Светлый уровень Небытия., Роман. Мистика. Детектив. Фэнтази. Опции

[Седой]

Здравствуйте ( в это не простое время - очень даже ЗДРАВСТВУЙТЕ) уважаемые форумчане. Графомания, это не только стремление к написанию, но и такое же стремление к выкладыванию написанного Так что придётся вам меня немножко потерпеть




СВЕТЛЫЙ УРОВЕНЬ НЕБЫТИЯ


«… что все мы будем счастливы, когда-нибудь, Бог даст…»

Сергей и Татьяна Никитины







СВЯТОЙ



Антонина Кузьминична Лужина, шестидесятитрёхлетняя жительница деревни Троя, подойдя утром к хлеву, возле собачьей будки обнаружила человеческую руку. Длинною до локтя, местами обглоданная до кости, издали она напоминала гнилое палено. Присмотревшись, убедилась, что это всё-таки не палено и не наваждение, Антонина Кузьминична позвала соседку. Та, присевши, долго разглядывала лежалую перед ней часть тела, наконец произнесла - "Ну, человечья...". После этого, накрыв странную находку тазом, перевёрнутым к верху дном и положив сверху кирпич, женщины отправилась вызывать милицию.
Следователь Будмайский внимательно слушал хозяйку. Та говорила, что её трёхлетнюю сучку Фоську изначально звали Фроськой, а поскольку у женщины отсутствовали передние зубы, и звук, обозначающий букву "р", из уст вылетал почти инкогнито, то вскоре все, и сама хозяйка в том числе, смирились с данным фактом и стали звать животное как им слышалось. Эта информация для следователя являлась абсолютно бесполезной. Как впрочем и то, что муж хозяйки, "кабель проклятый", почти уже тридцать лет назад умотал с "лярвой" Ковалёвой в Сибирь, оставив её с пятилетним сыном, и до сих пор от него не слуху, ни духу.
- И всё же - каким образом на вашем подворьи оказалась человеческая рука?
Не выдержав, Будмайский направил разговор в нужное русло.
- Так известно... - ответила Лужина и дальше посыпалась информация о том, что у случки "свадьба", что по ночам во дворе собираются с десяток кабелей, что и раньше она по утрам находила то овечью ногу, то свиную голову - Это Гром, Максима Чубаркина псина, таскает ей всякие гостинцы. Вот и руку, скорее всего, он принёс.
Следователь вспомнил, что когда осматривал дворовую территорию, заметил между развалившимся, полусгнившим забором и пышным кустом смородины, здоровенную лохматую собаку с тёмно-бурым окрасом. Псина, в отличии от хозяйской рыжей сучки, постоянно виляющей тощим задом, довольно не дружелюбно поглядывала на него. Теперь Будмайский, почему-то, был уверен, что это и есть тот самый Гром.
- А откуда он её принёс, как вы думаете? - внимательно вглядываясь в лицо женщины, спросил следователь.
- Так известно откуда, с Шипучей Гати - не задумываясь ответила Лужина - Туда издавна люди падаль выкидывают...
Эта святая простота Будмайского немного покоробила и он отвёл взгляд.
