Змей, Жизнь и приключения офисного клерка Опции

[Анатолий Терешон...]

Как же быстро и кардинально может измениться спокойная и размеренная жизнь обычного московского клерка. Измениться настолько круто, что даже если верить в чудеса поверить в эти изменения не так-то просто. Еще сегодня ты руководишь подразделением в не самой маленькой российской компании, а завтра с тобой происходят события поистине космического масштаба, но обо всем по порядку.

Змей

Глава I

Москва
Наши дни

Я проснулся от резкого звука старенького будильника, с трудом нашарил его в темноте, чтобы выключить, но в итоге уронил с тумбочки, и он с противным звуком замолчал сам, прокатившись по полу. Не сказать, что я не люблю утро. Да и просыпаюсь всегда достаточно быстро, но сегодня вставать совсем не хотелось. Было хорошо слышно, как по подоконнику барабанят капли осеннего дождя и шумит холодный ветер. Поздняя осень в Москве не самое приятное время. Постоянная сырость и холод, а в метро и автобусах постоянно душно то ли от того, что там всегда полно народу, то ли от того, что работает отопление и попадая в нутро транспорта в верхней одежде, сразу становится жарко и не комфортно.
Дав себе пять минут на, понежится в тёплой постели, и сделав над собой усилие, все же встал и побрёл в ванну. Прохладный душ всегда помогает быстрее проснуться. Никогда не понимал людей, которые не любят воду. А я очень люблю во всех её проявлениях. Люблю мыться, люблю купаться, да просто люблю смотреть на речную или морскую гладь. Не говоря уже о буйстве стихии во время шторма или непогоды, воспетой в творчестве Айвазовского, например.

Выйдя из душа, вытерся полотенцем, посмотрел на себя в зеркало и, с тяжёлым вздохом, принялся сбривать двухдневную щетину. Процесс нудный и не сильно приятный и почему-то навивает мне каждое утро одну и ту же мысль, вот бы наконец изобрели крем для бритья, после которого станком орудовать не обязательно. Взял и смахнул его полотенцем, ну или просто смыл водой вместе со щетиной.
Оделся вроде по погоде и после завтрака стало приятно тепло, но как только вышел на улицу, чуть ли не с первым порывом ветра все тепло улетучилось и стало зябко и противно. Хоть на остановке не пришлось долго топтаться, автобус подошёл минут через пять, не больше. Зашёл в душный салон и стало не тепло, а сразу жарко. Да ещё и попалась мадам, обожающая духи настолько, что закупает их, наверное, вёдрами, чтобы выливать на себя порциями размером со стакан! Причём ещё и аромат оказался приторно сладким, с оттенком то ли мускуса, то ли нафталина или чем там должно пахнуть от пожилой женщины? В общем утро продолжалось именно в тех тонах, которые обычно и диктует нам поздняя осень, как бы наталкивая на восприятие мира именно в этом ключе.
Метро поглотило меня с привычным гудением, пахнув на встречу спёртым воздухом, вырывающимся сквозь покачивающиеся створки с силой урагана. Еле успел поймать дверь, отпущенную худенькой девчонкой, проскочившей впереди меня. Она чуть обернулась и пожала плечами. А что я хотел? Нечего зевать с утра. Так можно и по лбу получить. Не раз видел такие приколы.
На станции было людно и тихо. Видимо, поезда только что убежали каждый в своём направлении. Дошёл до приметного красного люка в полу, возле которого всегда оказывались двери приходящего поезда, и на моей станции не нужно было бежать через всю платформу, а выход был прямо в нужную мне сторону. Наверно у каждого, кто постоянно пользуется метро, есть такие особые метки, куда идёшь уже практически на автомате. А те, кто пожили в Москве какое-то время обычно пытаются угадать место, где будет вход в вагон по натоптанным следам на перроне. Но так не надёжно. Поездов теперь появилось много и разных, и вагоны у них отличаются, так что засек ты такое место, а когда поезд приходит оказывается, что ты не самый хитрый, а стоишь ровно посередине между двух дверей.
В подошедшем поезде на удивление было не много людей, хотя обычно в это время бывает почти полный вагон. Я вошёл и сел на крайнее место в самом конце, здесь хоть не затопчут. Подключил смартфон к якобы бесплатной сети вай-фай, попутно просмотрев кучу рекламы и принялся изучать почту. Обычно телефон помогает скоротать время в дороге. Постепенно сформировался свой, особый ритуал. Сначала почта, потом пара любимых сайтов о спорте, а затем обычно идёт приложение с книгами и чтение помогало практически не замечать оставшуюся дорогу. Особенно, если попадалось что-то интересное, захватывающее.
Читать я очень люблю. С самого детства зачитывался до одури. Помню, как родители выгоняли на улицу, чтобы хоть немного погонял с ребятами мяч, а я тайком прятал книгу под майкой и устроившись в парке на скамейке предавался любимому занятию. Я обожал путешествовать с героями книг, куда бы они не направлялись, какие-то книги открывали целый мир, какие-то рассказывали о великих героях, а цикл рассказов Джека Лондона «Любовь к жизни» вообще произвёл на меня в своё время огромное впечатление! Люди, на долю которых выпали такие испытания будоражили моё воображение, и я раз за разом думал, а как бы я поступил на их месте? Смог бы я убить свою собаку, чтобы согреться её теплом? Хватило бы мне сил преодолеть те трудности, которые выпали на их долю.

- Молодой человек, не совестно вам? – громкий голос отвлёк меня от моих размышлений.

