Тень черного верблюда, (Грелка, осень 2011) Опции

[kxmep]

– Что вы тут видите? – спросил врач.
Я посмотрел. Там была клякса. Большая черная клякса на белом фоне.
– Кляксу, – честно ответил я.
– А если подумать?
Я задумался. Врач производил впечатление вменяемого человека.
– Большую черную кляксу, – сказал я осторожно.
– Хорошо, – врач длинным жестом смешал карточки и предъявил новую. – А тут?
Там тоже была клякса. Чуть поменьше, но клякса.
– Доктор, а что я должен увидеть?
– Вы никому ничего не должны. Сосредоточьтесь. Попробуйте посмотреть обобщенно, измените угол зрения.
Это какая-то игра, подумал я. Сейчас врач снимет декоративный халат и скажет, тыча мне за спину, с идиотской улыбкой шоумена: «Вас снимает скрытая камера!»
– В этой кляксе, – сказал я, тупо глядя на черную размазню, – я вижу подвох.
– О! – врач оживился. – Опишите свои чувства: страх? подавленность?..
– Скажите, – прервал его я, – а что тут видите вы?
– Ну… Например, верблюда. Смотрите: вот шея, вот два горба…
Я смотрел изо всех сил. Никакого верблюда там не было. Там была клякса.
–…вот ноги: одна, вторая, третья.
– У верблюда четыре ноги.
– Это верблюд-инвалид, – рассмеялся врач.
– Черный?
– Черный верблюд-инвалид. Шутка. Расслабьтесь. Это всего лишь картинки.
– А кто нарисовал эти картинки?
– Роршарх.
– Он художник?
– Не совсем.
– Это заметно…

Выходя из кабинета, я украл карточку с черным верблюдом.

***

На улице ходили люди, не похожие на врачей. Люди были похожи на людей. Машины были похожи на машины, деревья – на деревья, небо – на небо, солнце… солнце было на месте. Я долго на него смотрел – да, солнце было на месте. Оно отпечаталось на обратной стороне моих век – большой черной кляксой. Клякса пульсировала, расширялась и лезла в мозг своими щупальцами.

Дома я показал карточку жене.
– Что ты тут видишь?
– На верблюда похоже, – ответила жена.
– Ага. Смешной такой, – добавила дочка.
Мне стало страшно.

С этого момента прежняя моя жизнь закончилась. Вещи притворялись. Им нельзя было доверять. К ним нельзя было поворачиваться спиной.
Я понял, что выбор невелик: найти черного верблюда – или умереть окончательно.

***

Смотреть или видеть?
Я смотрю глазами, но чем я вижу? И вижу ли вообще?

– Злая дурь, жгучая, – сказал барыга, – взлетишь, как демон.
– Почему не ангел?
– Нет спроса. Ибо неформат.
– Мне не летать, мне прозреть.
Барыга глянул оценивающе.
– А купилки есть?
– Покажи товар.
– О, брат! Это ты удачно зашел. Сто баксов – смешная цена за цельбоносную грязь.

Я заплатил однодолларовой купюрой. Слепорожденный, наивно полагающий себя манипулятором, этот торговец мухоморами даже не попытался постичь истинную суть бакса – его элементарный номинал. Угол зрения, да. Клякса может принимать любой вид, род, смысл. Надо только уметь ее грамотно показать, под определенным углом.
Все просто.

После этого я переключил телевизор на другой канал, и барыга канул в эфирные нети.

***

Быть зрячим в мире слепых оказалось довольно забавным занятием.
Я не злоупотреблял. Видел края. Щадил калек с вывернутыми наружу глазами.
О мутантах с третьим глазом я узнал через неделю, когда ко мне пришли их каины.

– Расскажи, как. Не держи в себе.
Они были очень похожи на людей и даже не использовали слово «брат».
– Ты попрал самое святое – деньги. Покайся, и мы возьмем твой грех на себя.
– Все просто, – и я показал им то, что они готовы были увидеть:
– Иллюзия, она же иллюминация. Смотрите: вот пирамида, вот око. Сосредоточьтесь.

Но этот финт был одноразовым: картинка для идиотов, поп-символ криптологии.
Надо было спешить. Время сжималось.

***

– Третий глаз, – говорил гуру вызывающе восточной внешности, пряча лицо в тщательном полумраке, – суть инструмент, позволяющий преобразовать тонкие энергии мысли в импульс божественного зрения.
В храме ощутимо пахло сомнительной травой и враньем.
– То есть лазер? – вежливо спросил я.
Гуру на мгновение растерялся и нарушил светомаскировку.
– Фокусировка праны… – но было уже поздно, тень скользнула с его лица, обнажив багровую кляксу меланомы – знак иуды. Я отрезал ему чакры и сделал так, чтобы все три его глаза уже никогда не смогли увидеть черного верблюда.

Суд определил мне принудительное лечение в психиатрическом стационаре специализированного типа с интенсивным наблюдением. Длинная цепочка безысходных слов.

