Господин де Пре жил напротив техникума, на лавочке, деревянные планки которой хорошо прогревалась днём и до сумерек хранили тепло. Высокий, все еще статный г-н де Пре был выходцем из семьи французских буржуа, имел простодушное и, несмотря на пожилой возраст, моложавое лицо. Приехав юношей в село Верхний Рогачик Мелитопольского уезда в первой половине двадцатого века, он успел завести хозяйство, жениться, вложить все сбережения в пароходное дело, прогореть, развестись и познакомиться с рыболовством, отрабатывая боцманом закладную на свой дом, который был разрушен при землетрясении. Впрочем, всего этого г-н де Пре не помнил, как и обстоятельств, при которых воспоминания покинули его. Оставшись без крова и памяти, он не унывал, жил одним днем в своем Верхнем Рогачике, находя радость в простых вещах: беседовал с дворниками, подметающими улицу; радовался солнцу, прохожим, детям и птицам, поющим по утру, и не задумывался о зиме – просто жил, заливая грусть о том, что нет у него близких.
- Как хорошо вино, - повторял г-н де Пре, смотря вдаль, – и как отвратительно похмелье…
- Мое почтение. Вас зовут Жан де Пре? – однажды отвлёк его от мыслей смуглый мужчина лет сорока с седыми волосами, зачёсанными набок, будто волна на картине корейского художника Кима Когана.
Г-н де Пре не помнил, как его зовут, но имя ему понравилось. Он пожевал губами, пробуя на вкус, втянул ноздрями воздух. Сухой терпкий – стареющего дерева – его запах и лавочки, на которой он решил скоротать остаток своей жизни, от мужчины же явственно пахло машинным маслом.
- Может быть, - честно признался г-н де Пре. – Не помню.
- Парле ву франсе?
- Уи, но лучше на русском.
Мужчина кивнул и сел, вытянув ноги, как делают люди, уставшие от долгой ходьбы.
- На меня вышли ваши родственники. Я историк, исследую прошлое.
По улице прогрохотал грузовик, и г-н де Пре вздрогнул, как будто тяжёлая туша не пронеслась мимо, а въехала на полной скорости ему в спину. Бывший боцман часто задышал, хватая побледневшими губами смесь дизельных выхлопов и щебета птиц.
- Родст… венники? – еле выдохнул он. – Но как?
- Написали письмо. Они должны прибыть на вокзал с минуты на минуту. Вы будете тут?
- Да.
Заметив боль во взгляде Жана, историк пробормотал «сейчас-сейчас», торопливо погрузился в кабриолет неопределённого цвета и умчался.
Ветер обнимал деревья, раскачивая зелёные макушки, кружил голубей над сквером. Тротуар плавился под лучами раскаленного солнца.
Г-н де Пре проводил взглядом автомобиль историка, после чего привел свою одежду в порядок – почистил сапоги, пригладил рубаху, отряхнул брюки. Расчесав бороду деревянной расчёской, он по-военному выпрямился, его и без того прямая спина стала как жердь. Чтобы унять дрожь в руках, г-н де Пре схватился за перила. Не помогло. Тогда он встал и обошёл лавочку кругом, заложив большие пальцы за ремень, как делал, когда дежурил на рыболовной шхуне.
Солнце мягко опустилось за горизонт, окрасив облака в пурпурный цвет.
Кабриолет историка вернулся, когда г-н де Пре сидел на лавочке, поджав под себя ноги. Босиком. По заросшим щекам г-на де Пре беззвучно катились слёзы. Он не слышал, как к нему бросились родственники, пока не почувствовал крепкие объятия и аромат изысканных духов. Двое мужчин с лихо закрученными усами, крупная женщина и тонкая девушка, за которой увязался щенок. Г-на де Пре окружил шум, гам и неумелое тявканье. Казалось, что старые доски не выдержат напора и развалятся, но лавочка приняла темпераментных гостей, скрипнув скорее от удовольствия, чем от испуга. Выбежавший из автомобиля историк, не находил себе места, пока г-н де Пре, освободившись из объятий, не обратился к нему с вопросом, беспокоившим его с самого начала их знакомства.
- Но как вы меня нашли?
Голос историка прозвучал, как ветер в пустыне.
- По петиции, подписанной жителями Франции, с просьбой вашей депортации из страны. В юности вы отказывались есть лягушачьи лапки…
Воцарилась неловкая пауза, г-н де Пре виновато посмотрел на родственников, ожидая осуждения, но так и не дождался.
- …тем самым нарушая традиции. Но лягушачьи лапки в прошлом, теперь, чтобы подтвердить французское гражданство, достаточно в людном месте съедать каждое воскресное утро по одному круассану, запивая его чашечкой кофе. Вы согласны?
Г-н де Пре поднялся и прислонился к дереву. Он не любил круассаны и горячий кофе, терпеть их не мог, но это было и неважно, он готов был съесть все круассаны в мире, чтобы снова оказаться рядом с близкими. Г-н де Пре вдруг понял, что закончить жизнь на лавочке в селе Верхний Рогачик Мелитопольского уезда было преждевременным решением, несмотря на радость общения с дворниками, людьми и птицам, поющим поутру. Г-н де Пре вздрогнул. Его пронзительный взгляд скользнул по тихой улочке, зелёным деревьям, лавочке, упёрся в историка, а потом г-н де Пре потупился и громко крикнул, да так, что на другой стороне улицы заголосили бродячие собаки.
- Я согласен на эти чёртовы круассаны и кофе!

