Сильно не пинайте. Ну позяяуста Опции

[Таяна]

Я прошу критики, но с учетом того, что это моя первая попытка в сочинительстве. (за исключение постов для фандомов)
То есть, ни как разбор картины, выставленной неизвестным художником в галлерее, а оценка рисунка перврклассника из художки.
Знаю про ППЦ с пунктуацией, если укажите самые грубые ошибки, буду благодарна.
Выставляю треть от общего объема текста, приметно))

Карамельные штрудели

Гостей небольшого городка, затерявшегося в лесах Поволжья, несказанно удивлял нарядный домик по Садовому переулку; он казался приезжим вырванной из книги сказок Андерсена картинкой, случайно спрятанной среди бревенчатых срубов и панельных пятиэтажек
Фрау Марта - именно так, все называли женщину, жившую в двухэтажном флигеле старинной усадьбы, с огромным яблоневым садом. Белоснежный фасад её дома, пересеченный коричневым брусом, украшали подвесные кашпо с петуниями и узкие арочные окна из темного дерева.
Фрау Марта жила на втором этаже, отведя первый под лавку-пекарню и поставив там пару столиков для желающих выпить чашечку кофе со свежей сдобой. Яблоки для присыпанной сахарной пудрой шарлотки, карамельных штруделей или нежнейших слоеных тарталеток - хозяйка собирала в собственном саду.
Женщина так давно обитала в этих глухих краях, что иноземное - фрау, вросло корнями в обиход и звучало столь же привычно, как Семёновна или Ильинична.
Выходя к посетителям, хозяйка надевала крахмально-белые чепец и фартук; со сдержанной улыбкой интересовалась делами , угощала леденцами детей и делала уместные комплименты дамам.
Убранство лавки, подобно хозяйке, отличалось изысканной простотой и лаконичностью. Растрескавшиеся от времени потолочные балки и массивная мебель, из покрытого темной морилкой дерева, казались еще фактурнее в контрасте с белеными стенами. Окна лавки украшали накрахмаленные занавески и горшки герани, со столь крупными соцветиями и пышной зеленью, что по первости, многие принимали их за искусственные.
Единственным, что выбивалось из царства чопорного порядка, был старинный буфет. Выставленными вещами, его витрина напоминала лавку безумного барахольщика: среди россыпи жемчужных бусин и антикварных елочных игрушек, виднелись гусиные перья, кулон в виде замысловатой астролябии, пришпиленные к бархатной подушке крылья стрекозы, антикварный хронометр, и даже магический хрустальный шар.

******

Анна потуже заплела рыжие волосы и чуть припудрила веснушки на миниатюрном личике.
Девушка, третий год работавшая в пекарне, уже могла утверждать - утро началось замечательно, а впереди, очередной замечательный день. Такой же, как и сотни дней до него - почти такой же.

Сегодня, в её утреннюю булочку к чаю, положили на одну вишенку больше: смуглый, худой как жердь юноша с острым лицом, был явно не из местных. Он сидел у окна, изящно отпивая из фарфоровой чашки горячее какао. Его взгляд не отрывался от витрины буфета
- Мадемуазель, - подозвал Анну гость, - я коллекционирую старинные хронометры, и тот, что у вас …он меня заинтересовал. С кем я могу поговорить о его приобретение? Я дам за него хорошую цену.
- Сколько, - оживилась девушка.
Юноша впился в нее взглядом, - допустим… пять тысяч: долларов естественно.
Карие глаза Анны вспыхнули радостью, и девушка восторженно уточнила, - так много?
Но через миг, улыбка на её лице опала, как перебродившее тесто.
- Извините, я не могу - эта вещь хозяйки.
- Хозяйки? - юноша вопросительно изогнул черную бровь
- Фрау Марты, - девушка оглянулась на дверцу за спиной, - ой, а я её сейчас спрошу, вдруг согласится?!
- Не стоит, мадемуазель, - юноша порывисто встал, - пожилые дамы неохотно расстаются со своими сокровищами. Можно счет?
Расплачиваясь, юноша галантно поцеловал Анне кончики пальцев.
- Мадемуазель, у Вас руки пианистки.
- О… я действительно, - Анна взглянула на деньги, - Вы дали лишнюю купюру.
Ничего лишнего, мадемуазель, это Вам на чай.
Юноша поклонился, поднеся руку к сердцу и вышел аккуратно прикрыв за собой дверь.
- Благодарю, - пролепетала Анна, с грустью рассматривая свои тонкие пальчики.

*****

Ловко орудуя кондитерским шприцем, Анна начиняла пончики заварным кремом, исподтишка поглядывая на хозяйку.
- Фрау Марта, а почему бы нам не обновить пекарню. Можно купить тестомесы, электрические духовки, а то мы, как в средневековье работаем, даже печи дровяные.
Улыбнувшись, фрау Марта припылила мукой тесто.
- Именно поэтому, наша выпечка так вкусна. Мы вкладывает в неё тепло души, а живой огонь сдабривает щепоткой магии. Если доверить тесто машинам, будет совсем не то - уж поверь мне деточка.
- Но мы же пользуемся холодильниками, - напомнила Анна
- Да, - хозяйка вздохнула, - но это необходимое зло. Э-эх, жаль, что тут погреб нельзя вырыть.
Пекарню как всегда закрывали в восемь вечера, фрау Марта собрала для Анны корзинку с нераспроданной выпечкой. Хозяйка ничего не оставляла на завтра, каждое утро выпечка была свежая.
Анна считала это расточительной глупостью, но помалкивала, понимая свою выгоду.

********

Громкий стук в дверь вырвал Анну их сна.
- Хватит спать, управляться пора, - раздалось из-за дверей ворчание отчима.
Анна потерла глаза - “чтоб его, даже в единственный выходной выспаться не дают”
Зайдя на кухню, Анна не глядя пошарила рукой в корзинке. Достав пирог с капустой, девушка поджала губы - самое вкусное как всегда уже съели. Налив стакан парного молока, Анна села завтракать у окна.
Мать, как обычно копалась в огороде, а отчим и брат с утра ушли на сенокос.
“ Выходной закончится так и не начавшись” - раздосадовано подумала девушка - “и зачем родителям семь коров”

До полудня сметывали сено в стога, и теперь тело нестерпимо чесалось от налипшей пыли. Анна наскоро ополоснулась в летнем душе , поставленном прямо на лугу и собралась домой.
Анна шла по объездной, когда рядом с ней остановилась серебристая машина. Девушка сразу узнала утреннего посетителя - того самого, что интересовался хронометром.
- Добрый день, мадемуазель Анна. Мы хотим осмотреть местную усадьбу. Слышали, что Вы можете поведать об этом месте много интересного.
Анна растерянно кивнула головой, - да, я изучала её историю.
- Я просто умоляю Вас, составить нам компанию?
- Не знаю… не сейчас, меня дома ждут.

- Полагаю, нам нужно было сначала представиться, - улыбнулся юноша, - я Алекс, а мою молчаливую сестру зовут Лизабет.
Анна взглянула на девушку и не увидела - чистый холст, на котором только предстоит нарисовать портрет: прозрачная фарфоровая кожа, белёсые волосы и льдистые глаза... неживые, словно кукольные.