***
Что дело будет не простое, капитан Федотов понял сразу. На бытовуху, когда в пьяном угаре внезапно вспыхивают разборки и случается непредумышленное убийство, это не походило. Расчленение, причём не топором со всего маху, а острым ножом и строго по локтевому суставу, говорило о холодном расчёте убийцы. А значит и следы он попытается скрыть максимально надёжно. Осмотр Шипучей Гати ничего не дал. Она представляла собой огромный луг, поросший высокий густой травой с бесчисленным множеством островков твёрдой земли, где росли высокая трава, деревья и кустарники. Мёртвые растения, наклонённые и упавшие, вперемешку с живыми создавали впечатления пасущихся гигантских динозавров, ощетинившихся шипами. Их жуткий вид вселял страх, но смертельную опасность здесь представляла ровная местность с глубокими ямами, заполненными липкой и вонючей жижей. Поскольку ямы были скрыты густой травой, то оставались незаметными. Эта же трава издавна на ветру шипящий звук, как бутылка газировки с чуть приоткрытой пробкой. Сколько человек и животных пропало в этих местах, никто не знал. Здесь никогда не находили чьи либо трупы. С далёких времён, из уст в уста передавались рассказы очевидцев, на глазах которых, люди, по каким-либо причинам оказавшиеся на данном болоте, исчезали мгновенно, словно в прямом смысле уходили под землю. Этому факту беспрекословно верили и ни у кого не возникало даже мысли проверить на себе его достоверность. А мёртвых животных, жители со всей округи сбрасывали с возвышенности, которая крутой стороной примыкала к болоту. То место конечно обследовали, но никаких следов связанных с убийством или частей человеческого тела не обнаружили. Криминалистическая экспертиза в общем-то, тоже особой ясности не внесла. Женщина в возрасте от сорока до пятидесяти, вторая группа крови, месяц-полтора назад была ещё жива. Запрос о пропаже людей за последнее время ничего не дал. По краю, в состав которого входило шесть областей, за последние полгода, таковых не было. Возможно, тело привезли издалека и информация попросту ещё не дошла. Но вполне возможно, что никто из здешних о пропаже ещё не заявил.
"С близлежащими деревнями проблем не будет, поскольку они не многочисленны и жители, в основном, друг друга знают - думал Федотов - А вот что делать с дачными посёлками? Там домов не меньше трёх тысяч наберётся".
Начальство, в виде подполковника Свиридова, на совещаниях, обычно рвало и метало. Особенно если дело грозило "зависнуть". К тому же у начальника были специфические методы работы. В частности, он считал, что перед тем как дать работнику задание, его следует "покрыть матом".
Предстоящее совещание ничем не обещало отличаться от предыдущих. Вначале подполковник с напущенной деловитостью спросил - "Как обстоят дела с рукой?"
- Да полная жопа - ответил Федотов, но мысленно. Вслух же произнёс - Работаем...
- Поактивнее, поактивнее надо работать - посоветовал подполковник, пока ещё нормальным тоном. Однако, судя по стремительно краснеющей физиономии, нормальный тон у него быстро заканчивался.
"Да уж... поактивнее - молча передразнил начальника Федотов и так же молча съязвил - Грома за яйца возьму". Потом, представив эту сцену, брезгливо спрятал правую руку под стол.
В это время начальник, словно прочитав его мысли, заорал во всё горло.
- Живее надо работать! Понимаете? Шевелиться, а не спать, как сонные мухи! Ходить, искать, спрашивать, смотреть. Или вы думаете, что улики к вам сами явятся, как зарплата в кошелёк? Ежедневно отчёт мне на стол! Понятно, товарищ капитан?
- Так точно - произнёс вставая капитан. Вставать следовало обязательно. Не то что это была прихоть Свиридова. Просто работники давно уже заметили, что если перед начальником, когда он "рвёт" и "мечет", стоять по стойке смирно, то это несколько сглаживает волну гнева.
Выслушав тираду пустых нравоучений, Федотов, наконец, получил разрешение садиться. Ещё только опускаясь на стул, он подумал - "Куда катиться этот мир?". Обычно, после этого мысленного вопроса у него начинались философские размышления. Вспомнилось начало служебной карьеры, как он молодым следователям пришёл на работу в отдел. Тогда управлением руководил подполковник Толупер Борис Аркадьевич. Над его привычкой ковыряться в носу, смеялись все. Он и сам знал о ней но, как и пристрастие к курению, побороть не мог. Обе привычки были приобретены в молодости. В частности, как рассказывал сам Борис Аркадьевич, когда он только начал ездить на своих "Жигулях", в ожидании зелёного сигнала на светофоре, стал ковыряться в носу. Так появилась и закрепилась эта привычка. Следователи говорили, что даже теперь, когда он ездил общественным транспортом и троллейбус останавливался на светофоре, Толупер тут же запускал палец в нос.
