Отставник, Пишу понемногу серию рассказов о приключениях пилота - отставника Опции

[Epema]

Сплошная голивудщина.

А может так и задумано! Автору поступил заказ из аж самого Голливуда!!! Во как бывает! И лосю дорогу уступают в лесу! (Без обид. К слову пришлось)
И вообще. Не надо придумывать за автора дальнейший сюжет. Автор теряет путеводную нить. Возможно вещь была бы другой не скажи кто нибудь слова своего. Это из курса словесных переплетений. (По другому магии слов)

[Штольц]

А может так и задумано! Автору поступил заказ из аж самого Голливуда!!! Во как бывает! И лосю дорогу уступают в лесу! (Без обид. К слову пришлось)
И вообще. Не надо придумывать за автора дальнейший сюжет. Автор теряет путеводную нить. Возможно вещь была бы другой не скажи кто нибудь слова своего. Это из курса словесных переплетений. (По другому магии слов)

Спасибо, Epema, за позитив и поддержку!

[Штольц]

4

- Эй, Нарси! Очнись! - кто-то немилосердно тряс меня за плечи.
Я пришел в себя, как будто кто-то включил свет. Такое бывает - отходняк после «Дельты» просто отключает человека на какое-то время.
-Нарси! Уходить нужно! - голос капитана Де Ковен.
И в ту же секунду снаружи раздался оглушительный взрыв и стальная бронеплита двери завибрировала. Стены, и даже бетонный пол вздрогнули, как живые. С потолка посыпалась штукатурка.
- Бандиты бьют по двери из тяжелых гранатометов. Дверь долго не продержится. Нужно уходить.
Я повернулся на бок и осмотрелся: Де Ковен сидела рядом на полу и держала у себя на коленях голову Тонни, которая была по-прежнему без сознания, но тяжело и неровно дышала.
- Она умирает — тихо сказала капитан. - Я ввела ей еще одну, последнюю «Дельту». Нужно уходить отсюда, уходить в ремонтную шлюзовую камеру, пока эти придурки не добрались ни до нас, ни до контроля гермоворотами. У меня есть такой приказ.
- На хрен твои приказы! - огрызнулся я, присев возле Тонни.
- Не дури, Нарси. Ты же все понимаешь, ты военный человек. Помощи не будет. Мы уже и так почти мертвецы, но если попадем латиносам в руки, то будем умирать очень долго и очень плохо.
- Заткнись, Нэйтали! Знаю. Давай, веди, куда знаешь.
Я опять взгромоздил обеих женщин на плечи, и пошатываясь от тяжести двинулся по полутемным, освещенным редкими аварийными лампами коридорам, переходам и лестницам. Нэйтали показывала дорогу.
А сзади, где-то у входа на КПП, без устали били взрывы - латинос были настроены очень серьезно.
- Жорж! - прокричала Нэйтали. - Все намного хуже: «сверху» уже включили самоликвидацию этих гермоворот и КПП, все взорвется через семь минут, и завалит породой этот сектор навсегда. У нас один выход: добраться до шлюзов, и если там есть хоть один строительный кар на ходу, свалить подальше, вглубь, чтобы и нас не завалило.
Я не ответил, но ходу прибавил, что было сил.

Переход, еще переход, коридор, лестница вниз, которая далась с большим трудом, опять коридор, герметические двери, которые открыла капитан, прикоснувшись ладонью к сканеру замку, за дверями длинный коридор из металлических плит, в конце коридора еще одни двери.
- Как ты это делаешь? Ну, двери открываешь? - спросил я капитана, с трудом передвигая ноги: обе женщины тяжелели с каждой минутой. Вернее, не тяжелели, а действие «Дельты» заканчивалось, и мои силы тоже.
- У меня в ладони подшит универсальный полицейский чип с кодами доступа ко всем правительственным объектам.
- А ты сама не андроид, случайно?
- Да пошел ты, Нарси! Нашел о чем говорить. Ногами шевели лучше - время тикает.

За второй гермодверью был большой ангар: в тусклом аварийном освещении было видно три разведывательных внешних кара типа «Скорпион» - у нас на РДС была такая штуковина. Кары стояли с открытыми кабинами, беспорядочно разместившись на площадке перед воротами шлюзовой камеры: видно было, что кары были небрежно брошены, и брошены довольно давно, судя по довольно толстому слою пыли, покрывавшей их ярко-оранжевые корпуса.
Я положил женщин на пол, и, немного пошатываясь от усталости, нараставшей как снежный ком, пошел осматривать «Скорпионы».
Первый кар был полностью обесточен: не было даже аварийной информации на дисплеях, такую машину нужно приводить в порядок минут двадцать — тридцать, и не известно, есть ли там топливо.
Второй «Скорпион» был в рабочем состоянии. Я запустил информационную панель - все функции и системы в норме, но запас топлива двенадцать процентов - это при движении на малой скорости обеспечит поддержание функций жизнеобеспечения экипажа где-то на двадцать - тридцать минут. Мало!
Третий «Скорпион» был заправлен на шестьдесят процентов, но были неустранимые проблемы в трансмиссии. Нерабочий! Перегрузка топливных консолей займет не меньше двадцати минут, не успеем!
Остается второй»Скорпион». Выбора нет!
Я перенес Тонни на заднее кресло в кабину кара, потом перенес Нэйтали и посадил на второе кресло, рядом с креслом пилота.
- Ты знаешь эти кары? - поинтересовалась капитан.
- Знаю, ездил - я включил двигатель. Несложные манипуляции с тумблерами и рабочим сенсорным экраном, и прозрачный купол кабины с легким шипением опустился в рабочее положение, загерметезировав кар.
- Готовность шестьдесят секунд. Включение фильтров, воздушной смеси и обогрева. Ты сможешь открыть двери шлюза? - спросил я, не отрывая глаз от показателей на экране. - Видишь, система безопасности требует код.
- Ок. Вводи - и капитан стала диктовать мне цифры.

