Дуэль Критиков №2, Растудыть туда-сюда (новый девиз попаданцев) Опции

[Andrey-Chechako]

Растудыть туда-сюда (завязка).


Илюха шел по заводу уже третий час. Сказать, что его начали терзать смутные сомнения - значит ничего не сказать. Хоть и не был он тут уже два года, но точно помнил, что весь завод можно пешком пройти за полчаса. И это из конца в конец, а не с проходной, что находилась почти посередке длинного, сплошного, да еще и с "колючкой" поверху, забора метров в пять высотой. И дорогу до корпуса "О" Илюха помнил прекрасно: На проходной повернул направо и вдоль забора до котельной, потом налево, в обход дымовых труб, и прямо по дороге еще метров пятьсот до корпуса - весь путь минут двадцать от силы. Бригада должна была работать на дальнем углу от проходной, так что сам корпус можно было обходить и слева и справа - разницы никакой не было. Единственное - была возможность срезать по диагонали через корпус, что Илюха и хотел сделать, протиснувшись через низкую дверцу слева от ворот корпуса. Рюкзак со снарягой Илюха снимать поленился и, естественно, зацепился лямкой за проушину для замка. И, естесственно, сняться с нее, не скидывая нелегкий рюкзак, не получилось. Так что день не задался с самого начала. Не смотря на мелкие неудобства, настроение испортилось только тогда, когда Илюха обнаружил, что калитка, равно как и ворота, на той стороне корпуса, закрыты на замок. Пришлось тащиться обратно и обходить не маленькое, в общем-то, здание вокруг. Обойдя корпус вокруг два раза, никаких следов бригады, ждавшей его, Илюха не обнаружил. И народа, у которого можно было бы спросить о местонахождении бравых высотников вокруг не наблюдалось. Не придумав ничего лучшего, Илюха отправился обратно на проходную, матеря в душе и бригадира, выдернувшего его в воскресенье на работу, и всю бригаду, которая неизвестно где гуляет.

Вот тут-то и начались странности. Во-первых, проходной не было. Котельная, трубы, забор - все на месте, а проходной нет. Только тропинка, идущая вдоль забора, и приземистые коробки производственных корпусов справа, чуть в стороне от забора. Во-вторых - нигде вокруг не было видно людей. Почесав в затылке, Илюха решил отправиться по тропинке - куда-то же она его должна вывести...
Пить хотелось, но не так, чтобы сильно. Все же май на дворе, и температура не слишком высокая. В тени забора то тут, то там виднелись пятна серого, подтаявшего ноздреватого снега. От них тянуло холодом и сыростью. "А пить-то, все же, хочется", - подумал Илюха. "Че ж делать-то?" - в очередной раз спросил он себя и остановился. Корпуса, которые уже некоторое время постепенно отдалялись от забора (или забор от них), кончились. Последний стоял метрах в ста-стапятидесяти справа. А забор уходил дальше. Такой же высокий и колючий. И ни пролома, ни щели хоть какой-то в нем не наблюдалось. Тропинка тоже уходила дальше - похоже, она так и шла вдоль всей этой псевдокитайской стены. Илюха решил дойти до последнего корпуса. Может там кто будет, а на крайний случай можно и повыше забраться - хоть какие-то признаки присутствия кого-нибудь живого увидеть. Тем более от тропы, ведшей вдоль забора уходила еще одна тропка, и как раз в нужном направлении.

