Захват (рабочее название) Опции

[Касторка]

Чтобы была какая-то загадка, "крючок"

Спасибо на добром слове. Вот сама вижу, что фигня какая-то получается. Эту повесть начала писать года 1,5 назад. Закинула, именно по этой самой причине. Не могу этот "крючек" нащупать. Вот выдалось свободное время, решила еще раз попробовать покопаться, спросить совета, увидеть все ляпы. Хотя, сейчас перечитывая, сама много их вижу И даже становится приятно на дуще - значит учусь потихоньку, набиваю руку

[Mishka]

? А как же танковый корпус?

Тогда так и пишите - танковый корпус.

Ну это вы просто придираетесь

Разумеется, придираюсь.

[Mishka]

Вас обманули. Можно.

Ну хорошо, писать можно, но вот читать нельзя.

Так писать нельзя.Вас обманули. Можно.

Ну хорошо, писать можно, но вот читать нельзя.

Я стояла возле зеркала***у зеркалаЭто одно и то же.

и смотрела на свое отражение.***разглядывала себяТо же самое.

Ну что ж, вполне ещё ничего.***нравилась себеТо же самое.

совсем слово не чувствуете

Я не считаю себя старой, но и молодой дурёхой уже не была.***то есть, дуреха среднего возрастаВ молодости была дурехой, сейчас - умная.

причем умная, если просто еще не старая... на то, что поумнела, нет и намека...

На теле ни грамма лишнего жира, а этот взгляд…***скелет?Кроме жира и костей у человека есть мышцы. Учите матчасть.

то есть, кожа, мышцы, кости...

При каждом удобном случае ноет, что мне пора заводить семью и детей.***орет, можетЕсли ваша мама орет, то у персонажа может вполне ныть.

я же говорю, не чувствуете, какое слово нужно применить к какой ситуации... это очень плохо для писателя...

Стук в дверь прервал мои размышления.***это, оказывается, были размышленияА то, что вы написали, это не размышления, а чепуха.

о чем все-таки были "размышления"?.. может все-таки мысли?

– Только что получили, - отрапортовал он и, повинуясь моему жесту,***жест опишитеНе думаю.

жест меня до сих пор интересует

[Касторка]

жест меня до сих пор интересует

Да ради бога, могу показать

[Читатель]

Да ради бога, могу показать

[silverrat]

Ну хорошо, писать можно, но вот читать нельзя.

Ну и не читайте.

совсем слово не чувствуете

А вы его каким местом чувствовать собрались?

причем умная, если просто еще не старая... на то, что поумнела, нет и намека...

Иностранцам вообще очень трудно даются русские идиомы. Скажем: ты будешь встречать старый новый год? Да нет наверное.

то есть, кожа, мышцы, кости...

Ага.

я же говорю, не чувствуете, какое слово нужно применить к какой ситуации... это очень плохо для писателя...

Я ж говорю - не тем местом чувствуете.

о чем все-таки были "размышления"?.. может все-таки мысли?

Мои мысли, мои скакуны...

жест меня до сих пор интересует

А, пожалуйста.

[Касторка]

2

Когда все люди вошли, дверь за нами закрылась. Тишина первых пяти минут взорвалось сотней голосов. Уж насколько я себя считаю сдержанным человеком, но и сам не удержался от крепкого словца. Да, не ожидал я такого от барсов. Это ж надо придумать – загнать все пятьдесят человек в один загон. По-другому я это помещение назвать не берусь. Голые стены, в углу свалены прямоугольные матрасы. Вот и всё, что выявил беглый осмотр помещения.
– Что ты об этом думаешь? – Борис толкнул меня локтем в бок.– Вот тебе и хвалёное инопланетное гостеприимство.
– Много мы знаем про их гостеприимство, – бурчу в ответ. – Чужая раса – потёмки. Вот окажется, что проживание всей толпой для них главное проявление уважения. Не удивлюсь, если и они живут точно так же, всем табором в одном сарае.
– А, ну тогда это всё объясняет, – усмехнулся Борис и решительно направился в центр помещения.
Через минуту раздался его звучный голос:
– Господа путешественники! Мы с вам столкнулись с типичным гостеприимством Барсата. Нам оказана честь проживания всем вместе. Барсы, боясь обидеть нас или напугать, специально подготовили для землян данные апартаменты. Так что, будем благодарны им за проявленную заботу, и не будем показывать хозяевам своего недовольства.
В ответ люди загудели, но уже более благосклонно и доброжелательно. Борис тем временем продолжал:
– Давайте разобьём помещение на две половины, так сказать, девочки – налево, мальчики – направо. Женщины, придумайте, как и чем можно отгородиться. Из чемоданов и сумок можно соорудить перегородки, столы и прочий интерьер.
Люди засуетились, растаскивая матрасы и вещи по разные стороны. Женщины копались в своих вещах и вот уже появились пару кусков ткани и верёвка. Из угла раздался радостный вскрик. Все естественно обернулись на звук. На первый взгляд ровная стена имела скрытую дверь. Её обнаружил высокий мужчина, случайно облокотившись и нажав, таким образом, незаметную кнопку. За дверью оказался просторный санузел с душевыми кабинками. Тщательно осмотрев все стены, был выявлен ещё один санузел, а также откидные стулья и выезжающие из стены столики. Люди заметно повеселели, и быт уже не казался таким уж суровым.
Умельцы каким-то образом натянули импровизированную шторку, отгораживая угол на женской половине. Вещи аккуратно сложили вдоль стен. Оглядываюсь по сторонам и довольная улыбка расползается по моему лицу: словно вновь окунулся в студенческие годы, когда ездил летом подрабатывать на какую-нибудь стройку. Временным рабочим выделяли под жильё либо спортивный зал, либо красный уголок в ближайшем клубе. И вот приходилось так же обустраиваться всеми подручными средствами, налаживать быт, создавать подобие уюта. И ничего, нормально было. Правда, тогда я был молод, и такие мелочи, как жесткая кровать и отсутствие горячей воды вообще мало волновали. Главное тогда был общий дух, запал какой- то. Вот именно этот общий дух приключений и некоего авантюризма сейчас и витал в воздухе нашего общего жилища. Тем более все знали, что это ненадолго, что полёт продлится всего несколько дней. Так что, ничего страшного не приключилось, всё в конечном итоге будет хорошо.
Мы с Борисом старались держаться вместе. Заняли соседние матрасы и вещи скинули в один угол. Он уже не руководил и не давал советы. После его первой речи быстро нашлись любители этого дела, так что командовать было кому и без нас. Слева от меня расположился невысокий парень. Он был примерно моего возраста. Хотя, здесь все были такие, по условиям набора возраст участников делегации двадцать семь - тридцать пять лет. Чем обусловлена именно эта цифра мне не совсем понятно. У сорокалетних специалистов опыта больше, а физически они ещё достаточно крепкие. Но, барсы выдвинули свои условия, и нам пришлось подчиниться.
Соседа звали Олег. Он химик, работал инженером на заводе по изготовлению синтетических тканей. В первые минуты знакомства он с упоением пытался рассказать мне весь процесс производства волокна, но я в этом вообще ничего не смыслю. Для меня химия всегда была чем-то из ряда недосягаемого. Другое дело механизм. Тут всё ясно и понятно, тут действуют совершенно определённые законы и правила. Но химия… Всё что осталось в голове от школьных уроков это какие-то моли, и вертящиеся электроны. Ещё знаю, что есть таблица Менделеева, но что и где в ней смотреть – убейте меня, не помню.
Видно, что Олег фанат своего дела и, очевидно, неплохо в нем разбирается. Он всё талдычил и талдычил о своём, в конце концов, мне пришлось мягко остановить словесное излияние своего собеседника. Он как-то сразу зажался, я видел, как заиграли его скулы, а потом отвернулся от меня и полез в свою сумку. Ну вот, обидел человека. Ну и чёрт с ним, возьму в следующий раз и начну ему втюхивать принцип работы вертикально- фрезерного консольного станка.
– Сергей, давай по-маленькой? – Олег вынырнул из своей сумки с бутылкой водки и баночкой маринованных огурцов.
– Опа, и как пронёс? – удивился я, так как знал, что весь наш багаж тщательно проверяли.
– А, – отмахнулся он, – уже не важно. Борис! Подойди к нам на минуту.
– Чего у вас?
Олег показал бутылку и огурцы. Борька присвистнул и оглянулся по сторонам.
– Тс! А то налетят. Вы тут разложитесь, словно мы отдыхать собираемся, раскидайте вещей побольше вокруг, а я сейчас.
И он тут же умчался в другой конец комнаты. Если честно, то я уже порядком устал за сегодня. Постоянное ожидание и ничегонеделание выматывают хуже физических упражнений. Осмотревшись вокруг, замечаю, что я не одинок. Народ потихоньку разбредался по своим импровизированным кроватям. У санузлов выстроилась небольшая очередь, кое-кто сидел на откидных стульях, читая или что-то записывая. В помещении стоял монотонный гул голосов. Наручные часы показывали начало десятого. Интересно, а свет здесь выключается? Не очень люблю спать при свете. Если что придется накинуть куртку на голову. Внезапно, как будто услышав мои мысли, свет погас, погрузив всех в кромешную тьму. Народ разом затих. Откуда- то из потолка замерцал синий свет, давая возможность различать окружающие нас предметы.
–Ой, извините, это, кажется, сделал я, – услышал я голос Бориса и в ту же минуту свет вспыхнул вновь. – Народ, я нашёл выключатель. Предлагаю закругляться и в десять погасить. Возражения есть?
Кто- то из мужчин попытался пробурчать в ответ, но основная масса была измотана сегодняшним днём и готова лечь спать хоть сейчас. Делать тем более было нечего. Мы ещё повозились с вещами, организовывая пятачок для стола и прикрывая его от постороннего взгляда. У меня была припасена пачка крекеров, Борис раздобыл у кого- то булочку, и у каждого нашлось во что наливать. По первой выпили залпом, без лишних слов, тихонько захрустев огурчиком.
– Ну, мужики, – начал Борис, – ваше мнение по всему этому? И второй вопрос: как будем коротать в этом загоне ближайшие дни? Водки, как я понимаю, больше нет.
– Водки больше нет, – подтвердил Олег. – У меня другой вопрос: нас кормить будут завтра?
– Хороший вопрос, – крякнул Борис и разлил ещё по одной. – Пока мы держимся на сегодняшнем столовском обеде и на домашних запасах, которых, кстати мало, так как всё в гостинице успели подъесть.
– Да бросьте паниковать, – отмахиваюсь я. – Не для того нас барсы к себе пригласили, чтобы в дороге всех голодом уморить.
– Согласен, – Борис развалился на матрасе и мечтательно уставился в потолок. – Эх, скоро мы будем единственными землянами на целой планете. Вокруг тебя будут только вот эти громилы.
– Это точно,– подхватил Олег. – Я вот когда сегодня проходил мимо барсов, так даже мурашки по спине побежали, жуть как непривычно. А жаль. Если б не их рост, так мы очень похожи друг на друга.
– Ага, только у них баба командир, – хмыкнул Борис. – И ещё неизвестно, как нам это аукнется.
– Да ладно, это тут причём? У нас тоже полно женщин на руководящих постах.
– Может, конечно, и не причём, – вздохнул Борис, - но я бы держался от неё подальше.
– Так нас к ней никто и не подпускает. Я вообще барсов живыми увидел только перед посадкой на корабль. Потом мы шли по пустому коридору, пока не попали в этот загон. И у меня родился ещё один вопрос: для чего мог служить на космическом корабле вот этот самый зал? На жилое всё это мало похоже. Только наличие умывальников и туалетов кое-как делают данное помещение пригодным для жизни. Собственно и всё. Ни тебе кроватей, ни графина с водой. Я уже молчу про что-то типа телевизора или на худой конец, картин. Вам не кажется всё это странным.
– Кажется, Олег, кажется. Но мне вообще вся эта история с инопланетянами до сих пор кажется странной, – я улегся на спину, заложив под голову свернутую куртку. – Я вообще во всё происходящее поверил только тогда, когда корабль в воочию увидел. Поэтому стараюсь сейчас ничему не удивляться, а воспринимать всё, как оно есть. Слишком мало у нас информации, чтобы делать выводы относительно барсов, их поведения и образа жизни.
– Вот это правильно, Серёга. Утро вечера мудренее. Давайте спать, – Борис завозился на своём матрасе, устраиваясь удобнее.
Синий свет, лившийся с потолка, делал очертания предметов таинственными и неузнаваемыми. Люди, лежавшие вповалку, представлялись волнами, покачивающимися на ветру. Тихий шёпот, раздававшийся то там, то здесь, добавлял в эту картину ещё большую нереальность. Глаза стали потихоньку слипаться, и я выпал из реальности.

