Чаша из Долины Жизни Опции

[Дарья Ратникова]

Глава 1. Весть.
- Спой мне менестрель,
Песню дома Сэль, - напевала Евмения, стоя у мольберта. Она рисовала и мазки ложились ровно, превращаясь в замысловатый узор на Чаше. Она рисовала ту Чашу, которую по Преданию Творец спустил в Долину Жизни. Никто из ныне живущих не видел Её, но письменные Предания оставили точное описание. С того момента, как отец прочитал ей в десятилетнем возрасте Предания, Евмения часто думала о Чаше и пыталась нарисовать Её. С каждым разом рисунок получался всё лучше и лучше. Но что-то всё равно было не то, что-то не устраивало. И вот сегодня получилось уже лучше. Но всё равно не так близко к прекрасному оригиналу, не так, как она представляла. Евмения наморщила лоб, пытаясь вспомнить третью строку седьмой главы Предания с описанием Чаши, когда её отвлёк голос отца:
- Еви!
- Да, папа. - Она обернулась и увидела грустное лицо отца. Евмения бросила кисть рядом с неоконченным рисунком и подбежав к отцу, бросилась к нему на шею.
- Папа, что случилось? Что с тобой? Галерас объявил войну?
- Нет, Еви, нет. Давай сядем.
Высокий, полноватый мужчина с начинающей пробиваться в тёмных волосах, сединой, которого Евмения звала отцом, усадил её в кресло и сам сел рядом.
- Видишь, тут такая история... - Девушка сидела, устремив внимательный взгляд на отца, ожидая его слов. Живая, порывистая, совсем ещё юная и доверчивая, она похожа была на серну, что в изобилии водились в горах Тур'Адора. - Мы заключили мир с Галерасом.
- Ура! - захлопала в ладоши Еви.
- Подожди. Ты не дослушала. Король Галераса предложил закрепить мирный договор свадьбой. Видит Творец, я не хотел этого. Но по закону, по древнему закону из Предания, которое, как оказалось он также чтит, мирные договоры закрепляли именно таким образом. А у него как раз есть сын, единственный, зовут Илген, лет на десять старше тебя. Он в ближайшие дни возвращается из-за моря, куда отправлял его с отрядом отец. А тебе на днях исполняется семнадцать и...
- Папа, ты хочешь устроить нашу свадьбу?
- Я не хочу. Я боюсь, Еви. Но отказывать по Преданию я не вправе. Но если ты совсем не хочешь или тебе по сердцу кто-то другой, только скажи, и я не буду тебя неволить.
- Нет, - медленно заговорила Евмения после непродолжительной паузы. - У меня нет никого по сердцу, не волнуйся папа. Ты же так долго пытался завершить старую вражду, что будет просто чёрной неблагодарностью для нашего народа отказаться сейчас.
- Но, Еви! Речь идёт о твоей будущей жизни, о твоей судьбе!
- Папа, но не ты ли сам мне с детства рассказывал о том, как повезло тебе с мамой.
- Это совсем другое...
- Почему же? - Евмения устремила любопытный и вместе с тем испытующий взгляд на отца. - Ведь вы поженились совсем не зная друг друга. И в Предании написано, что главное - не сердечное влечение, а желание быть хорошей и достойной супругой. А любовь придёт уже потом.
- Милая моя, - отец придвинулся ближе и обнял Еви. - Сейчас другое время. И, дай Творец, тебе повезёт так же, как мне и, смею мечтать, твоей матери. А если ты не сможешь полюбить своего мужа?
- Как это? - Девушка широко раскрыла глаза. Доверчиво взглянув на отца, она добавила, - Я люблю тебя, папа. И я готова полюбить любого человека, который будет добр ко мне. Ну и потом, у нас ведь нет выбора. Ты - король Тур'Адора. И люди ждут этого мира. Они устали от ссор и изголодались по миру. Они хотят торговать с галерасцами и покупать у них дорогое сукно и красивые платья. Им нужны заморские травы, которые лечат даже те хвори, что не поддаются нашим целителям. Мы не имеем права выбора, папа! - И Евмения серьёзно посмотрела на отца. В её лице странным образом сочеталась детская невинность и наивность с серьёзной рассудительностью. - А люди во все времена были и хорошие и плохие. Почему, если повезло тебе с мамой, не должно повезти мне?
