Хорошо получить наследство. Особенно, если не ждешь. Я даже не поняла, от кого такой посмертный бонус. То есть для меня-то он вполне прижизненный. А вот то ли от покойной троюродной бабушки, то ли от усопшей четвероюродной тетушки. Спасибо неизвестной мне старушке.

Я в детдоме с шести лет. Родителей помню — помогли оставшиеся фото. А вот в том, что мои воспоминания про какие-то отдельные эпизоды из жизни до роковой автомобильной аварии не детские фантазии — не уверена. Но машины у нас вроде бы не было. Что и как произошло — мне, видимо, не рассказали, а теперь не узнать. Почему-то тогда никаких близких родственников, готовых опекать меня, не нашлось. А может, и не искали. Хотя, действительно, я и не помню ни бабушек-дедушек, ни дядь-теть. Теперь мне двадцать пять, я самостоятельная девушка, выучилась, работаю. Судя по фото, похожу на отца. По крайней мере, лицом: скуластая, брови широкие, щипать приходится, нос крупноват. А вот глаза зеленые и волосы рыжие — в маму.

Нотариус из другого города меня сам нашел. Дела с ним пришлось утрясать заочно, созваниваться, часть документов у него в деле уже была, а что-то пришлось отправлять по почте. Свалившееся на голову имущество: деревянный дом постройки начала прошлого века в райцентре и земельный участок в десять соток при нем — решила продать сразу. Приценилась, конечно. Дома там спросом пользуются: от областного центра недалеко, а экология не в пример лучше. Жить мне есть где — наша двушка в хрущевке за мной сохранилась — а деньги всегда пригодятся. Машинку бы прикупить. Не швейную и не стиральную, а маленькую красненькую с АКП, пусть даже б/у.

Родина предков, а видимо — это она и есть, встречает меня промозгло: пасмурно, холодно, мокро, одним словом — мерзко. Реально поехать смогла только сейчас, в начале ноября. График отпусков составлялся еще в прошлом году и никакого наследства не предполагал, а предполагал какой-нибудь не слишком дорогой курорт по горящей путевке. Заранее записалась к нотариусу получить Свидетельство о праве на наследство и ключи от дома. Контора от вокзала недалеко. Натягиваю я серую шапочку поглубже, застегиваю молнию на черной курточке повыше, и вперед.

Ну вот, рыженькая бумажка с синей печатью в сумке. А ключи прикольные: большие, с красивыми завитушками. Как у Буратино, только не золотые.

От ближайшей остановки к нужному мне дому надо идти по переулку на параллельную улицу. Кто же знал, что если асфальт в переулке и укладывали, то очень-очень давно. Потому что очень давно переулок засыпали гравием, от которого остались отдельные выглядывающие из луж особо прочные булыжники. А обочину с одной стороны когда-то выложили деревянным тротуаром. Давно. От него остались отдельные доски, тонущие в грязи при наступании. Хорошо, что я обула резиновые сапожки черные, на каблучке. Приходится только повыше подвернуть штанины. И это называется город! Шепчу, подражая Гурченко: «Дер-р-ревня!»

А преодолев водно-грязевую преграду, надо еще пройти до мостика, под которым оказывается овраг с мутными пенистыми лужами и кучами мусора на дне. Весной по нему наверняка шумит талыми водами бурный поток, уходящий в бетонную трубу под мостовой, но сейчас висящей в воздухе липкой мороси не хватало, чтобы заставить выпавшие осадки потечь вниз по руслу. Судя по глубине и расстоянию до дома на другом берегу, когда-то это был приличный ручей или даже речушка. Моя покойная благодетельница в детстве вполне могла там купаться и ловить рыбу, всего лишь зайдя за угол дома.

Но все течет, особенно вода и время, они приходят и уходят, оставляя глубокие овраги, заброшенные старицы и гниющие болота. А вот не буду я тратить утекающее вслед за водой время на упаднические философствования — хватит стоять на берегу и пялиться на грязь под ногами! Поднимаю голову. Современная застройка подбирается к патриархальному уголку ударными темпами. Строительные краны вертят маленькими головками с уродливыми длинными клювами, рассматривая свысока уходящую деревенскую натуру. Пора и мне ознакомиться с обретенным имуществом. Перехожу на ту сторону моста.

Бревенчатый дом стоит боковой стеной к оврагу. Одно окошко смотрит на него, а пять окон, тоже забранных голубыми ставнями с резными наличниками, выходят в традиционный, но не резной палисад у дороги. За покосившимся почерневшим штакетником торчат побитые недавними заморозками унылые неопознаваемые стебли. Среди знакомой крапивы, лебеды и лопухов тоскливо свешивают головки какие-то одичавшие желтые цветы. Куст сирени еще зеленеет, но листья на нем уже поникли и депрессивно буреют засохшие кисти семенных коробочек.

Ворота и калитка рядом с ними сооружены прочно, на века. Огромный амбарный замок под стать ключу — весь узорчатый, теперь таких и не делают. Ключ поворачивается в замке на удивление гладко. Рубежи надежные — стояли на страже вверенной территории десятилетиями и еще столько же простоят. Ковыряю облупившуюся зеленую краску да слушаю, как противно скрипят массивные петли. Сигнализация, однако… Засовы с этой стороны тоже внушительные.

Двор порос травой, только у почти двухметрового сплошного забора слева, на вытоптанной до земли площадке, огромная собачья будка. Прослеживаются еще тропинки от калитки к крыльцу дома справа, от крыльца к постройкам слева: дровяник, какие-то сараюшки, банька — и куда-то за них, в огород, наверно. Крыльцо в три ступеньки. Кладу сумку и рюкзак на перила, на крыльце что-то грязновато. Из сумки достаю кое-что и рассовываю по карманам. Пора поискать домик с двумя дырками: маленькой — над дверью и большой — в полу.

