До чего доводят мечты Автор: Дон Рэба, Шестое чувство Опции

[Дон Рэба]

Дирк Кэмпбелл полз по вентиляционной шахте. Неуклюжей черепахой пластался он в узком проходе, проклиная доводящую до исступления темноту. Биться головой о потолок, цепляться локтями за стенки, тащить занемевшие длинные ноги, к которым будто привязали груз в добрую сотню фунтов, – сомнительное удовольствие. А если упрётся в тупик: придётся торчать в закупоренном проходе, подобно пробке в узком горлышке бутылки. И это в лучшем случае. В худшем, дело – труба, не до смеха.

Время от времени он останавливался, дёргал головой, словно желая обернуться, но вспоминал, что в тесноте это невозможно, и замирал. Не ползёт ли кто следом? Но, кроме собственного отрывистого дыхания, посторонних звуков Дирк не улавливал. Изредка доносилось приглушённое "фух-фух-фух" – вентиляторы разгоняли воздух по отсекам. Это немного успокаивало, и он двигался дальше.

Ему постоянно казалось, что производимого им шума, который разносится по всему кораблю, чересчур много, а жесть короба, продавливаясь под тяжестью тела, гнётся и грохочет подобно пистолетным выстрелам, привлекая ненужное внимание. Умом Кэмпбелл понимал, что это всего-навсего не на шутку разыгравшееся воображение, но поделать с собой ничего не мог. Душа, ушедшая в пятки, отвергала любые логические доводы.

Часы – прощальный подарок Киры – Дирк в суматохе выронил, поэтому давно потерял счёт времени. Пять минут блужданий в мудрёных лабиринтах вентиляции? Десять или сорок? Бесконечность, свёрнутая в ленту Мёбиуса? Ответа нет. Оставалось одно: двигаться дальше в неизвестность. Фут ползком на брюхе, пауза и новый короткий бросок.

Кэмпбелл в очередной раз привычно остановился, затаил дыхание. И обмер. Не хватало привычного шуршания вентиляторов. Выждал немного, вдруг показалось. Но нет, не показалось. В другой обстановке он бы только обрадовался: на космическом корабле сложно отыскать уголок, чтобы хоть на минутку очутиться в абсолютном беззвучии. Однако не сейчас. Тишина означала одно. Ксенос добрался до командного пульта, разобрался в управлении и отключил питание. Через час, а то и быстрее, уровень кислорода упадёт ниже нормы, и тогда бери Дирка голыми руками. Или лапами. Или что там вместо передних конечностей у этой твари?

Нет, если пораскинуть мозгами, то можно найти вполне прозаичное объяснение, чем он напридумывал себе от страха. Не исключено, что вышедший из строя ИИ корабля окончательно пошёл вразнос, поочерёдно отключая все системы от сети. Чем не вариант? Но если дело дошло до крайности, и судно вот-вот развалится на части? От такой картинки Кэмпбелла пробрало до мурашек. Лучше вообще ни о чём не думать.

Что бы ни произошло, в командную рубку путь заказан. Впрочем, в запутанном лабиринте вентиляционных шахт немудрено затеряться даже в спокойной обстановке и при полном освещении. В его отчаянном положении оставалось уповать лишь на чудо: пробраться в любую каюту и там запереться, чтобы дождаться спасательной команды, которая вызволит его из сложившейся ситуации.

Если, конечно, ксенос не доберётся до него первым.

Дирк насторожился. Или ему показалось, или действительно стало труднее дышать. Как при восхождении на Джомолунгму. Пять лет назад он вместе с Кирой попытался покорить самую высокую гору Земли. После второго тренировочного лагеря Кэмпбелл ещё крепился, но, добравшись до уровня девяти тысяч ярдов, внезапно осознал, что переоценил силы. Подобный подвиг оказался не по плечу. Перспектива сгинуть на снежных склонах ему не улыбалась, и пришлось благоразумно отступить. Как и с невозмутимым видом игнорировать насмешки спутников Киры. Впрочем, она дипломатично не заостряла внимание на столь неблаговидном, по её мнению, поступке. Однако окончательно разлучила их не столько трусость (как ни крути, себя не обманешь, ведь он тогда именно струсил, хотя и пытался это скрыть за бравадой), а жгучее желание Дирка стать астронавтом.

