Путь к последнему приюту, Первые главы романа Опции

[А. Нур]

Неплохо, конечно, было бы соблюдать хотя бы каноны используемого при письме языка.

[Гость_AndreyBondarenko_*]

Тем не менее, всем спасибо.
Перечитал Ваши комментарии, замечания.
Многое верно.
Как результат - резкое изменение концепции и отход от Средних Веков.
Будет изменена и подоплёка отношений ГГ и Главной Героини.
Поэтому Миттельшпиль будет изменён (уже потом).
Переписана (принципиально, с учётом изменения сюжетной линии), вторая глава.

Глава вторая
В гости к Богу – не бывает опозданий…

Сознание постепенно возвращалось. То есть, медленно, но неуклонно восстанавливалось.
- Глюкозы бы ему вколоть, - посоветовал заботливый бас. - Для пущего порядка. Вон, какой истощённый.
- Глюкозы? - насмешливо фыркнул баритон. - Ох, уж, эти штатские деятели. Затейники, право слово…. Истощённый, говоришь? Так и тот, второй, выглядел крайне измождённым и усталым. Всё, что называется, одно к одному…. Прапорщик!
- Я! - отозвался звонкий женский голосок.
- Вколи-ка клиенту «Всплеск».
- Какой конкретно, господин генерал-лейтенант?
- А мы сейчас у самого приболевшего и спросим, - вальяжно хмыкнул баритон. - Эй, отставной майор. Эй. Слышишь меня, сукин кот?
- Слышу, - ещё до конца не понимая сути происходящего, пробормотал Егор. - Ушные пробки, слава Богу, отсутствуют.
- Это, Петров, просто замечательно. Личная и регулярная гигиена – дело наипервейшее и, безусловно, важное. Для военного человека наипервейшее. Я имею в виду – после Устава…. Так как, брат, какой «Всплеск» ты предпочитаешь?
- «Второй», пожалуй…
- Прапорщик.
- Я!
- Выполнять.
- Есть!
Правого предплечья осторожно коснулось что-то льдисто-холодное.
Острая короткая боль. Звенящая тишина. По телу потекла – медленно-медленно и неуклонно – приятная обволакивающая теплота. Вдоль позвоночника шустро побежали мелкие ласковые мурашки. В висках закололо – нежно и успокаивающе.
- Пошёл процесс, - довольно хохотнул баритон. - Открывай, отставной майор, глазоньки. Открывай-открывай, голуба. Не стесняйся, морда гражданская.
Егор послушно открыл глаза и мысленно прокомментировал увиденное: - «Их трое. Мордатый, высокий и самоуверенный до полной невозможности – это Виталий Павлович Громов. Заслуженно самоуверенный, надо признать, так как является действующим генерал-лейтенантом российского ГРУ. А это, мои дамы и господа, совсем даже и не шутки. В том плане, что не портянка позапрошлогодняя, заскорузлая…. Рядом с ним – миниатюрная кареглазая шатенка лет так двадцати семи-восьми, облачённая в стандартный «грушный» камуфляж. Верочка, опытный врач широкого профиля и верная любовница Палыча. Матёрый генерал-лейтенант – без симпатичной военно-полевой жены? Не смешите. Так, просто-напросто, не бывает. Нигде и никогда. Генерал-лейтенант ГРУ – это вам не гей худосочный, элегантный и наманикюренный…. Третий, который басит? Вот, этот, как раз, классического гея и напоминает: худосочный, очкастый, с обширными залысинами и живыми бегающими глазками…».
- Сергей Васильевич к пэдорастам не имеет никакого отношения, - поспешил заверить догадливый генерал-лейтенант. - Штатским гадом буду. Во-первых, он является серьёзным учёным. А, во-вторых, пока летели к тебе, майор, из Анадыря, он активно тёрся своими коленками о ляжки моего личного прапорщика. Мол, теснота и духота…
- Виталий Палыч!
- Молчи, Верунчик. Тёрся. Я сказал…. Как ты, отставной майор? Готов к серьёзному и судьбоносному разговору?
- А надо ли? - вильнул взглядом Егор.
- Надо, брат. Надо. Не зря же мы к тебе больше суток из Москвы белокаменной добирались. Причём, с тремя пересадками. Надо…. Садись, давай. Или же ещё «Всплеска» вколоть? «Троечки», например?
- Спасибо, не надо. Уже сажусь.
- Молодец, боец, - скупу похвалил Громов. - Значится так. Верунчик, на выход.
- Дождик там, - заныла шатенка. - И ветер холодный. Может, Палыч, я здесь постою? А? Ну, какие ещё секреты от меня? В курсе я всех этих дел «параллельных», право слово…
- Прапорщик Осадчая!
- Я!
- На выход. Бдеть, охранять и надзирать за вертолётчиками.
- Есть!
Обиженно хлопнула входная дверь.
- Что дальше? - поинтересовался Егор.
- Дурацкая, брат Петров, у тебя улыбка, - сообщил мордатый генерал-лейтенант. - Кривая и насквозь штатская.
- А какая должна быть?
- Бравая, как настоящему российскому офицеру и положено. Ладно, это дело поправимое. Отложим на потом…. Доставай, Василич, фотки. Пусть боец ознакомится.
Очкарик, раскрыв потёртый кожаный портфель, протянул несколько фотографий.
- Смотри, боец, - язвительно хмыкнул Громов. - Внимательно смотри. Помирать он, понимаешь, вздумал. Не майор доблестного ГРУ (пусть и в отставке), а нюня гражданская и рохля трепетная. Писатель-фантаст хренов…
- Прекращайте, Палыч, ворчать. Вам это совершенно не идёт, - посоветовал Егор, а через несколько секунд потерял дар речи.
«Что же это такое, а? Дурацкая шутка? Зачем? Чья?», - истерично бились в голове тревожные и растерянные мысли. - «Это же я – в самых разных ракурсах. То бишь, мой неподвижный и однозначно-хладный труп. Ишь, как физиономию-то перекосило – предсмертной судорогой. Тьфу-тьфу-тьфу, конечно…. Ага, здесь и даты проставлены. Мол, данные фотографии сделаны неделю назад. Чушь. Я тогда, как раз, роман дописывал…. Одежда? Походная штормовка. Только, извините, не моя…. Фотомонтаж? А, собственно, зачем? Ничего не понимаю…».
- Ничего не понимаю, - озвучил последнюю мысль Егор. - Совсем – ничего. В чём дело, Палыч? Кто это?
- Егор Петров. Но, майор, не ты.
- Как это?
- Так это. Пришелец из Параллельного Мира, - извлекая из кармана пятнистых брюк светлую фляжку из «нержавейки», любезно пояснил генерал-лейтенант. - Вернее, представитель одного из них, параллельных…. Знаешь, бродяга, что это такое? Мол, Параллельные Миры?
- Знаю. Ик-к…. Как не знать? Я же – писатель-фантаст. Даже несколько романов – на данную тематику – написал. Ик-к-к-к….
- Фантаст он, понимаешь. Так тебя, родного, и растак. Вот, держи сосуд. Хлебни коньячка приличного – чисто для укрепления расшатанной нервной системы.
- Спасибо, ваше благородие…
- Э-э, Петров, заканчивай наглеть! Пол фляжки выхлебал – в одну наглую харю. Оглоед.
- Спасибо – ещё раз. Вкусный и духовитый напиток…
- Хотелось бы ознакомить вас, уважаемый Егор Андреевич, с некоторыми теоретическими постулатами, - вмешался в разговор очкарик. - Так сказать, относительно природы Параллельных Миров…
- Не надо – с постулатами. Не надо – относительно. Сразу переходите к сути, - попросил Егор. - Не пачкайте, пожалуйста, мозги. Ни мне, ни себе. Лучше расскажите всю эту историю с самого начала. С самого-самого. Что называется, от Адама. Мол, как, что, зачем и почему.
- Узнаю прежнего майора Петрова, - довольно заулыбался Громов. - Как будто и не было этих восьми лет, проведённых тобой в отставке.
- Не томи, Палыч.
- Как скажешь, боец. Как скажешь…. Приступай, Сергей Васильевич, к повествованию. Тебе, как говорится, и карты в руки.
- Приступаю…. Итак. На нашей прекрасной планете имеет место быть знойная и суровая пустыня, носящая поэтическое название – «Такла-Макан». Интересное такое местечко: непонятное, тайное, загадочное и гадкое – до полной и нескончаемой невозможности. Большая и пухлая дыня, лежащая в самом сердце Таримской впадины, которая – в свою очередь – расположена в районе южного Тянь-Шаня. Вокруг Такла-Макан – только горы и нагорья. На севере – Тянь-Шань. На юге – Куньлунь. На востоке – гоби Лобнора. На западе – Гиндукуш. Весело здесь, ничего не скажешь…. Такла-Макан – пустыня зыбучих песков. И природно-климатические условия здесь очень и очень суровые. Жаркие дни сменяются холодными ночами, а суточные перепады температур – зачастую – превышают сорок градусов. «Такла-Макан» переводится как – «Кто пойдёт, тот не вернётся…». И это, действительно, так. Ещё во времена знаменитой китайской династии Тан здесь путешествовал знаменитый буддийский монах Сюнь Цзан, оставивший потомкам обширные письменные воспоминания об этом путешествии. Так вот. По его утверждениям, в центре этой пустыни раньше располагался древний город, в котором проживали отпетые злодеи. Они на протяжении многих-многих лет, десятилетий и столетий грабили и убивали всех купцов, а также других любопытствующих праздных путников, следовавших через Такла-Макан. Даже странствующих монахов не щадили. В конце концов, Небесный владыка разгневался не на шутку. Целых семь дней и семь ночей дули сильнейшие чёрные ветры, и город исчез с лица Земли, словно бы и не было его никогда…. Город исчез, а неисчислимые награбленные богатства остались. Золото в слитках и украшениях, различные монеты, драгоценные каменья – всё это до сих пор лежит в сундуках. Но унести эти несметные сокровища, как повествует Сюнь Цзан, невозможно. Мол, если кто-нибудь возьмет что-либо из этого богатства, то сразу же поднимается черный вихрь, человек теряет дорогу обратно, и – обессиленный – погибает среди раскалённых песков…. Если же путник попридержит свою природную алчность и положит драгоценности обратно в сундук, то сможет выбраться из пустыни. Конечно, при условии, что непредсказуемый Небесный владыка будет не против…. Через Такла-Макан протекает речка – «Хотан». Единственная река в пустыне Такла-Макан, которая никогда не пересыхает. Над одной из излучин Хотана возвышаются так называемые – «Белые Холмы», сложенные из светло-жёлтого известняка с тонкими прослойками мела. В одном из Белых Холмов имеется очень широкая пещера, про которую сложено множество легенд. Мол, кто в эту пещеру заходит, обратно уже не выходит. Рассказывают, что во время знаменитого индийского похода орды Чингисхана в пещеру въехала целая конная сотня. Въехала и, конечно же, не вернулась. Чингиз посчитал это дурным предзнаменованием и велел своим узкоглазым воинам возвращаться обратно, в вольные монгольские степи…. Что же касается наших дней. Может, Виталий Павлович, вы подключитесь?
- С удовольствием перехватываю эстафетную палочку, - многозначительно усмехнулся генерал-лейтенант. - В том смысле, что буду краток и обойдусь без штатской словесной водицы…. Пятнадцать лет тому назад упрямые и настойчивые учёные проели нам плешь. Качественно проели. И не только нам, но и нашим китайским профильным товарищам. Посовещавшись, пошли учёным навстречу и сформировали совместную экспедицию. Выдвинулись на объект. Разбили стационарный лагерь рядом с нужным Белым Холмом. Нашли пещеру. Направили туда отряд, состоявший из трёх армейцев и двоих «ботаников». К карабину, закреплённому к ремню последнего бойца, привязали длинную-длинную верёвку. Отряд ушёл. Примерно через минуту перестал работать «маячок», сообщавший координаты группы, а также ослабла верёвка. Вытащили – такое впечатление, что обрезана острейшей бритвой. Или даже лазерным лучом. Стали звонить по мобильным телефонам, вышли на нужную волну армейской рации. Тишина. То есть, полная тишина. Никаких тебе «гудков» и «пиликаний». Вообще, никаких. Так тот отряд и не вернулся. Ушёл – с концами…. Послали в пещеру специально-обученную собаку с «маячком», вмонтированным в ошейник. Сгинула. Ещё парочку овчарок отправили. Пропали…. Тогда-то мудрые учёные мужи и высказали гипотезу, мол: - «Это не что иное, как Портал, ведущий в Параллельные Миры. Только Портал одностороннего действия. То есть, по нему можно только «входить» в означенные Миры. А «выходить» – нет…». На том и порешили. То бишь, установили рядом с пещерой крепкий стационарный пост (российско-китайский, ясен пень), и стали терпеливо ждать…. Чего, собственно, ждать? А Бог его знает. Наверное, всяких и разных нетипичных происшествий…. Вот, неделю тому назад такое происшествие и случилось. Возле пещеры объявился неизвестный подозрительный тип. Его, естественно, попытались задержать для допроса. Да, куда там. Оказал активное вооружённое сопротивление. Принялся палить из автоматического оружия и гранатами швыряться. Ну, а наши бойцы, открыв ответный огонь, «нашпиговали» молодчика свинцом – по самое не балуйся…. Когда мы с Василичем и Веруней прилетели на место, то неизвестный был ещё жив. Всмотрелся я в его лицо и медленно-медленно офигел, мол: - «Это же отставной майор Егорка Петров, собственной персоной. Мой, практически, любимый ученик…. Как такое может быть, а?». Делать нечего. Напичкали мы «тебя», как и полагается, «Всплесками». Но не получилось продуктивного и душевного разговора – сплошное гордое молчание да взгляды насквозь презрительные были нам ответом. «Что-то не так», - думаю. Ещё раз в физиономию пристально всмотрелся. Безусловно, лицо, майор, похожее на твоё. Ну, очень похожее. Но и отличия наблюдались: разрез глаз чуть-чуть другой, родимое пятно на шее, которого раньше не было…. Ладно, ещё раз Веруню кликнули. Она странному типу всякой химии наркотической вколола. Ну, той, что волю притупляет, а подсознание, наоборот, расслабляет и освобождает от всякой сдержанности. Начался, понятное дело, настоящий допрос. Типа – по законам военного времени. Благо твой «параллельный» тёзка, пребывая в предсмертном бреду, прекрасно разговаривал на русском языке…. Резюмирую – коротко и сжато. В Белых Холмах расположен «выпускающий» Портал в разные Параллельные Миры. А где-то в первобытных джунглях Амазонии – «впускающий». Где конкретно? «Пришлый» Егор Петров не запомнил. Мол, там его встретили дикие индейцы и в течение двух недель выводили к цивилизованным местам. Конечно, сейчас ищем – и означенных индейцем, и «впускающий» Портал. Но шансов найти, честно говоря, маловато. Джунгли – штука серьёзная. Легче швейную иголку отыскать в стоге сена…. Зачем этот субчик прибыл в наш Мир? В служебную командировку, ясный перец. Типа – посылку передать. Добрался до Тегерана, да и заложил – под обломок скалы на развалинах древнего суннитского храма – компьютерный диск. Что, кому и зачем – не знает. После этого молодчик, выполнив поручение, и отправился к Белым Холмам. То есть, к «выпускающему» Порталу…. Что он ещё нам рассказал? Да много всякого – о своём Мире: про быт и политическое устройство, про научные достижения и основные вехи культурного развития. Потом, майор, ознакомишься с записями.… А ещё у него там – в «параллельном» далеке – осталась супруга: Александра Петрова, в девичестве – Назарова, через несколько суток ей исполнится двадцать девять лет. Усекаешь, отставной майор? Осталась. То есть, жива, здорова и раком никогда не болела. Жива. А ещё очень-очень похожа – по описаниям пленённого «параллельщика» – на нашу Санечку…. Побледнел-то как. На ноги вскочил. По хижине забегал – туда-сюда. Ага, достало-таки…. Фляжку-то держи. Смело допивай, не стесняйся. Молодец, наш человек…. Присядь, родной. Присядь. Я ещё не закончил…. Вот, спасибочки. Продолжаю. Узнав о существовании живой и здоровой Александры Петровой (Назаровой – в девичестве), мы ещё вкололи фигуранту соответствующих препаратов. Вкололи и расспросили – более подробно и вдумчиво. Тут-то и выяснилось, что в Параллельных Мирах, оказывается, проживает много «одинаковых» (или же «почти одинаковых»), людей. Сколько? Много? Мало? Только в единичных «количествах»? Это, в том числе, тебе и предстоит выяснить…. О, думаю, какой богатый материал образовался – для тактических и стратегических размышлений. Но тут допрашиваемый, как назло, умер, и допрос завершился. Ну, а я о тебе, Петров, конечно же, и вспомнил…. Как же иначе?
- Считаете меня – идеальным «засланцем»? - уточнил Егор.
- Считаю, - по скулам Громова «забегали» каменные упрямые желваки. - Во-первых, ты прошёл через многоуровневую диверсионную и иную подготовку. Во-вторых, являешься – с большой долей вероятности – «аналогом» тамошнего Егора Петрова. В-третьих, имеешь уникальнейший шанс – «воскресить» умершую обожаемую супругу…. Поэтому суть предстоящей операции проста. Прибываешь на место. Обживаешься и легализуешься. Узнаёшь, где находится «выпускающий» – из того Мира – Портал. Хватаешь в охапку Александру. Вместе с ней «перемещаешься» сюда. Пишешь подробный рапорт-доклад. Получаешь приличные бабки и разлапистый орденок. Всё на этом. Можешь возвращаться к скучной штатской жизни. Подчёркиваю, к счастливой семейной штатской жизни…. Ну, очень нам нужен этот Портал, расположенный в амазонских джунглях. Ну, очень. Блин горелый…. Как ты, добрый молодец, согласен?
- Согласен…. Когда вылетаем к Белым Холмам?
- Шустрый какой. «Когда вылетаем…». Торопишься?
- Ага, опоздать боюсь…