Выйдя, протираю руки влажной салфеткой и санитайзером еще обрабатываю — для острастки микробов. Прохожу дальше по тропинке. За невысоким заборчиком с калиточкой раскинулись мои землевладения, обнесенные высоким деревянным забором. Что ж. На мой неискушенный взгляд, целое поле. Перекопанное кем-то в процессе картофелеуборочной кампании. Там и сям кучки почерневшей ботвы. В заборе к соседям внушительная прореха. Чтобы кули гарантированно проходили.

Нет, я не против. Пусть. Даже спасибо скажу. Насколько помню, бабульке лет под сто было. Вряд ли она огород копала. А кусок целинных и залежных земель продать труднее. Надо будет с соседями пообщаться на предмет взаимопонимания в вопросе оплаты земельной ренты.

Теперь можно и в дом заглянуть, сориентироваться на месте в свете необходимых для кратковременного пребывания на новой жилплощади покупок и отправляться по местным торговым точкам.

Замок на двери в дом тоже амбарный. В сенях мусор, паутина, пахнет то ли мышами, то ли кошками. Газовая плита. Интересно, газоснабжение централизованное или нет? Баллона не видно. Включаю, газ не шипит, не воняет. Капец. Впереди дверь и направо дверь. Правая, обитая черным дерматином на ватине, должна, однако, вести в избу. А простая, крашеная такой же коричневой, как на полу, краской, наверно, в чулан какой-нибудь.

Дверь в жилую часть открывается тихо, без скрипа, но нехотя. Отсырела что ли, разбухла? Темновато. Смурного осеннего света, пробивающегося сквозь щелястые ставни и вливающегося серым квадратом через открытую дверь, не хватает, да и глаза не привыкли еще. Ищу выключатель, щелкаю. Безрезультатно. Достаю телефон. Свечу фонариком вверх — лампочки нет. Купим. Пусто, никакой мебели. На окнах горшки с засохшей геранью. Справа печка, потом дверь в еще одну комнату. Там тоже шаром покати. В дальнем углу свалены в кучу какие-то книги. Нужна еще одна лампочка.

Кажется, мне досталось в наследство только действительно недвижимое имущество. Все движимое кто-то уже двинул. То ли соседи, то ли похоронщики. Раз я, седьмая вода на киселе, наследница, то родственников других, надо думать, не было. Вряд ли вещички древней старушки представляли большую ценность. Так что тряпки — на ветошь, дерево — на дрова, металл — в пункт приема. А вот макулатура здесь, похоже, не в чести. Не принимают или дешево берут. Даже на растопку взять не позарились. И герань не котируется, наверняка у всех подоконники своими резко пахнущими кустиками заставлены.

А чем же мне печь топить? В доме дубак, как на улице. Вроде никакой поленницы во дворе не заметила. Книгами? Будку сломать? Голыми руками? Вспоминаю про кладовку. Может, там инструмент какой найдется. Наивная. Паутина, какая-то труха и разнообразные ошметки.

Итак. Топить нечем. Спать и сидеть не на чем, есть не с чего и нечего. Темнота, я твоя молодая подружка. И где они воду берут? Хотя бы руки, лицо и зубы хотелось бы в чистоте держать.

Ближайший магазинчик-лавочка типа у-нас-есть-все в два захода осчастливливает меня хлебом и колбасой, соком и печеньем, пластиковым столом и стулом, чайником и одноразовой посудой, пятилитровой бутылкой воды и тремя девяностоваттными лампочками. А главное — веником и информацией, что вода добывается из колонки на улице, но ее надо кипятить. Только вот на чем спать? То ли купить даром мне не нужные спальник и туристический матрасик, то ли попросить у соседей нормальный матрас с подушкой и одеялом. Зря что ли постельное с собой брала? Второй вариант дешевле, да и с соседями встречаться все равно надо. А не дадут, тогда уж придется успевать до магазина — раскошеливаться.

Возвратившись с покупками второй раз, вдруг обращаю внимание, что в дровянике сиротливо приткнулась, белея берестой, горка поленьев. Вот это сюрприз! Как я раньше не увидела? Оставив покупки в сенях, пробираюсь в мокрый палисадник и открываю ставни. В комнатах становится значительно светлее, а в углу обнаруживаются скатанный совершенно новый ватный матрас, замотанный стретч-пленкой, и синтепоновые подушка с одеялом тоже в упаковке. Опять не заметила? Вот ведь невнимаха какая!

Перетаскиваю дровишки и складирую у стены. Разжечь огонь для меня не проблема, небольшой походный опыт есть. И зажигалка тоже. Я не курю, но все свое: перочинный ножик, зажигалку, рулетку, таблетки и пластыри, бумажные платочки и влажные салфетки, бахилы, степлер и ручку, прочие мелочи, не говоря уже про документы и зонтик от первого и до последнего дождя — ношу с собой. Сумку всегда выбираю по количеству кармашков. В моей теперешней одиннадцать отделений. Конечно, оттягивает плечо, но никогда не знаешь, что может понадобиться.

Дрова горят, потрескивают, чайник закипает, я мету веником. Возле печи у самой двери в горницу — а ведь тоже не заметила! — стоит чуть помятое помойное ведро и висит рукомойник. Тепленькая пошла!

Дождик усиливается, сумрак за окном сгущается. Взобравшись на стул, вкручиваю лампочку. Да будет свет! Света да нет. В сенях нахожу щиток со счетчиком и без пробок. Вот это облом. Опять тащиться под дождем в магазин не хочется вообще. Да, пожалуй, и поздно. Может, еще раз, для очистки совести, заглянуть в кладовку, пошевелить хлам? Ого! Пачка свечей! Кто реально свет добудет, у того он и да будет!

