География понарошку Автор: Тонганец , Турнир «Последний дюйм» Опции

[Дон Рэба]

Из этого грустного рассказа вы узнаете, как сошёл с ума учитель географии Алексей Витольдович Вышенос, и почему нет теперь на свете человека счастливее, чем он.
Необразованные древние индусы считали, что мир подобен цветку лотоса, в котором у каждой живой души есть свой лепесток. Солнечным сентябрьским утром личный лепесток Алексея Витольдовича скособочило не на шутку.
Географ сидел за рабочим столом и с наслаждением ставил двойки в контрольные работы шестого «А». За школьными окнами шелестели тяжёлыми ветвями фруктовые сады Ставрополья, безнадежно ожидавшие своего Ньютона. Заведующая учебной частью Агния Леонардовна Небарто с терпеливой нежностью поглядывала на прямую спину и строгий бородатый профиль Алексея Витольдовича.
Высокая крашеная дверь распахнулась. В учительскую, размахивая сумочкой и сверкая улыбкой, ворвалась юная Софочка. Весной она окончила педагогический институт и теперь пять дней в неделю мучила первоклассников чтением и арифметикой.
Ослепительно-изумрудное нечто, надетое на Софочку, спускалось до середины бедра. Формами нечто напоминало просторный мешок с прорезанными в нём отверстиями для рук и головы. Все видимые части великолепного Софочкиного тела покрывал загар цвета кофе средней обжарки.
- Ах, такая жара в Паттайе! Вы себе не представляете!
Агния Леонардовна недовольно поджала губы.
- Софья Венедиктовна! Что на вас надето? Почему вы опоздали? Вы летали на выходные в Таиланд?
Софочка наморщила высокий лоб под каштановыми локонами. Три вопроса, прозвучавшие одновременно, загнали её в тупик.
- Ой, нет! Я так боюсь этих самолётов! Они всё время падают. Мы с подружкой ездили на такси.
- Вы ездили в Таиланд на такси? На выходные?
- Угу.
Софочка беззаботно кивнула, подхватила папку и выпорхнула за дверь.
Алексей Витольдович бросил авторучку на стол и выпрямился.

В следующий понедельник Софочка пришла на работу в клетчатом килте.
- В этих шотландских замках жуткие сквозняки! – просипела она жалобно и обхватила узкими ладошками кружку с горячим чаем. – Я слышала, как воет привидение. А в Стоунхендже мы попали под ливень. Хорошо, что домой добрались без пробок, и я сразу же залезла в горячую ванну.
Алексей Витольдович представил загорелую Софочку в белоснежной душистой пене и невольно зажмурился.
- Опять ездили на такси? В Шотландию? – съязвил он.
- Конечно!
Софочка с наслаждением хлюпнула чаем. Немного подумала и хлюпнула носом.
- В какую же сумму вам обошлась поездка? – вкрадчиво спросил географ.
- Триста восемьдесят пять рублей. Дорого, да? И ещё двести пришлось доплатить за Стоунхендж. Таксист сказал, что он не по пути.
Тут Алексей Витольдович не выдержал и с размаху стукнул кулаком по лакированной столешнице.
- Софья Венедиктовна, перестаньте паясничать! От нас до Шотландии четыре тысячи километров! Никакое такси не повезёт вас туда за триста восемьдесят пять рублей! Никакое такси не доедет до Шотландии и обратно за два дня! Хватит выставлять себя дурой!
Софочка испуганно смотрела на географа. На её длинных ресницах медленно набухали слёзы.

