава Единой…

Да, им удалось…
Но Меняющая не ушла бесследно.

Там, где только что в лучах Иррилла грелись и танцевали три десятка больших и малых юглов, теперь маленькими смерчами вращались, постепенно замедляя свой бег, тысячи осколков в удушливых облаках пыли. Ни один не выжил.
Место Заключения одних для других стало кладбищем…