- Как говорил Поэт: - «В гости к Богу – не бывает опозданий…», - напомнил о своём существовании лысоватый очкарик.
- А причём здесь – Бог? - заинтересовался Егор.
- Притом. Рассматриваемым нами Миром управляет, как раз, Бог. Бессмертный и всемогущий. По крайней мере, так излагал умерший пленный. Правда, находясь в бреду наркотическом, предсмертном…


Глава третья
Так что ж там ангелы поют – такими злыми голосами?

[А. Нур]

Мда.

[Гость_AndreyBondarenko_*]

Глава третья
Так что ж там ангелы поют – такими злыми голосами?

Через двое суток они были уже под Санкт-Петербургом, на берегу Ладожского озера, где располагалась специальная «грушная» база.
- Как же здесь пахнет, - подойдя к открытому окну, восхищённо помотал головой Егор. - Замечательно и незабываемо.
- Чем конкретно? - недоверчиво хмыкнул генерал-лейтенант.
- Юностью, Палыч. Юностью…. Я же здесь ещё зелёным курсантом побывал. И потом ещё – несколько раз, когда готовились к операции «Дракон». Из всего отряда – в конечном итоге – только я один и выжил. Дела. После этого и рапорт об отставке подал…
- Юность – это да. Субстанция, достойная самого искреннего уважения-восхищения. Ну, и почтения, понятное дело…. К делу перейдём?
- Перейдём, - согласился Егор. - Какова конечная цель предстоящей операции? Для российского ГРУ, я имею в виду?
- Обнаружить и взять под свой полный и единоличный контроль «впускающий» Портал. Ну, ты сам посуди, Петров: зачем нужен «выпускающий» Портал – без «впускающего»? Штатский бесполезный нонсенс, и не более того.
- Значит, планируете перебрасывать в Параллельный Мир – по «выпускающему» Порталу – многопрофильные диверсионно-разведывательные группы? А по «впускающему» – усердно таскать «оттуда» различные ценные трофеи? В том числе, новые технологии, различные артефакты-раритеты и дельных «языков»?
- Что в этом такого? - недоумённо передёрнул плечами Громов. - Работа, как работа. По крайней мере, востребованная милой Родиной…. И почему, отставной майор, ты говоришь только об одном из Параллельных Миров? Мелко и пыльно мыслишь. Начнём, конечно, с одного. Апробируем, так сказать, на практике соответствующие технологии. Проработаем различные методики. А после этого и к остальным Мирам и миркам внимательно присмотримся. Ну, очень пристально и внимательно. Не вопрос.
- Сколько всего – таких Миров?
- Некоторые учёные считают, что бесконечное множество…. Правда, Василич?
- Вполне может быть, - подтвердил очкарик. - Как и звёзд на небе. Как и отдельных электронов в потоке тока, следующего по ЛЭП.
- Во-во. А я что говорил? Гнилые штатские штучки с замороченной философской подоплёкой…. Но, если применительно к этому конкретному Порталу, то можно смело говорить о семи Параллельных Мирах. Пещера в Белом холме – по словам умершего пленника – разделяется на семь коридоров, стены каждого из которых помечены широкими цветными линиями. Из нетленной серии: - «Каждый охотник желает знать, где сидит фазан…». В интересующий нас Параллельный Мир ведёт подземный ход-коридор с широкой фиолетовой линией по правой стене.
- А что, или же кто, будет ждать меня на выходе из означенного коридора? - поинтересовался Егор. - Покойный успел осветить данный вопрос?
- Успел, - беззаботно зевнул генерал-лейтенант. - Ангелы будут тебя там дожидаться.
- Шутки шутим, Виталий Палыч?
- Ничуть не бывало, боец. Самый главный в «том» Мире – с российской стороны – Господь Бог. То есть, могущественный Властелин, правящий нашей (то есть, «их»), Россией. А его верные солдаты (вооружённые особо-доверенные слуги), именуются – «Ангелами».
- Покойный «засланец» тоже был Ангелом?
- Бери выше. Старшим Ангелом. То есть, солдатом-исполнителем очень высокого уровня.
- Интересное кино, - задумчиво протянул Егор. - И что мы будем делать?
- Ты будешь, - поправил въедливый Громов. - То бишь, будешь старательно изображать из себя погибшего Старшего Ангела. Со всеми втекающими и вытекающими.
- Внешнее сходство – уже не плохо. Но как быть с информированностью? Наверняка, будут вопросы. Что отвечать на них? Что «тамошнему» непосредственному начальству докладывать?
- Правду, сынок. Или же нечто близкое к ней. Например, полуправду. Золотое правило опытного диверсанта – при внедрении в реальность противника.
- Противника?
- Хорошо, потенциального противника. Как-то не уверен я, что «их» Мир настроен по отношению к «нашему» – дружественно. Старших Ангелов, понимаешь, направляют. Компьютерные диски – с неизвестным содержанием – доставляют в Тегеран. Мутная и подозрительная история, короче говоря…
- Мутная, - согласился Егор. - Но, всё же. Что мне там рассказывать? Какую-такую – полуправду?
- Обыкновенную. То есть, полуправдивую. Мол, выполнил поручение-задание и, в полном соответствии со служебными инструкциями, направился к «выпускающему» Порталу. Но там приключилось реальное боестолкновение, была стрельба-пальба. Выйдешь к Ангелам опалённым и щедро-украшенным синяками-ссадинами. Ну, и наплетёшь – семь бочек арестантов маринованных, мол: - «Дрался – как лев африканский. Три пистолетных обоймы расстрелял. Пять гранат взорвал. Отбросив в сторону бесполезный пистолет, вступил в рукопашную схватку. Восемь ворогов положил. Но и они, отнюдь, не дремали. Накрыло взрывом вражеской гранаты. Как результат – дельная контузия. Правое ухо слышит. Левое – нет. Правый глаз видит. Левый – только частично. Ну, и с головой та же история. Тут – помню. А, вот, здесь – не очень. Отстаньте – с вашими глупостями и вопросами. Дайте отдохнуть, и хотя бы чуток оклематься. Так вас всех, Ангелов, и растак. Успокоились, отошли в сторонку и замолчали. Иначе покусаю, как контуженным и положено…». Ничего хитрого, короче говоря…. Всё понял, боец?
- Понял. «Включу дурочку» и отработаю по полной программе. Как и учили в своё время…. А что дальше?
- Дальше? - недовольно поморщился генерал-лейтенант. - Ответ будет стандартным и насквозь ожидаемым. Действуй, майор, сугубо по обстановке. И все дела. Бог, как известно, всегда покровительствует смелым и наглым. По крайней мере, «наш» Бог. Про «ихнего» ничего не знаю. Врать не буду. Но на лучшее – всегда стоит надеяться. Платиновое правило любого серьёзного диверсанта, настроенного вернуться на Базу живым, здоровым и с ценными трофеями…

Плохо ему спалось. Дрёма сплошная – отрывочная и вязкая, намертво перемешанная с отрывочными и тревожными мыслями. Мол: - «Ерунда какая-то, слегка напоминающая дешёвый провинциальный водевиль. Или же низкопробный фантастический роман, написанный на коленке. Причём, с сильнейшего похмелья. Параллельные Миры, мать их параллельную. Бред бредовый и законченный…. А, с другой стороны? С другой…. ГРУ – контора серьёзная, брутальная и не склонная к дешёвым фарсам. И генерал-лейтенант Громов, отнюдь, не клоун из затрапезного бродячего цирка. Ну, не с руки ему заниматься беззаботными и легкомысленными розыгрышами. В том плане, что и других серьёзных дел хватает. В том числе, и государственной важности…. Если всё это – правда? Ну, не знаю. Санечка…. Какая она – «тамошняя» Санечка? Неужели, такая же? Неужели? Или…. Или же – совсем другая? По внутренней сути, имеется в виду? О чём она думает? О чём мечтает? За что любит «того» Егора Петрова? О чём они говорят (то есть, говорили), между собой? Как пройдёт наша с ней будущая встреча? Пройдёт? То есть, состоится? Обязательно состоится. Обязательно и всенепременно. Иначе…. Иначе – что? Иначе – ничего не имеет смысла. Ничего и даже меньше. Ни-че-го. Ладно, разберёмся уже на месте…. Так-с. А стоит ли – возвращаться назад? Остаться в Параллельном Мире, да и все дела. Здесь-то меня ничего не держит. Родственников нет. Да и друзей (боевых и армейских), почти – по причине гибели – не осталось. А Санечка? «Та» Санечка? Ей-то зачем – менять привычный Мир на другой? Расставаться с привычным жизненным укладом, родственниками и закадычными подружками? Хотя.… Хотя, «тот» Мир, похоже, исходя из показаний моего «параллельного» тёзки, не отличается мягкостью и нежностью. Как, впрочем, и «наш». Ладно, и с этим вопросом разберёмся. Уже на месте. Не вопрос, как любит говорить наш мордатый и бравый генерал-лейтенант…».

