Роман - "Естество". Глава 1. Таинственная штольня Опции

[farvater]

ЕСТЕСТВО - все, что есть; природа, натура и порядок или законы ее; существо, сущность по самому происхождению. Духовная жизнь чужда земного естества. Человек по естеству своему причастен плоти и духу. Мы зовем ЧУДОм все, что почитаем свыше естества.

Пролог.

Стемнело незаметно. Я щёлкнул выключателем. Яркий свет настольной лампы в одно мгновение превратил широкое окно, где ещё догорали рубиновые угли июльского заката, в непроницаемое зеркало. Рабочий день иссяк, растаял, словно кубик льда в бокале с красным вином. Кабинеты моей редакции давно опустели.
Журналист – профессия на любителя!
Мне нравится засиживаться допоздна. Дождавшись, когда коллеги разойдутся по домам, я наконец могу расслабиться и скинуть этот опостылевший за день галстук.
В такие минуты я чувствую себя по-особенному. Никто не мешает, не дергает, и можно посвятить остаток вечера любимому занятию - писательству.
Я стал ценить это только теперь, когда лишился квартиры и на время перебрался загород к своим знакомым, где, честно говоря, чувствую себя неуютно. Меня тяготит статус жильца, или иждивенца, – словом, называйте, как хотите.
Отпуск - хорошая штука! Только «отдыху», с которого я недавно вернулся, можно предпочесть десятки лет изнурительной работы.
Сейчас, сидя в своём удобном кресле и перелистывая потрёпанные страницы чудом уцелевшего дневника, эта история мне начинает казаться надуманной и неправдоподобной. Только уверяю вас - это не так!
Но всё по порядку. О себе и о том, что мне довелось испытать, будет рассказано чуть позже. А начну, пожалуй, издалека, последовательно расплетая клубок событий и опираясь на слова моих новых друзей, ставших, как и я, по воле судьбы непосредственными участникам и, в общем-то, главными героями этой удивительной одиссеи.



Глава 1.


Размышления о смысле жизни и превратностях судьбы возникали в сознании Стаса аллегоричными образами. Навязчивые мысли превращались в бредовые идеи, витающие под вечерними розовеющими облаками бесплотными черно-белыми конфетти - обрезки надежд и разочарований.
«Вялотекущая депрессия», - подумал парень, подбирая определение своему состоянию.
Причиной тому стало известие о закрытии предприятия, на котором он трудился.
Безработица – визитная карточка нашего времени.
Вот уже месяц Стас ходил как неприкаянный, обивая пороги учреждений в поисках подходящей вакансии.
Несмотря на неброскую внешность, Станислав излучал некую притягательную энергию, своего рода харизму.
Невысокий брюнет с голубыми глазами и романтическим взглядом, он имел магическое воздействие на собеседника, что порой вынуждало оппонента кардинально менять свою точку зрения по поводу тех или иных вещей, обсуждаемых в ходе разговора (правда, в поисках работы это качество пока не помогало).
В своё время он окончил геологический институт и по распределению попал в организацию, занимавшуюся исследованиями в области торфяных разработок.
Недавно предприятие «развалилось» и Стас остался не у дел.

В этот вечер он возвращался домой после очередного собеседования. Путь пролегал по одной из московских улиц на окраине города.
Нежное майское солнце, запутавшись лучами в ветвях окрестных тополей, спешило к закату, размазывая удлинившиеся к вечеру тени на мольберте земли и подготавливая приглушённые тона для ещё ненаписанного холста надвигающихся сумерек.
Он шел потупив голову, думал о своём и не заметил приятеля Колю, который беседовал с девушкой на противоположной стороне улицы.
Завидев Стаса, молодой человек прервал разговор с собеседницей и поспешил к пешеходному переходу наперерез удаляющемуся другу.
Ник (так его называли знакомые) выглядел импозантно - высокий брюнет крепкого телосложения. Ребята дружили с детства, были одного возраста и имели схожие взгляды на жизнь. Они даже жили в одном доме в соседних подъездах. Их дружеские чувства слегка охладели после того, как Стас женился. Рождение дочери, семейные заботы - всё это отложило свой отпечаток на их отношения.
Ник тоже не растерялся. На свадьбе приятеля он познакомился с одной из подружек невесты. И, в общем-то, удачно. Знакомство переросло в нечто большее. Девушку звали Лиза («Моя Лиз», - говорил он с нежностью, когда в разговорах всплывало её имя). В прошлом году она окончила университет и устроилась на работу в один из НИИ.
- Ты сегодня какой-то заторможенный,- произнёс Ник, догнав приятеля. - Три раза тебе кричал, а ты - ноль внимания. Что-то стряслось?
- Ничего особенного, просто я снова пролетел с работой, - Стас раздражённо сплюнул. - Третий раз хожу в эту долбанную контору. Сначала обнадёжили, а сегодня дали понять, что в моих услугах не нуждаются.
- Да… Как говорится, «облом", - Ник остановился подтянуть ослабший шнурок кроссовка. - Ну и… какие планы?
- Главный пункт в моих ближайших планах - прийти домой и как следует выспаться. А там посмотрим.

Солнце скрылось из виду. Парни шли среди дворов в направлении своего дома. Они о чем-то спорили, по-ребячески размахивали руками и вспоминали минувшие времена.
- Может по пиву? - предложил Ник.
- Поздно уже, - борясь с искушением, произнёс Стас.
- Мы быстро. По кружечке! - не унимался приятель.
- Ну, если только по кружке,- сдался Станислав.
Друзья свернули за угол панельного дома, пересекли детскую площадку и вышли к бульвару, где располагался пивной бар «Весёлый лангуст».
Пивнушка представляла собой демократичное питейное заведение и размещалась в цокольном этаже пятиэтажки. Хотя помещение и выглядело старомодным, отделка его была выполнена со вкусом - в стиле средневековой баварской харчевни.
На время сбросив тяжесть повседневных забот, ребята расположились в дальнем конце зала. Угрюмый официант принял у друзей заказ и неохотно поплёлся его выполнять.
- Тормоз, - тихо произнёс Ник, провожая «гарсона» взглядом.
- Точно, - согласился Стас, разглядывая помещение.
Несмотря на медлительность официанта, через пять минут тарелка с оранжевыми креветками и запотевший графин с ароматным пивом прелестным натюрмортом украшали середину дубового стола, за которым устроились друзья. Из скрытых динамиков струилась ненавязчивая музыка.
Пересуды, воспоминания, затаённые обиды, невысказанные претензии – классическая мужская беседа за кружкой пива. Ник жаловался на свою работу, низкую зарплату и туманные перспективы. Стас - на временное отсутствие всего этого.
- Чем ты недоволен?- возмущался Станислав. – Сутки работаешь, трое дома, кормят, одевают, чего ещё не хватает? Зарплата небольшая?! Бери подработку!
- Что же ты никак работу не найдёшь, я уж не говорю о подработке? - парировал Ник.
- С моим образованием я скоро выберусь из этой передряги, а ты в своей охране будешь киснуть всю жизнь, - съязвил Стас.
Ник работал сторожем на торговой базе. В своё время он увлёкся восточными единоборствами, затем служил в спецназе и после травмы ноги был комиссован на гражданку. Рана со временем зажила, но возобновлять военную карьеру он не захотел.
- Что ты сказал? - Ник привстал, лицо его побагровело, желваки на скулах заплясали ирландскую джигу.
- Ладно, друг! Остынь! - зная вспыльчивый характер товарища, Стас решил сменить тему. - Сейчас бы на природу, в какую-нибудь деревню или к реке. Эта городская суматоха вот уже где сидит, - он сделал характерный жест рукой и попросил обслугу принести еще графин.
Ник медленно опустился на стул и принялся молча допивать оставшееся в кружке пиво.
- Кстати, насчёт деревни, - немного успокоившись, произнёс Николай. – Мне недавно предложили земельный участок в Подмосковье, где-то в районе Шатуры. Недорого! Что посоветуешь? С одной стороны, заманчиво, а с другой… что-то меня к земле пока не тянет.
- Под Шатурой? - Стас вдруг вспомнил свою рабочую поездку в тот район. - Места красивые, но… как тебе проще сказать - нечисто там.
- В смысле экологии?
- Нет! В плане аномалий.
- Не понял! Что ты имеешь в виду? – Ник с интересом посмотрел на друга.
- Довелось мне там побывать. На всю жизнь запомнил!
- Что-то ты мне раньше об этом не рассказывал.
- А когда? Видимся в год под исход! Вспомни нашу последнюю встречу! Чтоб мы вот так посидели, пообщались!
Коля пожал плечами, не зная, что ответить.
- Всё спешим – работа, дела, - Стас с хрустом лишил головы огромную креветку и подлил себе пива.
- Да… наверное, ты прав, - Ник достал из кармана сигареты и положил на стол. – Так что с этими аномалиями?
- В это трудно поверить, но если тебе интересно, расскажу! – Станислав непринуждённо откинулся на спинку стула и на секунду задумался. - Помнишь, два года назад я уехал почти на всё лето?
Ник выжидающе кивнул.
- Фирма, где я работал, направила меня в командировку. Такая своего рода экспедиция в один из медвежьих углов Подмосковья. В группу, кроме меня, входило еще три человека. Предполагалось провести разведку новых залежей торфа.

В середине июня мы собрались на платформе Казанского вокзала. День выдался пасмурным. Шёл моросящий дождь.
Как сейчас помню: дверь электрички распахнулась прямо возле меня. В нос ударил резкий запах мочи, перемешанный с тошнотворным амбре полуразложившихся окурков.
«Судя по состоянию, тамбур не убирался неделю - другую или всю ночь здесь пьянствовали бомжи», - подумал я, протискиваясь с рюкзаком через перекошенные двери и усердно сдерживая дыхание.
Салон выглядел более пристойно. Наш квартет расположился в центре вагона, с южной стороны. Точно по расписанию электричка неохотно сдвинулась с места и, быстро ускоряясь, оставила позади серый вокзал, унылый перрон, дождливую Москву.
Усевшись, каждый занялся своим делом. Двое играли в карты, временами обмениваясь репликами по поводу нечестной игры; один дремал, прислонившись головой к треснувшему стеклу. Я же, устроившись у окна, взялся просматривать распечатки технической документации, корректируя план предстоящих работ.
Пейзаж за окном, пестрящий провинциальными городками и селениями, спустя два часа сменился непроходимыми лесами и болотами. Через открытые окна вагон наполнился терпким запахом тлеющего торфа. В этом году, как никогда, горели леса и торфяники. Справиться с пожаром было непросто. Редкие осадки, выпавшие за лето, не могли исправить положения.
Дождь почти закончился, и лишь одинокие капли раздавались волнистыми кругами в мутных зеркалах дорожных луж.
Мои компаньоны уснули. Ритмичный стук колёс сделал своё дело, и ярый азарт игроков уступил место сладким объятиям морфея.
«Так. Три часа дня. Ещё минут двадцать, может чуть больше, и должны быть на месте», - прикинул я, наблюдая, как секундная стрелка моих стареньких часов, словно неутомимый скакун, завершает очередной заезд.
Покончив с документацией и сделав некоторые заметки, я откинулся на спинку сиденья и стал рассматривать своих коллег.
Сидящий прямо напротив меня молодой человек (с виду лет двадцати пяти) был младшим научным сотрудником института. К нам его прикомандировали. Худощавый парень невысокого роста в нелепых круглых очках. Звали его Гера.
Два других сотрудника – «старые волки». Обоим давно за сорок. Они работали в одном из отделов нашей фирмы и считались «рабочими лошадками» в плане геологоразведки. Того, что сидел рядом со мной, звали Виктор Анатольевич. Его красноватое, покрытое сеточкой прожилок лицо говорило о пристрастии человека к алкоголю и давно прогрессирующей гипертонии.
Напротив него, уткнувшись подбородком в грудь и тихо посапывая, расположился Михаил Александрович. Настоящий гигант - два метра ростом, атлетического телосложения, что никак не вязалось с лицом ботаника, за высоким лбом которого скрывался неисчерпаемый кладезь завидного интеллекта.
Ход моих мыслей прервал лёгкий толчок, после чего электричка стала быстро терять скорость и через минуту - другую остановилась посреди леса. Машинист через вагонные динамики объявил, что произошёл серьёзный сбой в работе электрооборудования на одной из подстанций и подача электричества возобновится только через час-полтора.
Желающие покурить или просто подышать свежим воздухом вышли из вагонов. Покинувшие застывший поезд люди сгруппировались на серых островках мокрого гравия, возмущённо обсуждая неожиданное происшествие.
Когда мои коллеги окончательно пришли в себя после внезапно прерванного сна, мы стали решать, как быть дальше. Существовало два варианта. Первый - ждать, пока не устранят поломку. Второй - идти пешком через лес и по пути проводить некоторые исследования. После недолгого обсуждения все согласились со вторым вариантом. Благо расстояние до поселка, в который мы направлялись, оказалось небольшим. Если идти напрямую, минуя петляющую железную дорогу, - километра три. Михаил Александрович не раз бывал в этих грибных краях, и риск заблудиться, в общем-то, сводился к нулю.
Сменив городскую обувь на резиновые сапоги и допив остатки теплого кофе, которым Гера предусмотрительно заправил свой термос, мы двинулись дальше пешком.
Дорога с учётом пересечённой местности и коротких остановок заняла около двух часов. И всё хорошо, если бы не одно происшествие. Гера провалился в одну из скрытых ям, которые образуются после пожаров в местах выгорания торфяника. Он быстро исчез из виду, не успев даже ойкнуть. Зато через секунду орал, словно локомотив, мощным гудком предупреждавший о своём приближении. Голосить было отчего! Прибежав на крик, мы обнаружили его висящим на краю глубокой ямы. Гера намертво вцепился в толстый отвод коряги, по счастью оказавшейся рядом. Глаза парня вылезли из орбит, а чудом уцелевшие очки болтались, точно маятник, на ближайшем кусте, зацепившись за ветку перекошенной дужкой. После того, как мы не без труда извлекли его из этой «пасти дьявола», пострадавший рассказал, что же с ним произошло.
Продвигаясь по краю высохшего болота, Гера заметил небольшую трещину в земле. Внезапно почва под ногами пришла в движение. Раздался хлёсткий треск рвущихся корней. Возник стремительный оползень. Словно матёрый хищник, он потащил беспомощную жертву в недосягаемое подземное логово. Парень ещё не раз вспомнил упругую корягу, которая как нельзя кстати оказалась поблизости.
Внезапно возникшая яма напоминала оскал свирепого монстра. В поперечнике она протянулась метров на десять и ничуть не меньше в глубину. На внутренних стенах провала зияли большие дыры. Они разбегались в разные стороны, словно прорытые гигантскими кротами подземные ходы. Хотя, если придерживаться такой версии, то этакий «крот» превзошёл бы по габаритам взрослого медведя. Внутри этих проходов виднелись скопления каких-то белых шаров, с виду напоминавших большие грибы-дождевики. Некоторые из них достигали размеров волейбольного мяча и, как всем показалось, излучали слабый неоновый свет.
Эту картину можно было наблюдать лишь несколько секунд. Яма словно ожила. Задышала. Её края стали медленно сползать, увлекая за собой всё больше земли и надёжно укрывая свои секреты под многометровой толщей осыпающегося грунта.
Я едва успел отскочить в сторону. Несколько секунд мы стояли без движений, предоставив некоторое время своим мозгам для переваривания всего произошедшего.
Оставшийся отрезок пути мы делились впечатлениями по поводу случившегося. Не давали покоя вопросы: Что это за норы? Что за грибы такие, которые к тому же светятся?
Самое логичное и наиболее подходящее объяснение высказал Михаил Александрович. Он предположил: «Дыры в земле - это результат взаимодействия подземных пожаров и грунтовых вод. Как известно, пласты торфа могут залегать не сплошным массивом, а чередуясь и разделяясь прослойками различного грунта: это песок, глина и всё что угодно. Такая внушительная, как мы увидели, толщина торфяного слоя говорит о том, что возраст здешних болот исчисляется тысячелетиями. Большинство из них давно высохли. Глубинные слои торфа под значительным давлением земной коры со временем превращались в пласты каменного угля. Огонь на протяжении длительного времени беспощадно выжигал торфяные, а затем и угольные прослойки. Вода смывала образовавшиеся продукты горения и, словно по канализационным трубам, уносила всё это далеко, в какой-нибудь естественный природный отстойник. Таким образом, там внизу могли возникнуть не только норы, но и целые подземные галереи. Состав глубинной почвы, как мы успели заметить во время обрушения этой чёртовой ямы, изобиловал глиной, которая используется для производства кирпича. Все примерно представляют, как обжигается кирпич или глиняная посуда. Вследствие чего нетрудно сделать вывод, что под землёй могут существовать целые лабиринты беспорядочно переплетённых между собой тоннелей с обожженными, как в гончарной печи, стенами. Что же касается светящихся грибов, то они, скорее всего, относятся к роду «рlerotus» с ярко выраженным эффектом биолюминесценции. Практическая роль свечения таких грибов не ясна. Предполагается, что это побочный продукт окислительного обмена. Подобные грибницы порой достигают возраста сотен лет и по приданиям считаются местом обитания лесных духов».
Михаил Александрович хитро улыбнулся, глядя на нас, и назвал свою короткую лекцию не более чем красивой фантастической гипотезой.
И действительно, что можно рассмотреть за столь короткий промежуток времени?!! В стрессовой ситуации могло привидеться всё что угодно. Не стыковалось одно - видение было всеобщим.

Типичный для большинства пристанционных посёлков дом, выкрашенный темно-коричневой краской, поджидал усталых путников на самой окраине селения. Приветливо подмигивая белыми ресницами занавесок в распахнутых окнах, он звал под свою крышу, расписанную изумрудной акварелью шелковистого мха, обосновавшегося на волнистых откосах шиферной кровли.
Дом, расположенный посреди земельного надела, утопал в густой листве плодовых деревьев. Участок по периметру был обнесён покосившимся забором из подгнившего горбыля и органично вписывался в ландшафт селения.
Мы шли не наугад. Адрес нам сообщили заранее - «Садовая, 74». Поиском временного жилья для своих сотрудников занималась компания. Менеджер заранее выезжал на место и улаживал все необходимые формальности. Так что мы приехали «на готовенькое».
Встретила нас старенькая, но довольно шустрая женщина. Поздоровавшись, она пригласила всех в дом и ознакомила с жильем. Здесь царили дух и уклад начала двадцатого века - чудный деревенский антиквариат. Казалось, время остановило свой бег и решило здесь передохнуть.
Старушка ухаживала за нами, словно за детьми. Когда мы уходили работать, она всегда провожала нас до калитки и стояла там, пока последний из группы не скроется за углом забора самого крайнего и загадочного на этой улице дома. Дальше начинался лес.

Вечерами мы усаживались за стол, уставленный деревенскими яствами. Хозяйка ненадолго удалялась в свою кладовку, после чего возвращалась утиной походкой с небольшой бутылью мутного самогона в руках. Наливая всем по стопочке, бабка не забывала и про себя. Выпьет, раскраснеется и начнет рассказывать разные сплетни, истории и небылицы. Одна из таких баек запомнилась мне больше других.
Как-то во время ужина разговор зашёл о старом доме в конце улицы. Он давно уже пустовал. От бесхозности дом слегка покосился на прогнившем фундаменте и словно отвернулся от посёлка в сторону вековых сосен. Он вызывал недобрые чувства, особенно когда с небес спускалась темнота, а с окрестных болот доносились таинственные вопли недремлющей выпи. Почерневшим идолом возвышался он на фоне мрачного леса. Отрешённо уставив глазницы заколоченных окон в гнетущую темноту соснового бора, он словно высматривал своего хозяина, сгинувшего много лет назад в одной из топей здешних болот.
Тщетно пытаясь уколоть шляпку маринованного масленка, который ускользал от малейшего прикосновения вилкой, старуха старалась восстановить в памяти все подробности той истории, которую собиралась нам поведать. Наконец гриб сдался в неравной схватке. Немного покрасовавшись на острие столового прибора, он поспешил в раскрытый рот своей истязательницы вслед за очередной порцией горячительного. Покончив с материальной пищей, бабка спонтанно перешла к духовной.

Рассказ начинался с того, что в «доме на отшибе» (так его прозвали местные жители) умерла древняя старуха, и по наследству строение досталось её дальним родственникам. Несмотря на то, что домишко выглядел очень ветхим, его всё же купил один профессор из Москвы. Сначала он жил здесь наездами, а потом и вовсе поселился, лишь изредка отлучаясь по своим учёным делам.
Профессора звали Анатолий Николаевич Кошон – худощавый невысокий интеллигент с глубокими залысинами поверх большого лба. Благополучно переступив пенсионный порог, он, ещё полный сил и здоровья ученый, не ушёл на покой. Продолжая заниматься антропологией и фольклористикой, учёный часто захаживал в дома селян, расспрашивал их и подробно записывал всё услышанное, словно искал философский камень, запрятанный кем-то в дальней меже заднего огорода.
К нашей старушке Анатолий Николаевич захаживал чаще, чем к другим. И немудрено! Она являлась ближайшей соседкой и была не прочь поведать очередную заковыристую историю, изрядно приправленную местным фольклором.
Однажды морозным предрождественским вечером профессор возвращался из Москвы. По пути Анатолий Николаевич наведал свою старую соседку. Из столицы он прихватил красивый торт, разукрашенный шоколадом и ярко-оранжевыми цукатами. Весь вечер они пили чай и разговаривали.

Коротая время за приятной беседой, профессор поведал соседке секрет «колдовства», который ему удалось выудить у старого деда в одной из богом забытых деревень. Суть его заключалась в том, что с помощью нехитрых приготовлений можно вызвать духов и у них узнать своё будущее. Для этого требовалось при растопке печи откладывать из охапки дров по одному полену. Раз в месяц в течение года. Накануне рождества необходимо положить дрова в печку, а в полночь развести огонь и ждать результатов. О последствиях дед не сообщил, но дал понять, что они непредсказуемы.
Профессор, хотя и являлся высокообразованным человеком, но иногда мог отступить от своих атеистических принципов и поэкспериментировать с каким-нибудь продуктом мракобесия, чтобы затем поместить его в строгие рамки научных реалий. Это был как раз тот случай. Ровно год в его сарае пылились одиннадцать отборных поленьев, и сегодня к ним добавится ещё одно.

Огонь вспыхнул сразу. Фиолетовые языки пламени лизнули обрызганные спиртом дрова, закружились в страстном танце, причудливо переплетаясь с оранжевыми всполохами занимающейся бересты. Воздух в помещении наполнился парами денатурата и паутинками копоти. Рождённые грозной стихией тени беспорядочно заметались по оплавленным стенам топливника в почерневшем зеве русской печи.
Профессор сидел в кресле-качалке с бокалом шампанского и отрешённо смотрел на огонь. Он находился в лёгком трансе, а в его бездонные глаза, меняя яркие одежды, смотрелось пламя очага.
В доме находились двое – профессор, одетый в чёрный атласный халат, да пламя, устремившееся в дымоход и успевшее пожрать добрую половину пылающего топлива.
Внезапный скрежет вывел учёного из оцепенения. Ему показалось, будто кто-то ведёт железом по стеклу, пощелкивая костлявыми пальцами в такт участившимся ударам сердца. Он обернулся и в изумлении стал всматриваться в чернильную тьму незашторенных окон. Летучая мышь из глубины ночного мрака ломилась в замкнутые створки. Щерясь и повизгивая, она разбрасывала белёсые сгустки слюны, размазывая их по стеклу. Очередной раз ударившись о фрамугу, ночная гостья устремилась прочь, увлекая за собой чавкающие звуки перепончатых крыльев. Словно камень из пращи, профессор выскочил из кресла. Он рванулся к окну. Плотно прижавшись, профессор старался разглядеть то, что скрывала зимняя ночь. Мрак распался над поверхностью снега, а привыкающие к темноте глаза вскоре стали различать всё происходящее.
Спавший в сладкой неге лес вдруг содрогнулся, завопил немыслимыми голосами и выпустил из своих недр полчища ужасных тварей. Стадо разъярённых вепрей, словно лезвием, отсекло большую часть примыкавшего к лесу забора. Они разбрелись по саду и с дикой яростью принялись выковыривать замёрзшие корни плодовых деревьев.
Стаи визжащих нетопырей, вызволенных неведомой силой из объятий зимней спячки, чёрной тучей нависли над садом. Взмахи тысяч крыльев подняли к небу свежевыпавший снег, закручивая его в вихри и заметая всю округу. Сквозь серую мглу стало заметно, как от чёрной стены леса отделяются крадущиеся тени. Волки! Они выстроились по линии поваленного забора, напоминая взвод почетного караула в ожидании важной персоны. И персона не заставила долго ждать.
Вершины сосен вздрогнули, сбросив шапки плотного снега. Деревья словно расступились, предлагая дорогу неведомому путнику, и из леса появилось нЕчто. Оно продвигалось уверенной поступью и остановилось в метре от заснеженных спин подвывающей охраны. Таинственное свечение, мерцающим ореолом окружавшее его, позволяло разглядеть всё до мельчайших деталей. Невиданный монстр, усеянный бородавками и кожаными наростами, безмолвно озирал окрестности молочными зрачками поражённых бельмами глаз. На его серой вздувшейся коже зияли гниющие язвы. Он был похож на угловатого голема, высеченного из каменной глыбы нетвёрдой рукой неопытного мастера. Вскоре взгляд пришельца коснулся старого дома. Казалось, он ощупывает невидимыми пальцами каждую пядь покосившегося строения. Когда же его взор добрался до окна, в котором застыл беззащитный силуэт профессора, чудовище замерло.
Резкая боль в глубине черепа парализовала мысли и движения ученого. Он застыл, как зачарованный, не в силах пошевелиться.
Внезапно раздался тяжёлый дребезжащий голос. Но не из пасти урода! Нет! Он звучал у профессора в мозгах, болезненно вибрируя и повторяясь долгим эхом во всех уголках обескураженного сознания: «ЖИТЬ ТЕБЕ ОСТАЛОСЬ ТРИ МЕСЯЦА».
Голова закружилась. Комната поплыла. Тело обмякло.

Очнулся Анатолий Николаевич поздним утром. Он лежал на полу и весь дрожал от холода. Сильно болела голова, и особенно беспокоила ссадина на лбу, назойливо напоминавшая о причине своего возникновения. Опираясь о стену, профессор поднялся и подошёл к окну. Его глазам открылся залитый солнцем зимний сад, устланный белым ковром. Нетронутые шапки снега на высоких соснах. Серый забор стоял на своём месте, как ни в чём не бывало. Все хорошо, но что-то было не так. Анатолий Николаевич заметил перепончатое крыло летучей мыши, которое акульим плавником торчало поверх сугроба и временами вздрагивало при порывах студёного январского ветра.
Об этом случае профессор рассказал сердобольной соседке на следующий день после своего необычного пробуждения. Излагал подробно, стараясь не упустить деталей, и только в глазах его нет-нет да и вспыхнут предательские искорки зарождающегося психического недуга.

И что странно! В середине апреля того же года учёный пропал. Сгинул в никуда. Оставил всё как есть: осиротевший дом, нехитрый скарб, а главное - множество книг, которые он ценил превыше любого богатства.
Обнаружилось это после того, как родственники профессора забили тревогу. Долго не получая от него известий, они прибыли в поселок. Не найдя его, обратились в милицию. Сыщики неделю ходили по домам, всех расспрашивали, пытались найти хоть какую-то нить, которая могла бы помочь в поисках пропавшего человека. Они обследовали лес, окрестные болота, но так и не смогли обнаружить хоть что-то, проливающее свет на это дело. Через некоторое время после известных событий к дому профессора подогнали грузовую машину. Забрав кое-какую мебель, утварь и книги, родственники заколотили окна старыми досками и больше здесь не появлялись.
К бабке также заходил молодой следователь. Много расспрашивал о пропавшем соседе, делал какие-то записи, но ничего так и не выяснил. Историю, поведанную профессором, бабка по понятным причинам ему рассказывать не стала. Помочь поискам такая страшилка не могла, а вот создать образ «свихнувшейся старухи» - это пожалуй!
Нам же бабулька рассказала об этом под хмельком, за давностью лет, наверняка, приврав, если не выдумав всё от начала до конца.