Я поднял взгляд и увидел дедушку. Другого определения для него у меня не родилось. Не старик, не пожилой человек, а именно дедушка. Я поспешно вскочил, уступая место и бормоча извинения. Дедушка степенно присел на моё место и внимательно уставился на меня своими очень пронзительными и даже не знаю, как сказать, умными? Нет, не то. Скорее какими-то колдовскими, как два бездонных колодца глазами. Глазами, за которыми пряталась не просто прожитая жизнь, а целая вечность! Дедуля смотрел на меня и на губах у него была лёгкая улыбка. А я опять смутился, потому как страшно не люблю такие моменты.

Я так воспитан, я всегда уступаю место старшим, пожилым и как там сейчас пишут во всем общественном транспорте, пассажирам с детьми и инвалидам. А если происходит вот так, как сейчас, то всегда жутко неудобно и тебе кажется, что ты совершил свой самый большой грех в жизни и при этом все это увидели и поняли. А если кто-то ещё не увидел и не понял, то он сейчас начнёт развивать успех и пристыдит тебя окончательно и навсегда. И вот, когда я уже начал продумывать пути отхода, хоть ехать мне было ещё минут тридцать, дедушка спросил:

– Скучно тебе здесь? – он спросил именно так, здесь.

Я не сразу нашёлся, что ответить. И потом, где это здесь? Если в вагоне, то в общем-то да, скучновато. Если в Москве вообще, то, наверное, так однозначно и не скажешь. Есть хорошая работа, друзья, с девушкой вот совсем недавно познакомился.

- Ну что молчишь? Меня Фёдором Степанычем кличут, - представился старик.
- Змей, в смысле Сергей я, - не нашёл я ничего лучше, чтобы представиться.

Змеем меня давно все знакомые звали. Практически второе имя было. Как-то прицепилось в одной из онлайн игрушек, да так и ходит теперь со мной по жизни.

- Змей, значит, серый? – заулыбался дедушка. – Ну так скучно тебе здесь?
- Да где здесь? – переспросил я, - не совсем понимаю, о чем вы?
- Ну как тебе сказать, здесь это здесь. Это точно не там и не совсем тут. - добавил загадочности мой собеседник.
- Запутали Вы меня совсем, - смутился я. – Нормально здесь.
- Нормально, говоришь? А как дальше жить будешь? С работы сегодня уволят, девушка твоя замужем, а друзья и так каждый о себе только думает, общаются пока ты им нужен.

Вот угораздило меня нарваться, не просто дедушка, а целый Нострадамус попался! Это же хуже цыганки. И с работы уволят и девушка замужем. Стоп! А откуда он про девушку узнал? Вид у меня обычный, не молодой я уже человек, чтобы вот так сходу про девушку догадаться. И про друзей моих, хотя, если честно тут он угадал. Друзья у меня были действительно каждый сам за себя. Только потусить вместе, а в остальном крутись как можешь. Дежурные, как дела? – ну и отлично…

- Что задумался? – Фёдор Степанович смотрел на меня все тем же пронзительным взглядом и в какой-то момент мне показалось, что за его глазами скрывается не только вечность, но и вся моя никчёмная жизнь.

Обычная в общем-то жизнь. Как говориться, как у всех. Школа, несколько попыток поступить в институт, потом армия. Институт окончил уже после того, как отслужил срочную, а потом и второй, потому как инженеры стране оказались без надобности, а финансовых знаний в современных реалиях стало катастрофически не хватать. Потом долгий путь по карьерной лестнице страхового клерка. Не скажу, что мне это нравилось, но как-то нужно было зарабатывать на жизнь, а это всяко лучше, чем крутить баранку или кантовать квадратное и переносить круглое.

- Светлана твоя замужем! И детишек у неё двое, да и не пойдёт она от мужа никуда. Устала просто девка, а тут ты подвернулся под руку. - продолжил вещать мой собеседник.
- Так Вы Светкин дедушка? – осенило меня.

Нет, я знал, что Москва — это маленькая деревня, но даже представить себе не мог, что настолько. Видимо сейчас начнёт меня уговаривать не рушить крепкую семью и подумать о Светкиных детях.

- Дурень ты. Как бы я тебя в метро искал, даже не зная, как ты выглядишь? Или думаешь она мне твоё фото дала с наказом поискать в метро? – он засмеялся и в уголках глаз сложились лучики морщинок.

А ведь и правда, фото я своё Светке не давал, да и не так долго мы встречаемся, чтобы совместные фото делать. Тогда тем более все это выглядит более чем странно. Да и вообще, что он ко мне прицепился? Ну не заметил я его сразу, место не уступил, ну угадал он имя девушки моей. Пока в цепочку совпадений все это прекрасно вписывается! А мне с утра куча дел предстоит на работе. Нужно отчёт закончить, пару писем клиентам написать и раздать задачи подчинённым, потом совещание. Ладно, будем считать развлёкся и убил время в дороге.

- Ты нос то не вороти. Лучше запомни, что, когда помощь понадобится найди меня на Манежной дом 7. - совсем удивил меня дедуля.

Поезд остановился и автоинформатор сообщил, что это «Станция метро Киевская, переход на кольцевую линию» и перешёл на корявый английский полу перевод, а я пожал плечами и с извинениями начал пробиваться к выходу.

Киевская площадь встретила меня порывистым ветром и мелким, противным дождём. Подняв ворот куртки, я влился в поток, идущий от метро к офисным зданиям и уже через пять минут приложив карточку электронного пропуска к турникету… не смог пройти в офис. Противный сигнал и красный огонёк турникета сообщили мне очередную неприятную новость. Пропуск почему-то не сработал. Я поискал глазами охранника. За столько лет я знал их всех. Сегодня была смена Игоря. Не молодой уже мужик, слегка обрюзгший, но в его повадках и движении все ещё читался образ бывшего военного.

- Привет, Серёж. Что тормозишь? За тобой уже очередь! – поспешил он ко мне на встречу.
- Да вот, что-то пропуск не срабатывает. Похоже накрылся. - поспешил я сообщить о своей проблеме.
- Иди к девчонкам на ресепшн, пусть посмотрят и, если что, временный выпишут, - посоветовал он.