Прошла неделя – в трудах, заботах и хлопотах. В том смысле, что в сплошных занятиях, инструктажах и тренингах.
- Самолично план составлял, - хвастался Громов. - Во-первых, Петров, тебе надо подтянуться в физическом плане. Над выносливостью поработать. Освежить навыки рукопашного боя…. Потом, родной, поработаешь с психологами. Мол, как следует грамотно «вживаться» в чужую реальность. Какие шаги являются первоочерёдными, а какие – насквозь нежелательными. Чего нельзя делать ни в коем случае. Как грамотно задавать животрепещущие вопросы, не вызывая подозрений. Как вести себя – в случае, тьфу-тьфу-тьфу, провала – на допросах. Ну, и так далее…. А после этого, боец, тобой займётся Верунчик. То бишь, подробно расскажет о том, как ведут себя контуженые индивидуумы, страдающие частичной потерей памяти. Симптомы там всякие, то, да сё. Ну, и обучит разным полезным штуковинам. Например, симуляции нервных припадков. Так, чисто на всякий пожарный случай…. Вопросы?
- Да нет, в общем-то, вопросов, - промямлил Егор. - Понятно всё. В общем-то…
- А что тогда – есть? Сомнения?
- Не то – чтобы. Так, ерунда…
- Ну-ну, - прозорливо прищурился генерал-лейтенант. - Мысли всякие, небось, в забубённой головушке бродят? Мол: - «А стоит ли – возвращаться назад? И чего ради – заморачиваться?». Да не смущайся ты, майор. Дело-то насквозь житейское…. Ты же у нас – сирота?
- Круглый. Родители – очень-очень давно – погибли в автомобильной катастрофе. Дедушки-бабушки умерли от старости. А младший брат Лёха – пять лет тому назад – пропал без вести.
- Слышал об этом досадном происшествии…. Там, кажется, проводилось какое-то реалити-шоу?
- Снега, снега…
- Не понял?
- Так называлось реалити-шоу – «Снега, снега» , - печально вздохнув, пояснил Егор. - Неужели не смотрели по телеку? Ах, да. Большая загруженность делами шпионскими. Не до ерунды…. Рассказываю. Это Константин Ёпрст, Генеральный директор Первого телевизионного канала, придумал. Мол, проводить реалити-шоу «Жестокие игры» в Аргентине – хлопотно и накладно. Да ещё и за лицензию надо валютой платить. Вот, он и организовал аналогичное мероприятие в Сибири, с зимним, понятное дело, уклоном-акцентом. Причём, на месте падения знаменитого Тунгусского метеорита.
- Зачем – на месте падения? - непонимающе нахмурился Громов. - В чём тут фишка?
- Нельзя в таких делах – без бренда. Так мне, по крайней мере, объяснял брат Лёха, который тогда состоял при Ёпрсте в качестве заместителя по общим вопросам. А «Тунгусский метеорит» – крепкий бренд. Даже международного уровня. В том смысле, что про него знают во всём Мире. То бишь, в «нашем» Мире.… Итак, Первый канал оформил на «Снега, снега» все необходимые авторские права. По международным стандартам и канонам, понятное дело. Отстроил, вложившись приличной денежкой, крепкую инфраструктуру – на месте проведения будущего мероприятия. То есть, вертолётные площадки, комфортабельные жилые дома, пресс-центр и парочку ресторанчиков. Оборудовал «городок» для проведения запланированных соревнований и дельные площадки для телеоператоров. Привлёк зарубежных партнёров и заинтересованных крупных рекламодателей. Короче говоря, всё было по-взрослому…
- Ну, а дальше? Как Алексей без вести пропал-то?
- Так и пропал. Непосредственно во время проведения реалити-шоу…. Наступила суровая сибирская зима. Навалило пару метров снега. Участники мероприятия (в том числе, и зарубежные), а также телевизионщики и представители прессы съехались-слетелись на заранее оговорённые места. Начались соревнования: гонки на снегоходах, прохождение через «падающих» Идолов, поиск в снегу – с помощью миноискателей – кусков железа (подразумевалось – осколков Тунгусского метеорита), поедание походной каши с тушёнкой на скорость, что-то там ещё…. Одна из участниц реалити-шоу перебиралась по узкому мостику через овраг, заваленный – примерно на три метра – снегом. Поскользнулась и, потеряв равновесие, упала вниз. Свалилась и всё: ни тебе шевелений, ни попыток выбраться. Лишь дырка в снегу чернеет…. Алексей в это время находился в вертолёте вместе с телеоператорами и видел момент падения. Естественно, он забеспокоился, мол: - «Что случилось? Почему девушка не подаёт признаков жизни? Может, ударилась при падении головой о камень?». А после этого дал вертолётчикам команду на снижение. Вертолёт завис – в двух метрах – над местом падения барышни. Лёха, не раздумывая, сиганул вниз, в снег. Сиганул и пропал…
- То есть?
- Совсем пропал, - расстроенно шмыгнул носом Егор. - С концами. И он, и упавшая девица. Кстати, невеста Ёпрста и начинающая актриса-певичка…. Через некоторое время к оврагу прибыли спасатели с лопатами и раскопали там всё – до самой земли. Но никого и ничего не нашли. Только старые лосиные кости.
- Нестандартная, надо признать, история, - удивлённо покачал головой генерал-лейтенант. - И какие версии высказывались по поводу данного «двойного» исчезновения?
- В основном, глупые и дурацкие. Сперва журналисты решили, что имеет место быть элементарная мистификация. Мол, хитрый и прожжённый Ёпрст решил таким образом добавить популярности своему детищу – в плане роста рейтингов. То бишь, в снегу был заранее выкопан специальный коридор, по которому мой брат и невеста Ёпрста успешно выбрались в укромное место. А потом, когда интрига разгорится до самых небес, они непременно объявятся и расскажут – доверчивым телезрителям – какую-нибудь умопомрачительную историю. Типа – обычная телевизионная практика в конкурентной борьбе за богатеньких рекламодателей…. Но время шло, а никто так и не объявился. Тогда родилась другая версия. Мол, коридор в снегу, конечно же, был, только выкопал его «снежный человек», о существовании которого так любят рассказывать узкоглазые тунгусы. Или же какое-то другое чудище…. Ведь, обглоданные лосиные кости нашлись? Вот, значит, и чудище существует. Сидело себе под снегом и добычу сторожило. А потом убило двух свалившихся ему на голову людишек, да и уволокло – куда подальше. Например, в логово родимое…. Да и все остальные предположения были сродни этим двум. То есть, за уши притянутыми и насквозь надуманными…
- Сам-то что думаешь?
- Сам? - задумчиво взлохматил волосы на затылке Егор. - Мне понравилась версия, высказанная одним пожилым уфологом. Это такие учёные, которые изучают НЛО и прочие паранормальные явления. Так вот, старик высказался следующим образом, мол: - «Магнитные аномалии провоцируются Солнцем. Вернее, аномальным изменением его активности. В результате – в момент особо значимых магнитных аномалий – наша старенькая планета «замирает». Например, на час с хвостиком. А в момент «отмирания» изначальный Мир разделяется на два. Первый развивается дальше так, как будто ничего не произошло. Второй же – с учётом «украденного» часа. То есть, те люди, которых могли убить за этот час, останутся в живых. А те, которых должны были зачать, и вовсе, никогда не родятся. Но планета может «замереть» и на более солидный период…. То бишь, магнитные аномалии, отнюдь, не редкость. Вот и разнообразных Параллельных Миров, судя по всему, образовалось достаточно много. И все они развиваются по собственным законам, сценариям и правилам, поэтому – зачастую – отличаются друг от друга…. Миры же – в свою очередь – «находятся» друг от друга достаточно близко. Между ними – время от времени – образуются своеобразные «колодцы», в которые люди и «проваливаются». А для места, где в далёком 1908-ом году упал Тунгусский метеорит, и характерны, как раз, регулярные и достаточно-сильные магнитные аномалии. Следовательно, можно предположить, что Алексей Петров и Марина Сомова попали в такой «колодец». То есть, «провалились» в один из Параллельных Миров…».
- Значит, братец, это у вас семейное – путешествовать по Параллельным Мирам? - хохотнул Громов. - Да, не обижайся ты. Не обижайся, чудило штатское. Пошутил я. Хотя, как известно, в каждой шутке содержится только доля шутки. Тем более, в генеральской…. Теперь по поводу – вернёшься ты, или же не вернёшься. Не думаю, что тебе захочется задержаться в «том» Мире. Не думаю…. С чего я так решил? А исходя из рассказа «параллельного» Егора Петрова. Суровый «там» Мир. Очень суровый и мрачный…. Ты же, майор, ознакомился с записями допроса своего «двойника»?
- Пока сюда добирались, пару раз прослушал.
- Ну, и каковы главные отличия «нашего» Мира от «того», параллельного?
- Главные? - задумался Егор. - Попробую, конечно, сформулировать…. Можно предположить, что до наступления двадцатого века «тот» Мир развивался точно так же, как и «наш». А если вспомнить лекцию пожилого уфолога…. Что, если это и произошло в 1908-ом году? На землю упал Тунгусский метеорит. Вследствие этого образовались серьёзные магнитные аномалии. Планета (да и Время), «замерла». И – в конечном итоге – от «нашего» Мира «отпочковался» Мир «новый». Так сказать, «дополнительный»…. Основные отличия? Они, как раз и в первую очередь, касаются России. «Там» тоже произошла Октябрьская революция, только в Гражданской войне победили не «красные», а, наоборот, «белые». Поэтому в «тамошней» России до сих пор царит, как ни в чём не бывало, самодержавие. То есть, в ней продолжает править династия Романовых. Но репрессии в тридцатых-сороковых годах были. Как и Вторая мировая война, ядерные взрывы в Хиросиме и Нагасаки, ну, и так далее…. Суровость современного правящего режима? Да, имеет место быть. Широчайшим образом применяется смертная казнь. Осуществляется – практически без перерывов и пауз – поиск и выявление инакомыслящих. Одну кампанию репрессий сменяет другая. Император Николай Третий объявил себя Господом Богом. То есть, не «Помазанником Божьим», а «Живым Проявлением Господа Бога на Земле». Более того, поговаривают, что скоро будет возвращено и «крепостное право»…. Да, симпатичного, честно говоря, маловато. Трудно спорить.
- Вот, и я о том же…

