Гостевой дом бабушки Миртл Опции

[Аптекарь]

123Старенький дилижанс остановился у ворот гостевого дома. Распахнув скрипучую дверцу, Пьер Эмантан спрыгнул с высокой ступеньки в грязь; в Сен-Дени всё утро поливал щедрый июньский ливень.
123– О боги!.. – Пьер вздохнул и постучал грязным ботинком по колесу дилижанса.
123Извозчик передал ему потрепанный чемодан, щёлкнул поводьями и уехал дальше по раскисшей дороге. Пьер смотрел ему вслед, и впервые за полгода сожалел, что не остался в Париже.
123– Гостевой дом «У Миртл», – вслух прочитал он табличку на воротах.
123Дом утопал в цветах. По серым каменным стенам ползли цепкие лианы вьюнков, на подоконниках цвели сиреневые фиалки, а вдоль дорожек густо росли колючие алые розы. Под самым большим окном темнел островок вскопанной земли, окружённый изумрудным ковром молодой травы.
123Дверь была не заперта, но Пьер не мог войти без приглашения. Остановившись у порога, он постучал. Из дома послышалось звонкое «иду-иду», затем дверь распахнулась: в прихожей стояла невысокая старушка. Измерив Пьера опытным взглядом, она расправила складки длинного серого платья, слегка улыбнулась и пропела:
123– Добрый вечер!
123– Добрый вечер! – ответил Пьер. – Простите, что потревожил, дверь была не заперта, но это нескромно – вламываться в дом без приглашения.
123– Мы всегда рады гостям, – старушка жестом пригласила его в дом. – Вы из столицы?
123– Нет, с чего вы взяли? – удивился Пьер.
123– В пригороде все двери открыты, вы должны знать.
123– Увы, я не из пригорода. И давно не живу в Париже.
123– О, но его дух всё ещё с вами. Меня зовут Миртл. Я хозяйка дома.
123Пьер оглянулся: он стоял посреди большой гостиной. Напротив камина разместились диван цвета корицы, круглый плетёный столик из ротанга, а на нём – ваза с ветками сирени. Стены цвета молока украшены портретами в резных деревянных рамках.
123– Очень приятно, а я – Пьер. Мне бы хотелось остаться у вас на несколько дней. До среды.
123– Вы собираетесь в Марсель?
123– Да, а как вы догадались? – удивился Пьер.
123– По средам дилижансы только на Марсель, – улыбнулась Миртл.
123– Надо же, а я подумал, что у вас есть дар предвиденья, – пошутил Пьер.
123– Может и так, – кивнула старушка, – но тут я просто догадалась.
123Пьер крепче сжал ручку чемодана и поправил воротник рубашки. В доме было очень тепло. Сладкий аромат сирени смешивался с дыханием камина и летел вверх, к потолку, а потом, остывая, спускался вниз и накрывал собою всё вокруг.
123– Ох, я совсем вас заболтала, – улыбнулась Миртл, – а вы, наверное, устали с дороги! Вернёмся к делу: у меня есть две просторные комнаты на втором этаже. И одна поменьше… она тоже на втором.
123– Буду с вами честен, после развода я на мели, и не могу себе позволить…
123– Как? – Миртл прижала ладони к груди. – Такой очаровательный юноша уже в разводе? Не горюйте, умная женщина никогда бы не ушла от вас.
123– Да, наверное, вы правы, – согласился Пьер.
123– Для вас у меня найдётся местечко. Я поселю вас в комнату поменьше. Поверьте, она очень уютная.
123Комната на самом деле оказалась крохотной, но достойной. Стены выкрашены бледно-жёлтым. Напротив входа, вдоль стены стояла узкая односпальная кровать. Справа, у окна – потёртый дубовый стол, а возле кровати – ещё одна дверь.
123– Раньше это был двухкомнатный номер, – рассказала Миртл. – Но потом дверь в спальню заклинило, и до сих пор никто не может её открыть.
123Резная дверь из массива ореха казалось потайным проходом в закрытый мир роскоши. В замочной скважине блестел ключ. Пьер попытался повернуть его, но замок не поддался.
123– Заело, – пробормотал он. – А если взломать дверь?
123– Не стоит, – Миртл провела рукой по тёмному полотну. – Её сделал мой муж. Мне дорого всё, к чему он прикасался.
123– Он умер?
123– Пропал несколько лет назад.
123– Простите, – Пьер почувствовал себя неловко. – Я не хотел этого говорить, просто…
123– Оставьте, – вздохнула Миртл. – Вы, скорее всего, правы. И я уже давно смирилась.