Я пробрался обратно сквозь возникшую у меня за спиной очередь и поплёлся к находящейся неподалёку стойке регистрации. Как обычно с утра на стойке большого офисного центра была целая толпа из курьеров, посетителей и разного рода страждущих приобщиться к офисным будням. Я не стал отвлекать девчонок и честно дождался своей очереди.

- Привет! Стрельнула в меня глазками Вика, - ты чего, опять пропуск забыл?

Со мной такое иногда случается. Или в пятницу забуду пропуск в других брюках, по причине того, что в этот день можно приходить кежуал, а попросту кто в чем хочет или наоборот в понедельник забуду его в пятничных джинсах.

- Да нет, сегодня как раз пропуск у меня, да вот только не работает, - сообщил я.
- Давай посмотрю, - протянула она руку.

Я отдал пропуск и пока Вика с ним колдовала отвлёкся на пришедшее на телефон сообщение. Сообщение пришло с неизвестного мне номера и гласило: «Помнишь? Манежная улица, дом 7». Я вспомнил о белокуром дедушке из метро. Просто мистика какая-то.

- Серёж, а пропуск у тебя нормальный, просто заблокирован, - сообщила мне Вика.
- Как это, заблокирован? – удивился я.
- А вот так. И с этим тебе к безопасникам нужно, - пожала плечами Вика.
- Блин, ну что за день сегодня? – бормоча себе под нос я потопал в кабинет безопасников, который был расположен здесь же на первом этаже, только вход к ним был через другой подъезд.

Я вышел на улицу и свернул под арку. Решил, что раз уж я не попал в офис с первого раза и причина оказалась более-менее уважительной, то можно и покурить не спеша, прежде чем топать к акулам безопасности компании. Ребята они, конечно, нормальные, но наверняка начнут отчитывать, что неправильно носил и не там хранил свой пропуск и вот теперь его придётся записывать заново.

- Привет Серёга, какими судьбами к нам с самого утра? – радостно поднялся мне на встречу большой и широкий мужик, отставив в сторону чашку размером с хороший пивной бокал от которой поднимались струйки пара и разносился аромат свежезаваренного кофе.
- Здорова Лёш, - поприветствовал я безопасника, - представляешь, фигня какая-то с утра! Пропуск не работает.
- Да? – удивился он, - ну давай посмотрим, - протянул он руку.

Я передал ему пропуск и плюхнулся на стул, стоящий возле его стола, мысленно приготовившись к длительному ожиданию. Лешка, взяв мой пропуск, который утонул в его огромной ладони, вставил его в специальный приёмник и бросил взгляд на экран компьютера. По его лицу пробежала волна различных эмоций и его подвижные и, как казалось, живущие отдельно от всего остального лица брови очень натурально поползли в верх.

- Да, гхм.., интересно, - пробасил он, читая одному ему видимую на экране информацию, - знаешь, Змей, боюсь, что новости у меня для тебя не очень.
Он потупил взгляд и ухватился за свой суперстакан, отхлебнув из него хороший глоток.
- Да блин, ну что там ещё? – не понимая, что на самом деле происходит уточнил я.
- В общем, пропуск твой заблокирован. Причём заблокирован по распоряжению генерального.
- Какого…, начал было я возмущаться, но безопасник поднял руку прерывая поток моего возмущения.
- Ты извини, но за подробностями тебе не ко мне. Здесь написано, что я должен вызвать кадровика и он тебе все объяснит, - подытожил он свои рассуждения.

Потянувшись, он снял трубку телефона и начал набирать номер. Что он там говорил я уже не слушал, в висках стучала кровь и я начал злиться. Что за дела такие? Сколько работаю со мной такого ещё ни разу не было! Мысленно я начал вспоминать, что я такого мог натворить в этой жизни, что теперь меня даже в офис не пускают и предлагают пообщаться с кадровиком, как нашкодившего мальчишку. Нет, конечно, слухи по компании уже давно ходили о том, что ожидаются большие перемены, особенно в руководстве, но ещё в пятницу все было как обычно, а сегодня такие события. Странно это и как-то даже не верится.

- Серёга, - вырвал меня из раздумий голос безопасника, - сейчас она подойдёт, не кисни раньше времени! - постарался он меня приободрить.
- Да какой не кисни? – продолжил я возмущаться. Я что, мальчик какой, чтобы со мной так поступать? Ты же понимаешь, какой будет разговор?
- Понимаю, - сочувственно пробасил он, - но жизнь-то на этом не заканчивается!

Я в сердцах махнул рукой и пошёл к кофейному аппарату, хоть кофе выпью, пока ждать буду, может удастся хоть немного успокоиться. Налил себе кофе и присел на кушетку у окна. За окном шёл противный мелкий дождь и люди, укрывшись под зонтами спешили по своим делам. Погода на улице полностью соответствовала моему душевному состоянию. Тяжело вздохнув, я отпил из стаканчика и поморщился — это не кофе.

Минут через десять подошла сотрудница отдела кадров. Молодая, миловидная барышня лет двадцати пяти. Странно, но я с ней знаком не был. Вообще видел её в первый раз.

- Сергей Змеев это Вы? – уточнила она.
- Да вроде здесь больше никого нет, - пробурчал я в ответ демонстративно оглянувшись по сторонам.
- Пойдёмте в переговорную, там будет удобнее побеседовать, - сделала она приглашающий жест в сторону переговорной.

Опустив голову, я поплёлся за ней. Ну точно, как нашкодивший мальчишка, пришла в голову своевременная мысль, заставившая меня улыбнуться, когда я представил себе всю эту картину со стороны.

- Все хорошо, - спросила она, заметив мою ухмылку.
- Да все просто отлично! – съязвил я продолжая ухмыляться.