Как-то раз я и Гера возвращались с работы чуть раньше, чем обычно. Наши коллеги ещё оставались в лесу. Командировка подходила к концу, и отъезд был запланирован на следующее утро. Выйдя из зарослей молодняка, мы очутились вблизи забора того таинственного дома.
Редкие причудливые облака застыли в небе грозной флотилией, с поставленными парусами, в ожидании попутного ветра.
Ещё раньше, обсуждая бабкин рассказ, мы с Герой загорелись желанием непременно побывать в этом доме. Посмотреть, что там внутри. С учетом предстоящего отъезда другой такой возможности могло не представиться. Войдя во двор через покосившуюся калитку, мы остановились. Добраться до главного входа оказалось нелегко. Все обозримое пространство вплоть до самого порога заросло бурьяном. Гера заговорщически подмигнул и, нагнувшись, стал пробираться сквозь густую траву. Я последовал его примеру. Пряный дух полыни невидимым облаком окутал зелёные заросли.
Этот запах возродил во мне утраченные чувства. Я, будто скатившись с крутых американских горок, за одно мгновение пронёсся по самым отдаленным уголкам моей памяти, мимо прекрасных островов безвозвратно ушедшего детства. Мимо тех сказочных мест, где, как и прежде, пахнет полынью, бабушкиными пирожками и парным душистым молоком.
На парадной двери висел проржавевший замок. Идти пришлось в обход. С обратной стороны мы обнаружили приоткрытую дверь чёрного хода.
Изнутри дом не казался таким страшным. Пыль, бедлам да голые стены. Обследовав помещение, мы не нашли ничего особенного, что могло бы нас заинтересовать. Старые башмаки у стены, пожелтевшие, разбросанные по полу журналы, огарки парафиновых свечек на подоконнике. Вот и всё. Никакой интриги. И только собираясь уходить, Гера заметил в дальнем углу комнаты небольшое бронзовое кольцо, выступавшее поверх маленького деревянного люка. Это был лаз в подвал. Когда я не без труда приподнял схваченную временем крышку, в лицо пахнуло могильной сыростью. От запаха плесени защекотало в носу и Гера громко чихнул. Неожиданно бронзовое кольцо выскользнуло из моей руки и крышка с грохотом вернулась на прежнее место. Словно не желая нас впускать, она застряла ещё крепче, и, как оказалось, одному её теперь не поднять. Совместными усилиями мы всё же открыли люк, после чего уселись на коленях, тупо уставившись в зияющую дыру. Нужен был свет. Спички у нас имелись. Без них в лесу нельзя. Но это часть проблемы. Тут я вспомнил о свечах на подоконнике. Взяв по одной, мы запалили огарки и осторожно спустились вниз по трухлявой лестнице. Расстояние от земли до пола оказалось достаточным, чтобы свободно стоять не нагибаясь. Недолго думая мы принялись обследовать все закоулки подполья. Остатки истлевшего картофеля, разбитые банки из-под солений, и всё это под толстым слоем плесени. Отпечатки следов обуви различных размеров и разбросанные повсюду окурки указывали на то, что в подвале кто-то побывал до нас. По видимости, здесь работали оперативники. Безрезультатно облазив все углы, мы направились к выходу, продолжая осматривать дощатые стены. Фундамент подвала по периметру был обит вертикально приколоченными досками. Текстура обшивки была практически однородной. Лишь в одном месте с южной стороны подпола несколько тесин немного выделялись на фоне остальных. Другой сорт дерева и более гладкая обработка досок пусть не сильно, но все же контрастировали с соседними участками. Кроме того, доски слегка выступали из общего ряда, тем самым нарушая гармонию ровной поверхности. Казалось, за ними что-то есть. Я слегка нажал на это место. Потом надавил сильнее и… ничего не произошло. Мне с трудом удалось протиснуть указательный палец в щель за верхним торцом обшивки. Упершись в небольшой деревянный брусок, я надавил на него, после чего часть поверхности подалась вперед и образовалась узкая дверь.
Под дрожащим огоньком свечи обозначились каменные ступени, которые уходили вниз и растворялись в пугающей темноте подземелья. Вынырнув из-за моего плеча, Гера удивлённо присвистнул. С каждым шагом свет простирался всё дальше, пока не уперся в громоздкую деревянную дверь на чугунных петлях. Мы попытались её открыть, но тщетно. Страх и любопытство - извечные спутники человека. Преграда не поддавалась. Складывалось впечатление, что она подпёрта чем-то изнутри. Я решил надавить сильнее. Раздался треск. Дверь с визгом повернулась на ржавых петлях, и мы очутились у входа в старую штольню. Высота тоннеля не превышала двух метров. В ширину - немного меньше. Проходя сквозь торфяной пласт, штольня под небольшим углом сбегала вниз. Прогнившие шпалы выполняли функции опор. Разделяя подземный коридор на равные сектора, они угловатыми колоннами уходили вдаль, расползаясь зыбкими миражами на границе света и тьмы. Опалубка изрядно обветшала, а на вздыбленном полу возвышались кучи обрушившейся породы. Идти дальше без специального снаряжения - затея опасная, но мы все же рискнули. Пришлось пробираться через завалы. Спотыкаясь и кляня свою затею, мы проковыляли метров пятьдесят и остановились. В этом месте основной рукав штольни делился на три ответвления.
Гера нагнулся и что-то подобрал с пола. Присмотревшись, я увидел на его ладони безжизненное тельце крупного насекомого. Оно выглядело необычным, если не сказать больше. Внешне находка напоминала гибрид осы, скорпиона и стрекозы. Продолговатое тело осы с чередующимися жёлтыми и темноватыми полосками заканчивалось выгнутым хвостом скорпиона с характерным жалом на конце. Немного приплюснутая голова была снабжена большими глазами, а туловище оснащено четырьмя стрекозьими крылышками, расположенными на спине попарно. Занимая всю ладонь, существо лежало неподвижно. Оно будто спало. Могло показаться, что вот-вот странный жучок зашуршит перепончатыми крыльями и взлетит.
Внезапно со стороны правого ответвления послышался шорох. Фыркая и осторожно ступая, к нам кто-то приближался. Вскоре из темноты появился невиданный зверь. Животное походило на крысу, только очень крупную - размером с небольшого пса. Но не это настораживало. Поражало то, что крыс было две. Точнее две в одном теле. Они словно срослись спинами и имели общее туловище, единый чешуйчатый хвост и пару голов. Ощеренные морды, будто обидевшись друг на друга, смотрели в разные стороны и напоминали двуглавого орла на российском гербе. Четыре когтистые лапы крадучись несли эту биоконструкцию в нашем направлении, а четыре другие конечности беспомощно копошились на спине, словно нащупывая точку опоры. Немигающие глаза нижней твари пристально смотрели на нас взором хищника, в то время как бегающие глазки верхней явно замышляли смыться отсюда да поскорее.
Страх и растерянность поглотили нас без остатка. Казалось, растревоженный дух подземелья вдруг протянул свои властные щупальца из черноты неведомого лабиринта и крепко сжал наши беспомощные тела, предоставив их на растерзание ужасной твари.
Чадящий огарок неожиданно выпал из подрагивающей руки Геры. Стало темнее. Моя свеча хоть и коптила, но какое-то время могла ещё послужить.
Зверь по всем признакам готовился к нападению, но почему-то медлил. Напряжение росло. Вдруг животное сорвалось с места и ринулось прямо на меня, но, неожиданно оступившись на обломке доски, крыса перевернулась в воздухе и, сделав сальто через головы, приземлилась в двух шагах от моих ног. Я отпрыгнул в сторону и сконцентрировался в ожидании следующей атаки. Вопреки моим предположениям, животное почему-то испуганно попятилось.
Гера медленно присел и, не отводя от крысы взгляда, стал судорожно ощупывать землю в надежде отыскать палку или кусок доски, пригодные для обороны. Поведение грызуна сначала озадачило, но через секунду я понял, в чём дело. После падения крыса перевернулась и пугливая верхняя половина очутилась внизу, в то время как её сиамский близнец нервно перебирал в воздухе лапами, щерился и шипел сверху. На мгновение тварь замерла, потом, резко развернувшись, бросилась восвояси.
Мы поспешили к выходу. Не справившись с потоком встречного воздуха, пламя свечи тихо фыркнуло и погасло. В кромешной темноте, на ощупь, временами спотыкаясь и падая, мы неслись напролом. Наконец вдалеке замаячил тусклый свет. Входной люк оставался открытым, и мы пулей выскочили из подвала.
Свежий воздух и дневной свет привели нас в чувство. Дух полыни и запах хвои снова наполнили легкие, а на подрагивающей ладони Геры, загадочно переливаясь, лежало замысловатое тело неизвестного науке насекомого.

Стас закончил рассказ и залпом допил оставшееся в кружке пиво. Ник, ни разу не перебив товарища на протяжении всего повествования, теперь смотрел на него удивлённо и слегка растерянно. Сделав глоток из кружки, он откинулся на спинку стула и с трудом из себя выдавил: - Не верю.
Но Ник солгал. Он верил Стасу и знал, что тот говорит правду. Просто история была столь необычной, что осознание её реальности не могло уложиться у парня в голове.
- Хорошо, - Стас с обидой посмотрел на приятеля. - Я докажу тебе. У меня сохранилось это насекомое. Гера хотел выбросить, но я попросил отдать его мне.
Зазвучала некогда популярная музыкальная композиция в исполнении Фредди Меркури. С кухни пахнуло дымком поспевающего шашлыка. Ник закурил.

Сообщение отредактировал Вячеслав.РУ - 5.2.2013, 16:30

[Andrey-Chechako]

Мне нравиться засиживаться допоздна

Я тронул выключатель

В такие минуты вокруг меня возникает необыкновенная творческая аура

У меня есть проблема: я ставлю запятые, там где надо ставить точку - у вас, автор - наоборот.
Но, к сожалению, не это самое страшное))

[farvater]

У меня есть проблема: я ставлю запятые, там где надо ставить точку - у вас, автор - наоборот.
Но, к сожалению, не это самое страшное))

Спасибо! Есть такой грешок... Люблю излагать короткими и ясными предложениями.

[farvater]

Глава 2. Лабиринты подземки


Золочёная ручка казённого кабинета уверенно подалась вниз. Дверь открылась, и на ковровую дорожку одного из помещений Лубянки ступил человек в сером штатском костюме.
- Товарищ генерал, разрешите?
- Заходи, Сашок. Присаживайся, - генерал снял очки и положил их в футляр.
Пожилой седовласый человек уже несколько лет являлся хозяином этого кабинета. Должность начальника следственного управления и звание генерал-майора он получил четыре года назад. Столь значимое событие совпало с его пятидесятилетием и стало неожиданным, но очень приятным подарком к юбилею.
Валентин Трофимович Звонарёв без сожаления отдал «конторе» лучшие свои годы. Его карьера складывалась на удивление гладко. После окончания училища он попал в войска, где пять лет отработал «особистом». Затем Москва. Оперативный отдел. Наконец - следственное управление, где он дослужился до начальника.
Сейчас, сидя в своём зелёном потёртом кресле, генерал собирался посвятить молодого капитана в детали одного старого, но так и не раскрытого дела.
Возникло оно семь лет назад. К расследованию привлекли группу лучших сотрудников, в числе которых был и отец этого парня - Николай Рассказов. В то время он носил звёзды капитана и считался лучшим другом Звонарева.
Суть дела состояла в том, что в течение года без вести пропало несколько сотрудников одного научно-исследовательского института. Эти учёные занимались исследованиями в области генетики и микробиологии. Они проводили секретные опыты под крылом министерства обороны. Люди исчезали при различных обстоятельствах, и лишь одна особенность объединяла все эти случаи - сотрудники пропадали бесследно. Оставив всё: семьи, квартиры, имущество. Версия о побеге за границу отпала сразу. Другие долго и тщательно прорабатывались, но расследование в итоге положительных результатов не дало.

В последнее воскресенье октября на дачу (тогда ещё к полковнику Звонарёву) приехал его друг Коля Рассказов со своим восемнадцатилетним сыном Сашей - курсантом военного училища. СашОк – ласково называл его полковник. У Звонарёва своих детей не было, и потому к отпрыску друга он относился как к племяннику, возложив на себя обязанности его негласного покровителя. Угловатый черноволосый мальчишка в курсантской форме, Саша с детства мечтал пойти по стопам отца, и такая возможность в недалёкой перспективе вполне могла обрести черты реальности.
Осенний ветер, срывая поблекшую листву с окрестных деревьев, издевался над измученным флюгером и собирал одинокие облака в стада дождливых серых туч. С корявых веток антоновки кое-где свисали янтарные яблоки, а над пожухлой травой стелилась сизая дымка от тлеющих костров.
Мужчины сидели в открытой беседке, пили чай и непринуждённо разговаривали.
- Как продвигается расследование? - осведомился Валентин Трофимович, обращаясь к Николаю.
- Есть кое-что,- ответил капитан, размешивая серебристой ложечкой сахар в чашке с чаем,- но это требует проверки. Завтра еду на осмотр одного любопытного места, которое косвенно связано с этим делом. Надеюсь к вечеру доложить о результатах.
- На чём поедешь?
- Пока не знаю, - Николай достал из портфеля небольшую брошюру с надписью «Атлас автомобильных дорог». - Это здесь, - он остановил палец на одной из красных точек, обозначенных на карте. Она выглядела капелькой крови, затерянной среди петляющих змеек автодорог.
- Не близко, – произнёс полковник, прикидывая расстояние. - Возьми служебную «ауди».
- Нет. «Ауди» - слишком броская машина, возьму «Волгу».
- Ну как знаешь. Поедешь один?
-Может, Санька с собой прихвачу. Пусть опыта набирается!
Лицо Сашки расплылось в умилительной улыбке. Он перестал наблюдать за играющим под столом котёнком и, изогнув правую руку в характерном жесте, завопил: - ЙЕСС!!!
- Но-но, товарищ курсант! Что Вы себе позволяете! - строго осадил его отец, после чего все дружно рассмеялись.

Чёрная «Волга» мчалась по одной из федеральных трасс Подмосковья и всё больше отдалялась от мегаполиса. В салоне находились двое - отец и сын. В кои-то веки они могли провести друг с другом несколько дней.
«Все-таки хорошо, что отец похлопотал перед начальником училища и тот продлил мне увольнительную ещё на сутки», - думал Сашка, разглядывая мелькавшие за окном жёлтые стога соломы.
Через некоторое время «Волга» свернула с магистрали и устремилась по районной трассе. Машин на дороге встречалось немного, и отец прибавил скорость. Проносившиеся за окном стога сменились небольшими копнами. Продолжая любоваться солнечным осенним пейзажем, Сашка вдруг заметил, как на одной из куч соломы что-то сверкнуло. Он забеспокоился. Несколько секунд спустя солнечный зайчик снова вспыхнул в глазах. Это показалось парню подозрительным. Он вспомнил, как во время военных учений точно так же на солнце сверкала оптика снайпера условного противника, который засел высоко на дереве. Тогда Саша доложил об этом командиру и его поощрили за внимательность. Сейчас было такое же чувство. Сашка только и успел произнести: «Па! Ты видел…?!»
Послышался резкий шлепок. Развороченная пулей резина переднего колеса зашаркала по асфальту. Машина резко подалась в сторону обочины. Отец что было сил вцепился в руль и попытался выровнять автомобиль. Через мгновение та же участь постигла заднее колесо.
- Сашка, держись! - это были последние слова отца.
«Волга» резко соскользнула с обочины и, сорвавшись в кювет, выполнила каскад смертельных пируэтов. Завершив последний виток, она прочно улеглась на искорёженную крышу и замерла. Саше повезло. Центробежная сила выбросила его из машины, и он уцелел. Отцу, к несчастью, спастись не удалось.

Саша долго и болезненно переживал гибель родного человека. Но что ни говори, а время лечит. Сейчас, спустя годы, он выглядел возмужавшим, уверенным в себе молодым человеком. Войдя в кабинет начальника, он уселся на предложенный ему стул, с вниманием и уважением глядя на собеседника.
- Что нового? Как мать? - поинтересовался генерал, разглядывая парня.
- Спасибо. Всё по-прежнему, - ответил Саша, раскрывая блокнот для записей.
После смерти отца Сашина мама сильно сдала. Болячки посыпались одна за другой, а год назад случился инсульт. Все обошлось, но выглядела она теперь неважно.
- Передавай привет, - произнес генерал, раскрывая толстенную папку, – на днях заскочу проведать.
- Хорошо, Валентин Трофимович, обязательно передам.
На столе у генерала лежало то самое дело, расследуя которое и погиб Сашкин отец. Его смерть оказалась не единственной. Впоследствии погибли еще два причастных к расследованию сотрудника. Они были убиты при невыясненных обстоятельствах. Складывалось впечатление, что происходит утечка оперативной информации непосредственно из стен «конторы». Расследование застопорилось. Много лет материалы следствия пролежали на полке жирным глухарём в архиве нераскрытых дел. Но недавнее, на первый взгляд не выдающееся происшествие вновь заставило вспомнить об этом деле.

Два дня назад в одном из тоннелей московской подземки поездом был сбит человек. Как он туда забрался, оставалось неизвестным. Тело оказалось настолько изуродованным, что для идентификации трупа органами МВД была назначена дактилоскопическая экспертиза. Личность установить не удалось – человек с такими отпечатками пальцев в базе данных зарегистрирован не был. Тогда оперативники обратились в ФСБ, чтобы идентифицировать отпечатки по их базе. И что же выяснилось? Оказалось, что погибший человек входил в группу исследователей, бесследно исчезнувших в тот злополучный год. И сейчас это кровавое дело вновь лежало перед генералом.
- Не хотелось мне задействовать тебя, Сашок, в этом задании, - деликатно произнёс Валентин Трофимович, - но не предложить тебе я не мог. Мы ведь офицеры. И, думаю, для тебя дело чести довести до конца расследование, начатое ещё твоим отцом. Но это не приказ. У тебя есть время поразмыслить до завтра, и если откажешься, осуждать не стану, так как задание непростое и довольно опасное.
- Товарищ генерал, мне не нужно время на раздумья, - без промедления ответил Саша. - Я берусь за это.
От взгляда Звонарёва не ускользнуло то, как в чёрных глазах парня вдруг вспыхнул и затаился огонёк неуёмной жажды мести, видимо давно тлеющий в глубине его подсознания.
- Ну и ладненько, - генерал подвинул папку к Саше. - Внимательно изучи и можешь приступать. Да, вот еще, одному тебе будет тяжеловато, я дам помощника.
Звонарёв заговорщически улыбнулся и нажал на кнопку селекторной связи: - Вадим, пригласи ко мне старшего лейтенанта Коропец.
Через минуту дверь кабинета открылась.
– Валентин Трофимович! Вызывали?
Перед мужчинами стояла красивая молодая женщина в плотно облегающей военной форме. Её чёрные сияющие волосы были собраны сзади в аккуратный пучок, а небольшой рост с лихвой компенсировался изящной фигурой.
- Проходи, Алёнушка, - генерал указал на место рядом с капитаном. Саша поднялся и по-джентельменски выдвинул стул, предлагая даме сесть. Генерал представил молодых людей друг другу.
- Ближе познакомитесь в процессе работы, - произнёс Валентин Трофимович. - А сейчас за дело.
Он в общих чертах обрисовал специфические тонкости этого задания, временами замедляя темп речи и заостряя внимание ребят на наиболее важных моментах. – Ну, вот вкратце и всё, - начальник посмотрел на циферблат напольных часов, стоявших в углу кабинета. – Мне пора на встречу. Детально изучите дело и приступайте. О ходе расследования докладывать мне лично. Удачи!


Теплым майским утром Алёна стояла у входа в метро рядом с одной из конечных станций московской подземки. Весеннее небо выглядело бездонным и манящим. Слабый ветерок приглаживал обновлённые причёски деревьев. Водопад зелёных красок спускался с пышных шевелюр тополей и растекался молодой травой по залитым солнцем газонам. Аппетитный запах шаурмы, исходивший от торговой палатки, собрал бездомных собак со всей округи. В такую изумительную погоду совершенно не хотелось спускаться под землю. Но служба есть служба. Новоиспечённые партнёры договорились встретиться у этой станции сегодня утром. Они решили более тщательно обследовать то место, где нашли обезображенное тело учёного. Алена пришла пораньше, придерживаясь принципа «лучше подождать, чем опоздать». Одетая в черные джинсы и зелёную футболку с надписью «Я сама» на груди, она стояла у входа в метро, поигрывая мешковатой коричневой сумкой.
На службу в ФСБ Алёна попала, сама того не ожидая. После блестящего завершения учёбы в МВТУ им. Баумана девушку заметили и предложили работу в одном из отделов конторы. Алена, немного подумав, согласилась. Хорошая перспектива и карьерный рост – о чем еще может мечтать молодой специалист! Удачно проведя несколько расследований в составе группы, она получила звание старшего лейтенанта и состояла на хорошем счету у руководства. Несмотря на кажущуюся хрупкость, Алёна отлично владела приёмами рукопашного боя, неплохо стреляла и могла составить конкуренцию многим мужчинам в своём подразделении.

Саша пришёл вовремя. Ещё издали увидев Алёну, он вдруг почувствовал, как внутри него что-то защекотало, потом собралось в небольшой комок и, подскочив к самому горлу, рассыпалось огненным фейерверком по всему телу.
«Как бы не влюбиться,- подумал он, слегка замедлив шаг и предоставив время своим вспыхнувшим щекам обрести естественный цвет. - Этого мне ещё недоставало».
-Привет! - произнёс Саша, подойдя к девушке. - Замечательно выглядишь. - Его взор скользнул по фигуре Алёны и непроизвольно задержался на надписи «Я сама».
-Спасибо, - сказала она, немного смутившись.
-Давно пришла?
- Не очень. Ты знаешь, я вчера еле заснула - всё думала о нашем задании.
- Я сам до трёх ночи просматривал материалы дела, и вот что непонятно. Каким образом этот учёный мог оказаться на рельсах подземки? Когда его нашли, он был одет в специальный комбинезон с оригинальной нашивкой «Биологическая опасность» на рукаве. По вагонам метро в таком «комбезе» вряд ли кто решится разгуливать. Значит, версия, что он сиганул с поезда или его оттуда выбросили, хромает.
-А, может, рядом с этим местом находится какой-нибудь секретный бункер или лаборатория. Ведь ходят же слухи про метро два, подземные города и тому подобное, - предположила Алёна.
-Я думал об этом и даже просмотрел некоторые доступные мне документы, хранящиеся в наших архивах. Ничего подходящего не попалось. Хотя есть источники, в которых не мешало бы покопаться. Жаль, доступ к ним для сотрудников нашего ранга закрыт.
-А генерал? Может он посодействует?
-Вряд ли. Я думаю, к подобным папкам имеют подход лишь те люди, которые тесно связаны с персонами из высших эшелонов власти. Ну да ладно, потом что-нибудь придумаем, - Саша взглянул на часы. - Нам пора.
Они спустились вниз по мраморным ступенькам в поисках кабинета администрации. Переговорив с руководством станции, изложив суть дела, компаньоны направились к месту трагедии в сопровождении прикреплённого к ним рабочего-путейца. Проводника звали Василий. Парнишка лет двадцати пяти, невысокого роста, худощавый, одетый в замасленную робу и с электрическим фонарем в руке. Он шёл впереди, временами приговаривая: «Не отставайте! Не отставайте!»
Группа пробиралась через бесчисленное количество дверей, петляющих переходов, тёмных коридоров, где иногда без фонаря обойтись было просто невозможно. За толстыми стенами временами раздавался гул проносящихся мимо вагонов. Прошло не менее получаса. Наконец они остановились перед небольшой дверью с поржавевшим засовом.
- Пришли,- сказал Вася и принялся разрабатывать тугой запор.
-Василий, а Вы всегда такой неразговорчивый?- поинтересовалась Алёна, обращаясь к хмурому проводнику. За всё время пути он не проронил ни одного лишнего слова.
- Нет! Только когда брожу по этим чёртовым катакомбам.
Наконец затвор противно взвизгнул и отошел в сторону. Металлическая дверь подалась на Василия, но открылась только наполовину.
-А чего особенного в этих подземных закоулках?- продолжала допытываться девушка. – Может, Вы боитесь огромных крыс, которыми якобы кишат эти места.
-Насчёт крыс не знаю. Не видел. А вот призраки и всякие там сгустки энергии достают довольно часто.
-Да?- не унималась Алёна. - И Вы можете об этом рассказать?
Вася поскоблил поросший щетиной подбородок: - А почему бы и нет?
Он на какое-то время тупо уставился в пол. Потом его будто озарило. Парень вмиг поднял глаза и вдохновлённый тем, что его собираются слушать, по-философски произнёс:
- Москва - большой город! Мегаполис! Там, наверху, много хорошего и плохого. Добрая энергия, которую источают любовь, ласка, милосердие, обратившись в маленькие воздушные шары, устремляется вверх, на небеса. Наверное, к самому господу! Бог, должно быть, её собирает, сортирует и раздаёт тем, кому она необходима. А вот зло и ненависть, переполняющие сердца дурных людей, стремятся вниз. Эта бесовская каша некоторое время лежит на поверхности земли, облепляя уродливыми кляксами дороги и тротуары. Наверняка, любой из вас, проходя по улицам города, а может мимо чужой квартиры, иногда ощущал, что спокойное до того сердце вдруг начинало биться сильнее, а в душе поселялись страх и предчувствие чего-то недоброго, неотвратимого. Это означает одно - вы вплотную столкнулись с этой мерзостью. Затем зло начинает просачиваться сквозь землю. Не торопясь, но и не мешкая, оно подбирается к железобетонным сводам подземки. Пройдя трудный путь, ужасное вещество начинает разливаться по пустотам и лабиринтам хорошо подходящего ему подземного мира.
Некоторые люди время от времени могут видеть эту материю. Они даже способны почувствовать её плотность, запустив свои руки в отвратительное желе. Но их единицы. Эта гадость особенно влияет на людей с неустойчивой психикой. Из таких экземпляров и получаются «прыгуны».
- «Прыгуны»? А кто это? - с интересом спросила Алёна.
-«Прыгуны» - это бедняги, которые решают посчитаться с жизнью, прыгнув под колеса проходящего мимо поезда. За время существования подземки подобные случаи не редкость. После такой ужасной смерти несчастные души бедолаг не могут найти упокоения ни на земле, ни на небе. Их призраки неустанно бродят по станциям метро. Перебираясь с платформы на платформу, они словно ищут виновных в своей гибели. Иногда фантомы подходят к людям, одиноко стоящим в стороне, и подолгу всматриваются в их глаза. Глаза, как известно, зеркало души. Словно безжалостные спруты, они запускают свои энергетические щупальца в душу человека. Смакуя и наслаждаясь, призраки медленно вытягивают часть жизненной энергии и отвратительно хохочут, когда ничего не подозревающий пассажир входит в подоспевший вагон и уезжает, растерянный и опустошённый.
-Откуда Вы об этом узнали?- спросила Алёна, недоверчиво посматривая на проводника.
- У меня есть знакомый медиум. Он частенько спускается в подземку и подолгу наблюдает своим «третьим глазом» за всем происходящим. Да я и сам порой вижу: то загадочные силуэты, осторожно крадущиеся вдоль мрачных тоннелей, то одиноко слоняющиеся тени, которые тут же растворяются под яркими лучами прожекторов приближающегося поезда.

Внезапно воздух пришёл в движение. Пробудившийся сквознячок стал быстро набирать силу и за какие-то мгновения грозил перерасти в шквал. Послышался нарастающий шум колёсных пар. Через секунды последовала яркая вспышка. Саша и Алёна, всё это время зачарованно слушавшие рассказ проводника, от неожиданности вздрогнули и зажмурились. Проём приоткрытой двери озарился ярким светом галогеновых фар электропоезда. Спустя мгновение вновь воцарился полумрак, нарушаемый лишь трассирующими всполохами окон проносящихся мимо вагонов.
-Ладно, хватит заливать! Куда дальше идти?- произнёс Саша, обращаясь к «сталкеру».
-Зачем идти? Мы уже на месте. Здесь, в десяти шагах от этой двери, на железнодорожном полотне всё и произошло. Только вам туда нельзя. По этой ветке с интервалом три-четыре минуты на большой скорости проносятся поезда. А перекрывать движение из-за вас никто не станет, - деловито произнёс Василий и, расстегнув верхние пуговицы спецовки, выдохнул: - Фу… Душно.
-Ну, во-первых, если нам потребуется, то перекроют движение не только на этом отрезке пути, но и по всем веткам метро, - сказал Саша, строго посмотрев на проводника. - А во-вторых, само место происшествия нас не интересует. Имеется достаточно видео и фотоматериала, отснятого после обнаружения трупа. Мы хотим осмотреть округу, подходы, помещения, прилегающие к этой территории. Понятно?
Слова и тон, которым их произнес офицер ФСБ, мгновенно поставили зарвавшегося паренька на место.
-А я что? Я ничего. Мне что велят, то я и делаю,- пролепетал Вася и принялся закрывать перекошенную дверь.- Пойдемте посмотрим, что к чему.
Засов лязгнул и встал на прежнее место.

Они двинулись дальше. Поиски продолжались уже более часа и, казалось, не имели результата, когда Вася остановился в нерешительности посреди одной из подземных комнат. Он явно потерял ориентир. Освещение на последнем отрезке пути отсутствовало, и выручал только электрический фонарь, который светил уже не так ярко, как вначале.
- Кажись, я заплутал, - неуверенно произнес Василий.
Луч фонаря беспомощно блуждал по заплесневелым стенам железобетонного сооружения в поисках несуществующего прохода.
-Как заплутал?- воскликнула раздраженная от усталости и холода Алена.- Ты что, шутишь?
-Да в этих грёбаных лабиринтах сам чёрт не разберётся, - выпалил парнишка.- Сами же просили: «Дальше! Дальше веди!» Вот и привел...
- Ладно, хватит паниковать. Действительно же просили, - сказал Саша, пытаясь уладить назревающий конфликт. - Дай-ка фонарь,- он взял прибор из рук проводника и принялся обследовать помещение.
По размеру комната была похожа на небольшой кинозал. Невольное сравнение вызывали полусгнившие откидные кресла, которые стояли ровными рядами и занимали добрую половину помещения. В дальнем углу едва обозначались гранитные ступени, убегавшие вниз. Вдоль шершавых стен, пропитанных влагой и плесенью, кое-где возвышались чёрные промасленные бочки. По всей площади помещения были хаотично разбросаны обломки старых шпал, ржавые крепёжные костыли и кучи полуистлевшей ветоши.
Подойдя к одной из бочек, Саша попытался её наклонить. Емкость оказалась до половины наполнена каким-то веществом. С трудом сдернув приржавевшую крышку, парень принюхался. Запах был специфическим.
«Отработка или мазут»,- сообразил Саша.
- Найди палку, намотай на неё ветошь, только потуже, и тащи сюда,- сказал он, обращаясь к Алёне.- Сусанин! Спички есть?
-Зажигалка,- недовольно отозвался Василий.
-Давай.
Вдруг раздался истошный визг. Саша оставил бочку и пулей бросился к Алёне.
-Та-а-ам! Там кто-то шевелится! Это, наверно, крыса!- заикаясь, промолвила девушка, указывая пальцем на кучу ветоши, в которой она только что копалась.
И, действительно, из вороха тряпок торчала мордочка недоумевающего зверька. Крыса не испугалась людей. Более того, она даже не собиралась убегать. Ее умные глазки внимательно наблюдали за поведением непрошеных гостей, а лоснящийся от влаги бусинка-нос бегал из стороны в сторону, улавливая незнакомые запахи.
- Наверное, у неё там гнездо!- предположил Вася.
-Ладно, не трогайте. Пусть сидит,- Саша вернулся к бочке.
Понаблюдав за пришельцами, животное поняло, что опасность ему не угрожает. Потеряв всяческий интерес к происходящему, крыса вновь зарылась в облюбованную кучу и больше не высовывалась.
Алёна склонилась над следующим ворохом. Предварительно постучав по нему палкой, она с осторожностью извлекла несколько подходящих лоскутов ещё не истлевшей материи и, соорудив некое подобие факела, вернулась к Саше.
- У меня всё готово!
Саша посмотрел на девушку, на волнистый локон её растрёпанной чёлки, на перепачканное лицо в оправе сияющих волос и вдруг снова ощутил те же чувства, которые овладели им сегодня утром, в момент их встречи наверху.
- Устала?
- Конечно, устала! И в ванну хочу! Еще этот Вася ... У-у-ух, не могу!!!
- Ну ладно, потерпи немного. Скоро выберемся.
- Ага! Еще бы знать, куда и как?
-Я что-то нашел! Идите скорее сюда! - загорланил Василий. – Нужен свет.
Он сидел на корточках рядом со ступеньками и разглядывал какой-то предмет, лежавший на полу среди обрывков ветоши. Каменные ступени, находившиеся рядом, круто убегали вниз и растворялись под толщей застоявшейся воды.
-Ничего не трогай. Я сам,- сказал Саша и направился в сторону проводника.
Он подошел к находке и увидел торчавший из-под тряпок ядовито-жёлтый бок кислородного баллона, прикрытого серой материей. Саша сдернул тряпку.
-Акваланг!!!
Все переглянулись.
- Откуда под землёй мог взяться акваланг? И для чего он здесь?- недоумевая, прошептала Алёна.
- Надо осмотреть все кучи в этом зале. Может, обнаружим ещё что-нибудь,- предложил Саша.
-А что с этим делать?- Алёна протянула палку, обмотанную ветошью.
-Ах да. Пошли.
Они направились к открытой бочке, а Василий тем временем принялся обследовать находившиеся поблизости ворохи.
- Подставляй ближе,- Саша наклонил бочку, и черная жижа стала медленно сползать на обмотанное древко. Он поднёс зажигалку. Самодельный факел начал робко разгораться, потрескивая и обдавая копотью и без того перепачканные лица напарников.
- А что? Неплохо получилось!- сказала Алёна, наблюдая за танцующими языками пламени. - И сразу теплее стало, а то я уже замёрзла.
-Ну вот и хорошо! Я пойду к аквалангу, а ты помоги Василию. Когда согреешься, пристрой факел где-нибудь на стене, в расщелине.
Рассматривая баллон, Саша определил, что, если верить показаниям манометра, он чуть меньше чем наполовину заправлен воздухом. Судя по состоянию и внешним признакам, пролежал акваланг недолго - скорее всего, несколько дней.
Сашу насторожила внезапно наступившая тишина. Он обернулся. Его спутники стояли возле кучи тряпок и молча смотрели друг на друга.
- Что у вас там? Чего-нибудь нашли?
Алёна пожала плечами.
- Ничего больше нет. Осталась последняя куча, - она покосилась на ворох, где недавно пряталась крыса.
-Ну и что? – Саша ехидно ухмыльнулся.
-А вот что!- Вася схватил лежавшую рядом огромную дубину и что было сил ударил по тряпью. Раздался душераздирающий визг. Крыса, словно ошпаренная, выскочила из кучи, после чего стремглав бросилась в сторону выхода. Напоследок она подпрыгнула и, продолжая верещать, скрылась в чёрной дыре дверного проёма.
- Зря побеспокоили бедное животное. Под тряпками ничего нет!- сказал Василий и бросил на пол уже бесполезную дубину.

