Контакт, пришельцы бывают разные Опции

[karpa]

Рассказ участвовал в литературном конкурсе фантастических миниатюр
на тему: "Секс" на сайте "Квазар"



Туннелирование прошло штатно и завершилось удачной сборкой всех молекулярных структур моего восхитительного двойного тела, а энергопакет личности восстановился без потерь памяти и привычек, что вселяло большую уверенность в успехе операции по обезвреживанию резидента. Земное притяжение совпало с расчетным. Ощутив твердую почву под ногами, я позаботилась об имидже, – ближайшая афишная мордашка стала моей аватаркой.


Огни чужого города радовали неоновым разноцветьем, шпили высоток терялись в ночном небе, а фешенебельные клубы услужливо зазывали отдохнуть с комфортом. Но большинство прохожих игнорировали их призывы. Я огляделась. Гордо неся флаги невысказанных жалоб, мимо прошла группа «эмо», – канареечно-желтые блузоны и розовые шарфы чувственно трепетали на ветру. По обрывкам фраз я догадалась, – они направляются в дансинг.


За ними мрачно плыли, едва скрывающие шнуровку виниловых топов, черные длиннополые плащи «фетиш-готов» и «готесс». Иссиня черные волосы и выбритые виски служили им визитной карточкой. Пропирсингованные лица, размалеванные в стиле масок кладбищенских теней в лунную ночь, натурально живописали гримасы аморфной депрессии, – маргиналы оценивающе всматривались в прохожих, жадно ища приключений на «пятую» точку опоры. Кажется, я им понравилась.


– Привет, королева! Не холодно в шубке? – лидер компании, меланхоличный акселерат в военных ботинках на высоких каблуках, поблескивая египетским «анкхом» на серебряной цепи, картинно склонился к моему запястью.
– Привет потомкам Ойума! Норд-ост был попутным! – я кокетливо погладила енотовый хвост на воротнике.
– На сцене сегодня «химазники», поэстетствуем?
– Можно.


***


Я проснулась от того, что кто-то лихорадочно елозил по мне, отчаянно содрогаясь ритмичными фриками, – он дико рычал и издавал хриплые истошные звуки, выражающие то ли сладострастие, то ли боль. В свете уличного фонаря, лежа на мягкой траве под лиственницей, я разглядела его макушку, покрытую засаленными волосами, заплетенными в мелкие косички. Мужик пыхтел, сопел, извивался, распространяя адскую смесь запахов дешевого виски, лука и селедки, но приличная доза алкоголя боролась с апофеозом гармонии.


Я потянулась лениво, не слишком напрягая онемевшие от неудобной позы мышцы, и громко расхохоталась. Небольшого напряжения хватило, чтобы эпидермис моего биокомбинезона, плотно обтягивающего первое тело, с оглушительным треском лопнул по сварному шву за ушами. Мужчина, прекратив рефлексию, неожиданно замер. Он поднял голову и впервые посмотрел на партнершу.


Толстый слой старой кожи на затылке разверзся, завернулся валиком и пополз к животу, обнажая мою мягкую, зеленоватую с синими пульсирующими прожилками плоть. Там, где кожа выворачивалась наизнанку, сочилась кроваво розовая сукровица, и виднелись белесые паутинистые волокна. Не сводя с меня взгляда, дамский угодник сполз на траву, руками вслепую нашаривая брошенные в страсти пожитки, и в ужасе отшатнулся.


И я тоже, – это был другой землянин. «Куда делся милый гот? Говорил мне наставник, привычка, Хари, – вторая натура». Где-то там, в глубине, шевельнулся червячок совести. «Неужели я опять съела контактера? Ничего не помню».


Когда моя старая кожа облезла полностью, то по многолетней привычке, смяв ее в тугой комок, я немедленно принялась это жевать, с удовольствием вгрызаясь жвалами в сочную мякоть бывшей плоти. Кавалер судорожно обнимал ворох одежды и не двигался с места. Его розовые бедра были поцарапаны о торчащие кругом сучья, но он не замечал этого. Я улыбнулась ему настолько сексуально, насколько рекомендовали светские журналы, показав зубы – все четыре боковых саблевидных клыка, с которых капала слюна. Сначала я чувствовала сильный голод и поэтому откровенно рассматривала землянина в качестве десерта к позднему ужину.


Затем по мере насыщения я согласилась с природными позывами для передачи генной информации и, высунув длинный раздвоенный язык, охватила его рефлексор, ставший неожиданно мягким и податливым. Странный ухажер впал в ступор. Чтобы распалить его желания, я подняла складку на верхней губе и продемонстрировала узкий, загнутый внутрь, ядовитый зуб, – обычно такой призыв на наших мужчин действует безотказно. Но этот, же экземпляр, вместо сладострастия трясся мелкой дрожью. «Дикарь»!


Мой язычок тем временем заглянул и понюхал все его природные расщелины:
– Помылся бы ты, кечонесороп! – ласково заключила я, подражая голосу столичной телеведущей и выдавив из жаберной щели под грудью каплю желтого феромонного желе, смазала ему нос. – Займись-ка делом!
– А? А-аа, помогите! – закричал он и стремглав побежал прочь, теряя по пути части гардероба.


***


Я вспомнила о задании. Врага я нашла утром на пляже. Внезапно весенняя рефлексия накрыла нас обоих. Ему не повезло, женщины мышан не получают молекулы ДНК, а передают их мужчинам, – теперь он наш и …вкусно пахнет! Я облизнулась. Почуяв опасность, резидент скрылся в морской пучине. На песке валялись его биокмбинезон и поводок с ошейником для домашнего питомца.


Ожил мобильник, звонил милашка гот:
– Утро, Хари, потусуемся?
– Конечно, – я подобрала поводок.