Каникулы без отпуска Опции

[dvp]

Сашка позвонил, когда я заканчивал финансовый отчёт.

- Всё, - с натужной радостью выпалил он, - нас с Иркой развели! Где напьёмся?
- Где тебе угодно, - отозвался я.

Значит, это всё же случилось. Жаль. Ребята были хорошей парой, на взгляд многих их друзей, в число которых вхожу и я. Хотя люди с похожим темпераментом способны устроить друг другу реальный ад, что и произошло.

- Ж-жду тебя в «К-коньке-горбунке», - и Сашка отключился.

Он уже начал отмечать! Надо поторопиться, иначе потом придётся волочь его домой на себе.

Я убрал папки, скинул отчёт на флешку, выключил компьютер и поехал в наш любимый ресторанчик.

Сашка ронял пьяные слёзы в пиво, «лакируя» его коньяком. Закусок, кроме надкушенного сэндвича, на столике перед ним не наблюдалось.

- Ирка… она такая… - забормотал он, когда я уселся напротив. – А, что я теб-бе рассказ-зываю… ты и с-сам з-знаешь, Юрк…
- Давай-ка бифштексы закажем, - предложил я.
- Всё равно… Б-бери, что хочешь… - Сашка махнул рукой, едва не сметя со столика солонку. – Самое смешное, - он внезапно протрезвел, - что шеф решил дать мне отпуск на десять дней. На фига мне теперь этот отпуск – без Ирки?!
- Помнишь Борисовых? – спросил я. – Они три раза разводились и вновь женились. Вся наша компания только руками разводит, на них глядя.
- Сумасшедшие люди. С Иркой этот номер не пройдёт… Что-то я раскис. Надо выпить! – Сашка щёлкнул пальцами, подзывая официанта. – Гулять будем! Чёрт побери всё на свете!..

Мне удалось впихнуть в него бифштекс, так что на ногах мой друг кое-как держался, когда мы собрались уходить.

- Побудь со мной сегодня… - попросил Сашка. – Не хочу сидеть в квартире один. Ир-р-ка… уехала к маме… Они всегда так делают – мчатся к мамочкам под крылышко! Теперь только в ЗАГСе увидимся… через два месяца, в день… р-расторжения бр-р-рака! Г-гадство… А мы посидим с тобой, поговорим… в шахматы сыграем…
- Побуду, конечно. Погоди, я такси поймаю, - отозвался я.

Ни в какие шахматы мы играть не стали – войдя в квартиру, Сашка резкими движениями сорвал с себя пиджак, нога за ногу доплёлся до спальни и рухнул на кровать.

Я снял с него ботинки, прикрыл друга покрывалом, ушёл в кухню и ко-кому позвонил.

***

- Почему у меня нет похмелья? – утром Сашка обжигался горячим ароматным чаем и хлюпал носом. – Мне должно быть ещё хуже! Это же я во всём виноват! Я сейчас Ирке позвоню… я ей скажу… - и он потянулся к мобильнику.
- Никто ни в чём не виноват, - я осторожно вынул телефон из его пальцев, - а звонить Иринке пока рано. Ты сказал, что тебе дали десять дней отпуска?
- Дали, - с отвращением подтвердил Сашка. – Шеф «вошёл в моё положение», как он выразился. До-обрый у меня издатель!.. К тому же, я сдал рукопись раньше срока… И что мне теперь – в квартире сидеть эти десять дней? Или бегать под окнами Иркиной мамочки и выть по ночам на Луну? Я ни слова написать не могу. Голова пустая, как барабан!
- Можем поехать в одно хорошее место. У меня-то график свободный, как ты знаешь. Там тихо, спокойно… Я тебя туда ещё не возил. Сам отдыхал в прошлом году, понравилось, - предложил я.
- Куда ещё? – Сашка подпёр щёку ладонью и тоскливыми глазами брошенной собаки уставился на меня.
- Это нечто вроде туристической базы. Или пансионата. На реке Уште, во Владимирской области. Я там в прошлом году неделю провёл. Отъелся, нагулялся, отоспался на год вперёд, - сообщил я.
- Удочки-крючочки, рыбки-комарики? В принципе, я не против… чего мне тут сидеть-то… в разгар лета… - Сашка обвёл взглядом стены кухни, увидел Иринкину вышивку в рамочке над столом - три весёлых щенка играют с красным мячиком, - и лицо его сморщилось, как у ребёнка, готового заплакать.
- Тогда пакуйся, потом заедем ко мне, я свои вещи соберу, - заявил я. – Удочки не забудь, они за шкафом в комнате.
- Погоди, там же, наверное, надо заранее места заказывать? – удивился Сашка.
- Ничего не надо, туда в любое время приехать можно. Местечко мало кому известно, а я не такой дурак, чтобы его рекламировать кому попало, - засмеялся я.