Встал выспавшимся и отдохнувшим. Моих часы показывали девять. Кто-то успел уже включить свет. Наш небольшой людской муравейник понемногу шевелился, приводя себя в порядок после сна. Да, сегодня предстоит не простой день. Столько людей в замкнутом пространстве, да ещё и абсолютно нечем заняться.Вот было бы здорово, если б барсы нам экскурсию устроили по своему кораблю. Ведь интересно прикоснуться к чужой цивилизации, ближе познакомиться с ними. А то всё только через телевизор. Ну да ладно, чего зря загадывать. В конце концов, любой полёт должен закончиться и тогда (как любят писать в книгах) планета Барсат предстанет перед нами во всей своей красе, или наоборот: кто ж их знает, что они вкладывают в понятие «красота».
Народ вокруг уже окончательно проснулся. В умывальниках, ещё вчера поделённых на мужские и женские, кучковался народ. Девушки весело хихикали, а мужики явно с ними заигрывали. Пойти, что ли и мне привести себя в порядок? Вдруг барсы к нам придут знакомиться, а я тут такой не бритый и изо рта несёт, как из помойной ямы.
Быстро выуживаю из сумки несессер и зигзагами, огибая матрасы и вещи, направляюсь в туалет.
– Всем доброе! – вежливо киваю стоящим попутчикам. – Здесь очередь или вы просто так стоите?
– Проходи, в мужском свободно.
– Вот и славно.
Наш народ ещё вчера разобрался как тут всё работает, так что сегодня без лишних проволочек умылся и кое как побрился, глядя в своё маленькое походное зеркало. Что мне у барсов понравилось, так это воздушное полотенце. Это я его так назвал. Просто когда выключаешь воду в душе, тебя сразу обдувает струей теплого, приятно пахнущего воздуха. Удобно.
Выйдя из душа, огляделся по сторонам. Борис стоял со вчерашней рыженькой девушкой и о чем-то разговаривал. Поймав мой взгляд, он призывно замахал рукой. Хочешь, не хочешь, а знакомиться с людьми надо. Мне с ними жить вместе не один год. Киваю в ответ и двигаю к ним.
– Это Сергей, – представляет меня Борис девушке, – а это Наташа. Не поверишь, мы, оказывается, вместе летим на Барсат.
– Да ладно! Вот это совпадение, – поддерживаю я шутливый тон Бориса. – А остальные куда летят, вы не в курсе?
–Так, сойдут по дороге кто куда, – пренебрежительно отмахнулся он. – Так что, Наталья, приглашаю вас к нам в купе. Кстати, вы не слышали, здесь завтрак приносят?
– Увы, – горько усмехнулась она, – и проводников тоже не наблюдается.
– Это плохо, а то, если честно, есть хочется, – вздохнул Борис.
– У меня есть пакетик с орешками и изюмом. Хотите?
– Изюм – это для женщин. Так что не будем вас объедать, оставьте на чёрный день.
– Ну, извините, котлет нет, – Наташа развела руками.
– Если сегодня не накормят, придётся нам с тобой Серёга, идти на охоту.
– Это точно. Начнём вон с того, что в углу сидит.
– Почему с него, – искренне удивился Борис.
– А он вчера дольше всех мылся. Так мы одним ударом двух зайцев убьём: уменьшим очередь в душ и накормим народ.
Борис одобрительно хмыкнул и пожал мою руку.
– Господи, какой ужас вы говорите.
– Да мы шутим, Наташа.
– Понимаю, что шутите. Только вот как представлю, что действительно перед нами встанет вопрос выживания, мурашки по спине бегут.
– А почему вы думаете, что может встать такой вопрос? То, что нами ещё никто не занимается, не значит, что про нас забыли. Между прочим, барсам надо вести корабль. И мы понятия не имеем, насколько это может быть сложное дело. Не исключаю, что им сейчас просто не до нас.Надо набраться терпения и ждать. Ничего, человек может без пищи прожить пятнадцать дней. Так что у нас ещё куча времени.
– Вот, уважаю тебя, Серёга, за оптимизм, – Борька хлопнул меня по плечу. – Жаль, что вчера всю банку огурцов захрумали. Надо было хоть по огурчику на завтрак оставить.
– А ты не думай про еду – легче станет.
– Ты не прав. Человек не может не думать. А легче станет дня через три, тогда наступает пофигизм. Уж, поверь мне.
Спорить с ним не хотелось, тем более что у Наташи явно стало портиться настроение от наших мрачных разговоров.
– Наташа, вы не обращайте на Бориса внимания, всё будет нормально. Я вот надеюсь, что нам скоро устроят экскурсию по кораблю. Вот разберутся барсы с делами и похвастаются перед нами своим чудо-кораблём.
– Было бы здорово. Он такой огромный. Я вчера, когда возле него стояла, ощущала себя муравьём у самолета. Просто дух захватывает. Эх, посмотреть бы в иллюминаторы, – Наташа мечтательно закатила глаза и вздохнула.
– Не думаю, что здесь есть иллюминаторы, – возразил я. – Это не практично.
– Много ты понимаешь в инопланетных кораблях, – фыркнул Борис.
– Законы физики и механики везде одинаковы, – пожимаю я плечами в ответ.
–А вы кто по профессии?
– Наташ, давай на «ты», а то как-то официально получается, а я человек простой, не люблю церемоний.
– Да я не против.
– Эх, чёрт, на брудершафт не выпить, – Борис демонстративно вздыхает. – Но ничего, мы это ещё наверстаем.
–Не сомневаюсь. Так вот, – продолжил я разговор, – я простой мастер-наладчик на заводе.
–Так таки и простой? – скривился Борис. – Простых здесь нет.
– Ну, может лучший на заводе, – я пожал плечами, - но институтов не кончал, за спиной только техникум. Но дело своё люблю и знаю. А ты, Наташа, кто? Учительница?
– Почти, – усмехнулась она. –Я лингвист. Знаю шесть языков в совершенстве. Вообще с детства увлекаюсь языками и, как мне кажется, у меня это получается.
– Вот нам подфартило! Серёга, теперь можно не волноваться по поводу общения с иностранцами, Наталья нам быстро контакт наладит.
– Да перестань, – отмахнулась она. – Здесь каждый второй английский знает. Да и немцы все хорошо русский знают, у них одним из условий отбора было знание русского или английского языка. Мне вот интересно язык барсов выучить. Я, собственно за этим сюда и полетела, чтоб разговаривать с ними напрямую, а не через их аппарат. Механика не передаёт эмоции, нюансы, а от этого порой теряется смысл. Я вот обратила внимание, что когда она обращалась к людям, переводчик говорил хорошие, добрые слова, но её интонация не совсем соответствовала им. Я не хочу делать выводов поспешно, так как один барс – это не вся раса. Мне просто очень хочется разобраться в совершенно чуждом нам языке. Ведь что ни говори, все земные языки они похожи и имеют всего несколько корней. А здесь что-то новое, не стандартное. У меня аж зудит всё внутри, как мне хочется всё понять и самой начать говорить как барс. Я записала все пресс- конференции с ними, и по вечерам разбирала.
– И? Что тебе это дало?