Код прошел: двери шлюза поползли в сторону.
Вперед! Я вывел кар в шлюзовую камеру. Время стучало с каждым ударом сердца. Пока сзади закрылись двери прошла целая вечность.
- Сколько времени до взрыва?
- Три минуты двадцать секунд — эхом отозвалась Нэйтали.
- Давай, давай же быстрее! - торопил я слишком медленно открывающиеся наружные двери шлюза.
В открытую щель между расходящимися дверями открывалась чернильная темнота: прожекторы КПП почему-то не работали. Включил фары и все прожектора «Скорпиона».
- Минута тридцать до взрыва - спокойно и как-то отрешенно сказала Нэйтали.
- Вперед! - как - только ворота раскрылись на размер габаритов «Скорпиона», я буквально рванул кар с места и помчался по огромному тоннелю прочь от КПП.
А потом рвануло.
«Скорпион» швырнуло на стену тоннеля, развернуло и мы увидели, как рушиться стены тоннеля перед КПП, засыпая ворота сотнями тонн лунного грунта и огромных камней. Целая волна пыли захлестнула нас и погрузила в серое небытие.
Мы выжили! Всего на несколько секунд опередили взрыв. И это уже хорошо. А дальше - будет видно.

[Генрих]

стальная бронеплита двери завибрировала.

Вряд ли она завибрирует даже от гранаты. Задрожит, скорее.

С потолка посыпалась штукатурка.

- там на Луне в далеком будущем потолки тоже будут штукатурить? Забавно.

латинос были настроены очень серьезно.

- латиносЫ.

Но это мелочи. Поговорим серьезнее.
Бандиты, да еще латиносы, пусть и на Луне, так круто давят правительственные силы? Это не Луна, это - Колумбия. Применяют, ладно бы просто огнестрельное, но и более серьезное оружие? Которое может вызвать и какие-то сейсмические колебания. Пусть и на небольшом расстоянии. Это писец...

Вы просто перенесли атмосферу нынешнего времени, аналог наших 90-ых, в антураж фантастики. Причем грубо. Уже сказал, это не колонизированная в будущем Луна, это - нынешняя Колумбия. Добавление андроидов ничего не меняет, тем более они от людей не отличаются.

[Штольц]

Вряд ли она завибрирует даже от гранаты. Задрожит, скорее.
- там на Луне в далеком будущем потолки тоже будут штукатурить? Забавно.
- латиносЫ.

Но это мелочи. Поговорим серьезнее.
Бандиты, да еще латиносы, пусть и на Луне, так круто давят правительственные силы? Это не Луна, это - Колумбия. Применяют, ладно бы просто огнестрельное, но и более серьезное оружие? Которое может вызвать и какие-то сейсмические колебания. Пусть и на небольшом расстоянии. Это писец...

Вы просто перенесли атмосферу нынешнего времени, аналог наших 90-ых, в антураж фантастики. Причем грубо. Уже сказал, это не колонизированная в будущем Луна, это - нынешняя Колумбия. Добавление андроидов ничего не меняет, тем более они от людей не отличаются.

Спасибо, Генрих, за существенные подсказки. Я их аккумулирую, и, если удастся написать весь текст, буду редактировать не только грамматику, но и смысловое содержание.

[Штольц]

Файл 4

Принцип феникса



Стало тихо. Совсем тихо. Был слышен лишь негромкое урчание двигателя «Скорпиона», работавшего на холостом ходу, легкий свист фильтрационной установки и неровное дыхание Тонни.
- Что делать будем, Жорж? - собравшись с мыслями, спросила Нэйтали.
- Пока не знаю точно, надо подумать. - не сразу ответил я. Дикое напряжение последних событий, отходняк после «Дельты» высосали из меня практически все силы. - Что ты предлагаешь?
- Нужно уходить по системе туннелей к соседним гермоворотам. Должны успеть.
- Ок, давай посмотрим, есть ли план туннелей в бортовом компе «Скорпиона» - я вывел запрос на рабочую панель кара. План высветился мгновенно: паутина синих линий разной толщины. Положение их «Скорпиона» отмечено красной точкой. Запрос на ближайшие гермоворота: вот они - неблизко, примерно семнадцать километров, как показал проложенный компом трекер в виде оранжевой пульсирующей ленты на схеме туннелей. Запрос на запас хода «Скорпиона» и длительность работы системы жизнеобеспечения: хватит, и с запасом. Время прибытия: двадцать - двадцать две минуты
- Все нормально, капитан - я бросил взгляд на Нэйтали де Ковен. - Свяжись со своими, пусть присылают бригаду врачей к КПП, Тонни должна продержаться эти двадцать минут. А мы выдвигаемся.
Я включил наружную очистку кабины, а вдруг сработает: все - таки «Скорпионы» предназначены для работы в условиях горных работ и повышенной загрязненности. И сработало: буквально за несколько минут очистилось лобовое стекло кара и боковые прозрачные поверхности защитного купола, включилась какая-то хитрая система аэрозольной защиты, которая быстро осадила пыль вокруг «Скорпиона». Я развернул кар и включил автопилот: комп по показателям бортовых радаров и сенсоров лучше проведет кар по запутанной системе тоннелей, быстрее и безопаснее, чем в ручном режиме, тем более в плотной пылевой завесе, которая здесь, на Луне, даже вернее - под лунной поверхностью, может оседать часами.
«Скорпион», получив команду бортового компа уверенно двинулся вперед, быстро увеличивая скорость.
Нэйтали связалась со своими: отрывистые фразы, кратко и напряженно. Я не прислушивался, а расслабленно откинулся на мягкую и удобную спинку пилотского кресла. Дальше что?
Доедем. Тонни передадим врачам. Меня повяжут. Интересно, почему на мою поимку снарядили целую полицейскую операцию? Словить неадеквата, устроившего драку в Дай Мару? А перед этим разыграть комедию с конкурсом андроидов? Смешно. Что - то не вяжется в понятную картину происходящего. Зачем я нужен полиции? Или не полиции? Приставили ко мне Тонни, выдав ее за андроида? Зачем? Сложно все, непонятно. Сейчас спрошу капитана, когда закончит свое общение с начальством. Нужно валить, пока не повязали. Куда и как? Я запомнил картинку на мониторе, когда запрашивал информацию о доставке на резервный КПП: после прибытия в пункт назначения останется запас топлива на двадцать - двадцать два километра и запас работы системы жизнеобеспечения на тридцать минут - далеко не уедешь. Отсек со скафандрами для выхода наружу пуст, есть только аварийные кислородные маски с запасом на двадцать минут - это все. А за бортом - минус семьдесят пять. Бежать бесполезно. Придется сдаться.
- Эй, Жорж, ты спишь, или отключился - тронула меня за плечо Нэйтали.
- Не сплю я, так, просто отдыхаю.
- Все нормально. Нас будут ждать на КПП. Главное, чтобы Капри продержалась.
Я промолчал в ответ, а потом все же спросил:
- Ты наручники уже сейчас на меня оденешь, или когда приедем?
- Когда приедем.
Дальше мы замолчали. Все понятно, чего уж тут.