А что, печка пахнет дымком, дышит теплом, можно снять куртку и свитер — на стене имеется ранее тоже не замеченная вешалка на пять крючков. Уютный свет живого огня гоняет тени по беленым стенам выметенной горницы. Завтра куплю еще средства моющего какого, парочку ведер, натаскаю воды, нагрею. Отмою тут все. Может, даже занавески куплю. Теперь разложить на полу пленку, на нее матрас, постельку застелить, включить читалку и погрузиться в выдуманный мир. Люблю неожиданное и таинственное. А в такой атмосфере оно самое то. Читать полулежа и жевать! М-м-м! Бутерброды с колбаской медленно падают в благодарный желудок, следом постепенно отправляются печенюшки с соком.

Когда дрова прогорают, а глазки начинают закрываться, задуваю свечи, раздеваюсь и залажу под одеялко. Света из окон хватает только-только их от стены отличить. Что ли вообще улица не освещается? Хотя за такой стеной дождя…

Я уже уснула или еще нет? Два зеленых огонька, похожих на хищные глаза, мне снятся или реально приближаются из мрака? А на грудь на самом деле тяжесть ложится? А-а-а!!! Вскакиваю, как пружиной подброшенная, ору, как оборотнем укушенная! Что-то массивное отлетает от меня и глухо падает на пол. Черное пятно одним беззвучным скачком скрывается в темноте, сгущающейся в углу.

Без сил опускаюсь на постель. Меня колотит, зубы стучат. И что это сейчас было?! Встаю, дрожащей рукой включаю телефон. Кое-как зажигаю все имеющиеся в наличии свечи. Прямо как у Высоцкого: страшно — аж жуть! Судя по времени на телефоне — четыре утра. Сколько-то я все-таки поспала. Но теперь вряд ли усну. Что остается? Затапливаю печь. Сижу на постели по-турецки, медитирую на огонь. Читать мистику что-то не тянет.

Светает. Почти восемь. Тушу свечи. Сегодня суббота, соседи должны быть дома по-любому. Надо идти узнавать про картошку и бабульку. Было у меня время подумать. Откуда дрова и матрас? Ведь не было их, не бы-ло! И вешалки, и рукомойника! И свечей в кладовке не было! Умываюсь, чищу зубы. Печеньки с соком на завтрак.

Стою у чужих ворот, жму на кнопку, жду. Спят еще? Не деревня, конечно, но петух у них кукарекал, значит, живность держат, должны рано вставать. Ну, наверное. Нехорошо получится, если разбужу не вовремя. Шаги. Спрашивают — отвечаю: новая, мол, соседка, наследница. Открывает пожилая женщина, лицо вроде доброе. Одета как-то по-деревенски: самовязанные шерстяные носки, калоши, юбка длинная, фартук, накинутый ватник, платочек белый назад завязан, из-под него седые пряди.

— Проходи, проходи, дочка! Фу, Пиратка!
Огромная черная псина, не лает, не рычит, но вертится возле моих ног, не дает пройти. Я собак не боюсь, люблю даже. Но эта Пиратка слишком большая и слишком близко. Хозяйка отводит собаченцию за ошейник.
— Это твоя собачка. У Мироновны в будке жила. Мы приютили. А Черныш не приходил?
— Какой Черныш?
— А кот ейный, огромный, черный. Такой разбойник! Сколько цыплят у нас покрал! И в округе все котята черные родятся. Крыс Мироновне постоянно на крыльцо приносил – показать, какой охотник. Сильно она его любила.
Вот кто ночью на меня лег! То-то я еще думала, что за дырка в углу, а это лаз в подпол! Трусиха я, трусиха. А кто бы не струсил?
— Проходи в избу, — приглашает соседка. Иду. Планировка дома, как у моего, только на другую сторону симметричная. Такой же пятистенок. И строились тогда, наверное, по-соседски: ты мне помогаешь, я тебе. Уютно, салфетки вышитые да вязаные везде, половики тканые и пахнет вкусно: дымком, выпечкой и геранью. Не то, что у меня — мерзость запустения.

Оказывается, никого я не разбудила. Сын хозяйки работает сутками, как раз на дежурстве, а невестка на школьные каникулы отпуск взяла, с детьми к своей матери уехала. Сельхозработы закончены, урожай засушен, засолен, сварен и замаринован.

— Мой руки. Вот чай, варенье: малинка, смородинка, клубничка — угощайся с плюшками. Как зовут-то тебя, красавица?
— Катя.
— Как Мироновну, значит. А меня Митришной называй. Ты кем Мироновне-то приходишься?
— Даже не знаю. Я в детдоме росла. Родни никакой не было до сих пор.
— Как никакой родни? — Митришна даже руками всплеснула. — У тебя куча родни! У Мироновны-то брат ожениться не успел, в войну сгинул, а муж вернулся, до войны успели сынишку завести, а после деток еще нарожали. Да и сестры у Мироновны были, их дети тоже не бездетные. На похороны много народу приехало.
— А почему же я наследница? — недоумеваю по полной.
— Я правды-то не знаю. А догадки имею, — Митришна тянет театральную паузу.
— Какие? — подыгрываю.
— В завещании все дело! Наследник нужен женского полу и по женской линии должно быть родство, Мироновна мне сама говорила. А видать, остальные все по мужской. По женской али померли все, али отказались.
— Почему же отказались?
— Так колдуньей Мироновна-то была.
У меня аж чай не в то горло. Колдуньей? Кот черный? Дрова из ниоткуда? Я подозревала!
— В смысле?
— Ну, может, не колдуньей, — идет на попятную Митришна, — может, ведьмой или экстрасенсой какой. Только сглаз-порчу снимала и зубную боль заговаривала точно! И бабка у нее такая же. Я хоть малая была, но помню бабку ейную, Пропалихой звали. Ей тоже уж под сто тогда было. Вот она-то и передала свою науку внучке. А Мироновне некому было передать. Ейные-то никто с ней жить не хотел. Исчезнут теперь, видать, древние тайны.