За три дня Алексей Витольдович разработал хитрый план. В четверг на большой перемене географ нашёл Софочку.
- Софья Венедиктовна, - начал он официально. – Я хочу извиниться перед вами за свою несдержанность.
- Конечно, - невпопад пролепетала Софочка.
Тут к ним вперевалку подбежал первоклассник, похожий на рыжего медвежонка, и старательно заныл, не обращая внимания на географа:
- Софья Бандитовна, а Петька мне жвачку на стул прилепил!
Челобитчик повернулся спиной и отклячил пухлый зад в качестве доказательства.
- Софья Венедиктовна, - продолжил географ, чуть повысив голос, - скажите: вы собираетесь куда-нибудь в эти выходные? Может быть, я составил бы…
- Да, - с энтузиазмом закивала Софочка, не дослушав географа. – К мамуле в деревню. Она звонила, просила помочь по хозяйству.
Хитрый план провалился.
В понедельник утром Софочка щеголяла в голубом хитоне и раздавала коллегам пузырьки с душистым оливковым маслом.
- Угощайтесь! Папулик сам отжимал! – приветливо щебетала она. Все коллеги ахали и благодарили Софочку. Одинокий преподаватель химии Александр Григорьевич Полгуся наклонился к Софочкиному уху и грустно спросил:
- Не хотите ли прогуляться со мной по кладбищу, Софья Венедиктовна? Листва кладбищенских берёз так чудесно золотится в лучах заходящего солнца.
От Полгуся пахло вселенской печалью с лёгким оттенком этилового спирта.
Алексей Витольдович решительно оттеснил химика в сторону.
- Скажите, Софья Венедиктовна, как называется деревня, в которой живут ваши родители?
- Ой, я никак не могу запомнить, - сконфузилась Софочка. – Такое длинное нерусское название. А вот рядом город, он очень смешно называется – Марафон. Прямо, как соревнование по бегу. Но там никто не бегает.
- Действительно, смешно. И давно ваши родители переехали в Грецию?
Пронзительная трель звонка заглушила ответ Софочки.

Алексей Витольдович никогда не бывал дальше Перми. Географию он изучал по книгам и атласам. Софочкины россказни о путешествиях на трансконтинентальном таксомоторе не давали ему покоя.
Если бы Алексея Витольдовича спросили, чего он больше хочет: так же беззаботно и необъяснимо путешествовать, или разоблачить обман коллеги – он выбрал бы второй вариант. Ужасно, что это не было абсолютной неправдой. Люди охотно рушат чужое волшебство, чтобы сохранить свою привычную повседневность.
Все желания рано или поздно исполняются. Если мы в это не верим, то лишь потому, что плохо разбираемся в желаниях.
В пятницу Софочка сама подошла к географу и, застенчиво ковыряя дощатый пол носком туфельки, предложила:
- Алексей Витольдович, я знаю, что так не делается. Но вы бы не могли поехать со мной в эти выходные на Фиджи? У меня подружка заболела, а одна я боюсь.
Надо отдать должное выдержке Алексея Витольдовича. Он согласился, не моргнув глазом. Лишь мягко спросил, внимательно глядя в Софочкино лицо:
- Вы ведь знаете, что острова Фиджи находятся посреди океана?
Название океана он из жалости не уточнил.
- Да? – просияла Софочка. – Я возьму купальник! – и убежала, цокая каблучками.
На лестнице ей снова повстречался преподаватель химии Александр Григорьевич Полгуся. Но Софочка его не заметила.
Поднявшись на второй этаж, Полгуся увидел Алексея Витольдовича. Географ размеренно бил кулаком по штукатурке и монотонно шипел:
- На такси через океан! Дура! Дура! Дура!
- Прогуляемся по кладбищу, Алексей Витольдович? – без особой надежды предложил Полгуся. Он был очень толерантным, хотя и странным человеком.

Пасмурным субботним утром Вышенос стоял возле третьего подъезда пятиэтажного кирпичного дома и ожидал Софочку. На его крепком плече висела спортивная сумка. В сумке лежали вещи, необходимые для внезапного посещения тропиков: атлас, компас, складной нож, бутылка воды, паспорт гражданина Российской Федерации, некоторое количество американской валюты и русско-английский разговорник. Плавки и полотенце Алексей Витольдович прихватил исключительно из соображений гигиены.
Софочка выбежала из парадного, и тут же подъехало такси. Путешественники уселись на заднее сиденье. Водитель поправил зеркало и нажал на газ.
«Как же я так опростоволосился?» - напряжённо думал Алексей Витольдович. – «Надо было попросить Софу вызвать такси при мне. Тьфу, чёрт! Да какая разница? Сейчас мы покатаемся по городу, а потом приедем в какой-нибудь караоке-бар »Фиджи», и дурацкий розыгрыш закончится». Географ откинулся на спинку сиденья и напустил на себя равнодушный вид.
Машина неторопливо одолела Знойный бульвар и свернула налево, на проспект Ильича. Затем влилась в поток автомобилей на Объездном шоссе. Впереди над дорогой висел широкий железнодорожный мост, похожий на отдыхающего дракона.
Такси нырнуло в полутьму тоннеля под мостом, водитель принял в правый ряд, сбавил скорость. Затем автомобиль мягко выкатился из тени навстречу совершенно ослепительному солнцу, увяз колёсами в песке и остановился.
- Приехали! – радостно закричала Софочка.