- Хватит резвиться! Лучше идите сюда. Алена, прихвати, пожалуйста, факел.
Саша осмотрел с ног до головы своих спутников. По всему было видно, что они прилично измотаны затянувшимися похождениями.
- Ну что?! Надо выбираться отсюда! – сказал он. - Только сначала необходимо соблюсти некоторые формальности. Этот баллон тащить с собой не резон - тяжеловат! Но и оставить всё как есть мы не можем. Алёна, осмотри внимательнее акваланг. Может, остались какие-нибудь отпечатки, - он передал ей фонарь, а сам направился к ступенькам.
Девушка отдала горящий факел проводнику, достала из сумки необходимые принадлежности и принялась обследовать поверхность баллона.
-Вася, посвети сюда,- Саша указал на затопленные гранитные ступени. – Интересно, откуда здесь столько воды?
Огонь факела, отражаясь от водной поверхности, превратил её в большое сияющее зеркало, где, переливаясь всеми цветами радуги, застыли расплывчатые нефтяные спирали.
-Ну, что скажешь? Дока! Ты ведь специалист по подземным загадкам. Откуда вода?- с иронией в голосе произнёс Саша.
- Это и дураку понятно, - легко парировал Василий.- Грунтовые воды!
-А нефтяные пятна откуда?
- Бочку с мазутом опрокинули, а может что-то ещё.
-В том-то и дело – «ЧТО»?! Ты видишь? Все бочки плотно закрыты. А пол?! Ни одного масляного пятна,- Саша поднял небольшой обломок старой шпалы и бросил его в воду.
-Вы что, обалдели!!!- воскликнула Алёна, стряхивая с волос капли брызг.
- Извини! Я не нарочно! - чуть сконфуженно произнёс виновник недоразумения.- Хотел эту грязь на поверхности воды разогнать. Ничего не видно!
Алёна подготовила желатиновую плёнку и стала аккуратно снимать с поверхности баллона обнаруженные отпечатки пальцев.
После того, как круги на взбудораженной поверхности улеглись, проявились очертания дна. Под толщей воды смутно обозначились контуры нескольких покорёженных стульев и большой бочки. Справа под несущей стеной зияла брешь.
- Я всё сделала,- раздался голос Алёны. - На баллоне акваланга оказалось несколько отпечатков пальцев и отчётливый след ладони. Также в проёме редуктора застряло несколько волосков. На поверхности аппарата повсюду видны следы мазута, а это говорит о том, что его владелец, наверняка, вынырнул из этой лужи или, во всяком случае, успел в ней искупаться.
- Ты думаешь, это именно то, что мы искали?- Саша вопрошающе посмотрел на девушку.
- Точно сказать не могу. Покажет экспертиза. Хотя этот акваланг вполне мог принадлежать какому-нибудь диггеру или другому искателю приключений. Ведь в метро, помимо официального входа, существует множество других путей. Это всем известно! Так что аппарат может быть чьим угодно. В любом случае, то, что находится там внизу, нужно тщательно обследовать.
- Кстати! У меня есть знакомый диггер - Костя. Он со своей командой облазил все канализационные стоки и подземные помойки Москвы. Да и в метро не раз спускался,- вклинился в чужой диалог Василий. - Если нужно, могу познакомить.
- Костя, говоришь?- задумчиво произнёс Саша.- А как его разыскать?
Проводник порылся в недрах своей робы и достал из внутреннего кармана мобильник. Выделив среди сохранённых абонентов имя «Костя «КОТ», он сообщил номер Саше.
- А почему «КОТ»?
- Лезет во все дыры, как кошка. Будете ему звонить, скажите от Васи Колдуна. Он поймёт.
- «Колдуна»?
- Да, это моя «подпольная» кличка.
- Возможно, его помощь понадобится. Ладно! Сворачиваемся! - Саша взял большую охапку ветоши и наглухо укрыл акваланг.
Аккумулятор фонаря приказал долго жить, а угасающий светоч смердел дымом тлеющей ткани, который расползался ядовитым смогом по всему помещению.
Ребята сделали несколько запасных факелов и отправились искать выход.
По пути Саша систематически чертил на стенах памятные метки обломком кирпича, чтобы впоследствии легче было отыскать это потаенное место. Они оказались на соседней станции примерно через час. Расставаясь, Саша попросил Василия держать язык за зубами и обо всем, что с ними приключилось, никому не рассказывать. Они попрощались, пожали друг другу руки и отправились каждый по своим делам. Время, потраченное на поиски улик, могло показаться вечностью, хотя, на самом деле, с того момента, как группа спустилась в подземку, прошло не более пяти часов. Зайдя домой, Алена перекусила, привела себя в порядок, после чего направилась в лабораторию, чтобы подвергнуть экспертизе найденные под землей образцы.


Разъевшаяся зелёная муха сидела на краю заляпанной тарелки с останками пожелтевшей воблы. Ловко орудуя короткими лапками, она приводила в порядок своё изумрудное тельце. Покончив с туалетом, муха приступила к трапезе. В поисках чего-нибудь вкусного она наконец добралась до оранжевых крупинок засохшей икры и принялась беззаботно поглощать деликатес.
Тарелка стояла посредине залитого солнцем стола, у окна небольшой кухоньки, в одной из типовых московских квартир. Стоявший в воздухе запах воблы для обезумевшей от счастья мухи был сладок и приятен. Но её острое обоняние постепенно стало различать другой, не менее изысканный аромат, - дух подсохшего хлеба. Благоухающий сухарь лежал в десятке сантиметров от тарелки и манил неимоверно. Было два пути до вожделенного куска. Первый - взлететь на долю секунды и опуститься прямо на него; второй - сползти по свисающему с тарелки хребту обглоданной рыбы и таким образом достичь места назначения, заодно обследуя и рыбий скелет. Муха выбрала второй. Не спеша пробираясь между острыми костями, она благополучно добралась до липкой клеенки. Проползая мимо коричневого пятна от пролитого пива, она на мгновение замерла. Мухе показалось, будто птица, заслонив на мгновение солнце, метнулась на неё с высоты. Кровавая лепёшка и несколько дёргающихся конечностей - всё, что осталось от незадачливого насекомого.
- Восемь, - злорадно произнес Костя и бросил на подоконник свёрнутую трубочкой газету. - Задолбали мухи.
Костя наклонил бутылку с остатками водки над стопкой, и… зазвонил телефон.
- Это ещё кто?!
Он неохотно поставил посуду на стол и направился в прихожую. Достав из подсумка мобильник, Костя нажал на кнопку приёма вызова и недовольно буркнул: «Да?»
- Алло! Это Константин?
- Слушаю!
- Ваш номер телефона дал мне Вася Колдун. Вы меня слышите?
- Да-да, продолжайте! - Костю насторожил директивный тон говорящего.
- Я являюсь сотрудником федеральной службы безопасности. Нам необходимо поговорить и обсудить некоторые вопросы, касающиеся рода Вашей деятельности.
- Вообще-то я безработный,- не растерялся Константин,- стою на бирже труда, и у меня есть все необходимые документы, подтверждающие это.
Костя – невысокий русоволосый парень, встретивший минувшей зимой своё тридцатилетие. После вчерашней попойки у него раскалывалась голова, и он мечтал быстрее похмелиться.
- Я имею в виду Ваше увлечение диггерством.
«Долбаный Вася. Наверно, стуканул. Сам же в прошлый раз провёл нас в подземку. Теперь что-нибудь повесят. Дело, видно, серьезное. Ведь не менты! ФСБ!!!» - озадаченно подумал Константин, а вслух сказал:
- А что Вас, собственно, интересует?
- Это не телефонный разговор, - вкрадчиво произнёс Саша. – Нам необходимо встретиться, и желательно сегодня.
- Что за спешка? А если я …хм… «не в форме»?
- Ничего страшного.
- Где и когда?- сквозь зубы процедил Константин, смирившись с неизбежностью этой встречи.
- Наверное, будет правильно, учитывая Вашу «форму», мне самому прийти к Вам и обо всём поговорить. Если конечно не возражаете.
- … Хорошо. Записывайте адрес.

Результаты анализа обнаруженных в подземке образцов показали, что отпечатки пальцев и ДНК волос полностью совпадают с теми, что были взяты при обследовании трупа. Алёна немедленно сообщила эту новость Саше. Тот, в свою очередь, попросил девушку не извещать генерала о ходе расследования и обнаруженных находках, пока не появится что-то действительно стоящее, о чём не стыдно будет доложить.

После продолжительного разговора с Константином Саша убедил его в необходимости участия в данной операции.
- Может, тебе и орден дадут! Посмертно!- пошутил он, вспомнив реплику известного киногероя.
После этих слов Костя недовольно скривил рот и задумался.
- А что у вас мало своих специалистов? Почему, непременно, нужно брать людей со стороны? – поинтересовался парень. – Зачем посвящать «чужих» в дела государственной важности?
- Почему же! Профессионалов у нас предостаточно. Беда в том, что они не знают так досконально тех мест, куда мы собираемся проникнуть. А Вы, я наслышан, излазили там всё вдоль и поперёк. Ведь так?
- Ну… в принципе, Вы правы.
- Ко всему прочему, ни в какие секреты посвящать вас мы не собираемся. Просто побудете недолго нашими проводниками.
- В Ваших словах есть резон…
Костя пообещал привлечь к этому делу своего напарника, Алекса Шефера, с которым он и занимался подземными авантюрами. Немедля позвонив приятелю по телефону и заручившись его согласием, Костя обсудил с партнёром план приготовлений и дату предстоящего мероприятия.
- Два дня как минимум. Раньше не уложимся,- произнёс Константин, прикидывая, сколько времени уйдёт на сборы.
-Хорошо,- сказал Саша.- Что из вещей нам потребуется?
- Всё необходимое у нас имеется: гидравлические ножницы, электрические фонари и другое оборудование. Единственная загвоздка - водолазное снаряжение и разрешение на пронос инвентаря в метро.
- Это я беру на себя, – заявил Александр. - Снаряжение я организую через свою контору. Не проблема! Главное, нужно знать ваши размеры, чтобы подобрать гидрокостюмы. Насчёт проноса оборудования можешь не беспокоиться - разрешение будет.
- Хорошо бы подключить к этому делу Колдуна. Он неплохо ориентируется в подземке и может быть полезен.
- Неплохо?! - Саша вспомнил проводника Васю и чуть не рассмеялся. – Хорошо. Привлечем и Василия. Я сегодня с ним свяжусь и поговорю. Только его телефонного номера у меня нет.
- Я Вам дам, - Костя посмотрел на часы, потом представил бутылку с остатками водки, одиноко стоявшую на кухонном столе, после что-то черканул на обрывке газеты. – Вроде обо всём договорились? - он протянул гостю клочок бумаги с телефонным номером. – Теперь мне нужно заняться своими делами.
Костя попрощался с новым знакомым, закрыл входную дверь и отправился на кухню.

Дверной звонок надрывался неистово. Костя отбросил одеяло в сторону и свесил ноги с кровати. Внезапно рядом на подоконнике зазвонил будильник. Парень взял его в руки и, нажимая на перекошенную кнопку, попытался выключить. После нескольких неудачных попыток он положил будильник на постель и накрыл его подушкой.
«Шесть утра. Кого в такую рань принесло?» - подумал Костя и, потягиваясь, пошел открывать дверь. Звонок вдруг изменил тональность, захлебнулся и умолк. Запахло горелой проводкой. Константин сдвинул рычаг, замок щёлкнул и открылся.
У порога стоял его приятель Алекс, немец по происхождению, потомок поволжских переселенцев. Невысокий русоволосый мужчина средних лет. Он считался классным специалистом в области археологии, в совершенстве владел немецким языком и, как Константин, был прожженным диггером. По жизни Алекс был непревзойденным фантазером. В студенческие годы он даже пытался соорудить машину времени. И ему это почти удалось! Жаль подвели законы физики.
Шагнув в квартиру, Алекс ухватил сонное лицо приятеля пятерней ладони и с силой толкнул. Не ожидая от гостя таких активных действий, Константин потерял равновесие и, словно тряпичная кукла, отлетел на стоявший в углу прихожей диванчик, больно ударившись затылком о стену.
- Идиот!!! - завопил Алекс. - Ты что творишь? Мало того, что сам засветился, ты и меня подставляешь. С какой стати ты разоткровенничался перед этим ФСБэшником? Сопли распустил. У тебя мало проблем? Теперь, что ни случись под землёй, всё на нас валить будут. Всех собак повесят.
Костя, очухавшись от неожиданной взбучки, приподнялся и, опершись руками о диван, обиженно выпалил: - Ты что, с дуба рухнул? Чего руки распускаешь? Сам же вчера согласился сопровождать группу.
- А что оставалось? Вы меня перед фактом поставили. Попробуй откажись!- Алекс протянул товарищу руку и помог подняться, после чего тихо произнёс: - Ладно, извини.
- Собственно, чего ты так всполошился? – сказал Костя, потирая ушибленный затылок. – Нам же лучше. Мы убиваем сразу двух зайцев. Во-первых, обследуем новое место, во-вторых, будет свой человек в ФСБ, когда-нибудь да пригодится.
- Погорячился, - виновато произнёс Алекс, соглашаясь с доводами товарища.
- Ладно. Забыли, - Костя подтянул спадающие плавки.- Ну что? Тогда за дело?
- Давай быстрее приводи себя в порядок да пойдем. Времени у нас мало. Все оборудование сложим у меня в гараже, а завтра с утра перевезём на тачке к месту сбора.
- Хорошо. Посмотри пока ящик. Я скоро, - Костя включил телевизор, укрыл пледом кровать и направился в ванную.

Великолепный православный храм привлекал внимание прохожих блеском золочёных куполов. Очертания белых стен, высившихся на фоне плотной синевы предвечернего неба, вселяли покой и умиротворение.
Василий последний раз перекрестился на смиренный образ Сергия Радонежского и направился к выходу. Вечерняя служба ещё продолжалась, но парень редко оставался до конца церемонии. Он не считал себя чересчур набожным, но всё же время от времени посещал церковь, чтобы облегчить сердце и очистить душу. Его мать прислуживала в церкви, и поэтому духовные традиции парню были не чужды.
Выйдя на улицу и включив мобильник, Василий обнаружил на дисплее непринятый вызов. Абонент был незнаком. Вася решил перезвонить.
- Алло! Здравствуйте! Извините, пожалуйста. У меня на определители высветился Ваш номер. Вы мне звонили?
- Привет, Колдун! – произнёс Саша шутливым тоном. – Узнаёшь?
Вася напряг извилины: - Пока нет!
-А о подземном приключении уже забыл?
-Это Вы?!- парень узнал голос недавнего спутника.- Какими судьбами? Как дела?
- Как сажа бела,- сострил собеседник. - Ты лучше скажи, что завтра делать собираешься?
- Работать. Как всегда.
- Есть другая работёнка, - произнёс Саша и, не углубляясь в дебри обстоятельств, посвятил экс-проводника в свои планы.
-Я, в принципе, готов,- чуть взволнованно промолвил Вася, в глубине души радуясь, что сможет поучаствовать в настоящем расследовании.- Только нужно похлопотать, чтобы меня отпустили с работы, а то у нас там аврал.
-Насчёт работы можешь не волноваться. Я всё устрою, как в прошлый раз. Послезавтра приходи к восьми утра на станцию, к тому месту, где мы сегодня разбежались. Смотри, ничего не перепутай!
-А что тут путать! Послезавтра. К восьми утра. На том же ме….
«Средств на Вашем счёте недостаточно, чтобы продолжить данный разговор. Срочно пополните счёт. Извините за неудобства».
Вася от досады чертыхнулся на железную бабу, которая так не вовремя прервала связь. Повернувшись к храму, он совершил крестное знамение, попросил у бога прощения, что помянул сатану близ святого места, и отправился домой, размышляя о своей однообразно текущей жизни, о судьбе, о предстоящем походе.


Пять лучей от мощных фонарей уткнулись в радужное водное зеркало. Четверо мужчин и одна женщина, экипированные для подводного плавания, молча стояли у затопленного подземного перехода и смотрели в сияющий омут. Специфический запах неопрена, исходивший от новых водолазных костюмов, словно символизировал новизну и непредсказуемость предстоящего мероприятия. Зная заранее, что их ожидает, ступили бы они в эту воду? Окунулись бы в пучину неведомого? Как знать!
Тишину нарушил Сашин голос.
- Кто разведает путь? – Он взглянул на спокойные лица диггеров.
-Давайте я, - Алекс опустил на лицо маску, прикусил загубник и двинулся вниз по гранитным ступеням. Возникшие волны потеснили нефтяную пленку, и было видно, как луч фонаря, скользнув по дну площадки, скрылся в глубине бокового прохода. Прошло около десяти минут. В воде снова замаячил свет. Поверхность забурлила, и появилась голова Алекса.
-Там длинный коридор,- произнёс он, сняв маску и освободив рот.- В общем ничего особенного, - Алекс сплюнул остатки воды и продолжил. – Я добрался до самого конца. Дальше тоннель уходит круто вниз. Спускаться в одиночку я не рискнул. Лучше держаться вместе, чтобы нашлось, кому подстраховать.
- Согласен,- произнёс Александр. – Тогда берём снаряжение и в путь.
Оборудование и другие вещи были разложены в герметичные кейсы-контейнеры. В них легко уместились небольшие гидравлические ножницы, личные вещи, а также всё необходимое, что могло понадобиться в предполагаемых обстоятельствах.
Материал, из которого были изготовлены кейсы, по цвету напоминал алюминий, а по качеству оказался прочен и лёгок. Контейнеры могли переноситься как в руках, так и за плечами в виде рюкзаков. На спине у каждого участника группы располагался баллон со сжатым воздухом. Найденный ранее акваланг учёного так и остался лежать нетронутым под грудой старой ветоши. Все участники похода так или иначе ранее сталкивались с водолазным снаряжением и имели некоторый опыт подводных погружений. Все, кроме Василия. Во время инструктажа, посвященного элементарным приёмам использования акваланга и правилам поведения под водой (который Саша провел перед началом погружения), Вася уже начинал жалеть, что ввязался в это дело. Затем, примерив оборудование и немного привыкнув к нему, «колдун» понял, что ничего сложного, в общем-то, нет, и успокоился.
Первыми под воду ушли диггеры, так как являлись самыми опытными. За ними спустилась невозмутимая, а в ответственные минуты даже хладнокровная Алёна. Вася в последний раз окинул взглядом показавшееся ему таким родным подземелье, мысленно перекрестился и отправился вслед за уплывающей девушкой. Саша оказался последним, кого увидела старая крыса, выбравшаяся из кучи тряпья под занавес происходящего. Немного постояв, прислушиваясь к утихающему бульканью воздушных пузырей, она недовольно фыркнула и не торопясь посеменила догрызать остатки шланга спрятанного акваланга.

Группа продвигалась цепью на некотором расстоянии друг от друга. Серые, местами почерневшие стены тоннеля ощетинились порванными жилами ржавой арматуры. Девственная вода оказалась столь прозрачной, что свет от фонаря, разрубая иссиня-черную даль неведомого пространства, долго не терял своей силы.
Добравшись до конца тоннеля, аквалангисты устремились вниз, где их взору открылась обширная площадка, похожая на равносторонний восьмиугольник. Не менее дюжины прогнивших дверей приотворяли путь к скрытым проходам. Саша обследовал каждую. Группа проскользнула в одну из дверей и продолжила путь вдоль извилистого коридора. Замыкающим был Константин. Он плыл, прижимаясь к потолку, и часто оглядывался назад, отгоняя лучом фонаря непроглядную тьму, коварным хищником преследовавшую их по пятам. Далее проход упирался в перекошенную дверь, державшуюся на одной петле. Преодолев ветхое препятствие, люди очутились в небольшом проходном помещении.
Время шло, а череде дверей и коридоров не было ни конца, ни краю. Вскоре внимание Саши привлекло беспокойное поведение Алекса. Тот встревожено поглядывал то на запястье, где находились часы, то на стрелку манометра своего акваланга. Александр понял что, увлёкшись поисками, он совершенно забыл о «точке невозврата». Кто сталкивался с дайвингом, знает, что существует такая временная точка, которая с учетом давления воздуха в баллоне и расстояния до момента всплытия является предельно допустимой. Достигнув этой точки, дайвер должен повернуть назад или уменьшить расход подаваемого из баллона воздуха, что, в свою очередь, создает определённые неудобства и риск остаться под толщей воды. Навечно.
Всё это Саша осознавал, как понимал и то, что находится на правильном пути. По сбитой ржавчине на дверных петлях он доподлинно определял путь следования ученого, а по остаткам воздуха в найденном акваланге легко было предположить, что до всплытия оставалось совсем немного. Взвесив все за и против, Саша жестом дал понять Алексу, что ситуация под контролем.
Следующий проход вывел людей на очередную площадку, как две капли воды похожую на ту, с которой группа начала погружение. За ней находился крутой подъём. Стайка любопытных пловцов, словно усталый косяк диковинных рыб, потянулась вверх, продвигаясь к заветному выходу. В верхней точке подъема луч Сашиного фонаря осветил причудливую конструкцию, сложенную из металлических труб. Они торчали в разные стороны, словно гигантский раскрытый веер. Парень ускорился. Он первым добрался до странного объекта, но нечаянно зацепился ногой за торчавший сбоку провод. Неожиданно сооружение начало распадаться. Огромное опахало превратилось в уродливую кисть исполинского великана, чьи негнущиеся пальцы стали едва заметно расползаться в стороны, захватывая всё больше пространства. Затем, отделившись от основания, трубы устремились вниз, увлекая за собой камни и строительный мусор. Аквалангисты ринулись в рассыпную. Одна труба всё же зацепила Константина и придавила его к стене. Раздался резкий щелчок, потом хруст, хорошо ощутимый даже под толщей воды. У Василия при виде произошедшего по спине пробежала стайка трусливых мурашек. Белки глаз закатились, и он начал медленно сползать по склону вслед за удаляющимися остатками подводной лавины. Алёна поспешила на помощь. Она успела подхватить «колдуна» в тот момент, когда обмякшее тело парня приближалось к торчащей из стены арматуре. Девушка смогла удержать загубник акваланга, выпадающий из его слабеющего рта.
Алекс, находившийся недалеко от Константина, последовал на помощь другу, исчезнувшему в бурлящем облаке воздушных пузырей. Было очевидно: баллон с воздухом поврежден, а что случилось с его владельцем, оставалось непонятным. Алекс просунул руку вглубь пузырькового облака и, нащупав мечущегося в панике друга, освободил его от бушующего акваланга. Набрав воздуха в легкие, он поднёс шланг от своего аппарата к губам Кости. Отброшенный в сторону повреждённый баллон, словно неуправляемая торпеда, устремился вдаль и вскоре скрылся из виду. Пострадавший, но чудом оставшийся в живых диггер принялся с жадностью вдыхать спасительный воздух. Тем временем Алёна растормошила Василия и все не мешкая стали подниматься наверх. Там их поджидал очередной тоннель.
Изрядно потрёпанная группа двинулась дальше. Возглавлял ее, как и прежде, Александр, только плыл он теперь медленнее, чаще оглядывался и временами возвращался назад, если кому-то вдруг требовалась помощь. Через некоторое время Саша остановился у большой ниши, расположенной в кирпичной стене. Он осветил фонарём пространство внутри углубления и обнаружил дверь, покрытую бурым налётом. Дугообразный след на сдвинутом иле однозначно говорил о том, что дверь недавно открывали. Дальше начинались ступени, которые убегали вверх и скрывались в темноте.

Высунув голову из воды, Саша снял маску и наконец-то вдохнул полной грудью. Воздух показался разреженным и спёртым. Пахло плесенью и почему-то свежими грибами. Помещение, где он очутился, было похоже на строительную площадку. Стены выглядели так, словно их много лет назад подготовили к отделочным работам, но почему-то забросили. Толчок в спину заставил Сашу подняться выше и выйти из воды. Вслед за ним появился Костя с приличной ссадиной на лбу, затем выбрались остальные. Продрогшие и обессиленные люди морскими звёздами распластались на бетонном полу подземелья. Отбросив в сторону кейсы, они сняли маски и некоторое время лежали молча, тяжело дыша.
- Да... Попали мы ребятки,- наконец произнёс Александр. - Костя, как ты?
- Сейчас вроде нормально,- Константин ощупал повреждённый лоб. – Кровь не течёт. Сначала думал: «Все! Конец!» Воды прилично нахлебался. Потом чувствую: кто-то трубку с воздухом в рот толкает. Вижу - Алекс, - он повернул голову в сторону напарника и трогательно произнёс: - Спасибо, брат!!!
- Да чего там,- Алекс с укором посмотрел на Сашу. – Дальше-то что будем делать?
- Может, вернёмся? – жалобно просипел также пострадавший Василий.
- Нюни распустили? Как бабы! - стремительно ворвалась в разговор Алёна. – Что делать, что делать…– девушка посмотрела на Алекса и Костю.- Вы диггеры или дерьмо собачье? – выпалила она, не стесняясь в выражениях.
- Ладно, не кипятись, - Саша поднялся с пола и стал стягивать мокрый гидрокостюм. Переодевайтесь во всё сухое, - произнёс он, аккуратно складывая рядом водолазное снаряжение.
Натянув чёрные джинсы и бардовую футболку, Саша принялся завязывать шнурки на кроссовках. Секунду поразмыслив, он закрепил наплечную кобуру, водрузил туда отливающий чёрным глянцем «ПМ» и, надев темно-зеленую штормовку, защёлкнул кейс.
- Гидрокостюмы и акваланги оставим здесь. Если не найдем другого выхода на поверхность, кому-то придется плыть назад тем же путём и доставить сюда пару заправленных воздухом баллонов. Так что не волнуйтесь - под землёй никто не останется. А то, что с нами приключилось, пусть станет уроком. Впредь будем осторожнее.
Последовав примеру Александра, все быстро переоделись, и через пять минут группа могла следовать дальше.
- Зачем Вам оружие? - полюбопытствовал Василий, поглядывая на то, как Алёна подтягивает ремешок кобуры и поправляет рукоять пистолета.
- А, это… на всякий случай, - Алёна взяла в руки «макарова» и демонстративно передёрнула затвор, после чего вставила обойму.
- На какой такой случай? - не унимался Колдун.
- Случаи бывают разные. Например, нападёт на тебя нехороший парень или выскочит из-за угла монстр. Что делать будешь? А?- Алёна улыбнулась и убрала оружие.
-Фонари лучше выключить. Оставим в работе один - этого вполне достаточно, - высказался Алекс. – Так гораздо экономичнее. Кто знает, сколько нам ещё здесь плутать.
Предложение показалось разумным, и все последовали мудрому совету.
- Если все готовы, то вперёд! - Александр поправил закреплённый на спине кейс и двинулся в сторону дверного проёма вслед за блуждающим лучом фонаря.

Небольшой отряд исследователей продвигался гуськом, едва поспевая за лидером. Прямо за Сашей шёл Алекс, надвинув на глаза оранжевую бейсболку. За ним следовала Алёна в чёрном спортивном костюме и бежевых кроссовках. Её распущенные волосы смоляным потоком стекали на серебристую поверхность закреплённого на спине кейса и разбегались по холодному металлу тонкими струйками непросохших прядей. Следующим мельтешил Василий, ритмично пошаркивая брезентовой робой. Замыкал группу Костя в повязанной вокруг головы пёстрой бандане.
Неведомый путь пролегал меж серых идолов бетонных опор, через прогнившие лестницы, вдоль полуразрушенных парапетов, и в итоге вывел к железнодорожной платформе.
Это был станционный перрон с заброшенным пакгаузом, внутреннее убранство которого отсылало к пятидесятым годам двадцатого столетия. По всей длине платформы, в ряд, располагались складские помещения. Их обшитые вагонкой фасады некогда были выкрашены в коричневый цвет.
Замки на дверях отсутствовали. Рядом пролегала железная дорога, которая с одной стороны упиралась в тупик, а со второй - убегала вдаль, растворяясь в темноте подземного мира. Недалеко от тупика на старых рельсах стояла ручная двухместная дрезина, и, судя по всему, она была в превосходном состоянии.
-Давайте осмотрим помещения. Может, обнаружим что-нибудь стоящее, - предложил Саша, пытаясь сдвинуть щеколду на двери одного из складов. - Включайте фонари и осмотрите здесь все закоулки, - он сильно ударил по заклинившему запору обломком кирпича. Железяка взвизгнула и отскочила в сторону. Саша отворил скрипучую дверь и вошёл в помещение. Алёна последовала за ним.
- Да!!! – изумленно произнесла девушка.
На стеллажах и на полу валялись сотни вздувшихся и полусгнивших консервных банок. Алёна взяла первую попавшуюся и поднесла под луч фонаря. С едва различимой этикетки на неё уставилось мерзкое свиное рыло, а чуть в стороне чернели строчки параметров ГОСТа. Выпуск продукции датировался октябрём 1954 года. Помимо банок повсюду валялся истлевший от времени мусор, а также предметы, определить назначение которых теперь не представлялось возможным.
- Что это за место? – спросила Алёна и запустила банку в дальний угол помещения.
- Скорее всего, здесь находились склады, куда стекались грузы, предназначенные для нужд министерства обороны. Отсюда это добро распределялось по хранилищам, где размещался или размещается стратегический запас страны на случай войны или других непредвиденных ситуаций, - высказал предположение Саша. – А весь этот хлам – бракованная и испорченная продукция, которую по какой-то причине не успели утилизировать.
- Думаешь? – Алёна направила луч фонаря на облепленную выцветшими плакатами стену. На одном из шедевров советской плакатной живописи строгая женщина в красной косынке заговорщически поднесла указательный палец к губам, словно произнося звук «тсс», а навязчивая надпись внизу настоятельно рекомендовала: «НЕ БОЛТАЙ!».
- Пойдем дальше, - Саша подцепил ногой электрическую лампочку, что валялась рядом, и, как заправский футболист, запустил её под потолок. Лампа, словно кручёный мяч, взмыла вверх, после чего, опускаясь, налетела на одну из перегородок стеллажа и с громким хлопком разлетелась стеклянным дождём по пыльной поверхности пола.
Выйдя из помещения, они последовали в направлении дальнего склада. Оттуда раздавался нешуточный грохот падающих предметов, звон бьющейся посуды и задорные возгласы, словно внутри бесновались неандертальцы.
- Развлекаетесь? – Саша стоял у входа в разгромленный склад, наблюдая, как трое взрослых мужчин, словно увлеченные забавной игрой дети, крушили все, что подворачивалось под руку.
Все помещения пакгауза выглядели сравнительно одинаково: пОлки, банки, хлам. Все, кроме последнего! В нём были складированы ручные дрезины различных модификаций. Некоторые лежали на полу вверх колёсами, другие находились на стеллажах в разобранном состоянии.
- В принципе, некоторые из них на ходу, - заявил Алекс, на коленях разглядывая детали старого механизма. – Я думаю, необходимо воспользоваться одной из дрезин и продолжить путь по рельсам. Наверняка, железная дорога куда-нибудь выведет.
-А если нет? – засомневался Василий. – Вдруг этот тоннель в каком-то месте затоплен! Ведь может такое быть? Давайте лучше вернёмся обратно. Мне кажется, это будет самым разумным.
- Может быть и так,- задумчиво произнёс Александр. – Но, с другой стороны, дрезина в тупике указывает на то, что учёный прибыл сюда именно на ней. Значит, мы на верном пути. И было бы глупо, забравшись так далеко, прекратить расследование и даже не пытаться узнать, куда ведёт эта дорога. Кстати, не помешает выключить лишние фонари.
- Да, Саша, ты прав! Батарейки надо беречь. Что касается двухместной дрезины, стоящей на путях, то для пяти человек она маловата. Нам скорее подойдёт эта, - девушка указала на четырёхместный механизм, находившийся у стены в углу помещения. – С виду вроде в порядке, - Алена обратилась к диггерам.- Ребята! Посмотрите, в каком состоянии эта штука. Если всё нормально, давайте поставим её на рельсы.
Через полчаса наспех реанимированная конструкция стремительно мчалась по подземной магистрали.

Визг и лязг, издаваемый шестерёночными узлами и старыми подшипниками оригинальной тележки, стократ усиливались хорошей акустикой арочных стен тоннеля, отчего у пассажиров всё внутри переворачивалось. Постепенно детали притерлись, и лишь временами раздавался заунывный стон механического сердца машины да ненавязчивое стрекотание колёсных сверчков. Дрезина, ритмично подпрыгивая на стыках железнодорожного полотна, двигалась легко и без сбоев. Вася и Костя, сидя друг против друга, по очереди тянули мощный рычаг и были похожи на спортсменов, состязающихся в академической гребле. Василий расположился спиной по ходу движения и усердно пыхтел, задавая темп, за которым Константин едва поспевал. Рядом с Васей устроилась Алёна. Она восседала словно кучер на кОзлах экипажа, повернувшись лицом по ходу движения дрезины. Девушка играла роль главного прожектора «локомотива», освещая фонарём мелькающие шпалы, предупреждая о поворотах и временами притормаживая оригинальным ручным тормозом. Саша с Алексом сидели по разные стороны от Константина и были готовы в любую секунду прийти на смену уставшим товарищам.
- Странно, - произнёс Алекс. – Едем уже час, а дороге ни конца ни края.
- Ты прав,- Саша посмотрел на часы, после чего обернулся назад и на некоторое время замер, вглядываясь в черноту убегающего тоннеля. – Необычным выглядит и то, что за все время движения нам не встретилось ничего, что указывало бы на присутствие здесь людей. Такое ощущение, что всё это хозяйство уже много лет заброшено. И мне кажется, преодолев водную преграду, мы оказались по ту сторону «чего-то».
- «Чего-то»?! Что ты имеешь в виду? – насторожился Алекс.
- Видишь ли,… - Саша достал из кармана сигареты и предложил собеседнику.
- Спасибо, я не курю, - вежливо отказался Алекс.
- Я тоже бросаю, - Саша сжал в ладони бело-синюю пачку и зашвырнул в темноту. – Может, и не следовало бы рассказывать, - продолжил он. - Всё же, я пришёл к выводу, что ты, да и все ребята, должны знать, что дело, в которое я вас втянул, непростое. Я бы даже сказал опасное!
- Саша! Может не стоит?! Это все-таки секретная информация,- вмешалась в разговор Алёна.
- Никаких секретов я разглашать не собираюсь. Люди должны знать, на что идут,- ответил Александр и успокаивающе взглянул на девушку.
Он коротко изложил компаньонам историю этого дела начиная со смерти своего отца и заканчивая погибшим ученым, найденным на рельсах подземки. Рассказывал недолго, преднамеренно опустив некоторые подробности, касающиеся тайны следствия.
- Да! Впечатляет! – Костя одной рукой почесал затылок, продолжая второй тянуть рычаг. – Но всё равно, если бы я заранее знал об этом, ни за что бы не отказался от такого приключения, несмотря на все неурядицы, - он осторожно потрогал ссадину на лбу.
Прагматичный Алекс заявил:
- Конечно, о таких серьёзных вещах нужно уведомлять заранее. Не всякий может и согласится на подобное, но что теперь об этом говорить! Дело сделано, - он раскрыл кейс, достал из него несколько аппетитных пирожков, испеченных заботливыми руками матери, и угостил всех.
Василий ничего не говорил. Он с яростью работал рычагом, жадно жевал пирог и вопрошал Бога: «Господи! Когда же всё это закончится?»

