№24, Жнец, Дуэль №24 Опции

[Аптекарь]

Тёма слышал, как стонет сучка из перевернутого «Пежо». Она ползла к нему.
– Ты испортил мой костюм, – когти чиркнули по лицу.
Тёма испугался, что лишится части лица, но рука бессильно упала.
– Ты подрезал меня, козел…. Ты нас угробил.
Дорожный кидала Тёма Гарпин просчитался. Вместо того, чтобы ткнуться в подставленную «Химеру», «клиентша» протаранила ограждение виадука, утащив за собой Тёму.
– Сама виновата, – сказал Гарпин. – Перепутала педали.
В горле у бабы заклокотало. Когда кашель стих, Тёма увидел, что синий глаз неподвижно смотрит в небо.
«Сдохла», – Тёма отключился.
Шаги клацали в полуметре от головы. Тема открыл глаза. Скелет, хрустнув коленными чашечками, склонился над покойной.
Костлявые пальцы пробежались по карманам, выуживая ценности. В реберной клетке уже покоились зеркальце, бумажник и ключница.
Закончив мародерствовать, скелет вынул из тела женщины сферу. На ней чернели пятна, но внутри сиял свет. Тема решил, что это душа.
Скелет повернулся к Тёме и осклабился в жуткой ухмылке:
– Бедняжка мчалась продавать домик. Видишь это пятно? Ты помешал ей обмануть семейную пару.
Скелет, стуча костяными стопами, направился к Гарпину. Клац-клац.
Тёма почувствовал, как лезут в карманы.
– У тебя нечем порадовать дядюшку Смерть.
– Возьми часы, – сказал Тёма.
– Взятка должностному лицу? Ах, мошенник! – скелет затрясся от смеха.
Тёму словно вывернули наизнанку, а потом он увидел свою душу. Грязнее, чем у бабы.
– Жаль, что ты не сбил праведника. В раю недобор, – ухмыльнулся скелет.
У Тёмы мелькнула мысль:
– В городе тысячи праведников. Достану любую душу взамен своей, – предложил он.
– Но ты мертв, – опешил дядюшка Смерть.
– Еще в городе магазины, а в них – прекрасные вещи.
Скелет вложил сферу в грудную клетку Гарпину:
– Договорились!
Тёма понял, что может шевелиться, и вскочил на ноги.
– Айн, цвай, драй, – Смерть показал на «Химеру».
Осколки лобового стекла стянулись в единое полотно, колеса наполнились воздухом. Убедившись, что следы аварии исчезли, скелет запрыгнул в багажник.
Крышка закрылась, прищемив кисть. Двигатель взревел. Тёма сел на водительское кресло, и автомобиль рванул вперед. Костяная рука, торчащая из багажника, помахала женщине. Ее душа лежала на дороге, над ней склонился Ангел.
Тёма давил на газ, прислушиваясь к ощущениям. Он не дышал, а сердце не билось.
«Я не жив, и я не мертв», – думал он.
Костяная рука побарабанила по бамперу, а потом выставила средний палец. В багажнике засмеялись. Тёма с ужасом смотрел, как руль без его участия поворачивает направо.