Понимание того, какой предстоит разговор и то, что решение давно принято наверху я почувствовал какое-то внутреннее облегчение. Да и что я так держусь за эту работу? Не скажу, что мне нравилось то, чем я здесь занимался, но зарабатывать нужно и я работал честно. Подразделение, созданное мной практически с нуля, я считал именно своим. Я сам набирал людей, сам выстраивал взаимоотношения, сам ставил задачи и контролировал их выполнение. За три года мне удалось создать работающий отдел, приносящий владельцу не плохой доход и зарекомендовавшее себя как достаточно успешное.

- Понимаете Сергей, разговор нам предстоит не из приятных и мне кажется, что Вы не совсем правильно реагируете на ситуацию, - начала они издалека.
- Послушайте, я не знаю Вашего имени, но я отличный переговорщик и всегда считал себя не плохим аналитиком. Раз уж даже мой шеф не захотел сам сообщить мне «радостную новость» и меня не пустили на порог моего же офиса все предельно ясно.
- Меня зовут Наташа и мне очень жаль, но это моя работа, - начала она оправдываться.
- Давайте не будем сожалеть и расшаркиваться друг перед другом, - попросил её я.
- Меня интересует только один вопрос. Раз это расставание по инициативе работодателя, то озвучьте пожалуйста на каких условиях со мной решили расстаться? О причинах я даже знать ничего не хочу.
- Да, Вы правы, я должна сообщить Вам о том, что наверху принято решение о расторжении трудового договора, - подтвердила она. – Условия очень хорошие, поверьте моему опыту.

Я с сомнением посмотрел на неё. А про себя подумал, какой у тебя может быть опыт в твои двадцать лет, но в слух озвучивать свою мысль не стал.

- Компания предлагает Вам расторжение договора по соглашению сторон с выплатой трёх ежемесячных окладов без учёта налогов, то есть чистыми Вам на карточку.
- Послушайте Наталья, ХОРОШИЕ, условия, - я сделал ударение на слове хорошие, - для руководящего состава компании это шесть окладов!
- Я понимаю Вас, но у меня инструкции только о трёх, - потупила она взгляд.
- Ну тогда свяжитесь со своим руководством и передайте, что руководитель Департамента Сергей Змеев, требует соблюдения законодательства и настаивает на шести окладах, - хлопнул я ладонью по столу.
- Боюсь, что это бесполезно, - сообщила она. - Мне так и было сказано, что если начнёт требовать больше, то мы ничем помочь не можем. У нас ограниченный бюджет…
- Достаточно, - прервал я её. – Сколько Вам согласовали? У меня нет не желания не времени препираться, и я готов подписать соглашение, но точно не с тремя окладами!
- Четыре оклада и все документы уже заполнены именно с таким цифрами, - мило улыбнулась она мне.
- Давайте документы.
- Вы не переживайте, все Ваши вещи мы соберём и оставим у охраны на проходной первого подъезда, - успокоила меня она.
- Большое Вам спасибо! - не смог я скрыть своё раздражение.

Мне страшно неприятен был и этот разговор, и эта ситуация и её милое личико с приклеенной на нем улыбкой. Мне сейчас хотелось только одного, уйти из офиса поскорее и забыть все это как страшный сон. За вещами заеду как ни будь потом.

Подписание бумаг заняло не более пятнадцати минут и свернув в трубочку свой экземпляр договора я вышел на улицу. Осень и дождь никуда не делись, и я с наслаждением вдохнул влажный воздух. Воздух свободы, подумалось мне, и я опять начал улыбаться. Да, что со мной твориться? Рушится вся моя жизнь, шедшая до этого момента по размеренному графику и вот теперь всё, летит в тартарары, а мне весело. В раздумьях я дошёл до курилки и достал сигарету.

- Привет, тёзка, - замахал мне рукой один из моих теперь уже бывших подчинённых.
- Привет, - я пожал протянутую руку и затянулся табачным дымом.
- Круто они с тобой обошлись, наши все просто в шоке.
- Что, уже все знают?
- Знают, не то слово! Убрали не только тебя, а вообще всех руководителей начиная с начальника Управления и выше, сообщил мне Сергей.
- Интересно, пробурчал я, - хотя, если честно, почему-то мне совсем это было не интересно.
- Говорят пришла новая команда из конкурирующей компании, а у них только один критерий для тех, кто с ними работает, человек должен быть своим.
- Ура! Меня уволили не за плохую работу, - скорчил я глупую рожу.
- Да ладно Серёж, не переживай, - попытался подбодрить меня он. – Ты же профи, ты точно без дела не останешься! И ты это, ты когда место найдёшь, про нас не забудь мы все с тобой готовы!
- Угу, не забуду, - пробурчал я и выбросил в стоящую рядом урну окурок.

А про себя подумал: знаю я вас, сначала посмотрите, что за компания, потом начнёте выпрашивать побольше оклад, а потом поняв, что на новом месте придётся вкалывать в два раза больше, потому как с нуля, останетесь на тёплых, насиженных местах.

- Ладно, пока, - виновато протянул мне руку Сергей, - мне работать нужно, а то сейчас не понятно вообще ничего и как дальше будет.

Я пожал протянутую мне руку и какое-то время смотрел в след убегающему бывшему сотруднику испытывая странные ощущения. Мне было противно, именно противно и я никак не мог понять, как я столько лет копался во всем этом дерьме? Я вдруг чётко осознал, что у меня нет ни малейшего желания искать новую работу в точно такой же конторе и заниматься точно таким же перекладыванием бумажек и привлечением клиентов, которые хотят одного, а получат в итоге, как всегда, совсем другое. Накинув капюшон, я достал наушники и вставив их в уши выбрал случайный трек.