А так шикарно начиналось. Финал как говорится слит. Написано хорошо, единообразно. Эх.

Что-то вроде анекдота. Довольно милая байка, даже как будто откуда-то знакомая. Про лягушачьи лапки только уж перебор.

Вот нечего мне вынести из этого текста. Даже интересно не было.

Какая-то беда на конкурсе с финалами. Вот и герой живой, и мир настоящий, а сводится к ерунде. Побольше, может быть, надо было дать о том, как вдруг проснулась память, вспыхнула, вернулось своё Я.

Если повествование ведётся в фокале ГГ, то:
не мог он о себе думать, как о бывшем боцмане
и про шхуну тоже.

Фарс из клюквенных круасан с лапками оставил неприятное впечатление.

Написано приемлемо, хотя и не без недочётов. Читалось со всё возрастающим интересом. Именно поэтому в финале появилось ощущение, что меня обманули. Зачем было превращать достаточно многообещающую историю в фарс?
Обиделась. Выражу это оценкой.

Шикарное бархатное начало. Все компоненты были: герой, таинственный незнакомец, забытое прошлое.
И реально слитый финал в какую-то ерунду. Не состоялся рассказ. Ну бывает...

Начиналось отлично закончилось, увы, не очень. Но я о другом, я о штампах. Круассаны, лягушачьи лапки - насколько всё замшело, также как и медведи, ходящие по улицам русских городов и хлебание щей лаптем в России. Вот честное слово, будь я французом, вызвал бы автора на дуэль на лягушачьих лапках, а так пойду уж лучше щи лаптем похлебаю.))

Писать автор, безусловно, умеет. Детали, образ самого героя, окружающее пространство... Как говорит дочь одной знакомой: "Шикардятина!" Но... А с сюжетом-то что? С идеей? Идея в том, что если есть круассан с кофе по утрам, то получишь французское гражданство? Тогда можно я лучше буду есть сосиски с пивом? В этом, видимо, и есть весь фантдоп. Как-то печально, такой образ загубили... Могли бы лучше.

М-да. Разделяю всеобщую обиду на слитый финал.

Осталась непонятной причина потери памяти. Может, это подсознание дало ГГ возможность лишиться французского гражданства, чтобы не есть нелюбимые круассаны?

Автору удачи.

№32 Ле круассан

Фантдопов тут два: выдворение из страны за отказ поедания лягушачьих лапок, а второе - отказ от этого правила, после которого все родственники депортированных ломанулись собирать бывших ренегатов и инсургентов по всему миру, чтобы вернуть их на историческую родину. Допустим, я долго закрывал глаза на откровенную бредятину (если, собственно, ради этого и затевался весь сыр-бор), но на откровенный ржач меня пробило упоминание среди родственничков щеночка, добавленного, думаю, для пущего драматизма ситуации. Но со мной подобный трюк не прошёл. Кем там этот щеночек приходится г-ну Пре? Ну, а окончательно убило только-только зародившуюся симпатию к этому новоявленному Депардье желание Жана променять Россию, пусть и в зачуханной провинции, но где он, согласитесь, пребывал в относительном счастье и благополучии, на переезд в Париж, который, на минутку, в своё время выставил из страны, причём по нелепейшему поводу, из-за чего пришлось соглашаться терпеть ненавистные душе круассаны. Значит, лягушьи лапки он принципиально не ел, а вот поманили печеньками, и всё бросил. Жалкий типок. На кол его, я имею в виду рассказ. Но даже если вообразить, что перед нами откровенный стёб, то шутка юмора не удалась. По крайней мере, с моей точки зрения.