Островок был крохотный, метров триста в поперечнике. Словно опрокинули посреди бирюзового моря самосвал белого кораллового песка, а сверху небрежно воткнули несколько пальм с широкими веерными кронами. Солнце висело на севере, это Алексей Витольдович определил с помощью компаса. На юге из воды поднимались красноватые скалы другого острова, побольше. До него было далеко.
Алексей Витольдович безвольно сидел на мягком песке в тени растрёпанной пассатами кокосовой пальмы и подрагивающими руками прикручивал на место здравый смысл. Нагретая солнцем резьба сопротивлялась. В ней скрипели кристаллики соли и мелкие коварные песчинки.
Сначала географ метался по пляжу. Ощупывал пальмы и даже попытался вырвать одну с корнем, а морскую воду пробовал на вкус и лил на голову. Софочка смотрела на него широко распахнутыми глазами, хлопала и хохотала, как ребёнок в цирке.
Затем Алексей Витольдович решил, что у происходящего обязательно должно быть объяснение. Он воззвал к водителю, сперва на родном языке, потом при помощи разговорника. Водитель молча посмотрел сквозь Алексея Витольдовича, сплюнул и ушёл на другую сторону острова.
Наконец, отчаявшийся географ потребовал объяснений у Софочки. Он вытащил атлас, чтобы втолковать ей, какое огромное, непреодолимое расстояние лежит между их родным городом и маленьким белым островком. При этом Алексей Витольдович громко кричал и возбуждённо махал руками.
- Пятнадцать тысяч километров? – не поверила Софочка. – Так много? Да нет, не может быть. Тут же всё рядышком.
Она присела на корточки рядом с географом. Изящный пальчик царапнул по плотной странице аккуратным маникюром.
- Смотрите: вот тут полстранички, и здесь ещё немножко. Разве это далеко?
Алексей Витольдович круглыми глазами смотрел на Софочку.
- Вы не знаете, что такое масштаб? – хрипло спросил он.
- Нет, - весело ответила Софочка и побежала купаться. Она была бы круглой дурой, променяв купание на скучную болтовню!

Высохшим обломком коралла Алексей Витольдович нарисовал на песке два треугольника: большой и маленький. Потратил десять минут, чтобы подобрать самые простые и доходчивые слова. Прокрутил их в голове и приготовился окликнуть Софочку.
- Не надо, - сказал слева спокойный голос. – Мир, который ты собираешься разрушить – не твой.
Алексей Витольдович вздрогнул и обернулся. Перед ним, скрестив ноги, сидел таксист.
- Я ничего не собираюсь разрушать! – возмутился географ. – Но существуют же элементарные вещи, которые стыдно не понимать!
- Существуют, - согласился таксист. – Хочешь узнать их?
- Почему вы мне тычете? – возмутился Алексей Витольдович.
Таксист улыбнулся. Поднял руку и быстро начертил в небе галочку. Галочка взмахнула крыльями и полетела в сторону большого острова.
Таксист опустил руку к горизонту и нарисовал корабль. Пузатый трёхмачтовый бриг нёсся к берегу, вспенивая воду острым форштевнем. Ветер трепал чёрный флаг, на баке сверкали сабли абордажной команды, а на корме размахивал пистолетом одноногий капитан с попугаем на плече.
- Так создаются миры, - сказал таксист. – А вот так они уничтожаются.
Он заслонил корабль ладонью и провел ею слева направо, словно стирая рисунок с невидимой доски. Затем убрал ладонь. Корабля не было, пустынные пологие волны мерно катились к островку.
- Это всегда вопрос желания и веры. В твоём мире есть только то, что ты хочешь видеть и во что готов поверить. Проще говоря, твой мир состоит из тебя.
Тут таксист перевёл взгляд на ровные треугольники, нарисованные Алексеем Витольдовичем на песке, и снова улыбнулся.
Его спокойная уверенность неимоверно раздражала географа.
- А если я не верю во всё это? – торжествующе спросил Алексей Витольдович и обвёл широким жестом белый островок, зелёные пальмы и бирюзовое море. – Что тогда?
- Тогда довольствуйся тем, что готов увидеть.
Таксист снова поднял руку и воткнул пальцы в ослепительно-голубое небо. Сжал кулак и отодрал кусок синевы, как отдирают старые обои со стены. Из дыры повалила серая облачная муть.
- Ходи в школу, которую ты выдумал, потому что боишься взрослеть.
Он дёрнул ближайшую пальму за плотный кожистый лист, и пальма послушно свернулась в рулон. За ней шелестела желтеющая листва кривых берёз.
- Слушайся Агнию Леонардовну, которая воплощает твою тоску по материнскому теплу.
Исчезла машина, увязшая в песке пляжа.
- И прогуляйся по кладбищу с Полгуся. Поговори со своим одиночеством.
Таксист быстро поднялся на ноги, ухватил двумя руками море с плещущейся в нём Софочкой и потянул. Испуганный Алексей Витольдович вскочил, повис на его руке, пытаясь помешать.
- Кто ты?
- Какая тебе разница? – захохотал таксист. – Ты же не веришь!
Край моря загибался, под его изнанкой проступали кусты, посыпанные песком дорожки и кривые памятники. Софочка продолжала плескаться, ничего не замечая.
- А она? Кто она? Ответь, ты, сволочь!!!
Но таксист сильно толкнул его в грудь. Вышенос упал навзничь и ударился затылком. В глазах у него потемнело.

