Свобода (Автор: Ябадзин и мужик с дороги), загон "Рога и Копыта" - не голосуем. Но можно комментить Опции

[Ябадзин]

Смирнов заметил на обочину голосующую девку. Пьяненькая, в линялой шубейке, черные колготки со стрелками. Уже начавшая свое неизбежное путешествие вниз шмара. Он остановил машину, открыл окно и впустил морозный воздух.
- Слышь, красавчик, подбрось до Березок. Денег нет, но отсосу.
Двигатель Смирнов не стал глушить, чтобы не выстудить салон. Девка смачно облизывала шишку, щекоча яйца. Через две минут он излил ей в рот желтое семя, попискивая как хомячок. И его пробило на философию, на волне гормонального расслабона.
- Слушай, а тебе на надоело такая вот жизнь? Выучилась бы на продавца, человеком бы стала…
Обычно за этим вопросом следовала слезливая история, но шмара только улыбнулась и начала поправлять крашенные волосы. А потом схватила Смирнова за яйца холодными пальцами и начала страшным трезвым шепотом говорить в самое лицо.
- Я, бл*ть, в своем познании настолько преисполнилась, что я как будто бы уже сто триллионов миллиардов лет, бл*ть, проживаю на триллионах и триллионах таких же планет, как эта Земля, мне этот мир абсолютно понятен, и я здесь ищу только одного, бл*ть, - покоя, умиротворения и вот этой гармонии, от слияния с бесконечно вечным, от созерцания великого фрактального подобия и от вот этого замечательного всеединства существа, бесконечно вечного, куда ни посмотри, хоть вглубь - бесконечно малое, хоть ввысь - бесконечное большое, понимаешь? А ты мне опять со своим вот этим бл*ть, иди суетись дальше, это твоё распределение, это твой путь и твой горизонт познания и ощущения твоей природы, он несоизмеримо мелок по сравнению с моим, понимаешь? Я как будто бы уже давно глубокий старец, бессмертный, ну или там уже почти бессмертный, который на этой планете от её самого зарождения, ещё когда только Солнце только-только сформировалось как звезда, и вот это газопылевое облако, вот, после взрыва, Солнца, когда оно вспыхнуло, как звезда, начало формировать вот эти коацерваты, планеты, понимаешь, я на этой Земле уже как будто почти пять миллиардов лет бл*ть живу и знаю её вдоль и поперёк этот весь мир, а ты мне какие-то... мне по*уй на твои тачки, на твои бл*ть на*уй яхты, на твои квартиры, там, на твоё благо. Я была на этой планете бесконечным множеством, и круче Цезаря, и круче Гитлера, и круче всех великих, понимаешь, была, а где-то была конченым говном, ещё хуже, чем здесь. Я множество этих состояний чувствую. Где-то я была больше подобена растению, где-то я больше была подобена птице, там, червю, где-то был просто сгусток камня, это всё есть душа, понимаешь? Она имеет грани подобия совершенно многообразные, бесконечное множество. Но тебе этого не понять, поэтому ты езжай себе бл*ть, мы в этом мире как бы живем разными ощущениями и разными стремлениями, соответственно, разное наше и место, разное и наше распределение. Тебе я желаю все самые крутые тачки чтоб были у тебя, и все самые лучше самки чтобы раздвигали ноги перед тобой, чтобы раздвигали перед тобой щели, на шиворот-навыворот, бл*ть, перед тобой, как ковёр, это самое, раскрывали, растлевали, растлали, и ты их чтобы *бал до посинения, докрасна, вон, как Солнце закатное, и чтоб на лучших яхтах, и на самолётах летал, и кончал прямо с иллюминатора, и делал всё, что только в голову могло прийти и не прийти, если мало идей, обращайся ко мне, я тебе на каждую твою идею предложу сотню триллионов, как всё делать. Ну а я всё, я иду как глубокий старец, узревший вечное, прикоснувшийся к Божественному, сам стал богоподобен и устремлен в это бесконечное, и который в умиротворении, покое, гармонии, благодати, в этом сокровенном блаженстве пребывает, вовлеченный во всё и во вся, понимаешь, вот и всё, в этом наша разница. Так что я иду любоваться мирозданием, а ты идёшь преисполняться в ГРАНЯХ каких-то, вот и вся разница, понимаешь, ты не зришь это вечное бесконечное, оно тебе не нужно. Ну зато ты, так сказать, более активен, как вот этот дятел долбящий, или муравей, который очень активен в своей стезе, поэтому давай, наши пути здесь, конечно, имеют грани подобия, потому что всё едино, но я-то тебя прекрасно понимаю, а вот ты меня - вряд ли, потому что я как бы тебя в себе содержу, всю твою природу, она составляет одну маленькую там песчиночку, от того что есть во мне, вот и всё, поэтому давай, ступай, езжай, а я пошла наслаждаться на*уй бл*ть прекрасным осенним закатом на берегу теплой южной реки. Всё, пи*дуй-бороздуй, и я попи*дила, на*уй.
Смирнов стиснул руль, и заплакал. В этих скупых слезах была и тоска об утраченной молодости, намотанные тысячи километров разбитых дорог, мятые бумажки денег, пустые разговоры и радио Шансон.
- Да, проверь свой свисток. Гниловатым тянет.
Шмара хлопнула дверью, и улетела в сторону Полярной Звезды, мелькнув потрескавшимися пятками.