Но спокойствие и отрешенность закончились через пару секунд: вдруг «Скорпион» подбросило, как игрушку, а потом по корпусу, где-то сзади, в районе моторного отсека, будто кто-то ударил гигантской кувалдой. И по защитному куполу застучали удары разной силы — это сыпались камни. «Скорпион» резко остановился, и двигатель замолк. Свет в кабине погас, но через несколько секунд снова включился. Замигал и вновь заработал дисплей управления.
Почва под машиной то дрожала крупной дрожью, то ходила волнами.
Пошел сдвиг породы, а может и лунотрясение. Это все этот гребаный взрыв!

- Что это? - испуганно спросила Нэйтали.
- Обвал породы. Из - за взрыва - ответил я, лихорадочно пытался запустить двигатель, перейдя на ручной режим управления. На дисплее управления, после сбоя и перезагрузки системы вновь появилась информация. Так, что тут у нас: две из трех топливных консолей выведены из строя, правый боковой радар не отвечает, обесточена система регенерации воздушной смеси. Время сохранения работы жизнеобеспечения - двенадцать минут, запас хода - пятнадцать километров на форсированном ходу.
- Что с машиной? - быстро взяла себя в руки Нэйтали.
- Хреново. Но можем доехать, если повезет. О! Двигатель запустился! - я включил все уцелевшие сканеры и радары «Скорпиона», вывел трекер на дисплей: будем двигаться по приборам, в туче пыли все равно ничего не видно. Вперед!
Джойстик управления бился в руке нервной дрожью, кар нещадно бросало на кучах породы по дороге, по защитному куполу с нарастающей яростью били камни, сыпавшиеся сверху, из разваливающегося свода тоннеля. Вообщем, весело. Мы ехали так быстро, как могли. Стоп! Приехали: основной ствол туннеля впереди полностью обвалился. Трекер выбрал новый маршрут по каким-то второстепенным ответвлениями. Вперед!
Десять минут безумной гонки, пятнадцать минут... Проход впереди завален, и обрушение тоннеля приближается к нам. Разворачиваемся в тесном пространстве и едем назад. Кажется, это все - финал нашей гонки, и наших жизней. Нэйтали молчит, и так даже лучше - не мешает мне. Трекер на экране погас - все доступные для связи маяки в сети тоннелей уничтожены. Мы ослепли. Но мчимся, и будем двигаться до конца, пока сохраниться сознание, или нас не завалит. Движение - это надежда. Последняя надежда. Или просто борьба за жизнь, хотя и надежды уже нет.
Тряхнуло так, что «Скорпион» швырнуло на боковую стену тоннеля. Двигатель продолжал работать. Я снизил скорость и остановил кар: впереди, в двадцати метрах завал. Куда, куда ехать?
Я включил виртуальный обзорный сканер: наш туннель завален с обеих сторон, боковых ответвлений нет. Все! Приплыли. Что же делать, что делать?
Нэйтали тронула меня за плечо:
- Все плохо?
- Да. Жопа полная, извини.
- В кино главный герой достал бы сигару и нагло улыбаясь, закурил. У тебя есть сигара, Жорж? - спокойно спросила Нэйтали. Железная девка, все-таки!
- Нет, сигары нет - рассмеялся я. - А ты, капитан, хорошо держишся.
- Есть другие варианты?
- Нет, сто процентов, нет - я расслабленно откинулся на высокую спинку кресла пилота. - Не знаю, как насчет сигары, а вот коньячку рюмашечку, я бы с удовольствием пропустил. А то, и две...
- Алкоголик...
- Ха! Я еще и сексоголик.
- Но ты мне нравишься, Нарси.
- Да что ты!
- Нравишься, хоть ты и сволочь редкая.
- Ну, если так, начистоту, то и ты мне нравишься, Нэйтали де Ковен, очень нравишься. Я тебя сразу заметил, еще там, в Дай Мару.
- И что, трахнуть меня захотел?
- Конечно. Тебя хочет трахнуть любой нормальный мужчина, который увидел тебя. А если еще и поговорил с тобой...
- Хорошо, что Капри тебя не слышит, а то бы она тебе быстро глаза выцарапала, она такая - немного промолчав, ответила Нэйтали. - Задурил голову девчонке, бабник гребаный. Жалко ее. Хотя, она хоть повеселилась напоследок. А себя мне жалко.
- А меня?
- И тебя. Всех нас жалко.
- Спасибо тебе, добрая женщина! За добрые слова...
- Заткнись, Нарси! Не будь клоуном, тебе это не идет.