– Практически ничего. Представитель барсов говорила тихо в свой аппарат, слышно ничего не было, да вы всё сами видели. Между собой барсы при людях не общались. Те несколько слов, что я выудила из записей, фонетически не сложные. Человеческое горло вполне может их произносить. Так что, я уверена, что справлюсь. Меня и взяли сюда с условием, что я как можно быстрее расшифрую их язык и буду помогать нашим адаптироваться на Барсате, ну и … – Наташа замолчала, нахмурившись.
– Да ты не стесняйся, договаривай, – усмехнулся Борис. – Хотя, это и так ясно. Всем нам дано одно задание: смотреть во все глаза, мотать на ус и запоминать то, что может потом послужить землянам. Ведь так, Серёга?
Мне стало не по себе. Ведь действительно, был такой разговор, меня просили по мере возможности присматриваться к техническим новинкам барсов, пытаться понять их принцип действия и постараться всё записать или запомнить. Получается, что все мы здесь не просто мирная делегация, а потенциальные шпионы, которые настроены на то, что бы вынюхивать и высматривать всё, что плохо лежит. Чёрт, чувствую себя гадко.
– Да уж… – вырвалось у меня, – Только я не Агент- 007, боюсь у меня ничего не получится. Моя первичная задачи наладить всё наше оборудование, какое мы везём на Барсат, ну и по возможности передать местным свои знания и навыки. Этим я и намерен заниматься. А шпионят пусть другие.
– А чего ты так злишься? Я не вижу в этом большого криминала. Во-первых, барсы не дураки и не поведут нас туда, где есть секретные объекты. Следовательно, мы сможем увидеть только то, что невинно и не представляет какую-нибудь тайну. А теперь представь вот такую ситуацию: к тебе в гости приехали дикари и стали рассматривать и выспрашивать, как устроен водопровод. Тебе что жалко было бы им рассказать и показать? Что в этом будет плохого? Наташ, ты со мной согласна?
– Ну, если всё будет так, как ты это изложил, то согласна, – Наташа улыбнулась. –Давайте лучше сменим тему.
– Да как скажешь, – примирительно согласился Борис.
Мы ещё долго болтали на разные темы. Я периодически поглядывал на окружающих. Все вели себя спокойно. Многие читали, причем у многих были электронные книги. Это, конечно, практичнее, столько литературы туда можно запихнуть. Вот только где они её заряжать будут? Я пока не заметил ни одной розетки или чего-то подобного. Нашлись и шахматисты. Кстати наш вчерашний собутыльник был одним из них. Олег сидел с бородатым мужчиной у выдвижного стола за небольшими походными шахматами, ещё пару человек стояли возле них, наблюдая за партией. В основном люди разбились на небольшие группки. Происходил естественный процесс знакомства и получения первичной информации. К нам тоже периодически подходил кто-нибудь, вклиниваясь в разговор. Борис вскоре ушёл к картежникам. А я завалился спать.
Есть хотелось ужасно. Обед нам так и не принесли. Бурчание в животе мешало уснуть, но мне всё же удалось отключиться на какое-то время. Проснулся я от шума. Мужчина колотил со всей силы в дверь и кричал во всё горло: «Выпустите нас отсюда! Сволочи, дайте поесть!» И что-то ещё в том же духе. Возле него суетилась девушка и пыталась оттащить дебошира от двери, приговаривая: «Игорь, успокойся, так нельзя, ну потерпи ещё немного…» Вот, чёрт! Началось. Придётся вмешаться, хотя я терпеть не могу все эти разборки и выяснения отношений. Пока я окончательно просыпался и вставал, к буянящему Игорю подошли ещё люди.
– Правильно, если будем молчать, ничего не получим, – поддерживали одни.
–Да вы с ума сошли! – возмущались другие. – Мы цивилизованные люди, так нельзя себя вести, что о нас подумают барсы?!
–Пусть их волнует, что мы о них подумаем! – ревел Игорь. – Это ж свинство держать людей как зверьё в загоне, да ещё и не кормить при этом!
– А вы не в санаторий ехали. Это вам космос, а не прогулочная яхта. Здесь есть свои трудности и проблемы. И в любой ситуации разумный человек должен вести себя должным образом.
Словом, орали все вокруг, пытаясь перекричать друг друга. Мне сразу расхотелось лезть в эту свору. Я уже собрался вернуться к своему матрасу, как вдруг открылась дверь. Все сразу затихли. Высокие, мускулистые барсы вкатили большую закрытую ёмкость и оставили её у входа. Двое других, так же молча, опустили пластиковую коробку с посудой. Все вокруг одобрительно зашумели, сообразив, что это долгожданная еда, а Наташа уже стояла возле барсов и что-то им говорила. Из-за шума я не слышал, что конкретно она произносила, но похоже, это были простые слова приветствия, и благодарности за еду. Один барс внимательно на неё посмотрел, потом небрежно отстранил рукой, и что- то сказал своим соплеменникам. В ответ те хрюкнули и замотали головами. Затем барсы развернулись и быстро покинули помещение. Дверь за ними лязгнула, закрываясь.
Наташа с расстроенным видом так и стояла у закрытой двери. Тем временем раздался визг и ругань. Я повернулся на шум. На полу лежала женщина, явно отброшенная кем-то из толпы, устремившихся к еде. Вот зверьё. Кровь застучала у меня в висках.
–А ну всем стоять! – никогда не думал, что могу так кричать.
Толпа от неожиданности на какой-то миг притихла.
–Так, граждане, всем успокоиться и встать в очередь! – услышал я с другого конца комнаты голос Бориса. – В первую очередь женщины, потом подходят мужчины. Давайте не будем превращаться в животных уже на второй день пути. Марина, – обратился он к высокой женщине в очках, – Там есть чем раскладывать?
Марина подошла к ёмкости, с небольшим усилием приподняла крышку и заглянула внутрь. Затем утвердительно кивнула головой.
– Вот и займись раздачей, – продолжил командовать Борис.– Ирочка, распределите тарелки или что там у них?
Женщины засуетились у ящика, доставая из него округлые емкости и ложки, передавая их стоящим вокруг людям. Порядок более-менее восстановился.
– Я смотрю, ты уже со всеми познакомился, – кивнул я на Марину. – И когда только успел.
–Да так получилось, – отмахнулся Борис. – Ну что там, все получили свою порцию?
Возле ёмкости ещё топталось пару человек. Марина призывно кивнула нам. Ну что ж попробуем, чем нас хозяева угощают.
Я не кулинар и тонкостей не понимаю. Сказать точно, что мы ели не берусь. Но после двух дней впроголодь, теплое варево пошло на «ура».
Остатки вечера прошли тихо и мирно. Сытые люди уже не собирались ломать дверь и лезть на баррикады. Начали кормить это уже хорошо. Возможно, я дождусь и экскурсий по кораблю. А то от скуки опять может начаться брожение в наших рядах. Не хотелось бы, не люблю я все эти скандалы, просто жуть как. Ладно, будет день – будет и пища. Так, кажется, говорят?