… - а вот мы водочки выпьем. За маму, за папу. Хорошо здесь, тихо. Кустики шелестят, птички поют. Когда-то мы с Анечкой в этих кустиках… Эх, молодой я был, глупый. Ничего не боялся, всё смешно было. А теперь и мама тут лежит, и папа. И Анечка. И я скоро лягу. Выпьем водочки за Анечку, не чокаясь…
Алексей Витольдович приоткрыл глаза и увидел Полгуся. Химик, сгорбившись, сидел на скамейке возле надгробия и резал на маленьком железном столике сало и хлеб.
- Вот и Алексей Витольдович проснулся! Пожалуйте к столу, Алексей Витольдович! Сейчас водочки выпьем, всё и пройдёт.
В кармане Вышеноса завибрировал телефон. Он вытащил трубку и, не вставая, поднёс её к уху.
- Алексей Витольдович, где вы? Куда вы делись? – услышал он испуганный Софочкин голос. – Где такси? Здесь ветер поднимается, Алексей Витольдович! Что мне делать?
Связь прервалась. Географ тут же набрал Софочку сам, но её телефон был вне зоны. Тогда он сунул трубку в карман и, шатаясь, поднялся на ноги. Голова болела нестерпимо.
Разложив сало и хлеб, Полгуся достал из портфеля бутылку водки и ловко скрутил с неё пробку. Встал, держа в каждой руке по пластиковому стаканчику.
- Выпьем, Алексей Витольдович!
Географ грубо отмахнулся, но рука его прошла сквозь Полгуся, словно учитель химии стал бесплотным духом.
- Не хочет он с нами пить, - весело сообщил кому-то химик. – И жить он с нами больше не хочет, а где хочет – не знает. И как попасть туда – не знает.
- Пустите меня! – нелепо закричал Алексей Витольдович, дёрнулся и чуть снова не упал. Ноги его по колено ушли в кладбищенскую землю. Географ хотел ухватиться за ограду, но пальцы ощутили только пустоту.
- Не так, не так, Алексей Витольдович! Не надо рушить мир. Разрушите – ничего и не останется. Вот как у меня. Менять – можно. Создавать – можно. А ломать нельзя. Давайте руку, не бойтесь! Руку, кому говорю!
Алексей Витольдович вцепился в руку Полгуся. Рука неожиданно оказалась крепкой и тёплой. Полгуся выдернул его из вязкой холодной мерзости легко, словно морковку из грядки. Поставил рядом с собой, сунул в ладонь стаканчик. Географ замотал головой, ему было страшно.
- Пейте, пейте, Алексей Витольдович! Вам бояться не надо. Испугаетесь – и всё пропало.
Алексей Витольдович машинально выпил. Водка холодным комком скользнула в горло, обожгла желудок. Боль в затылке запульсировала и ослабла. Внутри стало пусто. Он скользнул взглядом по надгробиям.
- Кто здесь лежит?
- Я, - отозвался Полгуся. Он тоже выпил и нахохлился, словно ворона на ветру. – Спасибо, что навестили. Идите, всё у вас хорошо будет, только не бойтесь. И помните: полстранички, и ещё немножко.