Вместо тепла - зелень стекла
Вместо огня - дым,
Из сетки календаря выхвачен день.
Красное солнце сгорает до тла,
День догорает с ним,
На пылающий город падает тень.

Я вышел из-под арки и направился в сторону метро надеясь, что больше никто из знакомых на встречу не попадётся и мне не придётся выслушивать очередные сочувствия и соболезнования. В голове возник вопрос: и что теперь? Вернее куда? А скорее все вместе. Как распорядится свалившимся на меня так неожиданно свободным временем? Сегодня понедельник и завтра на работу мне не нужно. Мне вообще никуда завтра не нужно! А на улице дождь и противно. А на душе скребут кошки.
Перемен! - требуют наши сердца.
Перемен! - требуют наши глаза.
В нашем смехе и в наших слезах,
И в пульсации вен:
"Перемен!
Мы ждём перемен!"

Сегодня просто день мистики и совпадений. Даже Цой настаивает не просто на каких-то там переменах, а на моих личных! И что из всего этого следует? Правильно! Настоящий мужчина с гордо поднятой головой преодолевает все трудности и ещё одну я намерен создать себе сам и прямо сейчас. Сформировавшаяся мысль показалась очень удачной и я, подняв голову, начал искать вывеску ближайшего бара.

[Анатолий Терешон...]

Глава VII

— Курсант, с чего это ты решил, что по территории части можно ходить пешком? Фамилия? — окрик командира части застал меня по дороге в штаб с поручением от дежурного по роте.

Я развернулся на месте и вытянулся по струнке.

— Товарищ полковник, курсант Змеев! Следую с поручением от дежурного по роте в штаб части. — отрапортовал я.
— Курсант, что-то ты не сильно торопишься! После выполнения распоряжения три круга вокруг казармы в среднем темпе. И впредь, по территории части передвигаться только бегом. Вопросы?
— Никак нет!
— Выполнять!
— Есть!

Я рысью помчался в штаб мысленно ругая себя за то, что расслабился. Пошёл вот уже третий месяц моего пребывания в учебке сто восьмого, парашютно-десантного полка. Гоняли нас нещадно. Перемещались везде только бегом. С утра зарядка с такой нагрузкой, что даже мне, кто до армии активно занимался парашютным спортом, кусок в горло на завтраке не лез и все мышцы тряслись мелкой дрожью. Потом, как в издёвку, до самого обеда занятия в классах, а после получаемых нами нагрузок это было то ещё испытание. Монотонный голос инструктора и достаточно сложная информация вгоняла в дрёму. То один, то другой курсант не выдерживал и начинал клевать носом и это почти мгновенно приводило к тому, что инструктор это замечал и тут же весь класс выгонялся на улицу и групповая терапия против сна в виде лёгкой пробежки километров на пять будила вех, кто расслабился и даже тех, кто спать даже и не думал. Потом обед, на который ходили обязательно строем и обязательно с песней:

Гул моторов над страной родною слышен,
Но бедою не грозят нам облака,
Люди знают, что сегодня помощь свыше —
Это славные десантные войска.

Я запомнил этот текст навсегда. Только представьте каждый день, на завтрак, обед и ужин, туда и обратно с этой песней, причём успевали мы спеть как правило только первый куплет, ну иногда часть припева.

Мы солдаты не на шутку, а на деле,
В бой готовы мы, и это не секрет.
А береты, а береты голубые мы надели,
Потому что, потому что это самый мирный цвет!

После обеда один час личного времени, который всегда почти полностью уходил на то, чтобы подшить свежий воротничок на кителе и, если повезёт, написать короткое письмецо. Потом до ужина строевая подготовка, рукопашный бой и прочие радости жизни курсанта ВДВ. Не знаю как для кого, а для меня все это время была только одна осязаемая мечта, хоть раз напиться воды вдоволь! На роту в сто пятьдесят человек был один туалет лишь с пятью умывальниками и даже что бы побриться нам приходилось будить друг друга за два часа до подъёма, иначе все просто не успевали. А выход утром на построение небритым приравнивался чуть ли не к измене родине и наказывали за это нещадно!

Всё это наше радостное житье-бытье разбавлялось еженедельными стрельбами, на которые мы отправлялись на машинах и это было просто волшебно! Сорок минут здорового сна прижавшись к друг другу в тряском «Урале», о чём ещё может мечтать молодой солдат? И не важно, что на улице зима и прибалтийские минус шесть пробирают сырым морским воздухом до костей. Правило: «Солдат спит, служба идёт!» никто не отменял.

— Змей, мы закончили обследование ангаров. Посторонняя активность не обнаружена. Я подключила отсек к общей системе, и ты можешь приступать к обследованию имеющихся в нашем распоряжении кораблей, — прервала Ева поток моих воспоминаний.
— Отлично! — я поднялся с полюбившегося мне в последнее время кресла-качалки и вышел из каюты в коридор.

Пройдя через генераторный отсек, я перешёл в инженерный. Здесь во всю кипела работа. Изготавливались детали для ремонта и восстановления станции, те, на которые пока хватало ресурсов и которые были нужны в первую очередь. Роботы-ремонтники сновали, туда-сюда забирая готовые компоненты и спешили с ними к месту установки. Старые детали, которые невозможно было починить, шли в переработку.
В гидропонном отсеке все уже было восстановлено и на стеллажах была заметна молодая поросль высаженных недавно растений. Над ними размещались специальные лампы, заменяющие солнечный свет. Пройдёт совсем немного времени и можно будет собирать первый урожай, что не могло не радовать.