123Сказав это, она с грустью посмотрела на Пьера; в этом старом доме, где полно дверей, за каждой из которых – воспоминания, невозможно что-то забыть.
123– Отдыхайте, – Миртл провела рукой по плечу Пьера. – И не опаздывайте к завтраку!
123Улыбнувшись, она вышла и закрыла за собой дверь.
123– Спокойной ночи! – крикнул Пьер, но не услышал ответа.
123Он долго не мог уснуть и наблюдал, как лунные тени ползут по тёмному потолку. Ветви огромных кудрявых вязов покачивались на ветру, зубчатые листья плясали и о чём-то шептались.
123«Вот кому известны все тайны», – подумал Пьер.
123В запертой комнате что-то упало и разбилось. Пьер приподнялся, сел в кровати и прислонил ухо к стене, – за ней было тихо. Он снова лёг, повернулся на бок и закрыл глаза, решив, что из-за недосыпа начинает грезить наяву.
123Но тут за дверью послышались шаги. Тихие, шаркающие. Кто-то неведомый прошёл через всю комнату. Скрипнул засов и старые несмазанные рамы. Пьер вскочил с кровати, распахнул окно и выглянул на улицу.
Дом мирно спал. Внизу темнела вскопанная клумба. У дорожки ветер качал бутоны роз и уносил с собой их лёгкий пьянящий аромат. В лужах, оставшихся после утреннего ливня, отражалось ночное небо с бриллиантовой россыпью звёзд.
Пьер ещё минуту стоял у окна, прислушиваясь к дыханию летней ночи, затем вернулся в кровать и провалился в глубокий сон.
123Проснулся он ближе к обеду, когда в комнату постучала горничная. Пьер накинул халат и пригласил её войти.
123– Доброе утро!
123В комнату вошла полная женщина средних лет с сальными тёмными волосами, забранными в хвост. Поверх синего мешковатого платья белый передник с тёмными отпечатками пальцев по краям.
123– Меня зовут Соня, – представилась она. – Миртл просила разбудить вас к обеду. О боже!
123Грузная Соня на удивление быстро прошмыгнула к окну и закрыла створки.
123– Ночью был такой ветер, – пояснила она, – вы не простудились?
123– Нет, всё хорошо! Мне было душно, – соврал Пьер.
123– Да? Ну ладно. Спускайтесь, мы оставили вам завтрак: гренки с джемом.
123– С удовольствием, – вежливо улыбнулся Пьер и выпроводил Соню из комнаты.
123Оставшись в одиночестве, он первым делом выглянул в окно: внизу у клумбы возился садовник, тележка рядом с ним полыхала бутонами солнечных маргариток. Чистое, безоблачное небо казалось прозрачным и бездонным. И в самом центре его недвижимой глади замерло горячее летнее солнце.
123Вид цветущего яркого лета немного затмил воспоминания о ночном кошмаре. Пьер быстро оделся и спустился вниз. За завтраком к нему присоединилась Миртл; она села рядом с чашкой ароматного чёрного чая и вишнёвым вареньем на блюдце.
123– Как вам спалось? – спросила она, добавляя ложку варенья в чай, от чего он тут же стал бордовым.
123– Неплохо, – проглотив гренку, ответил Пьер. – Но до того как мне удалось уснуть, я слышал странные звуки в запертой комнате.
123– Это, наверное, мыши, – не смутившись, сказала Миртл.
123– Нет, мыши не могут открыть окно, – возразил Пьер.
123– Вы слышали, как открылось окно? – удивилась Миртл, чай в её чашке дрогнул.
123– Да, я слышал, как скрипнули рамы.
123Миртл поставила чашку на стол, посмотрела вверх – на потолок.
123– На крыше есть старый флюгер, от сильного ветра он иногда скрипит. А вчера ночью был сильный ветер. Если мне не изменяет память, флюгер закреплён как раз над запертой комнатой.
123– Но мне показалось… – засомневался Пьер.
123– Вы просто устали с дороги, – старушка положила руку поверх руки Пьера и улыбнулась. – Думаю, сегодня ночью вас никто не побеспокоит.
123Весь день Пьер провёл в городе. Ему не хотелось оставаться одному в своей комнате – вопреки всему, что говорила Миртл, звуки за дверью пугали. И мысль о предстоящей ночи возвращалась каждый раз с нарастающим чувством тревоги.
123Потратив несколько часов на поиск недорогого ночлега, Пьер с сожалением осознал, что гостевой дом «У Миртл» – самый подходящий вариант. А шорохи за стеной… они, конечно, мешают, но вдруг это просто мыши?
