Бюро определения синхронности Опции

[dvp]

Так получилось, не спрашивайте — как — мне стыдно, что я остался без работы, без Тани, хорошо хоть с жильём. Долбоящер, знаю, всё знаю, и что надо наконец шевелиться в правильную сторону — тоже знаю. Раздобыть денег, хотя бы скромных для начала и думать — как вернуть Таню...
Кое-как восстановив здоровье до уровня «сесть к компу», начал шерстить подходящие сайты. Что-то нужно было такое найти, чтобы быстро взяли, не мучили медкомиссиями, тестами, да хоть разнорабочим — по большому счёту мне было неважно. Засунув своё свежеполученное гуманитарное образование куда подальше, я счёл, что тяжёлый физический труд в моём состоянии даже предпочтительнее любого другого. Во всяком случае — такие у меня были намерения.
Я уже готов был составить компанию таджикскому братству по окашиванию обочин, как вдруг заметил странное предложение. Чем странное — непонятно, как оно оказалось в этой подборке.
Некая контора под аббревиатурой БОСХ предлагала «короткие командировки с выездом на исторические объекты» - очень интересно и несколько загадочно. Я позвонил. Бодрый старческий голос обещал объяснить всё при личном контакте.
«Бюро определения синхронности» - прочёл я неприметную табличку у входа — ступеньки вниз. Хм...Хотя... Само здание — в самом центре, двухвековой давности как минимум.
Дверь открыл старичок настолько дряхлый, что было удивительно, как он ещё работает, а не доживает счастливо последние дни на даче в шезлонге. Но выцветший взгляд был пытливым и острым. Двигался он тоже вполне уверенно и сходу взял инициативу в свои руки:
- Зовут меня Мисаил Израилевич, молодой человек, и я вижу невооружённым глазом, что вам очень нужна хорошая работа. И таки я могу вам её дать… Как, вы сказали, вас зовут — Константин? Прекрасно! Просто прекрасно! Это чрезвычайно символично, что сама судьба привела такого молодого человека к порогу нашей почти незаметной организации, которая, вы не поверите, выполняет важную, грандиозную работу для всего человечества! Вам как раз и надо будет констатировать! А что — я вам с удовольствием расскажу! Для начала наших отношений, скажите бедному старику, согласны ли вы кое-чем рискнуть?
- Смотря чем, - осторожно ответил я. - В разумных пределах согласен. А какой оклад?
- Так! Я в этом и не сомневался! Прекрасный, решительный молодой человек, нуждающийся в деньгах! Оклад вас не разочарует!… А скажите мне, Константин, что вам известно о пространственно-временном поле?
- Оно есть, - отвечал я ещё осторожнее.
- Мудро! Очень мудро, замечательный Константин, так и относится к этому явлению… Безграничная и многомерная, лучше сказать — многоуровневая — ткань пространства-времени окружает нас с вами, и все это знают. Все знают, но немногие задумываются, что наши координаты в этой безграничности во многом произвольны и даже в некотором роде надуманны. Человечество, в отличие от других живых существ, остро нуждается в определении своего места в ткани пространства-времени. Всё-то ему надо измерить, обозначить и надписать… И если о каких-то событиях мы знаем более-менее точно, где и когда, то о подавляющей части прошлого — не знаем ничего. Не определено, не синхронизировано с чем-то уже известным и определённым. Остаётся белым, туманным и не пятном, а целыми огромными областями! Спрягай-запрягай, как хочешь! Согласитесь, это непорядок?
- Соглашусь, - я был уже всерьёз заинтересован.
- Так вот, существует технология определения и синхронизации, но одна маленькая важная деталька — привязку выполняет человек. Выезжает, так сказать, в поле и наводит координаты — страна, народ, время. Конечно, это не точно, но живые наблюдения наносятся на сетку того, что уже точно выяснено и таким образом перекрёстно уточняются. Ну, как историк, вы должны это знать… За симпатичную сумму на счёте — тем более.
Конечно, я знал. И конечно, несмотря на всю бредовость изложенного старичком, хотел принять в этом участие. Тем более, что озвученная сумма аванса устраивала меня более чем.
- Я должен определить неопределённое время? А есть механизм заброски туда?
- Есть! Непременно есть! Но мы с вами никому об этом не расскажем, правда же, мой замечательный Константин? А подпишем маленькую такую, славненькую бумажечку…
Старичок протянул мне внушительного вида лист гербовой бумаги, озаглавленный «Подписка о неразглашении».
Увидев моё изумление, он быстро сказал:
- Не волнуйтесь, дражайший Константин, ничего плохого вам делать не придётся.
И я ему поверил. И подписал.
После этого манеры старичка несколько изменились — исчезла любезная улыбочка, тон стал деловым.
- Если вы готовы, то можно отправиться прямо сейчас.
Я быстро прикинул — кота Таня забрала, за квартиру я внёс последним, можно сказать, усилием. Да, кивнул я старичку, могу сейчас.
- Что ж, тогда пройдёмте.
Он провёл меня в помещение, которое резко отличалось от офисного, где мы только что были. Всё блестело хромом, отчётливо напоминало лабораторию. Устройство перемещения было похоже на кабину лифта и мини-батискаф одновременно.
- Вот вам, Константин, комплект одежды. Она может принимать те формы, которые окажутся актуальными в том временном белом пятне, где вы окажетесь. Просто накиньте поверх своей… Не волнуйтесь, к белым медведям не попадёте, должна быть Европа, середина июня, а дальше понять — уже ваша задача… Вы понаблюдаете за временем и пространством сутки, потом автоматически вернётесь. Если суток вам не хватит, то надо будет сказать «Отмена возврата» вот в этот маленький наушник.
Он нацепил мне наушник, сунул в руки какую-то серую тряпку и почти втолкнул в аппарат.
- А почему вы набираете народ фактически с улицы, почему этим занимаются не специально обученные сотрудники?
- Не хватает людей, знаете ли, текучка большая… А у меня план, нормативы определения… Да и не каждый же может понять время правильно — то кругозора не хватает, то воображения…
- Воображения? - успел удивиться я, но дверцы уже захлопнулись.