Эх, кабы знать, к чему приведут его мечты...

Впереди забрезжил свет.

Кэмпбелл замер. Неужели всё? Конец его мучениям? Хотя могло статься, что труба совершила круг и вернулась к началу, к той самой каюте, из которой он так быстро и постыдно бежал. Но иногда лучше бесконечный ужас, чем ужасный конец.

Он подполз к люку, подцепил решётку пальцами, ссадив при этом указательный и прищемив мизинец, убрал в сторону, но так, чтобы металл не лязгнул о металл. Посмотрел вниз и вздохнул с облегчением.

Каюта, насколько он помнил, принадлежала напарнице по экипажу Анне Смит, которая-то и оповестила по внутренней корабельной видеосвязи о появлении на борту опасного чудовища.

Впрочем, даже если Кэмпбелл без приглашения и влезет в чужие покои, возмущаться некому. Последнее, что он видел на экране, как эта тварь, помесь крокодила и акулы, ворвалась в медотсек, где скрывалась Анна.

Дирк не стал дожидаться исхода, а проявил недюжинную ловкость, юркнул в вентиляцию и стремглав пополз по шахте, стараясь убраться как можно дальше. Нет, конечно, он был чрезмерно благодарен Анне за столь своевременное предупреждение, которое спасло ему жизнь, однако прийти к ней на помощь посчитал верхом безумия. Ведь сомневаться в незавидной концовке столкновения несчастной девушки и чудовища не приходилось. Да и что он мог сделать? Что вообще можно противопоставить кровожадному монстру, у которого длинные когти и полная пасть острых зубов? Дерзкую смекалку? Отчаянную решимость? Лихую удаль? Вот если бы отыскалось какое-нибудь оружие, пусть самое завалящее. А за неимением оного пришлось отступить. 

Впрочем, до окончательного спасения пока далеко. Наверняка теперь эта тварь рыскала по коридорам космического корабля в поисках новой жертвы, и Дирк не собирался становиться чужим обедом.

Кэмпбелл, напрягая последние силы, выбрался из вентиляционной шахты в каюту, плюхнулся на кушетку, что стояла у стены, и прикрыл глаза.

Навалились усталость и апатия. Уже ничего не хотелось, лишь упасть навзничь и забыться глубоким сном на целую неделю. Или хотя бы на сутки. Но обязательно без просыпу. И будь, что будет.

Да, не о таком ему мечталось в далёком детстве, вовсе не о таком.

А ведь Дирк и не помышлял о межзвёздных полётах. Рос он ничем не примечательным мальчишкой, одним из сотен тысяч таких же мальчишек Америки. Просиживал штаны на уроках, ходил в спортзал. Поначалу увлёкся футболом, но в шлеме и наплечниках на поле длинный и тощий Дирк выглядел нелепо, и его с лёгкостью сбивали с ног одноклассники, не столь высокие, но коренастые крепыши. Учитель предложил баскетбол. Впрочем, и там не заладилось: на паркете царили афроамериканцы. В лучшем случае ему светило место вечного запасного в университетской команде родного Орегона. Да и то, шансы поступить в высшее учебное заведение с его посредственными оценками стремились к нулю.

Всё изменилось, когда четверть века назад на орбите Марса словно призрак материализовался огромный космический корабль, и на Землю спустились представители цивилизации Поо-Тхаа, прибывшие с Тау Кита с предложениями о сотрудничестве.