[Аптекарь]

А, пожалуйста.

silverrat, вы же девушка! Побойтесь бога. =(

[Mishka]

вы же девушка! Побойтесь бога. =(

Вы только что обозвали Фрэнка Синатру девушкой :-(((((((((((

[Касторка]

3

Как хорошо вернуться домой. Дожили, крейсер уже домом величаю. Но эти земляне выпили из меня все соки. А их ужасные кровати и дома?! Я всё время боялась задеть потолок головой. Чувствовала себя как зверь в клетке. То ли дело моя каюта. Любимое кресло и стакан вина на столике. Он призывно манит меня запотевшими капельками, а я не тороплюсь отпивать из него, растягиваю удовольствие. Крейсер только что ушёл в подпространство к очередному сектору на поиски пригодной для жизни планеты. Теперь три дня отдыха и размышлений.
Тихий, но уверенный стук.
– Заходи, Трош. Видишь бутылку на столе, налей себе. Это вино землян. Очень не дурная вещь. Так что я взяла с собой десяток.
Трош с сомнением повертел в руках стеклянный сосуд, поколебавшись, налил себе немного в стакан и осторожно попробовал. Довольно хмыкнув, долил в стакан до краев.
– Есть силы рассказать подробности? – Трош опустился на диван.– А то по сухим докладам толком ничего не понял. Главное, как ты всё это провернула?
– Я немного разобралась в психологии землян и сыграла на этом. Они как чао, верят всему, что им говоришь. То, что надо действовать, не применяя силы, было понятно ещё на орбите. Один боевой крейсер бессилен, даже на слаборазвитой планете. Просмотрев кучу их телепрограмм, мне пришла в голову гениальная идея: попросить у них помощи.
– Нам помощь? Нам – высокоразвитой расе их примитивная помощь? И они клюнули?
– Как видишь, – откидываюсь на спинку кресла, довольно улыбаясь . – Я что-то наплела по поводу молодого развивающегося мира, и главное, пригласила их специалистов обменяться опытом и знаниями. Так что теперь у нас есть простенькое оборудование для изготовления самых элементарных вещей. Правда, пока всё это будет грубое, земное, но мы научим этих людей делать хорошие вещи. Да, взяла также различные семена и технику для земледелия, на всякий случай.
– Это мудро, только не известно пригодится ли, – вздохнул Трош. – Слушай, а почему ты захватила так мало людей? Или они на большее не соглашались?
– Ха! Эти идиоты только я намекнула о делегации, сразу кинулись набирать. Представляешь, они конкурс устроили, выбирали самых достойных для полёта «в гости». Но я их поставила в жёсткие временные рамки, а то они бы ещё год возились. Это в мои планы не входило, я и так еле сдерживалась, чтоб не пристрелить особо назойливых землян. И жить там, на Земле, в ускоренном ритме, просто не выносимо.
– Угу, - скривился Трош, – Только вот, маловато рабов. А, как я понимаю, второй раз нам на Землю дорога закрыта.
– Почему это, – фыркаю я, –при необходимости ещё несколько рейсов точно можно сделать.
–Ты думаешь, земляне полетят с нами ещё, не дождавшись возвращения первой группы? У них что, совсем нет никакого чувства самосохранения?
– А мы им представим доказательства, что все их люди счастливы и приглашают других присоединиться к ним на Барсате.
–Ты хочешь сделать запись, – догадался Трош. – Хм, а если они упрутся и не захотят нам подыгрывать. Или ты собираешься первое время вести себя с ними не как с рабами?
– Вот ещё! Мне на Земле надоело с ними любезничать. Если б ты знал, сколько нервов мне это стоило. Какая-то мелочь дикая мельтешит перед тобой, а ты должна ей улыбаться и вести себя как с равными. Чувство гадливости не покидало меня ни на минуту. Так что поручи Крогу быстрей нагрузить людей работой. Да, и пусть они сами себя всем обеспечивают.
– А они будут работать?
– Не будь наивным. Под прицелом будет работать любой. Или еду выдавать только в конце дня, после выполнения задания. Жить захотят – будут работать как миленькие. А съёмку сделаем, не помешает. Ну, кое- что придётся и смонтировать. Покажем наши каюты, сделаем пару снимков полёта людей на шлюпках, ну и запишем несколько личных хвалебных посланий. Причём это надо сделать уже сейчас, пока люди не обтрепались и имеют привычный для их родных вид. Потом, при возвращении на Землю, говорим, что все довольны и счастливы, показываем запись и приглашаем следующую группу гостей. И вот уже очередная партия рабов у нас на борту. Этот трюк можно будет проделать раза два, максимум три.
– Вот именно, а что потом?
– Пока не знаю, – я пожала плечами, – Да и никто не знает, что ждет нас в новой звёздной системе, с кем ещё предстоит встретиться в космосе.
– Да, всё хотел спросить, они ведь наверняка спрашивали координаты нашей планеты. Что ты им дала? Просто набор цифр?
– Зачем? У них астрономия на достаточно высоком уровне. Если бы они обнаружили пустышку, мой план мог рухнуть. Так что координаты вполне реальны.
– Неонцы… – довольно хмыкнул Трош.
– Так что я хочу, чтобы никто при людях не упоминал неонцев. Пусть они даже и не знают о существовании ещё одной разумной расы. Мы для них должны стать единственным высшим разумом, что, собственно, так и есть.
Трош одобрительно кивнул.
– Хорошее у них вино, – вздохнула я, наливая очередной стакан.– Слушай, Трош, надо сделать перепись имущества. Они там дали сопроводительные бумаги, ты посади шифровальщиков, пусть загонят всё в компьютер для расшифровки. По людям тоже списки есть. Ладно, хватит про них. На корабле всё нормально?
– Конечно. Все системы в норме, оружие всё сто раз проверено. Но всем до тошноты надоел крейсер и космос. Особо рьяные рвались слетать порезвиться на землю. Пришлось заблокировать шлюзовые своим генетическим кодом, во избежание проблем. Пороптали, не без этого. Потом они себе развлечение нашли: смотрят записи местных фильмов эротического плана. Пришлось разрешить и отправить пару раз шлюпку к спутникам за свежим материалом.
–Вот бездельники! Зачем потакаешь?
–Да пусть смотрят. А шлюпка ведь не только данную информацию скачивала, а всё подряд. Там, кстати, много новостей и программ с твоим участием. Я подумал, что лишней информации не бывает. А барсам надо свою энергию на что-то тратить, в том числе и сексуальную. Между прочим забористые есть сцены, это тебе не за чао наблюдать. Давай вечерком в твоей каюте посмотрим?
– Я устала и на секс меня пока не тянет.
– Ну, как знаешь.

[viktor egorov]

Для девочки в амплуа боевого фантаста неплохо. Но динамики нужно побольше. Интрижку какую нибудь. Конечно я сам с усам - везде бьют. Но рискну немножко прокомментировать.
На мой непрофессиональный взгляд немножко перегружено риторикой - хотя читается легко. Дальше. Вас разбирали за якобы неправильное построение предложений.
Что вижу я. Много мелких (имхо) таких, совсем манюпусеньких неувязочек. Но они как то царапаются.
"Начинаю манёвр" - можно, но лучше "начинаю производить, выполнять". "Первыми стартуют боевые единицы за ними крейсе..."- можно, но крейсер тоже боевая единица. " Боевое место" - боевой пост. " Сбрасывать такую бомбу на движущейся в космосе обьект"- в космосе нет понятия "верх - низ". Посылать бомбу. Стрелять бомбой. Короче много таких нюансиков - допустимых но царапающих.

[Касторка]

Для девочки в амплуа боевого фантаста неплохо.

Спасибо. Бои - это не мое и драки тоже. Просто мучения одни описывать такое. Спасибо за замечания, подправлю, подумаю.

Выкладываю оставшийся кусок (вдруг кто еще читает )

[Касторка]