Все страньше и страньше. Я-то каким боком из этого генеалогического древа проросла? Мне же нотариус завещание зачитывал по телефону, а я и не прислушивалась даже. Надо будет еще к нему сходить, копию попросить. В завещании «ведьмы» могут условия какие-нибудь быть, почему все наследницы-то не подошли или отказались. Я фэнтези и мистики столько прочитала, что в ведьм верю. Ну, почти.

— А куда все вещи делись? — забрасываю удочку.
— Так родственники после похорон вынесли все к дороге, народ и растащил. А что осталось — сожгли потом посередь огорода. На оставшиеся книги только рука не поднялась. Книги жечь — дело последнее.
— Зачем же так подчистую? — удивлена я такому повороту.
— Ведьмины же вещи. Побоялись.
Это да, тогда я понимаю.
— А картошку кто сажал?
— Мы и сажали. Так это с Мироновной уговор у нас был. Мы землю обихаживали, картошку выращивали, а часть урожая и денег от продажи Мироновне шли. Все по-честному. Теперь ты земле хозяйка, тебе часть картошки и отдадим. Или надо деньгами? Деньгами сложнее, ее ж еще продать нужно.
— Я подумаю. Мне картошку хранить негде, легче купить. Деньгами бы лучше.
— Это тебе с сыном моим. И дров тебе подкинем, пока ты здесь. Мироновна-то как-то сама обычно по осени покупала, к весне уж пожгла почти все. Остатки растащили охламоны местные. Никакие заборы им не помеха. А газ и свет-то отключили от греха подальше. Ты сюда надолго?
— Дом надо к продаже подготовить.
— К продаже, значится. Ага, ага, — в тоне Митришны чувствуется ироничное сомнение.
— А что не так?
— Дык не купит никто. Ведьмин-то, — поясняет соседка.
— А если кто не в курсе?
— Просветят. Доброхоты найдутся, — усмехается Митришна. — Даже просто чтоб на рожи вытянутые посмотреть. Такого порасскажут!
— А есть что рассказать? Вы же всю жизнь рядом прожили, расскажите что-нибудь.
— Да какая с меня рассказчица?
— Ну пожалуйста!
— Похожа ты на Мироновну, та тоже рыжая была. Ходили к ней все. У кого потерялось чего, у кого чирей вскочил. Грыжу пупочную младенчикам вправляла. Сглаз и порчу снимала. Вот тоскует человек, мается, чахнет, пить опять же вдруг начнет. Так вели такого к ней. Помогала. Говорила мамка, в войну они с бабкой Пропалихой в два голоса проповедовали: терпите, бабоньки, победим, не сумлевайтесь. Только про жив ли, погиб ли никогда не говорили. Скажешь сегодня — жив, а завтра как скажешь — погиб? Промолчишь — и то сразу понятно будет. Надежду бабам оставляли, — молчит Митришна, пригорюнившись. — А давай, Катюша, помянем Екатерину Мироновну, грешную рабу Божию.

Достает гостеприимная хозяйка стопочки из буфета, бутылочку из холодильника. А я что? Так-то я не пью, да еще с утра. Но за упокой. Ведьма она или не ведьма, а я ей благодарна за наследство. Надо будет на могилку и в храм зайти, видела купола за вокзалом. Хоть свечку поставить.

Покупаю еще продуктов, два ведра, химию бытовую и пробки. На всякий случай свечек беру еще. Свет у меня будет по-любому. Колонку нахожу дальше по улице через три дома. Со слов Митришны, водопровод обещают, но никто не верит. Все равно рано или поздно под снос, какой смысл властям в коммуникации вкладываться. Начинаю генералить дом, тряпок Митришна под это дело надавала. Даже стекла мою, пока температура погоды плюсовая, а дождь перестал. Что делать с цветочками? Поливаю. А вдруг? А хорошо бы завтра баньку!

Черный пушистый котяра вылезает из подпола, смешно чихает — «мускулистый мистер» ему, видите ли, не нравится. За ночной инцидент не обижается, дает взять на руки. Тяжеленный какой! Мурчит трактором.

Перебираю книги. Какой-то совковый ширпотреб. А это что такое? Тяжеленный фолиант без названия в кустарном переплете черной кожи. Неужели это то, что я думаю?

Бережно открываю и перелистываю. Да, это оно. Бабулино наследство. Настоящее, неоспоримое, мое.

Читала с удовольствием. Разумеется, мистика не городская. а больше сельская, но хорошо. Хорошо, хорошо, хорошо... занавес. А окончание-то где? Ну, нельзя же так обламывать. Объема не хватило или времени?

Написано не плохо, вопрос о чём рассказ? О полученном в наследство домика, который оказывается ведьминым? Если знаков расширить не хватило, можно в начале много повыкидывать.
затянутые начало и середина, с оборванным концом..
В общем концовка всё испортила. И испортила рассказ полностью. Даже,что за книгу ГГ нашла, можно было раскрыть больше и интереснее. к слову такие дома не ведьмины - скорее ведуньи. И охотников такой домик купить будет не мало.Но эт я уже придираюсь.

Автору удачи.

Строго говоря, городская мистика тут притянута за уши так, что они отрываются. Сельская, сельская - даже деревенская она тут, по всем канонам.
Да и сам текст больше напоминает вступление-затравку к какому-нибудь женскому мистическому роману из серии, наподобие "Руны Любви". Растянутая преамбула, где нас тыкают носом в "город это, го-род, поняли!", долгие, затянутые описания, которые не играют ни на мистическую составляющую, ни на развитие сюжета.
В общем, создалось ощущение, что кто-то просто под конкурс откусил начало у своего женского романа.
Но, несмотря на то, что рассказ не очень-то и удался, роман бы я почитала. Написано-то неплохо.