123Той ночью Пьер лёг до темноты и сразу уснул. Ему снился Париж; они с женой любовались закатом с моста над Сеной. Внезапно из воды поднялись огромные щупальца спрута, они скрутили и сломали мост, столкнули Пьера в бурлящую мутную воду и утащили на дно.
123Скованный холодом и страхом Пьер всё глубже погружался в ил. Из зыбкой грязи появились тонкие бескровные руки, сплели его в крепких объятиях, связали, словно тугая верёвка. Где-то над водой раздался голос:
123– Вернись!
123Пьер открыл глаза. Он лежал в кровати, с головой накрытый простынёй, от чего было трудно дышать. Непослушными руками Пьер медленно стянул простынь и бросил на пол.
123Дверь в запертую комнату была открыта.
123Пьер вскочил с кровати и прижался спиной к холодной стене. По полу скользнула тень. Мелькнув в дверном проёме, она исчезла, растворившись в темноте. Страх волной прокатился по телу. 123Собравшись с духом, Пьер захлопнул дверь и тут же выскочил в коридор.
123Не раздумывая, он бросился к комнате Миртл - хозяйка должна знать, что происходит в доме. Пьер громко постучал в дверь к старушке, но никто не ответил. Постучав ещё раз, юноша прижал ухо к двери – за ней было тихо. Тогда он повернул ручку, но тут дверь открылась, от чего Пьер чуть не упал за порог.
123Заспанное лицо Миртл в темноте казалось очень бледным.
123– Вы что-то хотели, – шёпотом спросила она.
123– Да! – страх быстро превращался в негодование. – В вашем доме происходит что-то… что-то ужасное!
123– Успокойтесь, пожалуйста, – Миртл взяла Пьера за руку, завела в комнату и закрыла дверь. – А теперь расскажите, что вас так напугало?
123– У меня в комнате… Дверь… Она… Открыта!
123– Вы забыли запереть дверь перед сном?
123– Нет, вторая!
123– Этого не может быть, вам приснилось.
123Уверенность в голосе Миртл заставила Пьера сомневаться в себе. И в самом деле, что только не приснится на новом месте? Но страх не отступал.
123– Вы должны пойти со мной и убедиться во всём…
123– Хорошо, – согласилась старушка, – только возьму подсвечник.
123Оказавшись в комнате Пьера, Миртл с минуту колдовала над дверью: она толкала её, тянула и крутила ручку, пыталась вынуть ключ из замка, но ничего не добилась.
123– Всё по-старому, – вздохнула она.
123– Но я клянусь, дверь была открыта!
123– Вам это привиделось, Пьер, ложитесь спать.
123– Но…
123– Спокойной ночи! – протянула Миртл и вышла из комнаты.
123Пьер подошёл к двери, прижался лбом к резной поверхности и повернул ключ. Замок щёлкнул, жалобно заскрипели петли. От неожиданности сердце Пьера замерло, затряслись руки. Он оглянулся и сильно пожалел, что Миртл ушла.
123Глубоко вдохнув, он шагнул внутрь.
123Комната за дверью была очень просторной и богатой. Лакированная мебель поблёскивала в рассеянном свете луны. Роспись на стенах сплеталась в кружева из ярких цветов. Большая кровать с прозрачным балдахином стояла у стены, а напротив – трюмо с высоким зеркалом.
123На мягком пуфике перед трюмо сидела девушка в белой ночной рубашке. Её длинные чёрные волосы спускались до поясницы и кончиками сплетались с темнотой. В луже застывшего воска на столешнице стоял огарок большой свечи. Крохотный язычок пламени лишь иногда колыхался, от дыхания девушки.
123Пьер подошёл поближе и только тогда заметил, что с отражения в зеркале за ним наблюдает хозяйка дома.
123– Миртл, – прошептал Пьер.
123Прозрачный балдахин сорвался и взлетел к потолку. Пьер отступил назад. Комната наполнилась тихим неразборчивым шёпотом. В отражении дрогнули губы Миртл; ткань закружилась под потолком, слетела вниз, обвила Пьера в плотный кокон. Он задыхался, закричал и провалился в темноту.
123Очнулся он на полу своей комнаты, запутавшийся в простынях.
123– Мне это приснилось, – выдохнул он.
123Завтракать в обществе героини ночного кошмара Пьер не решился, сколько себя ни уговаривал. Улыбчивая добродушная хозяйка утопающего в цветах гостевого домика за ночь превратилась в злую ведьму с длинными пальцами-когтями и кожей, бледной как луна.