4

Как всё уже осточертело, постоянно вокруг кто-то топчется, пристаёт с расспросами и разговорами. Третий день пошёл, а перемен никаких. Народ потихоньку начинает беситься. Пару раз пришлось утихомиривать особо буйных. А ещё эта визгливая Лариска. Как она меня достала! Да, по-моему, не только меня. Наташа, добрая душа, ещё как-то её терпит, но я вижу, чего ей это стоит. Вот уж точно пелось: «таких не берут в космонавты». Ан нет, взяли. А чего собственно я ждал? За две недели отобрать и проверить на совместимость просто невозможно. Да и никто не ожидал, что нам придётся жить в таком тесном контакте друг с другом. У Бориса выдержки явно больше, чем у меня, умеет человек контролировать свои эмоции. Начинаю ему завидовать. Наверное, поэтому ему и в карты везёт.
Кстати, надо отдать должное нашим людям: нашлись карты, домино, шахматы, нарды и даже лото. Народ кучковался по интересам, переживал за других, болели, особо азартные спорили, как правило на что-то безобидное, типа «Ку-ка-реку!». А что ещё остаётся делать? Игральные страсти стихали к ночи, когда волевым решением выключался свет, и все ложились спать.
Ладно, надо идти умываться. По моим подсчётам, скоро должны привезти еду. Мы здесь установили земной распорядок, а вот барсы живут по-своему. Так что их вчерашний ужин для нас сегодняшний завтрак. Вон и Наталья встала.
– С добрым утром, – подхожу к матрасам, где копошилась Наташа. – Ты бы поторопилась, а то сейчас завтрак принесут.
–Ой, привет! – подняла она на меня свои всегда улыбающиеся глаза.– А откуда ты знаешь про завтрак? Для меня так всегда сюрприз их появление.
– Элементарно, – пожимаю я плечами. – Они просто живут по времени Барсата, а не Земли. Вот и происходит сдвиг. Сейчас как раз время ужина.
–Завтрака. Впрочем, не важно, – отмахнулась Наташа. – Надо встать у двери и попробовать опять наладить контакт. Ну, или хотя бы послушать, как они говорят между собой.
– Оптимистка! Всё ещё надеешься, что с тобой будут говорить?
Наталья только вздохнула и печально улыбнулась в ответ.
–Ладно, пойдём к двери караулить. Умыться можно и после завтрака.
Я взглянул на часы. Барсы не отличались пунктуальностью. Плюс – минус минут двадцать. Так что мы сели на ближайшие откидные стульчики и стали ждать.
– Наташ, ты хоть что-то уловила из их речи?
–Трудно сказать. Они здесь немногословны. Так что всего пару слов, значение которых могу только предполагать.
– Ничего. Выпустят же нас когда-нибудь из этого чёртового корабля…
Я не успел договорить, так как дверь стала отворяться и Наталья сорвалась со своего места прямиком к показавшимся барсам. Сегодня их было не трое, как обычно, а пятеро. Впрочем, всё остальное было как всегда: ёмкость с едой, которую у нас по не понятной мне логике, окрестили в «самовар», и молчаливые барсы, закатившие её в помещение. К «самовару» сразу подскочили несколько человек. Чтобы не было лишних склок и нареканий, мы установили дежурство по кухне. Так что, подоспевшие дежурные сразу принялись за свою работу.
Наташа стояла у самой двери и в очередной раз пыталась привлечь к себе внимание. Я встал у неё за спиной. Кто их знает, этих барсов. Тем более что сегодня явно пришло начальство. Я их спинным мозгом чувствую. Вон тот точно руководит ими.
– Господин начальник, – услышал я Наташин голос, – Здравствуйте. Я, Наташа, – она указала на себя, пытаясь завязать диалог. Затем протянула руку к барсу и слегка коснулась его пальцами, – а вы?
Барс свысока своего роста посмотрел на неё, что-то буркнул своему подчиненному и указал на Наташу рукой. Я непроизвольно обнял её за плечи, прижимаясь к ней. Барс ткнул рукой и в меня, а затем ещё на кого-то за моей спиной. Второй барс слегка подтолкнул Наташу, а затем и меня к выходу.
– Сергей, что это? – голос у неё был испуганным.
– Долгожданная экскурсия, – улыбнулся я ей в ответ, пытаясь успокоить. – Так что нам первым выпала данная честь. Сбылась твоя мечта, пообщаешься с барсами.
– Не больно они хотят общаться, – покачала головой Наташа. – Но ты прав, это лучше, чем сидеть здесь взаперти без всякой информации.
Мы стояли в коридоре. Кроме нас с Наташей выбрали ещё двух парней и пухленькую Ольгу. Все были немного возбуждены. Я чувствовал, как холодные Наташкины руки вцепилась в меня мёртвой хваткой.
–Тебе страшно?
Она смущенно кивнула головой и немного разжала пальцы.
– Не бери дурного в голову. Всё будет нормально, – я положил свою руку на её ладошку и почувствовал, лёгкую дрожь.
Тем временем один барс пошёл вперёд, а остальные жестами пригласили следовать за ним. Начальник замыкал шествие. В руках одного сопровождающего был небольшой прибор. Что за прибор, разобрать не смог, так как аппарат был небольшой и практически полностью закрывался ладонью барса. Нас провели коридором, затем мы попали в тренажёрный зал. Там занимались барсы. При виде людей, многие бросили свои занятия и с любопытством нас разглядывали. Они переговаривались между собой и кивали в нашу сторону. Если честно, то мне всё это не понравилось, чувствовал себя как подопытный кролик.
– Чего они глазеют?
– Привыкай. Мы на Земле на них глазели, теперь на нас будут. Ты для них маленький страшненький инопланетянин.
– Кто ещё страшненький, – возмутился Михаил.
– Мишенька, не волнуйся, для нас ты красавчик, – усмехнулась Ольга, – они просто ничего в этом не смыслят. А чё, прикольные верзилы. Сергей, ты такой мускулисты, давай, покажи этим барсам, что и мы не лыком шиты.
Она кивнула в сторону инопланетных тренажёров. Наташа улыбнулась и слегка подтолкнула меня вперёд. Вот чёрт!
– Тоже мне нашли культуриста, – пытаюсь возмущаться я, но понимаю, что здесь это не прокатит.
Впрочем, ничего сложного нет. Я заметил, как барсы занимались на некоторых тренажёрах. Спрашиваю жестами барсов, можно ли подойти. В ответ те одобрительно подталкиваю меня и остальных к агрегатам. Девчонки пробовать не стали, а вот мы с парнями с удовольствием размялись. Под одобрительные возгласы Ольги и Наташи, выкладывались по полной. Зря, конечно. Завтра все мышцы будут болеть. Но чего не сделаешь, ради прекрасных дам!
После спортзала, нас провели в комнату отдыха, столовую, ещё ряд помещений. О назначении того или иного места мы только догадывались, так как нам даже не пытались что-то объяснить. Больше всего мне понравился отсек, где стояли шлюпки. Да чего они хороши! Так подмывало залезь туда, но нас не пустили. Правильно, конечно, я бы у себя в цехе, глупую деревенщину тоже близко к станкам не подпускал бы. Мало ли куда он свои пальцы засунет? А мне потом отвечай. Но во всех других комнатах и отсеках нам позволяли сидеть на их диванах, трогать всякие неизвестные штучки, показали небольшое кино, точнее, что-то музыкальное. Изображение возникло в небольшой нише, было объёмным и красочным. Очень интересно. Ольга визжала от восторга и даже пыталась потрогать изображение руками.
На всё-про-всё ушло около часа. Нашего часа. Я пытался запомнить месторасположение тех или иных помещений, в уме прикинуть план корабля, но окончательно запутался и заблудился. Поэтому когда нас подвели к очередной двери, и мы увидели наше жилище, то я несколько растерялся. Не хотелось заканчивать экскурсию, но с хозяевами не поспоришь. Только сейчас я почувствовал голод, ведь мы ушли, так и не позавтракав.
– Жаль, что всё так быстро закончилось, – вздохнула Наташа.
– Скажи спасибо, что нам выпало хоть это.
Не успели мы войти, как все бросились к нам с расспросами. Шум стоял такой, что разобрать хоть что-либо не было возможности.Чёрт, есть хочу. Сообразили нам хоть что-то оставить или всё подчистую съели? Первый не выдержал Мишка. Он, что есть силы, прокричал в толпу:
– Дайте пожрать сначала, изверги, а потом мы всё вам расскажем!
Его крик души не прошёл бесследно. Нам в руки быстро всучили миски с едой, и расчистили место у столов. Тут же появились и чашки с напитком. Еда, правда, остыла, но голод не тётка, съешь и холодное. Борька уже стоял возле меня. Он внимательно всматривался в мою жующую физиономию. Видно, ничего подозрительного там не увидел, облегченно хмыкнул и повернулся к народу.
– Граждане, путешественники! – раздался его громкий голос, – Сегодня через пол часа состоится пресс-конференция с первыми экскурсантами землянами по межгалактическому кораблю барсов. Желающие послушать располагаются на матрасах в центре зала. Попрошу занимать свои места согласно купленным билетам. Выступающих прошу поторопиться с едой, дабы не накалять страсти ожидающих и проследовать к столику шахматистов.
Борис подмигнул Наташе и стал подталкивать особо упрямых и любопытных подальше от нас, давая возможность нормально поесть.
– Ой, а можно я не буду выступать, – Оля виновато хлопала глазками. – Я не умею, и стесняюсь. Может лучше Миша?
Михаил безразлично пожал плечами, хотя весь его вид говорил: «Естественно, кто кроме меня…» Да и фиг с тобой. Звезди, на здоровье. Я не за этим сюда стремился. Доедали молча. Хотелось подумать и собраться с мыслями.
Импровизированная пресс-конференция прошла мирно. Говорил в основном Михаил и Наталья. Мы с Ольгой помалкивали. Нам задавали кучу вопросов, но что мы могли ответить? В сущности, нам показали мизер, а если быть совсем честными, то вообще ничего сверхъестественного.
Народ ещё долго гудел и обсуждал нашу экскурсию. Стали даже составлять очередь, кто пойдёт в следующий раз. Я завалился на матрас и закрыл глаза. Нет, спать не хотелось. Просто так легче отрешиться от здешней суеты и постоянного гама. Хотелось ещё раз вспомнить всё, что я видел у барсов.
– Спишь? – подсел ко мне Борис.
– Нет, просто лежу, – не открывая глаз, ответил я.
–Угм, – Борис лёг рядом на свой матрас. – Есть что ещё сказать?
– Вот я и сам сейчас об этом думаю.
– И? – Борис напрягся.
– Чёрт его знает. Надо ещё с Наташей поговорить, что она думает.
– А ты сам? Твои впечатления.
– Мои… Барсы, сопровождавшие нас во время демонстрации корабля, вели себя с нами немного странно. А те, кого мы встречали так вообще… Словом, мне не понравилась их реакция на наше появление.
– Интересно, – Борис задумался. – Хотя, всё вполне логично. Мы для них инопланетяне, к нашей внешности ещё не привыкли, вот и смотрят с неким опасением.
– Это была брезгливость.
– Тебе могло показаться. Чужие эмоции могут выражаться совсем не так как у нас. И заметь, это они нас пригласили к себе в гости. Мы не напрашивались.
Я пожал плечами и безразлично махнул рукой.
– Ты прав, ерунда всё это. Поживём – увидим.
– О, Наталья к нам идёт, – Борис призывно махнул ей рукой. – Вырвалась?
– Устала, – она присела на мой матрас. – По десять раз одно и тоже спрашивают.
– Всем скучно, а тут хоть какое-то развлечение, – оправдывался Борис. – Ну и интересно знать, про тех к кому мы летим.
– Ага, только им абсолютно не интересно налаживать с нами связь, – фыркнула она. – Вот скажи, почему они нас водили по кораблю без переводчика? Ведь он у них есть, на Земле они им прекрасно пользовались. А тут молча провели, показали неизвестно что и обратно в камеру. Не пойму я этих барсов.
– Хм, ну… – Борис пытался найти логическое объяснение и этой детали поведения барсов.
– Да не, Наташ, здесь как раз ничего странного, – встрял я. – На Земле вёл все переговоры один барс.
– Одна, – поправил меня Борис.
– Не важно, – отмахнулся я. – Просто полномочия на контакт с иными есть только у неё, а остальные на это права не имеют. Они просто выполняли миссию сопровождения и съёмки.
– Съёмки? – Борис заинтересовался. – Вы ничего про это не говорили.
– Потому что это не факт, что была съёмка, – возразила Наташа. – Это предположение Сергея. По мне так это может быть всем чем угодно, от оружия, до обычного термометра.
– Ну, ты и сказала! Какой нафиг термометр?! Нет, я уверен, что велась съёмка нашей так сказать экскурсии.
– Да ладно вам, – встрял Борис. – Съёмка или нет, не важно. Меня сейчас больше волнует вопрос: будут ли ещё кого выводить?
– Почему нет, вполне может быть, – улыбнулась Наталья.
У меня закрались на этот счёт некие сомнения, но я решил промолчать.