***

Так мы оказались на туристической базе «Станция» на реке Ухте.

Места там и правда сказочные. Чем-то на Карелию похоже – розовый песок на маленьком пляжике, сосновый бор по обоим берегам реки. Фантастические закаты и рассветы… Речка Ухта, приток Бужи, плавно огибала территорию базы, радуя слух тихим плеском мелких волн.

Народу в эти июльские дни здесь было немного, человек пятнадцать – двадцать, от силы. В общей столовой можно было при желании с кем-то познакомиться, а если такого желания не возникало – сиди сам по себе за столиком. Никто никому не мешал и не навязывался – на «Станции» это не принято.

По вечерам устраивали дискотеки, или на большой веранде главного гостевого дома, или, при хорошей погоде, на поляне перед административным корпусом. Опять же, хочешь – иди танцуй, не хочешь – делай, что пожелаешь. Музыку играли вполне спокойную, на весь лес не громыхали, и в одиннадцать вечера дискотека заканчивалась.

Интернета тут не было, мобильная связь тоже отсутствовала. «Тишина и покой, крепко глазки закрой»… Идиллия для жаждущих уединения, но с приятными благами цивилизации: с чистыми простынями, с современными душем и туалетом, с телевизорами и холодильниками в комнатах. Телевизор, впрочем, ловил только несколько каналов, и то, еле-еле. А вот холодильник работал исправно.

Мы с Сашкой ловили рыбку, бродили по лесу. И за грибами, и просто так. Погода стояла как на заказ. И улов, и грибы, крепкие июльские белые второй волны, можно было отдавать на кухню, чтобы из этой добычи для нас специально приготовили блюдо на заказ. Другие отдыхающие тоже так делали, а иногда собранное и пойманное шло в общий котёл.

Раза два Сашка просил меня – оставить его одного. Я всё понимал и уходил подальше. Хотя и не выпускал при этом друга из поля зрения, стараясь, чтобы он меня при этом не видел.

А на третий день…

***

Сашка ушёл вперёд по тропинке, а я задержался, чтобы сфотографировать очень красивую бабочку. Она сидела на белом цветке, её алые крылья трепетали в мягком ритме, я залюбовался, поздоровался с ней…

И вдруг раздался дикий крик – на весь лес! Даже не крик, а вопль!

Я вздрогнул и чуть было не уронил фотоаппарат.

Орал Сашка! И бежал в мою сторону, бешено размахивая руками. Бейсболка слетела с его головы и шлёпнулась на тропинку, но он этого не заметил.

Ещё через секунду я услышал громкий топот, причём, со всех сторон сразу, как мне показалось.

Сашка с выпученными глазами наскочил на меня, чуть не сбив с ног, и гаркнул мне прямо в ухо:

- Там… медведи!
- Где, где, где?! – несколько голосов отдыхающих, прежде невидимых нам, бродивших в лесу по смежным тропинкам, выскочили из кустов и окружили нас.
- Там, там! – Сашка тыкал трясущейся рукой в ту сторону, откуда прибежал. – Там их штук пять или больше! Огромные такие!..
- Ничего удивительного, это же лес, а в той стороне – дикий малинник, - сказал какой-то толстяк в спортивном костюме. – Надо администратору сообщить, пусть знак на тропинке поставит, чтобы никто туда случайно не забрёл.
- Знак?! И всё?! – возмутился Сашка, переводя дыхание. – А если они на базу заявятся? К мусорным контейнерам, например?
- Всё будет в прядке, - толстяк почему-то посмотрел не на Сашку, а на меня, и кивнул. – Не заявятся. Можно ревуны расставить повсюду. Медведи боятся громких звуков. Наступят на машинку лапой, ревун сработает, медведь и убежит!
- Я, знаете ли, тоже громких звуков боюсь, - мрачно произнёс Сашка. – Особенно – по ночам!
- По ночам мишки спят, - засмеялся толстяк. – Как и люди. Кстати… вы, случайно, не писатель Александр Щеглов? А вы, - толстяк взглянул мне в глаза, - свободный журналист Юрий Морошин?
- Да, - хором ответили мы с другом, причём Сашкин голос прозвучал раздражённо. Не в том он был состоянии, чтобы радоваться, что его узнали в таком тихом медвежьем углу.
- Очень приятно. Васильев Антон Петрович, бухгалтер. Не бойтесь мишек, они тут спокойные, - толстяк улыбнулся нам и потопал к базе.
- Хорошо хоть, автограф не попросил, - буркнул Сашка, провожая Васильева взглядом. – «Не бойтесь мишек, они тут спокойные!» - передразнил от толстяка. - Юр, ты уже здесь бывал, а медведей в лесу видел тогда?
- Не припомню что-то, - ответил я. – Но, думаю, беспокоиться особо не из-за чего. Подбери-ка свою шапочку, что ей на тропинке валяться. И пошли-ка пообедаем.
Ворча себе под нос, Сашка вернулся чуть назад и забрал бейсболку, валявшуюся на тропинке.