Это не было классическим завоеванием, как фантазировали в своё время писатели, но и полноценным партнёрством подобный контакт не выглядел. Скорее опека старшего брата над малышом, едва научившимся ходить. Постепенно под чутким присмотром мудрых инопланетян стихли и сошли на нет все распри и конфликты в мире. Действительно, зачем воевать, если открывалась заманчивая перспектива: выйти в космос. И появился не просто шанс освоить планеты Солнечной системы, а добраться до самого центра Галактики. Представители же Поо-Тхаа в обмен на взаимовыгодную торговлю обещали оградить людей от злобных инопланетян.

Чтобы наладить постоянный маршрут с метрополией, возле Марса начали возводить стапеля, на которых закладывали первые звездолёты. Позже выяснилось, что ушлые пришельцы не собирались предоставлять землянам передовые технологии межзвёздных двигателей, на долю аборигенов отводилась лишь "отвёрточная сборка". Но лиха беда начало.

Инопланетяне оказались антропоморфными, отличались от землян лишь высоким ростом, удлинённым безволосым черепом и шестипалыми ладонями. Само собой, таукитайцы в экипажи будущих кораблей набирали высоких, подобных себе, людей.

Дирк буквально загорелся попасть в число астронавтов. Он спал и видел себя летящим в бездне космоса. В конце концов мечта сбылась.

Кэмпбеллу крупно повезло. Его рост, причинявший неудобство (к двадцати годам он вымахал на семь футов и один дюйм), стал настоящим спасением. В астроакадемии, куда взяли после экзаменов и ряда испытаний, предстояло отучиться пять лет.

В первопроходцы Дирк не попал. Однако и десятый, юбилейный, рейс – событие незаурядное, накладывающее определённую гордость. 

На старт Кира не пришла, что несколько омрачило торжество. Но уже через сутки бывшая невеста вылетела из головы.

 Торговое судно, не имеющее собственного имени, а лишь порядковый номер, поражало воображение. Сам по себе командный отсек невелик, всего каких-то двести метров. В сравнении со всем корпусом выглядел крохотной кабиной грузового длинномера и составлял жалких пять процентов общей длины. Однако оборудован так, чтобы экипаж без труда смог выдержать восьмимесячный перелёт до Тау Кита. Не считая командирского мостика и пилотажной рубки, для членов команды отведены уютные личные каюты, где можно отдохнуть между вахтами. Столовая для приёма пищи. Спортзал, чтобы не терять тонус. Комната релаксации, в которой удачно совмещены библиотека и кинозал: хочешь, смотри фильм, хочешь, читай книгу. Не работа, а сплошное удовольствие.

Однако если вдуматься, а Дирк в свободное время часто размышлял на эту тему, то экипаж получался декоративным, бутафорским. Словно для отвода глаз. Нет, разумеется, земляне честно несли вахту, каждый согласно своей судовой роли: капитан и по совместительству медик Анна Смит, пилот Питер Дэвис, штурман Николь Боровски и бортинженер Дирк Кэмпбелл. Но выполнять свои непосредственные обязанности так никому не довелось. Всем заправлял Искин. В этом была заключена какая-то загадочная странность.

И если причина секретности вокруг координат родной планеты таукитян ещё как-то объяснима, то скрытая информация о грузе казалась нелепой паранойей. Оставалось лишь догадываться, что прячется в трюмах: золото, редкие металлы или вообще предметы домашнего обихода.

 И создавалось стойкое впечатление, что землян готовили для совсем иной миссии. У Кэмпбелла даже возникла крамольная идея, что людей собрали, чтобы принести в жертву. И он собирался этими мыслями поделиться с экипажем, но не успел.

Искин поднял тревогу, что повреждён разгонный двигатель, и необходимо либо заняться ремонтом.

Пока Дирк, отдыхавший после вахты, поднялся, оделся, собрался и направился было в техническую зону за инструментами, Искин совершенно сошёл с ума. Самостоятельно отправил сигнал о помощи, затребовал срочной эвакуации, после чего окончательно отключился, как ни старались его реанимировать.

Далее события стали разворачиваться с пугающей скоростью.