Внезапно раздался металлический скрежет. Дрезина замедлила ход и вскоре остановилась. Алена убрала руку с рычага тормоза: - Приехали!
Тележка замерла на распутье перед покосившейся железнодорожной стрелкой. В этом месте тоннель делился на два рукава. Саша соскочил на землю, включил фонарь и стал внимательно осматривать пути.
- Стрелку недавно переводили, - сказал он, разглядывая старый отпечаток рельса, оставшийся на трухлявой шпале. - Хотели запутать следы.
- А зачем так осторожничать? – поинтересовалась Алёна.
- Вероятно, на это были свои причины. Ехать нужно по правому ответвлению!
- Это почему?
- Потому что…
- Вот смотри, - перехватил инициативу Алекс. Он осветил рельс. - Видишь, сплошная текстура ржавчины нарушается полосой более тёмного оттенка?
- И что?- девушка пристально всматривалась в бархатистую ярко-коричневую поверхность.
- Это говорит о том, что здесь не так давно прошло колесо.
-Точно! – Алена, нагнувшись, сместилась чуть дальше и продолжала рассматривать железную дорогу. - А здесь оно притормаживало, - девушка указала на ярко выраженный тормозной след. Она прошла чуть дальше вглубь правого ответвления. - А вот ещё кое-что! - Алёна встала в полный рост, держа перед собой в вытянутой руке странный предмет.
Саша подошёл к девушке.
- Ничего себе! - произнёс он, с удивлением разглядывая предмет. – Это же магнитная карта, - Александр взял в руки запылившуюся пластиковую карточку и протёр ее рукавом штормовки. На жёлтом пластике отчётливо просматривалась цветная фотография, где был изображён человек, похожий на погибшего ученого. Внизу, напротив надписи «Идентификационный номер», находилось тиснение в виде рельефных символов – «ХХК1810».
- Интересная штуковина, - Саша попробовал ее на излом, но пластик едва прогнулся. – Прочная зараза. Она тебе ничего не напоминает? – он вернул находку девушке.
- Да! Точно! Такие или очень похожие на этот электронные ключи используются на некоторых наших объектах для доступа в секретные зоны.
- О чём это говорит? – спросил Александр и тут же сам ответил. – Всё указывает на то, что и погибший учёный, и события, происходящие вокруг, непосредственно связаны с нашей организацией или с одним из её отделов. То есть налицо какая-то двойная игра, но кто устанавливает правила, пока непонятно.
- Ты думаешь? – Алёна заглянула напарнику в глаза. – Намекаешь на то, что в убийстве твоего отца и других наших сотрудников замешаны органы ФСБ?
- Я в этом убеждён, - Саша положил фонарь на дрезину, подошёл к стрелке и переместил противовес в другое положение. Несмотря на ржавчину и плачевное состояние нехитрого устройства, направляющие рельсы лихо перескочили на нужный путь. – Сначала я сомневался, - продолжил он, - но после этой находки всё встало на свои места.
- Где мы хоть сейчас находимся? – словно проснувшись, промолвил Вася. – Я имею в виду под чем?
- А это у тебя надо спросить. Ты ведь у нас проводник, - с иронией в голосе ответил Александр. – А если серьезно, то за всё время пути мы ни разу не пересеклись ни с одной станцией метро, ни с каким-либо другим объектом.
- Скорее всего, эта ветка ведёт куда-то загород, и достаточно далеко, - предположил Константин, перебирая содержимое своего кейса. Он достал компас, сверился с картой подземных коммуникаций, нарисованной от руки, после чего озадаченно произнёс: - По моим расчетам, мы находимся километрах в тридцати к востоку от Москвы.
- Ну ведь когда-то эта дорога должна закончиться?! – без уверенности в голосе предположил Алекс, усаживаясь в дрезину на смену уставшему Василию.
- Когда-то должна, - сказал Саша, устраиваясь напротив. – И чем скорее мы поедем, тем быстрее это произойдёт.
Дождавшись, пока все не разместятся, Саша потянул на себя потёртый рычаг дрезины. Тележка охотно сдвинулась с места и, постепенно ускоряясь, помчалась вперёд, заполняя мелодичными трелями пустоту унылого тоннеля.

Прошло около трёх часов. Несколько раз группа останавливалась в местах, где дорога имела разветвления, и после осмотра путей поездка продолжалась вновь. Наконец под лучом фонаря замелькали железобетонные опоры старой платформы. Алёна остановила транспорт рядом с небольшой металлической лестницей. Поднявшись, группа разбрелась по площадке, для того чтобы осмотреться. Ровная поверхность безупречно уложенных железобетонных плит чередовалась с тонкими прожилками стыковых соединений. Местность оказалась на удивление ухоженной: ни мусора, ни разбросанных предметов, разве что всё вокруг выглядело заиндевевшим. Чуть дальше платформа упиралась в стену, где рядом с глубокой трещиной зияла внушительная дыра полуразрушенного прохода. Подступы к проходу были увиты толстой серебристой паутиной. Её диаметр местами достигал толщины бельевой верёвки. Создавалось впечатление, что здесь потрудилась бригада гигантских пауков.
- Что за чертовщина! - промолвил Алекс, проводя лучом фонаря над обрушившимся проходом, там, где потолок граничил со стеной. Наверху, окутанная паутиной, висела мумия существа никому доселе не известного или же изуродованного до неузнаваемости. Оно застыло в объятьях насильственной смерти, свесив костлявые конечности вдоль вытянутого тела, и было похоже на муху, попавшую в коварную ловушку кровопийцы. Мумия была покрыта густой рыжей шерстью с чёрными поперечными полосками. Само туловище, или то, что от него осталось, принадлежало гамадрилу средних размеров, тогда как морда, застывшая в мучительной гримасе, не имела к обезьянам никакого отношения.
- Ты что-нибудь понимаешь? – спросил Саша, вглядываясь в обескураженное лицо стоявшей рядом девушки.
- Честно говоря, я в шоке, - ответила Алена, разглядывая существо.- Похоже на гамадрила, но с нехарактерным для этого вида волосяным покровом и расцветкой. Насколько я знаю, гамадрилы относятся к семейству павианов. Их часто используют в биологических опытах. Но как эта обезьяна могла оказаться здесь? Вопрос, на который я пока ответить не готова. Ещё обратите внимание на это, - девушка указала на обтянутую высохшей кожей морду, которая не была похожа на удлиненную собачью, что свойственно павиану, а скорее принадлежала особи из семейства кошачьих. – Это какой-то неизвестный, во всяком случае для меня, вид приматов. Я бы назвала его «тигровая обезьяна»!
Неожиданно из глубины прохода послышался нарастающий топот сотен лап или ног (а может копыт?). Подобные звуки можно услышать в поле находясь недалеко от проносящегося мимо табуна.
- Что у вас там? - издали прозвучал голос Константина, который всё это время приводил в порядок разболтавшийся механизм дрезины. Закончив работу, он поднялся на платформу, вытирая руки куском ветоши, и обнаружил своих партнёров застывшими в нерешительности. Василий, оценив положение вещей, принялся шаг за шагом отступать. Через мгновение из глубины прохода сверкнули чьи-то глаза, затем ещё, ещё. Сашина рука, путаясь в складках штормовки, потянулась к пистолету. Алёна уже стояла с оружием наперевес.

Сообщение отредактировал Вячеслав.РУ - 17.5.2011, 19:40

[Seele]

демократичное питейное заведение

Чего?

Ритмичный стук колёс сделал своё, и ярый азарт игроков, уступил место сладким объятиям морфея.

Пунктуационный ад. И что своё стук сделал?

принялся рассматривать своих коллег

Худшего способа познакомить с героями я пожалуй и не придумаю.

Дочитал до входа в деревню. Просто неинтересно. Там ведь по сути что происходит? Ничего, обычный быт. Но вот про это вот "ничего" нужно уметь писать. Ну вот смотрите. У вас (а) нет у персонажей характеров. Не выглядят они как живые. Так, какие-то функции. (Б) так как нет персонажей, нет ситуаций. То есть они есть, но поданы, в общем, буквально парой штрихов (тут и обратная зависимость есть. Если взаимодействие персонажей никак не показано, то откуда же взяться характерам?). Картинка получается серая, плоская и замыленная. Что-то более-менее появляется, когда дело касается напрямую сюжета. Ну там, разговор про аномалии в баре или душераздирающая история про яму. Но это всё на фиг не нужно, если самого главного - частников событий - нет. Это как на богато украшенную сцену выпустить случайных людей. Задники красивые, а "актёры" и двух слов связать не могу.

[pm124]

Рассеянный свет от настольной лампы коснулся поверхности письменного стола. Растворяясь в темноте, он выхватил из полумрака очертания отдалённых предметов, опустевшего к вечеру офиса моей редакции.

Понятное дело, что хотели написать красиво. Но... язык спотыкается, читая эти строчки. Советую над ними еще подумать.

Журналист – профессия на любителя!
Мне нравиться засиживаться допоздна

Я понимаю, что это очень распространенная ошибка. Но когда читаешь, что человек журналист, да еще и писатель, а рядом этот лишний мягкий знак... Поправьте.

И, к слову, совсем непонятно, зачем сказана была фраза "Журналист - профессия на любителя!".

В такие минуты вокруг меня возникает необыкновенная творческая аура

Опять же "творческая аура", насколько я понимаю может возникнуть, когда собираются несколько человек. А тут один. И по вечерам вокруг него появляется какая-то аура...

и на время перебрался загород к своим знакомым

По всей видимости "за город".

Отпуск хорошая штука! Только отдыху, с которого я недавно вернулся, можно предпочесть десятки лет непрерывной работы.

Как-то хотелось пояснее. Правильно ли все-таки понял (не сразу), что главный герой хотел бы десять лет работать, чем так отдыхать?

[farvater]

Как-то хотелось пояснее. Правильно ли все-таки понял (не сразу), что главный герой хотел бы десять лет работать, чем так отдыхать?

Благодарю за поправки! Некоторые оказались полезными. Читайте произведение дальше. Многое проясниться и многие вопросы отпадут. С уважением…

[farvater]

Глава 3. Неожиданное открытие

Темно-лиловое облако гигантским забралом заслонило утреннее солнце. Проворная ласточка, завершив очередную фигуру высшего пилотажа, скользнула вниз в предзнаменовании надвигающегося дождя. Конец мая в этом году выдался на редкость капризным. Безоблачная, светло-голубая высь могла в одночасье затянуться мрачными тучами, сменив жизнерадостный солнечный пейзаж дождливым готическим фоном.
Стас лежал на кровати, нежась в утренней полудреме. Он ожидал некоего сигнала к окончательному пробуждению. Их поступило сразу два. Первый – внезапно исчезнувшее солнце (которое до того нежно пригревало правую щёку и приятно щекотало в ухе), отчего лежебока приоткрыл один глаз. Вторым послужил телефонный звонок, завибрировавший надоедливым колокольчиком где-то на периферии просыпающегося сознания.
- Светик! Телефон звонит?! – обратился он к жене, хозяйничавшей на кухне.
- Сам подойдёшь, - возразила супруга. – Я занята, – Света перевернула на сковородке румяный блин. Тот неистово зашипел в кипящем масле и приподнял ноздреватую спину.
По квартире распространился аппетитный дух жареных блинов, а в воздухе повисла сероватая дымка от подгоревшего масла.
Стас откинул одеяло и натянул тапочки. Заглянув в соседнюю комнату, где беззаботно спала маленькая дочка, парень подошёл к журнальному столику, стоявшему возле приземистого кресла цвета «кофе с молоком».
- Алло! – сказал он, откидываясь на мягкую спинку, которая в свою очередь что-то пробормотала специфическим хрустом кожаной обшивки.
- ЗдорОво! – прозвучал возбуждённый голос Ника. – Есть новость! – произнёс приятель, откашливаясь в трубку. – Не просто новость, а, знаешь ли, сенсация!
- Ну, давай не тяни, – Стас сгорал от нетерпения.
История о необыкновенной стрекозе, рассказанная другом за кружкой пива, крайне заинтриговала Ника. На следующий день он зашёл к Станиславу домой посмотреть на это «чудо». Затем Ник поведал о том своей девушке Лизе, работавшей младшим научным сотрудником в лаборатории при НИИ. Лиза заинтересовалась находкой и попросила принести насекомое к ней в институт для исследования. Станислав не стал противиться. Ему самому хотелось непременно узнать, что же это такое.
- В общем, Лиз обследовала твою «зверушку», – произнес Коля, – и просила зайти сегодня к ней в лабораторию, чтобы поговорить по этому поводу. Ты как? Сможешь?
- В принципе, неотложных дел у меня нет, – Стас немного подумал. – Да, сегодня я свободен.
- Ну тогда подтягивайся в центр. Часика через два встретимся у старого кафе на бульваре возле пруда. Оттуда до института рукой подать. А я сдам на работе дежурство и подъеду.
- Договорились, – Станислав положил трубку и отправился на кухню.
- Кто звонил? – спросила Света, водрузив на тарелку подрумяненное произведение кулинарного искусства.
- Это Ник. Просил встретиться по поводу той штуки, – он изобразил машущую крыльями стрекозу, после чего положил столовую ложку белоснежной сметаны на поджаристый блин и, обжигаясь, отправил его в рот.

Приятная, коротко подстриженная блондинка торопливо спускалась по мраморным ступеням. Лиза направлялась в холл здания института, где её давно поджидали друзья. Полы её белого халата временами разбегались в стороны, обнажая стройные ноги. В правой руке девушка несла лабораторный журнал, которым постукивала себя по бедру в такт метрономам-каблучкам.
- Привет! Заждались?– Лиза поцеловала Ника в щеку и взглянула на Стаса. – Давненько тебя не видела! Вроде немного осунулся, или мне показалось? – она кокетливо наклонила голову. – Жена что ли не кормит? Кстати, как там Светка с малышкой?
- Всё в порядке. Привет тебе передавала.
- Взаимно. Передай и ей, – Лиза улыбнулась и, надев маленькие очки в бирюзовой оправе, превратилась в строгого руководителя. Она раскрыла журнал с записями. – В общем, дела такие, – девушка наморщила лоб, собираясь с мыслями, отчего на нём появились тонкие ниточки морщинок. – Экспертиза показала, что объект – ну эта ваша стрекоза – вовсе не стрекоза, а генетически изменённый вид насекомого. Мутант, проще говоря. И, не углубляясь в особенности строения ДНК этого существа, мы можем с полной уверенностью сказать, что налицо не вмешательство господне, не выкрутасы природы, а что ни на есть – дело рук человеческих. Да, да! Короче, мой шеф как это увидел, велел срочно связаться с тобой, Стас, и убедить в необходимости обследовать то место, где было найдено насекомое. Если я заручусь твоим согласием, он готов хоть сейчас организовать научную экспедицию и выделить необходимые средства для реализации этого проекта. Что скажешь?
- Научную экспедицию? Это круто! – Станислав посмотрел на друга.
- Ну, это я немного утрировала. На самом деле поеду я, ты и два-три помощника.
- Помощники? А я случайно в помощники не сгожусь? – спросил Ник, с улыбкой взглянув на девушку.
- Не исключено! – Лиза взяла Колю под руку и прислонилась щекой к его плечу. – Только у тебя же работа!
- Работа? У меня за этот год набралось столько отгулов, что неделю-другую я спокойно могу поучаствовать в какой-нибудь экспедиции. Хотя, мне кажется, всё это – пшик.
- Вполне возможно, но обследовать это место мы должны. Да? – Лиза посмотрела на Стаса, ожидая его реакции.
- Честно говоря, я немного ошарашен таким известием и хотел бы немного переварить всё это. Уложить, так сказать, в своих мозгах.
- Давай помогу! Что тебя тревожит?
- Да, в общем-то, ничего, если не брать во внимание, что я давно сижу без работы и практически без бабла.
- А у тебя есть подвижки с работой? – Лиза заглянула Стасу в глаза.
- Пока нет.
- Тогда в чём дело? Если ты согласишься на участие в экспедиции, тебя временно возьмут в штат, выделят зарплату; кормёжка, спецодежда. А? Что не устраивает?
- Я не сказал, не устраивает. Дело в деньгах.
- По этому поводу можешь не беспокоиться. Я договорюсь, и тебе выделят аванс.
- Хорошо. Сегодня со Светкой посоветуюсь. Завтра утром дам ответ, – Стас посмотрел на задумчивое лицо Ника. Тот одобрительно кивнул. Собеседники сменили тему, и разговор перешёл в другое русло.

Ребята сидели на синей свежевыкрашенной скамейке у края небольшого сквера недалеко от своего двора. Они успели зайти домой пообедать и теперь расслаблялись, вкушая прохладное ванильное мороженое.
- Что скажешь? – спросил Ник, бросая блестящую обёртку от съеденного десерта в урну. – Светке уже сообщил?
- Ты насчёт поездки? – Стас достал из кармана рубашки сложенный вчетверо листок белой бумаги и развернул. – На. Смотри.
- Что это? – спросил Ник, читая записи. – Какой-то список… – он с недоумением посмотрел на друга.
- Вот именно. Список. Мы с ней уже прикинули, что мне потребуется с собой.
- Ты молодец! Быстро обработал, – произнес Ник, изучая «манускрипт».
Небо внезапно потемнело. Принялся накрапывать дождь. Одежды голубых елей, высившихся стражниками по всему периметру зелёной площадки, приобрели асфальтовый оттенок и покрылись хрустальными каплями небесной влаги. Воздух наполнился ароматом хвои и стал необычайно свежим.
- Чего мокните, парни?! – раздался голос со стороны проезжей части.
- Ничего себе! – воскликнул Ник, поднимаясь с намокшей скамейки. – Смотри, Стас! – сказал он, указывая другу на остановившийся поблизости новенький «Порше-Кайенн» цвета спелой вишни. – Жорик!!!
- Какой я тебе «Жорик»?! – с напускным раздражением ответил полноватый молодой человек в бежевом льняном пиджаке и продемонстрировал вопли клаксона своего престижного авто.
- Ну извините! «Жорж»! Так подойдёт? – продолжал издеваться Ник, протягивая водителю руку в открытое окно автомобиля.
Хозяин «Кайенна» поздоровался с друзьями и произнёс: – Ныряйте в тачку.
- Ага, в тачку! А Лео? – Стас указал взглядом на гладкошёрстого фокстерьера, едва различимого за тонированным стеклом задней двери внедорожника.
- Не бойся! Он «своих» не кусает, – сказал Георгий, дав псу команду перебраться на переднее сиденье.
- Круто, Жора! – сказал Стас, забираясь в авто вслед за Ником. – Месяц назад на «бумере» рассекал, а сегодня уже – «Кайенн»! Балует тебя папаша. Балует.
Этот толстячок (так его в детстве окрестили ребята) был единственным сыном президента крупного нефтегазового концерна. Парни дружили давно. Заводилой и авторитетом в их компании считался Станислав; защитником и своего рода «убойной силой» – физически развитый Ник, а роль «мальчика на побегушках» и объекта для подтруниваний да мальчишеских шуточек, без сомнения, отводилась Жоре.
Он терпеливо сносил язвительные реплики по поводу своего веса. Не обижался и потом, когда повзрослевшие ребята, ухлёстывая за девчонками, не брали его с собой. Но, как бы то ни было, они оставались друзьями и в случае возникновения реальной проблемы или опасности стояли друг за друга горой.
Год назад богатенькому папе Жоры в счёт неоплаченных долгов отошёл чей-то магазинчик. Отец недолго думая назначил своего сына управляющим этого бутика. Работа в магазине была отлажена хорошо. Жора появлялся там раз в неделю, снимал бабки, а всё остальное время гонял на машине да развлекался в своё удовольствие.
- Куда намылились? – спросил Жорик, протягивая друзьям раскрытую коробку с дорогими конфетами.
Ребята коротко рассказали приятелю о своей затее.
- Про меня совсем забыли? – возмутился толстяк.
- Ты у нас человек занятой. Капиталист! Или, как там его, – сатрап! – Стас пятерней взъерошил чёрную кудрявую шевелюру друга и покосился на фокса. Тот оскалился и предупреждающе зарычал. – Спокойно, Лео! Спокойно! – парень отвёл руку, и пёс успокоился.
- Какой, на хрен, капиталист? Слоняюсь целыми днями по клубам или вот – на тачке разъезжаю.
- А люди за тебя пашут. Сатрап и есть! – ухмыльнулся Ник.
- Ну чего, мужики? Я так и не понял, берёте вы меня с собой или нет? Я вам пригожусь. Костёр развести мне под силу. Плюс тачка будет под рукой, – Жора постучал по упругой торпеде своего железного коня.
Ребята переглянулись.
- В принципе, можно, – сказал Стас. – Только мы ещё не знаем, когда поедем. Может завтра, а может через неделю. И насколько уезжаем – тоже неизвестно. Бутик твой без присмотра останется?
- Будь спок! – самодовольно произнёс толстяк. – Торговля отлажена. За два-три дня ничего страшного не произойдёт.
- Хорошо, – закрыл тему Ник. – Я поговорю с Лиз. А теперь прокати нас с ветерком! – сказал он и пристегнул ремень безопасности.

За окном занимался рассвет. Переполненный людьми и снаряжением внедорожник мчался по пустынному шоссе в сторону далёкого железнодорожного поселка. Багровое солнце, показав раскалённую макушку, поднималось над горизонтом безликим пламенным божеством, рассекая утренний туман розоватыми клинками зарождающихся лучей.
До места назначения оставалось около часа пути. Развалившись на переднем сидении, Стас развлекал водителя «бородатыми» анекдотами. Он лишний раз не рисковал пошевелить ногами. Рядом, на полу, расположился едва угомонившийся фокс. Ник с Лизой, обнявшись, дремали на заднем сиденье. По соседству, отрешённо уставившись в окно, расположился Гера, которого с трудом удалось разыскать в его захолустной лаборатории.
Подъехав к поселку, Стас не узнал его. Бóльшая часть селения выгорела во время лесного пожара. Осталось с полсотни домов, расположенных непосредственно вокруг железнодорожной станции. Вдалеке, вплоть до самого леса, находившегося на приличном расстоянии от последнего уцелевшего строения, местами торчали обгоревшие стропила да кое-где высились кирпичные трубы от устоявших после пожарища почерневших печей. Запах гари витал над пепелищем. Хотя, честно говоря, пепла уже не было. Пожар, по всей видимости, случился прошлым летом. Округа успела порасти бурьяном и молодой крапивой.
- Да... Дела, – почесал затылок Стас, подъезжая к месту, где раньше находился профессорский дом. – Остановимся там, – сказал он, указывая на высокие кусты.
- А почему в кустах? – поинтересовался Жора.
- Почему, почему… в целях маскировки, – постучал по голове друга раздраженный его тупостью Станислав. – Зачем людям лишний раз на глаза лезть?
Выгрузив из машины необходимые вещи, команда собралась в кружок.
- Когда мы проезжали мимо перрона, слева, я заметил небольшую автостоянку, - произнёс Ник, обращаясь к Жоре. – Советую отогнать машину туда. А то в этом захолустье от неё уже к обеду ничего не останется.
-Я, скорее всего так и сделаю, – ответил тот, забираясь в автомобиль.
-А мы, – продолжил Николай, – поищем вход в подвал. Кстати, я видел в багажнике сапёрную лопатку. Ты не возражаешь, если я её заберу?
- Возьми. Только зачем она тебе? – поинтересовался Жорик. – Ведь есть же кирка и штыковая лопата.
- Ничего. Лишний инструмент не помешает.

Для того чтобы вспомнить расположение комнат и подсобных помещений, сгоревшего дома, потребовалось время.
- Так, – пытался сориентироваться Стас, – здесь был люк в подвал, – он покопался в золе и извлёк деформированное бронзовое кольцо. – Точно. Значит, память еще не отшибло. Дальше…
- А дальше ты обнаружил потайную дверь, – произнес Гера, забравшись на выдающийся среди разрушенного фундамента холмик.
- Стас! Ты ещё упоминал о каменных ступенях, – заметила Лиза, обходя возвышение вокруг.
- Ну, вот и я. Как продвигаются дела? – произнес запыхавшийся толстяк, карабкаясь на развалины.
- Что-то ты быстро вернулся. Боялся, без тебя уйдём?! – улыбнулся Ник, подавая приятелю руку. – Тачку пристроил?
- А ты сомневался?! – сказал Жора, подбираясь к месту, где столпилась группа. – Всё по уму. Стоянку оплатил за сутки, – он достал из кармана кожаной куртки квитанцию и помахал ею в воздухе. – Ну, что здесь? – борясь с одышкой, парень принялся разгребать ногой обгоревшие черепки.
- Держи, бойскаут! – Стас протянул энтузиасту небольшую кирку. – Действуй!
- А чего делать-то? – Жора озадаченно взял в руки инструмент и застыл в нерешительности.
- Дай мне! – Гера забрал кирку. – С этим орудием труда мне не раз приходилось сталкиваться, – и он принялся ловко размахивать замысловатым молотком, всё больше углубляясь в сердце холма.
- Достаточно! Кирка больше не нужна, – произнёс Стас, вонзив в рыхлый грунт штыковую лопату.
Через четверть часа внушительная яма оградила друзей от остального мира крутой насыпью.
- Есть! – воскликнул Ник, усердно орудовавший сапёрной лопаткой.
- Что там? – Лиза нагнулась, пытаясь рассмотреть звякнувший предмет.
- Это первая ступенька каменной лестницы. Там, дальше, должна быть дверь, за которой расположен вход в штольню, – прокомментировал Гера.
- Первая? – спросил Жора. – А сколько их всего?
- Десять или пятнадцать, – удовлетворил Станислав неподдельное любопытство товарища. – Честно говоря, я их не считал, – добавил он и принялся дальше освобождать одну за другой проявляющиеся белые ступени.
Через некоторое время появилась чугунная петля, за ней – другая. Вскоре массивная дверь была полностью высвобождена из-под завала.
- Наконец-то! – выдохнул Ник, утирая с перепачканного лба капельки мутного пота.
- Удивительно, что под таким большим давлением земли и мусора дверь всё же оставалась закрытой. Её словно заклинило, – произнёс Гера.
- Ничего странного, – сказал Ник. – Её держит вот эта штуковина, – он выдернул металлический прут, застрявший под одной из петель, после чего дверь осела и немного подалась вперёд.
- Ну… С богом! – Стас надавил на преграду, отделявшую свет от тьмы, и отворил проход в неизвестность.

Первым в темноту нырнул Лео. Пока ребята занимались оставленными наверху вещами, пёс успел вернуться. Он уселся возле прохода, внимательно наблюдая за действиями людей.
Ношу распределили исходя из физических возможностей каждого. Вооружившись электрическими фонарями, исследователи ступили в подземелье.
- Как насчёт двери? – спросил Стас, глядя на товарищей.
- Может, её лучше чем-нибудь припереть? – предложила девушка. - А то местные хулиганы влезут да перепугают до смерти. Я, честно говоря, и так темноты побаиваюсь, – Лиза прижалась к руке Ника, затем поцеловала его в щеку.
Стас подошёл к двери и попытался её закрыть. Чугунные петли словно срослись. Тогда на помощь пришёл Жора. Он навалился всем весом. Стас надавил ещё. Дверь поддалась и с грохотом захлопнулась. Наступила мёртвая тишина. Затем снаружи послышался шорох. С насыпи сорвался ком земли. За ним ещё один. И вот уже лавина золы и мусора устремилась вниз.
- Скорее, дайте что-нибудь! – закричал Стас, обращаясь к застывшим в растерянности друзьям.
Ник рванулся вперёд, подобрал одну из валявшихся на земле полусгнивших досок и подставил её в распор между полом подземелья и дверной ручкой.
Шум снаружи вскоре утих, но возникла серьёзная проблема.
- Что произошло? – испуганно прошептала Лиза.
- Ребятки перестарались с дверью, – прокомментировал Ник. – От сильного удара земля содрогнулась, и это спровоцировало оползень. Так что все мы теперь погребены под землёй заживо, – парень направил луч фонаря себе в лицо и, состроив необычайно противную рожу, заверещал, издавая какофонию потусторонних звуков.
- Прекрати, Ник! Чего делать-то? – ещё больше испугавшись, пролепетала девушка.
- Ну, в принципе, большой беды нет, – успокоил всех Стас. – Только выкапываться часа два придётся. Благо инструмент с собой.
- Хватит паниковать. Выберемся! – поддержал Станислава Герман.
- Значит так! – Ник направил яркий луч фонаря в потолок штольни, и стало светло как днём. – Нам необходимо распределиться. Стас! Ты, пожалуй, иди первым, так как немного знаком с этой местностью. За тобой – Гера. Потом Жора, Лиз. Я буду замыкать группу. Возражения есть?
- Да какая разница, кто за кем пойдёт?! – выступил Жорик.
- Не скажи! – поучительно произнёс Стас. – Среди нас должны быть элементарные порядок и дисциплина. Если этого не будет, непременно жди беды. Так, насколько я знаю, заведено везде: в армии, в горах, под водой и, конечно, под землёй.
- Ты меня убедил! – согласился Георгий. Он подтянул повыше рюкзак, громыхнув алюминиевым котелком, окинул взглядом мрачные стены подземелья, и торжественно добавил: - Я готов!

До места, где ребята повстречали двуглавого зверя, группа добиралась недолго. Единственным препятствием на пути стал незначительный обвал левой стены тоннеля, произошедший после «спринтерского забега» перепуганных исследователей, когда те спасались от страшной крысы. С этой проблемой справились быстро. Дальше оказалось сложнее. На развилке, где заканчивался основной тоннель и начинались три узких штрека, возникла дилемма – куда двигаться дальше?
Посовещавшись, приняли решение: Лиза и Жора готовят обед из имеющихся запасов, остальные отправляются на разведку прилегающей территории.
- Надеюсь, кофе все будут? – спросила девушка, выставляя большой термос на импровизированный столик, наспех сооружённый из трухлявых досок развалившейся опалубки.
- Делайте бутерброды, – произнёс Ник, направив луч фонаря в чёрную дыру одного из проходов. – Мы скоро, – ребята переглянулись и вскоре исчезли. Каждый отправился обследовать вверенный ему штрек.
Обеспокоенный Лео сначала увязался за Стасом, затем с лаем выскочил обратно и рванул в правый проход, за Германом, после чего вернулся и, немного поскулив, улёгся у ног хозяина, наблюдая, как тот раскладывает аппетитные кусочки колбасы на ароматные булки.
Стас и Ник отсутствовали недолго, а вот Гера задержался. Когда ребята были уже готовы отправиться на его поиски, из глубины тоннеля послышались шаркающие шаги. Через минуту, сверкая линзами очков, появился Герман.
- Я не слишком долго? – спросил он с извинительными нотками в голосе. Затем, подойдя ближе, повесил фонарь на торчавший из стены кусок опалубки и возбуждённо произнёс: – Смотрите, что я нашёл!
Парень вытянул вперёд руку. В его пригоршне лежало три шарообразных предмета. Самый крупный был размером с теннисный мяч. Шары напоминали грибы-дождевики и излучали приятное для глаз фиолетовое свечение. Воздух наполнился грибным ароматом.
- Подобные шарики мы видели в обрушившемся торфянике два года назад! – произнёс Стас, взглянув на Геру. Тот весело улыбнулся и утвердительно кивнул. – Где ты это нашёл? – Станислав взял один гриб, понюхал и попытался лизнуть.
- Ты что, дурак? – Ник задержал руку приятеля, пытавшегося совершить непростительную глупость. – А если он ядовитый?
- Понюхай! Чувствуешь, какой аромат? У ядовитых грибов практически нет запаха. За редким исключением, – ответил Стас и снова потянул его в рот.
- Лучше не будем рисковать, – сказала Лиза, забирая диковинное растение из рук компаньона. Она направила луч фонаря на фосфоресцирующий шарик, затем разломила его и стала разглядывать пористую плоть. - На первый взгляд обыкновенный гриб… только светящийся. На обратном пути нужно взять образцы и отправить в лабораторию.
- Где ты их нашёл? – спросил Стас, разглядывая самодовольное лицо Германа.