Затянутая экспозиция, которая ничего не дает, а только топит в ненужных деталях.
Для такого малого рассказа - немало описаний избыточных действий бытового характера: помыла руки, чего поела и прочее.
Отсутствие конфликта, и как следствие - финал ни о чем. Про всякие интриги и саспенсы молчу. Цельной истории нет.
Идеи рассказа я не уловил. Ну ведьма и ведьм ( у нас пол-офиса ведьм порчу насылают). И чего?
Какое-то аномальное количество предложений, начинающихся с "А" - режет "слух".
А так написано нормально в целом, если просто как текст оценивать.
Удалось передать атмосферу, описания нормальные, героиня не картонная, позитивное настроение создается.
В целом впечатление как от затравки к роману или повести, но совершенно не как от рассказа.

Семейные ценности есть. Мистика... вроде и есть, но для неё манера выбрана неудачная - как в каких-то "женских иронических детективах". Ну, и что там за фолиант? темнит автор. К тому же, деревенская низовая магия - она не на дорогущих фолиантах в переплёте из человечьей кожи, она - из уст в уста, точнее, из уст в уши.

Мне понравилось. Читала, не отрываясь. И даже как-то воспрянула духом. Теперь средний балл поднимется, а то он у меня на данном этапе ниже пяти.
Побольше бы таких рассказов. Спасибо автору.

А продолжение будет?

Хорошо написано, но очень четко видно, что автору не хватило объема. Скорей всего резанули по живому. Из минусов, очень тяжеловесный эти Мироновна и Митришна. Хотя логически обосновано. Удачи автору.

Совершенно согласен с предыдущими постами, больше похоже на вступление к роману.
Концовка обрывается.
Город? Ну, не знай.
Мистика? Ну, не знай.
Читалось легко, но описания дома, природы показались чрезмерными, а потому и нудными. Потому и складывается впечатление, что это не рассказ, а начало чего-то большего.

Мне, как и предыдущим читателям, непонятно зачем нам весь рассказ очень подробно, чуть ли не по отдельным движениям, рассказывают что героиня делает и что она купила. Похоже и правда кто-то просто выложил начало женского романа. По тексту - очень много односоставных предложений. Текст превращается в телеграмму. Правильно используемые они порой очень точно вписываются в структуру текста и замечательно передают эмоции, красят текст. Но не в таком количестве.
И обломали вы всех с этой книгой в конце.

Этот рассказ сегодня сделал мой день
Когда мне станет скучно и грустно, я обязательно вернусь к нему: это лучшее средство от бессонницы.
Судите сами:

– моя рожу тожу на отца похожу.

– прочь сомнения, автор! Если ты не знаешь точно – никто уже точнее знать не будет. Зачем вводить меня в ложное заблуждение?

– отличное построение фразы: теперь мы знаем, что у Буратино в каком-то месте были завитушки. Причем, золотые.

– автор явно заметает следы, чтобы читатель не добрался раньше него до заветного домика.
– это всё, что вы должны знать о дорожном строительстве.

– Мало того, что героиня заблудилась трех соснах повествования - автор описывает подступы к ветхому наследству избыточно подробно – так она еще умудрилась по дороге нырнуть в овраг и исследовать дно.
О сколько нам открытий чудных готовит просвещенья дух!

Ох, мать! Наконец-то это дошло и до тебя! Хватит уже растекаться мыслями по грязи: давай уже, двигай сюжет дальше! Я уже палец сломал, от скуки в носу ковыряючи.
- какие-то совсем не строительные ассоциации полезли мне в голову: пора наложить на себя епитимью.

– это ваше описание унылое и непознаваемое. Побитое недавними заморозками. Ну сколько же можно ходить вокруг да около?!

– Вы победили, автор: я тоже тоскливо свесил головку. На глазах у знакомой крапивы.
– Похоже, что в миру Вы ботаник!
От этой зеленой тоски у меня тоже деперессивно поникли и забурели семенные коробочки.

– Да, давайте меня ещё канцеляритами придавите, чего уж там. Все равно мне не выжить к концу.
*депрессивно поёт* Головки спрятали-и-ись, поникли жгутики-и-и…

– никому не рассказывайте, автор, об этом «кое-что». Советую унести сие знание со мной в могилу. Недолго уж осталось.

Острастка - это угроза, суровое предостережение, запугивающее наказание.
Да вы колдунья, матушка! Салфеткой вращаю - микробов стращаю. Наследников навещаю.

Кули – это китайские наёмные работники или батраки. Зачем они здесь должны проходить, да ещё с гарантией?! Я вам отвечу: это началась мистика.
Тум-тум-тум-тум-тудум-тум-тудум… A Long time ago, in a galaxy far far away...

– Пытки Святой Инквизиции – ничто, по сравнению с чтением газетных вырезок, плохо скрепленных канцелярским клеем. Ваше счастье, автор, что я латентный мазохист.

Бреду по тексту дальше, уже не обращая на заунывное – как песнопения акына - описание окружающей среды, кисло улыбаюсь по дороге гомерической шутке «все движимое[имущество] кто-то уже двинул», не реагирую на разрушенную логику поступков героини: сначала ставит чайник и подметает, а потом внезапно вкручивает лампочку в потолок, и вдруг спотыкаюсь о прелестные вирши, зарифмованные по принципу «ботинки-полуботинки»:


Еле выйдя из поэтического оргазма и всё еще вздрагивая по дороге, упираюсь в соседку, которая обрушивает на меня (вместе с автором), внезапный диалог - такой бесконечный, по сравнению с глубоким молчанием в первой части, что мне приходится перечитывать его дважды, чтобы успеть перестроиться на новую подачу материала.