Путешествие через склады было не столь увлекательным. Чем могут порадовать ряды коробок? Но при этом этот переход занял самое большое время из-за размеров складского комплекса. Я шёл вдоль рядов стеллажей и насвистывал известный шлягер Исаака Дунаевского о сердце, которому не хочется покоя. Переборка в ангарный отсек начала подниматься при моем приближении и шагнув, я оказался на балконе, который шёл по периметру всего ангарного отсека. Увидев простор, открывшийся моему взору, я закончил насвистываемую мелодию длинным присвистом.

— Ничего себе! Ева, это какая же здесь площадь? — изумлённо спросил я.
— Двести пятьдесят метров на сто двадцать метров, высота потолка двадцать пять метров. — безучастно сообщила Ева.

Помещение было разделено на три практически равных стояночных места светящейся разметкой, нанесённой на полу. На самом дальнем от меня месте стоял большой корабль, занимавший третью часть всего ангарного отсека. Белоснежный красавец с гладкими обводами и плавно расширявшийся от носа к хвосту. По середине фюзеляжа проходила яркая оранжевая полоса, а ближе к носу была нанесена эмблема как я уже не раз видел на правой груди своего повседневного комбинезона и скафандра. На эмблеме было изображено стилизованное изображение атома, вписанное в красноватую планету, а на темно-синем заднем фоне было изображено звёздное небо с одной яркой звездой в правом верхнем углу. Смотрелось все это достаточно эффектно, но для меня совершенно непонятно, что именно это изображение должно собой символизировать.

Корабль удерживался на месте не только на опорах, выдвинутых внизу фюзеляжа, но ещё и был закреплён выдвинутыми с потолка упорами, которые, судя по всему, прижимали его для полной фиксации на месте. На втором стояночном месте было расположено четыре корабля средних размеров, практически полностью повторяющих своей формой и внешним видом большой, только уступающие ему размерами. А на ближнем ко мне месте стояли шесть кораблей, казавшихся совсем маленькими по сравнению с остальными. Да и внешне они совсем не были похожи на остальные корабли. Форма их была близка к параллелепипеду, лишь за тем исключением, что носовая часть и все края были скруглённой формы, а в остальном прямо кусок белого мыла, да и только.
Сводчатый потолок ангара был здорово деформирован и прилично провисал вниз, но, судя по всему, целостность корпуса станции нарушена не была иначе Ева не стала бы закачивать сюда кислород и подключать отсек к общей энергосети.

— Ева, насколько я понимаю, мы имеем один крейсер, четыре дредноута и шесть многофункциональных ботов обслуживания, судя по всему, без признаков повреждения внешней обшивки.
— Да, и я бы уже приступила к тестированию систем, но они все переведены в ручной режим управления. Тебе придётся спуститься и перевести их в автоматический.
— Хорошо, я потопал.

Дойдя по балкону до ближайшего лестничного пролёта, ведущего вниз, я начал спуск. Мои шаги отзывались глухим эхом по всему ангарному отсеку. Насколько я помнил весь отсек в боевом режиме перекрывался отдельными переборками во избежание разгерметизации в случае попадания крупного метеорита, снаряда или заряда какой бы то не было энергии, которой могли воспользоваться атакующие станцию силы. Причём переборки эти были не металлические, а состояли из усиленного силового поля и визуально их практически не было видно, разве что только по преломлению света. Но в данный момент они были отключены и это было странно. Ведь если даже потолок был деформирован при внешней атаке, то боевой режим должен был быть активирован, но этого не произошло и мне предстояло выяснить по какой причине это могло произойти.

Спустившись вниз, я подошёл к первому из шести ботов на борту которого красовалась цифра один. Издалека корабль казался маленьким, но вблизи он выглядел намного больше. Рядом с ним я смотрелся как человек возле большого карьерного самосвала, хотя, как мне показалось, бот был даже покрупнее упомянутой машины.
По моей команде открылась консоль управления и рядом в воздухе возникло изображение меню управления. Я выбрал раздел управление и перевёл корабль в автоматический режим. Практически сразу засветились ходовые огни.

— Приступаю к тестированию бота номер один. — тут же сообщила мне Ева.
— Это что-же получается, мне придётся так активировать каждый корабль?
— Можешь попросить об этом техников из числа экипажа. — злорадно усмехнулась Ева.
— Ага и ещё пусть принесут мне кофе. — поддержал я её настрой. — Кстати, а какова численность экипажа на кораблях? Что-то этого у меня в памяти нет…
— Для полноценного функционирования крейсера необходимо минимум сорок человек, полный состав команды шестьдесят два человека. Для дредноута минимум пятнадцать человек, полный экипаж двадцать пять человек. Бот работает в автоматическом режиме, но, в случае необходимости, можно использовать в ручном режиме и разместить экипаж из двух человек.
— Где же мы возьмём такое количество персонала? А ведь нам нужны не просто люди, а специалисты в различных областях?
— Я без понятия и решать эту проблему предстоит тебе, не надейся спихнуть все на меня! Я и так кручусь как Золушка.
— А, вот ты как заговорила! То спасите, помогите, у нас режим консервации и все пропало, а теперь она устала видите ли!

Так, продолжая обмениваться с Евой шутками и колкостями, я постепенно активировал все вспомогательные корабли и добрался до красавца крейсера. Рядом с ним невозможно было не поймать себя на мысли, что он прекрасен. Плавные обводы, белый цвет и симметричные формы смотрелись и правда здорово! Активировав автоматический режим, я открыл рампу по середине днища и поднялся по опустившейся платформе на борт корабля. Внутри корабль был устроен почти так же, как и сама станция, разве что размеры коридоров и служебных помещений были существенно меньше. Память услужливо подсказала схему корабля, видимо эта информация была закачана мне Евой среди всего прочего, что я успел получить в последнее время. Я прошёл через весь корабль и открыл дверь в рубку. Моему взору предстало помещение с шестью креслами, расположенными полукругом в передней части, для дежурной смены членов экипажа и одно кресло, установленное прямо по центру. Я прошёл внутрь и уселся в центральное кресло, предназначенное для капитана.