- Оказавшись в узком штреке, я стал с опаской пробираться вперёд, – начал рассказ «следопыт». – Метров через десять торфяной рукав повернул вправо, затем круто пошёл в низ. Я спускался дальше по подобию ступенек, пока коридор снова не принял горизонтальное положение. Если в начале пути приходилось идти пригнувшись, задевая локтями стены, то дальше я передвигался свободно, выпрямившись в полный рост, не опасаясь при этом разбить себе лоб. Затем вдалеке показалось таинственное свечение. Словно десятки гигантских светлячков притаились в тишине. Я инстинктивно выключил фонарь. Мне сразу вспомнился первый поход в планетарий – так красиво и завораживающе выглядел этот свет.
Не буду кривить душой – я сильно перепугался. В голове возникли образы двуглавых крыс, гнездящихся в потаённом логове. Потом показалось, будто огромные пучеглазые мокрицы уставили на меня горящие бельма. Но затем в сознании всплыла огромная яма, в которую я едва не свалился во время нашей командировки, и светящиеся грибы. После я без труда провёл аналогию, взял себя в руки и, включив фонарь, подошёл к светящимся шарикам. Продвигаться дальше было невозможно. Ветхая штольня заканчивалась крутым завалом. Что ни говори, а одному жутковато в этом подземном краю. Взяв несколько грибов, я поспешил обратно.
- А что в соседних штреках? – Гера с любопытством посмотрел на ребят. – Вы что-нибудь обнаружили?
- Ничего особенного. Оба прохода через несколько десятков метров упираются в огромный валун. Пройти дальше нереально. А вот тебе повезло, – Станислав плеснул на руки «грибнику» немного воды, протянул бумажную салфетку, а затем подал пластиковый стаканчик с кофе и бутерброд.
- Даже если мы больше ничего не найдём, – произнесла Лиза,- эти изумительные грибы ещё принесут нам известность. Одно это открытие делает нашу поездку полезной и ненапрасной. Жаль только, что все эти тоннели ведут в тупик, – с сожалением добавила девушка, и на её миленькое личико опустилась тонкая паутинка грусти.
- Оставайтесь здесь. Мы скоро! – Ник посмотрел на друзей и, встретившись взглядами со Стасом, добавил: – Пойдем посмотрим.
Взяв некоторые инструменты, ребята направились в таинственный штрек. Добравшись до завала, который расстроил дальнейшие планы группы, Ник обнаружил справа от насыпи приваленную грунтом нору. Рядом пролегала натоптанная тропка с множеством отпечатков когтистых лап.
- Что скажешь? – Ник взглянул на друга.
- Я думаю, ты и сам догадался, – ответил Стас, пытаясь просунуть длинную доску в загадочную нору.
- Полагаешь, крыса?
- Ну не бобёр же! – произнес Станислав, проталкивая глубже застрявший на полпути горбыль. – Нора не прямая, – он сместил деревяшку немного в сторону, и она продвинулась ещё на несколько десятков сантиметров.
- Стас, как ты думаешь, почему грибы растут только здесь, рядом с завалом, а дальше, смотри, – пусто?
- Я размышлял над этим. По-видимому, они родом из тех мест, – он кивнул в сторону обрушения, – а сюда их споры занесли животные на своих лапах, или насекомые. Но здесь им, судя по всему, не очень комфортно. Может, среда другая или воздух не тот. Они словно увядают.
- Действительно! – Ник поддел мыском ботинка кучку почерневших шариков, и они рассыпались в прах.
- В любом случае нам необходимо заглянуть по ту сторону завала, а уже потом делать выводы и высказывать предположения.
- Тогда чего мы ждём? Давай копать! – Ник взял в руки кирку.
- Здесь, пожалуй, можно обойтись одними лопатами, – сказал Стас, и друзья принялись за работу.

- Куда вы пропали? – раздался голос Геры из дальнего конца коридора. – Лиза волнуется. Три часа здесь торчите, – он спустился с земляных ступенек в тот момент, когда лопата Стаса пробила сквозную дыру в остатках торфяного заслона.
- Есть! – воскликнул Станислав, и ребята втроём принялись расширять образовавшееся отверстие.
Через четверть часа от завала остались лишь разрозненные скопления грунта.
- Путь свободен! – радостно произнёс Ник.
Картина, возникшая перед взором подуставших ребят, поражала своей красотой и праздничным убранством. Мрачная штольня неожиданно обрела сказочный вид. Сияющие шары находились повсюду: на потолке, стенах, на полу. Электрические фонари оказались лишними – настолько насыщенным было свечение. Через некоторое время вся группа была в сборе. Друзья с нескрываемым восхищением любовались природной иллюминацией. Беспокойный Лео неоднократно порывался пройтись по освещённому коридору, но его будто что-то удерживало. Наконец, набравшись смелости, он с разбега влетел в светящийся тоннель и, ступив на грибы, заскользил, словно на коньках. Проехав несколько метров, он с пробуксовкой ринулся обратно и спрятался за спинами безудержно хохочущих ребят. Весёлое ликование и смех ещё долго раздавались под сияющими сводами старой штольни.

[farvater]

Дочитал до входа в деревню. Просто неинтересно. Там ведь по сути что происходит? Ничего, обычный быт. Но вот про это вот "ничего" нужно уметь писать. Ну вот смотрите. У вас (а) нет у персонажей характеров. Не выглядят они как живые. Так, какие-то функции. (Б) так как нет персонажей, нет ситуаций. То есть они есть, но поданы, в общем, буквально парой штрихов (тут и обратная зависимость есть. Если взаимодействие персонажей никак не показано, то откуда же взяться характерам?). Картинка получается серая, плоская и замыленная. Что-то более-менее появляется, когда дело касается напрямую сюжета. Ну там, разговор про аномалии в баре или душераздирающая история про яму. Но это всё на фиг не нужно, если самого главного - частников событий - нет. Это как на богато украшенную сцену выпустить случайных людей. Задники красивые, а "актёры" и двух слов связать не могу.

Все характеры живые, а временами даже чересчур! Прочитав две строчки трудно судить о произведении и тем более писать о нём отзывы. С уважением…

[farvater]

Вскоре группа двинулась дальше. Люди шли по неоновому ковру, оставляя за собой слизкие лепёшки из раздавленных грибов. По мере продвижения вперёд растений не становилось меньше. Напротив, они заполонили подземное пространство, словно вездесущая плесень, оккупировавшая заброшенный подвал.
Забыв о времени, ведомые любопытством и жаждой познания, исследователи наконец оказались в необычной пещере, напоминавшей полость глиняного кувшина, откуда брали начало несколько новых проходов. Это были уже не рукотворные штреки, по которым друзьям приходилось пробираться до настоящего времени, а рукава пересохших каналов, где по стенам некогда бежали неудержимые потоки грунтовых вод.
- А ведь прав был Михаил Александрович, высказав фантастическую гипотезу по поводу подземных лабиринтов (впрочем, она оказалась не такой и фантастической), – вспомнил Стас своего коллегу по экспедиции. – Действительно всё так и есть, – добавил он, проводя ладонью по шершавой стене пещеры.
- Посмотрите, сколько здесь нор! – воскликнул Гера, подойдя к одной из них и прислушиваясь. Откуда-то из глубин подземного мира доносились слабые звуки плещущейся воды.
- Это, наверное, река, – произнесла Лиза и задумалась.
Беспокойный день, начавшийся для путешественников ещё затемно, незаметно подходил к концу. Пришла пора задуматься о ночлеге. Расчистив территорию и сдвинув в сторону грибные россыпи, каждый подготовил себе место для отдыха. После неприхотливого ужина, состоявшего из мясных консервов, хлеба и сока, все улеглись спать. Хотя люди находились глубоко под землёй, холода или недостатка в кислороде они не ощущали. Насыщенный приятной свежестью воздух располагал ко сну. Утомлённый Лео, предварительно обнюхав все углы пещеры, забрался под бок уснувшему хозяину и, справившись наконец с надоедливой блохой, затих.

Ночь прошла спокойно. Ребята проснулись отдохнувшими и посвежевшими.
- Что за воздух! – произнесла Лиза, поднимаясь на ноги и расталкивая лежащего рядом Ника. – Такое ощущение, что я спала этой ночью в хвойном лесу. Голова лёгкая, мысли ясные. Кто-нибудь может объяснить, почему так? Мы же находимся глубоко под землёй!
- Я тоже сейчас подумал об этом, – Гера умылся из пластиковой бутылки и надел очки. – Возможно, эти грибы не только отличные осветители, но и замечательные кислородные генераторы. По-другому я не могу объяснить это явление.
- Всё, конечно, замечательно, – Стас взял один из приготовленных бутербродов, разлил по стаканчикам остатки холодного кофе и уселся на рюкзак. – Давайте лучше прикинем, как нам быть дальше, – он отхлебнул из стакана кофе и посмотрел на друзей. – Зашли мы достаточно далеко, но никаких насекомых, а тем более животных, нам так и не повстречалось, если не считать блох, замучивших Лео, - пёс словно понял, что разговор зашёл о нём, перестал чесать за ухом и принялся лакать налитую в вощёную тарелку воду. – Может, пора уже и к дому? Ещё неизвестно, сколько времени выкапываться придётся.
- Стас, неужели тебе совсем не интересно, что там дальше? – произнесла Лиза, состроив ехидную улыбочку.
- Мне, конечно, интересно, – ответил парень, потуже затягивая шнурки на кирзовых ботинках. – Ты же знаешь, какой я экстремал. Но с годами я всё больше становлюсь прагматиком, – он посмотрел на девушку и продолжил: – В этих подземных лабиринтах без специальной подготовки и снаряжения можно так заблудиться, что никакие спасатели не найдут. Да и кто знает, где искать? Твой руководитель? – Стас достал из рюкзака синюю бейсболку и натянул себе на голову. – Так он знает лишь название населённого пункта, куда мы отправились. И всё! Случись что, нас никто и не хватится. Тем более яма, которую мы выкопали, чтобы сюда забраться, обвалилась. Теперь вряд ли кто додумается искать нас именно здесь.
- Я не понял, приятель, ты что, собираешься удочки сматывать? – сквозь сон пробубнил Ник. – Или мне это приснилось? – он зевнул и снова забрался с головой под ветровку. – Выключите свет. Дайте ещё немного поспать.
Внезапно раздался грохот. Где-то случился обвал. Друзья приникли к отверстию в стене, из которого доносились звуки. Через мгновение послышались сильные всплески, словно огромные булыжники с большой высоты падали в воду.
- Вероятно, там существуют большие пустоты, – предположил Гера.
- Мне не терпится это увидеть! – возбуждённо заявил Жора, дожёвывая остатки бутерброда и вытирая руки зелёным носовым платком.
- Жорик, а зачем тебе на это смотреть? Такое явление может оказаться опасным! Ты не подумал об этом? – попытался вразумить друга Станислав.
- Да ладно, какая тут опасность! Я же не собираюсь лезть чёрту на рога. Для чего я вообще подписался ехать в эту дыру?! А? Я хочу зрелищ, Стас! Да, да! Именно зрелищ, а не только ползать на изодранных коленях по этим катакомбам. Представляешь, какая махина должна упасть, чтобы вызвать такой гигантский всплеск!
- Хорошо! Давайте договоримся чётко и определённо. Побудем здесь ещё до обеда, – Станислав посмотрел на свои видавшие виды часы, которые показывали четверть восьмого. – Если ничего не обнаружим, без возражений отправляемся обратно.
- Могу тебя разочаровать – я уже кое-что обнаружил! – возбуждённо произнёс Ник, быстро вскочив на ноги и стряхивая с себя какую-то гадость.
- Это же сколопендра! – воскликнула Лиза, бросившись за убегающим в гущу грибов насекомым. Наделенное множеством цепких лапок, отвратительного вида создание ловко забралось в кучку светящихся шаров и затаилось.
Лиза быстро раскрыла рюкзак. Достав пинцет и небольшую баночку, она умело подцепила насекомое и определила его под стекло.
- Круто! – произнесла девушка, радуясь первой находке. – А ты, Стас, говоришь, ничего нет. Смотри, какая красавица! – она поднесла банку с копошащейся там многоножкой к лицу парня и встряхнула. Мерзкое насекомое сразу засуетилось, зашевелило противными усами, безуспешно пытаясь найти выход из прозрачной западни.
- Она ядовитая? – спросил Жора, постукивая пальцем по стеклу.
- Конечно, ядовитая! – ответила Лиза и убрала склянку в рюкзак. – Но для человека её укус неопасен. Это можно сравнить с тем, как если бы тебя… ужалила пчела. Одно меня удивляет. Данный вид насекомых можно обнаружить на Кавказе, в Крыму, ну, в крайнем случае, под Ростовом… Но в Подмосковье! Это для меня ново. Насколько я знаю, такие сколопендры достигают размеров максимум сантиметров десять, а эта гораздо больше. Так что я не могу сказать с полной уверенностью, что укус именно этой особи несмертелен. Но лично для тебя, Жорж, у меня найдётся противоядие, – улыбнулась девушка, глядя на озадаченное лицо парня.

Продвигаться дальше стало легче. Люди шли по дорожке из обожженной глины, словно по заасфальтированному шоссе. Единственным неудобством для передвижения оставались грибы. Если кто-то из путешественников забывался, погрузившись в свои мысли, то возникала опасность поскользнуться и упасть.
Группа шла наугад. Петляющие, часто пересекающиеся тоннели сбивали с толку, вызывая дезориентацию в пространстве. Порой ребята обнаруживали свои же следы. Получалось, что они возвращались обратно, запутавшись в переплетениях диковинного лабиринта. Наконец разветвлений и тупиков стало меньше. Осталось несколько прямых тоннелей, размещенных в одном направлении и соединяющихся между собой редкими перемычками боковых проходов. Искатели приключений шли вперёд, перемещаясь из тоннеля в тоннель. Затем очередной коридор принял уклон и стал извиваться, словно запутанная нить. Угол наклона с каждым шагом увеличивался. Продвигаться дальше стало невозможно. Крутизна достигла апогея. Стас решил остановить группу, чтобы повернуть назад, но тут случилось непоправимое.
Замыкающий шествие Ник наступил на предательский гриб и, словно по маслу, скользнул вниз, подминая под себя россыпи светящихся шаров. Он не мог ничего исправить и мчался, кружась волчком, сметая всё на своём пути. И вот уже вся пятёрка в сопровождении испуганного пса устремилась вниз, на бешеной скорости, не имея возможности остановиться. Мелькавшие с неимоверной быстротой светящиеся шары проносились перед глазами ребят трассирующими линиями и быстро убегали вдаль, словно огни городского тоннеля. Это скольжение было сравнимо с неуправляемым спуском по закрученной трубе гигантского аквапарка. Сколько продолжался спуск – десять минут, полчаса или больше – в сложившейся ситуации уследить было очень трудно. Наконец вдалеке замаячило тёмное пятно, означавшее завершение тоннеля.
- Быстро освобождайтесь от рюкзаков! – изо всех сил выкрикнул Ник, избавляясь от ноши.
Таким образом скользящие странники оказались налегке. Черная дыра приближалась и с каждым мгновением увеличивалась в размере. Тупик это или обрыв, оставалось непонятным, но бесспорным было одно - это конец тоннеля.
Они падали с высокой скалы, в ужасе ожидая встречи с неведомой твердью. Люди тщетно цеплялись за воздух, беспомощно потрясали руками и ногами, а уши закладывал оглушающий рокот десятков срывающихся с большой высоты водопадов. Сильный всплеск, жёсткий удар о воду и несметное количество воздушных пузырей, пронзающих подводную тишину – это было последнее, что почувствовал Жора перед тем, как на его голову опустился тяжёлый рюкзак с провиантом.

Подёрнутые серой дымкой звёзды заполонили чёрное небо. Одни мерцали, словно крохотные светлячки, другие, угасая, исчезали из виду.
Жора лежал на большом валуне, запрокинув голову и разглядывая звёздное небо. Далёкие светила выглядели необычно – совсем не так, как раньше. Сознание парня постепенно прояснялось. Объятия прострации начинали ослабевать.
- Это же грибы, а не звёзды, – прозвучал его собственный голос, словно со стороны.
- Ну что? Очухался? – сказал Ник, не переставая пошлёпывать друга ладонью по упитанным щекам.
- Прекрати бить! Мне больно! – запротестовал парень. – Что со мной случилось? – произнёс он, опершись на локти и озираясь.
- Ничего особенного, – улыбнулся Ник. – Просто ты немножко умер, а мы тебя слегка оживили.
- Ты всё шутишь, – Жора недовольно посмотрел на товарища, – а мне сейчас не смешно, - сказал он, потирая шею.
- Ты изрядно нахлебался, Георгий, – произнесла полураздетая Лиза, отжимая промокший свитер. – Мы тебя едва откачали. Ты везунчик, парень. Считай, что заново родился.
- А где остальные? – с тревогой поинтересовался Жора, поглаживая подбежавшего Лео, который принялся усердно вылизывать лицо пострадавшего хозяина.
- Сердобольный пёс, – сказала девушка. – Когда мы вытащили тебя из реки, он начал метаться возле тела, словно хотел чем-то помочь. Потом видимо всё понял, уселся в стороне и, не отрываясь, смотрел, как мы над тобой измываемся. То искусственное дыхание, то массаж сердца. Слава богу, всё обошлось. Убедившись, что кризис для тебя миновал, Гера и Стас пошли по берегу осмотреться и набрать дров.
- Дров? Какие под землёй дрова? – недоумевая, произнёс парень, посчитав, что ещё недостаточно пришёл в себя.
- Скоро ты всё поймёшь.

Округа представляла собой подземный каньон с бегущей по дну широкой рекой. Её берега обрамляли замысловатые валуны и россыпи острых камней. Повсюду возвышались нагромождения высохших веток, стволов деревьев и прочего природного мусора. Высокие стены каньона, словно оспой, были испещрены дырами-каналами. Из многих вырывались потоки воды, питающие и неустанно пополняющие величественную реку. Всё это существовало под высокими сводами подземных пород, усеянных светящимися грибами.
Если взглянуть против теченья реки, грибное небо становилось менее насыщенным сияющими шарами, из-за чего окрестности выглядели мрачными и жутковатыми. И, наоборот, чем дальше взгляд устремлялся в сторону по течению, тем светлее и жизнерадостнее становилось вокруг.
- Всё в порядке? – спросил Стас пострадавшего товарища, бросая на землю вязанку сухих дров. – Ты здóрово нас перепугал. Я думал, тебе конец. Спасибо Нику! Его армейский опыт пришёлся кстати. Как самочувствие?
- Пока не пойму, – Жора резко повернул шею в сторону и та неприятно хрустнула. – Вот, теперь хорошо, – улыбнулся парень, поворачивая голову в разных направлениях, не ощущая при этом боли.
- И снова я вспомнил Михаила Александровича. Какой это все-таки умнейший человек! – произнёс Стас, обращаясь к Герману. – Это и есть тот «природный отстойник», о котором он говорил, – Станислав обвёл взглядом окрестности. – Весь этот мусор попал сюда вместе с талыми и сточными водами по скрытым каналам из глухих болот и лесных протоков. Трудно представить, но мы сейчас находимся под многокилометровой толщей земной коры! Кто-нибудь обратил внимание, – продолжил профессиональный геолог, – что вода в реке не ледяная, как это должно быть согласно её подземной природе, а немного теплая, словно подогретая?
- Ещё бы! – произнесла Лиза, доставая из рюкзака вымокшие вещи и раскладывая их на гладкие камни.
- А почему? – не унимался Стас.
- Ты думаешь, мы глупее тебя? – вмешался Ник. – Здесь повсюду полно гейзеров, – он окинул взглядом парящие берега, где временами прямо из-под воды взмывали в воздух фонтаны раскалённого пара и кипятка.
- А растительность!? Какое здесь обилие разнообразных мхов и лишайников! Это на такой-то глубине! – он провел ладонью по бархатистому камню, и в его руке осталась мягкая губка из темно-зеленого мха. А жучки-паучки разные! Смотрите, сколько их здесь. У Лизы и посуды не хватит, чтобы законсервировать всю эту живность, – Стас посмотрел на девушку, улыбнулся и принялся разводить огонь.
- Мне страшно, ребята, – произнесла Лиза. – Как мы теперь отсюда выберемся? – она посмотрела вверх, пытаясь отыскать среди большого количества каналов в скале именно тот, из которого они вывалились.
- Да…! – произнёс Гера. – Путь назад отрезан наглухо. Найти нужный проход нереально – один шанс из ста. Даже если гипотетически представить, что мы это сделаем, забраться на скалу, а затем подняться по кручёному склону, без снаряжения… Нереально.
- И что же делать? – Жора посмотрел на друзей, отказываясь верить в происходящее. Ему казалось, что сейчас кто-нибудь ехидно рассмеётся и скажет: «Да ладно! Это всё хохма!». Но этого не происходило.
- Есть какие соображения? – Ник обвёл друзей взглядом и остановился на фигуре Стаса. Он знал, что смекалистый товарищ наверняка найдёт выход из трудного положения, как это случалось и прежде.
- Что вы на меня уставились. Я не раз вам говорил: «пора возвращаться», – но кто меня послушался? А ты, Жорик, хотел зрелищ? Теперь насытился этим феерическим шоу под названием «Искры из глаз»?
- Ладно, Стас. Хватит прикалываться, – Жора, насупившись, потупил взгляд.
- Вот моё мнение! – Станислав пристально осмотрел каждого. – Воды у нас с избытком, – он поднял с земли небольшой камень и лихо запустил его в реку. – Провианта, если экономить, на неделю хватит. Благо нам удалось выловить все рюкзаки. На крайний случай придется есть грибы. Мы ведь ещё не знаем, съедобные они или нет. Если встанет вопрос, умирать с голоду или их попробовать, я выберу второе. И главное! Я считаю, надо обследовать этот подземный мир, насколько это будет возможно. Не думаю, что вход сюда, а стало быть и выход, только один. Нужно искать.
- Ну и…? – Ник не сводил глаз с друга. – Что дальше?
- А дальше… необходимо строить плот. Ведь куда-то эта река впадает! Если идти пешком, потеряем слишком много времени, а нам дорог каждый час. Естественно, передвигаться по реке гораздо быстрее. Если по пути попадётся что-то заслуживающее внимания, причалим и обследуем.
После такой убедительной речи возражений не последовало. Покончив с горячей пищей, приготовленной Лизой на костре по всем правилам походной кулинарии, все дружно приступили к возведению плота.
Строительство заняло сутки с учётом небольшого перерыва для сна и приёма пищи. К концу следующего дня (хотя привычной смены дня и ночи здесь не происходило) неказистая, но добротная конструкция спустилась на воду. Пока путешественники занимались строительством, они сделали немало интересных открытий. Одним из прочих оказалось наличие надоедливых москитов, которые безжалостно атаковали людей, мешая им работать. А недавно рядом со строительной площадкой пролетели две летучие мыши. Возмущённо попискивая, они пронеслись над самой водой и умчались вниз по течению реки.

Загруженное рюкзаками неоригинальное плавучее средство, управляемое неопытной командой, медленно скользило по водной глади. Русло реки часто меняло своё направление, неистово петляя средь клинков скалистых выступов, словно беспокойный полоз. Грибное небо (если так можно назвать каменную твердь, зависшую на большой высоте) с каждым километром пройденного пути становилось светлее и насыщеннее нежным ультрафиолетом.
Наблюдая за берегами, исследователи не раз замечали небольших животных, рыскавших у воды в поисках добычи. Таковой служила рыба, которая временами выпрыгивала из воды и, мастерски исполнив замысловатое сальто, завершала трюк внушительным всплеском. Часто рыба выскакивала на берег, а иногда умудрялась залететь прямо на плот, невольно пополняя рацион путешественников. Нельзя сказать, что рыбёшка была какой-то необычной. Она напоминала речную форель, но с отчётливо выраженными тёмными полосками на чешуйчатых боках, как у речного окуня. Вероятно, существовали и другие виды, но ребятам они пока не попадались. Страдающий от безделья Жора, вполне восстановившись после неудачного падения, придумал себе забаву и увлёк ею остальных. Правила игры оказались простыми. Нужно придумать название незнакомому предмету, существу, даже явлению, повстречавшемуся на пути, и, если это устраивало остальных членов группы, данное наименование и его описание заносилось в тетрадь, немного подмокшую, но годную к использованию. Таким образом у путешественников появился своего рода бортовой журнал, который исправно пополнялся путевыми заметками, а иногда и поэтическими строками. Например река, по которой сплавлялись люди, обрела мудрёное название - «Изнанка», символизируя собой исподнюю земных рек. Снующие по берегу забавные зверьки отныне именовались «столбянками». Они были похожи на сурикатов – «пустынный маленький народец» – и подолгу стояли на задних лапках, словно серо-коричневые шерстяные столбики, провожая взглядом проплывающий плот с невиданными существами на борту.
Небольшой залив с пологой площадкой на берегу, где ребятам однажды пришлось переночевать, назвали «Бухтой паники». Во время сна путешественников перепугала стайка разноцветных птиц, как ураган, налетевших на их пристанище. Пернатые были похожи на волнистых попугайчиков, отличаясь от них непропорционально длинным клювом, немного искривленным к концу. Одна птица опустилась на стоявший рядом с Жорой рюкзак и попыталась своим хоботком проникнуть в нос спящего человека. Почувствовав сквозь сон, что происходит нечто необычное, парень открыл глаза и, увидев, что кто-то пытается через нос высосать у него остатки мозгов, отчаянно завопил, переполошив весь лагерь. Экзотическая стайка сорвалась с места и быстро улетела, загалдев, словно кучка неугомонных цыплят.
После этого случая друзья часто подшучивали над толстяком: «Что же ты, Жорик!? Не дал птичке отведать своего нектара! Лишил пташку такого деликатесного лакомства!»
- Вы успели заметить, какие клювы у этих птиц? – возбуждённо воскликнула Лиза, после того как стая скрылась из виду. – Таким приспособлением невозможно клевать зёрна или ковыряться в падали. Его предназначение – вытягивать нектар из цветов, как это делают колибри. Но тогда тут должны произрастать соответствующие растения, а наличие такого рода флоры здесь под землёй – просто абсурд.
- Абсурд, говоришь? – произнёс Гера. – А грибы, заполонившие всё вокруг, не абсурд? А вся эта живность и многое другое, вольготно существующее под землёй, на многокилометровой глубине, это, по-твоему, в порядке вещей?
Лиза умолкла, не зная, что ответить.
Течение воды становилось быстрее. Плот уносило всё дальше. Русло реки сделалось прямым, как искусственно проложенный канал. В спокойную водную гладь смотрелись миллионы софитов, расположенных под сводами исполинской пещеры. Воздух значительно прогрелся и приобрёл аромат тропического леса. Вскоре вдалеке показалось большое светлое пятно, словно огромный киноэкран, расположенный за несколько километров от зрителя. Послышался отдаленный шум – слабый шепот приближающегося дождя.

[Шокер]

Подозреваю, что автор на меня сейчас сильно обидится. Но никакой даже самый интересный сюжет невозможно воспринимать, если он так подан.
Самый верный способ почувствовать недостатки стиля - почитать текст вслух, пусть даже самому себе. Попробовать проговорить "в лицах" диалоги. Уважаемый farvater, видно, что вы много работали с текстом, но... Поверьте человеку, который сам написал несколько не очень хороших книг, зато прочел много замечательных: люди не разговаривают между собой так, как у вас написано. Не в таких ситуациях.

Есть у меня двоюродная сестренка из провинции, сорокалетняя дама с высшим образованием. Когда мы с ней просто беседуем, так вроде бы говорит нормальным человеческим языком. Но вот уж если она мне пришлет мейл с подробным изложением новостей, то это туши свет. Таких канцелярских оборотов и неуместного пафоса нарочно не придумаешь, и это в описании простейших бытовых событий.

Ну а если события не рядовые и не бытовые? Если у Вас фантастика и птицы с неправильными клювами, это ведь не значит, что девушка, увидевшая их, настолько впала в ментальный ступор, что заговорила словами из учебника по орнитологии?

- Вы успели заметить, какие клювы у этих птиц? – возбуждённо воскликнула Лиза, после того как стая скрылась из виду. – Таким приспособлением невозможно клевать зёрна или ковыряться в падали. Его предназначение – вытягивать нектар из цветов, как это делают колибри. Но тогда тут должны произрастать соответствующие растения, а наличие такого рода флоры здесь под землёй – просто абсурд.

Вот мне любопытно бы посмотреть, как девушка возбужденно воскликает такую тираду, и язык у нее при этом не заплетается.

Будь я Вашим редактором, я бы эту фразу переписал с нуля.
- Выдели, какие клювы?! - воскликнула Лиза после того, как стая скрылась из виду. - Как они зерна-то клюют? С такими клювами только нетар тянуть! Но где они тут, под землей, растения находят?

Подобным образом можно разобрать практически все сцены из Вашего текста. Еще раз повторю: заметно, что текст Вы вычитывали и вообще работаете с ним серьезно. Но стиль изложения Вы избрали неверно, таково мое скромное мнение. Вы в самом деле журналист? Это многое объяснило бы. Стилистическая специфика СМИ очень часто кочует в художественную прозу, этим ее далеко не улучшая. Художественный текст читается влет, когда он написан таким языком, которым человек говорит сам с собой и со своими близкими. Почему-то мне не кажется, что Вы сам с собой разговариваете так, как пишете.

Наконец, мой личный таракан: запятые. Я не знаю, кто как на это смотрит, а я еще могу понять и простить писателя, который не ставит запятые там, где они должны стоять, но я сразу теряю доверие к человеку, который упорно и часто ставит запятые там, где их быть не должно в принципе. Вы этим грешны, к сожалению, и сильно. На мое-то доверие можете начхать, но ридеры и редакторы, которые рассматривают самотек, очень плохо реагируют на вопиющие ошибки в рукописи. Особенно на такие, которые в силах заметить нормальный Word. Ваш Word не замечает ошибки пунктуации? Смените его.

[farvater]

Подозреваю, что автор на меня сейчас сильно обидится. Но никакой даже самый интересный сюжет невозможно воспринимать, если он так подан.
Самый верный способ почувствовать недостатки стиля - почитать текст вслух, пусть даже самому себе. Попробовать проговорить "в лицах" диалоги. Уважаемый farvater, видно, что вы много работали с текстом, но... Поверьте человеку, который сам написал несколько не очень хороших книг, зато прочел много замечательных: люди не разговаривают между собой так, как у вас написано. Не в таких ситуациях.

Есть у меня двоюродная сестренка из провинции, сорокалетняя дама с высшим образованием. Когда мы с ней просто беседуем, так вроде бы говорит нормальным человеческим языком. Но вот уж если она мне пришлет мейл с подробным изложением новостей, то это туши свет. Таких канцелярских оборотов и неуместного пафоса нарочно не придумаешь, и это в описании простейших бытовых событий.

Ну а если события не рядовые и не бытовые? Если у Вас фантастика и птицы с неправильными клювами, это ведь не значит, что девушка, увидевшая их, настолько впала в ментальный ступор, что заговорила словами из учебника по орнитологии?



Вот мне любопытно бы посмотреть, как девушка возбужденно воскликает такую тираду, и язык у нее при этом не заплетается.

Будь я Вашим редактором, я бы эту фразу переписал с нуля.
- Выдели, какие клювы?! - воскликнула Лиза после того, как стая скрылась из виду. - Как они зерна-то клюют? С такими клювами только нетар тянуть! Но где они тут, под землей, растения находят?