Даже здесь, в доме скорби, вещи лгали. Они не были, они – казались.
Ложные сущности преследовали меня, но я научился видеть изнанку мира. Я стал острожным и терпеливым, как кошка. Наблюдал.
Некоторые люди, как тот фальшивый индус, умножали мнимость, продуцировали ее в кляксах слов и поступков. Этих людей надо было остановить.

Каждую ночь, я уходил из своей серой палаты. Оставлял вместо себя кляксу – и уходил. Снулый медбрат послушно смотрел, но не видел.

Синяк фонаря на опухшем лице непроспавшейся ночи. Гусиная кожа асфальта. Озноб и предвкушение.
Город полон фантомов и химер. Пятна боли, стигматы рекламы, цветные кляксы экранов. Я нахожу их – лжецов и престидижитаторов, продавцов ядовитых чернил – и останавливаю. Для этого у меня имеется специальный инструмент – пятновыводитель из нержавеющей стали с вогнутой заточкой и кровостоком.

– Что вы тут видите? Испражняющихся под себя торчков? Программу новостей? Черный пиар? Белое солнце демократии? Проданную страну? Сосредоточьтесь.
Они не могут сосредоточиться. Они кричат. Бесформенный черный вопль. Клякса.

Потом я ухожу.

И лоно отверстой луны истекает рассветом.
Сереет лицо, и синеет фонарная мета.
И льнёт к тротуару озябшая тень.

Тень черного верблюда.

[Штольц]

Талантливо написано, несомненно. Но главный герой рассказа действительно психически болен, чуть - чуть больше, чем мы все - среднестатистические обыватели. Тоска, безысходность - и, вместе с тем, - надежда. Черный верблюд из пятен Роршарха - это и есть ассоциация надежды, спрятанной в израненной душе.
Вещь запоминающаяся и стильная.
Респект Автору!

[kxmep]

главный герой рассказа действительно психически болен

Не факт.

[tamrish]

Отлично написано.

[Борисыч]

Kxmep,
В то время, как кто-то любовно выписывает завитки и радеет о резкости картины, вы подсовываете карты Роршаха – потому что в ваших текстах (для меня, по крайней мере) всегда картинка не в фокусе – ровно настолько, чтобы это не раздражало. Этакий импрессионизм. Очень нравится – помимо прочих достоинств вашего письма.
Забавно: никогда не задумывался всерьез, что мир создан из иллюзий. Но ведь даже наука, которая, казалось бы, сосредоточена на непредвзятом изучении мира, подменяет его абстракциями математики – читай, все теми же черными верблюдами, только еще более призрачными. Не символы, но символы символов.
И в самом деле, как увидеть сущность вещей, если вместо кляксы я вижу отраженный ею свет, который преобразуется в сигналы рецепторами, затем сигналы перевариваются зрительным анализатором и интерпретируются брехливой моей психикой?
Впрочем, Кант (которого, признаюсь, не читал) написал обо всем этом, наверное, куда как лучше.
Но разве не в том наша суть и наше счастье, что мир мы можем видеть преломленным в своем сознании? Разве не стало бы трагедией, если бы вместо музыки мы обнаружили бы организованный поток звуков, лишенный эмоциональной окраски? Не умерло ли бы искусство, не рассыпалось ли бы общество?

[Аптекарь]

Хочется сказать автору, что пишет он хорошо. Он и сам об этом знает. Но мне почему-то хочется.
Истории о помешательствах мне нравятся особенно.

[kxmep]

Но разве не в том наша суть и наше счастье, что мир мы можем видеть преломленным в своем сознании? Разве не стало бы трагедией, если бы вместо музыки мы обнаружили бы организованный поток звуков, лишенный эмоциональной окраски? Не умерло ли бы искусство, не рассыпалось ли бы общество?

Тут сложный вопрос... Что считать гармонией? Что есть искусство? Через сколько призм преломляется реальность?
Есть сущности - и есть интерпретаторы. Вот я насчет слов писал, например.
У слова есть смысл и форма. Душа и тело.
Изначально не бывает плохих слов с черными душами, они лишь отражают семантику Бытия. Но люди используют слова для общения между собой, разговаривают ими, подменяя смыслы и извращая суть, души слов мутнеют и болеют. Душевнобольные слова - реклама, пропаганда, идеология, ложь.

Слово можно убить двумя способами: разрушить тело или продать душу.
Искалеченное физически слово становится уродливой насмешкой, ковыляющей на протезах префиксов и флексий по фразе. Его уже не узнают и не понимают, поэтому ему незачем быть - и оно умирает.
Душа продается очень просто: за деньги. Если в слове деньги вместо души, это уже другое слово, выморочное. Слово-зомби. Вроде оно и есть, а на самом деле это лишь труп слова, гальванизированный с фискальными целями.

Люди - слова Бога. Он рассказывает ими свою историю.
Спор о сюжете этой истории - одна из самых популярных философских тем.