***

После встречи с медведями Сашка словно бы проснулся. Или очнулся. Стал обращать больше внимания на всё окружающее.

- Слушай, Юр, - спросил он меня вечером того же дня, - а почему тут все отдыхают без детей?
- Так сложилось, видимо, - пожал я плечами. – Детям тут было бы скучно. А шуму от них – много. Здесь все тишину ценят.
- А как ты узнал об этом местечке? – не отставал друг.
- От кого-то в редакции, помнится… - задумался я. – Точно не скажу.
- Мало народу… - Сашка устремил взгляд поверх верхушек могучих сосен, в вечернее аквамариновое небо, тронутое по краям лазоревым цветом, с розовыми отблесками на высоких облаках.
- Тайное место! – с пафосом воскликнул я, поднявшись с обрубка сосны, выпятив грудь и широко разведя руки в стороны. – Как я тебе ещё в Москве сказал, кто тут хоть раз побывал, рекламировать базу не будет. Иначе её заполонят толпы туристов, и как раз с детишками. А тут и так хорошо! Верно же? Тебе тут хорошо?
- Хорошо… - как-то замедленно отозвался Сашка. – Я и не думал, что такие тихие уголки ещё где-то остались… Как же мир может быть прекрасен… - он вдруг смутился от своих высокопарных, как он думал, слов.
- Да. Прекрасен, - тихо отозвался я, боясь нарушить его минутное настроение.
- Завалюсь-ка я в коечку, - вдруг непоследовательно сказал мой друг и широко зевнул. – Встреча с мишками меня встряхнула, а теперь я спать захотел… Надеюсь, медведи ночью никому в гости на базу не явятся!
- И вампиры тоже не прилетят, - в тон ему ответил я. – Спокойной ночи. А я ещё посижу. Больно уж вечер хорош!

***

Просидел я на обрубке брёвнышка до глубокой ночи. Все отдыхающие давно спали в своих кроватях. Сашка тоже дрых, конечно.

Си, друг, спи. Когда-нибудь ты узнаешь правду…

Луна выкатилась из-за леса и поднялась в небо - торжественно и плавно, серебряным круглым сияющим слитком, и залила окрестности волшебным прозрачным голубым светом, и свет этот словно бы был живым и дышал, дышал… как дышит всё живое.