Подобным образом можно разобрать практически все сцены из Вашего текста. Еще раз повторю: заметно, что текст Вы вычитывали и вообще работаете с ним серьезно. Но стиль изложения Вы избрали неверно, таково мое скромное мнение. Вы в самом деле журналист? Это многое объяснило бы. Стилистическая специфика СМИ очень часто кочует в художественную прозу, этим ее далеко не улучшая. Художественный текст читается влет, когда он написан таким языком, которым человек говорит сам с собой и со своими близкими. Почему-то мне не кажется, что Вы сам с собой разговариваете так, как пишете.

Наконец, мой личный таракан: запятые. Я не знаю, кто как на это смотрит, а я еще могу понять и простить писателя, который не ставит запятые там, где они должны стоять, но я сразу теряю доверие к человеку, который упорно и часто ставит запятые там, где их быть не должно в принципе. Вы этим грешны, к сожалению, и сильно. На мое-то доверие можете начхать, но ридеры и редакторы, которые рассматривают самотек, очень плохо реагируют на вопиющие ошибки в рукописи. Особенно на такие, которые в силах заметить нормальный Word. Ваш Word не замечает ошибки пунктуации? Смените его.

Уважаемый, Шокер! Благодарю за столь развёрнутый комментарий. Насчёт диалогов - частично согласен. Если потребуется, исправлю за день. По поводу пунктуации всё в норме. Гарантирую! (Могут быть лишь мелкие огрехи). Касаемо Ворда. Советую не особенно надеяться на данную программу равно как на все подобные. Возьмите навскидку любой понравившийся Вам текст, включая известных мастеров. Он весь от стыда покраснеет и покроется волнистыми линиями.
Надеюсь снова увидеть Ваш аватар на моей страничке с очередной порцией конструктивной критики. С уважением, Сергей.

[farvater]

Глава 4. Ледяное безумие

Для меня эта история началась совершенно неожиданно – с моего старого холодильника. Я проходил мимо этого древнего агрегата и вдруг заметил, что его распёрло, словно туго набитый саквояж, и с каждой секундой он становился всё больше. Наконец крепкая защёлка «ЗИЛа» не выдержала, и массивная дверь с грохотом распахнулась. Лёд устремился наружу, будто фарш из мясорубки, и вскоре им была заполнена немалая часть кухни. Я метался по квартире, не зная, что делать. Первое, что пришло мне в голову, – это сообщить о случившемся в коммунальную службу. Пообщавшись по телефону с диспетчером, я уселся в комнате, ожидая прихода мастера. Мне пообещали, что специалист прибудет в течение часа. Так начинался первый день моего долгожданного отпуска.
Я никак не мог понять, что же все-таки происходит. С таким удивительным явлением я столкнулся впервые. Содержащаяся в воздухе влага кристаллизовалась на глазах. Формируя причудливые наросты, ослепительно белая масса расползалась по дому с неимоверной скоростью. Я не рискнул дотронуться до нее рукой и, взяв длинную алюминиевую трубку, которой было так удобно управляться со шторами, решил подковырнуть неведомую субстанцию. Но стоило только прикоснуться к её поверхности, как трубка мгновенно примёрзла, словно губы к металлической кружке при сильном морозе. Я едва успел отдёрнуть руку, и теперь вся ладонь горела, словно от контакта с углекислотой. Ледяной поток разделился на три рукава. Один двинулся в прихожую, к входной двери; другой, добравшись до кухонного подоконника, стал разрастаться ещё стремительнее. Он, несомненно, намеревался высадить окно и выбраться на улицу. Третье ледяное щупальце нагло подбиралось к моим ногам, и мне пришлось ретироваться на забитый хламом узенький балкончик моей однокомнатной квартиры.
«Необходимо срочно что-то предпринять, – думал я, держась за металлические перила. – Второй этаж хоть и не пятый, но всё равно высоковато». Времени на раздумья оставалось всё меньше – белая мерзость находилась совсем рядом и, судя по всему, собиралась перевалить через невысокий балконный порожек. Ноги, не дожидаясь команды свыше, перенесли меня через ограждение, и я очутился на узком карнизе.
Затем мне пришлось нагнуться и, ухватившись за арматурную стойку, спуститься чуть ниже. В итоге я беспомощно повис, тихо покачиваясь на краю балконной плиты. Покрасневшее от усилий, моё лицо, вероятно, выглядело очень глупо. Обескураженное сознание набиралось храбрости, чтобы разжать немеющие пальцы и броситься в пугающую бездну. Но я, конечно же, себя накручивал. При моём немаленьком росте до земли оставалось каких-нибудь метр – полтора. Неожиданно сверху послышался грохот и свалился какой-то крупный предмет. Вероятно, ледяной монстр высадил мою бронированную входную дверь.
Онемевшие пальцы разжались. Вопреки ожиданиям мне посчастливилось, и я мягко приземлился на ноги, лишь слегка припав на колено. Поднявшись и отряхнув джинсы, я отошёл в сторону и посмотрел наверх. Ледяная масса успела заполнить часть балкона и сверкающими сосульками сползала вниз, образуя зубчатые сталактиты и тихо потрескивая. Затем раздался скрежет и звон разбитого стекла – кухонная рама упала в нескольких шагах от меня. Воздух наполнился пылью. В момент собралась толпа зевак. Они показывали пальцами то на меня, то на свисающий с балкона лёд и озабоченно жестикулировали руками. Вскоре от толпы отделилась любопытная старушка и направилась в мою сторону. Мне не хотелось всем разъяснять, что здесь происходит, так как я и сам ничего не понимал.


В это тёплое майское утро редкие облака лежали белыми пушистыми перьями на невзбитой подушке сизого неба. Вдоль Сиреневого бульвара, пропитанный ароматом персидских соцветий, что-то нашёптывая и тихо вздыхая, прогуливался просыпающийся ветерок. Перебежав через проезжую часть, я ушёл подальше от толпы, присел на бульварную скамейку и продолжил наблюдать за происходящим. В моей голове варилась какая-то каша. «Что делать? Бежать в МЧС или милицию? Может позвонить? – рука потянулась к подсумку, но мобильник остался дома. – А что, собственно, мне удастся им объяснить? Подойду к дежурному и скажу: – Сержант! Из окон моей квартиры лезет какая-то белая гадость! – Психушка обеспечена. Шмотки, компьютер – всё пропало. Всё!!! Пойти к Денису? Он как раз заканчивает работу. Может, мы вдвоём разберемся, что к чему», – я поднялся со скамейки и направился в сторону трамвайной остановки.
Мой друг Денис работал охранником на автостоянке в районе ВВЦ. Этим утром у него заканчивалось ночное дежурство. Я подумал, что, может, он мне все объяснит. Во всяком случае, рассказать об этой чертовщине, кроме него, на тот момент мне было некому.
Внутри подземной многоярусной стоянки было прохладно. Пахло машинным маслом и выхлопными газами. Коренастый блондинчик сидел в небольшой комнате перед скоплением мерцающих мониторов, дожёвывая остатки завтрака.
- Ты чего пришёл в такую рань? Не спится? – удивлённо произнёс он, пожимая мою руку.
- Не до того сейчас! Послушай лучше, какая бредятина со мной произошла.
И я подробно рассказал о том, что случилось. Приятель, не отрываясь, смотрел на меня некоторое время. Затем недоверчиво ухмыльнулся и произнёс:
- Ты прикалываешься, да?
- Конечно! Припёрся к тебе на работу с утра пораньше, вместо того чтобы нежиться в постели и наслаждаться отпуском. Предварительно высыпал на голову ведро извёстки, – я стряхнул со своих ещё недавно тёмных волос остатки серой пыли, – и принялся рассказывать сказки.
Я видел, что мой приятель еще сомневается. Он разглядывал мою зелёную перепачканную побелкой футболку, затем вызвал по громкой связи своего сменщика, который, потягиваясь, курил у въезда в гаражи и, собрав свои вещи в коричневую брезентовую сумку, вышел в дверь, увлекая меня за собой.

Мы мчались на его старенькой «ниве» к себе в Северное Измайлово, по раздолбанной дороге, временами выскакивая на трамвайные пути. Приятель жил недалеко от меня, в том же районе, только немного южнее. Денис вел машину, потягивая сигарету и временами потирая покрасневшие после бессонной ночи глаза. На подъезде к родному кварталу нас остановил сотрудник ДПС. Он проверил у Дениса документы на машину и вежливо объяснил, что все дороги, ведущие в направлении этого района, перекрыты в связи с проведением особой операции. Больше офицер ничего объяснять не стал, а просто попросил нас развернуться и следовать в объезд данной территории. Затем он жезлом остановил красную «шкоду» и, сделав под козырёк, последовал разъяснять следующему водителю, что проезд закрыт, хотя это и так было очевидно – прямо посреди дороги стоял запрещающий знак.
Сдав назад, мы свернули во двор, ну а там все закоулки и «потайные тропы» нам были хорошо известны. Дальше мы решили идти пешком. Оставив машину на парковочном месте возле одного из подъездов, мы двинулись в направлении моего дома – по лабиринтам дворов, через весь квартал. По дороге нам встречались перепуганные люди. Они заметно торопились и часто оглядывались назад. Денис удивлённо посмотрел на меня – я в ответ лишь пожал плечами.
- Что-то мне не нравится вся эта суета, – произнёс он, и мы направились к металлическому забору, к тому месту, где было с корнем выворочено несколько прутьев. Пройдя сквозь ограду, мы вынуждены были остановиться.
С обширной школьной площадки открывался вид на мой дом и соседние строения. Картина, которая предстала перед глазами, шокировала своей красотой и ужасом. Все здания к востоку от нас полностью или частично были покрыты толстой коркой льда. Они ослепляли своей белизной, переливались и искрились под лучами яркого майского солнца, словно девственные высокогорные ледники Тибета.
- Это что – всемирное обледенение?! – возбуждённо воскликнул Денис. Он быстро перевёл взгляд в направлении своего дома. Строения, находившиеся с южной стороны, оставались ещё не тронутыми этим ледяным безумием, и приятель заметно успокоился. – После твоего рассказа я, конечно, мог предположить нечто из ряда вон выходящее, но увидеть такое!!! – он снова посмотрел на ледяные наросты. – Да что увидеть? Представить подобное я не смог бы, даже задействовав всю свою богатую фантазию.
-Хватит разводить демагогию, – одёрнул его я, указав на приближающегося к нам человека в военной форме с огромной овчаркой на коротком поводке.
- Вы чего здесь шастаете? – закричал он на нас, а его спутница, зарычав, оскалилась.
- А в чём дело? – я сделал вид, что спокоен, но на самом деле мой зад уже готовился испытать прочность собачьей хватки. – Я живу в том доме, – я поднял руку, и подрагивающий палец указал на самое обледеневшее строение.
- Да, ребятки, – произнёс он, показывая всем своим видом возрастное превосходство, хотя выглядел он немногим старше нас – лет тридцать. – О своей хате можете забыть на неопределённое время, – военный сунул в зубы дешёвенькую сигаретку и прикурил. – Этот квартал подлежит стопроцентной эвакуации до выяснения всех обстоятельств.
- Но, может, я просто посмотрю... – решил поканючить я.
- Вы что, идиоты? Не видите, что происходит?
- А что происходит? – Денис вопросительно посмотрел на вояку.
- Да чёрт его знает, – немного помедлив, ответил тот, не отводя взгляда от ледяного потока, который, словно пожарная пена, занял всё пространство между обледеневшими домами и заметно двигался к нам. – Наше подразделение расставили по периметру этого образования для защиты опустевших квартир от мародёров. Это всё, что мне положено знать. Да и остальным, наверняка, известно не больше, – он ещё пару раз затянулся, потом, затоптав окурок, произнёс: – Так что валите-ка, ребятки, отсюда подобру-поздорову, пока живы. А то ведь некоторым не так повезло, как вам, – военный одёрнул тянувшую его в сторону собаку и отправился дальше охранять вверенную ему территорию.
- Ладно, – произнёс Денис, – пойдем отгоним к дому машину, а потом – ко мне: поедим, новости послушаем, а как быть дальше – будем решать.

Приятель жил на восьмом этаже девятиэтажной башни. Жену и маленького сына он отправил на месяц к родственникам в деревню, а сам остался в душной Москве подзаработать денег, пожертвовав очередным законным отпуском. Так что квартира была свободна от домочадцев, и я, быстренько приняв душ, без стеснения развалился перед телевизором в одних плавках с бутылкой «Колы» в руке.
Пока Денис копошился на кухне, разогревая дежурные консервы, я включил телевизор и, бегая по каналам, пытался найти хоть какое-то сообщение о странном явлении, лишившем меня крова. Передачи шли в обычном режиме, и даже намёков на происходящее бедствие не было.
- Ступай поешь! Я пока ополоснусь, – сказал приятель с набитым ртом и закрылся в ванной.
Через некоторое время на первом канале центрального телевидения появилась заставка экстренного выпуска новостей. Затем серьёзного вида диктор возбуждённым голосом сообщил, что в одном из районов города произведена эвакуация жильцов в связи с непонятным явлением, произошедшим на данной территории. Всем временно отселённым жильцам будут предоставлены места в столичных гостиницах и общежитиях.
- Нормально! – съязвил Денис, стоя сзади меня и теребя мокрые после душа волосы зелёным махровым полотенцем. – Ты теперь в общагу переселяешься?
- Да иди ты! – вспылил я, размышляя, как быть дальше.
- Расслабься, приятель! Поживёшь пока у меня, а там видно будет. Хотя если дальше так пойдёт, – он приблизился к окну, бросив влажное полотенце на спинку стула, – и отсюда вскоре придётся убираться, – настороженно произнёс парень, наблюдая, как белое поле внушительно продвинулось в направлении его дома. «А ведь прошло немногим больше часа», – подумал Денис, но вслух ничего не сказал.

Приведя себя в порядок и подкрепившись, мы уселись в одной из комнат перед журнальным столиком. Денис закурил. Я бросил эту навязчивую привычку год назад, и теперь всякий раз, когда кто-то рядом потягивал сигарету, у меня непременно начинало першить в горле. Я попросил друга дымить в сторону, и мы принялись обсуждать наше незавидное положение.
Самым пугающим было то, что никто не мог объяснить причины возникновения этой ледяной массы, её природу и способы защиты от этой стихии. Загадочная субстанция была не просто льдом – она оказалась опасным веществом, которое, контактируя со всем живым, проникало в него на молекулярном уровне. Это напоминало влияние электрического тока на биологический объект. Только вместо электрического воздействия на живые клетки происходила их мгновенная кристаллизация.
Обо всём этом стало понятно из выступления пожилого учёного в одном из специальных выпусков новостей. Телевизионщики уже не скрывали месторасположение района, где происходят эти ужасные события, и даже прокрутили несколько видеозаписей, в которых показали шокирующие кадры гибели людей от неведомой стихии. Вероятно для того, чтобы предотвратить попытки неосторожных и любопытных граждан подойти ближе к смертельному веществу и тем самым пополнить список жертв. На экране появился сюжет о том, как целые группы людей превращались в мертвые белые изваяния, лишь слегка дотронувшись до ледяных сгустков.
Мы просидели в квартире до самого вечера – то смотрели телевизор, то припадали к окну. В течение последних нескольких часов ледяной поток словно замер. Во всяком случае, он почти не продвинулся вперёд относительно выбранных мною ориентиров, и на расстоянии пятисот метров от нашего дома выглядел гигантской лужей растаявшего мороженого. Ещё одной удивительной особенностью этого льда являлось то, что он совершенно не таял.
Внезапно цветная картинка телевизора свернулась в маленькую белую точку, быстро растворившуюся в глубине серого экрана. Стало понятно – дом обесточен. Проанализировав все за и против, мы решили, что лучше всего в этой ситуации ложиться спать. Неизвестно, что принесёт завтрашний день, тем более Денис уже носом ловил окуней, так и не отдохнув после ночного дежурства. Бросив мне постельное бельё, он поплёлся в спальню и через минуту - другую храпел, как дорожный компрессор.
Развалившись в гостиной на диване и подмяв под голову большую подушку, я, немного поглазев на едва различимое в темноте незашторенное окно, погрузился в тревожную дрёму.
Посреди ночи меня разбудили странные звуки, доносившиеся со стороны входной двери.
Я приподнял голову и насторожился. Затем босиком, на ощупь, мне удалось добраться до прихожей, где я, наткнувшись на что-то мягкое и тёплое, едва не вскрикнул.
- Тсс! – зашипело у меня над ухом.
Оказалось, что я наткнулся на выпяченный зад приятеля, который стоял, пригнувшись у двери и разглядывая что-то в стеклянный глазок.
В подъезде слышался тихий скрежет и слабое постукивание металлических предметов.
- Там какие-то уроды собираются вскрыть замок в соседской квартире, – прошептал Денис.
- Мародёры?
- Побудь здесь, я сейчас, – приятель удалился, а моё любопытство легким подзатыльником подтолкнуло меня к освободившемуся глазку.
Перед моим одноглазым взором, ковыряя и подталкивая дверь, суетились два силуэта, еле заметные в тусклом свете издыхающего фонарика. Через мгновение я почувствовал слабый толчок в спину.
- Отойди, – снова шёпотом произнёс Денис и вернулся на исходную позицию.
Через секунду раздался резкий щелчок задвижки, дверь быстро распахнулась, и приятель выскочил в подъезд.
- Руки в гору!!! Недоноски! Лицом к стене! – угрожающе заорал он и, подскочив к растерявшимся и безоговорочно выполнившим его команду людям, раздвинул плюшевыми тапочками их полусогнутые ноги. Затем он отобрал у одного из них фонарь и передал мне.
Предо мной предстала такая картина: двое «домушников» под прицелом увесистой пушки моего приятеля стояли лицом к двери, упёршись поднятыми руками в стену и с раздвинутыми чуть ли не в шпагате ногами.
- Дениска! Ты что ли?! – выкрикнул один из бандитов.
- Иван Петрович, Вы?!
- У, дьявол, напугал! Ты чего здесь воюешь? – спросил пожилой человек в тёмном костюме при галстуке, опуская руки и поворачиваясь к нам лицом. – Да не свети в глаза-то, – он отстранил мою руку, державшую фонарь, и обратился к своему напарнику: - Ну что, Коль? Ни хрена?
- Да личинку уже свернул, – промолвил Коля, принимаясь за прерванную работу. – Посветил бы кто, а то ни черта не видно.
Я направил угасающий луч в помощь полуночному гостю.
- Такие вот дела, Денис. Мои-то все на даче. Да я и сам там уже две недели живу. Да… С работы и – сразу загород. А тут, гляди, – эвакуация! Ключей от квартиры с собой не оказалось, а здесь и деньги и ценности, а главное – все документы. Вот и попросил товарища помочь замок вскрыть, пока другие этого не сделали. Он специалист по слесарным вопросам.
Раздался металлический хруст.
- Готово! – удовлетворенно произнёс взломщик.
- А ты чего здесь? – произнёс сосед, обращаясь к Денису. – Весь квартал эвакуировали. Мы едва пробрались сюда. Этот долбаный лёд уже знаешь сколько пространства оттяпал? Здесь-то он вроде приостановился. А вот со стороны бульвара не осталось ни одного уцелевшего дома. Всё обледенело.
Вернувшись обратно в квартиру после незапланированного приключения, мы с приятелем ещё некоторое время стояли у окна и вглядывались в абстрактное ночное полотно.
-А откуда у тебя пистолет? – спросил я, примеряясь ладонью к удобной рукояти увесистого «ТТ».
- Ты что, забыл, где я работаю? – произнёс Денис зевая.
- А вы разве не сдаёте оружие после смены?
- Когда как. У меня же есть лицензия на ношение и хранение этой пушки. Так что всё в рамках закона.
Освещение в округе отсутствовало. Лишь вдалеке, на соседних улицах, ещё кое-где мерцали слабые огоньки уличных фонарей. Ледяной поток едва просматривался в темноте майской ночи. Стихия, хоть и продвинулась незначительно вперед, все же оставалась на безопасном расстоянии. Это успокаивало. Мы разбежались по своим кроватям, чтобы продолжить прерванный сон. На этот раз я вырубился моментально, едва моя голова прикоснулась к подушке.
Во сне мне всё время приходилось от кого-то убегать. Я перескакивал через заборы, прятался во дворах, удирал от преследовавших меня огромных собак и в конце концов затаился на крыше одного из домов. Ледяной поток подбирался всё ближе, окружая меня со всех сторон. Стоявшая неподалёку телевизионная антенна под тяжестью вездесущего льда стала медленно заваливаться в мою сторону. Раздался страшный скрежет и почему-то хруст лопающегося стекла. В ту же секунду я проснулся и обомлел. Прозрачное некогда окно превратилось в матовый светофильтр. Пощелкивая зигзагами танцующих трещин, стекло неохотно сдавало позиции и в любой момент могло осыпаться. Светало. Сон оказался в руку. Выскочив как ошпаренный из осажденной комнаты и прихватив свои шмотки, я, спотыкаясь и натягивая на ходу джинсы, подбитым зайцем поскакал в комнату, где беззаботным детским сном спал мой приятель. Услышав странные звуки, он мгновенно вскочил с кровати и стал протирать сонные глаза. Узнав о случившемся, Денис быстро оделся, бросил необходимые вещи в свою брезентовую сумку, затем, положив сверху «ТТ» и несколько запечатанных коробок с патронами, с трудом застегнул неподатливую молнию.
- Сматываемся, – произнёс он под звуки осыпающегося стекла и с надеждой добавил: – Если ещё не поздно!
Мы выскочили из квартиры и, плюнув на застывшие двери безжизненного лифта, поспешили вниз по крутым ступенькам. Как я и предполагал, к подъезду лёд ещё не подобрался, так как наступал на здание с противоположной стороны. Однако на углах многоэтажной башни уже появился белый налёт.

[farvater]

Тревожное утро незаметно перетекало в пасмурный, не сулящий ничего хорошего, день. Затянутое плотными облаками небо расплакалось моросящим дождём. Капли дождя стали своего рода катализатором белой массы, и при таком избытке влаги ледяные образования начали расти как на дрожжах, увеличиваясь с пугающей быстротой. Свернув за угол соседнего дома, где легко просматривалась отдалённая округа, мы остановились. С восточной стороны, на сколько хватало глаз, торчали ледяные глыбы – призраки исчезнувших домов. Они казались гигантскими айсбергами, нелепо соседствующими с утончённой архитектурой городского пейзажа.
- Мне непонятно одно, – произнес Денис, всматриваясь в дождливую даль. – Что двигает ледяную массу в том или ином направлении? Ведь лед не расползается тупо во все стороны. Где-то он продвигается интенсивно, в иных местах словно притормаживает, а на некоторых участках стремительно продвигается вверх.
- Мне кажется, всё зависит от влажности воздуха, – выдвинул я свою версию.
-Что ты имеешь в виду?
- Заметь! – я начертил на земле отломленной веткой схему нашего квартала и примерную линию границы ледяного потока. – Основное обледенение отмечается в тех местах, где наиболее высокая влажность воздуха. Это ряд домов, расположенных ближе к лесопарку. Как известно, влаги в лесах гораздо больше, нежели на открытых площадях. Около прудов и речушек, – я указал рукой в сторону искусственного водоёма, – там обледенение охватило сразу три высотных дома. А здесь, на возвышенности, – я очертил эллипсом место, где мы находились в тот момент, – активность льда значительно ниже, хотя школьное здание, в котором расположен плавательный бассейн, обледенело значительно больше, чем соседние строения.
-Да. Наверное, ты прав, – согласился приятель, поднимаясь с корточек и выпрямляя затёкшую спину. – Пойдём в тачку, – предложил Денис, – ее всё равно нужно отгонять отсюда, а то пропадёт.

Холодный двигатель «нивы», немного покапризничав, стал набирать обороты. Через пять минут зелёный внедорожник словно в панике метался по тесным дворам, пытаясь отыскать путь к спасению. Ледяной поток перекрыл все выезды и смертельным кольцом окружил обречённый район. В некоторых местах он лишь узкой речушкой отделял нас от большой земли, но ширина этих протоков не позволяла безопасно перебраться на ещё не охваченную белой субстанцией землю. Самым узким местом был выезд из двора недалеко от подземного входа в метро. Можно было попытаться перескочить смертоносный рукав на автомобиле. Времени оставалось мало, так как дождь усилился, и мерзкое вещество принялось активнее расползаться в разные стороны, с каждой минутой пополняя новыми территориями свои и без того обширные владения.
- Ну что? Рискнём? – Денис выжидающе посмотрел на меня.
- Другого выхода, по всей видимости, нет, – я окинул взором безлюдную улицу и покрепче вцепился в дверную ручку, приготовившись к быстрому старту машины.
Хорошенько разогнавшись, автомобиль легко пересёк передними колёсами кромку льда и, проскочив ещё несколько метров, застыл как вкопанный, словно попал в топкое, непроходимое болото. Белый налёт сразу устремился вверх. Через несколько секунд примёрзшие колёса уже наполовину покрылись сверкающими кристаллами, которые неумолимо ползли всё выше, быстро подбираясь к закрытым дверям.
От резкой остановки я больно ударился головой о стекло, и теперь с моего рассеченного лба сбегали тёплые капельки крови. Приятель наскочил на рулевое колесо и сидел, едва дыша, обхватив руками ушибленную грудь.
- Быстро убираемся отсюда, – произнёс Денис, затем, превозмогая боль, перебросил через голову ремень своей увесистой сумки, открыл дверь и с трудом перебрался на играющую под ногами крышку капота.
Я бегло осмотрел салон, подобрал с пола свалившуюся аптечку и последовал его примеру. Поднявшись наверх, я сильно оттолкнулся ногами от машины и уже через секунду находился в шаге от серебристой кромки, пытаясь поймать брошенную приятелем сумку. Через мгновение Денис стоял рядом со мной и с нескрываемой печалью наблюдал, как ненасытная ледяная масса пожирает его единственный и до боли родной автомобиль.

Мы отошли на безопасное расстояние и принялись зализывать раны. Дождь смывал с моего лица следы крови, и на горизонте забрезжили розоватые ниточки солнечных лучей, едва просачивающихся сквозь редеющие облака. Смазав йодом большую гематому на груди приятеля и убедившись, что рёбра целы, я заклеил тонкой полоской пластыря свой рассеченный лоб и принялся внимательно осматривать, казалось бы, знакомую, но в тоже время сильно изменившуюся местность. Самым страшным оказалось то, что мы не выбрались из ледяного плена, а попали всего лишь на один из немногих островков земли, пока ещё не тронутых смертоносной стихией. Оставалось только два пути к спасению: спуститься в метро и под землёй попытаться достичь следующей станции, при условии, что лед туда ещё не добрался, или ждать спасения с воздуха, благо вдалеке кружилось несколько вертолётов, вероятно, спасавших таких же безбашенных идиотов, как и мы.
- Пока до нас доберутся по воздуху, – Денис окинул взором сжимающееся ледяное кольцо, – мы, скорее всего, уже превратимся в забавных рождественских снеговиков. А метро… – он взглянул на обледеневшую букву «М», висевшую над спускающимися вниз ступеньками, которые превратились в крутую скользкую горку, – боюсь, что здесь мы уже опоздали.
-Но есть и другой – северный вход!
- Думаешь, он ещё свободен? – приятель снова взглянул на вертолеты, которые медленно смещались в противоположную от нас сторону.
- Думать сейчас некогда – надо пойти и посмотреть, – вспылил я и двинулся в направлении другого входа. Денис поспешил за мной.
Нам повезло. Белая река сюда ещё не добралась. Мы быстро спустились вниз мимо безлюдных касс, через распахнутый турникет. Как ни странно, но станцию пока не обесточили, и всё на первый взгляд выглядело заурядно. Единственно, что было непривычным, – это застывшие эскалаторы, отсутствие людей, а главное – пропал обычно неумолкающий шум электропоездов. Тишина казалось гробовой. Мы поспешили вниз к посадочным платформам. С правой стороны, где должна производиться посадка пассажиров в сторону центра, поезда стояли следом друг за другом, словно трамваи на шоссе в момент беспросветной пробки. Рельсы слева оставались пустыми. Мы не могли определить количество составов, застрявших на этой станции, потому что спуститься с платформы или протиснуться в узкую щель между вагоном и стеной тоннеля было невозможно. Но, заглянув в этот узкий зазор, мы без труда могли рассмотреть убегающую во мрак череду застывшей техники.
-По всей видимости, следующая станция заблокирована, – предположил я, вглядываясь в озабоченное лицо приятеля.
- Как ни печально, но, вероятно, ты прав, – подтвердил он мои опасения. – Возможно, эта зараза уже добралась и туда.
- Но почему тогда не отключили подачу электричества?
- И слава богу! – Денис поправил ремень сумки, который давил на ушибленную грудь. – А то нам тогда полный…, – не закончив фразу, он направился к последнему вагону, расположенному в самом конце платформы. Дверь кабины машиниста оставалась открытой, и приятель без труда пробрался к панели управления поездом. Недолго думая я поспешил за ним, и уже через минуту мы внимательно разглядывали безжизненные приборы и обследовали пустой салон. Судя по оставленному термосу, заправленному ещё горячим кофе, а также личным вещам, которые обычно не бросают на рабочем месте, стало очевидно, что поезд оставили в спешке. Два электрических фонаря, снятые с руки часы, а также увесистый свёрток с бутербродами и фруктами – всё это лежало на краю приборной панели у лобового стекла.
- Что ты собираешься делать? – озадаченно спросил я, наблюдая, как Денис, словно бывалый машинист, нажимает различные кнопки и поворачивает подвернувшиеся под руку рычаги.
- Вообще-то я собираюсь поскорее отсюда смотаться. Ты не возражаешь? – приятель что-то повернул или нажал, после чего стрелки на приборах вдруг ожили, вспыхнули разноцветные лампочки, и электродвигатели поезда монотонно загудели. Вагоны начали судорожно подрагивать.
- Даже если ты справишься с управлением этой махины, не забудь, что мы находимся на конечной станции и в лучшем случае, сделав петлю, поезд окажется на противоположной стороне этой платформы, а в худшем – упрётся в тупик.
- Сейчас это неважно, – ответил он. – Главное – отсюда убраться, а там видно будет, – сказал приятель и нажал на очередную кнопку.
Двери вагонов зашипели, словно потревоженные змеи, и сомкнулись.
- Смотри! У тебя уже получается, – съязвил я, поглядывая, как Денис пытается отыскать кнопку, которая позволит этой голубой механической гусенице сдвинуться с места.
- А ты попробуй вот это, – я подал в сторону потёртую красную ручку.
Вагоны вздрогнули и медленно двинулись вперёд, неохотно набирая скорость.
- Молодец! – похвалил меня новоиспечённый машинист, и, немного разобравшись с управлением, включил яркие прожектора, а затем произвёл три коротких гудка, от чего у меня заложило уши.