Я хотел ответить, но «Скорпион» вдруг опять сильно тряхнуло и сверху на кабину посыпался град камней.
- Все! - мелькнула мысль.
Но ничего не случилось, нас не засыпало. А вот в стене, слева от нас образовался проход.
Я мгновенно сориентировался, развернул кар и протиснул «Скорпион», обирая его бока, в новый тоннель. Едва проехали вглубь, как раздался грохот сзади - все, тоннель, где мы только что были, полностью обрушился.
Я замедлил ход, хотя сканер показывал чистую поверхность впереди. А еще на дисплее, была видно, что тоннель обрывался в тридцати метрах от нас, не упирался в очередной завал, а именно обрывался, судя по данным сканера, обрывался в никуда. Там, дальше, была пропасть.
Я остановил кар и включил очистку. Через минуту лобовое стекло было очищено. И сразу в кабину ворвался свет, неяркий голубоватый свет. Он исходил из конца тоннеля.
Мы с Нэйтали молча переглянулись.
- Это то, что я думаю? - спросила Нэйти. - Свет в конце тоннеля? Мы что, уже умерли?
- Не похоже. Вроде бы еще живы. Поехали, глянем, что там. В любом случае, тоннель дальше обрывается.
- Поехали.

«Скорпион» медленно продвигался по тоннелю, стены которого были выложены из ровных каменных блоков - явно технологическое сооружение, а не природное. Впереди все расширялся объем светло - голубого света, и вскоре мы выехали на большую каменную площадку, которая обрывалась в пропасть. Мы невольно ахнули: там, впереди, вернее внизу, лежал большой город. Мы были на площадке, в сотне в сотне метров на городом, а вверх уходило свободное пространство, залитое неярким светом.

[Генрих]

Мы были на площадке, в сотне в сотне метров на городом

- Повтор.

На мой взгляд слишком длинно. В голливудской манере максимально затягивать ужас.

[Epema]

Ошибки? они есть всегда!

"Тряхнуло так, что «Скорпион» швырнуло" - Не тряхнуло, а тряхануло - почему, объясняю - созвучно с "трахнуло".
Слово "швырнуло" здесь не кстати. Замените пожалуйста другим.

Был слышен лишь негромкое урчание двигателя «Скорпиона» - 1) Было; 2) "слышен" и "негромкое" - не вяжутся.

[BurnedHeart]

Штольц сейчас пишет определенно лучше. Наработал стиль. Динамично.)

[NatashaKasher]

Де Ковен сидела рядом на полу и держала у себя на коленях голову Тонни, которая была по-прежнему без сознания, но тяжело и неровно дышала.

Голова профессора Тонни.

[Генрих]

Голова профессора Тонни.

Ну, дык... если уж трэш, то трэш.

[Штольц]

Спасибо огромное, мои уважаемые коллеги, за ваше мнение, за помощь и поддержку!
Немного продвинулся вперед в работе над текстом.

Окончание Файла 3

....
- Вот это да! - только и смог я выдавить из себя. Поражали масштабы увиденного.
- Увидеть это и умереть - эхом отозвалась Нэйтали.
От этих слов капитана я мгновенно вернулся в реальность и вывел на панель нужную информацию:
- за бортом температура минус пять по Цельсию... радиационный фон в пределах нормы... состав воздушной смеси непригоден для открытого дыхания - низкая концентрация кислорода... запас топлива в «Скорпионе» исчерпан.... время работы систем жизнеобеспечения в кабине - не более трех минут... никаких видов связи нет...
- Приплыли, Нэйти.
- Сколько времени еще есть?
- Три минуты. Но есть еще кислородные маски с запасом воздуха на двадцать минут - потянулся я к аварийному боксу. Но бокс не открывался. Я дергал ручку яростно и настойчиво, но бокс все равно не открывался.
Зазвучал тихий сигнал тревоги: остановка энергообеспечения всех систем жизнеобеспечения через минуту. Информационная панель погасла, за ней выключилось освещение.
Я продолжал попытки открыть заблокированный аварийный бокс. Безрезультатно. Уходили последние секунды...
- Жорж! Открой кабину. Не хочется задыхаться в этом механическом склепе - раздался спокойный голос Нэйтали де Ковен. - И еще: ты молодец, дрался до конца, ты настоящий мужчина. Жалко, что времени уже не осталось...
- Скажи, почему вы за мной так упорно охотились? - спросил я.
- Ты меченный.
- Как это - меченный?
- Ты выжил после контакта с Селенитами. Ты особенный. Нам нужно было заполучить тебя. И твоих друзей.
- Чтобы разобрать на запчасти и поковыряться во мне?
- Типа того.
- Флот этого не сделал...
- Они не смогли, они не знают о Меченных...
Легкий свист закачки в кабину воздушной смеси прекратился. Стало тихо, совсем тихо.
Мы переглянулись с Нэйти и поняли друг друга без слов: я положил руку на рычаг аварийного открытия купола «Скорпиона», Нэйтали обернулась к лежащей на заднем сидении Тонни и взяла ее за руку.
- Ты класная, Нэйтали де Ковен! И Тонни отличная девчонка. Не жалею ни о чем - уверенно и с теплом сказал я, глядя в глаза Нэйти.
- Спасибо, Жорж! Жалко - то как! Открывай! Время пришло.

Я почему-то улыбнулся, рванул рычаг и закрыл глаза.
Хлопок вырвавшегося наружу из кабины воздуха, удар холода, резкая боль в груди...
И я окунулся в сизые клубы какого – то липкого тумана, который быстро сгущался и превращался в черную мглу...