Я оказался не прав. На следующее утро, причём именно утро по времени Барсата, к нам пришли сразу восемь барсов. Люди оживленно столпились вокруг них, надеясь попасть в очередную партию счастливчиков, которых проведут по кораблю. Но барсы не торопились выбирать экскурсантов. Они выстроились вдоль стены, закрывая выход, и старший из них достал переводчик. Барс стал тихо говорить в него, а до нас уже доносились переведённые на русский язык слова.

Глава третья.

1.

Пополнение в виде людей оказалось очень кстати. Личного состава не хватало, лишние руки нужны везде, впрочем, не только руки, но и голова, но с этим уже ничего не поделаешь. Надо отдать должное землянам, они оказались более сообразительными, чем наши чао, но и менее покладисты. Увы, пришлось пожертвовать двумя особями, ради усмирения остальных. Тогда я впервые пожалела, что не прихватила на крейсер парочку земных детей, судя по их психологии, разговор был бы на много короче. Но, поздно, в следующий раз буду умнее. Жаль, так бездарно использовать расходный материал, они могли с большей пользой послужить барсам на корабле или в разведке на новых землях, которых, к сожалению, пока нет. Прочесываем шестой сектор, но всё либо пусто, либо такие условия, в которых не то что существовать, а просто выжить нельзя.
В дверях появилась чао, неся стопку чистой одежды. Она как обычно тихо, но неуклюже переваливаясь на своих косолапых ногах, прошла через каюту, разложила всё по полкам, затем засуетилась у стола, собирая грязную посуду. На ней сегодня не обычная темная юбка и кофта, а что-то яркое, цветастое, свободно облегающее нескладную фигуру чао. Земляне добрались и до них. Надо распорядиться, чтоб не расходовали зря материал на чао, нам и самим мало.
Прошло два месяца, как мы взяли людей на борт. Из их оборудования первым делом установили ткацкие и швейные машины. Военные комбинезоны хоть и прочные, но не вечные, я уже не говорю о белье и простынях и одежде для детей. Пока их только трое, но будут и ещё. Вот вижу, что они начали и чао одевать. Обувь. Худо бедно, что-то там такое делаю, но я пока обхожусь своей. А вот продукты смешались. Порой и не понимаю, что я ем и из чего. Иногда вкусно, иногда нет. Но, я солдат и могу терпеть. Впрочем, я ещё и вершитель и терпеть не хочу.
Пора совершить обход своих владений. Стараюсь делать это часто, но не регулярно, чтоб эти увальни не подгадали мой приход. Так, с чего начать сегодня? На кухню не пойду, там полно людей, а меня от них тошнит. Ладно, начну с рубки, а там потом решу.
Под ногами чувствую легкую привычную вибрацию. Ловлю себя на мысли, что уже начинаю забывать, как это идти по земле и не чувствовать вот этой дрожи. Устала ли я от нашего скитания? Нет, пожалуй. Меня не тяготит космос, замкнутое пространство и бытовые неудобства. А вот одни и те же лица – да, от этого хочеться выть и пристрелить первого попавшегося под руку. А никуда не деться, больше барсов нет, мы одни в этой вселенной.
В рубке привычно нет суеты и шума, все собраны и делают свое дело. Смена Чаво. Еще три барса сидят у пультов, и два человека. Чаво по-военному вытягивается в приветствии.
– Докладывай, – киваю ему.
– Полёт идёт нормально. Первый контур пришлось отключить, идём на втором и резервном.
– Знаю. Что с первым? Наладили?
– Ещё ремонтники работают.
– Эти как? – киваю на землян.
– Учатся. Крог приказал обучить несколько человек полёту в межпространстве, чтоб потом вахту мог нести один барс и эти, что даст нашим ребятам дополнительное время на отдых.
Хм, рискуем. Или нет? Навигацию они не знают, координаты места назначения вводит исключительно старший офицерский состав и по моему личному разрешению, доступа туда им никто не даст. Нет, всё правильно, пусть работают.
Теперь куда? В комнате отдыха почти никого не было. Мелькнула в дверях спина землянина, тащившего на чистку уборщика. Пара барсов играли в скир, и ещё двое наблюдали и давали советы игравшим.
Пропускаю, склад и шлюпочный отсек, краем глаза замечая, что всё закрыто и датчик спокойно горит оранжевым пятном. Отсек чао. Впрочем, сейчас там и половина людей. Пришлось немного потеснить, но первичный общий отсек занят под швейное производство и ремонтные станки.
Задорный детский смех раздается из приоткрытых дверей детской. Земная женщина сидит за столом, держа на руках моего сына, и что-то там с ним рисуют. Чао рядом на полу играет с еще одним малышом, который весело смеялся, ухватившись за ее нос. У стены младенец тихонько посапывает в детской кроватки. Что за ерунда, откуда она взялась? Да и странная какая-то. Краем глаза отмечаю, как вздрагивает землянка при моем появлении, а чао глупо улыбается и смотрит на меня своими преданно-покорными глазами.
– Что это, Юя? – киваю на стену всю увешанную яркими картинками.
– Дети рисуют и Оля, – Юя глупо довольно улыбается. – Она рисует, а малыш повторяет. Красиво. Ярко.
Действительно ярко. Рисунки разные, одни явно нарисованы слабой детской ручкой, на них толком и не разберешь, что нарисовано, а другие странные. Точнее виды и предметы изображены не Барсата, а Земли. Хорошо ли это? Впрочем, наши дети никогда больше не увидят Барсат, да и Землю тоже. Так что пусть будут. Никуда не деться, земные ростки и тут и там появляются на крейсере. Взять хотя бы одежду. Форменные кители и штаны они научились делать быстро по предоставленным им образцам, а вот детской одежды на корабле не было. Люди сами шили для детей то, что они умели и из их материалов. Вот и мой сын, одет в какой-то яркий синий комбинезон со смешными карманами в виде земного животного. Нда, хорошо, что у нас есть рабы, но плохо, что у нас нет своих специалистов.
– Она справляется? – Юя утвердительно кивает. – Хорошо. Следи за ней, чтоб детей не обижала, да чистоту соблюдала. А то кто их знает этих землян.
– Оля добрая, хорошая, – опять заулыбалась чао. – Она песни поет, рисует, играет.
Да уж! Дожили, детей барсов воспитывает инопланетянка! Но это временно, пока они совсем маленькие. Через годик приставлю к ним учителя, надо подобрать кого потолковее. Ох, всё я, всё сама. А где это мой муж? Бездельник, опять, небось, спит. Расслабился совсем, всё на Крога переложил и рад.
– Врачу подойти к пятому сектору, – раздался голос Крога по общей связи.
Что там случилось? Почему мне не доложили? Ускоряю шаг, предчувствуя, как закипает во мне кровь, подстёгивая ярость.
В коридоре уже топчется пару рядовых. Вынырнувший из лифта врач, оттолкнул их, и только тогда я увидела лежавшую на полу землянку, всё лицо и ноги который были в крови, платье на груди разорвано. Она тяжело дышала и с ужасом смотрела на окруживших её барсов. Так это из-за неё такой переполох?
– Крог, в чем дело? Что тут у вас?
Офицер зло кивнул на стоявшего в каюте барса.
– Да этот, второго человека портит. Паразит, у меня рук не хватает, а он… Через день выходим в сектор. А если там атмосферная планета? Надо на разведку людей гнать, а где я их возьму, если каждый солдафон будет раба портить!