Должность начальника управления явилась апогеем всей его рабочей карьеры. Он начинал простым следователем, долгое время руководил отделом, поэтому о следствии знал всё. Спокойным характером, рассудительностью и справедливостью, он снискал уважение среди подчинённых. С ним можно было посоветоваться, спокойно обсудить проблемы, принять решение. Коллеги о нём отзывались так - "Простой как палка и добрый как Дед Мороз в Новогоднюю ночь". Но когда он ушёл на пенсию, на его место назначили совершенно постороннего человека, который до этого занимал какую-то должность то ли в министерстве, то ли в исполкоме. Тот в следственным процессе не разбирался вообще, поэтому ничего не мог ни посоветовать, ни подсказать. На совещаниях говорил обобщёнными фразами, в общем-то ни о чём, хотя и долго. Его любимый конёк - трудовая дисциплина, отчётность и положительные результаты. А где их взять - его не интересовало. Но если их нет, значит ты не справляешься со своими обязанностями. Такой был принцип. А ещё он считал - если подчинённого ругать, что, в сущности, он постоянно и делал, то тот будет хорошо работать. Весь же смысл его деятельности, как руководителя, сводился только к организации и контролю за рабочим процессом. Но это было настолько обобщённо и поверхностно, что такую работу мог делать любой более-менее грамотный человек. Поначалу Федотов допускал, что начальник, человек новый, не вникший в суть процесса, не притёршийся и его такая манера работать, всего лишь внешняя напускная оболочка. Но потом произошло событие, напрочь уничтожившее все его допущения. Как-то после совещания Свиридов попросил задержаться. Явление, в общем-то, обычное, если надо поговорить о личном или с газа на глаз.
- Как дела? - вроде дружелюбно спросил начальник.
- Всё в порядке - ответил Федотов.
- Точно?
Этот долгий, придирчивый взгляд подполковника ему не понравился.
"Где-то косяк вылез наружу" - мелькнула мысль.
- Товарищ капитан, вот вы являетесь руководителем отдела. Почему вы никого не наказываете? У вас все хорошо работают?
- Да...
- Тогда почему такая низкая раскрываемость?
- Потому что дела сложные.
- У всех дела сложные. Чтобы решать сложные дела, надо установить порядок в подразделении и поддерживать его. Если я найду у вас хотя бы один изъян, накажу вас. Понятно, товарищ капитан? Так что - делайте выводы.
Через полторы недели к ним заявились трое молоденьких офицеров из управления.
- Мне поручено составить фотографию рабочего дня вашего подразделения - отрапортовал один из них, по-видимому старший.
- А что это такое? - спросил Федотов, который раньше даже не слышал ничего подобного.
- Мы будем фиксировать все действия работников вашего отдела в течении дня.
Они молча, как тени, слонялись по отделу и что-то помечали в блокнотах. После обеда к ним уже привыкли и не обращали внимания. Зато через неделю, на совещании Свиридов поднял Федотова и вылил на него "бочку грязи". Оказывается, в отделе порядок отсутствовал напрочь. Не было плана, контроля за подчинёнными, а также нарушения в хранении документации, выдачи оружия, курение в неположенных местах и так далее. В итоге Федотов был наказан лишением премиальных, за что он потом и расписался в приказе. Конечно, все выявленные факты имели место быть. И тем не менее, Федотов считал, что это придирка чистой воды. Ведь в сущности, все недостатки были организационного плана и никак не влияли на раскрываемость дел. На недостатки или ошибки следствия никто не указывал. Это означало только одно - чтобы обозначить свою работу, начальство нашло козла отпущения. Было несколько обидно, что именно его избрали мальчиком для бития. Может быть Свиридов рассчитывал, что после этого тот будет лебезить перед ним, как это в большей или меньшей степени делали все начальники отделов? Но на Федотова это подействовало с точностью наоборот: он всем существом воспротивился навязываемой методике и не стал копировать его манеры. Он, конечно, не превратился в нарушителя. Он вообще никогда не был против дисциплины, но то что сейчас происходило в управлении, считал солдафонской муштрой и показухой. Показушность же, по его мнению, пронизало не только Министерство Внутренних Дел, но и всю структуру власти. Конечно, можно было допустить какой-то процент показушности, но в рамках приличия. А если по бумагам выходило, что