Файл 4

Принцип феникса

Сколько я блуждал в этой мгле, я не чувствовал - может минуту, а может и целую вечность. Страшно не было. И больно не было. И ощущения твердой почвы под ногами тоже не было. Я что-то искал здесь, в этой безвременной темноте. Или кого-то искал...
Но вот, в глубине тьмы, забрезжил свет - сначала пятнышко, потом свет становился все более определенным и ярким, словно во тьме открылась дверь. Я рванулся туда и оказался в странном призрачном мире, но ощущение реальности мгновенно ворвалось в мое сознание: теплый ветер, пропитанный запахом трав и океана, звук прибоя и шелест листьев огромных пальм, стрекот цикад...
Был вечер. Тихий, дышащий негой и покоем тропический вечер.
Прямо передо мной в нескольких шагах застыла живым стеклом лазурная водная гладь бассейна, подсвечивающаяся светильниками на дне. На той стороне бассейна виднелась открытая большая беседка с крышей, сделанной из стеблей тростника. Где – то сверху, с потолка беседки мягко струился теплый золотистый свет, красиво оттеняющий десяток больших желтых и оранжевых подушек, аккуратно разложенных на толстом коричнево – красном ковре, которым был устлан пол беседки.
За беседкой возвышались огромные пальмы, лениво шевелившие стрелами своих ветвей под легким вечерним бризом.
Там, за пальмами, виднелся Океан, фосфоресцирующий под стремительно темнеющим тропическим небом.
Слева от бассейна возвышалось само двухэтажное здание бунгало, ярко залитое огнями. Деревянные колонны, на которых покоился второй этаж, создавали визуально уютную открытую веранду на возвышении, закрытую с двух сторон легкими стенами из дорогих циновок.
На веранде было расстелен большой белый с неярким коричневым рисунком ковер, на котором по периметру тоже были разложены большие белые, красные и желтые подушки.
Пол между домом и бассейном (именно пол, потому что открытый бассейн был частью дома) был устлан коричневым, шлифованным до блеска паркетом.
Между верандой и бассейном стояли два пляжных кресла с мягким серым покрытием.
Я подошел к бассейну и опустил пальцы босой ноги в воду – она была теплой и нежной. Белые небольшие светильники по периметру бассейна излучали ровный приглушенный свет.
Что это все значит? Дом, океан, бассейн и покой? Я с удивлением осмотрел себя: белый махровый халат на голом теле лежал нежнейшим пухом, лаская кожу. Это было все так нереально и так приятно.
Спокойно и тихо все вокруг. Только легкий ветер с океана ласково дышит в лицо.
Я сбросил одним движением халат на пол и тихо, стараясь не встревожить воду, зашел по большим ступеням в нежно – теплое, прозрачное блаженство. Меня окутала бархатная нега роскоши теплой и чистой воды. Оттолкнувшись ногами я поплыл. Это было легко и нереально приятно, как тихий полет. Неспешные движения руками напоминали ленивые взмахи крыльев большой птицы. Это было полное наслаждение.
Я перевернулся на спину и замер в покое, рассматривая яркие звезды в стремительно чернеющем небе. Сколько все это продолжалось, я не знал, но хотелось, чтобы это продолжалось вечно.
Потом я подплыл к кромке бассейна. На одном из кресел лежала женщина в коротком желтом халатике, открывавшем ее красивые сильные ноги. Лица женщины не было видно. Но я точно знал, что это лежит Аманда. Я легким, как всегда во сне бывает, движением, вылез из воды и сел возле кресла, прижавшись спиной к теплым бедрам женщины. И она стала медленно и ласково гладить меня по голове. Мы оба молчали. Было уютно, спокойно и защищенно. Как в детстве.
- Жорж! Радость моя! Проснись, дорогой! – послышался знакомый до боли голос. Голос Аманды, моей покойной жены.

Я открыл глаза. И невольно сделал глубокий судорожный вдох. Тысячи мелких иголочек впились в мои легкие. Но я дышал. Я был жив. Было очень холодно, но с каждой секундой мое тело адаптировалось к новой реальности.
- С возвращением, Жорж! - вымученно улыбнулся я, и осмотрелся, приподнявшись на локте: рядом «Скорпион» с открытым куполом кабины, все та же площадка на выходе из туннеля, внизу раскинулся огромный и странный город.
Легкий, как шорох, звук позади меня. Я обернулся и застыл: недалеко от меня в воздухе лежали, да - да, именно лежали, а может и просто парили над поверхностью мои сотоварищи - Тонни и Нэйти. Их тела были окутаны тончайшим коконом из вращающихся по спирали ярких голубых и зеленых огоньков. А рядом с девушками парили полупрозрачные силуэты людей - возле Тонни фигуры пожилых мужчины и женщины, возле Нэйти - молодой еще мужчина и маленькая девочка.
Это было завораживающее зрелище. Призрачные фигуры наклонялись к телам людей, словно прислушиваясь к дыханию, то прикасались к ним руками, то обнимали парящих в воздухе девушек.
У меня просто мороз по коже прошел - это был страх и восторг, а еще благодарность и восхищение.
Сколько продолжалось это невероятное действо, я не знал, да и не хотел знать, ведь я сам с каждым ударом сердца становился все крепче и увереннее, что-то менялось во мне, а что именно - не могу пока разобрать, но я становился другим, вернее, не я, как личность, а изменялось мое восприятие собственного тела. Или это просто возвращалось ощущение жизни.
Я на секунду прикрыл глаза, прислушиваясь к своим внутренним ощущениям, а когда вноь открыл, то вокруг Тонни и Нэйти уже не было призрачных фигур, а сами они лежали уже на площадке.
Я неожиданно для себя легко поднялся и подошел к девушкам. Они лежали почти рядом, слегка касаясь друг друга руками. На лице и теле Тонни не было даже следов от страшных ожогов - остатки сгоревшей одежды не скрывали наготы. Тонни была здорова. И дышала. Единственно, что изменилось - так это волосы, аккуратно подстриженные темно - русые волосы, новые, на месте сгоревших. Опять, на какое-то мгновение, мне стало безотчетно страшно, вернее - жутко. Это был другой человек, похожий на Тонни. Но это, наверное, не Тонни.
А сам я настоящий?! Я лихорадочно ощупал свое лицо - все привычно, дернул себя за волосы - больно. Значит живой и настоящий.
Рядом со мной кто-то присел и приобнял за плечо:
- Жорж, ты в порядке?
Я обернулся - это Нэйтали. Жива и здорова.
- Да, все нормально.
- Как Капри?
- Видишь, на ней все зажило. Дышит, жива, но спит, наверное. И волосы у нее новые - я снова недоуменно стал осматривать красивое лицо и тело девчонки.
- Что-то с нами не так - немного помолчав, сказала Нэйтали. - Не могу понять что, но явно не так.
Она встала и прошлась, ощупывая еще недавно сломанную ногу. Потом она снова присела возле меня:
- Ты видел Их?
- Кого?
- Ну, тех, похожих на призраков.
- Видел - кивнул я в ответ.
- Я видела возле тебя женщину, молодую женщину. А возле Капри - двух стариков.
- А кто приходил к тебе? - взглянул я в глаза Нэйтали.
- Не знаю. Я никого не видела. Просто включилась - и все. А ты видел их, ну, тех, кто приходил ко мне?
- Да. Это был молодой мужчина и девочка.