Вертолёт приземлился примерно в двухстах пятидесяти метрах от подножия крайнего Белого холма.
- Добро пожаловать в пустыню Такла-Макан, - торжественно объявил Громов. - Прошу любить и жаловать. Подхватили, бойцы, вещички, и прошли на выход. Не теряем времени…
Они выбрались из вертолёта.
«Вполне даже приличное местечко», - с любопытством оглядевшись по сторонам, подумал Егор. - «На востоке скромно теплится ало-розовая нитка зари. На северо-западе прихотливо змеится и изгибается светло-серая речная лента. Голубое небо над головой, в котором почти неподвижно висят крохотные тёмные точки – это, надо полагать, могучие беркуты, высматривающие добычу. Тёплый ветерок ласково перебирает волосы на голове. Светло-жёлтые холмы с редкими белоснежными прослойками. На склоне крайнего таинственно чернеет прямоугольная дыра. То есть, искомая пещера, ведущая в хвалёные Параллельные Миры. Несколько стандартных пятнистых армейских палаток. Достаточно обычный и невинный пейзаж, короче говоря. Абсолютно ничего страшного и угрожающего…. Да и пахнет здесь просто замечательно – свежестью, колодезной водой и безграничной свободой. Гораздо больше напоминает классическую российскую степь, чем знойную и безжалостную пустыню. Даже буро-зелёное травка наличествует по подножию Белого «пещерного» холма…. Температура воздуха? На уровне двадцати двух-трёх градусов. Не выше…
- Обманчивое впечатление, - лениво зевнув, в очередной раз продемонстрировал свою прозорливость генерал-лейтенант. - Скоро взойдёт солнышко, и оно тут же начнётся. Натуральное пекло, я имею в виду. Уже через полтора часа навалится сорокоградусная жара. И ветерок преобразуется – из ласкового и приветливого – в жёсткий и колючий. Что называется, не приведи Бог…. Ага, начальник стационарного поста к нам торопится…
От пятнистых палаток к вертолёту бежал, ловко придерживая ладонью правой руки полевой планшет, широкоплечий «камуфляжник» с «Калашниковым» за спиной. Не добежав до вновь прибывших пять-шесть метров, он остановился и, приняв положение «смирно», приступил к докладу:
- Господин генерал-лейтенант! Пост функционируют в штатном режиме! Никаких происшествий не зафиксировано…
- Отставить, капитан! - небрежно махнув рукой, перебил Громов. - Не зафиксировано – и этого достаточно…. Проводи майора Петрова в палатку. Пусть переоденется, - снял с плеча брезентовый вещмешок и, протянув его Егору, пояснил: - Там находится обувь-одёжка покойного «засланца», включая исподнее. Смело одевай, всё продезинфицировано. Причём, так продезинфицировано, чтобы гарь и копоть остались на месте. И с отверстиями от пуль успешно разобрались: одни ликвидировали, другие, наоборот, расширили…. Ну, чего застыл столбом соляным?
- Так, это…. Был же разговор – про синяки и всякие там ссадины. Например, про оставленные пулями, прошедшими по касательной…
- Всё будет. Не сомневайся. И ссадины. И качественные-качественные синяки-фингалы.
- Толстой доской бить будете? - зябко передёрнул плечами Егор.
- Прапорщик Осадчая!
- Я! - браво вытянулась в струнку шатенка.
- Объясни всё клиенту.
- Есть! Не будет, господин майор, досок. Обойдёмся профильными химическими препаратами. Один укол – один синяк…. А со следами от пуль и прочими ссадинами – сложнее. Без специальных хирургических щипцов не обойтись. Извините…. Но не бойтесь, больно не будет. Или почти не будет. Скушаете парочку пилюль, снижающих болевые ощущения, и все дела.
- Всё понял и пошёл переодеваться…
- Стой, боец, - велел генерал-лейтенант. - Вот, держи, - протянул светлую овальную бляху, украшенную изображением скачущего куда-то всадника. - Это – служебный жетон Странника, изъятый при задержании у твоего «параллельного аналога»…. Кто такие – Странники. Это, как я понимаю, те ребята, которые шастают – почём зря – по Параллельным Мирам. Получается, что и ты теперь – Странник. И фонарик, принадлежавший «засланцу», бери. Твой он теперь. Пользуйся…

Егор, подсвечивая себе карманным фонариком, шагал по пещере и негромко бормотал под нос:
- А Верунчик-то – садистка законченная. Так меня своими щипчиками отделала. Дрянь законченная и кровожадная. Мымра шатенистая.… Не, там, на земной поверхности, было совсем даже не больно. А сейчас, похоже, действие обезболивающих таблеток заканчивается. Так саднит – мама не горюй…. А это ещё что такое?
Он вышел в просторный подземный зал с высоченным сводчатым потолком и, передвигаясь вдоль стен по периметру, принялся вслух (для пущей бодрости духа), комментировать увиденное:
- Светло здесь, даже фонарик не нужен. Откуда исходит свет? А от светло-жёлтых прослоек-прожилок неизвестной горных породы, щедро покрывающих стены этого помещения. Идеально-гладкие стены и, попрошу заметить, с рисунками. Вернее, с самым настоящим высокохудожественным панно, выполненным в стиле изощрённого фэнтази.… Как же это они умудрились сделать? Создаётся устойчивое впечатление, что все эти милые картинки нарисованы «изнутри». Или же – снаружи, а потом тщательно покрыты очень толстым слоем прозрачного лака…. А техника рисунков какая, мать моя женщина! Современные художники обзавидуются. Каждая деталь старательно прописана, основные пропорции соблюдены…. Сюжеты? Пожалуй, все эти занимательные картинки и рисунки можно – условно и приблизительно – разделить на три большие группы. Первая – разнообразные птицы и животные. Даже знакомые изредка встречаются: благородные олени с узорчатыми рогами, чёрно-белые аисты, полосатые тигры, длиннющие ящерицы, коварные змеи…. Вот, явно – мамонт: торопится куда-то по своим делам, а это – саблезубая тигрица с двумя крохотными тигрятами вышла на променад. Впрочем, и откровенной экзотики хватает: голенастый орёл с двумя сонными головами, пятнистые лошади, только вместо копыт – мощные лапы с длинными острыми когтями, волки с головами очковой кобры, драконы огнедышащие – в немалом ассортименте…. Вторая группа – сплошные воинские баталии. Высокие люди европейской внешности, в непривычных глазу воинских доспехах, сражаются с какими-то плечистыми гномами, с приземистыми кентаврами, с другими людьми, восседающими верхом на огромных остроухих волках. Тут и там мелькают вполне узнаваемые персонажи: хоббиты, орки, тролли, иные всякие…. Но третья группа рисунков, несомненно, самая интересная и неожиданная. Её основу составляют космические корабли: и классические ракеты, и летающие плоские тарелки, и пирамиды – трёхгранные, с работающими двигателями, закреплёнными под их основаниями. Правда, попадается техника и попроще: автомобили различного предназначения, самолёты – большие и маленькие, воздушные шары, даже двух- и трёхколёсные велосипеды…. Охренительная живопись, короче говоря. А ещё и весьма познавательная…. Ага, вот и коридоры, ведущие – предположительно – в Параллельные Миры. Раз, два, три…, всего семь штук, как мой «аналог» и рассказывал. И где же она, фиолетовая полоса на стене? Красная…. Оранжевая…. Жёлтая…. Зелёная…. Голубая…. Синяя…. Фиолетовая…. Всё, как и полагается…. Стоп, а где же подземный коридор, по которому я пришёл сюда? А нету коридорчика. Пропал, исчез, растворился, испарился. Это, наверное, подсказка такая, мол: - «Обратной дороги нет. По крайней мере, по этой пещере….». Понял, не дурак. Двигаемся дальше. Вдоль стены с широкой фиолетовой линией, понятное дело…

Минут через сорок впереди призывно замаячил светлый прямоугольник.
- Так называемый «Свет в конце туннеля», - выжидательно усмехнулся Егор. - Ну-ну, сейчас взглянем – как и что…. Голоса какие-то? Точно. Поют что-то. Суровые такие голоса, с откровенно злыми и воинственными нотками…
Он продолжал шагать в сторону светлого прямоугольника, растущего прямо на глазах, и вскоре уже смог разобрать слова странной песни:

Соткана ткань.
Серая, как осенняя туча.
Ты погиб, а над землёй – туман.
Кому-то стало лучше?
Окропим ткань кровью.
Чтобы известить о гибели воинов.
Туман дышит новью.
А кровь – дождики смоют.

Мы ткань сплели
Из кишок человеческих.
Когда запели соловьи,
На рассвете, над речкой.
Ткацкий станок – из черепов.
Гребень железный нагрет свечами.
А ткань, чтобы слоилась чередой,
Мы подобьём – мечами.

Каждую ночь мы ткём и ткём
Стяг боевой для конунга.
Ткём ночью, рыдаем днём.
Заледенели сердца от холода.
И, наконец, мы выткали
Наш стяг боевой.
Головы мертвецов поникли
И умылись – росой…


Глава четвёртая
Может это – колокольчик?

[Гость_AndreyBondarenko_*]

Глава четвёртая
Или это – колокольчик?

Он, трижды сплюнув через левое плечо, вышел из пещеры и невольно зажмурился: яркие солнечные лучи били прямо в глаза.
Егор, прикрыв глаза ладошкой, повертел головой по сторонам и заторможено (голова – после Верочкиных щипцов и таблеток – слегка гудела), отметил: - «Десять мужчин в странном камуфляже и с короткоствольными автоматами в руках, выстроившись в ряд, застыли в сторонке. В странном? Это точно: тёмно-аметистовые пятна на светло-сиреневом фоне. Нетипичная, одним словом, картинка. Ну-ну, бывает, конечно. В каждой избушке – свои погремушки…. Застыли? То бишь, увидев меня, приняли положение «смирно» и преданно, даже с долей трусливого подобострастия, поедают глазами. Может, они (Ангелы?), ждут моего приказа? Или же разрешения? Подождут, никуда не денутся. С армейской дисциплиной, похоже, здесь всё в полном порядке…. Что тут у нас ещё? Это явно не пустыня. Вокруг – молоденький смешанный лес. А на сосёнках – между прошлогодними ветками – наблюдаются какие-то странные чёрные «почки». Уродливые и слегка вытянутые…. Мутация? Почему бы и нет…. А вообще, я сейчас стою на склоне какой-то…э-э-э…. Гигантской чаши? То есть, на склоне кратера древнего-древнего вулкана? Вполне даже жизненная версия. Вполне…. Вода шумит? Точно, примерно в полукилометре – слева, в светло-серых скалах – наблюдается шикарный водопад…. И с правой стороны – однозначно-величественная картинка: на земле – до самого горизонта – лежат толстые, абсолютно белые стволы деревьев, размещённые по гигантским окружностям и своими вывороченными корневищами направленные в сторону единого, невидимого глазу, центра…. Хм. Может, именно здесь (например, в 1908-ом году), грохнулся Тунгусский метеорит? Здешний Тунгусский метеорит, я имею в виду? Ни капли не удивлюсь…. И у них здесь, похоже, июнь месяц. Нормальный вариант…»
Завершив обзор местности, он властно махнул рукой в сторону сиренево-фиолетовых «камуфляжников».
Через минуту к нему подбежал, предварительно забросив автомат за спину, высоченный облом с физиономией идейного убийцы и, резко остановившись, зачастил – возбуждённым и слегка взволнованным голосом:
- Господин Старший Ангел, что с вами? Вы ранены? Вся одежда в крови. И лицо – бледно-бледное, почти белое…
- Ерунда ерундовая, - небрежно отмахнулся Егор. - Царапины сплошные и не серьёзные. Заживут – как на дворовой собаке. Только, вот, голова…, - слегка пошатнулся. - Граната рванула буквально-таки в пяти метрах. Похоже, контузило….
- Кто же напал на вас?
- Не знаю. Может, тамошние спецслужбы. Но, скорее всего, обычные авантюристы. То есть, охотники за старинными кладами-артефактами. Как бы там не было, всех застрелил. Трупы сбросил в овраг, потом забросал песком и сухими ветками…. А ты кто, боец?
- Как это – кто? Шутить изволите?
- Какие тут шутки. Говорю же, мол, контузило. В голове – туман сплошной. Помню, как из ихнего Тегерана вылетал. Дальше – пелена серо-белая и вязкая. Жену свою помню, Александру Ивановну. А, вот, юность собственную – напрочь забыл. И твоего имени, боец, извини, но не помню. Хотя, физиономия, безусловно, знакомая….
- Частичная амнезия. Бывает, - понятливо и жалостливо вздохнул облом. - Ничего, зачастую память, говорят, возвращается…. А я – Вася Хазов. Мы с вами вместе в Санкт-Петербургской Академии Ангелов вместе обучались. Только я – на два курса младше.
- Точно. Василий. Вспомнил.
- В Иркутск вам надо, сиятельный граф. В наш профильный госпиталь. Пусть профессора осмотрят…
«Граф?», - мысленно усмехнулся Егор. - «Мой «двойник», конечно, говорил на допросе, что является потомственным дворянином. Но – «сиятельный граф»? А моя Сашенька, выходит, «сиятельная графиня»? Приятно, конечно. Сюрприз, что называется, удался…».
Вслух же он сказал иное:
- Отменяется – Иркутск. Мне в столицу надо. Очень срочно и позарез. Поэтому ограничимся элементарной перевязкой ран и ссадин. Зови, Вася, доктора.
- Доктора? - удивился Хазов. - Все доктора – они в больницах и госпиталях. А у нас каждый Ангел проходит стандартную врачебную подготовку…. Ах, да, контузия же. Простите, граф. Я сейчас, только медикаменты принесу.
- И попить что-нибудь прихвати.
- У нас только квас. Как и полагается.
- Тащи. Не вопрос…