123Пьер поздоровался, извинился, и выскочил из дома в пасмурное утро. На дорожке он столкнулся с садовником. Из тележки на Пьера взглянули маленькие пурпурные цветочки.
123– Анютины глазки, – пояснил садовник и протянул руку Пьеру.
123– А? Что? – Пьер растерялся, но, спохватившись, сжал крепкую, испачканную в земле ладонь.
123– Цветы – анютины глазки, – повторил садовник. – Вчера высадил на клумбу маргаритки, а теперь гляньте, – махнул рукой в сторону кучки пожелтевших саженцев, – все завяли.
123– Как же так? – удивился Пьер.
123Садовник пожал плечами.
123– С тех пор, как пропал Франсуа, на клумбе ничего не растёт. Я даже пытался высадить там ландыши, вы ведь знаете, они хуже сорняков, но… – садовник прищурился и посмотрел в небо, – дождь будет, – отстраненно пробормотал он.
123– Подождите, а кто такой Франсуа?
123– Кто? – переспросил садовник.
123– Вы сказали: с тех пор, как пропал Франсуа…
123– Я ничего такого не говорил. Я сказал, что будет дождь…
123Садовник поудобнее схватил тележку и покатил её к разрытой клумбе.
123– Это муж Миртл? – крикнул Пьер вслед уходящему собеседнику.
123– Кто? – погодя, отозвался садовник.
123– Франсуа!
123Садовник присел в траву рядом с клумбой и потихоньку начал высаживать цветы. Разговаривать с Пьером он явно больше не собирался.
123– Чёрт знает что, – разозлился Пьер.
123Первые крупные капли достигли Сен-Дени уже к обеду. Дождь начинался неспешно, будто ещё не решил – заходить в город, или пройти мимо. Он то накатывал, то отступал снова, но через час, когда всё небо до горизонта затянули тяжёлые тучи, с раскатами грома по улицам потекла вода.
123Стремительные бурные потоки стекались в огромные грязные лужи, которые нельзя было обойти или перешагнуть. Ветер срывал с деревьев листья и щедро осыпал ими крыши маленьких домиков.
123Дождь застиг Пьера на подходе к гостевому домику, быстро промочил одежду и до краёв наполнил водой ботинки. Рядом с калиткой Пьер поскользнулся и упал в лужу. Грязная вода плеснула в лицо, попала в рот. На зубах неприятно заскрипел песок.
123– Пьер, вставайте скорее и заходите в дом! – послышался издалека звонкий голос Миртл.
123Поднявшись, Пьер увидел, что хозяйка наблюдает за ним, высунувшись из окна своей спальни на втором этаже. Смущённый неловкостью, он попытался стряхнуть грязь с рубашки, но только размазал её по рукавам.
123– Проклятый дождь, – простонал Пьер и шагнул к дому.
123Большая клумба цвела пурпурными лепестками анютиных глазок. Мокрые от дождя, они смотрелись ярче и красивее, чем когда были свалены в тележку садовника. Пьер на секунду замер и присмотрелся к цветам – некоторые листочки уже засохли по краям и, отмирая, опустились вниз.
123– Пьер, ну что же вы?! – крикнула Миртл. – Идите быстрее!
123В доме было всё так же тепло и уютно. Сирень в вазе сменилась пышным букетом алых роз, в камине бойко горели свежие, ещё не обгоревшие поленья.
123Соня вручила Пьеру чистые тапки, велела немедленно переобуться, чтобы не тянуть грязь в дом. Провожая его до комнаты, она вздыхала каждый раз, когда вода капала с рубашки.
123– Что же выгнало вас из дома в такую погоду? – сокрушалась Соня, наклонившись, чтобы протереть пол.
123– Тоскливо мне в четырёх стенах, – сказал Пьер.
123– Зато сухо, – ответила Соня. – Переодевайтесь и спускайтесь к обеду. У нас луковый суп с тостами и гуляш.
123– Обязательно, – кивнул Пьер и закрылся в комнате.
123Без солнечного света в ней было тускло и мрачно. Всё казалось старым и отжившим, словно вырванным из прошлого, из счастливых дней, от которых остались одни лишь воспоминания. Каждая царапина на столе и каждое пятнышко не стене – история. Эпизод из длинной жизни дома. Сколько гостей он видел? Сколько неспокойных ночей пережил?
123Ключ в запертой двери повернулся, дверь скрипнула и распахнулась.
