Суккуб — демонесса похоти и разврата, посещающая ночью мужчин.

Бывшие жёны оставили Петрову чуток нервов и много опыта. В свои пятьдесят с гаком он понимал: женщинам свойственно опаздывать. Проблема была в том, что Инесса не совсем женщина. Точнее, вчера она себя показала, как женщина, да ещё какая! Он мечтательно прикрыл глаза, вспоминая запах серы и ритмичные горячие движения из прошлой ночи. Жёны его тоже кое-чего умели, не так, конечно, но хватало. Что странно, обе ласково звали его жеребчиком. Очень быстро он понял, что это какая-то хитрая словесная магия — он пашет денно и нощно, как запряжённый, а ночью эти ведьмы ещё и ездят на нём. Круг мелом и читать — не помогало, только кровавый развод.
Вчера в пыльной холостяцкой комнате запахло чем-то новым: серой, а заодно в свете ночника появилась бледная голая женщина, с чёрными волосами и чуть более округлыми формами, нежели сейчас модно. Петров икнул, моргнул, но не помогло — женщина лишь захихикала, да зыркнула углями глаз. Тут он, как преподаватель истории и прожжённый материалист, быстро сообразил, что это всамделишная суккубишна. А раз случилось такое невиданное дело, то наука требует от него полного самопожертвования и проведения эксперимента на людях.
Что он с удовольствием и сделал. В процессе узнав, что суккубишну звать Инесса.
Под утро, когда он истомлённый лежал в кровати, да глядел на Инессины потусторонние округлости, она вдруг грустно попрощалась и принялась исчезать.
— Приходи завтра, в это же время, — крикнул Петров, вроде бы заметив ответный кивок.
Проснулся Петров в обед, в совершенно бодром, можно даже сказать юном, расположении духа. С циничным удовлетворением увидел на телефоне звонки — он проспал пары. Не только же студентам сачковать? И рысью побежал в магазин за красным вином, мясом для стейка и прочими важными вещами. Возле кассы он думал, что это с ним? По всем признакам — влюбился. Старый хрыч! Хотя нет, зрелый, в самом соку. Петров глянул на своё отражение: ну чуть заизюмленный.
Нынче Петров сидел в кресле, закрыв глаза, а коварный стейк лежал на столике и тревожил обоняние и мысли. Всё-таки кажется он чуть подгорел…
— Ой, Александр. Вы это всё для меня приготовили? — залепетал бархатный голосок Инессы.
Петров понял, что просто задремал, а стейк не подгорел, это пахло серой. Он раскрыл глаза и увидел вчерашнюю нимфу, сошедшую с картин. Стеснительную, неустанно краснеющую, но чудным образом весьма профессиональную в своём деле женщину. Глянул на часы — а ведь она пришла вовремя!
— Да, я вас ждал. Отужинаете? Расслабьтесь, Инесса, будьте как дома.
— Точно, можно расслабиться? — пугающе спросила она, пальцами зажигая свечу на столе.
Петров кивнул. Инесса исчезла и тут же явила другой свой облик. Меднокожая, с глазами цвета вишни, она обнажила клыки в надменной улыбке и словно плетью щёлкнула тонким хвостом. Петров, к своему удивлению, даже не вздрогнул: вспомнил, что пряталось под миловидным лицом его первой жены, и как это с каждым годом неотвратимо проступало, искажало, извращало когда-то любимые черты. Так дерево с гнилым нутром, покрывается трещинами, через которые грибница кокетливо обнажает свои половые органы. А тут всё было иначе, Петров пока ещё не понимал как, но чувствовал, какую-то горечь, словно только улыбка и настоящая, а надменность, облик этот — словно кожа лягушки-царевны, надобная чтобы не заклевали на болоте.
— Ну чё, Сашок, как я тебе сейчас? — с издёвкой спросила Инесса.
— Весьма, необычно, — пробормотал Петров.