— Дамы и господа, с вами говорит командир корабля. Наш полёт пройдёт на высоте десять тысяч метров. Погода в аэропорту прибытия хорошая, прошу вас расслабиться и получить удовольствие. — сообщил я с улыбкой.
— Змей, с тобой все в порядке? Где это ты летать собрался? — участливо вмешалась Ева.
— Да все нормально. Всегда мечтал побыть на месте командира. А на Земле пилоты самолётов, что-то подобное и сообщали пассажирам во время взлёта.
— А, понятно. Только это не самолёт и пассажиров у тебя никаких нет. Да и экипажа в общем то тоже.
— Да знаю я. Уже и пофантазировать нельзя! Кстати, а как осуществляется управление кораблём? Окон нет, никаких панелей управления или рычагов…
— Как и на станции осуществляется либо прямыми указаниями на виртуальной панели, либо мысленными командами, как ты управляешь переборками и прочим оборудованием на станции. А обзорные экраны зажигаются после прохождения предстартовой подготовки.
— Круто. А зачем тогда столько членов экипажа, если я могу отдавать мысленные команды?
— Интересно и сколько же процессов ты можешь контролировать одновременно?
— Не знаю, я, если честно, ни разу не пробовал больше одного. Как-то не было необходимости…
— Давай попробуем. Запусти предполётную подготовку и одновременно постарайся сделать запрос на количество топлива, вооружения, запусти навигационную систему и установи конечную цель полёта, можешь попробовать взять под контроль систему вооружения, так же возьми под контроль показания системы гипердвигателей и систему управления щитами. Для начала достаточно, чтобы понять на что ты способен и сколько на самом деле нам нужно членов экипажа.
— Шутишь?
— Я абсолютно серьёзно. Должны же мы понять на что ты способен?
— А знаний для этого мне достаточно? Что-то я сомневаюсь.
— Вся необходимая информация есть в твоей памяти. Хватит сомневаться, действуй.

Я закрыл глаза и мысленно активировал предстартовую подготовку. Это оказалось в общем то не сложно. Но после активации на меня обрушился поток данных о запуске систем корабля. Я представил себе, что все эти данные я вижу, как бы периферийным зрением и почти сразу этот поток отдалился и я с лёгкостью стал фиксировать их все.
Поочерёдно я стал подключать остальные системы, о которых говорила Ева. Практически без труда мне это удалось, но вот следить за ними было сложнее, нужно было переключаться между ними, чтобы контролировать каждый, а вот на это уже требовалось и время, и усилия. Честно говоря, я не мог одновременно контролировать больше трёх систем, как ни старался. При этом я либо терял контроль, либо не успевал обработать поступающую информацию, а в условиях реального полёта это привело бы к очень медленной обработке данных, а значит и напрямую сказалось бы на манёвренности и скорости корабля, не говоря уже о боевых возможностях. Я завершил предстартовую подготовку и вышел из режима управления кораблём.

— Уф, пожалуй, на данный момент это все на что я способен. — откинувшись в кресле произнёс я.

Только сейчас я понял в каком нервном напряжении находился. Руки затекли из-за того, что я машинально сжимал подлокотники во время работы с кораблём, с меня лил пот в три ручья и немного кружилась голова.

— Могу констатировать, что в случае крайней необходимости ты один сможешь управлять кораблём. — подытожила Ева. — Правда придётся делать большую часть действий последовательно и не перегружать свой мозг сверх меры. В бою, конечно, лучше не участвовать, а вот долететь из пункта А в пункт Б ты вполне способен.
— Оптимистично. А разве ты не можешь помочь мне в управлении?
— Могу, но только на базе или достаточно недалеко от неё. Корабельных возможностей мне недостаточно. Я могу использовать память, установленную на корабле как вспомогательную справочную систему, ну или взять на себя управление лишь одной из систем.
— Это все же лучше, чем ничего. Что показало тестирование систем?
— Все корабли исправны и готовы к вылету. В ближайшее время выпускаем три бота обслуживания из четырёх для сбора полезных ископаемых и начинаем восстанавливать разрушенные участки станции.
— Отлично! Принимается. Я хотел бы тоже совершить вылет на одном из ботов, всегда мечтал управлять космическим кораблём!
— Это не безопасно! Пока у нас отсутствует система защиты станции я не смогу гарантировать твою безопасность в случае непредвиденных обстоятельств.
— Можно подумать, что моя безопасность на станции в этих условиях может быть гарантирована. По мне риски вполне себе одинаковые.
— Возможно ты и прав, но открытый космос и закрытая станция не совсем одно и то же.
— Мне все равно нужно практиковаться в полётах и экипаж придётся где-то искать, так что летать необходимо. — привёл я свой последний аргумент. - Лучше скажи мне, почему меж ангарные перегородки не включены? На станцию же было нападение.
— Они были включены, только когда появилась существенная нехватка энергии их отключила вспомогательная система в целях экономии вместе со всем отсеком, но я восстановлю их работоспособность в ближайшее время.
— Вот и договорились. Готовь корабли к вылету. Два в автоматическом режиме, а на одном полечу я сам.