123Пьер на мгновение замер, оцепенев, сердце начало стучать быстрее, а дыхание наоборот, стало тихим, почти неразличимым. Через дверной проём он видел часть комнаты – она была такой же, как в ночном кошмаре. Пьер видел выцветший узор на стенах и покрытый пылью шкаф, но не видел главное – кровать и трюмо.
123Помедлив немного, он запер дверь в свою комнату, вынул ключ и спрятал его в карман. Если кто-то хотел, чтобы Пьер узнал тайну гостевого дома, то приглашение он сделал недвусмысленное – или ты, или никто. Иначе впустил бы ещё ночью, вместе с Миртл.
123Дождь барабанил по стеклу, а в раскатах грома слышалась неведомая угроза, предостережение с небес: «не ходи». Молнии сверкали одна за другой, Пьер шагнул за порог, и дверь за ним закрылась.
123Внутри было пусто. Старый шкаф, старая кровать, посеревший от пыли балдахин. Трюмо с лужей воска на столешнице, мутное пустое зеркало. Постель разобрана, одеяло сброшено на пол. На подушке тёмное пятно, и разбитая статуэтка ангела у кровати.
123Пьер прошёл через всю комнату и посмотрел на оконные рамы. Пыль лежала на них ровным слоем, также как и на ручках.
123"Ночью здесь никого не было", – подумал Пьер и выглянул в окно.
123Клумба под ним совсем завяла. Пурпурные лепестки стали коричневыми, капли дождя ломали засохшие листья и разбивали бутоны.
123– Удивительное место, – послышалось из-за спины.
123Пьер резко обернулся. Перед ним стояла девушка в белой ночной рубашке. Густые тёмные волосы спускались по плечам. Бледное лицо походило на искусную фарфоровую маску, оно замерло, словно мёртвое.
123– Удивительное место, – повторила девушка, – эта комната.
123Её мягкий приятный голос разливался тихими нотками и звучал со всех сторон. Он проникал внутрь, наполнял и заглушал всё. Голос звучал, а губы девушки не двигались.
123– Войдёшь сюда однажды, и не выберешься никогда.
123Она подошла к кровати и легла в постель. Комната тут же преобразилась: исчезла пыль, посветлел балдахин. Разбитая статуэтка собралась из осколков и взлетела на тумбочку. Девушка накрылась одеялом и уснула.
123Из тени вышел пожилой мужчина, встал рядом с девушкой, провёл морщинистой рукой по её волосам. Девушка проснулась.
123– Ч-что вы здесь делаете? – спросила она, подтянув одеяло повыше.
123– Я наблюдал за вами весь день, – мужчина присел на край кровати. – Вы не похожи на местных. Ваши манеры, ваши волосы…
123– Пожалуйста, Франсуа, уходите.
123– Анна, вы пленили меня. Я ни о чём другом не могу думать…
123Старик сжал запястье девушки и потянул её к себе. Анна сопротивлялась, пыталась вырваться, несколько раз толкнула Франсуа в плечо, ударила по щеке. Старик уронил одеяло на пол и заключил Анну в объятия.
123– Прекратите! Прекратите немедленно!
123С жалобным звоном статуэтка ангела разбилась о голову Франсуа. Он коротко вскрикнул, выдохнул и мешком свалился в кровать, уткнувшись лицом в подушку. Белая наволочка быстро напиталась кровью. Анна стояла рядом с бездыханным телом, беззвучно плакала, спрятав лицо в ладонях.
123Из тени вышла Миртл. Она взглянула на старика, затем на Анну.
123– Я не хотела! – взмолилась девушка. – Он… он напал на меня!
123– Тсссс! – Миртл прижала палец к губам. – Ничего не говори. Жорж! Жорж, подойди, пожалуйста!
123В комнате появился садовник.
123– Жорж, милый, унеси тело и закопай в саду, – попросила Миртл.
123Садовник не сказал ни слова, молча кивнул, перекинул мёртвого через плечо и ушёл в тень.
123– Эту статуэтку, – Миртл указала на ангела, – подарил мне муж, когда мы поняли, что не сможем иметь детей. Тогда же мы решили, что сделаем из нашего домика уютную гостиницу.
123Миртл вздохнула, присела на кровать.
123– Я и подумать не могла, что всё так обернётся, – из тумбочки она достала большую свечу, зажгла её кончиком пальца. – Когда мы венчались, он клялся мне в верности. Вы знаете, как говорят: «в болезни и в здравии, пока смерть не разлучит нас».
123Свеча взлетела, проплыла мимо оцепеневшей Анны и замерла на столе перед зеркалом.
123– И вот теперь я одна. Не осталось ни любви, ни верности.