Корпус был таким, как и все заводские корпуса - блочно-бетонное сооружение с грязными, уже давно не пропускающими свет, кое-где выбитыми стеклами и забитыми фанерой проемами. С ржавыми металлическими частями, воротами с облупившейся краской, с разбитым светильником над закрытыми воротами. Подергав их пару раз, и пнув, для верности, ногой, Илюха пошел вокруг здания в поисках пожарной лесницы. От намерения осмотреться он еще не отказался. На противоположной стороне корпуса ворот не было, за то прямо из стены торчал водопроводный кран, из которого тоненькой струйкой текла вода. Рядом лежали доски, чтобы не вступать в грязь, и тут же, на кирпиче стоял пластиковый треснувший стаканчик и отрезанное от пластиковой бутылки донышко. Следов в грязи не было, а ручеек убегал прямо в заросли густой травы, не по весеннему сочной и зеленой. Осторожно понюхав воду (хотя чем она могла пахнуть - только ржавчиной и затхлостью), Илюха, потерянный, ничего не понимающий и оглушенный, сел на бревно, лежащее тут же. Скинул рюкзак и достал из внешнего кармана кружку. Гигиеническая чистота местных сосудов вызывала, мягко говоря, некоторые сомнения.
Вопреки опасениям, вода оказалась вкусной. Не слишком холодной, но явно чистой. Илюха закурил. "Теперь еще и есть захочется" - некстати возникла мысль.
- А кушать-то нечего... - озвучил Илюха продолжение предыдущей мысли. В минуты одиночества Илюха часто разговаривал с самим собой. Ничего зазорного в этом он не наблюдал. Ведь насвистывают же люди себе под нос. Илюха свистеть не любил, но любил петь и с друзьями под гитару, и в одиночестве, как сейчас. Но сейчас петь не хотелось.
- Так, ну ладно, докурим, рюкзак тут пусть пока полежит, а мы пока дальше вокруг корпуса в поисках лестницы. Осмотримся и там дальше порешаем. - как бы советуясь с самим собой, заявил Илюха.
- А кто это - мы? Ты ж один, вроде. - Вдруг раздался голос из ниоткуда.
Илюха аж подпрыгнул от неожиданности и, естественно, задал уже ставший сакраментальным вопрос из анекдота:
- Кто здесь?!
- Я! - ответило откуда-то и тут же спросило еще раз: - Так ты не один?
- А кто это - я? - не остался в долгу Илюха.
- А чтой-то ты вопросом на вопрос отвечаешь? - несколько возмутилось пространство (голос по-прежнему раздавался то ли из ниоткуда, то ли отовсюду сразу).
- А вы с какой целью интересуетесь? - Илюху похоже переклинило, точнее заклинило на вопросах.
Вокруг замолчали. Обиженно так замолчали. И вроде бы, даже сопение слышалось. Хотя может это ветер в траве так шелестит?
Через минуту Илюха не выдержал:
- Эй! Один я, один. А кто вы? Где вы? И можете мне объяснить где я, и где все?
- А ты в Пустоши собрался, да? - поинтересовалось пространство.
Илюха гордо приподнял подбородок и сложив руки на груди замолчал. И даже постарался посопеть в пространство так же, как и собеседник только что - обиженно.
Через пару минут пространство не выдержало и решило явиться Илюхе. Сначла, прямо перед ним возник маленький смерчик. Скорее даже не смерчик, а так - поземка вихревая. Потом, поземка все же превратилась в смерчик, только в неправильный - воронкой к земле, а ножкой - к небу. Не высоко - сантиметрах в 70 от земли, ножка оканчивалась, а в этом самом месте возник темный шар, размером с шар для боулинга, который одновременно умудрился и разлететься во все стороны, и собраться из ничего. И тут же, уже без всяких дополнительных эффектов, из пустоты проступила фигурка, как раз сантиметров семидесяти ростом.
- А меня Янель зовут. - заявила фигурка.
Подскочивший, было Илюха, при виде этого явления, плюхнулся обратно на бревно, на котором сидел до этого и ответил, внезапно пересохшим горлом:
- Илюха.
- Алоха? - переспросило нечто, поправляя зеленое платье и потуже натягивая панаму, напоминавшую цветок колокольчика, правда тоже зеленого цвета.
Илюха прокашлялся и повторил:
- Илюха. Илья, если по-другому.
- А ты в Пустоши собрался, да? А почему один? Одному-то нельзя - кто будет дежурить, пока спишь? Ну, я вообще-то видела одного, он один в пустоши ушел, ну так он и не вернулся. А у тебя почему меча нет? И лука? А может ты маг? Нет, не маг - тогда бы у тебя посох был. И шляпа такая - со звездочками. А может ты не в пустоши, а из пустошей? Вот дед говорил, что от нас туда уходят, а возвращаются сразу в город - теле-пам-пируются, пешком мало кто идет, только если нашли что-то такое, что не дает сразу в городе оказаться. А ты зря сейчас пошел - в пустоши надо утром идти, а сейчас уже вечер скоро. Вот я деду расскажу, что я тебя видела - он удивится. Он сейчас на дальнем лугу - росомах пасти ушел - они скоро яйца будут высиживать - им побольше травы сейчас надо. А потом пойдет за пчелами - они как раз переселяться собрались, так что раньше, чем через пол-луны не придет - пока они переползут на новое место, пока новую норку выкопают, так когда он придет - вот удивится что ты тут был - здесь давно никто не ходил - да и осень скоро - кто ж под осень в Пустоши идет?.. Ой, а ты ведь не в Пустошь идешь, да?
Шокированный Илюха молчал. Ладно еще Пустоши какие-то - их он видел не сходя с места, а вот маги, мечи, несущиеся и пасущиеся россомахи и уж тем более ползающие пчелы совершенно выбили его из колеи.
Внезапно, щебечущая без остановки Янель, подпрыгнула радостно и бросилась за спину Илюхе с явным намерением кого-то обнять.
- Ой, дедушка ты уже пришел?! Как здорово! А то у меня уже сил могло не хватить его водить. Еще б чуть-чуть и уйти мог. Его Илья зовут. Он ничего-ничегошеньки не понимает. Я сразу поняла, что его надо подержать, не дать ему уйти в Пустоши, как ты и говорил. Правда я молодец? Правда-правда?
Не сказать, чтобы Илюха был из робкого десятка, да и на психику никогда не жаловался, но когда он обернулся к бетонной стене корпуса, недоумевая, куда же могла помчаться Янель, когда увидел проступающего прямо из стены не то гнома, не то лешего, и радостную Янель вешающуюся на шею бородатому мужику, Илюха просто-напросто, самым позорнейшим образом, свалился в обморок.