К чести автора должен признать, что финальный диалог с бабулькой получился несоизмеримо лучше, чем вся предыдущая мутотень вместе взятая.
Отсечь палашом к свиньям собачьим, и то пользы было б больше.
Это у нас условия суровые: шаг влево от читки – проклятие В.А. до конца года.
А слободный гражданин страны советов давно бы запулил книгу куда подальше - на первой же свесившийся головке.

Вобчем, секатор Вам в руки, гражданин/ка хороший, и пропалывать текст до морковкиного заговенья.
Авось толк выйдет.

Как ни называй райцентр городом, а всё равно деревня останется деревней.

- автор пошёл на поводу у авторов небезызвестной в прошлом песни. А вместе с тем: Палиса́д, или частокол (фр. palissade, итал. palizzata, лат. palus) — препятствие или стена из ряда столбов высотой в несколько метров, вертикально врытых или вбитых, на 1/3 своей длины, в землю вплотную или на небольшом расстоянии и соединённых между собой для прочности одним — двумя горизонтальными брусьями. Так что окна не могут выходить в, они выходят на.


- не ахти какое сравнение.

- вы автор хотите показать, что героиня ваша чистюля? А как же она ночевать в такой грязи неприбранной осталась? Хлорочкой всё не обработала?

- Вопрос: как она разглядела асфальт, от которого ничего не осталось? Ещё вопрос: вы знаете, что такое гравий? А булыжники? Это же НФ получается - из гравия спрессовать булыжник. И всего-то лет двадцать прошло...

Очень много вопросов остаётся после прочтения, хотя рассказ, тем не менее, нельзя считать неинтересным. Откуда взялись матрас и дрова? Какая всё-таки связь у героини с наследодателем? Какой основной конфликт в рассказе, окончание которого безнадёжно слито? Я тут только губу раскатала: ну сейчас начнётся, а тут - бац и конец. И - да, фолиант как-то не дотягивает до простодушной деревенской травницы. Говорю не по наслышке - одна из бабушек у меня такая была.
Удачи на конкурсе.

Рассказ глубоко тронул правдивостью и посылами. Пятистенник. Если кто помнит, 90 градусов= смертельные углы, сделанные на смерть.
Да, длинновато, да, необязательно. Да, 57 союзов "а" +/-... А я счастлив! Закрываю глаза на недостатки, когда почувствовал душу, искренность, наличие Совести. Одно насторожило: воспитанники детских домов неужто такие смелые, закалённые? Наверное, попался крепкий экземпляр.
Ой, просто счастлив, и порадовался, что рядом, в одном временном потоке, живут тонкие, чувствительные натуры. Это не отнять, и не купить. Ура!

Такие высокие заборы в деревнях не делают вроде. Это сейчас стали делать, те, кто покупает участки для коттеджей.

Написано хорошо, образно. но читатель только уселся поудобнее, а тут раз - и первая серия закончилась. А второй, сказали, не будет. А зачем тогда, спрашивается, снимали первую?
Причем расписано аж под завязку, можно было бы подсократить и вписать то самое важное, ради чего рассказ, видимо, и писался. Или не было ничего?

Блин, да тут вагон нужен а не женская сумка. В идеале конечно. А в принципе так и бывает.

Мистика я так понял подразумевалась дальше, когда героиня фолиант освоит и со всем разберется. Ну, тоже вариант.

Как по мне, так очень много лишнего. Убери и ничего не изменится. Писала женщина, или стилизовано так. Знал бы, что автор мужчина, добавил баллов за перевоплощение. Да, не просто будет среднюю пятёрку набрать.

поддерживаю, чистая НФ. Чтоб из гравия в булыжник, это надо данный проселок погрузить на километров 15 вглубь земли матушки, чтоб смогли произойти метаморфические процессы.
А в целом, несмотря на бодрый стиль повествования, читать довольно уныло. Интрига прозрачная с самого начала (если вообще можно говорить об интриге), героиня самовлюблённая в лучших традициях современного бытового тренда, жадная и мелочная (может, потому, что детдомовская). Все равно, сочувствовать ей не хочется.
чудеса, происходящие в доме - написаны в стиле "для тупых" (с первого раза не поняли с третьего может догадаются).
концовки просто нет. Ну, нашла она фолиант, его ж ещё прочитать надо, хотя если следовать модели поведения героини, загонит она фолиант на авито, типа, "книга заклинаний, действующая. согласна обменять на маленький красный автомобиль с АВП".

мне вспомнилась, замечательная книга "Бесконечное путешествие" Михаила Энде, там тоже дом подстраивается под хозяина. С момента, как дом признал Катя как хозяйку дома, все понятно. свечи, кот, поленья. Начало,понравилась, где-то соскучилась немного. Соседка не понравилась, какая-то лубочная, и так же говорит, ну да это трудно не спорю - речь стилизовать.

Описания чересчур длинные, но понравилось, что деревня показана глазами горожанки. Удивило, что девушка разбирается в электрических пробках, которые, к тому же, продаются в соседнем магазине. Понравилась концовка про бабушкино наследство, но я ей не верю. Слишком быстро ценности у героини поменялись. До этого о машинке мечтала, а тут вдруг книжку главным наследством считает. Не верится мне в такую резкую трансформацию. А рассказ очень даже неплох!

Завязка женского мистического романа, и это всё.

Интересный, атмосферный рассказ. Правда, города не увидел. Да и мистика - под вопросом... Но литературный уровень - вполне достойный.

Запомнившаяся фраза: "Я фэнтези и мистики столько прочитала, что в ведьм верю. Ну, почти"

Общее впечатление: сначала не понравилось - много подробностей, затянутые неспешные описания, разъяснялки... Дочитала и поняла, что это пролог романа. И это многое объясняет. В романе подобный темп (особенно в завязке) вполне уместен, и детали будут к месту. Для рассказа же это недопустимо, читатель уснёт.