Миртл подошла к Анне, подвела её к трюмо, усадила на пуфик. Расчесала спутавшиеся волосы, вытерла слёзы.
123– Какая ты красивая, деточка. Оставайся такой навсегда.
123Анна исчезла, свеча погасла и обратилась в лужу застывшего воска. В мутном зеркале отражалась пустая пыльная комната, в которой остались двое – Пьер и Миртл.
123– Вы никогда не задумывались, – заговорила Миртл, – как виртуозно сплетены наши судьбы? Каждая ниточка в бескрайнем полотне завязана с сотней других, таких же неповторимых и необыкновенных.
123Миртл прошла мимо Пьера к окну, за ней тянулся шлейф густого аромата сирени. Распахнув створки, она впустила в комнату сырой холодный воздух. Пьер мгновенно замёрз и отошёл в сторону от сквозняка.
123– Клумба опять засохла, – задумчиво произнесла старушка, выглянув в окно. – 123Какие цветы любила ваша жена?
123– Розы, – неуверенно ответил Пьер.
123– Она любила их или это вы любили дарить ей розы?
123– Что вы имеете в виду?
123– Вы так похожи на моего супруга, Пьер. Он в молодости был таким же галантным и обходительным. Он тоже дарил мне розы, а я любила сирень.
123– Я уверен, она любила розы.
123– Она любила вас, Пьер, а вы не оценили. Что разлучило вас?
123– Это не ваше… – Пьер начал злиться, но страх оказался сильнее гнева, – это не важно.
123– Это важно, – Миртл повела рукой, из лужи воска перед зеркалом выросла новая свеча. – То, что вы видели сейчас – это узел. Он связывает нити и нарушает рисунок полотна судьбы. Мы оба заложники этой комнаты. Я – потому что с меня всё началось.
123– А я?
123– Вам лучше знать, – Миртл пожала плечами. – Что разлучило вас с женой?
123Внезапно Пьер ощутил, что не владеет телом. Вопреки своей воле, он подошёл к трюмо, сел на пуфик и положил руки на столешницу. Сквозь пламя свечи он посмотрел в зеркало, словно в окно сквозь время.
123Они с женой шли по мосту над Сеной. Красное солнце наполовину спряталось за горизонт. Пьер немного отстал от супруги – она шла очень быстро, всхлипывала и вытирала слёзы носовым платком.
123– Ну прости, прости меня! – крикнул Пьер, остановившись.
Девушка остановилась, взглянула через плечо. Пьер видел её мокрые щёки и красные от слёз глаза. Солнце спускалось всё ниже.
123– Почему, Пьер? Неужели тебе совсем меня не жалко? – её голос был глухим и тихим, будто доносился со дна Сены.
123– Мне жал… – Пьер осёкся, – я люблю тебя! Так получилось, прости!
123– Так всегда, Пьер. Прости и забудь. Я так не могу…
123Картинка в зеркале растаяла. Пьер видел своё отражение, и отражение Миртл за спиной. Её тонкие пальцы лежали на его плечах, напоминая лапки белых пауков.
123– Ложь? Предательство? – спросила Миртл.
123– Измена, – пламя свечи дрогнуло.
123– Вы обманули её доверие, Пьер.
123– И каждый день сожалею об этом, – по зеркалу поползла тонкая трещина. – Каждый день я проклинаю себя. Я бежал из Парижа, чтобы никогда больше не видеть тех мест, где мы были счастливы вдвоём!
123– Вы бежали от ответственности. – Миртл сжала плечи Пьера, от её рук по телу скользнул острый холод.
123– Я бежал, потому что люблю и не могу жить рядом, но в разлуке… Я сожалею, я никогда не прощу себя. Моя любовь теперь – моё наказание.
123Свеча погасла, а Миртл исчезла.
123Пьер вышел из комнаты, переоделся и собрал вещи. В гостиной он встретил Миртл, она достала из вазы букет роз и заменила его букетом сирени. Увидев Пьера, старушка улыбнулась и спросила:
123– Вы уезжаете завтра вечером?
123– Нет, сегодня, – ответил Пьер.
123– Но в Марсель… – удивилась она.
123– Я возвращаюсь в Париж, – перебил её Пьер.
123– Вы победили своих демонов? – улыбнулась старушка.
123– Что?
123– Счастливого пути, дорогой. И удачи.
123Пьер попрощался и вышел из дома. После дождя цветы пахли необыкновенно ярко, капли росы мерцали в сумрачных лучах, подобно осколкам прозрачного хрусталя. Пьер взглянул на потемневшую сухую клумбу, потом на гостевой домик. Из окна на втором этаже за ним наблюдала хозяйка гостиницы. Из окна на первом – она же.
123Старенький дилижанс ожидал у ворот.