Когда Изабель, дежурившая в этот момент в рубке, сообщила, что возле терпящего бедствие судна возник другой космический корабль, по внешнему виду принадлежащий иной расе, все опешили. Но когда через шлюзовую камеру на борт проникло кровожадное чудовище, возникла настоящая паника.

Лучше бы Дирк остался на Земле, поддавшись на уговоры Киры, и женился на любимой девушке. Он встряхнулся. Ждать, пока эта тварь не отыщет его и не сожрёт, не выход. Нужно что-то делать.

Он поднялся с кушетки и потянулся, похрустывая суставами. Сколько времени он просидел? Час? Два? Сутки? Быть может, чудище удовлетворилось предыдущими жертвами и покинуло судно? Или он убегал сломя голову от миража, придуманного воспалённым воображением? Кто знает. Но тут же вспомнились распахнутые в ужасе глаза Анны и её срывающийся в крик голос. И где в таком случае Николь и Питер? Нет, такое вообразить невозможно.

Нестерпимо захотелось пить. Дирк подошёл к столику, на котором стоял термос. Взболтнул. В термосе заплескалось. Он отвинтил крышку, на всякий случай понюхал: кофе. Выбирать особо не приходилось. Выпил с горла, жадно и безостановочно, так, что часть жидкости пролилась.

Допив до дна, он вытер губы и огляделся. Заметил дверь, видимо, ведущую в туалет. Открыл, чтобы убедиться. Действительно, совмещённый с душевой санузел. Принять бы душ, только кто знает, вдруг, пока он тут будет плескаться, на шум воды заявится ксенос. С печальными для него, Дирка, последствиями. Мало того, расправившись с ним, последним живым человеком на космическом корабле, останется ждать и спасательную команду таукитайцев, которая о хищном пришельце ни сном, ни духом. Но хотя бы лицо ополоснуть не помешает.

Над раковиной висело зеркало.

Дирк вгляделся в отражение и сам себя не узнал. В паутине с ног до головы, всклокоченные волосы, на исцарапанном, испачканном копотью лице выделялись красные безумные глаза. Сейчас его не признала бы собственная мать.

Впрочем, его вскоре не признавать, а опознавать придётся. Если останется хоть что-то для опознания.

Кэмпбелл поднял рычаг крана. Подставил под тонкую струйку сложенные лодочкой ладони, набрал пригоршню воды и ополоснул лицо. Снял висевшее на крючке полотенце и неторопливо утёрся. Закрыл кран, распрямился и снова уставился на своё отражение.

А что если?..

Обзавестись бы оружием, чтобы дать отпор твари. Да где его взять? На борту торгового судна оружия не предусмотрено.

Сейчас хотя бы примитивную палку, чтобы чувствовать себя увереннее. Ну хоть что-то, но чтобы обязательно крепко сжать в руке. Или хотя бы разбить зеркало и выбрать осколок, обязательно длинный и острый, чтобы продать жизнь подороже. Негоже умирать в рассвете сил. Ещё хуже – умереть и знать, что умер напрасно.

Пусть это привлечёт внимание ксеноса, но Дирку уже надоело обмирать от каждого непонятного звука и трепетать при этом, уподобляясь насмерть перепуганному кролику. Нельзя загонять жертву в угол, иначе она может показать клыки и когти. В конце концов Дирк Кэмпбелл – мужчина и обязан постоять за себя. Он докажет, что Анна Смит, Николь Боровски и Питер Дэвид погибли не зря.

Дирк схватился за края зеркала и пошатал его. Оно держалось крепко, но под усилием постепенно отошло от стены. Ещё чуть-чуть, и зеркало сорвалось вниз, лопнуло и рассыпалось осколками. Самый большой и зазубренный он подобрал и осмотрел. Можно воткнуть в пузо твари, чтобы посмотреть, какого цвета у неё кровь.

Кэмпбелл взял полотенце и обмотал края, чтобы самому не порезаться. Поводил из стороны в сторону осколком, словно мечом. Хотя больше походил на кинжал. Точнее, пародию на кинжал. А учитывая габариты ксеноса, и вовсе на перочинный ножик, который годится разве что очинить карандаш.

