За семь мгновений до рассвета, Автор: Ruslan Shagmanov, Брат таланта №10 Опции

[Распорядитель Ту...]

Тишина давила.
Марк даже представить не мог, насколько невыносимой может быть полное безмолвие. В сущности, говорить уже не о чем, все слова высказаны давно, а переливать из пустого в порожнее не имело смысла. Оставалось одно спасение.
Впрочем, и оно потеряло свою значимость. Ненасытная Лина за последний час выжала его досуха и теперь лежала рядом – только руку протяни – мокрая, но удовлетворённая. Она дрожала всем телом от полученного экстаза.
Марк окончательно выдохся от бесконечной череды женских прихотей, но даже всех его мужских усилий не хватит, чтобы осуществить главное желание супруги. А времени и, особенно, возможностей его всё меньше и меньше.
Они с Линой и без того провели вместе довольно долго. Хотя заканчивать свой жизненный путь досрочно не хочется никому, но в сложившихся обстоятельствах помочь им не смог бы и сам Господь Бог.
Винил ли Марк себя в совершённом преступлении? По букве закона он, разумеется, нисколько не причастен. Судили исключительно Лину, решившуюся от отчаяния удавить дитя в утробе, и бабку-повитуху, по доброте душевной и ради звонкой монеты на свою беду взявшуюся подсобить в столь щекотливом деле. Но вот по духу закона доля вины за душой Марка имелась. И за то, что догадывался о намерении дурной бабы, и за то, что не сразу решился посвататься. Хоть погубила дитё Лина, но зачали его без родительского и церковного благословения совместно. А отвечать придётся бедной грешнице одной. И Марк смалодушничал, промолчал. Думал, обойдётся.
Суд, тем не менее, оказался скор и безжалостен. Казнь состоится на рассвете. И уже ничего изменить нельзя. Ни бежать из тюрьмы, ни подкупить стражу. Марк без того совершил невозможное, добившись, чтобы накануне их обвенчали и позволили провести ночь вдвоём в одной камере.
Марк прислушался, в пронзительной тишине его слух многократно обострился. Либо он обманулся, либо действительно послышался звук шагов конвоя, который уведёт Лину навсегда.
Светало. Вернее, вот-вот должно было рассвести. До появления первых лучей солнца не хватало каких-то нескольких неуловимых мгновений. Оставалось набраться терпения и ждать. Но Марк не мог позволить себе такую роскошь. Чтобы спастись, нужно было на что-то решиться, иначе будет поздно.
Он осторожно, чтобы не потревожить Лину, поднялся с постели и подошёл к окну. Глянул наружу сквозь решётку. Матово сиял диск Луны, мерцали звёзды.
На мгновение Марку показалось, что он смог различить едва заметную точку Мицар в рукояти ковша Большой Медведицы. Марк взглянул на линию горизонта, пытаясь предвосхитить начало зари, как тут же звёзды сместились в сторону, ненароком запустив вращение спирали Вселенной, приводя в движение огромный неповоротливый механизм.
Стрелец качнул косматой головой, откидывая со лба мешавшую прядь, выхватил из колчана, висевшего за спиной, стрелу, наложил на тетиву, вскинул тисовый лук, натянул и выпустил беспощадную смерть в мирно стоявшего неподалёку Тельца. Бык дёрнулся от боли, бросил на коварного охотника последний взгляд и безжизненно повалился на бок. Либра при виде бившегося в агонии зверя беспомощно вскрикнул, выронил своё мерило и, рыдая, бросился прочь. Водолей, которого сбил с ног испуганный юноша, от неожиданности не удержал в руках полный кувшин и пролил воду на обнявшихся Близнецов. Побагровевший от нанесённого оскорбления Кастор вскочил, схватил за панцирь дремавшего на камне Рака и швырнул им в Козерога. Тот проблеял и боднул расчёсывавшую свои роскошные золотистые волосы Деву. Красавица метнула зеркальце в Скорпиона, который незамедлительно вцепился в гриву Льва. Величественный монарх зычно взревел и напал на Овна.
Всё завертелось в звёздном хороводе, стремительном и неповторимом, замедляя ход времени.
Но стоило Марку вздрогнуть, отметая неловким движением увиденное, как наваждение исчезло, растаяв в лёгкой дымке разочарования. Казалось, что он смотрел в бездну колодца Вселенной до неприличия долго, а Солнце всё ещё не показывалось. Складывалось впечатление, что оно, утомлённое вчерашним днём, решило устроить себе выходной и не выходить на работу.
Марк восторженно замер. Он ощутил в себе необычайный подъём духа.
Марк достиг своего. Всевышний внял его тайным мольбам, предоставив крохотный шанс на чудо, вернул бесценный дар останавливать время и способность начать жизнь заново, с того момента, с которого всё пошло наперекосяк. Уж в этот раз Марк не допустит нелепых ошибок и не позволит совершить глупостей Лине.
Главное, успеть, ведь до восхода оставалось всего лишь семь мгновений. И если протянуть, размениваясь по пустякам, то можно упустить возможность круто изменить свою судьбу.
А пока надо действовать. Решительно и быстро.
Марк, окинул взглядом небо, на котором уже занималось розовое свечение, отошёл от окна, придерживая напрягшееся естество, присел на кровать, приподнял всё ещё дрожавшую Лину, усадил на колени, и, прежде чем закружиться в хороводе любовного танца, крепко обнял любимую.
Рано или поздно эти семь мгновений, кратких, как биение сердца, но долгих, как существование Вселенной, закончатся, и тогда наступит рассвет, который осветит новую жизнь.
Марк, задыхаясь от подступающего удовольствия, обхватил мечущуюся в его объятиях счастливую Лину за талию, беззвучно вскрикнул, изливаясь, и остановил время, чтобы незамедлительно повернуть его вспять.