[Брат Гусаров]

Зерр гуд!

Субьективизм восприятия

Неисчерпаемой глубины тема

Все мы, по сути, живём в разных мирах, каждый в своём собственном, придуманном. И если в реперных точках слишком отклоняются твои представления от общепринятых - значит ты псих.

Читаешь "Пролетая над гнездом кукушки" или Коэльовскую "Веронику" и понимаешь, что в психушках сидят нормальные люди, это мы все, кто на свободе, больные.

Кто ж там побеждает на этих грелках-то?

[kxmep]

Все мы, по сути, живём в разных мирах, каждый в своём собственном, придуманном. И если в реперных точках слишком отклоняются твои представления от общепринятых - значит ты псих.

Вот - да.
Причем, никто не знает истиной картины мира. Система договоренностей: большинство видит вот так, значит, это правильно. То есть сумма субъективных восприятий выдается за объективную истину. Социально оно, может, и правильно, но философски - нет.

Кто ж там побеждает на этих грелках-то?

Сетевая проза: фокал, саспенс, рюшечки.

[братья Ceniza]

Но главный герой рассказа действительно психически болен

Мне кажется, что он как раз здоров. Был здоров. Смысл постоянно меняется, перетекает. Сначала"фокус":Клякса - для всех верблюд. Дыхание захватывает, и начинаешь следить за трансформацией смысла. Ни разу внимание не отвлеклось. Хотя у меня с этим делом проблема В напряжении до самого финала. А вот потом уже герой болен. Но лучше быть таким больным. (только поймите правильно!)
Мне этот рассказ больше всего у вас нравится.

[Эээх]

Грелка 2001 ?

А как тема звучала, скажите пожалуйста.

[kxmep]

2011, это я ошибся в заголовке.
Тема была "Открыть глаза и жить дальше".

[karpa]

И еще пару слов о ГГ. Подумавши над его образом. Мне кажется, можно прийти к выводу, что у него чисто математический склад ума, поэтому художественный образ верблюда для него не полон, как некогда теорема Ферма (до Перельмана).

[братья Ceniza]

у него чисто математический склад ума, поэтому художественный образ верблюда для него не полон, как некогда теорема Ферма (до Перельмана).

Да как же так? Все не так.
Человек белое видит белым, черное - черным, красное - красным. Не перекрашивает черное в белое, даже если ему так удобно/очень хочется.
"...вещи лгали. Они не были, они – казались". А может ему и не хочется, как раз лгать. В этом я и не сомневаюсь.

Дальше, возможно, я все выдумываю, или у меня ассоциации со своими жуками и бабочками. А дальше я вижу вот что: Только начни сомневаться в реальности, в своей вменяемости. Очень быстро мир и ты сам начнут рассыпаться. И вот чтобы не рассыпаться - герой защищается пятновыводителем из нержавеющей стали.

А когда я читаю это :

"Потом я ухожу.

И лоно отверстой луны истекает рассветом.
Сереет лицо, и синеет фонарная мета.
И льнёт к тротуару озябшая тень".

Когда я читаю это, я завидую и ревную, не знаю даже к чему. И надеюсь, что когда-нибудь смогу так писать.

[karpa]

Человек белое видит белым, черное - черным, красное - красным. Не перекрашивает черное в белое, даже если ему так удобно/очень хочется.

Возможно Вы правы.
Ну а если говорить точнее, то спектр восприятия цветов не одинаков у людей и зависит от возраста и природных особенностей человека. У младенцев он ближе к фиолетовой и ультрафиолетовой области. С возрастом меняется. И вообще, как утверждают художники, у одних людей он сдвинут в красную область, у других - в синюю, поэтому и цвета "гуляют" в зрительных центрах. А есть ведь еще дальтоники и те, которые не различают цвета вовсе, а видят только светотень (черно-серо-белый мир). Мы все разные, как оказывается.

[братья Ceniza]

Мы все разные, как оказывается.

Я бы даже добавила - очень. . В этом вся и прелесть.

[kxmep]

А есть ведь еще дальтоники и те, которые не различают цвета вовсе, а видят только светотень (черно-серо-белый мир). Мы все разные, как оказывается.

А есть еще один очень известный психологический трюк: человеку говорят, что черное - это белое. Несколько людей, много. Предварительно договорившись между собой (типа розыгрыша). Снег черный. потолок белый. День, другой - и человек начинает действительно видеть это.

[братья Ceniza]

Снег черный. потолок белый. День, другой - и человек начинает действительно видеть это.

И я о том же, собственно.

[братья Ceniza]

Есть кино "Иллюзия полет". Вторая часть - голливуд , а первая часть - как раз об этом. Человек почти перестает верить, что вошел в самолет с дочерью (!!!). Потому что ему весь самолет твердит, что он был один, вернее - она. Меня это поразило и даже напугало.

[Гость_Monk_*]

Этих людей надо было остановить.

Вот здесь мотив неясен. Почему надо остановить? В остальном очень хорошо.