Инесса хмыкнула и процокала копытцами к столику. Села было на стул, но тут же чертыхнулась и вскочила, потирая примятый хвост.
— Раз уж вы можете тело изменять, почему бы без хвоста не обойтись? — удивился Петров.
Она присела на краешек стула. Будто скромная студентка, решил Петров. Тут же расставила ноги и, цапнув стейк когтистой рукой, ответила:
— Ваще могу, но для людей, понимаешь, я ещё та демоническая сучность. Они меня отакой представляют. Потому, так мне не напряжно, а даже убрать хвост, это уже надо париться. Подруга, как-то брехала, что офигенно давно, когда она ещё была жива и в лупанарии работала. Не помню где, то ли в греции это, то ли в риме. Так вот, тогда для народа мы были чё-то типа нимф. Потом стали феями. А нынче одна тоска — почти всё в нас видят крупный рогатый скот.
Петров приметил, что рогов у неё и нет, но решил тактично промолчать. Она кокетливо держала стейк двумя пальцами, откусывала, а потом задумчиво жевала, глядя, как мясо качается между когтей.
— Ты когда-то жива была? — Петрова смущал этот вопрос, но хотелось побольше узнать о Инессе.
— Типа того. Лет двести, наверное. Один чёрт, я ничего из жизни не помню. После смерти я шаталась по земле офигевшим духом. Яж думала куда-нибудь попаду. А хрен! Тупо залипла на земле. Куда идти, чё делать? Люди меня не видят, наших тоже никого на горизонте. Заглядываю в дом, там мужику в мечтах баба грезится, ну я взяла да и явилась ему. Чёрт его знает, как оно вышло. Потом, когда нагрезился, он и ляпнул, чо я суккуб. Да и чёрт с ним, думаю, хоть в ад попаду. Ага, держи карман шире! Никуда я так и не попала. А знаешь каково это, вечно мотаться? Тоска. А как явишься кому, раз суккуб, так потрахушки…
Инесса облизнулась раздвоенным языком и пригубила красное вино из бокала.
— Потому я и болтаю тут с тобой. Ты ненапряжный какой-то. Всем что-то надо, а с тобой легко. Даже выглядеть им надо по особому. Один чувак грезил демонессой с какой-то картинки, а там, блин, рога ого-го! Хоть и полые, а, один чёрт, не лёгкие. Тот бы худойжник, что их придумал, сам бы эту херь на голове потаскал! И так всюду. Лет пятьдесят, наверное, как я ни с кем не жрала. Чёб поболтать, без секса, это с десяток лет. А уж просто поспать, у-у-у, эт наверное вовсе никогда не было.
Ещё долго она говорила, а Петров слушал. У него появилась идея. Когда ужин закончился, и они легли, он нежно погладил её волосы и прошептал:
— Давай сегодня просто поспим? Хорошо?
— Окей, Сашок. Ты чертовски классно готовишь. Мне щас ваще лениво чё-нить делать.
Петров улыбнулся от переполнявшей его радости и шелудивого хвоста, что щекотал бёдра. Она сладко засопела, а Петров тихо перевернулся к ней спиной. На всякий случай — чутьё подсказывало, что этой ночь ну никак нельзя, иначе она уйдёт.
Проснулся он под утро, тихо выполз из под одеяла и, бросив тёплый взгляд на её чёрные волосы, побрёл готовить завтрак. Уронил яйцо и даже не стал убирать. Главное не напортачить с завтраком! Он бдел над скворчавшей яичницей, да краем глаза следил за притаившимся в турке кофем. Представлял себя то рыбаком, что расставляет сети на русалку, то чудным адептом бытовой магии.
И вот он вносит поднос с кулинарным шедевром. Почуяв запах, Инесса выбирается из под одеяла, откидывает растрёпанные волосы с лица… У неё чуть смуглая кожа, карие глаза. Она удивлённо смотрит на ликующего Петрова. Босой ножкой ступает на холодный пол.
— Сашенька, я будто снова живая! — глядит она на себя.
Петров обнимает её. Он то знает, что так оно и есть.

