Бесконечный цикл, Автор: Анна Строкалина (Roro) Опции

[Каркун]

Автор: Анна Строкалина (Roro)


Бесконечный цикл


Улей разрастается, рождая из плаценты новые соты – соты занимают своё быстро меняющееся, сходящее с насиженного места положение, являя слепоглазой материи скопления галактик – галактики раскручиваются, закручиваются так спирально, что у любого наблюдателя закружилась бы голова, но что с него взять, если его не сводит с ума движение собственной планеты, на которой он стоит, как крохотная частица чего-то ещё не найденного посреди огромного бесконечно конечного пространства, вплетая самого себя в суть мироздания – в молчаливую и холодную тьму, становящуюся всё тише от самого своего начала до самого своего отброшенного назад-вперёд во времени конца, тьма начинается там же, где и когда-нибудь, однажды, ночью, утром – в любой момент – заканчивается, и на всём пути её сопровождает нарастающая, звенящая ультразвуком тишина.

Тишина расходится по швам, но внутри неё – она сама, и в ней – воздух, распластавшийся по воде, недвижимый, мерно дышащий в унисон с улеем-Вселенной. Вода – рябит, вода – успокаивается, касаясь дна, – вода полнится тяжёлыми, медленными, быстро бурлящими течениями, но в её толще они – спокойствие, давящее на уши трёхметрового существа, плывущего вверх, шевелящего только задними конечностями – просчитывающего, что ждёт его, когда давление сменится резкосвободой. Его ждёт тишина, и существо смотрит вперёд, впереди – не сумевший удержать равновесие, сцепившийся в схватке с дымкой горизонт. Дымка наплывает на воду, накрывая собой видимость, она становится туманом в один момент – в следующий начинает жить, и жизнь эта суть тумановолны, играющие друг с другом в игры, присущие воде, – но вода невозмутима, она только неторопливо вьётся вокруг задних конечностей существа, а существо щурит прозрачные глаза – синие и фиолетовые сосуды в них ширятся и пульсируют: существо знает, что приходит к нему, существо готово – оно ныряет, когда туманные волны набрасываются на него, оно понимает, что вода под атакой тумана – кипит, оно начинает работать переднеконечностями, и это – скорость, существо возвращается на дно, садится в Нуцасану; мутные веки опускаются на глаза; существо начинает петь.

Песня пробирается из длинной глотки и космосом вытаскивается из воронки-рта, кружится вокруг своего создателя, уводит за собой песок – песок тонкими струйками слушается и вьётся вверх, собираясь по крупице, – опадает, едва Песня уничтожается отсюда и ведёт саму себя выше, выше – выше! она выше того, кто её создал, она – оружие и борьба, она светом рвётся из глубин – вонзается в туман, и там её берут в свою танцеигру белёсые тумановолны, хватает за горло сама жизнь – но Песня въедается в эту жизнь, спорит, бьётся из всей своей могучесилы, превращает всё в равновесие, в чёрное и белое – и в конце раздирает туман на клочья, и – сжирает клочья, и – побеждает. Её создатель спас мерное дыхание своей планеты, он тянет губы в довольстве и счастье, его сердце светится сквозь грудную клетку бледно-оранжевым, ярчающим с каждым гулким ударом – ярче и ярче, ярче и ярче, ярче и ярче – наблюдатель заметил бы отголосок оранжевой яркости на успокоившейся поверхности воды, если бы существовал, но здесь нет никого – существо и Песня, существо и рождённое им дитя, вернувшееся в его долгие ладони, готовое к принятию Информации – могущее занять место существа, едва свет сердца переполнит чашу мироздания, едва станет невыносимо громким сердечный гул – пульсация, задающая ритм и темп улею-Вселенной. Великие Предшественники примут существо в свои объятия, в свой Великий Разум, и оно станет Частью – ещё одной среди ещё одних, и наконец ему станет ведомо Всё.

Но прежде – Последователь, ещё юный, ещё только воплотившийся из Песни Мира, обретающий форму, он – не знает тишину, не знает воду, не знает туман, и задача Почти Ушедшего – передать ему Силу и Голос, объяснить, что это – оружие, которым нельзя пользоваться в спокойствии Вселенной, нельзя рушить дыхание всего, что есть, было или будет – или нет, но соты возникают и разрастаются, Вселенная становится всё больше и быстрее, её движение важно поддерживать, важно дышать в унисон, важно смотреть – важно существовать в гармонии с тем, что рождено, – с тем, что родило и рожает, и Последователь понимает это, едва заглядывает Почти Ушедшему в прозрачноглаза, он заглядывает и видит Историю, видит все самые начала – видит бесконечно конечные завершения, Последователь любит всё это всем своим только что заведённым сердцем-метрономом, Последователь принимает Рождение – принимает жизнь, впитывает в глотку Голос, разминает в пальцах силу, и это – время уходить.

Тело Почти Ушедшего существа полнится радостью, и радость эта – радость Предшественников, она обращается в лёгкость, подхватывает тело своим потоком, закручивается вокруг него, кормит теплом – подталкивает вверх, и тело прозрачнеет, поднимаясь, и в тот момент, когда оранжевый добирается до краёв и становится огнём, – исчезает. Ушедший смотрит в суть Вселенной и знает: она всегда была огромной – она всегда была крошечной, она всегда Будет, потому что новое существо сохранит её до новой Песни, и это то, что никогда не обретёт своего конца – пока Вселенная дышит.