Мои сказочки, Иронические вариации и ориджиналы Опции

[Елена Яворская]

НОРМАЛЬНОЕ ТАКОЕ ФЭНТЕЗИ
С НЕОЖИДАННЫМ ФИНАЛОМ

Посвящается… кому-нибудь
да точно посвящается

Он шел один по прОклятой пустыне,
изгнанник, двадцати неполных лет,
на нем был шлем (на вид – ну дыня дыней),
а под плащом – кинжал и арбалет.

Лук за спиной (понятно, композитный),
в подкладке – двухзарядное ружье,
а чтобы стопроцентно поразить всех –
плевательная трубка и йо-йо.

Подмышкой – алебарда и вархаммер
(куда еще пристроить – ну не знал!).
Он шел, земли не чуя под ногами,
хоть нес такой изрядный арсенал.

При этом не был он супергероем
(ведь автор – убежденный реалист),
и потому враги кружили роем,
а вел их черный маг Полярный Лис.

И потому герой ушел в болота,
а после в горы упорхнул, как стриж.
Залег, затих...
И вдруг окликнул кто-то:
«А фиг ты развалился? Обгоришь!»

Герой вскочил и видит – амазонка,
купальничек на ней – сплошной металл.
Эстоком поиграв, спросила звонко:
«Ну что ты, бедолага? Заплутал?»

О, этот голос дивный – слаще флейты!
А плащ походный – всех снегов белей!
Но не сомлел герой, а крикнул: «Эй ты!
Как мне добраться в Пустошь Королей?»

«К драконам?!» –
«Ну естественно, к драконам,
у них там гнезда, люди говорят».
Она хохочет: «С этаким суконным
взаправду хочешь влезть в калашный ряд?»

«Я за хвостом...» –
«Чего?! Какой в нем прок-то,
в хвосте?! Ну ладно б коготь или зуб...» –
«Алхимику он нужен для декокта,
а я декокт волью принцессе в суп.

Она меня к себе возьмет на ложе,
полюбит вусмерть – знаю наперед,
и – хэппи-энд!» –
«И для дракона – тоже?» –
«Ты о хвосте? Да хрен с ним, отрастет».

«Быть в очереди сотым – вот позор-то!
Себя губить не жалко на корню?» –
«Ты о принцессе? Сделаюсь консортом –
и всех принцесс окрест угомоню!»

«Не слишком ли ты, братец, откровенен?
К чему бы это? Я, конечно, за...» –
«Я Румпельштильцхен». –
«Феня. Просто – Феня.
Ну так зачем ты это рассказал?»

«Нам по пути. Не буду я обузой,
да и тебе одной-то тяжело.
А в благодарность – глянь, какие бусы!
...Ты че кривишься?! Чешское стекло!

И у драконов – кучи цацек. Верно,
Сокровищам немало сотен лет...»
В ответ качнула Феня моргенштерном:
«Да фиг с тобой. Подгонишь амулет?»

О, амулет! Такого нет второго!
В октаэдр тонко фига вплетена,
он Мерлином, сказали, зачарован...
Герой вздохнул протяжно: «Ладно... На!»

Красотка тотчас расцвела, как роза,
и засветилась, будто бы алмаз.
«Та-ак... от чего он? От педикулеза?
И от лишая? Вау, в самый раз!»

И чмокнула героя в подбородок,
и Румпель понял – ускользает явь...
/Эй, аффтар! Тут читатель ЖАЖДЕТ ПРОДУ!
Лав-стори – ффф топку! Экшена подбавь!/

«Эй, ты! На Пустошь надо лезть при свете,
а ночью там не видно нифига».
И дружески донес холодный ветер
до их ушей шаги...
ШАГИ ВРАГА.

Враги, понятно, перли плотной группой,
а впереди – шаман Нетрезвый Еж.
И если чуда ждать, вздыхая тупо,
до хэппи-энда вряд ли доживешь.

Тут Румпель саданул из арбалета
и сразу потянулся за ружьем.
/Врагов перерабатывать в котлеты
по жанру надо./
«Фенька, отстаем!»

Взглянул – а Фенька что-то там хомячит,
потом ка-ак плюнет огненным ежом! –
И сдулся Пьяный Еж, как детский мячик, –
ну все, бродяга, поздно пить боржом!

И тут из перелеска зомби вышли.
Наш Румпель за мечом полез в карман.
Но Фенька проворчала глухо – кыш, мол,
и зомби всей толпой ушли в туман.

Порхая над побоищем, как фея
(не девушка, а праздничный сюрприз!),
насобирала Феня сто трофеев,
а наш герой над картой подзавис.

Он все еще чертил маршрут убогий
(дорогу-де разумно выбирай),
она уже стояла руки в боки
и что-то там бухтела про сухпай.

Трофеи грудой темной и весомой
вздымались там, где был недавно бой:
писклявая пищаль, бронекальсоны,
и гномий щит тележным колесом, и
подшлемник (почему-то голубой),
и сбруя на две дюжины коней,
и плащ-палатка аж на две персоны –
эльфийская (охальники, ей-ей!).

Союзники! Достойная победа!
Ура героям магии, ура!..
Тут вспомнил Румпель, что не пообедал.
А Фенька – дескать, ужинать пора.

Идея, ну понятно, неплохая.
Но ведь мужик без мяса не мужик
И не салага – ужинать сухпаем.
«Сейчас кому-то сделаем вжик-вжик...»

Сказал – и облизнулся плотоядно.
И Феня замерла, едва дыша...
...И тонкий визг.
И треск.
И крови пятна.
И лунный свет на лезвии ножа.

Изюбря хладнокровно докололи
и совместили с ужином обед.
И ночь была короткая до боли...
Ты что подумал?!
Двинулись чуть свет!

И в полдень подошли к драконьим гнездам,
окружности – фиг обойдешь за час.
Пустым...
«Что ж, Фенька, не сидится толстохвостым?»
Она – слегка красуясь и кичась:

«Все будет, шеф, но ты скажи сначала,
не хочешь ли под колокольный звон
навеки стать у моего причала...
И кстати, милый, вон он – твой дракон.

Хвост открути, но чтоб не смел угрохать
саму зверюшку – очень редкий вид».
Он (злобно хохоча): «Мне нужен коготь,
ведь хвост принцессу вряд ли удивит».

Нахмурилась, бросая дерзкий вызов,
В руках – эсток.
«Ну, блин, шо за дела?!
Беда с бабьём и вашим гринским писом...
Уж лучше бы котенка завела».

Ту-дух! Она трагически и хрупко
Скользнула без дыханья на песок.
Он опустил плевательную трубку:
«Эх, жалко, жалко девку, самый сок.

И станом, и повадкой – просто прима!» –
герой сказал – как будто поднял тост.
А что дракон?
Он мирно чапал мимо.
Но Румпель наступил ему на хвост,

И пустошь огласил победным воем,
и раскололось небо-монолит...
И рядом прозвучало громовое:
«Эй, кто в моей песочнице шалит?»

Полярный Лис, тверезый и раскосый,
щербато ухмыльнулся: «Ну, ку-ку».
И, к облакам воздев могучий посох,
героя угостил по шлемаку.

И шлем геройский, солнцем прокаленный,
распался на полсотни черепков.
И обернулся ящеркой зеленой
дракон. Отбросил хвост – и был таков.