Никаких резких звуков, вспышек, помутнения сознания не было. Я оказался на залитом солнцем поле, один одинёшенек. Вокруг пушились одуванчики — ну точно июнь. Солнце невысоко, утро… Птицы, насекомые, крупные стрекозы — непуганая природа.
Оглянулся, рядом дорога — простая грунтовка, следы каких-то узких колёс, в паре километров — стены города, явно христианского, судя по собору. Ну вообще...Совсем неинтересно… Всё ясно, как божий день. Какой-то «средний» век. Уточнить — и всё. А вот нет, чтобы из-за поворота выкатилась какая-нибудь чуднАя повозка — колёса деревянные, а двигатель — паровой котёл, навигатором работает ворона, а рулит молодая барышня в чём-нибудь игривом… Эх, мечтатель… По Тане скучаю…
Из-за поворота послышался ритмичный металлический лязг, возникло облачко пыли и показался экипаж — я залёг в траве, ожидая, когда он приблизится.
Колёса не деревянные, даже на рессорах, вьётся пар из неширокой трубы ... О господи… Фантазии стимпанка! Машина была собрана из уймы каких-то странных деталей, но двигалась уверенно, а за рулём — ух ты - молодая особа в полупрозрачной парандже. На высоком шестке сидел попугай.
Я встал из травы, помахал приветственно — было весело и совсем нестрашно.
Повозка остановилась.
- Млеко, млеко!... Яйки, яйки!…- попугай ритмично кланялся и рекламировал содержимое повозки. - Зелень свежая, своя с огорода, подходи, дорогой! - сказал он совершенно знакомо. Барышня в парандже спросила:
- Подбросить до города?
Её звали Ксана, мы мило болтали о видах на урожай (!), ценах и прочем всю дорогу до городских ворот. То ли от свежести воздуха, а может от свежести молодой поселянки, но более всего мне хотелось не определять какое это время, а просто расслабиться. В кармане обнаружились увесистые монеты, я показал пару штук Ксане. «Да ты богач!» - воскликнула она. Вот как… А жизнь-то налаживалась…
Вопрос — с чего это нет языкового барьера, откуда монеты, почему мне так комфортно здесь — я засунул вглубь сознания. Так хорошо было вдыхать чистый воздух, смотреть на прекрасную половину человечества, не испорченную бьюти-индустрией, не хватало только одного - прямо говоря — пожрать вкусненького.
Нос уловил аромат мясного и хлебного, вывеска — на секунду показалось, что это кривоногий логотип Макдональдса… Нет, отлегло — это же две жареные колбаски!
В дверях стоял хозяин заведения — ну точно Пуаро от Дэвида Суше. Усики его были бесподобны.
- Омлет с колбасками и картошкой по-домашнему? - спросил он и подмигнул мне.
Я кивнул, понимая уже, что всё будет так, как я люблю.
Заказ принесла девушка — как я и ожидал — вылитая Таня. Мы пересеклись взглядами, мне показалось, что она меня «узнала».

Честно говоря, это сходство было уже слишком. Слишком навязчиво это неопределённое время подстраивалось под меня.
Поев, я сел на рыночной площади в тени большого платана и попытался собрать мысли в кучку.
И такая странная получалась история. Вот именно — история — получалась, делалась каждым прибывшим в своё белое пятно времени под себя. Под свои хотелки и предпочтения. И если бредни старичка не были бреднями, и я действительно был в каком-то неопределённом времени, то что же — я наполню этот мир своими людьми, построю собственный кусок вселенной — так что ли?
А до меня, другие определители, строили время по-своему, наполняли свои миры империями, войнами, открытиями, а мы потом это проходили по учебникам? Это было сложно осознать и принять. Ответственность меня страшила. Ну ты и влип, Константин…

- Что, Костик, озадачен?
Таня из таверны села рядом.
- Я тут на сутки дольше… И я тебя «не планировала», понимаешь? То, что мы оказались в одном «пятне» случайностью быть не может.
- Таня… - я обнял её, и она не противилась. - Всё-таки мы нужны друг другу, всё-таки это будет наша с тобой история...