- Еви, дочка, как же ты быстро выросла! - Только и вздохнул король, прижимая к себе такую нежно и трепетно любимую девочку, дочь его Элизы. Она повзрослела слишком быстро без материнской ласки и любви. Ей бы ещё сейчас прихорашиваться у зеркала, да болтать с подругами, а она - выходит замуж. Не так он мечтал выдать дочку, не так. Да и подруг у неё нету. Всё с отцом. Скрашивает ему одиночество. Что же он будет делать, когда она уедет в Галерас?
От невесёлых мыслей короля отвлекла Еви:
- Папа, раскажи, когда ты полюбил маму?
- Почти сразу, как увидел, - вздохнул король. Эти воспоминания были ему дороги, хотя возвращение к ним откликалось болью, которую не могло заглушить никакое время. Его Элиза умерла вскоре после родов. И даже целители не смогли ей помочь. - Но, Еви, полюбить твою маму не составило труда. Она была самой лучшей женщиной из всех, с которыми я когда-либо был знаком. Я знаю, что она также со временем полюбила меня, хотя я, видит Творец, был ей не лучшей партией. Но сможешь ли ты полюбить своего будущего мужа, вот в чём вопрос. Есть такие люди, полюбить которых очень тяжело.
- А ты думаешь, что он такой? - Тихо спросила Евмения.
- Я не знаю. Я мало что могу тебе сказать. Я знаю, что галерасцы - народ севера - замкнутые, суровые и жёсткие. Что может быть общего у тебя - стремительной серны с южных гор и северного медведя? Я боюсь за тебя, Еви, - король покачал головой. - Но, в их пользу говорит то, что они также чтят Предание и если что решили, то уже не отступят от своего слова. И их лучше не гневить. Насколько я понял, Илген, сын нынешнего короля Эрмера - такой же по характеру, как и отец, как и весь их народ. И внешне он, боюсь, совсем не красавец. Не чета нашим лихим тур'адорцам. Галерасцы выглядят так, будто их ледяные скалы ожили и превратились в людей. Тяжёлые, массивные, с угловатыми чертами лица. Но держатся они так, будто сами Великие Короли почтили меня своим присутствием. Это очень воспитанные и гордые северные медведи, Еви. Я не напугал тебя?
- Нет папа. Я буду надеяться, что мой жених всё же не совсем дитя ледяных северных гор. Когда состоится наша свадьба?
- Не знаю. Я должен отправить гонца в Галерас. Всё зависит от возвращения Илгена.
- Хорошо, папа, я буду ждать. - Евмения улыбнулась, встала и подошла опять к картине с Чашей. Казалось, будущая свадьба ничуть её не занимала.
- Еви, ты знаешь, что тебе придётся поехать в Свадебный Дом? - Вдруг спросил отец. Девушка повернулась к нему. Улыбка её сразу пропала и вся она словно поникла.
- А это обязательно?
- Да, ты же знаешь, таков обычай для брака, где жених и невеста из разных народов. Другое дело, что наш с Галерасом Свадебный Дом, который стоит на самой границе, пустует уже несколько столетий.
- И ты не сможешь поехать со мной, да папа? - Она села рядом с отцом и обняла его. Голова её поникла.
- Нет, увы. Не такой, милая, я представлял себе твою свадьбу. И уж точно не в Свадебном Доме. Я никогда не хотел выдавать свою дочь замуж за мужчину из другого народа. Но так распорядился Творец, ничего, наверное, не поделаешь. Но если ты грустишь, скажи только слово и я...
- Не надо, папа, всё будет хорошо. - Евмения видела, что отец по одному её слову готов отказать жениху и разорвать такой непрочный мир с Галерасом. Она знала, кто она для него и это наполняло её душу любовью и болью скорой разлуки. И неизвестно, чего было больше. - Я согласна ехать в Свадебный дом, скажи только когда. Я не расплачусь, правда.
- Ну вот и славно! Пойду писать письмо королю Эрмеру, правителю всего Галераса. - Отец обнял Еви, улыбнулся и вышел из комнаты. Не дай Творец ей узнать о том, какие люди действительно живут на земле! Не дай Творец ей разочароваться в жизни! Он этого не вынесет!