Но, с другой стороны, как теперь оценивать этот текст? Я бы с удовольствием прочитала весь роман целиком. Однако считать это дело рассказом уже не могу.

Плюсы: много ярких бытовых подробностей (я не про гравий и овраги, а про разговор с соседкой). Специфический юмор, который проявляется в употреблении канцеляритов там, где они неуместны - сама так делаю, поэтому понимаю, в чём тут прелесть.

Минусы: героиня слишком долго не понимает, что вещички появляются из ниоткуда.

В двух первых абзацах три раза "а вот" в начале предложения.


Зачем тут "реально"?


В трёх предложениях подряд - пять цветов. Радуга какая-то...

В следующем абзаце - три раза "давно".


Зачем такие подробности? В обоих смыслах.


Любопытная реакция.

Душевно. Читать легко, хотя в тексте косяк на косяке.
А что поделаешь, писал-то о наследной избе горожанин!
Вот она, городская мистика!
Иные критики говорят, где развязка, где финал?
А рассказ логично окончен.
Дама получила дом ведьмы, хотела продать, но теперь сама будет служить людям доброй знахаркой.
Это - дар, семейное достояние, это судьба.
Добрый финал.
Минусы: корявость, нет хорошего конфликта, нет сложного выбора у ГГ, нет хитрой интриги.

Под баян и песню "О Вологде", сдобренную бренчанием гуслей, перестроенных под семиструнную гитару, выехал Тридцать Девятый воин. Скуттер, не слишком удачно декорированный карусельной лошадкой, нёс его. Латы, с первого взгляда поражавшие сходством с натуральными, были скованы из алюминиевых банок и крышек от дачных консервирований. С гербом Избушка-на-Курьих Ножках на крышке от погреба и девизом "Не лепо ны бяшетъ, братие!", вышитом крестиком на рушнике, казался он последователем Валентина Распутина. И нарочито медленно нажал он на акселератор.
Но не проникся мой господин всей пускаемой в глаза пейзанской пылью. Счёл сэр Критик, что Мат.часть легко пробьёт декорации, взятые напрокат у ансамбля им. Александрова. Но пока он собирался "вдарить", соперник уже погрузился в "народную почву" по самое "Не балуйся!" от количества деталей, массы эпитетов и громоздкости оборотов, взывая к многочисленным прототипам, среди коих и "Ученик колдуна", и "Тятька пошутил" (не вспоминая первоисточников, имя коим - Легион). И жаль стало доброму рыцарю - себя, что тратил время на подделку хохломскую, читателей, что увлеклись пустым узорочьем словесным, и самого Рыцаря Фольклора, не сумевшего сочетать вес и красоту доспехов с их надёжностью и весом. И оставил на суд зрителей стенающего Тридцать Девятого сэр Критик, а сам отправился далее.

Душевный тёплый рассказ, который, по большому счёту, трудно назвать оконченным произведением. Это лишь завязка повести или романа. Этот дом, который подстраивается под хозяина, нам показали только мельком. Он должен сыграть важную роль в неких событиях. А вот каких – автору предстоит придумать и рассказать.
Шероховатостей немало, предыдущие критики на них уже указали.

Я не любитель такого вот трансляционного стиля повествования. Но стиль автор выдержал. Написано неплохо, но это точно не моё, так что простите покорнейше. Слишком для меня много мелочей - форма ключей, цвет канавы там и пупырышек на листьях. Это всё к чему? Зачем мне это знать? Меня это не увлекло, а наоборот, оттолкнуло.

Долгая и очень детальная инструкция по передвижению на частном подворье. Пустой и отрубленный от всего и сразу дом, тоже подвергся доскональному анализу. И самое главное: полный перечень того что есть в сумочки. Нужное и не нужное. Лучше бы весь этот объём посветили прямой идеи рассказа. Удачи!

Квест какой-то, только без цели. Пойти туда, теперь сюда, тут подобрать ключ, тут найти способ зажечь свет... Чисто как в алаваровской игрушке или квеструме. Но у игр, в отличии от данного рассказа, есть какая-то цель, сюжет который придаёт смысл бесконечным шатаниям по локациям. А тут описания ради описаний.
Сначала было интересно. Так-то люблю описательность. Однако, к моменту появления "магазинчика-лавочки" всё-таки начала зевать. На зелёных глазах горящих в ночи, встрепенулась. Но, увы... Далее ничего в общем-то не было. Не самая удачная попытка, либо вступление к основному сюжету.
Тут бы описания прополоть, какой-то конфликт добавить да завершить логично. Так-то текст неплох, просто избыточен и пассивен как не поднявшееся тесто.

Похоже, мир, который описывает автор, ему не чужой. И рассказ получился живой, настоящий.
Серьёзный минус: мистического-сказочного совсем мало, есть только ожидание сказки. Рассказ представляется мне цельным и законченным, но как мало фантастики!
Финал славный.

Буду честной – не моё, но буду справедливой – выдержанно, профессионально. Мне было скучновато, но я выслушала, как рассказ приятного симпатичного попутчика. Рука мастера, это бесспорно.

Если совсем вообще, вот о чём подумалось. Купили конфет, а они «Бешеная пчёлка». Так вОт, в мире, где конфеты бешеные, литература, чинно распивающая чаи под мирно потрескивающие дрова, уже невозможна. Это снобизм, или глухота, или остатки, или прихоть... Всё, эту станцию проехали. Как Башлачёв где-то говорит, хватит вышивать крестиком, надо штопать дырявые носки своего времени... Но это, повторяю, совсем вообще. Можете считать придиркой .

Стиль рассказа не понравился. Слишком много односложных предложений и неудобоваримых слов. Сюжет тоже не сильно заинтересовал. Понравилась сцена с котейкой, думалось, вот сейчас закрутиться что-нибудь интересное, но такого не произошло. Только развязка дает простор воображению - а что же будет дальше?