- Доброй ночи, Андор, - тихо произнёс бухгалтер Васильев за моим плечом.
- Доброй ночи, Вагир, - отозвался я, не поворачивая головы.
- Как идут дела? Отчёт готов? – спросил Вагир-Васильев, наш главный, как сказали бы люди, менеджер.
- Готов. Он у меня с собой, - и я протянул Вагиру-Васильеву флешку, достав её из кармана. – Хорошо мы подсуетились, создавая «Станцию», чтобы тут Интернет не работал.
- Конечно, - кивнул мой начальник, выходя из-за кустов и садясь рядом на обрубок бревна. – Человеки-то развиваются, хакерить уже каждый третий умеет. А нам ни к чему, чтобы люди наши файлы взломали. Они, конечно, ничегошеньки прочитать и понять в наших отчётах не смогут, но насторожатся.
- Мишеньки, новенькие сотрудники, как себя чувствуют? - поинтересовался я.
- На жару жалуются. Очень уж им жарко в скафандрах, - ответил Вагир. – Я в своём два года маялся, как ты помнишь, хотя изображал не мишку, а слона в московском Зоопарке, пока мы эту базу не открыли. Слоника моего списали по старости, и я сюда перебрался. Человеческий облик всё же более комфортный. Хотя этот их кислород! Многовато его для нас с тобой, Андор. Хотя, ко всему можно привыкнуть, даже к избытку кислорода.
- Когда Александр «созреет», наши маленькие друзья смогут снять оболочки, - пообещал я. – Я и сам в прошлом веке таскал на себе шкуру носорога в Африке, пока меня не «убил» какой-то сумасшедший охотник-англичанин. А кислород… можно и потерпеть. Ради общего блага Вселенной.
- Да, ради общего блага. Но люди так медленно нас догоняют! – вздохнул Вагир.
- У нас много времени впереди. А людям мы постараемся предоставить все возможности для осознания верного пути, - я тоже вздохнул в ответ.
- Мы не боги, Андор, - сказал Вагир.
- И хорошо. Мы совершили много ошибок… в начале нашего пути мы были ещё хуже современных людей, сам знаешь. Маленькими шажками… Что я тебе тут лекции читаю, насялькика?!

Мы оба рассмеялись.

- Когда ты скажешь и покажешь другу правду? – спросил Вагир.
- Когда Саша будет готов, - повторил я. – Возможно, не здесь. И даже не в этом году. Но я ему всё скажу и покажу. Нужно время. Оно всегла нужно – время… Может, мне удастся помирить Сашу с Ириной, его женой. Для осознания правды о многомерности миров во Вселенных нужен душевный покой и чувство жизненной гармонии. К Иринке я подошлю нашу общую знакомую, агента Самитру, человеческое имя – Валя Пташук, сотрудница Сашкиного издательства. Она хорошо работала последние двести пятьдесят лет, многие пары помирила.

- У тебя на Земле уже почти триста лет сплошные каникулы без отпуска, - заметил Вагир. – Можешь открыть на полчаса окно в своей… в вашей с другом комнате.
- А если Сашка проснётся и увидит? – я забеспокоился.
- Скажешь другу, что это был прекрасный сон. Тебе не впервой, - Вагир поднялся с обрубка бревнышка и короткими шажками зашагал к корпусу базы «Станция».

***

Я стоял у окна, открытого в мой мир.

Полчаса - за триста лет.

Каникулы без отпуска… Наша профессиональная шутка.

Но Сашка, мой человеческий друг, причём, друг настоящий – всего лишь третий истинный друг за эти триста лет! – наконец-то произнёс самые главные и в его, и в моей, и в нашей общей жизни, слова. Он произнёс наш общий Вселенский пароль - о том, как прекрасен этот мир!

Теперь – только направлять его. Осторожно, незаметно, тихими касаниями к событиям его жизни.

В моём мире, открывшемся в окошке на земные полчаса, мерцали три ярко-алые Луны. В чёрно-сиреневом просторе неба вспыхивали огни сварки – у второй Луны в космосе возводили очередную станцию.

Потоки энергии моего мира, казалось, перехлёстывали через подоконник, они буквально вибрировали в сонном покое комнаты базы «Станция». Не просто же так мы дали туристической базе это название.

Это – станция. Точка встреч и переходов в иные миры.

Не все отдыхающие здесь – люди.

Как и я – не человек.

Но – и человек: в главном. В любви к гармонии всех Вселенных. И в битве за эту гармонию.

Сашка зачмокал во сне губами, перевернулся на спину и на миг открыл глаза.

Я напрягся… Вдруг с ним случится истерика, как при встрече с медведями в лесу? Что мне тогда делать – подушкой его стукнуть?

Но Сашка только сонно улыбнулся и пробормотал строки из моей любимой земной песни:

- Как прекрасен этот мир, посмотри… - веки его плотно сомкнулись, и он вновь засопел носом.
- И не только этот, Саш, - прошептал я, с сожалением – но и с надеждой! – закрывая окно. – Все миры – прекрасны. И мы с тобой их сохраним. Ты скоро узнаешь правду… и Ирина – тоже.

[Главный Маг]

Совсем отлично - пришельцы замаскировались под людей... Под ДОБПЫХ людей
А то, ишь, взяли моду писатели - как пришельцы, так всех людей съесть хотят!