№4 Вой волков, идущих по следу, Литературный турнир "Брат таланта" №6 Опции

[Аптекарь]

День охоты начался замечательно. Олегу нравилось буквально всё: восходящее солнце, окрасившее небо в розовый цвет; хрусткий снег, накрывший своим серебряным одеянием всё вокруг; морозный воздух, мерцающей завесой обволакивающий фигуры людей; тишина, нарушаемая шелестом лыж охотников, идущих по следу поднятого оленя.
Пойти на охоту уговорил отец. Олег, ранее с подозрением относившийся к подобным сомнительным развлечениям, в конце концов, поддался уговорам, прельстившись романтическими рассказами о дивных красотах зимнего леса. Ко всему прочему, острое желание выглядеть взрослым пересилило врождённую осторожность пятнадцатилетнего мальчишки.
И вот с одним рюкзаком за спиной двигался Олег вслед за отцом и тремя его спутниками.
Во всей компании выделялся статной фигурой и непоколебимой уверенностью в себе егерь Николай Петрович Старостин. Он любил лес с самого рождения и отдал своему любимому делу более тридцати лет. Досконально изучив повадки всех животных, мог выследить зверя в любых условиях. Говаривали, будто своего первого медведя Старостин завалил, будучи старшекласником.
День прошёл в погоне, и незаметно подкрались сумерки. Нужно было остановиться и заночевать. Петрович, так все без затей звали Старостина, выбрал удобное место. Быстренько поставили палатку и развели костёр, над которым вскоре закипела вода в котелке.
Свежий воздух подстёгивал аппетит, поэтому все быстро умяли ладно приготовленные, но несколько пересоленные макароны по-флотски, запив горячим чаем.
Измотанный непрерывной погоней Олег засобирался спать. Остальные остались у костра, весёлые и осоловелые, чтобы под бутылочку коньячка рассказывать друг другу различные охотничьи байки. Просидев до полуночи (бутылочка оказалась далеко не единственной), товарищи отправились спать.
Олег проснулся посреди ночи. Он накинул куртку и вышел наружу. Холод окончательно прогнал остатки сна.
Полная луна, усыпанное мерцающими звёздами небо и искрящийся снег создавали иллюзию освещения.
Олег подошёл к потухшему костру и отхлебнул из котелка остывший, с плавающими по поверхности льдинками, чай.
Совсем рядом раздался жуткий, протяжный вой. После чего вдоль поляны промчался гигантский олень. За ним, лёгкими тенями, пронеслась стая волков.
Олег краешком сознания отметил, что волки эти гораздо крупнее обычных, по крайней мере, втрое. Это так напугало юношу, что он вспомнил о ружье лишь после того, как звери исчезли из поля зрения. Не думая о последствиях, он нажал на спусковой крючок. Однако выстрела не последовало, помешал предохранитель.
Олег опрометью кинулся в палатку и принялся будить отца. Но тот пьяно отмахнулся и перевернулся на другой бок, тотчас захрапев.
Тогда Олег растолкал Петровича и, сбиваясь, перескакивая с одного на другое, рассказал об увиденном. Егерь, трезвея, оделся, схватил свой карабин, высыпал из коробки пригоршню патронов и опустил их в карман. Ненадолго задумавшись, сунул в голенище сапога штык-нож. Затем, выйдя из палатки, нацепил лыжи и двинулся в указанном направлении.
Не желая оставаться в одиночестве, юноша захватил отцовское ружье, заранее снял с предохранителя и на лыжах бросился догонять ушедшего вперёд Петровича. Догнав егеря, Олег побежал рядом. Петрович попытался было отправить мальчишку назад, в лагерь, но тот решительно отказался и не поддавался ни на какие уговоры.
Так, вдвоём, плечом к плечу, они выскочили на открытое пространство небольшой долины и резко остановились, увидев, как в ста шагах стая волков раздирает тушу заваленного оленя. Хищники целиком накрыли тушу. Было их с десяток.
– Вот влипли, – излишне громогласно прозвучало в тишине восклицание Петровича.
Волки тотчас обернулись на человеческий голос. Их светившиеся во тьме кроваво-красными рубинами глаза не предвещали ничего хорошего. Послышалось злобное рычание. Вожак выдвинулся вперёд и, задрав морду вверх, отчаянно завыл.
Холодок ужаса пробежался вдоль всего тела Олега. Не отдавая отчёта, он поднял ружьё и выстрелил, прервав тем самым леденящий душу вой. Пуля просвистела мимо, никого не задев.
Петрович вырвал у Олега винтовку, но было уже поздно.
Хищники, оставив в покое растерзанную добычу, направились в сторону людей, осмелившихся прервать их трапезу.
Получив от Петровича под зад болезненного пинка, Олег рванул прочь. Страх придал силы, и юноша стрелой взлетел на вершину раскидистого дуба, откуда стал наблюдать за развернувшимися далее событиями.
Петрович опустился на колено, взял наизготовку карабин, привычно поймал цель и нажал на спусковой крючок.
Раздался выстрел, пуля вонзилась в голову волка, разметав в стороны фонтан крови и ошметки мозга. Однако стая не прекратила своей стремительной атаки.
Передёрнув затвор, Петрович вдруг осознал, что первобытный ужас перед хищником охватил его разум. Егерь запаниковал, стал спешить, промахиваться, но, взяв себя в руки, успокоился и продолжил стрельбу. Каждая из четырёх пуль нашла свой адресат. Боёк сухо защёлкал, возвещая об опустевшей обойме. Петрович лихорадочно принялся перезаряжать карабин. Однако притаившийся в глубинах подсознания страх вернулся вновь.
Серые тени приблизились вплотную, но егерю удалось протолкнуть в казенник два патрона и всадить их в волка, уже взлетевшего в смертельном прыжке. Массивная туша зверя врезалась в человека, сбила с ног, повалив на землю.
Петрович в мгновение ока выхватил из нож и вонзил в шею другого волка, подоспевшего на помощь своему соплеменнику. Кровь залила всё вокруг. Забившись в предсмертном хрипе, хищник мёртвой хваткой вцепился в руку егеря, после чего испустил дух, так и не разжав клыков. В следующую секунду очередной волк вонзил свои клыки в горло отважного охотника, перекусив сонную артерию.
Олег уже не слышал ничего, благоразумно потеряв сознание.
Нашёл его на утро отец со своими товарищами. С трудом отодрав вцепившиеся в кору дерева пальцы, они осторожно опустили парня на землю, после чего доставили в больницу. Олег окончательно пришёл в себя только спустя трое суток. Сбиваясь и ежеминутно заходясь в крике, он с трудом смог рассказать об увиденном.
Ему не поверили, однако тщательное расследование не принесло результатов. Ни тела Старостина, ни убитых им волков не обнаружили. Отыскали только брошенное оружие да девять использованных гильз. Больше ничего.
В округе об этом посудачили с неделю, пришли к общему мнению, что перед тайными силами природы человек бессилен, и переключились на другие новости. Хватало своих забот.
Но Олег до сих пор не может забыть эту жуткую историю, всякий раз заходясь в безумном припадке в каждое полнолуние. В его истерзанную память снова и снова возвращается та самая ночь, окрашенная воем необычных волков, идущих по следу.