Избушка, избушка
«Пожалейте сироту бесприютную! С малых лет в людях, ел не досыта, спал без просыпа… Недосыпал в общем!!!»
Александрова Татьяна «Домовёнок Кузя»

Какая же хозяйственная девушка – персонаж рассказа. И трудолюбивая, и всё своё носит с собой. Что называется, и коня на скаку остановит, и в э-э-э… ведьмину избу войдёт. Да ещё ко всему прочему сирота – тёщи не будет. Словом, женись – не хочу. Но нужно трижды подумать, прежде чем решиться на подобную авантюру. Ведьмина внучка, как-никак.

Всё уже сказано. Немного почистить, подправить, получится завязка для чего-то бОльшего. Развлекательно и душеотдыхательно.

Бедный, бедный автор! Уже столько народу подписалось на проду! Придется писать "роман с продолженьем", даже если изначально не планировалось и рассказ получился обрубком просто потому, что автор тупо не умеет писать рассказы. Что ни начнет – все "Война и мир" получается. Но с другой стороны, такое "афтар пиши исчо" тоже своего рода успех текста, независимо от его судьбы на конкурсе.

Города за забором не видно, мистика где-то в чулане или в подполе прячется, маскируясь под фэнтези. Семья и ее ценности появляются вместе с неожиданным наследством. И сдается мне, что дом если не купят, так рано или поздно снесут, такие намеки в тексте есть, поэтому главное наследство, действительно, книга и, возможно, котяра-фамилиар.

Что на самом деле написано в завещании? Что в книге? Почему при таком количестве родни, дитя в другом городе позабыто-позаброшено? Почему?.. Вопросов много. Пожалуй, тоже подожду продолжение.

Или напишу (смотрим на левый глаз)

Когда фолиант обнаружился, я сразу понял, откуда уши растут. «Эльвира – повелительница тьмы»! Шутка. Рассказ почти понравился. Все эти плюшки под пение петухов – бальзам на душу адепту дауншифтинга.

Необычный стиль изложения, но напоминает отчет естествоиспытателя о проведенном опыте. Мало описаний окружающего, героиня то в магазине, то в гостях, то в поле и все на одной ноте. Ну и эмоции как-то не прописаны. Мистики маловато, да и семейные ценности спорны.

Рассказ приятный, теплый. Мне понравилось. Хорошее послевкусие. 7 бальцев

Хорошо, но лично для меня монотонно и длинновато.

Приятный стиль, читается легко и просто. Ощущения после первого прочтения остаются самые приятные, но при втором уже начинают вылезать блошки. Впрочем, автору удаётся увлечь... И, повторю за большинством: действительно больше походит на пролог романа. Или его предысторию...

Начало читать было тяжеловато, но потом втянулась. Сам рассказ понравился. Только речь героини слегка неудобна. И небольшая придирка с печкой: чтобы её растопить, надо знать, как она работает, иначе легко угореть. А откуда Катя это умеет, если она чисто городской житель? Но это так... от балды что ли Я ещё ни у кого не встречала описания растапливания печи. Мистика есть, ценности есть. Как понимаю, героина раздумает домик-то продавать?
Творческих успехов автору.

Опять: "залажу" под одеялко! Блин, писатели же! В начале рассказки путаница во временах. Читал, кстати, с интересом. Удачи!

Есть в таких очень женских вещах, что-то гипнотически умиротворяющее. Оно тебя посылает в глубокий транс. Что все теперь будет хорошо, надо только полы помыть и еды притаранить. Вот она убралась, жрать нечего пошла в магаз, поела печеньки, о картошке подумала. И так жизнь прошла, и думать не надо. Нет грешу, надо, но о дровах, соке, заборе, коте.
Написано неплохо, но в нем нет ни одной мысли, ни одного движения души, нет даже обыкновенного любопытства к миру. Вот отдраить дом, обустроиться и выйти замуж за местного агронома-вдовца.

Читается легко и приятно. Что-то обыденно-мистическое.
Интересное наследство получила ГГ.
Мне показалось предсказуемо.

Рассказ о молодой девушке, действие в современном сеттинге, поэтому читать было интересно. Первая часть (до разговора с соседкой) получилась длинной и повествовательной, с рассуждениями гг что она делает, что она думает и что вокруг. Рассказ легкий и одновременно простенький. Получила в наследство домик бабушки-ведьмы. Но как-то все чересчур воздушно: дровишки, кармашки, печеньки с соком. Слишком просто. Мистика слабенькая.

Бывает же.. вроде написано гладко, но нет изюминки.. впрочем гораздо лучше криво-косо-безобразно написанного.. пусть лучше так, чем графомань безграмотная... Почему бы не совместить стиль с интересным сюжетом.. Извините за банальность..

"Что ли" выделяется запятыми.
Язык достаточно неплохой, стиль на любителя, иногда мелькало канцелярит, неловко притворяющийся иронией.
Рассказа нет, есть начало чего-то большего

Я вот никогда не понимал зачем нужно описывать кааааааждый шаг, движение и впечатление героя, причем делать это так, чтобы уже ко второму абзацу текст без зевоты невозможно было бы читать. Ладно, если бы этот созерцательный темп прерывался внезапно, встряхивал читателя, тем самым создавая некий забавный контраст. Но здесь просто вода-вода-вода. Какое-то одно большое полотно первого приезда в пгт, и про собачку с котиком. И, внезапно, хлам бабки-ведьмы . Всем бояться. Ну, ок. И чего?

Странно, что она всё-таки не поинтересовалась, кем же ей приходится та "старушка".

Неторопливо развивается действие... Одно описание избушки на три абзаца растянулось... А как что-то интересное началось, так рассказ-то и закончился...