Вернувшись с кожаным медицинским саквояжем в руках, Хазов объявил:
- Только, господин Старший Ангел, вам придётся раздеться до пояса.
- Надо, значит, надо. Только, вот, несподручно.
- Разрешите – подсоблю?
- Разрешаю…
Через полчаса все раны-ссадины были тщательно продезинфицированы и умело перевязаны.
- Спасибо, Вася, - бережно укладывая перебинтованную левую руку, знатно повреждённую Верочкиными щипцами, в удобную перевязь, переброшенную через голову, поблагодарил Егор, а после этого напомнил: - Мне в Санкт-Петербург надо. Да и не закопчённая одежда без пулевых отметин будет нелишней.
- Дык, это…, - замялся Хазов. - Нет проблем. Ваша личная вимана, господин Старший Ангел, к полёту готова. Как и всегда. Её к нам ещё позавчера перегнали. То есть, она сама прибыла, в автоматическом режиме. Да и ваш гардероб там же находится.
- Вимана? Ах, да. Конечно же. Вимана. Что же ещё…. А где, Василий, она припаркована? Запамятовал…. Покажи, пожалуйста.
- Следуйте за мной, высокородный и сиятельный господин граф. Здесь совсем недалеко…
Они шагали по узкой горной лощине, прихотливо змеящейся среди низеньких холмов, поросших смешанным редколесьем, и Егор несуетливо рассуждал про себя: - «Нормально, в принципе, прошло «внедрение». Вернее, его первый, сугубо начальный этап. Не без досадных накладок, конечно. Но, ведь, могло быть и хуже. Это я, тьфу-тьфу-тьфу, про возможное разоблачение и незамедлительный арест. А так-то что. Поболтал, получил квалифицированную медицинскую помощь, кваса попил. Отличный, между прочим, квас. Натуральный, забористый и без всякой химии…. А, вот, расслабляться пока не стоит. Рановато. Взять ту же – «виману». Что это, собственно говоря, такое? Про неё мой «параллельный аналог» ни слова не сказал. Впрочем, его про «виманы» и не спрашивали, так как не знали про их существование…. Понятное дело, что речь идёт о неких летательных аппаратах, раз – «ваша личная вимана к полёту готова…». «Личная» это, безусловно, хорошо. А прилагается ли к ней личный опытный пилот? Вот, в чём вопрос…. Ага, лощина поворачивает. То есть, повернув, упирается в местный аэродром: круглая поляна диаметром свыше трёхсот метров, на которой расположились…. Две серебристые «летающие тарелки»? Хм. Два дисколёта, чего уж там. В нашем Мире над их созданием тоже активно работали, а потом все наработки – по неизвестным мне причинам – «заморозили». А здесь, получается, довели-таки дело до конца. То есть, до успешных промышленных образцов…. Один дисколёт – цельный диск, монолитный и большой, диаметром в районе тридцати пяти метров. Второй – гораздо меньше, раза, наверное, в три. Да и конструкция совсем другая: широкое светлое кольцо (на трёх коротких телескопических ножках), из которого выступает более тёмная куполообразная выпуклость. Кабина, надо понимать. А также наличествует узкая лесенка, огибающая кольцо и ведущая к кабине…. Подключаем логику. Маленький дисколёт, скорее всего, и является моей «личной графской виманой». Ага, так и есть. Василий направляется к более мелкому летательному аппарату…».
Они остановились, не дойдя до виманы несколько метров.
- Совсем забыл спросить, - легкомысленно улыбнулся Егор. - Когда я вышел из пещеры, ты с бойцами песенку какую-то распевал. Вдохновенно так, со старанием. Что это такое было?
- Дык, это, репетировали, - в очередной раз засмущался Хазов. - То есть, выполняли ваш приказ….
- Мой приказ?
- Так точно.
- Напомни-ка, боец.
- Когда вы, Ваше сиятельство, посещали нас в последний раз, то строго-настрого велели, мол: - «Дурака не валять, а, находясь на посту, без устали репетировать – один раз в два часа – «Песнь Валькирий». Усердно репетировать…». Ну, мы и старались…
- «Песнь Валькирий»? - переспросил Егор. - Интересно…. А что это такое? И зачем?
- Дык, граф…. Это – ваше собственное сочинение. Написано к пятидесятилетию Великого князя Константина Петровича, которое состоится через два с половиной месяца. После праздничный мероприятий в столице, как обещают, Великий князь прилетит в Иркутск. Будем торжественно поздравлять. Каждая «ангельская» часть готовит свой концертный номер. От нас будет – «Песнь Валькирий». Вот…
«Получается, что мой здешний «аналог» тоже баловался стишками», - отметил Егор. - «Нормальный вариант. То есть, очередное «совпадение». А, вот, личного пилота нигде не наблюдается. Плохо это. Однозначно – плохо…. Кстати, присутствует ещё одна – сугубо очередная – странность. Моя левая рука явно находится в нерабочем состоянии, но провожатого Ангела это печальное обстоятельство ничуть не смущает. Почему? Может, для управления виманой и не требуется особых навыков?».
- Что-то случилось? - забеспокоился Хазов. - Почему, граф, вы молчите? Мы плохо пели? Фальшивили?
- Ни капли. Даже понравилось. Молодцы, хвалю…. Василий, мне же ещё надо облачиться в приличную одежду.
- Дык…
- Что – дык?
- Только вы, господин Старший Ангел, можете пройти в эту виману. А мне даже с вами не положено. Выберите в гардеробе подходящую одежду и обувь. Сбросьте её вниз. Сами спуститесь. А я помогу вам переодеться.
- Хорошо, так и сделаем.
Егор поднялся по лестнице и в недоумении остановился: судя по прямоугольному контуру, дверка, ведущая в кабину, имелась, только ручка на ней отсутствовала.
- Ладонь свою наложите на входную панель, - подсказал снизу голос Хазова. - Она и откроется…
«Вот, я и попался», - тревожно зашелестело в голове. - «Практически разоблачён, так его и растак…. Что там наш Васятка? Автомат, содрав с плеча, ещё не привёл в рабочее положение? Пока нет. Видимо выжидает…. Что делать? Может, изобразить нервный припадок? То бишь, скатиться по лесенке вниз и, закатив глаза, забиться в отчаянных конвульсиях? Нормальная такая тема…».
Он, наспех прокрутив в голове Верочкины наставления, приложил ладонь к тёмно-серебристой тёплой поверхности. Приложил, примериваясь – как бы половчее упасть и, сгруппировавшись, скатиться по лесенке.
Раздался тоненький-тоненький писк, и дверка, слегка задвинувшись внутрь и плавно отойдя в сторону, «утонула» в поверхности кабины.
«Знатное совпадение», - подумал Егор. - «И «картинки» ладошек у нас с «двойником» совпали. Для Палыча это будет отличной новостью. В том плане, что тут же начнёт – по субботам в гости не ходи – старательно разрабатывать далеко-идущие стратегические планы…».
Он, радостно помахав рукой Хазову, прошёл внутрь кабины. Дверка – почти бесшумно – тут же встала на место, и, одновременно с этим, вокруг стало очень светло.
«Уютненько, однако», - оглядевшись по сторонам, отметил Егор. - Светло-сиреневые плафоны светятся под потолком. Этакая кабина-студия. Находясь здесь, можно и полноценно отдыхать, и управлять летательным аппаратом. В нашем Мире существуют «дома на колёсах», а в этом, получается, «дома на дисках»…. У кабины, естественно, четыре стены, только они не…э-э-э, не прямые, а слегка…м-м-м, выгнутые. Причём…э-э-э, сразу в двух измерениях. Да, с геометрией я никогда не был дружен…. Что ещё? Справа от входной дверки расположился небольшой, очень аккуратный иконостас. Все иконы – визуально – очень древние. Имеется широкая кровать с подушкой и узорчатым покрывалом. Столик с ноутбуком. Туалетный столик с зеркалом и всякими баночками, флаконами и расчёсками. Просто столик, видимо, обеденный. Кресло на колёсиках. Встроенные: книжный и гардеробный шкафы, узкий буфет, холодильник и минибар. Деревянная дверка, ведущая в туалетную комнату. Ну, и конечно, – во всю дальнюю стену – пульт управления дисколётом: кнопочки, тумблеры, индикаторы со стрелками, лампочки (естественно, тёмные, не включённые), и энное количество разноразмерных мониторных экранов и экранчиков.… По центру пульта – между двумя прямоугольными экранами – закреплён поясной портрет пожилого солидного мужчины: спокойные водянистые глаза, характерная бородка, военный мундир с многочисленными разноцветными орденскими лентами, светло-неоновый нимб над головой. Вот, ты какой, Николая Петрович Романов, российский Император Николай Третий…. На прикроватной тумбочке разместилась деревянная рамочка на подставке. А в рамочке – фотография. Это же…, это же – она. Александра, Санечка, Шурочка, Сашенька. В умопомрачительном бальном платье с оголёнными точёными плечами. Брильянтовое колье на стройной шее. Она. Её глаза – огромные, лучистые и чуть шалые. Она…».
- Ура! - потеряв голову, что есть мочи, завопил Егор. - Она! Ура! Она! Ура! - впрочем, очень быстро он успокоился и даже – тихим злым шёпотом – пожурил сам себя: - Мальчишка сопливый. Что за бестолковые эмоции? Их следует отложить – на потом-потом-потом. До лучших времён. Тем более что внизу Хазов ждёт…
Гардеробный шкаф состоял их трёх отделений: бельевого, обувного и костюмного.
«Сменить трусы и носки?», - задумался Егор. - «Типа – при помощи Василия и на правах Старшего Ангела? Да, ну. И неудобно слегка, да и излишне наглеть не стоит. Обойдусь…. Обувь? Подберу в последний момент…. Костюмы. Наличествует аж четыре штуки. Первый – светло-салатный, пошитый из достаточно-тонкой ткани, откровенно-курортного фасона. Нет, не годится. Ни к чему мне нынче легкомысленный вид…. Второй – угольно-чёрный и, пожалуй, официальный. В таком можно пойти как на похороны, так и на работу в гражданский офис. Но ни туда и ни туда я пока не собираюсь. Третий – парадный военный мундир, пошитый из тёмно-синей плотной ткани с золотыми нитями, украшенный разлапистыми орденами и золотисто-серебряными аксельбантами . Погоны симпатичные: благородный платиновый фон с широкой ярко-красной полосой, на которой – на каждом погончике – закреплено по два золотых ангела с крылышками. Интересно, а в каком воинском звании я состою? Старший Ангел? Или же, если в строго-официальном порядке, как-то иначе? Надо будет потом обязательно прояснить. Впрочем, мундир – для текущей ситуации – в любом раскладе является излишне-пафосным…. Что-там у нас – четвёртое? Ага, фиолетово-сиреневый камуфляж. То бишь, здешняя военно-полевая форма, достаточно простенькая и, наверняка, удобная. Совсем другое дело. Главное, что никакого пафоса. Даже погоны отсутствуют. Впрочем, у них есть скромная, но, вместе с тем, достойная замена: чёрные «кубики» на светло-аметистовых петлицах и три чёрных же шеврона на левом рукаве куртки, углы которых направлены вверх…. Кстати, а какие знаки различия наличествуют у Хазова? Чёрные «кубики» на петлицах отсутствуют, а шеврон – на левом рукаве – всего один, а его угол направлен вниз. Что это может означать? Пожалуй, только одно: я являюсь Старшим Ангелом и потомственным сиятельным графом, а Васятка – просто Ангел, да и к высокому дворянскому сословию, скорее всего, он не имеет никакого отношения, так, местный разночинец и не более того…. Ладно, выбор одежды-обуви сделан. Попробуем разобраться с технологией предстоящего полёта…».
Он пододвинул непосредственно к пульту управления полётом кресло на колёсиках, уселся в него, внимательно осмотрел панели пульта и тихонько пробормотал под нос:
- Лично мне очень нравится вон та, самая крупная белая кнопка, рядом с которой закреплена табличка с надписью: - «Запуск ГБК». Что-то мне подсказывает, что имеется в виду так называемый – «Главный бортовой компьютер». А рядом с кнопочкой, как раз, располагается стандартная клавиатура и беспроводная мышка. Интересно…. Нажму-ка я, пожалуй, на эту кнопку. Типа – смелого эксперимента ради…. Как там учил господин генерал-лейтенант Громов? Мол: - «Бог, он всегда покровительствует смелым и наглым…». Вот, и проверим заодно этот философский постулат…
Сказано-сделано.
Басовито загудело, заполошно замигали разноцветные лампочки. Впрочем, уже через полминуты гул стих, лампочки, перестав мигать, стабилизировались, а скучно-серые экраны мониторов преобразовались в задумчиво-голубые. Более того, на одном из них даже высветился некий список-перечень.
- Скорее всего, «дисколётное меню», - прокомментировал Егор. - Сейчас разберёмся…
Он, воспользовавшись компьютерной мышкой, «щёлкнул» курсором по строке – «конечная точка маршрута». Тут же – на соседнем мониторе – высветилось серо-белое «окошко», рядом с которым появилась надпись на русском языке: - «Введите координаты места предполагаемой посадки. Либо обозначьте это место кратким текстом произвольной формы».
- Нормальный вариант, - поднимаясь на ноги, хмыкнул Егор. - Обозначу, конечно. Только чуть позже…