Но что есть, то есть.

Дирк вышел из санузла, готовый встретить лицом к лицу любую опасность, и чуть не упал в обморок.

До этого момента Кэмпбелл считал, что он преисполнен смелостью, а выяснилось, что страх и не думал никуда отступать, наоборот, набросился на перепуганного человечка с новой силой, опутывая тенетами и доводя до исступления, всякий раз переходя на новый, более высокий уровень.

Сквозь стекло в двери на Дирка смотрели круглые хищные глаза ксеноса, который, видимо, явился на звон разбиваемого зеркала, чтобы расправиться с последним членом экипажа злополучного коммерческого судна.

Ручка с едва различимым щелчком опустилась вниз. Дверь приоткрылась, и в образовавшуюся щель протиснулся ксенос.

Дирк, не дыша, заворожённо, будто загипнотизированный, смотрел, как тварь неторопливо поворачивала из стороны в сторону акулье-крокодилью морду, словно слепое животное, вынюхивающее добычу. Он бы отдал всё, чтобы оказаться подальше отсюда, но Земля находилась в биллионах миль, а телепортация существует лишь в воображении писателей-фантастов. И ему ничего не оставалось, как стоять полумёртвым от ужаса. И, затаив дыхание, смотреть, как тварь собирается напасть.

Он с трудом вспомнил, что в руке зажат осколок зеркала, но не мог даже пошевелиться. Ужас сковал всё тело. Дирк даже представить не мог, что способен так бояться.

Ксенос неспешно, как в замедленной съёмке, сделал шаг вперёд.

Дирк хотел было оскалиться и показать твари, что готов биться до последнего, но лицо перекосилось в звериной гримасе, а с уголка рта потекла слюна. Он дрожащей рукой постарался выставить остриё, но сил не хватило.

Пальцы разжались, осколок зеркала выпал из ладони.

Сердце Дирка Кэмпбелла не выдержало.



*****


Из объяснительной.

Я, исполнитель Галактического Патруля Спасения, представитель расы Хараспекаита, вольнонаёмный Гоалитама Фаравиникати, личное удостоверение номер 2496 7031, докладываю. Третьего ностирица 7 546 парака по Галактическому исчислению принял сигнал бедствия и первым подоспел к торговому судну "А 0010", порт приписки планета Земля, Солнечная система, Млечный Путь. Действовал согласно инструкции, пытался в первую очередь спасти экипаж, состоящий, как выяснилось позже, из четырёх разнополых особей существ, принадлежащих расе Хомо Сапиенс Сапиенс, чьих представителей встретил в космосе впервые. Ничего не зная ни о культуре, ни о физиологии существ, тем не менее принял решение об эвакуации представителей Хомо из потерпевшего крушение судна.

К гибели существ, называющих себя людьми, не выдержавших, как позднее выяснилось, моего внешнего вида и умерших от страха, отношения не имею. Вины своей не признаю, поскольку не знал, что их раса впервые вышла в обитаемый космос и была знакома лишь с внешне схожей с людьми расой Поо-Тхаа, которая и предоставила расе Хомо космический транспорт для монополизации торговых связей. Таким образом, считаю, что произошло досадное недоразумение, которое, надеюсь, не повлияет на моё дальнейшее служение в рядах Космического Патруля Спасения. Приношу свои искренние извинения представителям расы Хомо Сапиенс Сапиенс и готов посетить могилы погибших людей Дирка Кэмпбелла, Анны Смит, Питера Дэвиса и Николь Боровски на их родной планете, если получу на это соответствующее разрешение.

Во избежание повторения в будущем подобных инцидентов считаю должным дать совет Торговому Анклаву Поо-Тхаа впредь ознакамливать будущих пилотов торговых караванов из расы Хомо Сапиенс Сапиенс с описанием и, главное, изображением внешнего вида всех представителей спасательных и патрульно-постовых служб, входящих в Галактический совет Разумных Рас.