раскрываемость в их управлении девяносто шесть процентов, но на самом деле не было и шести девяти, то это уже, как говорится "за державу обидно". Свиридов часто недвусмысленно намекал, что бы следователи, на какое-то время, закрывали незавершонку, а после отчётности, возвращали бы на дорасследование. Но Федотов прекрасно понимал, что такой следователь тем самым подписывает себе приговор. Если подлог раскроется, а в современных условиях это сделать не составляло большого труда, то сам же Свиридов затянет на твоей шее эту удавку. Поэтому Федотов и не вёлся на прозрачные намёки, по возможности игнорировал показушность и равнодушно сносил "кнут и пряник". К слову - последнее довалось не легко. Особенно кнут. Федотов развил в себе одну хитрость: когда подполковник, в араторском экстазе склонял его, он, в это время показывал ему под столом кукиш или "фак". Эту манеру он перенял от командира роты полка Внутренних войск, капитана по фамилии Пак. Коллеги называли его "Гапак". И не без основания. Дело в том, что инициалы у капитана были "Г" и "А", Георгий Арсеньевич. Если их поставить перед фамилией, то это только так и читалось. Ещё его называли Гога Пак, произнося это одним словом. В жилах капитана смешалось корейская и грузинская кровь и, надо сказать, смесь получилась довольно гремучей. Однажды командир полка перед строем офицеров отчитывал его за какую-то провинность. Тот, вытянувшись в струнку, казалось весь внимал его словам. Однако, в это время, средним пальцам правой руки, плотно прижатой к бедру, показывал фак. Закончив отчитывать подчинённого, командир произнёс - "Станьте в строй, товарищ капитан". Тот ответил - "Есть!" - и непроизвольно отдал честь полковнику тем же факом. Полковник, правда, не заметил этого жеста, однако обратил внимания, что у некоторых офицеров из первой шеренги рожи стали красными, а выражение лиц такое, словно они набрали полный рот воды и никак не могут проглотить. Федотов стал использовать этот метод и, как ни странно, он оказался действенным. Как громоотвод, уводящий испепеляющий удар молнии, так и для Федотова слова начальника не имели никакого воздействия. Иной раз ему даже приходилось сдерживать смех, который неожиданно возникал как какое-то побочное явление от грозной критики. Его коллеги, в большинстве своём, верили речам Свиридова и очень болезненно воспринимали критику. Но самое страшное - после совещания они возвращались в свои отделы и точно так же вели себя с подчиненными. Федотов же, на вопрос - "Что было на совещании?" небрежно махал рукой и отвечал - "А, всё тот же п...ж". Нельзя сказать, что он в открытую игнорировал все предписания руководства. Даже наоборот, он добросовестно их исполнял. Но он не превратился в бездушную машину, робота, который слепа и бездумно исполняет заданную программу. Он имел своё мнение, высказывал свою точку зрения и уже одним этим снискал уважение в коллективе. Но такое отношение к руководству не могло не иметь последствий. Во-первых - ему не давали звания. Вот уже третий год он возглавлял отдел в звании капитана, хотя раньше, при назначении на эту должность, майорская звёздочка ложилась на плечи автоматически. Да и премиями его отдел не баловали. А всё из-за низкой раскрываемости. Федотов мечтал об одном - уйти на пенсию, уехать в какую-нибудь маленькую, заброшенную деревушку, где нет дорог, где не "берут" сотовые телефоны и где чёрно-белый телевизор показывает только две программы. Он бы завёл кота, собаку, козу и пяток кур с петухом. Копал бы огород, косил траву, собирал грибы и наслаждался тишиной и спокойствием. Ради этого он даже не стал бы ждать пенсии, но... Но семейные обстоятельства привязывали его к месту жительства, и к работе. А во всём виноват сын-оболтус, который, мягко говоря, не очень хорошо учился в школе и теперь его пришлось устроить в институт на платной основе. Ещё три года ему учиться, а значит как минимум три года Федотову придётся терпеть этот бардак. Да и дочь не в лучшем положении. Полтора года живёт гражданским браком со своим бойфрендом, но на вопрос о детях, только брезгиво фыркает. А Федотов не прочь был повозиться с каким-нибудь карапузиком. Но чем его на самом деле привлекала пенсия, так это свободой. Он был бы тогда воистину свободный человек. И пусть деньги не большие, зато ты не подчиняешься