[Гость_Мизер Акль_*]

Под хохлому али по любви?)

[Аптекарь]

Под хохлому али по любви?)

По любви к хохломе.

[Гость_Мизер Акль_*]

По любви к хохломе.

БДСМ уважаю. Моё стоп-слово - "титьки". Но точно именно так, а не гжель и дымка? Ведь напишу, с теми сами процентами)
Твой,
Горшочег

[Аптекарь]

БДСМ уважаю. Моё стоп-слово - "титьки". Но точно именно так, а не гжель и дымка? Ведь напишу, с теми сами процентами)
Твой,
Горшочег

Ваш горшочек, уважаемый Мурзикаль, давно пора помыть с хлорочкой.

[Касторка]

диван цвета горчицы, круглый плетёный столик из ротанга, а на нём – ваза с ветками сирени. Стены цвета молока украшены

полыхала бутонами солнечных маргариток

Почему "солнечных", они вроде как розовые.

безоблачное небо казалось прозрачным и бездонным.

Штампом пахнуло

затмил воспоминания о ночном кошмаре.

Да ладно! Шаги за стенкой уже и кошмар?

маленькие пурпурные цветочки.
123– Анютины глазки,

Пурпурные анютина глазки? Вы уверены?

Сирень в вазе сменилась пышным букетом алых роз,

Сирень и розы цветут в разное время.


Ну а девушка за что пострадала?

[Касторка]

Хм..по поводу "пурпурного" была не права . Упс

[Аптекарь]

Да, я плохо разбираюсь в цветах. ))
Сверюсь с учебниками и поправлю. Спасибо!
Пока предлагаю думать, что у ведьмы маргаритки желтые, а сирень цветет круглый год.

Анютины глазки пурпурными бывают, сам видел.

Ну а девушка за что пострадала?

Как за что? Первым делом ведьма убивает разлучницу. Она же не в курсе, кто кого совратил.

[Касторка]

Она же не в курсе,

Ежели ведьма, то в курсе. Но, вы правы- ведьма могла и просто так. Тогда почему помогла Пьеру? Что-то мне во всем этом не нравится, где-то есть нестыковка...

[Аптекарь]

Ежели ведьма, то в курсе. Но, вы правы- ведьма могла и просто так. Тогда почему помогла Пьеру? Что-то мне во всем этом не нравится, где-то есть нестыковка...

Она не помогла. Он с ней справился.
Победил страх и свыкся с чувством вины. Ну или признал вину - как угодно.
Там две ведьмы. Настоящая и фантомная. Первая включена в историю дома, вторая - в историю Пьера.