Он нашёл объёмную кожаную сумку, сложил в неё фиолетово-сиреневую полевую форму и тёмно-серые армейские ботинки с высокой шнуровкой, перебросил через плечо широкий «сумочный» ремень и, подойдя к двери, коснулся её ладонью правой руки. Дверка послушно отошла в сторону, открывая взгляду вечернее небо, украшенное бордово-малиновым закатным маревом.
Егор спустился по лесенке вниз и, передав сумку Хазову, попросил:
- Помоги, братец, напялить всё это. Только, пожалуйста, осторожно, чтобы не потревожить раны на руке, боку и спине.
- Всё будет сделано в лучшем виде, - неуверенно и смущённо улыбнувшись, заверил Ангел. - Не сомневайтесь, сиятельный граф.
Через пятнадцать минут процесс переодевания был завершён.
- Спасибо, конечно, - заново пристраивая раненую левую руку в перевязь, поблагодарил Егор. - Ладно, Василий, будем прощаться. Служи, боец.
- Будут ли приказы и указания, сиятельный граф? - поинтересовался Хазов.
- Приказы? Усиленно бди за Порталом, как бы оттуда не полезли – всякие и разные. Если что – сразу же вызывай подкрепление из Иркутска…. Всё понял?
- Так точно!
- Ещё один момент. У меня же частичная амнезия…, - указал рукой на лесенку Егор. - А как – перед взлётом – убрать эту штуковину? Запамятовал, понимаешь…
- Лестница сама уберётся. В автоматическом режиме, когда подадите команду на взлёт.
- Ага, вспомнил. Всё, Вася, бывай. Через полчасика пойду на взлёт.
- Счастливой вам дороги, Ваше сиятельство…

Вернувшись в кабину виманы, он минут двенадцать-пятнадцать, побеспокоив курсором строку – «справочная предполётная информация», посвятил вдумчивому изучению пульта управления и рабочих функций его основных блоков.
«Всё – в первом приближении – понятно», - резюмировал Егор. - «В том смысле, что логично и функционально-грамотно. Режим штатного полёта. Корректировка полётного маршрута в связи с неожиданными погодными катаклизмами. Своевременная реакция на внештатные геомагнитные аномалии. Ну, и всё такое прочее…. А для чего, интересно, предназначен крайний справа монитор, под которым разместились блестящие тумблеры? Этот момент в «справочной информации» никак не оговаривается. Совершенно. Ладно, делать нечего, пойдём насквозь смелым и эмпирическим путём…
«Щёлк!», - переключившись, известил первый попавшийся под указательный палец тумблер.
На экране монитора возникло просторное помещение, заставленное – в три ровных ряда – двухъярусными нарами-кроватями.
«Ни дать ни взять – армейская казарма», - предположил Егор. - «Среднестатистическая такая, чистенькая, даже дневальный «на тумбочке» присутствует. Только бойцов нет. Дневное время, как-никак. Наверняка, находятся либо на учебных занятиях, либо выполняют поставленную перед ними задачу…».
«Отщёлкнув» назад первый тумблер, он задействовал второй.
Картинка поменялась. Теперь на экране отображалась небольшая овальная поляна среди смешанного редколесья и тёмно-серая пологая скала с прямоугольным чёрным провалом. На полянке – в свободных и раскованных позах – расположились девять «фиолетово-сиреневых» автоматчиков.
- Васины подчинённые расслабляются - понимающе хмыкнул Егор. - А чёрный провал в скале – это Портал, по которому я сюда и пожаловал.
В кадре появился Хазов и, нахмурившись, принялся возмущаться:
- Что это, ироды ленивые, вы тут разлеглись? Служебные инструкции не для вас писаны? Совсем обнаглели в корягу и страх потеряли?
- Так, некого же теперь бояться, - принялся оправдываться щуплый «камуфляжник». - Мы же видели, каким «овощем» обгоревшим граф выбрался из Дырищи. Какой из него нынче надзиратель – с такими-то мягкими глазами? Ну, как у бродячей собаки? Это раньше он, такое впечатление, и из Санкт-Петербурга видел каждую травинку, растущую на этом склоне. Раньше, ярясь от усердия, никому спуску не давал…. Сейчас? Не, совсем другой человек…
- Другой, - устало присев на пышную серо-зелёную моховую кочку, подтвердил Василий. - Сам никогда бы не поверил, что контузия может так изменить человека. Никаких тебе: - «Харя кандальная», «Супостат», «На рудниках сгною» и «Кровью, гнида, умоешься». Наоборот: - «Вася», «Пожалуйста», «Служи, боец». Даже по морде ни разу не съездил. И «Песнь Валькирий» – в нашем исполнении – ему понравилась. Представляете? Неслыханное дело. Словно подменили человека…
- Может, действительно, подменили? В Дырище, я имею в виду?
- Думал об этом. Но…
- Что – но?
- Я же графа самолично перевязывал. Его это тело. И родимое пятно на шее, и кривой шрам на правом предплечье, оставшийся после прошлогодней дуэли…. Значится так, ленивые супостаты. Сейчас перекуриваем, а после этого занимаем места согласно штатному расписанию и приступаем к выполнению непосредственных служебных обязанностей…. «Спёкся» наш Живоглот, понятное дело. Но и что с того? Запросто могут и замену ему, болезному, прислать. Достойную замену, я имею в виду. И в оперативном порядке…. Кто-то хочет с кнутом познакомиться? Ноздри – лишние? Вот, и я о том же толкую…
«Живоглот – это кто?», - вернув тумблер в «холостое» положение, засомневался Егор. - «Имелся в виду – мой здешний «двойник»? То бишь, если применительно к сегодняшним реалиям, я? И за какие, блин горелый, заслуги было дано такое красочное прозвище? А ещё я, оказывается, записной дуэлянт. Однако…. А ещё здесь, судя по всему, широко применяют подслушивающую и подглядывающую аппаратуру. Надо будет учесть на будущее…».

Зазвучала звонкая мелодичная трель, исходившая от тёмно-синего продолговатого брусочка, закреплённого в отдельном гнезде пульта управления.
«Обыкновенный мобильный телефон», - достав шумный предмет из гнезда, решил Егор. - «Только «трубки» на двух крайних верхних кнопочках не красная и зелёная, как у нас, а белая и тёмно-фиолетовая».
Поразмышляв пару секунд, он надавил подушечкой указательного пальца на кнопку с фиолетовой «трубкой», после чего поднёс мобильник к уху.
Мелодичная трель тут же стихла.
- Милый, ты уже вернулся из своей поездки? - непринуждённо поинтересовался глубокий женский голос, прекрасней и желанней которого не было на Свете, Её голос. - Эй! Алё…. Почему ты молчишь?
- Здравствуй, Сашенька, - с трудом, чувствуя, как онемели губы, выдавил из себя Егор. - Здравствуй, родная…
- Как ты меня назвал?
- Сашенька…. А что?
- Ничего, - голос в телефоне насторожился. - Пошловато как-то звучит, по-плебейски…. С тобой, Егора, ничего не случилось? Признавайся и не темни. Я всё равно пойму, если соврёшь…. Рассказывай.
- Э-э-э…. Попал под незапланированный взрыв…
- Что ты сказал? Под взрыв? Милый! Егорушка! Что же это такое? Как ты?
- Нормально я, Саня, - заверил Егор. - Лёгкие царапины. Только, вот, в голове вязкий туман плавает. До сих пор. Есть мнение, что имеет место быть частичная амнезия. Очень-очень частичная и очень-очень временная…. А как ты узнала, что я вернулся?
- Действительно, туман. Бедненький мой…. Как узнала? Обыкновенно. Как и всегда. На экранчике моего айфона высветилось: - «Вимана графа активизирована»…. А эти – «Сашенька и Саня»? Ты же меня так никогда не называл. Ни разу.
- А как – называл? Небось, сугубо солидно и по-аристократически?
- Не помнишь?
- Частичная амнезия же.
- Александра. Аля. Аль.
- «Аль» – это на западный манер?
- Ага, на иностранный. И только когда рядом не было посторонних ушей…. Ты, любимый, когда прилетишь?
- Постараюсь побыстрей. Как с делами управлюсь. А ты…, а ты, Аль, что сейчас делаешь?
- Ласточку объезжаю, как ты и советовал. Хорошая такая лошадка, норовистая, шустрая и с отменным аллюром…. Вот, сейчас остановились. Пусть кобылка немного отдохнёт…. Ну, а потом немного встряхнусь, приму душ, переоденусь и поеду…. Ну, туда, куда и полагается – по моей высокой должности.
- По какой – должности?
- И здесь – амнезия? - понятливо вздохнула Александра. - По должности фрейлины Двора княжеского. Вернее, сразу двух Дворов….
В трубке – где-то на заднем фоне – раздался-зазвучал тихий звон-перезвон.
- Что это такое? - насторожился Егор. - Колокольчик?
- Он самый. По дороге цирковой фургон проезжает. Старенький такой, облезлый. И лошадка такая же – пожилая и ужасно-облезлая. Вот, на её худющей шее и болтается простецкий колокольчик.
- Э-э-э…
- Да, ладно тебе, Егора, не волнуйся. С безопасностью всё в полном порядке. Я же здесь не одна. Целых три профессиональных телохранителя усердно бдят рядом…. Всё, родной, мне пора. До скорой встречи. Жду и вожделею.
- И я…

- Странность странная, - отключив мобильник, пробормотал Егор. - Сам разговор? И это, конечно, тоже…. Но…. Колокольчик. Позвякал себе. Ненавязчиво так, едва слышно. А сердце почему-то растревожилось: явственно вздрогнуло, тот звон заслышав, и застучало – громко, тревожно, загадочно и раза в два быстрей…. К чему бы это?


Глава пятая
Весь зашёлся от рыданий...

[А. Нур]

Как всё запу-у-ущено-о-о... У вас там не кастовый строй по сюжету? Виманы... Графья... Где они теперь? Сгинули. Нежизнеспособны.

[Гость_AndreyBondarenko_*]

Графьёв будет много. Книга же третья в серии. Следовательно, и все графья из предыдущих книг будут стянуты. А ещё будут и Великие князья, и Ангелы - всех мастей. И даже великосветские проститутки, одна из которых и разобьёт (вдрызг, понятное дело), сердце Главного Героя. И тогда он решит.... Пока не знаю, что он решит....
Но, уже начиная с десятой главы, начнётся полный мрак, кровь и душевные терзания.
И они будут длиться и длиться.
И только в Эпилоге - воцарит "светлая сущность нашей жизни".
Вернее, лишь призрачная надежда - на неё...
Как и полагается.

[А. Нур]

Мда. Пару Стальных Крыс закинуть в этот гадюшник для демократизации не помешало бы.

[Гость_AndreyBondarenko_*]

"Демократизация" отменяется.
Речь идёт о России Параллельного Мира, где тоже была Октябрьская революция, но в процессе Гражданской войны победили не "красные", а, наоборот, "белые". После чего лозунг: - "За Веру, Царя и Отечество" был возведён в максимум. Со всеми вытекающими...
Хотя, всё это - лишь декорации. В том плане, что есть "драматургическая история", развивающаяся в этих декорациях.
Декорации - всегда вторичны.
Драматургия - первична.
По моему мнению, понятное дело.

[А. Нур]

Ну-у... Не спорю.Пока всё это сидит на одном шарике, с одной расой - это хорошо весьма. И для драматургии пользительно. Пока нет миссионерства в совсем иные миры. Совсем-совсем иные миры. Но это я так, предаюсь старческому маразму. Тема благодатная, хотя и заезжена, но в России читается ведь. Только вот диалоги. Не держите вы колорит в диалогах, совсем не держите. Кровь из глаз хлещет при чтении диалогов. Если это такое стилистическое новаторство, надо допилить. Конкретно.

[Гость_AndreyBondarenko_*]