На слово «солдафон» офицер поморщился, но не набрался смелости возразить Крогу.
– Что с ней? Жить будет?
– Да, генерал, – доктор брезгливо осматривал землянку, – но придётся повозиться, иначе можно потерять.
– Работай, – киваю доктору, и поднимаю глаза на провинившегося, тот бледнеет и усиленно моргает глазами, пытаясь скрыться от моего взгляда. – Теперь ты. За порчу имущества Барсата, лишаешься права иметь собственного раба и при высадки на новую планету идешь в разведку в первых рядах. Крог, зафиксируй мой приказ, проследи, чтоб здесь навели порядок, и потом жду тебя у себя.
Мало у меня проблем, так ещё и садисты на мою голову. Расслабились ребятки, разленились. Скорей бы новые планеты, так уже хочется осесть и зажить нормальной полноценной жизнью.
– Что там за шум? – Трош стоял у моей каюты, то ли специально поджидая, то ли только-только подошёл.
– А, – отмахиваюсь я, открывая дверь. – Крог сейчас придёт и всё доложит. Ты где был? Что-то я тебя давненько не видела? Спишь? Вон брюхо отъел.
– Вот ты злыдня! Нет у меня никакого брюха, я себя умею в форме держать. А не видела, потому что в машинном торчу, слежу за ремонтом контура.
– Успешно? – хмыкаю я, хотя понимаю, что контур – дело нужное.
– Справляемся. Сама зашла бы посмотрела.
– Да надо, всё никак не доберусь.
Трош как всегда развалился в кресле. Действительно, про брюшко я пошутила, он всё в той же прекрасной форме, чего нельзя сказать о себе.
Крог заглянул в приоткрытую дверь, и, уловив мой кивок, присоединился к нам.
– Рассказывай в чём проблема.
– Да, бесятся немного, – Крог угрюмо сморщился и сел на предложенный стул.
– Опять Саво начудил? – Трош вглядывался в лицо офицера, пытаясь понять тяжесть произошедшего.
– Да, он, – кивнул тот в ответ. – Кровь молодая, женщин мало, вот и тянет на экзотику.
–Хм, – Трош похотливо улыбнулся и закатил глаза, – есть такое… Как насмотришься их эротических фильмов самому хочется залезть на такую маленькую бестию.
– Самцы, – меня аж затошнило от отвращения. – Фильмы все изъять. Ослушавшемуся – лишение личного раба и разведка вне очереди. Кстати, Крог, ты сказал, что он уже двоих людей испортил. Почему мне сразу не доложил? Почему не наказал виновного?
– Хм, в первый раз была, скорее самооборона, я решил, что для людей это пойдёт на пользу.
– Что значит самооборона? Люди начали нападать на барсов? – начинаю вскипать от его тупости и самоуверенности. – И ты считаешь, что я не должна об этом знать?
– Не горячись, это я приказал не беспокоить тебя по ерунде, – Трош демонстративно зевнул и почесал себя за ухом. – Там всё обстояло так: Саво решил поразвлечься со своей землянкой, а та давай брыкаться и орать во всё горло. Ну, один из её соплеменников к своему несчастью проходил мимо, услышал крики женщины и решил вмешаться. Впрочем, его слабые попытки отбить девчонку только ещё больше раззадорили Саво, вот он и не рассчитал силы, приложился к дохляку кулаком, тот и умер. Я распорядился для усмирения землян выставить тело погибшего на общем вечернем сборе землян, и сказал, что раб наказан за неповиновение представителю высшей расы. А Саво попросил впредь воздерживаться от насилия и не допускать смерти землян.
– Попросил он, – фыркаю я, а в глубине души готова убить и одного и другого и третьего в придачу! Безмозглые животные! Впрочем, что я хочу от мужчин, их мозгами рулят инстинкты, не более. – Ладно. Довести до сведения каждого барса, о наказании Саво, чтоб другие в следующий раз подумали, прежде чем решаться убить раба. Нас слишком мало, и без людей нам не выжить.
– Тут ты права, – Трош одобрительно кивнул. – Мне б ещё пару человек в машинное, а то барсы и так с ног валятся, работая по пять-шесть часов в день.
– Посмотрим. Только ума не приложу, откуда можно снять. Впрочем, если чао освоились с земной кухней, то можно оттуда снять пару человек, да с пошивочного цеха. Крог, на сегодняшний день все получили новое обмундирование?
Тот на минуту задумался, что-то то ли считая, то ли вспоминая.
– Завтра последние комплекты должны поступить из цеха. Но нужен и запас, плюс хотелось бы не только форму, но и домашнее, повседневное…
– Где ты здесь дом видел? Пока у нас у всех только служба. Оставь пару швей на срочные нужды, а остальных направляй в машинное и в рубку.
Крог и Трош переглянулись, понимая, что из швей и поваров помощники ещё те, следовательно, нужно проработать ещё раз над специализацией землян и перераспределить обязанности. Исполнитель воли, вздохнув, поднялся со стула и вышел из кабинета. Трош попыхтел немного, потом поднялся к кувшину с водой и налив себе стакан, залпом осушил половину.
– Надеюсь, Маргыш, твой указ по поводу эротических земных фильмов на меня не распространяется?
Удивлённо вскидываю брови, но понимаю, что возражать не стоит. Мы пока ещё с ним здесь на равных и ссоры мне не нужны.
– Смотри уж, старый развратник, только землянок не порть. Я вообще не понимаю, что вы в них нашли? Мелкие, бледные и волосы жидкие, никакие. Это как иметь связь с недоразвитым барсом-карликом. Бррр.
– Не скажи. У карликов тело неправильное, пропорции не соблюдены, а эти точно такие же, как мы, только миниатюрнее. А цвет кожи придает некую пикантность, и добавляет эротичности всему происходящему, – глаза Троша похотливо заблестели, а руки слегка стали подрагивать. – Она как кукла, вся вот тут, у тебя под рукой, и всё, что должна иметь самка у неё есть, только узенькое, маленькое, но такое…
Он уже весь дрожал и возбужденно дышал. Надо сказать честно, что и меня несколько распалили его речи, заныло в пояснице и пересохло во рту. И стоило только его рукам прикоснуться к моей спине, я поняла, что сдержаться не могу, да и не хочу. К тому же секс может заменить тренажерный зал на сегодня.
– Маргыш, ты такая восхитительная, такая сексуальная, желанная, – его голос обволакивает меня, заставляя урчать в ответ и откликаться на его ласки. – Здесь или в спальне?
– Лучше в спальне, – улыбаюсь в ответ. – Сегодня тебе придёться поработать на полную, так просто ты от меня не уйдешь.
– Гммм, – довольно хрюкает Трош и, легко подхватив меня на руки, несёт на кровать. – Может, для затравки посмотрим филь?
– К неонцам людей и их фильмы! Не томи! Иначе я перегрызу тебе горло!
– О! Давно не видел свою Маргыш в таком возбуждении. Сладкая моя…

Нега всё ещё холодит моё тело. Как хорошо вот так лежать на удобной кровати и ничего не делать и ни о чём не думать. Только я и моё тело. Вот только этот ещё рядом лежит. Смотрю на него и каждый раз удивляюсь откуда он силы берёт, в его-то возрасте? Да, не удивляюсь теперь, что у него была куча детей, жена, небось, из постели и не вылезала. Эх, а вот мне пора. Корабль уже минут двадцать как вышел в сектор. Надо идти к Бронгу и как обычно подгонять его с исследованиями. Хоть бы нам на этот раз повезло!

2.