Пы Сы Если только в данной миньке не зашифрована известная поговорочка: "увидеть Париж и умереть".

Задался вопросом, а что более насыщает: сuisses de grenouille или-таки croissant ? И вообще, что из этих блюд лучше отражает национальные особенности? Хотя-а-а... У нас, вон, украинский борщ и космополитские оливье с пельменями постепенно символами "русской кухни" стали, верно? И на что люди пойдут за идею, близкую желудку, а?!
Отсюда вывод: рассказ заставил думать - хороший рассказ! Всё остальное вторично, на мой вкус.

Текст оставил ощущение солнечного дня, и еще, пожалуй, легкий привкус тающего масла на теплом французском рогалике – автор стилистическими средствами сумел внедрить эту нежную картинку в восприимчивый читательский мозг. Присоединяюсь к Ябадзину – шикарное бархатное начало.

Финал не выстрелил, это очевидно. Кажется, автор привык к широкому письму, с деталями и подробностями, а тут – бах! – и 5 тыс… отчаянно не хватило знаков, пришлось комкать сюжет.

Тема присутствует – счастливчик есть, родственники у г-на де Пре нашлись.
Фантдоп минимален – депортация за отказ вкушать национальную кухню.

А вообще, думаю, это больше сказка – какая-то очень добрая штука получилась, хоть и без феерического финала.
Удачи!

Вздрогнул, как будто грузовик на полной скорости въехал ему в спину?
Главная проблема рассказа, я считаю, в том, что одна пусть не тривиальная, но понятная и более-менее земная интрига с потерей памяти без всякого предупреждения объединяется с другой интригой из другой оперы, я имею в виду абсурдную историю с лапками, круассанами и депортациями из-за кулинарных предпочтений. Читатель практически выбрасывается из одного жанра в другой, из одной проблемы в другую, из более-менее серьезной в фарсовую, и обе они скомкано разрешаются водевильным каким-то макаром. Так-то написано неплохо.

Говорят, лягушачьи лапы по вкусу напоминают курицу.
Бедный герой - ни одно национальное блюдо ему не нравится.
Если ещё белорусы откажутся от картошки, то пора перезагружать мир

А ещё так говорят про крокодилятину, про мясо раковин-перловок, про... в общем, всякая условно-съедобная хрень, видимо, имеет вкус курицы. Рассказ создан очень хорошим языком, но на довольно невзрачном сюжете. И что это за многажды повторённое "г-н"? Неужели по-другому никак? Нет, ну интуитивно я понимаю, что имеется в виду "господин", но ведь, в зависимости от настроения оно может быть расшифроывано и как гражданин и, как штопанный...контрацептив

Это вы явно еще не читали "Футбольную страну"...

Нужно было его ещё и на луковом супчике протестировать.

Одна лишь курица вкуса курицы уже не имеет.

Присоединяюсь к вышесказанному. Начало обещало, финал слит, в промежутке абсурд, очень хочется в Париж.

Согласна. И лягушачьих лапок. И свежих круассанов утром (только не самой за ними бегать, а чтобы в койку принесли. Нет, лучше на балкон с видом на Сакре Кёр). Ладно, могу сама до кафешки дойти. Есть там внизу, через дорожку от лестницы, милейшее заведение. И, главное, по утрам уличные столики на солнце.
А ведь есть что-то в рассказе, раз такие эмоции вызвал.

Фигня полная, эти лапки, на жирную водянистую курицу похожи.
Вобще же, моя реплика к впечатлениям о рассказе относилась (хотя в Париж, конечно, тоже неплохо б). Я конечно не знаю, о чем там автор себе думал, но при чтении мелькнула мысль, что он просто тупо хотел в Париж и выплеснул это дело... на клаву :^)

Читывал, будто человечинка имеет вкус говядины...

Бунтовал по молодости. Выгнали на чужбину. Потерял всё, в том числе и память. Осталось только ощущение необходимости чего-то важного, чего-то родного. И вроде всё хорошо, какой-никакой баланс найден -- и тут удар в нерв.

Появилась надежда. Да, смешные родственники, но ведь как любят. Целуют бомжика, которого скорей всего и не видели раньше никогда. Им-то он зачем?

Мало ли что ему раньше не нравилось, есть вещи в жизни посущественней, ради которых и потерпеть можно. Да что угодно можно потерпеть, хоть и круассан с кофе.