Нэйтали изменилась в лице, и, бессильно закрыв глаза ладонью глухо сказала:
- Это были они, я чувствовала их. Это Коллин и Сьюзи. Мой муж и дочь. Они погибли пять лет назад. Как мне больно!
- Что, опять нога? - тревожно придвинулся я к Нэйти.
- Нет, не нога. Здесь, здесь болит - женщина ткнула себя рукой в грудь и заплакала.- Здесь все время болит, все эти годы, как рана. И сейчас болит...
- Прости дорогая! - я обнял Нэйти. - Успокойся, пожалуйста. Мы живы, а это главное.
Нэйтали плакала мне в плечо:
- А к тебе кто приходил?
- Моя жена. Она тоже умерла, много лет назад - гладил я по голове женщину.
- Как же так, Жорж? Что происходит? Может, мы тоже умерли? Ведь мы не должны были здесь выжить, не должны, это невозможно! - всхлипнула Нэйтали.
- Не знаю. Ничего не знаю. Но мы живы, это точно - укачивал я женщину, словно испугавшегося ребенка.
- О! Я вижу, Жорж, ты уже нашел общий язык с моим капитаном - вдруг раздался над ухом насмешливый и немного злой голос Тонни. - Стоит тебя оставить ненадолго, как ты уже охмуряешь следующую барышню.
- Тонни!
- Капри!
Мы стали обнимать девчонку, бесцеремонно тиская ее.
- Задушите! Полегче, я же не кукла пластмассовая - рассмеялась Тонни, в шутку отбиваясь от нас. - С возвращением! Я так рада видеть вас! Я так рада...

[Epema]

Ну чтож... Чувства выливаются наружу. Но... чего-то в этой главе нет, не хватает. Вы согласны? Я прочёл всё, и не допонял: что вы хотите этим передать читателю. Вы переходите с грани научной фантастики на грань душевную. А кто вас надоумил на это? А?

[Штольц]

Ну чтож... Чувства выливаются наружу. Но... чего-то в этой главе нет, не хватает. Вы согласны? Я прочёл всё, и не допонял: что вы хотите этим передать читателю. Вы переходите с грани научной фантастики на грань душевную. А кто вас надоумил на это? А?

Спасибо, Epema, за интересный коммент. Любопытный коммент.
Герои "Файлов" живут своей жизнью. Так складывается сюжет. Душевная грань, думаю, - это естественная составляющая фантастики, как, впрочем и любого жанра. Дальше, мне представляется, будет еще много душевных моментов, несколько необычных, скажем - фантастических. А потом будет секс ( ну, куда без него), много секса. А потом опять приключения, бои, описание недалекого будущего на Земле и т.д.
Вот так и пишем. Создаем какую-то виртуальную жизнь, в которой иногда живет автор. Текст и сюжет, как нетрудно заметить, пишется не для ширпотреба, не для печати, не подгоняется в какие-то рамки, не для того, чтобы нравиться и угождать всем, а просто для себя и для небольшой группы читателей, которые резонируют на это чтиво.
Спасибо еще раз за позитив! Очень тронут.

[Штольц]

Продолжение...

Восторги немного поулеглись. Я снял рубашку и набросил Тонни на плечи:
- Оденься, а то голая совсем.
Тонни не задумываясь одела рубашку и застегнула ее на все пуговицы:
- Холод здесь собачий, однако. А еще я писать хочу. Сильно, уже из глаз капает.
- Иди вон за «Скорпиона» и писай на здоровье - кивнул я на замерший кар с открытой кабиной. - только не задерживайся, а то попу отморозишь и еще кое-что...
- Фу, какой же ты грубый, Жорж! - метнула озорной взгляд Тонни и не спеша, покачивая бедрами, пошла за машину. Я невольно проводил ее взглядом: красивая девчонка, слов нет, и заводная. Только вот, босая. Холодно ей. Пусть, наверное, сидит в «Скорпионе», пока придумаем что-нибудь.
Обернулся к Нэйтали и застал врасплох ее взгляд: она смотрела на меня с улыбкой - нет, не с осуждающей или ревнивой. С улыбкой, с которой смотрит мать на играющего ребенка. А ведь я был старше ее, однозначно, не намного, но старше. Но этот взгляд...
- Что, все так плохо? - спросил я.
- Ты о чем? - мгновенно собралась Нэйтали.
Я улыбнулся:
- Да так, я о своем, о женском
- Жорж, ты же умный мужик. Догадайся сам, или придумай что-нибудь. Но я тебе одно скажу: ты не мой мужчина, вернее - ты не в моем вкусе. Так что успокойся и давай лучше думать, что нам теперь делать.
- Вот как! - театрально-разочаровано протянул я в ответ, внимательно вглядываясь в глаза Нэйтали - там, в омуте женских глаз трепетали сомнение, страх и неуверенность. - А еще пару часов назад, в Селене...
- Забудь, Жорж. То была оперативная игра...
Подошла Тонни, зябко обхватив себя руками. Кончики длинных век девушки были тронуты инеем:
- Ребята, я есть хочу. И мне холодно.
- Так, девчонки - я пойду поковыряюсь в «Скорпионе», может найду чего полезного для нас, а вы тут не скучайте.
Нэйтали и Тонни молча кивнули, глядя на меня. Как школьницы, послушно и с надеждой.