Какой день мы здесь? Совсем сбился, да и не знаешь, как считать по-нашему или уже по барсатовскому. Склоняюсь ко второму. Если честно, то уже привык к новому, удлиненному распорядку дня. А в первые дни было тяжело. Хотя, тяжело было скорее морально, когда поняли, что мы здесь не мирная делегация, а просто рабочий скот, которого в любую минуту можно пристрелить или выкинуть за борт. Жаль ребят. Нет, сколько раз говорил себе: не вспоминать, не думать, но глупая голова всё помнит и ничего не прощает. Благодарю бога, что здесь собрались умные люди, иначе жертв было бы гораздо больше. Ничего, человек существо хитрое, мы что-то придумаем, я в этом уверен. Надо только набраться терпения и смотреть в оба.
Хотя, мне грех жаловаться, я же изначально хотел покопаться в их двигателях да в шлюпках, вот я это и имею. Физику процесса пока не понял, но принцип устройства некоторых узлов уже уловил. Мне интересно, и поэтому скудное питание и спартанский образ жизни меня не так тяготит, как других. Девчонок жалко. Им, конечно, не хватает комфорта, да и работа у них потяжелей.
– Серега! – оборачиваюсь на Борькин голос. Он ускорил шаг, догоняя меня. – Ты освободился? И меня отпустили. Слышал, сегодня опят тот урод на Сару напал. Живая, но в тяжёлом состоянии. Больше информации нет. Придём, у Пьера всё узнаем.
– Я вот думаю, а не подкараулить нам этого садиста, да не придушить потихоньку?
– Мысль хорошая, но плохая. Барсы так этого не оставят и наши люди обязательно поплатятся за это. Ты хочешь репрессий? – Борис сверлил меня взглядом, и мне ничего не оставалось, как отрицательно покачать головой.
– Ты прав, глупость сказал.
Мы подошли к нашему отсеку. Точнее эти каюты предназначались для чао, но их потеснили и людям выделили два помещения, по десять человек в каждом. Остальные жили там же, где мы провели первые дни. Так получилось, что и Борис и Наташа так и остались рядом, а вот Олег остался там. Я его с тех пор видел всего один раз и то мельком, мы почти не пересекаемся со второй группой. Только девчонки с кухни поддерживают связь и передают нам новости.
Живём тесно, всё на тех же матрасах и откидных столах и стульях. Появились только встроенные шкафы с полками, куда распихали свой нехитрый скарб.
Борис уже сидит за столом. Ну да, ему всего и надо, что вымыть руки, а мне, после машинного отделения, приходиться мытья с ног до головы. Нет, там нет привычного для нас мазута и смазки, у барсов все детали все узлы пересыпаны серым порошком, который забивается везде и въедается в кожу. Первые дни от него ужасно чесался нос и хотелось чихать, но потом ничего, привык.
Привычно подсаживаюсь к Борису. Мы стараемся держаться вместе, когда наши часы отдыха совпадают.
– Наташу не видел? – я оглядываюсь по сторонам, пытаясь высмотреть её среди чао и людей.
– Нет. Что нового в машинном отделении?
– Да так, – пожимаю я плечами и наваливаюсь на еду. – Если я всё правильно понимаю, то контур практически починили, осталось собрать и откалибровать и настроить в унисон с другим.Тогда займёмся профилактикой другого. Словом, работы не початый край. А у тебя?
– Я смотрю, ты уже неплохо разбираешься в их двигателе.
– Контуре, – на автомате поправляю его. – Это не двигатель, это нечто совсем другое. Я не физик и до сих пор не понимаю, для чего нужны те или иные узлы. Но уже понял некую закономерность, принцип общей работы механизмов.
– Это всё отлично, только давай без фанатизма. Точнее, я хочу чтоб ты и дальше по максимуму изучал эти контуры, но делай это осторожно, чтоб барсы не заподозрили, что ты много знаешь. Тупи, делай из себя идиота, пусть они как можно больше тебе объясняют и считают простачком. Понятна задача?
– У тебя есть план?
– Нет, пока нет, – Борис вздохнул и уставился в тарелку. – Но он будет, надо только ждать и готовиться к нему. Кстати, ты их язык учишь?
– Нет. А как? Они же с переводчиком всегда.
– Ты же не глухой, слушай, запоминай, пообщайся с чао. Они кстати, очень охотно идут на контакт и девчонки уже почти все хоть немного, но понимают по барсатски.
– В машинном нет чао.
Чёрт, он прав, но до чего же я не люблю учить иностранный язык!
– Ладно, – смилостивился Борис, увидав мою кислую физиономию. – Попрошу Наташу, чтоб лично с тобой позанималась. По моим данным мы вот-вот выходим из межпространства. Надеюсь, что нас с тобой не пошлют на разведку. Да и неизвестно, будет ли что стоящее.
– А жаль. Так хочется пройтись по травке, подставить лицо ветру.
– Я, смотрю, ты романтик, – Борька хмыкнул и толкнул меня в бок. – А как же твои железяки?
Ага, можно подумать он сам не скучает по Земле. Просто мы все стараемся помалкивать на эту тему, не травим себе зря душу. Только по ночам слышны тихие всхлипывания или вой в подушку.
¬– Привет, ребята, – Наташа, как всегда улыбалась и хорошо выглядела. – Похоже, меня отсюда забирают и переводят в рубку. Так что, буду работать с Борисом, правда, не факт, что в одной смене.
– Ты знал? – с подозрением смотрю на друга.
– Нет. Слышал, что хотят к нам ещё людей добавить, но откуда мне знать, кого они пришлют.
– Ой, а я рада, что меня забирают с кухни, – Наталья подсела к нам и налила себе компот. – Не люблю готовить, такая скукота, что выть хочется. Одна радость была – язык учить у чао. Но они немногословны и туповаты. Словарный запас мал и однозначен. Хотя добрые и отзывчивые. Удивляюсь, как они уживаются с грубыми и спесивыми барсами. Те ведь относятся к ним, как к рабам, то есть так же как и к нам. Но мы их просто терпим, а в силу сложившихся обстоятельств вынуждены подчинятся. А чао? Не понятно.
– Наташ, а они откуда на корабле? Может, и их барсы захватили обманом, как и нас?
– Нет, они все с Барсата, – вмешался Борис, – я разговаривал с несколькими чао, и все говорят одно и то же. Два разумных вида на одной планете, вот тебе и результат. Кто-то стал доминирующим, кто-то остался в подчинении. Закон природы.
– Закон джунглей, скорее, – возражаю я.

[Гость_Monk_*]

Впечатление, что первую половину писал один человек, а вторую - другой... Начало скучноватое, читается по диагонали, а вот с момента пленения людей - совсем другое дело. Там интересно, проявляются характеры, живые диалоги, идет жизнь, люди пьют водку А в начале сплошная сводка заседаний генштаба, а не худлит. А ведь речь идет об инопланетянах! Надо бы это красочней подать, интересней, а у вас все то же, что и у землян, только имена иноземные.

Нас слишком мало, и без людей нам не выжить.
– Тут ты права, – Трош одобрительно кивнул. – Мне б ещё пару человек в машинное, а то барсы и так с ног валятся, работая по пять-шесть часов в день.

То есть, с одной стороны, барс одним ударом убивает "дохлого" человека, но эти силачи могут работать только по пять часов? Логика где-то тут хромает. Барсы рассчитывают, что эти слабаки-люди будут работать дольше? И не понял я, почему без людей им не выжить? Для пищи они им не нужны, а корабль не на педальном приводе, это ведь не рабы на галерах - а впечатление именно такое. Странно это все...

[Касторка]

Впечатление, что первую половину писал один человек, а вторую - другой...

Вы правы: первую версию написала 1.5 года назад и застопорилась. Потом вернулась, все стерла, кроме начала и стала писать заново... Это третий подход, и, думаю, уже последний

Надо бы это красочней подать, интересней, а у вас все то же, что и у землян, только имена иноземные.

Я и хотела, чтоб не сразу было понятно, что это не люди. И другой момент - мы все одинаковы.

но эти силачи могут работать только по пять часов?

Тут такой момент: барсы привыкли иметь рабов- чао, они не умеют и не хотят работать вообще. Исключая бой. Но бой закончился и начались будни к которым они не готовы без простой рабочей силы.

Я поняла, что первую часть лучше переписать полностью и убрать бытовуху. А потом я планирую (как это уже понятно) захватить корабль. Вот теперь вопрос: стоит ли возвращать корабль на Землю?

[Четырнадцать]

Главное - что скучновато. Не читается, почему-то. Начинается описание с главного героя - а вот не цепляет, не хочется герою сопереживать... Много воды, ненужных описаний, пустых диалогов - и как итог - читатель потерян. Ну, может я не в целевой аудитории. или еще в чем другом причина. Но осилить текст не смог.

[Касторка]

Но осилить текст не смог.

Спасибо. Значит, в топку

[Четырнадцать]

Спасибо. Значит, в топку

Вовсе нет! Зачем так категорично?
Мнение одного читателя, который может быть просто не в настроении, или ГГ ему не понравился почему-то... причин много. И не все они связаны объективно с самим текстом :-)

[ramzes]

Спасибо. Значит, в топку

Рано вы сдаётесь я бы почитал продолжение

[Касторка]

Рано вы сдаётесь я бы почитал продолжение

Ну вот, теперь придется писать дальше
Вот только никто мне так и не подсказал, стоит ли возвращать людей на Землю.
Мои сомнения: если вернется корабль, то спецслужбы просто так людей от туда не выпустят, начнуться проверки, сомнения и т.п. Борис не может не знать это. Тогда надо как-то завернуть всё иначе.