Кружева. Я бы сказал, автор плёл кружева -- лёгкие, изящные. А потом накрыл ими стол: садись, читатель, изучай меню. Шутка на столе. А в каждой шутке...

Разве приставка "де" - не есть признак дворянского происхождения? Почему у месье военная выправка, если он не служил в армии? Я очень не одобряю миниатюры, в которых пересказывается вся биография героя, вместо рассказа о некоем ярком эпизоде из его жизни.

Может, у него папа военрук?

Забавный способ подтверждать гражданство -- соглашаться поедать блюда национальной кухни. Ящитаю, что фантдоп именно в этом. Как бы альтернативная реальность, где вместо паспорта и таможни что-то вроде формулы принятия ислама... И да.. таки нужно будет не только поклясться, а и ежедневно подтверждать на деле, как намаз.. Забавно, забавно...

Написано вкусно-то так к тому же... Хм... Ну ладно, пусть тоже победит, как и "Дурак"...
Вот только вопрос стал мучить: а что русскому потребовалось бы в качестве подтверждения своего гражданства?

Написано хорошо и живописно, хотя с лишними ускорениями сюжета, но свелось к анекдоту вместо финала. Обидно

Нууу, всё же так красиво было, так классно, я уже реально думал, что вот он, победитель, и тут какая-то бредятинка про лягушачьи лапки и круасаны. Я так ждал какой-то трогательной, или драматичной развязки, а получился анекдот. Да и фантастики нет. Эх.

Известный британский журналист Фо с целью подобной маскировки стал более известен, как писатель Дефо. Осталось разобраться с Джонни, Воробьём нашим, Деппом!

Париж, Париж - приют моей любви печальной,
Над Сеною ползёт туман, фатой венчальной.
Химеры Нотр-Дама замерли на крыше,
Рассвет уж недалёк и солнца луч всё ближе.

Взметнувшись искрами над черепицей крыш,
Он осыпает блеском золота Париж.
И снова град Гюго, Дюма и Мопассана
Во флёре свежеиспечённых круассанов.

И просыпается Париж под запах сдобы,
И кофе аромат - совсем другой, особый,
Врывается как бриз в окно моей мансарды,
Под звуки вечно шумного Монмартра...

P.S.
А вечером, обувшись в тапки,
Пожарим лягушачьи лапки...

Автор явный мазохист. это очевидно. Как в анекдоте, как два мужчины с виду, а по сути дамы мечтают о футбольной карьере. "И я забиваю гол в собственные ворота! И все кричат ...!" Вот так и тут. Такой мощный размах, так прямо напрягся, ожидая развязки. И что мы видим? Поэтому крикнем - мазохист!!

Твист в концовке, конечно, абсурден. Однако, если принять правила абсурда, то получим историю о человеке, который ставил свой вкус и, стало быть, свою свободу выше установок общества (не ел лягушачьи лапки), был за это изгнан, но потом осознал, насколько хуже одиночество, переломил себя и вернулся в общество. Таким образом, при таком ироничном повествовании внутри сидит, в общем-то, печальная история. Напоминает сказки, где всех съедают, убивают, морят голодом и т.д., но при этом они все-таки для детей.
В итоге, интересная подача? Безусловно. Хорошо написано? Конечно. Понравился рассказ? Не очень.

Согласно забавной статье, которую наш израильский спортивный комментатор написал в местной газете про кулинарные впечатление от Мундиаля, это... укроп! Он был просто поражен количеством укропа, которое попадало в его еду. В Израиле многие ненавидят вкус и запах укропа, и для такого человека русская кухня действительно может явиться испытанием.

Поверил во француза, живущего на лавочке, но в остальное... Хм...

Опять хорошая завязка...но нафига было пихать лягушачьи лапки и круасаны? Эх, автор, автор...а пишите же хорошо

Опять финал испортил лично для меня всё. Даже несмотря на пояснения такого поступка.
Но хочу отдать должное - мне читать было легко.

Как-то ни о чем. Не вызывает ни жалости ни еще чеголибо. Типичная история восединения. можно былобы и интереснее 2 бала

Такая весёленькая байка. Мило, приятно, ненапрягающе. Что-то в этом определённо есть. Правда, можно было больше раскрыть, но, наверное, вы не уместились в знаки. Подумаю над оценкой, но не ниже тройки точно)

32. Один из немногих конкурсных текстов, от которого осталось хорошее послевкусие. Язык тоже не вызывает серьезных нареканий. Герой убедительный.