Я вышел из корабля и осмотрелся в ангаре. Везде уже сновали вездесущие роботы, выполняя каждый свою функцию. Кто-то обследовал корабли, кто-то наводил порядок. Два робота с красной полосой подсоединяли к одному из ботов широкий шланг. Видимо тому была необходима заправка топливом. Пригнувшись, я прошёл под шлангом и направился к лестнице, ведущей наверх. Но на полпути вспомнил, что в ангары ведёт ещё один путь и, изменив направление своего движения, направился к дверям посередине.
Открыв двери и пройдя через них, я оказался в достаточно просторном холле, в конце которого располагался лифт, а двери, расположенные справа и слева вели в каюты обслуживающего персонала ангарного отсека и мастерские. При моём приближении двери лифта открылись. Это был очень большой, судя по всему, грузопассажирский лифт и войдя, я нажал кнопку четвёртого этажа, так как переход в жилой блок был расположен именно там. Совершенно бесшумно лифт начал движение и буквально через несколько секунд остановился на нужном этаже. У меня аж под ложечкой засосало от скорости, с которой он перемещался. В памяти всплыло воспоминание о лифте, установленном в Останкинской телебашне в Москве. Там ощущения были немного похожи правда высота подъёма была побольше. На остальных этажах располагался центр управления полётами, хранилище топлива и прочие вспомогательные службы. По сути, ангары были небольшим космодромом со всеми отсюда вытекающими службами поддержки и обслуживания.

— Ева, где начнём добычу полезных ископаемых? — задал я волнующий меня вопрос. — Может что-то удастся добыть из ближайших астероидов? Ты проводила их анализ?
— На ближайших астероидах есть различные металлы и немного полезных ископаемых, но всем трём ботам этого не хватит. Предлагаю отправить два бота в автоматическом режиме на планету Везен, богатую полезными ископаемыми и металлами, как нам удалось с тобой выяснить при первом сканировании системы. А тебе для тренировки будет достаточно и ближайших астероидов. Так в случае опасности ты сможешь достаточно быстро вернуться на станцию.
— Логика в твоих словах есть, да и не умею я пока летать, куда мне атмосферные посадки на планеты?
— На самом деле умеешь, просто ещё ни разу не пробовал! — в очередной раз подколола меня Ева.

А что делать, сам же выбрал такой стиль общения с искусственным интеллектом. Если честно мне и в голову не приходило общаться с ней как-то по-другому. Ну не уставным же языком каждый день разговаривать в самом деле? Так можно в одиночестве и свихнуться совсем…

***

Вздрогнув во сне, я проснулась от боли в руке, которой неудачно взмахнула и стукнулась о переборку. Открыв глаза, я привстала и оперлась спиной о стену, придерживая при этом повреждённую руку. Скорее всего перелом, — подумала я. Судя по опухоли и стреляющим болям при прикосновении рука была сломана и, скорее всего, в нескольких местах. Угораздило же меня вчера так неудачно прикрыться рукой от удара!

— Кэт, ты как? — послышался шёпот справа.

Я повернула голову и в темноте с трудом разглядела Сэма, который, как и я полулежал, опершись о стену.

— Нормально. — осипшим голосом отозвалась я. — Попить бы немного и было бы вообще хорошо.
— Да-а-а, попить было бы здорово! — мечтательно прошипел он в ответ.

Мы все уже давно потеряли счёт времени. Свет, который доводилось нам увидеть в последнее время исходил из коридора, который был виден через открывающуюся раз в сутки дверь. Когда наши новые хозяева открывали её, чтобы поставить на пол очередную порцию скудного рациона. Нас осталось всего восемь человек из сорока двух членов экипажа захваченного в космосе пассажирского челнока. А я так вообще оказалась на борту совсем случайно. Просто не хотелось лишние два дня торчать на космодроме в ожидании нужного мне прямого рейса. Вот и напросилась на корабль, идущий на Альбали, откуда уже я планировала попасть на нужную мне планету.

— Кэт, я хочу тебя попросить об одном одолжении, — зашептал мне Сэм.
— Что ты хочешь, чтобы я сделала?
— Ты же понимаешь, что нам конец? Я не хочу, чтобы меня забрали наши новые «друзья». Не знаю, что они там делают, но подозреваю, что ничего хорошего! Помоги мне уйти Кэт!
— Сэм, ты с ума сошёл? Ты понимаешь о чем меня просишь?
— Я всё понимаю. И сам не смогу это сделать, а больше мне просить некого. Остальные не смогут помочь и себе.
— Сэм, нужно держаться! Пока мы живы ещё не всё кончено, — попыталась я успокоить его.
— Разве это жизнь? Меня не пугает наше существование, меня пугает ожидание. Ещё никто из тех, кого они забрали не вернулся назад.
— Всё равно мы должны верить и бороться!
— Бороться? Ты уже попробовала бороться и, если бы не закрылась рукой, они проломили бы тебе голову!
— Но я всё ещё жива, и мы с тобой все ещё здесь! Терпи, мы столько перенесли, что теперь точно стоит попытаться выжить.
— Знать бы сколько терпеть. А такое бессмысленное ожидание убивает не хуже врага.
— Мы справимся! Обязательно справимся, Сэм. Вот увидишь!

Самих «хозяев» мы ни разу не видели. Нами занимались только их биороботы. Про себя я прозвала их пауки. Отдалённое сходство было, а на самом деле конечно ничего общего. Четыре конечности, резкие движения. Один из таких «пауков» и приложил меня по руке, когда я попыталась помешать в очередной раз забрать одного из членов экипажа челнока. И бил он меня по голове, просто инстинктивно я вскинула руку, и вся мощь удара пришлась по руке. Потом он откинул меня в сторону как мешающую выполнять свою миссию ненужную тряпку, и я со всего маху врезалась в переборку и потеряла сознание. А инженера они все равно забрали и ничем ему помочь я не смогла, но попытаться все равно стоило, хоть рука теперь нестерпимо ныла и со временем становилось только хуже. Появился жар, постоянно хотелось пить и временами накатывала жуткая слабость.

Корпус корабля мелко задрожал, и я спиной почувствовала волнами приходящую вибрацию. Мы готовились к гиперпрыжку. Это хорошо, — мелькнула радостная мысль, — вовремя гипера они никого не забирают. Я сползла на пол и постаралась занять удобное положение для длительного ожидания, и сама не заметила, как провалилась в беспамятство.