Свиридову и ему подобным. А с каким бы наслаждением на вопрос - "Когда уже ты наконец будешь работать как следует?" Федотов бы ответил - "Да пошёл ты...". Он представил реакцию полковника и даже заулыбался. Вообще-то он давно уже удивлялся тому обстоятельству, что до сих пор ещё работает в этой должности. И заслуга здесь не только в смирении. Чтобы руководить отделом, надо что-то соображать. А чтобы соображать одного образования не достаточно. Надо знать специфику, иметь какой-то опыт. А специфику и опыт ты не узнаешь если не поработаешь. Бестолковым здесь быть нельзя. Вот руководить управлением, можно и бестолковому. У него два зама. У министра замов ещё больше. А главой государства запросто может быть полная бестолочь. Лишь бы язык был хорошо подвешен. Создал штат, набрал армию учёных, специалистов и руководи. Но Федотов чувствовал, что его держат пока ещё не созрела замена. А замена эта росла у него под бокам, или, как говорится, пригрелась у него на груди. Молодой следователь по фамилии Витер попал к ним по распределению. Сразу же по отделению поползли слухи, что его крышует сам Бубелин, важный чиновник из прокуратуры. Поговаривали, что Витер сын любовницы Бубелина, но это уже не важно. Что крыша есть, Федотов убедился самолично. Когда-то он поручил ему одно убийство, связанное с наркотой. На следующий день Свиридов его отчитал по полной программе в свойственной ему манере. "У тебя мозги есть? Ты головой соображаешь? Такое сложное дело поручить молодому следователю...". Да, дело было не простое. Да, следователь молодой, не опытный. Ну так он же бы работал не один. Он, Федотов, в первую очередь ему бы помогал. Зато это был бы хороший урок, он многому бы научил. А так... До сих пор не понятно - что Витер из себя представляет, на что он способен? Настоящего дела, практически-то и не было. Но зато показатели по раскрываемости хорошие. Это да. Значит есть фундамент для повышения в должности и звании. Федотов предчувствовал, что именно он займёт его место. Не то чтобы это его задевало, или была какая-то обида. Нет. Он относился к Витеру как и ко всем следователям. Но однажды пришла довольно интересная мысль; а что если его держат на этой работе лишь только потому, что тому же Витеру здесь комфортно? Следователь Капрович, с первого отдела, как-то при встрече спросил - " У тебя нет свободных мест? Хочу перейти в твой отдел". " С первого, образцово-показтельного, в третий, самый отсталый по управлению?" - удивленно спросил Федотов. "Да Александров задобал уже своей дуростью. Говорит, что я не умею писать отчёт. Я восемнадцать лет работаю в розыске и какой-то свинопас будет говорить, что я не умею писать?" - ответил тот. Федотов знал, что это не Александров задолбал, а скорее Алесандрова задолбали. Тот всегда дрожал перед Свиридовым. А так же угождал, заискивал. Он даже не допускал мысли, что начальник может быть не прав. И конечно же в своём отделе полностью копировал его повадки. "Ты считаешь, я не такой?" - спросил Федотов. Ответ его несколько поразил - "Да ты вообще святой". Он долго находился под впечатлением этого ответа, потом мысленно сказал себе - "Ну, раз я святой, значит попаду в в рай..."
Где-то через неделю после обнаруженной находки, произошли события, которые дали толчок зависшему делу: в одном из дачных кооперативов сгорела домик, принадлежащая некой Виолетте Безшапкиной. На пожарище был обнаружен сильно обгоревший труп мужчины. Но самое интересное - хозяйку дачи никто не видел уже недели две. Впоследствии выяснилось, что та работала на почте и теперь находилась в трудовом отпуске. И жила, она в это время, в основном, на даче. А ещё выяснилось, что она сожительствовала с неким Владимиром Соловьёвым, человеком нигде не работающим и пьющим. Вот тут-то всё и складывалось: пьянка, разборки, убийство, расчленение, неосторожное обращение с огнём или курение в постели. А если бы удалось найти тело... "Может Грома не кормить дня два, а потом прицепить ошейник с радиопередатчиком, выпустить и проследить. Вдруг он приведёт к нужному месту" - рассуждал Федотов. Правда отец Соловьёва занимал высокий пост - заместитель министра лёгкой промышленности. Федотов предчувствовал, что на этом уровне могут оказывать давление на следствие. Поэтому следовало как можно быстрее собрать как можно больше улик.