[ktgun]

В общем, так.
Похорошел язык. Понравились описания, цветы, люди, помещения. С эстетской точки зрения, на мой взгляд, весьма.
Но тут такое дело...
Такое ощущение, что текст сел на коня и понесся, что есть мочи, через заборы, стены, людей. Так и хочется закричать: Эй! Стой! Ты куда!?
Действие, действие, действие. И именно не экшн, а "бытовое" действие. Приехал, постучал, поговорил, заснул, испугался, поговорил, и пошло-пошло...пошло...пошло...Я даже перерыв на пару часов сделал, потому что от такого бега немного голова закружилась.
Ну, что стоило немного разбавить всякой пустопорожней лирикой? Дать немного отдышаться. За этим калейдоскопом действий, я, совершенно точно, упустил какие-то важные сюжетные детали, из-за которых вся идея рассказа показалась занимательной, но не более.
И вот такой ещё парадокс: несмотря на непрерывную простыню действия рассказа, все сцены как-то уж очень фрагментированы. Такое ощущение, что связь между двумя соседними зарисовками до того тонкая, что можно разорвать рассказ на два независимых куска. Или на пять. Или на -дцать.

[Аптекарь]

Ну, что стоило немного разбавить всякой пустопорожней лирикой? Дать немного отдышаться.

А мне казалось, что с лирикой перебор. Что текст и так слишком медленный.
Мне самому запомнились только цветы, ароматы и прочая дефочкавая фигня.
Действие как-то пока в чёткую линию не выстроилось. Зигзагами ходит.

[ktgun]

А мне казалось, что с лирикой перебор.

Да ну. У тебя тех лиричных моментов по одной строчке. Реально: одна-две строки и снова бег.

Что текст и так слишком медленный.

Ну, может я читал под седативами, но мне показалось, что совсем наоборот.

Мне самому запомнились только цветы, ароматы и прочая дефочкавая фигня.

На мой взгляд, это одна из самых сильных сторон рассказа. Реально, красиво читается.

Действие как-то пока в чёткую линию не выстроилось. Зигзагами ходит.

И я о том же.

[Аптекарь]

Да ну. У тебя тех лиричных моментов по одной строчке. Реально: одна-две строки и снова бег.

Ладно, накидаем ещё чуть позже.

На мой взгляд, это одна из самых сильных сторон рассказа. Реально, красиво читается.

Не люблю я все эти кружева. Особенно засахаренные.
Писать было смешно.

И я о том же.

Это беда - не умею чётко следовать плану. Всё время что-то меняю, переставляю фигуры.

[Гость_Monk_*]

– Заело, – пробормотал он. – А если взломать дверь?

Не стоит говорить такое в присутствие хозяйки... Бонтон. Не соответствует культурному джентльмену, каким вы хотите его представить. Лучше, чтобы он это подумал. Или бабуля первой сказала.

– Да! – страх быстро превращался в негодование. – В вашем доме происходит что-то… что-то ужасное!

Трусоват-то герой. Еще ничего не увидел - а уже : караул, что-то ужасное!

– Вы победили своих демонов? – улыбнулась старушка.

О демонах вроде не упоминалось. Понимаю, что иносказательно, и все же фраза выглядит странноватой...
Ну, это не ужас, так, лирика... Саспенс тебе нагнать не удалось. И затянуто чуток.

[Ра солнценосный]

Начал читать, заинтригован. Нравится стиль изложения. Некоторые ремарки:
Старенький дилижанс поздно вечером остановился у ворот гостевого дома. Распахнув скрипучую дверцу, Пьер Эмантан спрыгнул с высокой ступеньки в грязь; в Сен-Дени всё утро поливал щедрый июньский ливень.
– Это пригород, Это Спарта, детка! Предместья? (Надо найти верное слово) – Пьер вздохнул и постучал грязным ботинком по колесу дилижанса.
Извозчик передал ему потрепанный чемодан, щёлкнул поводьями и уехал дальше тронулся по раскисшей от дождя дороге. Пьер ещё с минуту смотрел ему вслед, и впервые за полгода сожалел, что не остался в Париже.
Суть правок: сцену вытаскиваем в настоящее, оживляем.

[Аптекарь]

Саспенс тебе нагнать не удалось. И затянуто чуток.

Кто-что говорит. Кому быстро, кому - затянуто.
Спасибо, что заглянул!

Суть правок: сцену вытаскиваем в настоящее, оживляем.

Вникаю. Спасибо.

[Nekto]

Любви тут кот наплакал.

[Аптекарь]

Вам не угодишь.

[Nekto]

Но он и правда о другом.
О горечи ошибок. О раскаянии. О прощении.
Ведьма не раскаялась и не простила, по моим ощущениям. И финал кровавый просится - не должна она Пьера отпустить.