***

- Очухался? Вот и славненько... Ну, пошли, что ли. - мужичок, давеча проступивший из стены, поднял Илюху, все еще пребывающего в прострации, отряхнул, развернулся и пошел вперед. Хотя для Илюхи это направление было направлением "назад". То есть пошли они туда, откуда Илюха и пришел к этому корпусу, к этой Янель и к этому пока совсем непонятному мужичку, который, как выяснилось, приходился Янель дедом.
Илюха, подкинул рюкзак на плечо и отправился следом. Пошли они не вдоль забора, а с другой стороны - метрах в тридцати-сорока от корпусов, но по точно такой же тропинке. Неугомонная Янель бежала сзади, однако молчала, что совершенно не вязалось с ее обликом, да и с тем, что еще недавно, возле корпуса - она щебетала, не давая сказать ни слова.
- А куда мы собственно идем? - вопрос назрел сам собой, но дед, на ходу обернувшись, так зыркнул на Илюху, что стало ясно, - задавать вопросы, да и вообще издавать какие-либо звуки нельзя. Не здесь и не сейчас. Конечно, намного понятнее, то, почему эти странные новые знакомцы молчат и торопятся изо всех сил, не стало, но, по крайней мере, стало ясно, что впереди, а может и прямо сейчас, их может подстерегать опасность.
На ощущение опасности у Илюхи уже давно выработался, а может и с рождения был, один очень простой рефлекс - все ресурсы организма мобилизовывались. Капелька адреналина в кровь - и окружающие краски становились четче и ярче, звуки становились ясными и понятными, а мозг, казалось, превращался в холодный, не знающий сомнений, компьютер, выдающий единственно верный результат за доли секунды. Мышцы становились легкими, как бы подпружиненными, и готовы были к любому повороту событий. Может быть благодаря этой особенности своего организма, не раз выручавшей в армии, а может благодаря тому, что новичкам и дуракам (ко вторым он себя не относил, но в справедливости поговорки не сомневался) почти всегда везет, опасность Илюха заметил первым. И удар тоже на себя принял первым.
Спасло их то, что существо, прыгнувшее с крыши цеха, выбрало целью не сколько Илюху, а Илюхин рюкзак. И то, что сам Илюха не стал разворачиваться в сторону опасности, а попытался пригнуться и уйти в бок от той точки, где он находился. Тварь вцепилась в рюкзак и остервенело драла его всеми конечностями, а Илюха только сипел под тяжестью навалившегося сверху тела и лихорадочно пытался сделать хоть что-то. Внезапно рывки, которые он чувствовал прекратились, хотя тяжесть, пригвоздившая к земле, никуда не исчезла.
- Живой? - это дедок спрашивает. - Не покоцали тебя?
- Нормально вроде.
Дед только хмыкнул и буквально спихнул с Илюхи тело уже, по-видимому, мертвого существа. Илюха с трудом поднялся и получил возможность рассмотреть такую прыгучую, смертельно опасную еще минуту назад тварь.