Тол из Вентры, фэнтези, сказка Опции

[Гость_Aardan_*]

Учел опыт предыдущей темы, выкладываю по частям

Также, если лежат двое, то тепло им; а одному как согреться?

Экклезиаст 4:11

Эй, плесните-ка в кружку вина мне!
Вот он, я - красноносый бесстыдный старик!
Вместо слов у меня во рту лишь песок и камни,
Я в вине размачиваю язык.

Слышен старости плач - завыванье холодного ветра.
Страшно подумать, насколько то было давно -
Время, когда отважного Тола из Вентры
Любила красавица леди Но.

Это была история из историй!
Вряд ли найдется такая, что сможет ее затмить -
Разве что в дни, когда обмелеет Море,
И Парки обрежут свою последнюю нить.

Был я тогда молодым, молодым и веселым,
Пел и плясал, и, пока не сгубило вино,
Был для своей я девчонки Толом,
А она для меня была - леди Но.

Алот Аяват, фрагмент поэмы «Байка, рассказанная за пятак».

Земля Хальрав лежит на границе Реальности и Мифа. От первой она получила в дар психологическую достоверность своих обитателей (в отличие от большинства жителей миров Сказки они вполне себе веристичны), от второго – чудесную силу, которой обладают ее правители, короли и королевы из династии Ид. Владыки Земли Хальрав в своей вотчине властны над всем, кроме Времени и Смерти: их воле подчиняются земля и небо, солнце и луна. По одному их слову сдвигаются континенты, мановением руки они способны усмирить цунами и убаюкать проснувшийся вулкан.

В дни, о которых пойдет речь в этом рассказе, Землею Хальрав правила леди Но. Это была сильная женщина - гордая и прекрасная в юности, мудрая и величественная в старости. За время ее правления Земля Хальрав достигла необычайного процветания. Казалось, что счастье будет длиться вечно, однако, когда леди Но подошло время умирать, оказалось, что, несмотря на всю свою мудрость, смерти она боится слишком сильно - не животным, но подлинно человеческим страхом.

К счастью ли, к несчастью – нам не дано постичь чувства умирающего, пока мы сами не окажемся на его месте. Можно лишь представлять себе, о чем он думает, когда в последний раз видит небо над головой, цветущий луг, людей, которые будут жить и после того, как он опустится в землю.

Одно мне представляется достоверным: какую-то часть мира человек, умирая, старается забрать с собой – прикосновением, взглядом, глотком воздуха. Это инстинкт, то, что заложено в самой нашей природе. Будучи частью мира, человек даже в царстве теней хочет сохранить с ним связь. Пускай лишат его зрения и слуха, пусть обрекут на немыслимые муки – он желает помнить, что жил, боролся, страдал, ненавидел, любил. Особенно сильно это желание у людей, что некогда были полны жизни; нередко они покидают этот мир, неся перед собой знамя безмерного отчаяния.

Так было и со старой леди Но. Перед смертью ей овладела тоска, и, лежа на хладном одре, она вознамерилась забрать с собою столько милых сердцу вещей, сколько сможет. Проблема была лишь в том, что ей, владычице Земли Хальрав, под силу было забрать с собою абсолютно Все.

Почему «Все» с большой буквы - потому что маленькое «все» подобает какому-нибудь фараону, который приказывает замуровать в своей усыпальнице триста рабынь и любимую колесницу - а леди Но земные богатства были ни к чему. Нет, она желала совсем другого: долины, горы, леса, поля, озера и реки; людей с их мечтами и страхами; белокаменные города Земли Хальрав - весь мир захотела она упрятать в затхлые кладовые своей памяти.

Здесь и начинается мой рассказ - слушайте.