Поезд словно вгрызался в черноту тоннеля. Из мрака на нас уставился синий глаз маневрового светофора, а в зеркале заднего вида уже показалось первое щупальце ледяного потока, которое, перекрыв платформу, устремилось вниз и стало подбираться к контактному рельсу. Через некоторое время вдали появились осветительные фонари, размещенные по бокам тоннеля. Рельсы разделились на несколько путей, соединяясь между собой чёрными перемычками автоматических стрелок. Поезд разогнался довольно быстро, но как его остановить в случае необходимости, пока оставалось непонятным. Внезапно замигали разом все лампочки как внутри кабины, так и за её пределами. Раздались громкие металлические щелчки, и было видно, как соседние рельсы вдруг задвигались, словно живые, терзаемые электроприводами путевых стрелок.
- Где-то проводка коротит, – произнёс Денис, наблюдая, как из некоторых силовых шкафов снопами сыпались искры, вызванные сбоем напряжения в электросети. На следующей развилке после очередного замыкания поезд резко бросило в сторону. Выскочив на боковой путь и продолжая набирать скорость, он вошёл в узкий тоннель. Стороннее освещение там отсутствовало, а мелькавшие с бешеной скоростью шпалы озарялись лишь судорожно мигающими прожекторами головного вагона. Нестабильная работа фар сопровождалась резкими перебоями в работе электродвигателей всего состава. Поезд стал замедлять ход. Затем во время очередной вспышки прожектора я увидел, что вдалеке тоннель перекрыт большими металлическими воротами.
- Ложись! – успел выкрикнуть я и немедля завалился на пол. Денис быстро понял причину моего странного поведения и также нырнул вниз, задев головой увесистый огнетушитель и больно ударив меня по уху подошвой своего кроссовка. Через мгновение раздался сильный удар, после чего на нас градом посыпались стекла. Вывороченные с корнем ворота, раздирая металлические бока несущихся вагонов, заметались в адской мясорубке между стенами тоннеля и поверхностью поезда. В кабине возник сильный сквозняк, словно при поездке в кабриолете без лобового стекла. Затем поезд сильно тряхнуло – вероятно, конструкция ворот попала под колёса одного из вагонов, после чего последовала серия сильнейших ударов металла о бетонные стенки тоннеля, и поезд, сильно накренившись на левую сторону, безнадёжно замер в объятьях кромешной темноты. Наступила гнетущая тишина.
-Ты живой? – чуть слышно произнёс я, всей душой надеясь, что приятель в порядке.
- Да вроде того, – через секунду послышался неуверенный голос Дениса из дальнего угла кабины.
- Что могло случиться? – я приподнялся на колени и стал на ощупь пробираться между свалившимися на пол вещами.
- Наверное, один из задних вагонов или сразу несколько сошли с рельсов, – сказал он, и в кабине вспыхнул свет.
В руках у Дениса находился фонарик – один из тех, которые до крушения лежали возле приборной панели, а сейчас очутились на полу. Второй фонарь также оказался исправным. Прихватив с собой свёрток с бутербродами (не пропадать же добру), я с трудом выбрался из вагона. Потирая ушибленные бока, я стоял, прислонившись к почерневшей стене тоннеля, и наблюдал, как пострадавший не меньше меня товарищ спускается из покорёженной кабины с брезентовой сумкой на плече. Поезд остановился вовремя. Дальше тоннель оказался до половины заполнен водой. Если бы мы проехали ещё каких-нибудь двадцать метров, выбираться пришлось бы вплавь. Я отдал бутерброды Денису, чтобы он положил их в сумку.
Нам не терпелось увидеть последствия аварии, и мы направились вдоль перекошенного состава с фонарями в руках. Два задних вагона завалились набок и разодрали металлическим корпусом стену тоннеля, отчего в бетонном покрытии образовалась глубокая выемка. В том месте, где стена была повреждена наиболее серьёзно, зияла пустота. Немного подумав, мы решили протиснуться в эту дыру – она могла стать для нас убежищем.

Мы очутились в небольшом гроте, продолжением которого служил узкий коридор, напоминавший прорубленный в породе штрек. Стены источали влагу, и пробираться дальше пришлось по щиколотку в воде. Через некоторое время мы вышли к старой железнодорожной ветке. Судя по состоянию рельсов, их давно не использовали по назначению. Дальше пришлось идти очень долго, пока затопленная местами дорога не привела в тупик. Промокшие ноги заледенели неимоверно, усугубляя наше положение. Под землей было невыносимо холодно, учитывая нашу «экипировку»: на мне была всё та же зелёная футболка, местами разодранная в пылу последних передряг, Денис же довольствовался тонкой штапельной рубашкой.
Чуть в стороне от металлического отбойника, в который упирались рельсы, луч фонаря выхватил из мрака ржавую дверь. Стальная задвижка противно лязгнула – и мы очутились в длинном неряшливо оштукатуренном коридоре, от которого в разные стороны разбегались боковые проходы. Нам пришлось очень долго петлять по хитросплетённому лабиринту, пока в конце одного из переходов не забрезжил спасительный свет. Как мотыльки ночной порой стремятся к яркому огню, так и мы, почувствовав прилив оптимизма, потянулись к вожделенным лучам надежды. Наконец нам удалось выбраться из мрачных катакомб, и ноги снова оказались на сухой бетонной тверди. Железнодорожная ветка, на которой мы очутились, убегала в освещённую подземную даль, а немного в стороне на грузовой платформе слышались голоса людей, скрежет передвигаемых предметов и слабое пощёлкивание реле электрокара, снующего между загруженными поддонами.

Подойдя ближе, мы решили на время затаиться среди наставленных неподалёку громоздких зелёных ящиков, чтобы оценить обстановку. Точка, с которой нам довелось наблюдать за происходящим, оказалась очень удобной в стратегическом отношении, так как вся платформа просматривалась как на ладони и позволяла нам самим оставаться незамеченными.
Наше поведение было оправданным ввиду того, что на платформе находилось несколько вооружённых автоматами людей в странной униформе, и покажись мы им на глаза, никто не мог дать гарантии, что их реакция при виде непрошеных гостей будет миролюбивой. Через некоторое время из глубины тоннеля стали доноситься звуки приближающегося поезда. Затем к платформе подошёл состав из нескольких грузовых вагонов. Они лишь отдалённо были похожи на привычные вагончики метрополитена и больше напоминали товарные железнодорожные теплушки, только в миниатюре. Вагоны толкал небольшой ярко-красный электровоз, похожий на один из тех игрушечных паровозиков, подаренных мне отцом в детстве. Контактный рельс здесь отсутствовал. Вместо него под потолком тоннеля тянулся толстый стальной провод, через который при помощи небольшого пантографа, расположенного сверху электровоза, осуществлялась подача электричества на эту подземную машину.
-Угораздило же нас! – тихо прошептал Денис, продолжая разглядывать подходящий состав.
- А чего, собственно, мы боимся? – с недоумением произнёс я. – Давай подойдём к людям и всё объясним. Что они, не поймут?
- По всей видимости, это какой-то секретный объект, и стоит нам только показаться им на глаза, поверь мне, нас сразу же пристрелят, – чуть слышно произнёс приятель, а потом добавил: – Или немного позже.
- И что ты предлагаешь?
Денис достал пачку сигарет, поднёс ее к лицу и вдохнул запах табака, перемешанного с ароматом вишни: – Сейчас бы курнуть, жаль нельзя, – он убрал сигареты в боковой карман сумки. – Короче, ещё немного подождём, и надо сматываться отсюда. Поищем другой путь наверх.
-Да. Наверно, это будет разумно, – согласился я и уселся на бетонный пол, навалившись спиной на ящик.
Через минуту на платформе появилось ещё несколько электрокаров. Они принялись ловко распихивать по вагонам загруженные паллеты, скопившиеся на площадке. Через час работа была закончена, и один из автоматчиков выкрикнул громко, чтобы слышали все: – Заканчивай, мужики. Пойдём перекусим!
Пакгауз быстро опустел, и наступила тишина.
- А может забраться в один из вагонов, пока они открыты, и будь что будет? – предложил я, и после одобрительного кивка приятеля мы стали пробираться в сторону состава. Через некоторое время я и Денис сидели в дальнем углу одного из вагонов, затерявшись среди тюков и коробок, сжимая наудачу задубевшие от холода кулаки.

[farvater]

Глава 5. На грани отчаяния

- Откуда они взялись?! – в смятении произнесла Алена, сдунув со лба непослушную прядь волос, – Ненавижу пауков!
Она отступила на шаг, продолжая удерживать под прицелом самую агрессивную особь.
- Их много, и нам с ними не справиться, – запаниковал Василий.
Насекомые были огромными. Некоторые из них достигали размеров крупной собаки.
Оценив обстановку, Константин быстро достал из кейса пиротехническое устройство, запалил и осторожно, чтобы не задеть головы товарищей, зашвырнул горящий факел в сторону враждебных чудовищ. Фальшфейер упал на бетонный пол, озарив красным сиянием стены и потолок каменного прохода. Мохнатые пауки при виде слепящего пламени стали недовольно пятиться. Но отступала лишь небольшая группа, находившаяся в первых рядах воинствующей когорты. Остальные не могли знать причины внезапной заминки своих сородичей и продолжали тупо напирать.
- Немедленно убираемся отсюда, – Саша подался назад, увлекая за собой друзей. Немного отойдя от зловещего прохода, группа развернулась и бросилась прочь от ужасного места. Спрыгнув с платформы на пути, ребята бежали что было сил – подальше от смертельной опасности. Достигнув дрезины, они, словно заправские бобслеисты, принялись разгонять свой механический боб, после чего запрыгнули на борт.

В это время несколько пауков, успешно перевалив через «кучу малу» из своих собратьев, энергично перебирая цепкими лапами, ринулись вдогонку за ускользающей добычей.
Жалобно поскрипывая, тележка мчалась так быстро, насколько хватало человеческих сил, разогнавших спасительный механизм. Но этого было недостаточно. Устремившиеся в погоню пауки передвигались легко и проворно. Они мчались, играючи обгоняя друг друга. Каждый старался первым добраться до преследуемых жертв, отталкивая сородича и путаясь под ногами. Насекомые умудрялись бежать по вертикальным стенам, иногда по потолку тоннеля, перескакивая друг через друга и издавая пронзительные звуки, от которых становилось невыносимо жутко. Когда стало очевидным, что твари неумолимо приближаются, Саша достал пистолет и приготовился к отражению атаки. В одной руке он держал оружие, в другой – фонарь. Роль прожектора теперь выполнял Василий, мускульной тягой служили крепкие руки Алекса и Кости, а ответственность за уничтожение живой силы противника была возложена на Алёну и Александра.

«Тачанка» мчалась стремительно, рассекая застоявшийся воздух подземелья.
Раздался первый выстрел. Одно насекомое повалилось на рельсы, словно подкошенное. Разрывная пуля, попав в тело паука, снесла часть туловища, которая кровянистыми ошметками разлетелась по стенам тоннеля. Алёна неплохо справилась с задачей, и большая часть насекомых мгновенно набросилась на останки развороченного тела. Однако небольшая кучка преследователей, не обратив внимания на погибшего собрата, продолжила азартную охоту, приближаясь всё ближе к заветной цели. Выстрелы теперь следовали один за другим. Мохнатые тушки разлетались в клочья, словно стендовые тарелочки. Это продолжалось до тех пор, пока под пляшущими лучами фонарей не остался последний паук. Осознав своё положение, насекомое внезапно остановилось и на мгновение замерло. Затем, развернувшись задом в сторону удаляющейся тележки, паук, словно прицеливаясь, приподнял пузатое брюхо и выпустил из своих желёз пучок липкой паутины. Клейкие капельки, располагавшиеся на конце каждой шелковистой нити, зашлёпали по стенам и шпалам, совсем рядом с дрезиной и одна из них угодила прямо Василию в голову. Не поняв, что произошло, парень привстал и протянул руку к липкому затылку. Ладонь накрепко приклеилась к волосам. Затем последовал резкий толчок, и парень вылетел из тележки, словно всадник из седла, пленённый прочным арканом врага. Его тело, ударившись о шершавую стену тоннеля, упало на мелькающую, словно киноплёнка в проекторе, вереницу шпал и застыло чёрным пятном в глазах удаляющихся друзей. Мохнатый хищник, увидев, что наконец достиг цели, издал пронзительный победный звук и поспешно засеменил к бездыханному телу. Но тело оказалось ещё живым. Оно даже приоткрыло глаза, когда безжалостное насекомое уже собиралось вонзить своё ядовитое жало в беззащитную плоть. Внезапно раздался истошный визг металла. Паук на мгновение отвлёкся. Дрезина остановилась. Шквал пуль из стволов натренированных стрелков разделил многоногое существо на множество неузнаваемых фрагментов.
Наступила напряжённая тишина. Через мгновение раздался слабый отдалённый стон. Стало понятно, что Василий жив. Друзья быстро подали дрезину назад. Парня аккуратно уложили на край тележки и, не медля ни секунды, группа двинулась дальше. Через некоторое время под воздействием нашатыря, с перебинтованной головой и изодранными коленями, «колдун» начал приходить в себя. Он до сих пор не мог поверить, что остался жив и, превозмогая боль, шептал молитвы. Как ни странно, но при таком падении парень отделался весьма легко. Уже через час он сменил Алекса и занял его место за ручкой привода дрезины, а ещё через час, когда вдалеке замаячили колонны очередной платформы, он даже начал мурлыкать себе под нос незатейливую песенку.

- Всё! Тишина! – Саша жестом велел остановить дрезину. – Оставайтесь здесь. Мы с Алёной осмотрим местность.
Напарники соскочили с тележки и, взяв стволы на изготовку, направились в сторону невысокой платформы. Обойдя все углы и закоулки пакгауза, Алена посигналила фонарем, дав понять остальным, что местность безопасна и можно смело подъезжать ближе. Было уже поздно – время перевалило за полночь. Утомившиеся исследователи от усталости и нервных потрясений едва стояли на ногах. Пришла пора устраиваться на ночлег. Собрав по округе все, что могло гореть: остатки старых поддонов, полусгнившие доски от транспортировочных ящиков и другой хлам – они развели костёр. Пока Константин открывал консервные банки и готовил ужин, Алёна более тщательно осмотрела и обработала ссадины и ушибы пострадавшего товарища. Ещё раз обойдя местность, Саша дал команду к отбою.

Отдых продолжался недолго. Ребята, меняя друг друга, дежурили возле потрескивающего костра. Прошло около четырёх часов, с тех пор как они появились на платформе, и пока всё выглядело относительно спокойным.
Местность казалась мрачной и неприветливой. Амбразуры разрушенных проходов таращились из полумрака затенёнными глазницами. Возможно, один из этих ходов и являлся дорогой к спасению, но наверняка этого знать не мог никто. Уже одно то, что здесь не было паутины, вселяло зыбкое чувство спокойствия.
Костёр догорал. Головешки дров мерцали в темноте рубиновыми початками, неслышно оседая и превращаясь в золу. Саша нёс вахту, устроившись возле огня, временами озираясь по сторонам и прислушиваясь к обманчивой тишине. Округа томилась в тревожной дрёме. Лишь потрескивание тлеющей древесины да ровное дыхание спящих друзей нарушали безмолвие. Сашины веки смыкались. Он погружался в тревожный сон. Где-то в глубинах сознания, словно сквозь глухую стену, неожиданно возник далекий, еле различимый, вой. Парень тут же открыл глаза, поднялся на ноги и стал пристально вслушиваться, пытаясь определить, откуда доносится этот протяжный, едва уловимый для уха, гул. Это напоминало далёкое завывание сирены и вытекало звуковой струйкой из тоннеля, в который после отдыха собирались отправиться исследователи. Вскоре всё утихло.
Александр разбудил спутников и рассказал о странном явлении. Друзья с трудом приходили в себя после сна. Чувство усталости не отступило, словно и не спали.
- А может, это шум поезда? – предположил Василий, вглядываясь в черноту тоннеля.
- Ты думаешь, я идиот?! – Саша торопливо застегнул пуговицы на штормовке. – Звуки движущегося поезда я бы отличил от воя сирены.
- Что тут гадать, – Костя пристроил за плечами свой кейс, – другого выхода у нас всё равно нет. Нужно двигаться только вперёд, – парень кивнул в направлении тоннеля.
- Действительно, – Алекс уже стоял наготове, держа в руке горящий фонарь, – отступать некуда, – он с сочувствием посмотрел на покрытое ссадинами лицо «колдуна».
- Тогда в путь, – Алёна уселась на своё место впереди дрезины и опустила рычаг тормоза.

[farvater]

Продвигались исследователи теперь не так быстро, внимательно вслушиваясь и всматриваясь в то, что таил в себе подземный мрак. У ребят было такое чувство, что они очутились в пещере ужасов одного из городских луна-парков. Только все ужасы здесь представлялись не какой-то бутафорией. Они были настоящими – кошмарной реальностью.
Таким образом команда единомышленников двигалась около часа. Нередко луч фонаря пересекали небольшие крысы-альбиносы. Животные неожиданно выскакивали из многочисленных норок, отражая ослепительно белой шкуркой яркий свет фонарика, и мгновенно скрывались в подобных же укрытиях на противоположной стороне железнодорожного полотна, вызывая своим поведением, да и самим существованием здесь, вдалеке от людских жилищ, необъяснимый страх. Скрип старой дрезины, судя по всему, нарушил покой здешних обитателей, вызвав среди них суету и смятение.
- Это невероятно! – произнёс Алекс. – Такое скопление белых мышей, точнее крыс, ещё не встречал. А ведь этой ораве нужно чем-то питаться! Значит, неподалёку должен находиться источник, поддерживающий их существование, – например, хранилище продуктов, зерна или что-то подобное, – «мыслитель» обвёл взглядом друзей и умолк.
- Ну ты голова! – саркастически сказал Костя, продолжая работать вконец опостылевшим рычагом дрезины. – Сами бы мы не догадались.
- А действительно, ребята, – Алёна на минуту повернулась к группе. – Откуда такое количество живности под землёй?
- Колдун, ты чего молчишь? – Саша толкнул плечом сидевшего рядом приятеля. – Давай, выскажи свою точку зрения.
- Да я всё размышляю, – ответил Вася, очнувшись от раздумий. – Мне не даёт покоя мысль, как этот учёный, по чьим следам мы сюда забрались, смог проскочить мимо пауков-людоедов невредимым?
- «Невредимым»?! Это громко сказано – его ведь нет в живых, - произнёс Александр, продолжая налегать на рычаг.
- Но погиб-то он уже при других обстоятельствах! – не успокаивался Василий.
- Ничего удивительного, – Алёна снова развернулась по направлению движения тележки, продолжая освещать дорогу. – Когда мы приехали на ту платформу, пауков там не было. Вероятно, и он успел проскочить, пока насекомые отсутствовали.
- Интересно, а чем эти паукообразные чудовища питаются? – продолжил рассуждения «колдун».
- Пожирают себе подобных тварей, – ухмыльнулся Константин. – Ты же видел, как они набросились на подстреленного Алёной сородича!
- Процветай у них только каннибализм, эти существа не смогли бы так быстро производить потомство. Они все давно бы повымирали, – высказался Алекс.
- Значит, у них существует ещё какая-то подкормка, – Алёна снова повернулась к ребятам. – Например, мумия, которую мы обнаружили, или эти крысы, снующие туда-сюда, или что-то ещё – мы ведь не успели обследовать то место.
- Одной мумии на всех маловато, – Константин взглянул на Алёну, – да и крысы там не попадались. Одни загадки, ей-богу!
- Держитесь крепче! – выкрикнула девушка и сильно дёрнула тормозной рычаг.
Дрезина резко замедлила ход и остановилась – всего в нескольких сантиметрах от металлического отбойника в тупике.
Железнодорожное полотно оборвалось рядом с очередной платформой, устроенной как разгрузочная площадка и снабженной системой талей и другими такелажными приспособлениями. Дальше тоннель пролегал уже без рельсов, убегая земляным рукавом в черноту подземного пространства.

Оставив дрезину, группа отправилась обследовать незнакомую местность. Вскоре ребята собрались в глубине разгрузочной площадки, недалеко от высоких зелёных ворот, предваряющих вход в какое-то помещение.
Рядом, на платформе, выстроившись вдоль жёлтой линии, словно отслужившие своё солдаты, возвышались старые раскуроченные станки. Они застыли абстрактными изваяниями, отбрасывая замысловатые тени, оживающие под лучами ярких фонарей.
- Похоже, что где-то обновили оборудование, – произнес Костя, с силой крутанув ржавую фрезу на одном из агрегатов.
- Итак, что мы имеем? – Саша обвёл взглядом спутников, словно командир вернувшихся с задания разведчиков.
- Ну… ворота с внешней стороны не открыть – это однозначно, – Алекс бросил взгляд на громадные чугунные створки, плотно прилегающие друг к другу, через которые не прополз бы и клоп.
- Других дверей здесь нет! Я осмотрела всё вокруг и ничего похожего не обнаружила, – Алёна направила луч фонаря в сторону арки тоннеля. – Железная дорога закончилась, и дальше можно передвигаться только пешком.
- Слева от ворот, где лежит свалившаяся металлическая опора (одна из тех, что подпирают своды тоннеля), я заметил немного паутины, как та, что мы видели у логова пауков, – произнёс Вася, указывая рукой в сторону того места.
- Значит, выход отсюда только через эти ворота? – Александр снова посмотрел на друзей.
- По всей видимости, это так, – Костя попытался подтолкнуть гигантские двери плечом, но они даже не шелохнулись.
- Короче, с воротами нам не справиться, – выключив фонарь, Алекс закрепил его на поясе. – Остаётся одно: двигаться дальше по тоннелю на своих двоих.
- Пешком?! – возмутилась Алёна. – Так мы далеко не уйдём. На дрезине и то, сколько ехали, а толку чуть.
- А что прикажешь делать? – Саша с укором посмотрел на девушку. – Остаться здесь и ждать помощи неизвестно от кого?
Снова зазвучал отдалённый вой сирены, подобный тому, который Саша слышал во время отдыха группы. Он был протяжным и жутковатым, вызывающим беспричинный страх, порождая неприятное чувство надвигающейся беды. Этот звук доносился со стороны ворот, но не из-за них, а откуда-то сбоку. Стена, в которой находилась ниша с воротами, имела продолжение. Она уходила влево параллельно каменной платформе и через пару десятков метров упиралась в торец тоннеля. Костя пошёл вдоль неё, прислушиваясь и осматривая с помощью фонаря каждый метр железобетонного бастиона. Наконец он остановился, задрав голову вверх, и радостно воскликнул:
- Есть!!!
Ребята подошли к тому месту и под светом сразу нескольких лучей, на трёхметровой высоте, увидели едва различимую металлическую решётку. Она сливалась с почерневшей от времени штукатуркой и дышала чуть колышущимися на сквозняке невесомыми хлопьями застарелой пыли и паутины, напоминая давно не чищенную вентиляционную решетку в запущенном доме. Звуки сирены утихли, и лишь их слабые отголоски сливались со свистом в ушах, порождаемым кромешной тишиной.
- Вытяжка хотя и небольшая, но некрупный человек в неё, думаю, пролезет. Это шанс! – Саша достал пистолет и, прицелившись, выстрелил в решётку. Пуля попала в крепёжный болт, отскочила и рикошетом стеганула по талевому монорельсу, на что тот ответил сдержанным, словно колокольным, звоном. Угол решётки немного отошёл от стены, и образовалась небольшая щель.
- Я сейчас, – Костя ненадолго исчез, затем вернулся с длинной арматурой в руках. – Это должно сработать, – он с трудом просунул конец металлического стержня в образовавшийся зазор и стал раскачивать решётку из стороны в сторону. Ржавые болты постепенно ослабли, и через минуту, отделившись от основания, решетка с грохотом рухнула на пол, подняв небольшое облачко желтоватой пыли. На фоне грязно-серой стены обозначился чёрный квадрат вентиляционного отверстия.
- Я, пожалуй, пролезу в этот люк, – Алёна посмотрела на друзей, – только меня нужно подсадить.
- Одной туда соваться опасно, – Саша с ног до головы осмотрел стоявших перед ним людей. – Пожалуй, Василий по комплекции подойдёт. Ростом практически с Алёну. Худой. Думаю, не застрянет!
- Я? – произнёс парень, явно испугавшись такого поворота событий. Но почувствовав на себе пристальный взгляд девушки, сконфуженно добавил: – Ну если это необходимо!
Он отложил кейс, сбросил всё лишнее и остался в рабочей спецовке, с фонарём в руке. Алёна также освободилась от не нужного на данный момент снаряжения, оставшись в облегающем спортивном костюме и с пистолетом в подмышечной кобуре. В таком виде она была похожа на Анджелину Джоли в образе Лары Крофт.
- Забирайся, – Алекс плотно прижался к стене, а Саша помог девушке влезть на его плечи. Таким же образом поднялся и Василий.
- Удачи вам, ребята! – подбодрил друзей Костя. – Понапрасну не рискуйте!
Лазутчики, едва протискиваясь меж стенок воздуховода, на корточках, поползли вперёд.

[farvater]

Оставшаяся троица, дождавшись, пока шорохи наверху не утихнут, принялась обсуждать план дальнейших действий.
- Значит так, мужики! Пока они обследуют вентиляционные короба, нужно проверить, как далеко тянется тоннель и возможно ли по нему продвигаться дальше. Оставьте свои вещи здесь и немного прогуляйтесь, – Саша указал рукой в ту сторону тоннеля, где отсутствовали железнодорожные пути. – Может, чуть дальше с рельсами всё в порядке. Если это так, нам останется всего лишь перетащить туда дрезину и продолжить путь. В любом случае далеко не отходите! Я останусь здесь, но если потребуется, приду вам на помощь. Они, – Саша посмотрел на чёрный глаз вытяжки, – наверняка, вернутся быстро. Им потребуется помощь, чтобы спуститься обратно.
- Добрó! – Костя поправил прилаженный на поясе охотничий нож. Друзья сбросили с себя кейсы, включили фонари и через минуту скрылись в горловине тоннеля, откуда ещё некоторое время доносились обрывки их непринуждённой беседы.

Короб воздуховода извивался, как запутанный лабиринт. Алена перемещалась ловко, словно кошка. «Колдун» едва за ней поспевал. Путь петлял то влево, то вправо. Иногда приходилось спускаться вертикально вниз, а порой требовалось подсаживать друг друга, чтобы добраться до верхнего изгиба лабиринта. Наконец короб вновь обрел горизонтальное направление.
Воздуховод пересекал длинное помещение. Напарники задержались у большой решетки, которая располагалась прямо под ними. Сквозь щели можно было рассмотреть то, что находилось за пределами замкнутого пространства, в котором уже полчаса томились скрюченные люди. Выяснилось, что ребята находятся под потолком промышленного цеха. Это помещение не выглядело заброшенным. Наоборот. По всей площади огромного зала строгими рядами расположились сверкающие синей краской, новенькие станки. Темнота преобладала, но не везде. В дальнем углу строения виднелась застеклённая кабинка, в которой помигивала неисправная лампа дежурного освещения. – Вероятно, здесь находится секретное производство, – вслух предположил Василий, вглядываясь в настороженное лицо девушки.
- Скорее всего, так и есть. Но тогда где же люди? Где рабочие? – шепотом, словно боясь, что её услышат, произнесла Алёна.
- Заметь, – Вася направил луч фонаря на ближайшие станки, – оборудование только монтируется. Видишь торчащие из пола провода? Так что рабочих может и не быть. Если только наладчики.
-Ладно. Двигаемся дальше, – девушка проползла несколько метров вперёд и остановилась.
Её насторожил усиливающийся металлический скрежет, возникший под коленями. Затем прямо за ней короб начал прогибаться. В районе соединительного стыка, как раз между девушкой и напарником, крепление лопнуло, и многометровая секция воздуховода рухнула вниз прямо на станки. Парень едва успел ухватиться за край конструкции, где находилась Алена, и теперь болтался, как бельё на ветру, пытаясь забраться в спасительный короб. Высота, с которой Вася мог загреметь, была более чем достаточной – после такого падения фрагменты его тела ещё долго бы извлекали из деталей станков. Алёне потребовалось много усилий и сноровки, чтобы затащить парня обратно. Едва она справилась с этой работой, за спиной послышалось мерзкое стрекотание и странное пощёлкивание. Девушка повернула голову и в ужасе замерла. Прямо на неё, самодовольно шевеля противными членистыми лапами, надвигалось существо, похожее на гигантского скорпиона с длинными чешуйчатыми крыльями, судорожно вздрагивающими на ороговелых боках продолговатого туловища. Чудовище неумолимо приближалось и явно с недобрыми намерениями. Медленно, чтобы не спровоцировать преждевременное нападение хищника, Алена подтягивала подрагивающую руку к кобуре. Затем, плотно сжав холодную рукоять пистолета, она аккуратно сдвинула пальцем кнопку предохранителя и, резко вскинув оружие, открыла огонь. То, что секунды назад выглядело грозным хищником, теперь валялось в виде разбросанных частиц биомассы и поблескивало кровянистой слизью. Лишь несколько оторванных конечностей еще недолго вздрагивали, словно прощаясь с уползающими в темноту людьми.

Тем временем два других исследователя, увлечённо беседуя, шли по тёмному тоннелю в поисках исчезнувшего железнодорожного полотна. Они прошагали больше километра, но впереди им встречались только обрушившиеся местами стены да затопленные грунтовыми водами небольшие ямы. Ничего похожего на рельсовую магистраль.
- Такое ощущение, что строительные работы здесь не проводились.
- Похоже на то, – Алекс осветил фонарём грубо обработанный свод тоннеля. – Наверно, в своё время эту ветку хотели вести дальше, но потом по каким-то причинам передумали и забросили.
- Смотри, Алекс! – приятель привлёк внимание друга к уходившему в сторону ответвлению. Это был своего рода аппендикс в основном рукаве тоннеля.
- Любопытно, – Костя провёл ладонью по гладкой поверхности стенок ответвления. – Здесь нет следов от инструментов, спирального рисунка от бура или машины для проходки тоннелей, – он на несколько шагов углубился в проход. – Такое ощущение, что сквозь землю тащили исполинский трос величиной с… вагон!
Алекс догнал приятеля, и они пошли дальше. Штрек петлял, как болотный уж, уводя исследователей всё дальше. Через некоторое время почва под ногами стала мягкой и пружинистой, словно люди шли по скрытой трясине, порой покачиваясь и теряя равновесие.
-Тут что-то не так, – Алекс остановился, придержав рукой приятеля, и принялся внимательно изучать своды тоннеля, освещая фонариком побагровевшие стены. Просторный в начале пути коридор сузился, и его стены приобрели кольчатую структуру. Казалось, ребята находятся внутри большого гофрированного шланга с припорошенными влажной землёй красноватыми стенками, и если присмотреться внимательнее, то можно было заметить, что весь тоннель временами вздрагивает, словно огромное пульсирующее сердце.
- Смотри! – Костя дернул приятеля за рукав, указывая взглядом на то, что происходило за их спинами.
На расстоянии десяти шагов, в том месте, где они совсем недавно прошли, края тоннеля по периметру начали медленно сужаться к середине, словно затягиваемая прочным шнуром тряпичная горловина походного мешка. Затем из глубины вдруг ожившего и колышущегося, словно студень, штрека стали доноситься жуткие гортанные всхлипы и клокотание. Казалось, люди попали во чрево гигантской змеи, а её разинутая пасть вот-вот закроется.
- Быстрее уходим! – Алекс подтолкнул друга, и они что было сил, утопая ногами в вязкой трясине, поспешили в сторону закрывающегося прохода. Костя первым выскользнул из узкой горловины и, почувствовав твёрдую почву под ногами, остановился, чтобы помочь оступившемуся приятелю. Алекс карабкался к выходу. Его обессилевшее тело надёжно застряло в ужасной горловине, пройдя только часть пути. Ему оставалось преодолеть всего лишь шаг, что на тот момент оказалось уже невыполнимым.

[farvater]

Изрядно утомившись, изодрав в кровь и без того травмированные колени, Вася задержался, чтобы восстановить дыхание.
- Ну что там? – Алёна обернулась, тяжело дыша. – После отдохнём, – поторопила она напарника.
Парень глубоко вздохнул и, собрав остаток сил, последовал за девушкой.
Чуть дальше лаз расширился на три четверти, и образовалась своего рода площадка, к которой со всех сторон примыкали воздуховоды, подобные тому, по которому перемещались ребята. Они опускались сверху, строгими лучами разбегались в стороны, параболическими отводами устремлялись вниз. У основания каждой вытяжки находились широкие задвижки, приводимые в действие изогнутыми рычагами с подведенными к ним тросами. Посредством этих нехитрых устройств, при необходимости, перекрывался нужный воздуховод, и это регулировало воздушные потоки в вентиляционной системе. «Колдун» подобрался к одной из задвижек и попытался привести в действие поржавевший механизм. Заслонка, повинуясь усилиям человека, со скрипом подалась вниз.
- Работает, – удовлетворенно прошептал Вася.
- Тсс! – зашипела вдруг Алена, прислушиваясь к непонятным звукам. Они приближались с пугающей быстротой.
Казалось, стая голодных волков рыщет по запутанным вентиляционным коробам, сопя и вынюхивая добычу, со скрежетом отталкиваясь острыми когтями от металлической поверхности.
Не дожидаясь кульминации, Алёна достала оружие и подтолкнула парня к спускавшемуся вниз металлическому рукаву: – Забирайся быстрее туда! Я прикрою, если получится.
Вася поспешил к оцинкованной трубе и, забравшись в неё, скользнул вниз, едва сдерживаясь, чтобы не завопить на всю округу. Алёна отправилась следом, но неожиданно замешкалась возле заслонки пытаясь закрыть за собой проход. Металлическую пластину заклинило.
В ярком свете фонаря метнулась тень первого выбравшегося из воздуховода монстра. Это было чудовище, похожее на то, что повстречалось им совсем недавно. Но теперь их стало слишком много. Из соседних коробов, один за другим, стали появляться такие же твари. Алёна с силой дёрнула неподатливую заслонку, но она опустилась лишь на половину и замерла, упершись в отвратительную клешню, которую успел просунуть подоспевший хищник. Девушка направила ствол пистолета в омерзительную конечность и, отвернувшись, нажала на спусковой крючок. Высвободившаяся заслонка легко проскочила вниз, щёлкнув в конце спасительным фиксатором. Немного передохнув, Алена последовала по тому же пути, что и её спутник.