Глава пятая
Весь зашёлся от рыданий…

Непросто ему дался этот разговор с Александрой: руки слегка подрагивали, болезненно покалывало в висках, а на лбу даже мелкие бисеринки пота выступили.
- Холодного пота, - проведя по лбу ладонью, - уточнил Егор. - Прямо-таки, ледяного…. Успокоиться бы надо. То бишь, привести – по заветам Виталия Палыча Громова – расшатанные нервишки в порядок. Как в таком неверном состоянии – взлетать? Никак, пенёк ясный…
Он подошёл к минибару, приоткрыл дверку и, произведя беглый осмотр содержимого, резюмировал – про себя, конечно, помня о здешнем уважительном отношении к подглядывающим и подслушивающим устройствам: - «Судя по всему, в тутошней России по-взрослому царит махровый патриотизм. В том смысле, что никаких импортных напитков не наблюдается. Наоборот, сплошные отечественные алкогольные напитки: водка, коньяк трёх видов, наливки и настойки в широком ассортименте. И несколько банок с пивом расположились на отдельной полочке…. Ну-ка, ну-ка. Что за марка? «Охота крепкое»? Однако. Очередное знаковое совпадение…. Ударим по пивку? Не, это будет по-плебейски, как любит выражаться моя Аль. Сиятельный граф я, или где? Поэтому накатим, пожалуй, коньячку. «Шустовский » одесского розлива? Замечательно…. Как раз в буфете имеется и «коньячный» бокал. Учитывая, что вся посуда в буфете никак не закреплена, можно сделать вывод – о «мягкости» полётов местных виман…. Так-с. А чем закусить? Что там у нас в холодильнике? Ага, охотничьи колбаски. Попробуем, не вопрос…. На вкус – практически как наши. Нормальный вариант…».
После двух «коньячных» доз и пяти съеденных колбасок Егор решил, что окончательно пришёл в норму и полностью готов к предстоящему полёту, а после этого перебазировался – вместе с креслом на колёсиках и бокалом, на донышке которого плескался благородный тёмно-янтарный напиток – к пульту управления.
На правом – относительно поясного царского портрета – экране монитора по-прежнему высвечивалась приглашающая надпись: - «Введите координаты места предполагаемой посадки. Либо обозначьте это место кратким текстом произвольной формы».
«Что вводить?», - задумался Егор. - «При допросе выяснилось, что мой «параллельный двойник» проживал – вместе с супругой – в загородном поместье, расположенном к северу от Санкт-Петербурга, на Карельском перешейке. Туда, понятное дело, и надо лететь. Сперва – Александра. А всё остальное – потом. Включая доклад руководству о выполнении поручения в Параллельном (моём), Мире. Кстати, надо будет как-нибудь прояснить – персоналии этого руководства…. Осуществить посадку непосредственно рядом с графским домом? Не знаю, не знаю. Можно ненароком раздавить – либо какую-нибудь нужную хозяйственную постройку, либо ценное домашнее животное…».
Он, отхлебнув коньяка, пристроил бокал рядом с клавиатурой и «набил» в светло-белом окошке следующий не хитрый текст: - «Один километр восточнее от загородного дома графа Егора Петрова и графини Александры Петровой».
Через несколько секунд эта надпись исчезла, а на её месте появилась другая: - «В указанном вами месте находится озеро Малое Чёрное. Посадка невозможна. Предложите другой вариант».
- Предложу, конечно, - пообещал Егор, после чего, не мудрствуя лукаво, заменил фразу «один километр восточнее» на «один километр западнее».
«Место для посадки принимается», - известил ГБК, после чего посоветовал: - «Перейдите к основному меню».
Он и перешёл.
То бишь, начал «ползать» курсором по «дисколётному меню», принимая те или иные решения:
- Значит, «маршрут». Пусть будет – «на усмотрение бортового компьютера»…. «Время старта». Тут надо подумать. Зачем прилетать поздней ночью? Правильно, незачем. Что, спрашивается, делать в темноте? Гораздо умнее и полезнее – прибыть на раннем и нежном рассвете…. А ещё надо учесть и разницу в часовых поясах. С этим, как раз, всё – более-менее – понятно. Но, пардон, с какой скоростью перемещаются – по заданному маршруту – виманы? Неизвестно. Будем надеяться, что с разумной. Ладно, ввожу – «время старта – шесть ноль-ноль по местному времени»…. Теперь – «смотровые окна». Здесь их, оказывается, два. Хорошо, уговорили, пусть оба откроются…. Опа, половина пола стала прозрачной, каждую травинку под днищем виманы можно рассмотреть – в последних лучах закатного солнышка. А где же второе? Ага, входная дверка стала «стеклянной». Нормальный вариант…. «Режим посадки»? Естественно, «в автоматическом режиме». Извините, но «в ручном» не рискну, квалификация с практикой отсутствуют…. Что там у нас ещё? «Подтвердить выбранную программу полёта». Подтверждаю, не вопрос. А после этого перехожу к заслуженному и долгожданному отдыху…».
Егор ещё хлебнул коньячка, съел две охотничьи колбаски, посетил туалет, а после этого, не раздеваясь, завалился на кровать.
Сон пришёл почти сразу – цветной, чёткий и ожидаемый: летний бескрайний луг, покрытый скромными полевыми цветами, по которому скакала прекрасная черноволосая всадница на белой «в яблоках» лошади.
На берегу узенького ручья лошадь остановилась.
- Где же ты, Егорушка? - пряча томные глаза за густыми ресницами, спросила Александра. - Я так соскучилась, - демонстративно – указательным пальчиком с алмазным колечком – сбросила с точёного белоснежного плеча тоненькую бретельку…

Проснулся он от едва слышного подозрительного гула, лёгкой вибрации и противного механического голоса, объявившего – три раза подряд, с короткими перерывами:
- Утверждённая программа полёта запущена. Старт. Утверждённая программа полёта...
Егор ловко соскочил с кровати, заворожённо уставился себе под ноги, вернее, на прозрачный пол, за которым бушевали жёлто-красные языки пламени, и мысленно прокомментировал: - «Дисколёт, словно бы опираясь на три огненных столба, вырывающихся из боковых отверстий в дне аппарата, приподнялся над землёй метра на три-четыре…. А что у нас – за стеклянной дверью?», - резко обернулся. - «Наружное кольцо виманы начало быстро-быстро вращаться вокруг своей центральной оси, постоянно ускоряясь и разбрасывая во все стороны яркие светло-голубые искры. Всё, аппарат плавно и уверенно пошёл вверх…. Что-то мне подсказывает, что сам принцип полёта виман связан каким-то образом с магнитным полем Земли. Не иначе…».
Полёт проходил очень комфортно, на высоте десяти тысяч метров – это он определил по высотомеру, то есть, по альтиметру. А, вот, ничего похожего на датчики, измеряющие скорость передвижения, не обнаружилось.
«Наверное, это ни к чему», - решил Егор. - «Скорее всего, здешние виманы, находящиеся в симбиозе с магнитным планетарным полем, летают с одинаковой, строго-определённой скоростью. Хотя, конечно, могу и ошибаться…».
Стояла ясная и безоблачная погода, поэтому было очень интересно наблюдать за поверхностью Земли через прозрачный пол виманы.
- Красотища неописуемая, - узнавая знакомые географические объекты, восхищённо бормотал Егор. - Только что перелетели через Енисей. А сейчас под виманой – болотистая Западно-Сибирская равнина…
Перекусив всякой разностью, найденной в холодильнике, (на этот раз под пиво, мол, в виде исключения и пока никто не видит), он уселся в кресло на колёсиках, приставленное к ГБК и вскоре обнаружил (на отдельном мониторе), что и в этом Мире есть Интернет.
Зайдя в одну из поисковых систем, он разжился следующей познавательной и актуальной информацией: - «Егор Андреевич Петров, потомственный граф, дата рождения «такая-то» (она полностью соответствовала дате рождения нашего героя). Старший Ангел второй категории третьего департамента Тайной Канцелярии Его Императорского Величества, что соответствует званию «статского советника» – по прежней иерархии. Является кавалером многих отечественных и иностранных орденов. Известен, как талантливый и модный поэт, автор нескольких сборников стихотворений, романсов и сонетов…. Жена – Александра Ивановна Петрова, урождённая – Назарова, из мелкопоместных нижегородских дворян (и «та» Санька, ныне покойная, родилась в Нижнем Новгороде). Фрейлина дворов Великих князей Константина Петровича и Владимира Петровича…».
«Нормальный вариант», - мысленно одобрил Егор. - «А что такое – «третий департамент», и с чем его едят? Сейчас узнаем. Сейчас-сейчас…. Итак, здешний Интернет докладывает: - «Третий департамент Тайной Канцелярии Его Императорского Величества. Образован отдельным Указом в 1999-ом году. Глава – Великий князь Константин Петрович Романов. Сфера деятельности – многоуровневое изучение различных паранормальных явлений…». Простенько и со вкусом. Более того, теперь я знаю, кто является моим непосредственным шефом. Весьма интересная и позитивная информация. Весьма…. Может, ещё пивка – по такому поводу? Дельное предложение. Кстати, здешняя «Охота» очень похожа по вкусу на ту, нашу. Практически один в один…».
Призывно запиликал – совершенно-незнакомой мелодией – мобильный телефон.
«Кто это может быть?», - удивился Егор. - «Сашенька? Так ведь в Санкт-Петербурге сейчас глухая ночь. Соскучилась? Или же, тьфу-тьфу-тьфу, что-то случилось?».
- Я слушаю, - он поднёс к уху тёмно-синий брусок мобильника.
- Граф Петров? - поинтересовался вкрадчивый голос махровой канцелярской крысы.
- Он самый.
- Сейчас с вами будет говорить Великий князь Константин Петрович. Ждите…
Ждать пришлось порядка пяти минут.
Наконец, в мобильнике кто-то солидно откашлялся, а после этого певучий и бодрый мужской баритон непринуждённо поздоровался:
- Привет, ангелок! Как там – жизнь молодая и служивая?
- Доброго вам здравия, Ваше Высочество, - вежливо поздоровался Егор. - Разрешите доложить – по результатам командировки?
- Ты что там, паренёк, белены объелся? - искренне удивился-возмутился собеседник. - Совсем краёв не видишь? С чего это, вдруг, ударился в казённую офицыальщину? Мы же с тобой люди не чужие, а, наоборот, много чем и кем повязанные…. Ах, да. Тебя же контузило…
- Качественно контузило. Даже частичная амнезия наблюдается. Юность свою, например, совсем не помню. Да и события годичной давности – как в тумане.
- Ишь, ты. Сочувствую. Хотя, если хорошенько вдуматься, это даже и не плохо. Интересная такая фишка…
- Это в каком же, извините, смысле? - засомневался Егор.
- Во многих, Егорка, смыслах, - покровительственно хохотнул Великий князь. - Во многих…. Память, она, зачастую, очень здорово осложняет жизнь. И не только осложняет, но и качественно портит. Причём, как владельцу этой самой конкретной памяти, так и всем окружающим. Проверено неоднократно…. Вот, взять, к примеру, тебя. Американское ЦРУ никогда и не скрывало, что прямо-таки мечтает – завербовать Старшего Ангела Петрова. Или же выкрасть. Или же, на худой конец, пристрелить. А зачем ты им нынче нужен, со своей дурацкой амнезией? То-то же. Так что, теперь можешь спать спокойно и беззаботно. Из нетленной серии: - «Меньше знаешь – крепче спишь…». Даже лёгкие завидки берут. Ха-ха-ха. Шутка такая, великокняжеская насквозь…. Ладно, рассказывай, Странник, по делу. Что там, где и как.
- Слушаюсь, Ваше Высочество…
- Отставить! Ну, режет ухо такое обращение, и всё тут…. Как ты меня раньше называл? Вспоминай, парнишка. Вспоминай.
- Может, по имени-отчеству?
- Ладно, подсказываю. Как Алексашка Меньшиков именовал Императора Петра Первого?
- Мин херц.
- И ты меня – похожим по звучанию словом. Ну, соображай. Шевели контужеными извилинами.
- Экселенц? - предположил Егор.
- Молодец, приятель, - обрадовался-развеселился баритон. - А я, оказывается, врач. Практически – психиатр. Вон, даже память умею восстанавливать…. Всё, похохмили, и будет. Докладывай, граф.
- Слушаюсь, экселенц…. Значит, так. Прибыл в их Тегеран. Заложил посылку в условленное место. Ничего подозрительного не зафиксировал. Проследовал в пустыню Такла-Макан, к Порталу. Встретился с восьмью неизвестными вооружёнными людьми, которые попытались меня задержать. Всех, в полном соответствии со штатными инструкциями, уничтожил. Трупы сбросил в ближайший овраг и наспех забросал – чем попало. Но и сам, в процессе боестолкновения, получил несколько лёгких ранений. Пострадали левая рука, правый бок и спина. Плюсом – контузия. Но ничего страшного и необратимого. По выходу из Портала уже получил необходимую медицинскую помощь. Доклад закончен.
- Ну, Старший Ангел, ты и даёшь. Шпаришь – как по писаному…. И куда, спрашивается, подевался прежний Егорка-раздолбай, который и двух слов толком связать не мог? Какая, всё же, полезная штука – контузия. Надо будет обязательно взять на вооружение. Применительно ко всем другим раздолбаям, я имею в виду…. Молодец, граф. Хвалю.
- Не достоин, уважаемый экселенц, вашей похвалы, - виновато шмыгнул носом Егор. - Не достоин…
- А что ж так? В чём виноват? Где напортачил?
- В спешке же уходил в Портал. Раны, опять же. Контузия. Туман в голове…. Короче говоря, не уверен, что качественно «прибрался» там, возле Портала.
- Понятно…. Что предлагаешь?
- Надо бы мне – в срочном порядке – вернуться туда и всё «подчистить».
- А как же – ранения с контузией?
- Ерунда, экселенц. За несколько суток всё заживёт. Обещаю. Чай, не впервой…. Так как? Отпустите?
- Я подумаю над этим вариантом…. А ты, Егорша, где сейчас?
- Пролетаю, кажется, над Уралом.
- Почему – кажется?
- Здесь заря лишь только намечается. Серость сплошная в смотровых окошках виманы. Получается, что я путешествую совместно с зарёй. Обгоняя её совсем на чуть-чуть…
- Понял…. Домой, небось, направляешься? Душ принять, то, да сё? С молоденькой и страстной жёнушкой пообжиматься?
- Так точно. Угадали.
- Ну-ну. Не возражаю…. Тогда сделаем, пожалуй, так. Подъезжай ко мне…э-э-э, к восемнадцати ноль-ноль. Во-первых, расскажешь – в подробностях и деталях – о боестолкновении. Во-вторых, покумекаем над нашими дальнейшими планами-действиями.
- Слушаюсь! Экселенц, а откуда вы узнали про мою контузию? Васька Хазов доложил?
- Делать мне больше нечего, как со всякими низкородными плебеями общаться, - презрительно хмыкнул Великий князь. - Совсем, Егорка, умом тронулся с этой контузией. Алька твоя, заскочив по делам фрейлинским, рассказала…. Всё, бывай, граф. До встречи.
- До встречи, экселенц…