За пыльным стеклом ветер качал яблоневые ветви. Пусто и тихо было в школе субботним вечером. В доброй душе Агнии Леонардовны, словно в осеннем саду, царило печальное умиротворение.
Осторожно скрипнула дверь. В учительской появился Алексей Витольдович. Его светлые спортивные брюки были измазаны землёй, кроссовки превратились в комья грязи.
Алексей Витольдович улыбнулся завучу странной тихой улыбкой, прошёл к своему столу и снял со стены висевшую над ним карту. Разложив карту на столе, Алексей Витольдович принялся мастерить из неё подобие оригами. Было понятно, что он пытается соединить две точки, расположенные далеко друг от друга.
Закончив работу, Алексей Витольдович зафиксировал складки карты скрепками. Подошёл к Агнии Леонардовне, обнял её и долго смотрел в глаза. Затем географ покинул учительскую.
В окно Агния Леонардовна видела, как он сбежал со школьного крыльца, сделал несколько шагов по асфальтированной дорожке, а потом словно завернул за невидимый угол и исчез.

Два упорядоченных скопления электромагнитных импульсов сидели на протяжённой кристаллической структуре и обменивались кодированными сообщениями, распространяя волновые колебания в газовой среде…
Прошу прощения.
Мы с Алексеем Витольдовичем сидели на ржавом рельсе заброшенной узкоколейки. Алексей Витольдович рассказывал мне историю своих приключений.
Холодный октябрьский ветер звенел рыжей осиновой листвой. По небу скользили мятые тяжёлые облака. Изредка в просветах между ними проглядывала воспалённая синева.
Алексей Витольдович крутил в руках салфетку из придорожного кафе, в котором мы познакомились.
Рельсы под нами задрожали, по ним прошёл еле слышный долгий звон. Над мелким нищим березняком, вплотную подступившим к узкоколейке, показалась медленно плывущая крыша дрезины.
Скрежеща колёсами и раскачиваясь, дрезина подкатила к нам. Алексей Витольдович вскарабкался по блестящим стальным ступенькам, махнул мне рукой на прощание. Усатый машинист дал гудок, сидевшая рядом с ним Софочка (да, я узнал её по описанию Алексея Витольдовича) засмеялась. Её хохочущее лицо на миг отразилось в стекле, и дрезина тронулась.

Если вы думаете, что я рассказал вам странную, недостоверную историю – просто выйдите на улицу. Посмотрите на дома и деревья, на проезжающие автомобили и на сидящих в них людей. Вспомните, что все эти привычные вещи состоят из атомов, атомы – из мельчайших частиц, которые и не частицы вовсе, а электрические импульсы. Когда вы смотрите на них – в ваших нервах возникают другие электрические импульсы и бегут к мозгу. Картинки, которые вы видите, рождаются в вашей черепной коробке. А ведь её, строго говоря, тоже нет. Внутри несуществующего костяного ящичка заключён весь ваш мир. Ваш лепесток лотоса. Вы его создатель и повелитель. И если в этом мире не быть счастливым – какой вообще от него прок?

Я подобрал со щебёнки смятую салфетку. В углу были нарисованы две точки, соединённые сдвоенной линией с короткими поперечинами. Над одной точкой было написано «Мы». Над другой, аккуратными мелкими буквами – «Счастье».
Расстояние между точками было около трёх дюймов.

[Мышель]

Блестящая фантасмагория. И даже с некоторой идеей, что для этого жанра - редкость.
Написано замечательно. Если в начала отмечала стилистически-логические нестыковки (тяжёлые ветки шелестеть не могут, нельзя одновременно любоваться и спиной, и профилем - если только человек шею не вывернул), но потом замечать перестала. Или они исчезли?
Спасибо, автор, получила огромное удовольствие. Оценка будет стремиться к высшей, хотя дюйм, разумеется, прикручен кривовато.

[F-mouse]

Автор может, и это круто Изящно свернуто, практически оригами. Есть и смешное, и страшное, и не только.
Хотя мне все-таки кажется, что философская рамка, в которую вставлена эта история, перегружает. Не факт, что без нее – если бы рассказ закончился на «завернул за невидимый угол и исчез» – было бы лучше. Но у меня нет также уверенности, что в текущем виде она текст не портит.