Василий мчался головой вниз по узкой трубе. Руками и ногами он упирался в гладкие стенки воздуховода, пытаясь хоть как-то замедлить стремительный спуск. Но всё тщетно. Зацепиться было не за что. Даже стыковые швы, на которые постоянно натыкались руки парня, не могли обуздать скорость разогнавшегося тела. Через несколько секунд Вася сильно ударился головой о металлическую преграду и, пролетев несколько метров, рухнул на что-то мягкое и холодное. Это «что-то» существенно смягчило падение, и он, зажмурив глаза, замер. Вася почувствовал, что упирается лбом в щетинистую поверхность, источающую отвратительный запах.
Металлическая решётка вытяжки с грохотом отскочила в противоположную сторону. Через мгновение парень вскочил на ноги и метнулся к стене, возле которой валялся чудом уцелевший фонарь. «Колдун» поднял его и осветил тускнеющим лучом помещение. По всем признакам, это был морг. Типичная для такого места обстановка: отделанные до потолка белым кафелем стены; широкая ванна из нержавеющей стали – вся в кровавых подтёках; несколько столов с покоящимися на них трупами и чуть в стороне – огромная холодильная установка с множеством ячеек, напоминавших привокзальные камеры хранения. Что показалось Васе необычным (если, конечно, обстоятельства, в которых он оказался, вообще можно назвать обычными), так это гора трупов, сложенных как попало у стены. На эту «гору» бедняга и приземлился. На полу, среди разбросанных фрагментов человеческих тел, валялся хирургический инструментарий, а прямо возле его ног лежала оторванная голова (именно оторванная – не отрезанная) с рыжей запущенной бородой и закатившимися белками глаз.
Парня охватил нестерпимый ужас. Он попытался облокотиться на стоявшие позади носилки, чтобы не упасть в обморок. Его рука оперлась на лицо лежавшего там трупа, и большой палец угодил прямо в раскрытый рот мертвеца. В тот момент Вася испытал самое омерзительное ощущение в своей жизни. От ужаса он вскрикнул, и многострадальный фонарик, выпав из рук, погас теперь уже навсегда.
Через мгновение сверху послышался нарастающий шум скользящего по воздуховоду тела. Спускалась Алёна. В темноте, на ощупь, «колдун» поспешил в сторону приближающегося звука и принял боксёрскую стойку, подав корпус вперёд и упершись ногой в основание ножки стола. Это позволяло частично принять удар на себя и тем самым смягчить падение девушки. Пулей выскочив из короба, Алёна врезалась в подставленное плечо товарища и жестко, но без травм, упала на кафельный пол. После сильного удара парень снова очутился на куче трупов в обнимку со знакомым мертвецом. Едва придя в себя, он вскочил и как ошпаренный бросился к девушке, чтобы помочь ей подняться. Благо её фонарь не пострадал, и ужасное помещение снова наполнилось светом.
- Да!!! – произнесла Алена, обводя подрагивающим лучом фонаря «трупный пейзаж». - Жучки изрядно поглумились над этими телами,
- Какие жучки? – недоумевая спросил парень.
- Там наверху их тьма, – сообщила девушка. Столб света упёрся в большую корзину, над которой высилась груда разорванного и окровавленного тряпья. – Один из таких жучков напал на нас, когда ты чуть не свалился на станки.
- Ничего себе жучок! – Вася подошёл к освещённой корзине. – Тот был самым настоящим монстром, – он брезгливо двумя пальцами поднял кусок оранжевой тряпки, на которой обозначилась окровавленная нашивка знака биологической опасности.
- Знакомый комбинезончик, – Алёна внимательно рассмотрела обрывки одежды. – Вероятно, вся эта униформа снята с находящихся здесь трупов.
- Ты думаешь, эти твари каким-то образом забрались сюда и устроили кровавое пиршество? – парень взглянул на плотно закрытую дверь, часть которой виднелась из-за матовых стенок стеклянного шкафа, затем на чёрное пятно воздуховода, которое до их падения было закрыто прочной решёткой.
- Они разделались с этими людьми где-нибудь в другом месте. Сюда доставили уже обезображенные тела. Но это всего лишь мои догадки. Может они… – девушка посмотрела на погибших мужчин и женщин, изуродованных и теперь лежавших скрюченными в нелепых позах, – может их постигла совершенно другая смерть. Например, транспортная катастрофа! В любом случае нужно поскорее выбираться отсюда. Ребята нас заждались и, наверное, переживают. Необходимо как можно быстрее найти путь к чугунным воротам и попытаться их открыть. Сообща будет проще разобраться в этом кошмаре.
Алёна подошла к белой двери и опустила вниз серебристую ручку. Вопреки пессимистическим ожиданиям преграда, скрипнув, подалась вперёд. Они очутились в служебном помещении, где, кроме стола с остатками заплесневелой пищи, разложенной вокруг электрического чайника, да шкафа, забитого служебной одеждой и обувью, больше ничего не было. Алена и Вася пересекли помещение, прошли через следующую дверь и, свернув за угол, отправились дальше по длинному коридору.

Пред ребятами стояла трудная задача – не имея ориентиров разыскать в незнакомом месте нужный путь, и всё это после часового мытарства по лабиринтам воздуховода. Дежурное освещение и информационные таблички над дверями оказались кстати. Минуя бойлерную, друзья пересекли широкую столовую. Немного запутавшись в хитросплетениях плохо освещенных коридоров, они вскоре очутились перед вывеской «Производство № 8БИС17».
Алена, взяв в руки пистолет, извлекла обойму.
- Негусто, – вздохнула она, обнаружив всего три патрона. – Случись что-то серьёзное, нам конец, – девушка вставила обойму на место, передёрнула затвор и осторожно приоткрыла дверь.
-То, что нужно! – произнёс Василий, очутившись внутри промышленного комплекса, состоявшего из нескольких конвейерных линий, несметного количества станков и другого современного высокотехнологичного оборудования. Заметив вдалеке покорёженную секцию воздуховода, едва не ставшую причиной его гибели, парень окончательно убедился, что они на верном пути.
Помещение оказалось гораздо больше, чем могло показаться сквозь щели решётки воздуховода. Цель близка. Зелёные ворота, за которыми их поджидали товарищи, находились в дальней стороне огромного цеха размером со стадион.

[farvater]

Костя стоял как зачарованный рядом с гигантской головой штрекового червя. Прямо перед ним, на расстоянии вытянутой руки, задыхаясь и корчась от боли, погибал товарищ. Константин пребывал в шоке. Он не понимал, что можно сделать в этой ситуации. Как помочь другу? Парень успел рассмотреть чудовище, точнее ту его часть, которая являлась, судя по всему, головой подземного монстра. Его шкура состояла из плотно прилегающих друг к другу ороговевших пластин, напоминавших чешуйчатый покров змеи. Но ЭТО не было змеёй. У существа отсутствовали зубы, и, скорее всего, он питался, как дождевой червь, пропуская через себя тонны земли и используя в пищу всё, что попадалось. Впрочем, как выяснилось, он оказался ещё и плотоядным. Одним из способов его охоты была та коварная ловушка, в которую попали друзья. Червь сначала проделывал в почве нору, где неподвижно залегал с раскрытой пастью. Всё живое, что забредало к нему в утробу, оставалось там навсегда, медленно перевариваясь в гигантском брюхе – крысы, пауки и другие местные обитатели.
Роговой покров огромной головы существа отливал тёмно-оливковым глянцем, но вокруг рта он принимал розоватый оттенок, переходя в мягкую телесную ткань. Костя заметил и это. Он вспомнил про охотничий нож, закреплённый на поясе и, выхватив его, принялся яростно кромсать студенистую плоть. Большого вреда такой махине парень причинить не мог, но, очевидно, червю это не понравилось, и он с неохотой ослабил хватку. Воспользовавшись замешательством земляного колосса, Костя что было сил принялся тянуть приятеля за руки. Сдавленное тело немного подалось вперёд, и через мгновение Алекс кубарем выскочил из смертоносных тисков. Не ожидая такой наглости от никчемных букашек, монстр оторопел. Червь хорошо помял свою жертву, но большого вреда всё же не причинил. Два человека – один прихрамывая, другой его поддерживая – бежали изо всех сил, пытаясь оторваться от трубящего, словно разъяренный слон, гиганта. Несмотря на свои размеры, червь передвигался уверенно, совершенно не собираясь упускать по праву принадлежавший ему обед.

Саша сидел на полу, навалившись спиной на чугунные ворота, и сильно нервничал из-за долгого отсутствия друзей. Уже больше часа он оставался в неведении, совершенно один, даже не догадываясь, что с ними происходит. Парень старался отогнать дурные мысли, но они снова и снова возвращались и бередили душу. Внезапно он ощутил спиной легкий щелчок, словно сработало электромагнитное реле, после чего массивные створки ворот начали медленно расползаться в стороны.
- Ребята, это мы! – раздался возбуждённый голос Алёны.
Саша немедленно вскочил на ноги. В то же мгновение со стороны тоннеля послышался трубящий рёв. Он приближался очень быстро. Вскоре оттуда выбежали люди. За ними, на расстоянии двадцати шагов, гналось невиданное чудовище, издававшее леденящие кровь звуки. Александр стремглав рванулся на помощь. Поддерживая Алекса, ребята бросились к полураскрытым воротам.
- Быстрее закрывайте двери! – выкрикнул Саша, забегая с друзьями в помещение. Алена не мешкая нажала на кнопку. Тяжёлые створки с протяжным скрипом стали смыкаться и плотно закрылись прямо перед головой безобразной твари. Потерпев неудачу, монстр издал душераздирающий вопль, после чего за воротами стало тихо. Только шаркающие звуки грубой кожи удивительного создания ещё некоторое время раздавались в гнетущей тишине.
- Вроде уполз! Можно разговаривать, – Саша подошёл к сидящему на полу Алексу. – Ты в порядке? – он подал пострадавшему руку, и тот поднялся на ноги.
- Рёбра болят, но вроде целы, – Алекс осторожно ощупал свои бока. – А вот ногу, кажется, вывихнул. Наступать очень больно. Но ничего! Скоро пройдёт. Авось не впервой.
- А мы… – Алёна принялась рассказывать о том, что приключилось с ней и Василием. Её голос часто вздрагивал, когда речь заходила об острых моментах их похождения, и наоборот – речь текла ровно, когда описываемые события не требовали эмоциональной окраски. – Саша! Что происходит? Куда мы попали? – девушка села на пол, у основания одного из станков, прислонившись головой к холодному металлу. – Что с нами будет? Мы, наверное, скоро все погибнем. Патронов почти нет, продукты тоже на исходе. Даже воды осталась последняя бутылка.
- Честно говоря, я нахожусь словно в кошмарном сне, – стирая ветошью с лезвия ножа остатки кровянистой слизи, произнёс Константин. – Мне даже порой кажется, что я вот-вот проснусь, но, ущипнув свою руку, вновь осознаю, что всё это реально, – он задрал рукав, показывая друзьям оголённое запястье, покрытое маленькими синяками.
- А я – наоборот, – присоединился к разговору Василий, – после этих похождений стал более оптимистично смотреть на жизнь. Мне кажется, что все испытания, выпавшие на нашу долю, посланы свыше. И я верю, что если мы не падём духом, то все эти трудности выдержим с честью, и всё в итоге будет хорошо.
- Ты меня удивила, – Костя посмотрел на притихшую Алёну. – Всегда такая настойчивая, смелая, бескомпромиссная к трудностям девушка – взяла и раскисла.
- Действительно! Возьми себя в руки! – Александр тонко коснулся плеча девушки. – Не всё так уж и безнадёжно. Наверняка, где-то поблизости есть люди. Об этом свидетельствует многое. Электричество подключено. Отопление работает. А эти часы над воротами… Присмотрись к секундной стрелке – она движется. Это символично. Значит, и для нас время ещё не остановилось. Насчёт продуктов горевать, я думаю, не стоит. Ты сама рассказывала, что вы с Васей проходили через помещение столовой. Если там покопаться в холодильниках и кладовке, то, наверняка, найдётся что-нибудь съестное и тем более вода, – Саша обвёл друзей взглядом, отметив для себя, что ребята немного повеселели, а значит, его жизнеутверждающая речь оказалась полезной. – Судя по всему, червь убрался восвояси. Сейчас мы попробуем приоткрыть ворота и забрать наши вещи.
- К чёрту сопли! Простите меня, ребята, – произнесла Алена, поднимаясь с пола. – Может ведь быть у женщины минутная слабость? – она подошла к электрощиту. – Теперь я готова ко всему, – она нажала кнопку выключателя и снова отпустила. Гигантские створки немного разошлись и застыли. Этого промежутка вполне хватало, чтобы пройти человеку, но недостаточно для жирного червя.

После того как снаряжение перенесли внутрь помещения, исследователи разбрелись по цеху в поисках полезных вещей, которые могли бы им понадобиться в дальнейшем.
- Я нашёл связку арматуры, – раздался голос Кости откуда-то из глубины цеха, – и наждак. Можно нарезать металлических прутков и заточить их. Всё, какое ни есть, оружие!
- Хорошо! Займись этим! – отозвался Александр. – Только больше не кричи. Давайте разговаривать тише – на всякий случай.
- А как же я заточу арматуру? – недоумевая, снова выкрикнул Костя, – от этого будет столько шума!
- Ну… это уважительная причина. Действуй! – Саша направился к застеклённой кабинке, где, вероятно, располагался кабинет цехового руководства.
Среди деловых бумаг и прочих документов, лежавших на полках и столе, Александру попались чертежи узлов и деталей стрелкового оружия. В толстых зелёных папках, выстроившись ровными рядами, словно книги в городской библиотеке, размещалась технологическая документация. Ознакомившись с некоторыми записями, Саша понял: этот цех – один из многих, входящих в огромную структуру секретного военного производства.
Покинув застеклённую комнату, он направился в соседнюю дверь. За ней начинался слабоосвещённый петляющий коридор. Следуя по нему, парень вскоре очутился перед коричневой дверью с белевшей над ней надписью – «СКЛАД ГОТОВОЙ ПРОДУКЦИИ». Дверь оказалась приоткрытой, а из замочной скважины, с внутренней стороны, торчал блестящий ключ с синей пластмассовой биркой. Саша прошёл внутрь. Помещение впечатляло своими размерами. По центру, строгими рядами, тянулись высокие стеллажи, заставленные деревянными и пластиковыми коробками. Справа, вдоль стены, стояли металлические контейнеры небесного цвета. Слева от входа, на шаровом полу, жёлтой разметкой была обозначена стоянка для электрокаров. Там, на некотором расстоянии друг от друга, находилось несколько машин. Под высоким потолком зависла оранжевая кабина мостового крана. Вдалеке, ближе к центру помещения, располагался стол, большей частью задвинутый под стеллаж. Чёрная настольная лампа скудно освещала заваленную журналами столешницу. В стороне лежал перевёрнутый стул. На полу валялись странные свёртки. Подойдя ближе и присмотревшись, парень узнал в них окровавленные фрагменты человеческого тела. Саша подготовил пистолет и стал осторожно продвигаться вглубь помещения. Проходя вдоль стеллажей, он обнаружил на полках большое количество стрелкового оружия и покрытые смазкой детали. Его слух временами улавливал шорохи, доносившиеся из дальнего и самого тёмного угла арсенала.

Дальше события разворачивались стремительно. Недалеко от Александра со стеллажей упал предмет. Включив фонарь, парень обернулся. На полу среди рассыпанных деталей он обнаружил сброшенный кем-то пластиковый ящик. Почувствовав на себе пристальный взгляд, Саша запрокинул голову. Он заметил, как наверху, среди коробок, в темноту метнулась юркая тень, блеснув в луче фонаря оранжевыми полосками лоснящейся тигровой шкуры. Он вспомнил мумию, обнаруженную вблизи логова пауков. Сходство не вызывало сомнений. Но эта тварь была здесь не одна. От затенённой стороны помещения всё отчётливее стали доноситься шорохи и озлобленные рыки крадущихся зверей. Парень передёрнул затвор пистолета, и выпавший из руки фонарь, ударившись о пол, погас.
Возле стола находился силовой шкаф. Рубильник был опущен. Отступив несколько шагов назад, парень взялся за красную ручку и подал её вверх. Яркий свет вспыхнул повсюду. В складском помещении стало светло как днём. Перед Сашей возникла неприятная картина. В том месте, откуда недавно доносилась возня и шорохи, на полу лежали растерзанные человеческие тела, а прямо на него, крадучись и скалясь, надвигалась дюжина тигровых приматов с кошачьими окровавленными мордами.
Силы оказались неравными. Оставалось одно – бежать, и как можно быстрее. До входной двери было недалеко – шанс имелся. Стометровку парень пробегал всегда с хорошими результатами. Развернувшись к выходу, Саша рванул со всех ног. Окажись под рукой секундомер, все рекорды его подразделения остались бы далеко позади. Он даже успел на выходе вытащить ключ, вставить его с обратной стороны и замкнуть спасительную дверь снаружи. Свирепые обезьяны ещё долго, с пеной у рта, ломились в замкнутую створку. Но всё напрасно. Металлическая преграда оказалась надёжной.

Вскоре обо всём случившемся Саша рассказывал своим друзьям, устроившись на небольшой скамейке, недалеко от стеклянного кабинета.
- Да... попали! – дослушав историю, произнёс Алекс. – Нужно срочно вооружаться. Кто чем может.
– Так, у меня всё готово! – воскликнул Константин. – Сделал, как и обещал, – парень на минуту отлучился и вернулся с грудой заточенных арматурных стержней.
- Это как раз то, что нужно! – Александр взял один стержень в руки и решил пальцем проверить остроту заточки. – Сработано качественно, – он слизнул капельку пунцовой крови с поврежденной кожи.
- Приматы злобны и очень опасны. И всё же нам необходимо очистить от них оружейный склад. Сделать это нужно как можно быстрее, – Александр взял в руки пистолет и извлёк обойму. – Это все патроны, что у меня остались. Ровно семь.
- И у меня негусто, – девушка ещё раз пересчитала боеприпасы. – Всего три.
- На занятом обезьянами складе оружия предостаточно, – Саша окинул взглядом друзей, – необходимо только выкурить их оттуда.
- Наличие оружия не факт, что им можно воспользоваться, – произнёс Алекс. – Если нет патронов, то все эти стволы – никчёмный металлолом. А здесь, как я понял, боеприпасы не производят.
- Алекс, я тебя не узнаю. Раскинь мозгами, – Костя посмотрел на приятеля. – Если здесь производят оружие, значит, должен быть и полигон или стенд, где его испытывают и пристреливают.
- Совершенно верно, – Саша поднялся на ноги, взял один из заточенных прутков и, словно копьё, запустил его в находившийся неподалёку пожарный щит. Метательный снаряд глубоко вошёл в крашеную доску и задрожал гитарной струной.
- Есть задумка, как прикончить приматов и пробраться в оружейный склад. Сделать это несложно при условии, что каждый чётко выполнит отведённую ему роль.
- Ладно! Не томи. Говори, что делать… – Алёна взглянула на Сашу, и вдруг её глаза округлились, а лицо вытянулось.
Заметив это, все немедленно проследили за взглядом девушки. Прямо над рухнувшей секцией воздуховода из помятого короба спускались несколько больших пауков, мерно покачиваясь на толстой паутине.
Быстро распределив снаряжение, ребята направились в сторону оружейного склада. Захватив скамейку, Костя пристроил её в распор между дверной ручкой и основанием противоположной стены, после чего поспешил вслед за друзьями.
Вскоре вся группа собралась перед входом в арсенал, прислушиваясь к звукам, доносившимся из-за закрытой двери.
- Похоже, эти монстры снова принялись потрошить недоеденные трупы, – Саша осторожно извлёк ключ и припал лицом к замочной скважине, пытаясь рассмотреть происходящее внутри склада.
- Ну что там? – нервничала Алена, с опаской озираясь по сторонам. – Надо торопиться. Эти пауки умны и коварны. Скамейка задержит их ненадолго.
- Теперь слушайте меня внимательно, – тихо произнёс Александр.
Группа по-заговорщически собралась в кружок, и друзья принялись шёпотом обсуждать предложенный парнем план спасения.
Суть его заключалась в том, чтобы, придерживая дверь, выпускать из склада по одной твари, а затем сообща уничтожать их арматурой.
- Сделать это необходимо как можно быстрее, иначе, если подоспеют еще и пауки, мы окажемся зажатыми с двух сторон, – Саша взглянул на свои часы.
Ровно через минуту время ударило в гонг, и кровавая бойня началась.

[farvater]

Глава 6. Парадиз

Шум нарастал. Казалось, приближается грозовой фронт, несущий тропический ливень. Но это явление напоминало скорее не дождь, а нечто иное. Да и какие могут быть осадки под землей, где нет атмосферы! Плот разогнался так быстро, что управлять им получалось всё сложнее. В сердца путешественников закрался страх. Неизвестность порождала панику. Поведение спокойной до недавнего времени реки становилось непредсказуемым. Спирали водоворотов трепали деревянную конструкцию нещадно, словно испытывая ее на прочность. Это было похоже на краш-тест, устроенный норовистой стихией беззащитному плотику и находившимся на нём исследователям. Судя по всему, впереди бушевал водопад. Учитывая ширину водной глади и скорость течения, шансов добраться до берега с каждой минутой оставалось всё меньше. Люди не жалели сил, орудуя длинными шестами, пытаясь справиться с коварными водоворотами. В конце концов река смилостивилась, и плот, подхваченный боковым потоком, стало уносить в сторону. Но это не помогло. Берега оказались настолько крутыми и неприступными, что плот отскакивал от них, словно подгоняемый вешними водами бумажный кораблик от тротуарного бордюра.
Расстояние до обрыва стремительно сокращалось.
- Быстрее закрепляйте вещи, – сквозь неистовый шум воды прорезался возглас Стаса.
Друзья, ползая на коленях, принялись привязывать лямки рюкзаков к перекосившемуся основанию плота. Ник отчаянно пытался восстановить утерянный контроль над плавучим средством, но сделать это ему никак не удавалось. Наконец его шест скользнул в небольшой проём между камнями. Плот вздрогнул и, прижавшись к скале, застыл. От резкого манёвра Жора не удержался на ногах и свалился за борт. Ник вцепился в спасительный шест, пытаясь удержать плот у берега. Перепуганный пес, жалобно заскулив, метнулся в реку вслед за быстро удаляющимся в сторону водопада хозяином. Ребята с грустью смотрели им вслед. Чем они могли помочь?! Их существование также висело на волоске. Незримые нити людских жизней могли оборваться в любой момент. Теперь многое зависело от непрочного шеста, застрявшего в разъёме скалы.
- Смотрите! – Лиза указала рукой туда, где среди пенящейся воды едва просматривалась небольшая каменистая платформа, протянувшаяся вдоль берега – вплоть до самого обрыва. Она вполне могла послужить спасительным пристанищем.
- Плот туда не подать, – прокричал Герман, – нужно бросать его и добираться вплавь, тогда шансы есть.
Шест переломился. Друзья как по команде прыгнули в воду. Плот, подскакивая на порогах, устремился дальше и, достигнув гребня водопада, провалился в безвозвратную бездну вслед за Жорой и его верным псом.
Люди отдали все силы, стремясь к спасительной платформе и, забравшись на нее, уселись на краю, безвольно свесили ноги в бурлящие воды, тяжело дыша и не веря в избавление.
Внезапно Лиза разрыдалась. (Вероятно, в тот миг она подумала о незавидной участи Георгия и его преданного пса). Нику стоило большого труда успокоить девушку. Долгое время друзья сидели молча, вглядываясь в стремительные потоки.
- Глупая и нелепая смерть, – немного успокоившись, произнесла Лиза. – В прошлый раз ему повезло. Насилу откачали. Это был знак. Предупреждение всем нам. И вот итог! Бедный, бедный Жорик, – в глазах девушки снова заблестели слёзы. Она приподняла голову и вдруг замерла. Её взгляд устремился в сторону таинственного света, который ещё издали показался друзьям огромным киноэкраном. – Ребята! Посмотрите туда!
Гребень водопада протянулся на сотню метров. Переваливая через него, вода срывалась в бездонную пропасть. Гигантская брешь в скале, пожиравшая исполинскую реку, выглядела огромным каменным порталом, своды которого были усеяны всё теми же грибами. Светящиеся шары там располагались настолько плотно, что свободного пространства между ними не оставалось вовсе. Это напоминало мыльную пену, пузыри которой, наползая один на другой, образовывали сплошную бугристую массу. Из-за большой концентрации грибов их осветительные свойства увеличивались стократ.
- Вы не находите, что эти грибы отличаются от тех, что мы видели раньше? – спросила Лиза.
- А по мне – они такие же, только кучнее расположены, – Ник прищурился, пытаясь обнаружить различие.
- Такие – да не совсем, – произнёс Стас. – У этих в основании расположены плёнки, как лепестки у цветов.
- Верно! – Лиза смотрела, не отрывая взгляда. – Обратите внимание, – она повернулась к друзьям, – некоторые грибы почти полностью закрыты этой пленкой, и свечение сквозь неё едва пробивается.
- Мне это напомнило луговые цветы, которые на ночь закрываются, а утром снова раздвигают свои шторки, радуясь новому дню и солнечному свету, – добавил немного лирики в сухие рассуждения товарищей Герман.
- Но здесь нет смены дня и ночи! – пытаясь добраться до истины, сказал Коля.
- Вероятно, тут существуют свои биоритмы и особые условия, по которым и живет местная флора и фауна. Я должна узнать об этом как можно больше, – задумчиво произнесла девушка.

Ещё долго потрясённые исследователи приходили в себя, переживая трагический случай, приведший к потере их товарища и его питомца. Наконец смирившись с неизбежностью, они стали обсуждать непростую ситуацию, в которой оказались, и перебирать всевозможные варианты спасения. Но все рассуждения неизменно возвращались к исходной точке – обратно путь отрезан: двигаться вверх против течения реки невозможно, а вперёд не пускает обрыв.
Стас поднялся на ноги, чтобы размять онемевшие колени. Герман, нацепив чудом уцелевшие очки, произнёс: – Сколько мы сможем протянуть на этом уступе без пищи? – он ни у кого не спрашивал, а, казалось, разговаривал сам с собой. – Неделю-другую, и что потом? – теперь он посмотрел на стоявшего рядом Станислава, будто искал ответ в его глазах. – А если наверху зарядят дожди? Вода в реке обязательно прибудет. Нас смоет отсюда, как зайцев во время половодья, и никакой «дед Мазай» не поможет.
- Хватит ныть! – Стас с укором посмотрел на нудного очкарика и, прижавшись к каменной стене, начал осторожно пробираться вдоль уступа в сторону водопада.
- Не торопись! Горная порода здесь очень хрупкая, – произнёс Ник. Он вытряхнул из ботинка обрывки рыжих водорослей и последовал за приятелем.
До конца платформы, нависшей над водой зеленоватым каменным карнизом, по обычным меркам было недалеко – метров пятьдесят. Но, учитывая подземную природу этой тропы, замшелость и близость водопада, путь предстоял не из лёгких. Ребята решили пробраться подальше и осмотреть то место, где ниспадала река. Осторожно продвигаясь вперёд, они вскоре очутились на каменной площадке вблизи обрыва. Друзья остановились на краю, не в силах отвести взгляда от великолепия открывшейся панорамы. Парни застыли, словно изумлённые странники в преддверии земли обетованной. Некоторое время они не могли произнести ни слова, растворившись в потоках эмоций и невероятных ощущений.
Их взору открылась широкая долина, утопающая в зелени и ультрафиолете. Безумная река срывалась со скалы рокочущим водопадом. Мириады хрустальных брызг собирались над водой в серебристые облака и тут же осыпались лазурным дождём. Чуть дальше Изнанка, усмирив свой бурный нрав, становилась покладистой и, порождая два небольших озера, устремлялась в дикие заросли. Синеватой ускользающей лентой петляла она по изумрудному полотну девственного леса.
Берега озёр обрамляли песчаные пляжи. Они были усеяны белыми точками, которые едва заметно перемещались. Бирюзовые зеркала водоёмов отражали сияющее грибное небо, нависшее над ними на километровой высоте. Обозримые окрестности представляли собой гигантскую котловину, обнесённую цепью остроконечных гор, отдельные вершины которых упирались в светящиеся своды, образуя замысловатые колонны в виде поросших зеленью сталагнатов. Горные цепи слезились водопадами, и вся долина была окутана лёгкой дымкой, заметно уплотняющейся в местах выбросов многочисленных гейзеров.
- Чудеса! – выдохнул Ник. – Ты мог себе представить нечто подобное?
Стас неуверенно покачал головой.
Неведомый мир существовал в своём особом измерении. Он словно не замечал непрошеных гостей. Даже птицы, игнорируя изумлённых путников, пролетали так близко, что, казалось, достаточно вытянуть руку – и можно прикоснуться к лоснящемуся черно-белому оперению.
- Это же ласточки! Смотри – сколько их здесь! – Станислав лёг на камни и ползком стал подбираться к самому краю площадки, пытаясь заглянуть под выступ.
-Ты сдурел? Куда тебя понесло? – Ник присел на колени, удерживая приятеля за ноги.
- Я так и думал! Под нами птичьи гнёзда. Там их тысячи, – произнёс «следопыт», поднимаясь во весь рост и вдыхая полной грудью благодатный воздух, пропитанный ароматом неведомых цветов и свежестью лесной прохлады. – У нас под ногами рай! – Стас скрестил руки на груди, продолжая рассматривать окрестности.
- Именно что под ногами. Близок локоть, да не укусишь, – Ник прищурил глаза, всматриваясь в странный силуэт, замеченный им на берегу ближнего озера. – Ты это видишь? – он одернул друга за рукав, указывая на неопознанный объект, который тёмным пятном маячил на фоне золотистого пляжа. Недалеко от него находилось пятнышко поменьше, которое беспорядочно перемещалось среди белых точек.
- Не может быть! Это Жорка! – воскликнул Стас, пристально всматриваясь в то, что напоминало сгинувшего товарища. – Или его призрак!
- Ага! А рядом бегает дух героического пса Лео.
Друзья принялись кричать и размахивать руками, чтобы как-то привлечь внимание толстяка. Но тот ещё раньше заметил ребят и давно сигнализировал снятой с тела рубашкой, комически подпрыгивая и горланя на всю округу. Шум водопада скрадывал все звуки, и общение старых друзей со стороны выглядело замысловатой пантомимой.


- Вот так!.. Мы здесь скорбим, оплакиваем, а он там, на золотых песках, нежится! – с радостными нотками в голосе закончил свой рассказ Ник, когда они со Стасом вернулись обратно к друзьям и поведали им о неожиданных открытиях.
После этого известия Лиза заметно повеселела. Гера тоже преобразился, а в воздухе повисло зыбкое облако надежды.
- Значит, выход из этой ситуации у нас всё же имеется. И, видимо, он единственный, – Станислав посмотрел на гребень водопада и продолжил: – Если Жорик, который толком и плавать-то не умеет, смог выжить в этих потоках, значит, и у нас есть шанс.
- Да! Но каким образом его реализовать? Тоже в водопад прыгать? – Гера озадаченно почесал затылок, на миг представив себя летящим с обрыва, словно брошенный с крыши манекен.
- Можешь «деда Мазая» подождать! – съязвил Ник.
- Ребята! Прекратите! Говорите по делу, – девушка сильно волновалась.
- В общем, план такой, – Станислав ещё раз взглянул на водопад. – До обрыва расстояние достаточное, чтобы успеть подплыть к тому месту, где исчез толстяк. Эта точка очень важна. Она испытана, и камней внизу быть не должно. Жора и его пёс доказали это, оставшись невредимыми. Прыгать будем по очереди с интервалом в минуту, чтобы не травмировать один другого.
- План хорош, но у меня есть некоторые поправки, – произнёс Ник, посмотрев в сторону тропы, по которой он с приятелем недавно пробирался. – Я пойду на уступ, к ласточкиным гнёздам, и стану координировать ваши действия. Затем прыгну и сам.