- Так, Лисун и Витер - завтра с утра поедете на дачу и соберите всё, до мельчайших подробностей, про эту Безшапкину - давал указания Федотов - А я займусь папашей-министром.
- Завтра среда... - робко возразил Витер.
- Ну, и...
- Политинформация...
Когда-то, сверху, спустили директиву - в подразделениях проводить политинформации с личным составом. Цель этого мероприятия была не совсем понятна, потому как в государстве информационного вакуума не наблюдалось. Вполне возможно, что именно из-за изобилия инфорации и дали такое указание, посчитав, что люди могут не заметить стремление власти осчастливить народ своими деяниями.
- Если тебе это сильно интересно, почитай газеты, посмотри телевизор - сухо произнёс Федотов.
- Так он же докладчик - сказал следователь Заболотный, указывая кивком головы на Витера.
- А вы сами без его доклада ничего не можете узнать - язвительно ответил ему Федотов.
- Так... что... выходит... политинформация отменяется? - робко спросил всё тот же Заболотный.
- Отменяется - глядя на стол сказал начальник и добавил - Есть более важные дела.
Уходя кто-то из следователей вполголоса обранил - "Круто...".
Оставшись один, сидя за рабочим столом, Федотов ещё какое-то время задумчиво смотрел в окно. Но мыслли его были не о работе.
"В тридцать седьмом году, меня бы точно расстреляли" - думал он.




ТЕНИ


В Свете, где всё было белым-бело, появилась Тёмная Тень. Она представляла из себя бесформенное пятно, с постоянно меняющимся

[Седой]

ПОЧТАЛЬОН. ЧАСТЬ - 1.

Свою "утопленницу" Геннадий встретил случайно, когда собрался ехать в ЦУМ, чтобы с отпускных немного обновить гардероб.
На автобусной остановке находился газетный киоск, польза от которого на данный момент сводилась к тому, чтобы дать людям спасительную тень от обжигающего солнца. И вдруг, из-за угла этого киоска, разглядывая пеструю витрину с глянцевыми журналами, появилась она.
На девушке были короткие голубые шорты, белая майка, плотно облегающая шикарный бюст, белые босоножки, на низком каблуке, и небольшая сиреневая сумочка через плечо.
От неожиданности Геннадия всего передёрнуло, словно через него пропустили электрический заряд, и, как последствие этого не очень приятного процесса, он, к своему удивлению, первый заговорил с девушкой.
- Здравствуйте! Вы меня не помните?
Она повернулась к нему, нахмурила брови, окинула с головы до ног внимательным взглядом.
- Ну там, на озере - продолжал он, не выдержав её напряжённых воспоминаний.
- Аааа!!! - девушка радостно улыбнулась.
Эта улыбка, подобно ударной волне от взрыва, обдала какой-то непонятной радостью Геннадия.
- Помню, помню. Я вас напугала.
- Ничего вы меня не напугали... С чего бы мне вас пугаться? - изрядно покраснев, стал оправдываться Геннадий, на что она сразу же ответила - "Ничего не имею против".
Он не мог смотреть в лицо девушке. Её красота, казалось, обжигала, ослепляла, резала глаза. Геннадий перевёл взгляд ниже, но наткнулся на её обнажённые ноги и резко повернулся в сторону витрины.
Неловкая пауза тянулась несколько секунд и всё это время её взгляд, казалось, прожигал ему щёку. Вдруг Геннадий спохватился, снова повернулся к девушке и, глядя в лицо, заговорил быстро, даже взахлёб.
- А вы так похожи на графиню Анастасию Чесновскую. В замке графа Чесновского, вы видели ту картину? Она тоже красивая... Правда...
Последнее слово не являлось вопросом, хотя и было похоже на вопрос. Геннадий хотел сказать - "правда она утонула" - но в самый последний момент передумал, поэтому и запнулся.
Девушка криво усмехнулась и слегка кивнула головой.
- Стандартный прием знакомства - "Девушка, я вас где-то видел" или "Девушка, вы так похожи на Аллу Пугачёву". Не блещите оригинальностью.