Я обшарил все отсеки и боксы «Скорпиона», досталось немного: две пачки галет, явно давно просроченных, замасленный строительный комбинезон, ящик с инструментами, пачка документов - какие-то инструкции по устройству кара. И все.

Вернулся к девчонкам. Тони уже была в куртке Нэйтали, застегнутой на все молнии и застежки. Моя рубашка была девчонке вместо платья, а вот посиневшие от холода ноги выбивали нервную чечетку на холодных камнях.
Нэйтали осталась в черной форменной футболке, плотно обтягивающей ее красивые плечи, крепкие руки и небольшую грудь. Черные, свободные брюки с множеством функциональных карманов, высокие военные ботинки. Сильная и хищная женщина, как дикая кошка. И в ней заключена мощная энергия, хоть и тщательно скрываемая. Такие женщины, обычно, непросто открываются мужчине, они молчаливы и сдержаны, преданы, но в постели - просто ураган. Нравится мне Нэйтали. И Тонни нравится. Они такие разные. А где же Дора? Как она?

- Жорж, ты так внимательно присматриваешься к нам, что-то не так? - несколько настороженно спросила Нэйти.
- Да нет, все нормально. Посмотрите, что я раздобыл.

Я разложил добычу прямо на камнях.
- Не густо - прокомментировала Тонни.
- Это уже что-то. - присела возле вещей Нэйтали.
- На безрыбье, и рак - рыба - хмыкнул я.
- Это как? - удивленно подняла на меня глаза Нэйти.
- Короче, не перебирайте подарками - прокомментировала Тонни.
- Это ты к кому, Капри? - обернулась к Тонни Нэйтали.
- К вам, капитан - и глазом не моргнула девчонка.
- Оставь, Капри. Мы сейчас не на службе. И вообще непонятно, живые мы, или нет. Так что оставь свое «вы» до лучших времен и переходим на «ты». Тебя ведь Кора зовут?
- Так точно, капитан - серьезно ответила Тонни.
- Так вот, Кора Капри, с этого момента мы все общаемся на «ты», и по именам. Понятно?
- Так точно, капитан.
Нэйтали поморщилась:
- Кора, меня зовут Нэйтали. Будь любезна, выполняй приказ.
- Да, мэм.
- Какая я тебе мэм! - вскипела Нэйти. - Я не настолько старая, чтобы быть тебе мамочкой. Оставь свои солдафонские штучки, хоть здесь.
- Хорошо, Нэйти - картинно опустила свои хитрющие глаза Тонни.
- Ну, вот, наконец-то - с облегчением вздохнула Нэйтали.
Я, не особо прислушиваясь к разговору девчонок, нашел в инструментальном ящике нож и обрезал рукава на найденном комбинезоне.
- Что ты делаешь, Жорж?! - взвизгнула Тонни. - Я одела бы комбез.
- Оденешь - пробурчал я, - иди ко мне.
Тонни послушно встала рядом со мной. Я стал отрывать большие листы от найденной подшивки технических бумаг и заворачивать холодный, как лед ступни девчонки. Листок за листком, слой за слоем. Потом я одел сверху обрезанный от комбеза рукав и при помощи строительного скотча соорудил на ноге Тонни некое подобие мокасина. Потом, также молча, обул и вторую ногу девчонки. Получилось очень даже неплохо, хоть и грубо, но надежно, а главное - тепло.
Тонни перебирала своими стройными ногами, открытыми выше колена, когда я ее обувал, как молодая лошадь при подковывании. Я невольно залюбовался ногами девчонки и провел рукой вверх по обнаженному бедру.
- Жорж, не забывайся! - мягко отстранила мою руку Тонни. - У меня, между прочим, трусов нет почему-то.
- Правда? - рассмеялся я.- Трусы - это не самое главное. Ты же здорова и кожа у тебя новая.
- Не новая, а моя. И волосы, если вы заметили, тоже мои, родные.
- Да? - поднялся я и посмотрел в глаза девчонке. - А твои рыжие? А потом каштановые?
- То была оперативная раскраска.
- Ты помнишь? - поинтересовался я.
- Я все помню. Жорж - глаза Тонни игриво сузились. Она явно стала согреваться.
- Ладно. Давай дальше одеваться. Нэйти, забери свою куртку и помоги мне одеть на Тонни комбез.
Мы молча впихнули девчонку в комбинезон и при помощи того же скотча, подогнали под Тонни.
- Видок у тебя, надо сказать... - рассмеялся я, покрутив девчонку во все стороны.
- Ты, Жорж, тот еще кутюрье - рассмеялась Нэйтали, застегивая свою куртку. - Сам-то как оденешься?
- А -а! Не замерзну - отмахнулся я. - Сейчас костерок сообразим. Может, у кого зажигалка есть?
Нейти протянула мне компактный газовый резак, выудив его из карманов своих брюк.
- Неплохо - пробормотал я, разглядывая это чудо из комплекта выживания полицейского спецназа. - Очень неплохо. Может, у тебя там еще есть такие штучки, хитрые и полезные?
- Есть. Нож «Борнео». И больше ничего.
Я кивнул: отличный нож этот «Борнео», я знаком с ним хорошо, слишком хорошо, пригодился мне он однажды....