Он сидел в кресле на колёсиках – пялился в «смотровые окошки» виманы, пил «шустовский» коньяк, лениво жевал охотничьи колбаски и думал-размышлял.
О чём – думал-размышлял? О многом. Обо всём сразу, и ни о чём – конкретно. Так бывает – в предчувствии резких и судьбоносных жизненных поворотов. Редко, но бывает. Философия голимая, дамы и господа. Философия – наука призрачная, неверная и коварная. Даже стишок в голове – сам собой – сложился:

Когда-нибудь, уже на склоне лет,
Я повзрослею – как-то незаметно.
Загадывать – неверная примета,
Одна из самых призрачных – примет…

Когда-нибудь, уже на склоне лет…

Когда-нибудь, в один из светлых дней,
Что скупо так отпущены Судьбою,
Мы встретимся – единожды с тобою,
На фоне – уходящих кораблей…

Когда-нибудь, в один из светлых дней…

Когда-нибудь, среди нагих полей,
С тобою мы, конечно, разойдёмся…
И очень тихо – вслед нам рассмеётся
Волшебник ночи – скромный соловей…

Когда-нибудь, среди нагих полей…

Когда-нибудь, на краешке иглы,
Я посещу – ещё – сей берег дальний,
Что весь пропитан – обещаньем тайны,
И ожиданьем – сказочной Игры…

Когда-нибудь, на краешке иглы…

Бред бредовый, конечно. Но, с другой стороны, лучше бредить, чем заниматься тупым и безостановочным потребительством, граничащим с безумной и грешной гордыней. Философия – в действии.
Не обращайте, пожалуйста, внимания, дамы и господа. Не обращайте. Возвращаемся – к реалиям нашего повествования…
В какой-то момент Егор даже слегка задремал. Но так, ненадолго, минуты на две-три-четыре.
А потом противный механический голос – три раза подряд – известил:
- Утверждённая программа полёта успешно завершена. Посадка – в конечной точке маршрута – произведена…. Утверждённая программа полёта успешно завершена. Посадка – в конечной точке маршрута – произведена….
Он непроизвольно посмотрел в сторону «дверного» окошка: на тёмно-сером фоне загадочно светился-подрагивал уютный жёлто-оранжевый огонёк.
- Рассвет, приближаясь, ещё только «сереет», - предположил Егор. - А огонёк – это костёр…. И кто же его, интересно, разжёг-запалил? Сейчас узнаем…
Он, открыв дверку виманы с помощью собственной ладони, вышел наружу – на верхнюю ступеньку лестницы.
Было очень тепло и влажно. Пахло летним полевым разнотравьем. Жёлто-оранжевый огонёк горел-тлел совсем рядом, метрах в пятидесяти-семидесяти. За костром угадывался тёмный силуэт какой-то приземистой повозки. С правой стороны долетело недовольное конское ржание, пару раз – сонно и нежно – звякнул колокольчик.
- Не беспокойтесь, пожалуйста, благородный дворянин, - раздался от костра знакомый мужской голос. - Мы – мирные циркачи и сейчас переместимся от вашей виманы в сторону. Подождите несколько минут. Я только лошадку запрягу…
«Знакомый голос?», - мысленно охнул Егор. - «Это же, это же…. Это же Лешкин голос…. Как брат оказался здесь? Ах, да. Просто здешний «аналог» Алексея, и не более того…. Стоп, но он же, по утверждению «параллельного» Егора Петрова, пропал без вести – пять лет тому назад – в суровых горах Тянь-Шаня. Что из того? Получается, что нашёлся. Бывает…. И что теперь делать? Остаётся только одно – и дальше ломать комедию. То бишь, действовать сугубо по обстановке, как и велел мудрый Виталий Палыч…».
- Не надо никуда перемещаться, - известил-разрешил Егор. - Я сейчас подойду к вам, поговорим.
Он, мысленно отгоняя прочь волнение, медленно спустился по лесенке, подошёл к жёлто-оранжевому пламени и внимательно всмотрелся в лицо мужчины, стоявшего рядом с костром.
«Высокий, плечистый, голый по пояс, жилистый и мускулистый, характерный «боксёрский» нос, светло-русые волосы на голове, - отметил Егор. - Бандитствующий белобрысый деятель, не вызывающий особого доверия. Тот ещё супчик, из серии: палец в рот не клади, руку – по самый локоть – оттяпает. То бишь, на меня здорово похож…».
Последние сомненья отпали: перед ним находился пропавший брат, вернее, пропавший и нашедшийся брат «аналога».
- Брат? - вопросительно пробормотал «бандитствующий белобрысый деятель». - Ты ли это?
- Алёша, братишка? - принялся импровизировать Егор. - Нашёлся-таки? Вот, радость-то какая…. Э-э-э, подожди лезть с объятьями медвежьими. Раны у меня.
- Какие раны, брат?
- Так, ерунда, ничего серьёзного. Всё по касательной пролетело. Но тревожить – лишний раз – не стоит. Давай-ка лапу…
«Что-то не так», - зашелестели в голове тревожные мысли. - «Искусственность какая-то ощущается. Да, что там – ощущается. Прямо-таки прёт во всю Ивановскую…. Ладно, я лицедействую. Но и «двойник» Алексея, похоже, занят тем же самым…. К чему бы это?».
Они обменялись крепкими рукопожатиями.
- А это – Ванда, моя жена, - кивнул головой в сторону Лёха. - В пути познакомились. А потом и поженились.
На коврике, сплетённом из сухого камыша, сидела молодая, неброско одетая женщина.
«Симпатичная, надо признать», - подумал Егор. - «Ладная фигурка, светлые, чуть вьющиеся волосы, милое личико с россыпью задорных веснушек, тёмно-зелёные задумчивые глаза…. Задумчивые? Скорее, уж, удивлённые и недоверчивые-недоверчивые…. Она, что же, тоже почувствовала неестественность происходящего? Однако…. Стоп. А что это за татуировка – на левом плече моего здешнего «родственника»? Э-э-э…. Эрнесто Че Гевара – с «Калашниковым» в руках? Хрень какая-то, даже теоретически невозможная. Причём, невозможная – сразу по целому комплексу объективных и субъективных причин…».
- Доброго и ясного рассвета, - выжидательно улыбнувшись, поздоровалась Ванда.
- И вам всего хорошего, моя милая и симпатичная невестка…. Надеюсь, не будете против, если я отведу вашего супруга в сторонку? Буквально на пару-тройку слов?
- Конечно-конечно, - усмехнулась зеленоглазая девушка. - Поболтайте, братики…
«Понятливо и лукаво усмехнулась», - машинально отметил Егор, - «Что, безусловно, странно». - А отойдя от костра на пятнадцать-двадцать метров, сразу же перешёл к делу, спросив в лоб:
- На твоём плече – Эрнесто Че Гевара?
- Э-э-э…
- А сюда ты попал в процессе проведения реалити-шоу – «Снега, снега»?
- М-м-м…
- Заканчивай, Лёшик, мычать. СССР – это…. Ну, продолжай, брат.
- Союз Советских Социалистических Республик.
- Молодец. А кто – в СССР – пришёл на смену (во Власти, я имею в виду), Михаилу Сергеевичу Горбачёву?
- Борис Николаевич Ельцин…. Значит, вот как оно. И ты, Егорша, выходит, познакомился с Параллельными Мирами.
После этого краткого диалога братья поздоровались уже по-настоящему: даже приобнялись слегка – осторожно и бережно.
- Это у нас, видимо, семейное – в плане путешествий по Параллельным Мирам, - пояснил Егор. - По крайней мере, по мнению одного ужасно-авторитетного генерал-лейтенанта российского ГРУ. Рассказываю – об обстоятельствах своего появления здесь…
- Остановись, Егорша, - попросил Лёха. - Пошли к кибитке. Расскажешь при всех. Понимаешь, есть люди, от которых у меня нет секретов. Ни единого. Да и быть не может.
- Понимаю.
Они вернулись к костру. Алексей ушёл к цирковому фургончику.
- Значит, всё-таки, по-настоящему встретились? - задумчиво глядя на аметистовые угли костра, спросила зеленоглазая Ванда. - Повезло вам, братья. Завидую.
- А как вы…
- Ты.
- Хорошо. А как ты узнала? Ну, про то, что всё – по-настоящему?
- У неё бабушка – потомственная ведьма, - охотно пояснил вернувшийся Лёха. - Причём, польская.
- А матушка – итальянская маркиза, - дополнила симпатичная девица c короткими платиновыми волосами, появившаяся за Алексеем. - Отец же – граф бургундский. Правда, из совсем другого Мира…
Ещё из кибитки выбрался хмурый мужчина – низенький, приземистый, широкоплечий, желтолицый и узкоглазый.
- Это Лана и Хан, - представил Лёха. - Муж и жена. Мои верные и многократно-проверенные друзья. То есть, гораздо больше, чем друзья. Гораздо…. Давай, брат, рассказывай, каким ветром тебя занесло в эти края негостеприимные…

И он рассказал – всё-всё-всё, ничего не утаив.
На небе разгорался нежно-розовый рассвет.
- Сашенька погибла? - запечалился Лёха. - Мне жаль, братишка.
- И мне жаль, - прикрыл глаза ладонью Егор. - Очень…. И детишек мы завести так и не успели…
Хан, отойдя от костра, упал на землю и заплакал. Его широкая спина буквально-таки содрогалась от рыданий…


Глава шестая
Или я кричу коням, чтоб не несли так быстро сани

[Граф]

Не, читать можно.
Только вот зачем?

[Гость_AndreyBondarenko_*]

Соглашусь с Вами, Граф. Самого иногда посещают аналогичные мысли. Ну, зачем мне читать - других - в таком временном цейтноте?
Половина времени уходит на написание книг. Другая половина - на зарабатывание денег, чтобы достойно существовать и хоть как-то (боле-менее достойно) содержать семью. Свободные редкие "окошки"? Типа - для отдыха? Есть рыбалка, сбор грибов, пиво, этот форум, в конце-то концов....
Нет времени - на чтение. Чужих книг, я имею в виду.
А, главное, ЗАЧЕМ????

[Гость_AndreyBondarenko_*]

Соглашусь с Вами, Граф. Самого иногда посещают аналогичные мысли. Ну, зачем мне читать - других - в таком временном цейтноте?
Половина времени уходит на написание книг. Другая половина - на зарабатывание денег, чтобы достойно существовать и хоть как-то (боле-менее достойно) содержать семью. Свободные редкие "окошки"? Типа - для отдыха? Есть рыбалка, сбор грибов, пиво, этот форум, в конце-то концов....
Нет времени - на чтение. Чужих книг, я имею в виду.
А, главное, ЗАЧЕМ????

[Гость_Monk_*]

Писатель, не читающий чужое, обедняет себя. ЗАЧЕМ вы это делаете, не знаю, но теперь понимаю, почему вы ТАК пишете...

[Гость_AndreyBondarenko_*]

Странно, Монк, что именно Вам такой подход - странен.

Да, уже шесть лет, с тех пор, как начал что-то писать всерьёз, мало чего чужого прочёл. Так, только наискосок...
Почему?
Из нежелания "идти по чужим следам". Из опасения подхватить "модный тренд". Из полного отторжения - "ложиться под востребованность, кальки и штампы".
Тем более, делать всё это практически забесплатно????
Лёг "по общую канву", "прогнулся", стал "крепким ремесленником", получил несколько десятков авторских экземпляров (на гадкой газетной бумаге), денег на сигареты, расшатанные нервы...
Увольте.

Пусть Творчество будет, всё же, максимально индивидуальным
Так. Хотя бы ради смеха.

[А. Нур]

Хм. В этом, однако, что-то есть. Но - на любителя.

[Гость_Monk_*]

Из нежелания "идти по чужим следам". Из опасения подхватить "модный тренд". Из полного отторжения - "ложиться под востребованность, кальки и штампы".

А я этим переболел.

Лёг "по общую канву", "прогнулся", стал "крепким ремесленником", получил несколько десятков авторских экземпляров (на гадкой газетной бумаге), денег на сигареты, расшатанные нервы...

Вы бросаетесь в крайности. Есть немало вариантов между этими полюсами. Вообще, странно слышать такое от зрелого человека. Уж вы-то должны понимать, что нет черного и белого, а есть оттенки, которых больше...

[Гость_AndreyBondarenko_*]

Нет, Монк, оттенков.
Только - серое, жёлтое и чёрное.

Вы же читали - "Книжник. Сладкая месть".

Нет - никаких оттенков. Есть - свинство, которому нет ни оправданий, ни прощения.

А раз нет ни оправдания, ни прощения, ни веры.... Значит - каждый сам за себя.
По своим мечтам, идеалам, силам.
Да - будет так...

[Ра солнценосный]

Очень поэтично. С легким оттенком рекламы.