Кажется, внутри абзаца про «абсолютной неправдой» немного слишком затейливая логика)

[Главный Маг]

Как доказали безумные физики, весь мир - сингулярная точка.
Автор, вероятно, сам только что появился из такой точки, и поэтому так хорошо описывает, как можно мыслью переместиться из одного места в далекое про скучным трехмерным координатам другое.
Бедные, несчастные фантасты-учетые, они целый 100 лет пыжились и выдумали механический телепорт с массой компьютерных деталей и шестеренок, как у часового механизма.
Однако на деле всё оказалось просто, даже гораздо проще - достаочно взмахнуть раскрепощенной мыслью и нога следующий шаг сделает в другом месте Галактики.

Весело, только надеюсь, таких шагающих очень мало, ибо тогда вся мировая экономика порушится в один момент...

[Moryachka]

Хочется верить, что мир полнится вселенными, которые объединяются в мультивселенные.
Наивность девушке дарила естественность. А вот географ, сложно было сломить старые устои.

[Тонганец]

В категории "туры выходного дня" автор будет вне конкуренции) Несмотря на сложную идею рассказ написан легко, даже весело. И знаете, прямо закрадывается мысль: а вдруг это всё правда?))) Спасибо!

[Рита Цвет]

Очень подходит название. Действительно, "География понарошку". Хорошо прописаны герои.
Рассказ качественный. Хорошая идея, мораль важная. Всё правильно, к правильным мыслям приводит. Но, не знаю, не зашло. Может, просто не то настроение.

Я немного придерживаюсь других моралей. Не мечтай, а делай. Выбери цель и греби. К Софочкам-выдумщицам отношусь снисходительно, зная о последствиях - потом они все горько плачут, причём по глупому поводу: когда иллюзии не совпала с действительностью. К сожалению, это основная проблема окружающих - жить в мечте или превращать в мечту всей жизни то, что можно сделать до вторника или следующего НГ.
Не люблю жить в иллюзии. В волшебство не верю, а создаю его сама. А господин Вышенос, да, ему остаётся только его шизофрения.

Нужно отметить несомненное мастерство автора, его эрудицию, тонкое чувство юмора (оно у меня купировано, видимо, от этого и не могу оценить по заслугам эту фантастику, но понимаю, что она хороша).

Спасибо Вам, Автор.

[karpa]

Похоже о работе учителей в школе, автор знает не понаслышке.
Интересные представлены в рассказе персонажи, а особенно меня порадовали их имена и фамилии. Полет фантазии Софочки противопоставлен Вышеносу и выглядит забавным. Сюжет автора интересен ровно на одну чашку чая во время перемены.
В качестве рекламного ролика для тур.агентства - годится.

Главное, автор сам повеселился.

[Рита Цвет]

Похоже о работе учителей в школе, автор знает не понаслышке.

А мне так не показалось. Обычно начальная школа имеет своего завуча и свою учительскую. И вообще находятся в отдельном крыле школы. Молодым Софочкам некогда бегать в учительскую среднего звена и нечего там делать. Прибегаешь в школу - дети, родители, планёрки. С чего бы тебе нестись в другое крыло и сидеть там? У начальной школы сплошняком уроки, некогда таскаться, даже на физ-ре -тетради проверяешь, чтобы быть свободной после, раз ты беззаботная Софочка.
Но, возможно, это исключительно маленькая поселковая школа, тогда да. И не критична эта деталь.
Автор описал достоверно. Ну, вот у него такая школа. С общей учительской. Имеет право быть!

[razuka]

Очень хорошо исполненный сюр. Читается на одном дыхании, не отрываясь. Взгляд нигде не запинается, с оценками автора соглашаешься мгновенно, что, вообще-то для сюра редкость.
Только когда я начал перечитывать и писать отзыв, я наконец задался вопросом - а что это было?
И оказалось, что я ухахатывался над скучным серым миром знания и радовался яркому цветному миру вопиющей невежественности.
И то, что главгер выкинул всю эту неудобную реальность и окунулся в сверкающее ничегонезнание, я воспринял как хеппи энд.
Нет, поймите правильно - текст замечательный.
Но, блин, чувствуешь себя обманутым. Не сразу, только когда задумаешься.
Меня вообще никогда так не разводили.