Через пару минут мы грелись возле костра из тряпок и остатков бумаги. И молча жевали галеты. Хорошо - то как! Хоть и ненадолго. Странно, но я холода почти не чувствовал и меня не пугало, что костерок скоро погаснет.
- Тонни! - вдруг спросил я.
- Я не Тонни, а Кора - обиженно отозвалась девчонка. - Мы не на задании.
- Ну, ладно, Кора - легко согласился я. - Тебе имя «Дора» говорит о чем-то.
- Дора? - девчонка задумалась.- Дора, Дора... Не помню. Нет, ни о чем не говорит. А что?
- Да так, ничего - подбросил я в костерок последние листы бумаги и клубок тряпок. Дора исчезла после «перзагрузки» Тонни? Жаль, очень жаль - к раздвоению личности Тонни - Доры я привык за те пару часов. Хотя, мне, пожалуй, нравится, что Тонни - это только Тонни, ну, или Кора. Но я буду скучать по тебе, Дора.

[Генрих]

Как грится, "тема сисег" раскрыта и гипертрофирована. А кроме эротических фантазий больше ничего не предвидится, я так понимаю? Которая часть уже написана, а воз так около девок и толчется.
Всё происходит так:
1) Завязка. Общение с бабами.
2) Выяснение отношений с бабами. Сортировка, кто есть кто и какая.
3) Драка и бабы.
4) Стрельба, экшн и куча баб.
5) Передышка после экшена. В окружении баб.

Да вы баболюб, любезный.

[silverrat]

Как грится, "тема сисег" раскрыта и гипертрофирована. А кроме эротических фантазий больше ничего не предвидится, я так понимаю? Которая часть уже написана, а воз так около девок и толчется.
Всё происходит так:
1) Завязка. Общение с бабами.
2) Выяснение отношений с бабами. Сортировка, кто есть кто и какая.
3) Драка и бабы.
4) Стрельба, экшн и куча баб.
5) Передышка после экшена. В окружении баб.

Да вы баболюб, любезный.

Генрих, это вы от зависти. В вашем романе баб мало.
Мужчина, который не любит баб вызывает подозрение.

А я вот это не смогла понять.

«Скорпион» медленно продвигался по тоннелю, стены которого были выложены из ровных каменных блоков - явно технологическое сооружение, а не природное. Впереди все расширялся объем светло - голубого света, и вскоре мы выехали на большую каменную площадку, которая обрывалась в пропасть. Мы невольно ахнули: там, впереди, вернее внизу, лежал большой город. Мы были на площадке, в сотне в сотне метров на городом, а вверх уходило свободное пространство, залитое неярким светом.

....
- Вот это да! - только и смог я выдавить из себя. Поражали масштабы увиденного.
- Увидеть это и умереть - эхом отозвалась Нэйтали.
От этих слов капитана я мгновенно вернулся в реальность и вывел на панель нужную информацию:
- за бортом температура минус пять по Цельсию... радиационный фон в пределах нормы... состав воздушной смеси непригоден для открытого дыхания - низкая концентрация кислорода... запас топлива в «Скорпионе» исчерпан.... время работы систем жизнеобеспечения в кабине - не более трех минут... никаких видов связи нет...
- Приплыли, Нэйти.
- Сколько времени еще есть?
- Три минуты. Но есть еще кислородные маски с запасом воздуха на двадцать минут - потянулся я к аварийному боксу. Но бокс не открывался. Я дергал ручку яростно и настойчиво, но бокс все равно не открывался.

Значицца так - ехали они ехали и приехали. Увидели город. А так как они никогда городов не видели, залитых неярким светом, они сразу прибалдели. Дикие люди.
Короче - чем все-таки так сильно поразились герои? Масштабами города? Высотой зданий, или размером города?

[Генрих]

...
Значицца так - ехали они ехали и приехали. Увидели город. А так как они никогда городов не видели, залитых неярким светом, они сразу прибалдели. Дикие люди.
Короче - чем все-таки так сильно поразились герои? Масштабами города? Высотой зданий, или размером города?

Дайте угадаю. Количеством девок, наверное...

Я думаю, конечная цель ГГ - окружить себя возможно бОльшим количеством разнообразных красоток. Достойная цель настоящего мужчины, чо...

[Штольц]

Значицца так - ехали они ехали и приехали. Увидели город. А так как они никогда городов не видели, залитых неярким светом, они сразу прибалдели. Дикие люди.
Короче - чем все-таки так сильно поразились герои? Масштабами города? Высотой зданий, или размером города?

Откорректирую этот момент. Спасибо большое!

[Штольц]

Дайте угадаю. Количеством девок, наверное...

Я думаю, конечная цель ГГ - окружить себя возможно бОльшим количеством разнообразных красоток. Достойная цель настоящего мужчины, чо...

Точно! Реальная мечта любого нормального мужчины.
Я действительно с большим уважением и интересом отношусь к женщинам. ГГ тоже нормальный мужик и относится к женщинам нормально, адекватно, а не как к сверхценности, или, наоборот - с пренебрежением. И та, и другая крайность - признак слабости или отсутствия реального "боевого" опыта.
А то, что в "Файлах" уделяется большое внимание взаимоотношениям ГГ и женщин, так это потому, что мне это интересно. Кому-то нравится, кому-то не нравится - это дело вкуса.
А вообще, Генрих: ругайте меня, ругайте - и извлекаю рациональное зерно из любых мнений.
Спасибо за Ваше мнение!