Когда до Геннадия дошёл смысл сказанного, он вдохнул полной грудью чтобы с возмущением опровергнуть её предположение. Но то что произошло в следующий момент, начисто разбило его планы: девушка протянула руку и торжественно произнесла - "Галина. Можно Галя".
- Я... не... хотел... - это всё что осталось у Геннадия от возмущения. Он недоумённо смотрел на протянутую руку, потом перевёл взгляд на лицо девушки, наконец медленно, с недоверием, протянул навстречу свою.
- Геннадий... Гена.
- Очень приятно - сказала Галина.
Поскольку автобуса не было видно, она предложила один из вариантов.
- Мне нужна нотариальная контора на Скользком переулке. Это две остановки отсюда. Мы можем прогуляться пешком. Или ты торопишься? Может у тебя дела?
Геннадий отчаянно замотал головой и замахал руками.
Когда они двинулись по асфальтированной дорожке, обсаженной с обеих сторон молодыми липами, он почувствовал страшную неловкость. И состояла она в банальном поддержании разговора. Мысли Геннадия лихорадочно метались и никак не находили подходящей темы.
- А вы хорошо плаваете - наконец произнёс он, ухватившись за первую подходящую.
- Ну, во-первых, без "вы". А во-вторых - знаешь как моя фамилия? Рыбина. А любая рыбина хорошо плавает.
Дальше снова шли молча.
На большом плакате, расположенном почти у самой проезжей части, была изображена красивая, улыбающаяся девушка рядом с новеньким импортным автомобилем. Надпись внизу призывала граждан приобретать лотерейные билеты. Галина задержала взгляд на плакате и произнесла - "Какое счастливое и радостное лицо... Но самое интересное, что всё это не верно отражает действительность. Ведь для того чтобы один человек выиграл в ту же лотерею, надо чтобы тысячи, а то миллионы, проиграли. А о них никто нигде ни упоминает. По-моему это не справедливо. Как ты считаешь? Ты играешь в лотерею?
Геннадий помотал головой.
- Хотя... если посмотреть с другой стороны - такова природа вещей - продолжала девушка - Красивый, благоухающий цветок появился на свет благодаря большой и вонючей куче дерьма. Просто цветок, это уже другая область восприятия, относящаяся к эстетике. Он нужен людям, чтобы создавать положительные эмоции. Люди его и вырастили. Да, его красотой можно восхищаться, но куча дерьма, всё-таки, главнее. Не будь дерьма, не было бы и цветка. А что если и человеческая жизнь относится к чьей-то области эстетики? Может и нас тоже кто-то растит, удобряет, подкармливает. Только как определить, где что? Реальность, это дерьмо или цветы? Ты знаешь, порой мне кажется, что нашу цивилизацию кто-то искусственно поддерживает. Судя по событиям, которые происходят в мире, она давно уже должна была сойти на нет. Отношения людей в обществе, это ложь на лжи. Недавно читала - школьник, в образцова-показательной школе, пришёл на занятия с оружием и перестрелял половину класса. И кто бы мог подумать: ведь у него, везде и всюду были отличные показатели... Казалось бы - дерьма там нет и быть не может, везде цветы и благоуханье. А вот, оказывается, и есть. И оно время от времени, вырывается наружу.
Галина задумалась.
Геннадий, чтобы хотя бы как-то подержать разговор, не нашёл ничего другого, кроме производственной темы.
- Наш цех изготавливает станины для электродвигателей, которые устанавливают на компрессоры. И вот недавно, компрессорный заявил, что мол отказывается от наших двигателей, а будет покупать норвежские, потому что они дешевле. А нам что делать? Мы не можем снизить цену, потому что производство станет нерентабельным.
- Всё то же дерьмо - злобно произнесла Галина - Ложь на лжи... - вдруг она резко повернула голову к Геннадию - Ну, и что вы собираетесь делать?
- Директор написал письмо в администрацию, чтобы те заставили компрессорный брать нашу продукцию.
- А вы не пробовали разобраться в сути: почему так получилось? Ведь эта проблема возникла не сразу и не на пустом месте.
Геннадий шёл молча, опустив голову. "Неудачная тема" - думал он.