[Граф]

И рассказ хороший, и написано замечательно. И даже юмор есть. Идея с выдуманными мирами, конечно, не нова, но, как всегда, интересна и плодотворна.
С общем, вполне себе айс.

[Airat333]

Тут не только географу, и самому свихнуться можно😅
Написано легко. Читать приятно. Местами правда несостыковки(выше уже указали), но это мелочи.
Что насчет морали, то я согласен с Ритой Цвет - от мысли толку мало, если ты не передвигаешь ноги к цели.
В целом очень даже хорошо!)

[Аглая]

Отлично исполнено! Мои восторги автору!
А что касаемо идеи - автор, я Ваш союзник. Да, да, каждому - по вере. Все мы живем ровно в том мире, коим сами и является. Заявляю со всей ответственностью, как физик физику.

[6YDbTE_DO6PbI]

Немного завидуешь автору и героям рассказа. Раз - и уже на краю географии. Ну допустим путешествовать можно, но когда проголодаешься - придётся открыть глаза и поискать съедобные атомы. Забавный рассказ. Успеха.

[Фиалка]

Красивая история! Персонажи с неповторимыми характерами. Индивидуальность каждого прописана тщательно и ярко. У каждого богатый внутренний мир, свои слабые и сильные стороны. Так всё образно, что читаешь, будто фильм смотришь. Поставила бы самый высший балл, но за грубое слово, повторенное трижды, снижаю.

[Randy]

Я, к сожалению, не очень в курсе вкусов и понятий местных участников, но, как мне кажется, догадываюсь, в чей ставропольский фруктовый сад прилетел сей глобус, наполненный четким месседжем о том, что первично: плоды фантазии или их достоверное обоснование.Написано легко, а воспринимается несмотря на некоторую упрощенность, ясно и без снисходительности.Дюйм здесь, на мой взгляд, использован постольку поскольку - ибо, предполагаю, автору нужно было подать свою идею.

[Windfury]

Жалко, хороший рассказ, интересный, а закончился солипсизмом замешанным на эпикурействе. Слишком слащавые разговоры о счастье. Оценка все равно будет от меня из хороших, но это не то...
Извините, что так строго, просто мог бы получится топ, если бы не смазанный конец.

[Parf]

Рассказ прекрасен! Прочитал на одном дыхании, пока что это мой фаворит.

Хотя при желании тут есть к чему придраться. Например, рассуждения про электромагнитные поля смотрятся в рассказе несколько чужеродно. Выглядит как кухонная философия двух подвыпивших физиков, один из которых пытается убедить другого в реальности происходящего. Но в рассказе она излагается от лица то ли какого-то левого персонажа, то ли автора. Кому он излагает сию мудрёную метафору -- не очень понятно.

Во-вторых, Софочка слишком (щас вставлю модное слово) объективирована. Вот главный герой -- сложная умная противоречивая личность, рефлексирующая и делающая выбор. А она -- просто глупая красотка, которая служит декорацией и плодом победы главного героя. О её внутреннем мире неизвестно ничего, кроме того, что она не любит знания, зато любит загорать и купаться. Почему она вообще захотела быть вместе с занудным учителем географии? Это тоже осталось за кадром.

В общем, подумаю пока, ставить высший балл или нет.

[nmgvladimir]

Написано отменно. Рассказ получит от меня один балл. И, скорее всего, ещё один рассказ вдобавок к этому получит один балл.
Противно, когда лицо превращается в свиное рыло. Но, возможно, я и ошибся. (но это вряд ли) Тогда прошу прощения.

[Дон Рэба]

География понарошку

Однозначно стёб. Иначе воспринимать это всерьёз не получается.
О способности к телепорту отдельных индивидуумов написано немало. Есть даже фильм с одноимённым названием (оригинал как называется хоть убейте не помню). Кстати, когда я пришёл на фантасты, во время одного из конкурсов мне встретился прекрасный образчик именно на эту тему. Рассказ называется "Аромат пирогов, запах полыни". Вот именно этот текст и привёл меня в дикий восток. Я его даже скопировал, и иногда нет-нет да перечитаю. Там тоже героиня могла скакать из одной точки к дургой. Но перс там явно не "дурочка", как изображено в этом. Одно примиряет: название. "Понарошку". И относиться к нему, рассказу, то бишь, и, следовательно, к его героям именно так, как завещал предопределил автор.