- А ведь ответ очень прост - продолжала Галина - потому что у них автоматизированное производство. А почему бы вам не сделать то же самое? Ведь зарплата входит в стоимость товара, а роботам платить не надо.
Геннадий пожал плечами и девушка продолжала.
- Просто кое-кому это не выгодно. Ведь если роботизировать производства, то половину рабочих придётся сократить. Значит с ними надо что-то делать, куда-то устраивать. А наш главный, у которого в руках вся власть, делать этого не хочет, потому, что боится лишиться всенародной любви, потому, что его потом не выберут во власть на очередной срок. Всё дело во власти. Вот он и кричит на каждом углу, что надо сохранить рабочие места. С одной стороны - всё правильно: право на труд гарантировано конституцией и глава, таким образом, проявляет заботу о людях. Но с другой стороны, для экономики это губительно. Руководитель, попросту, не хочет лишиться власти и действует по принципу альфа-самца - почти физически уничтожает соперников и претендентов на власть. Никакой преемственности. Он будет цепляться за власть, пока его будут держать ноги. Ну и конечно он не собирается признавать свои ошибки, даже если они очевидны. Он ищет крайних среди чиновников, которых сам же назначил и сам же ими руководит. В общем - снаружи всё красиво, но внутри всё то же дермо. Его можно не замечать, но это не значит что его нет.
Геннадий долго и внимательно смотрел на профиль Галины.
- Ты кем работаешь? - наконец спросил он.
- Я обычный почтальон.
- Оппозиционных газет начиталась?
- А где ты видел у нас оппозиционные газеты? Все средства массовой информации в одних руках. Эта система работает исправно и успешно внушает электорату определённую точку зрения. Даже он, главный, является частью этой системы, потому как работает только на картинку. Кстати, это называется - диктатура. Она хороша тем, что с её помощью легко управлять государством. В частности - экономические реформы можно проводить быстрее. Ради этого можно на многое закрыть глаза. Но если власть ради власти, то диктатуру уже ничем не оправдать. Однако дело не в ней. А дело во мне. Просто я несколько по-другому воспринимаю информацию и вижу то, что мне не показывают, что от меня скрывают.
- Тебе надо следователем работать...
- Да, я могла бы быть следователем. Между прочим - меня к этому и готовили. Я с отличием окончила Нархоз, хорошо разбираюсь в народном хозяйстве и могу расследовать экономические преступления. Мой отец - майор КГБ...
"Так вот почему она уплыла на другой берег" - тут же подумалось Геннадию.
- ...мать - капитан, работает в этой же организации, а дедушка был полковник, начинал в НКВД. Так что - для меня, в КГБ, место нашлось бы. Но я не люблю структуры где вся работа основана на беспрекословном подчинении. Там нет места полёту фантазии, творческому подходу. А я люблю изобретать, искать что-то новое. Рутина меня угнетает. Поэтому я поступила в радиотехнический, на программирование. Работаю почтальонам, учусь заочно. Я могла бы найти работу экономистом. Но весь день сидеть на одном месте, это не по мне. А так, я много хожу, это полезно для здоровья. В частности, у меня красивые ноги.
Как бы в подтверждение своих слов, она приподняла поочередно сначала левую, потом правую ногу.
- Да, программисты хорошо зарабатывают - сказал Геннадий, отводя взгляд от ног девушки.
- Хорошо зарабатывают те, кто пишет программы по определённому шаблону. А придумать программу, изобрести что-то новое, это уж как получиться. Вообще-то метод проб и ошибок, то что лежит в основе любого изобретения, дело не всегда прибыльное. Ты можешь потратиться на эксперименты и остаться в убытке. Но зато в случае успеха - ощущение непередаваемые.
- А насчёт КГБ, ты серьёзно? - спросил Геннадий, сильно косясь на девушку.
- Абсолютно.
- Прямо семейная династия что ли?
- Так оно и есть. Какая бы это не была суровая контора, но она всегда являлась хлебным местом. Поэтому не удивительно, что если кто туда устраивался на работу, тянул за собой родных и близких. Если, конечно, у них биография была не испорчена.
- А рассуждения насчёт власти, тоже оттуда?
- Нет. Рассуждения эти только мои