Название с содержанием не очень монтируется, настраивает на что-то очень бытовое, посконно-сермяжное.
Нетрадиционная, утомлённая нежизнью суккуба - забавно. И очень, очень трогательно.
Кто тут контр-культурный? Видимо, ГГ, уставший от традиционных сексуальных отношений, и возжелавший не только качественного секса, но и любви с лаской. И готовый ради этого даже слегка напрячься. Хотя разбитое яйцо с пола мог бы и убрать, не такое уж это и шумное занятие.
Не поняла, почему суккуб говорит на языке городских окраин.
Да, и хвост, наверное, всё-таки не "шелудивый", а шаловливый?
А в целом - весьма.

Помимо похоти и разврата, мужчины, которых посещают суккубишны, хотят чего-то еще. И это их желание действует волшебным образом - превращает суккубишн в обычных женщин.
Суккубишна колоритная, внешность - то понятно как у демонической сучности , но автор одной только речью ее создал яркий образ. Получилась довольно живая героиня. Желаю Петрову и Инессе совета и любви.
Автор: Полупаланник.

Странно звучит речь, когда знаешь, что родилась Инесса две сотни лет назад. Она с тех пор усердно деградировала? Вообще забавно, конечно, и задумка хорошая, и результат в массе ничего такой. Но нет. Нет.

Давышо? Спасибо, просветили.
Юмореска в духе Райкина, когда рассказчик что-то осторожно критикует, мягко иронизирует, и в финале всё венчает духоподъёмной мыслью. Как этот текст связан с темой конкурса?

Единорог. Феи. Ай-яй яй! Ещё и хеппи энд.

Ещё один автор, который надеется, что читатели будут гуглить. Скока можно?

В целом, суккубишна ведёт себя не так как ей предписано культурой (не по демонически!, а искренне вроде как влюбляется).
Причём, сначала подстраивается под клиента и вещает академически. Потом, ведёт себя (и говорит) как заправская шлюха из фильмов. Хотя суккубе то почему бы себя так не вести? Потом, расколдовывается ийшницей. (И снова меняется речь.) К чему бы это?

И ГГ тот еще старый мерлин.

Сначала мне почудилось, что это будет лучший рассказ, чем представляется мне по итогам прочтения. К сожалению, всё в итоге свелось к довольно банальной в наших фантастических зарослях расстановке сил, средств и действующих лиц, таково мое скромное мнение. Мне что-то кажется, что автор мог и глубже, и изобретательней, по-моему, это просматривается.

Жестокие какие науки-то пошли. Пятьдесят с гаком чай не двадцать, на людях можно и облажаться.



Фраза приятная, но запятая все-таки нужна, мне кажется.


И уважение к именам собственным. Еще скажите спасибо, что мы не в Фатерлянде, а то б все существительные пришлось с заглавной буквы писать.


Что тут улыбаться, фукорцином мазать надо, а не то сам запаршивеешь.

Соскучился, милок... Недаром на бывших жен столько пахал. Ну да, может, хоть эта не оборзеет, по крайней мере, поопытнее будет.

А хвост?

Ну вообще-то, если откинуть юморную часть, добрый такой рассказ.

Понравилось. Но чего то не хватило. Сама не знаю чего. Может, гг странно себя ведёт. Сначала жеребчик, иа назавтра еду ей готовит и от секса отказался.

Мне понравилось - название; Александр Петров, на месте которого я почему-то представляла Полудиккенса (в разумных пределах); сам принцип этой сущности. Ну и всё. Речь, как было сказано, у неё какая-то несуразная и несообразная.

Я бы не промолчал.

Я таких подробностей о вашем внутреннем мире не знаю. Уж как сложилось.

Вы не знаете подробностей и о моем внешнем! Слышали, возможно, что-то про красный нос, но, скорее всего, полагаете, что это шутка...

Я слышала, что вы похожи на актера из сериала Глухарь

Не видел, но что-то сомневаюсь... Это по какому каналу - Animal Planet?

Нет, это по Nat Geo Wild.

И что у меня общего с тем актером? Его что, после съемок в ведро?

Суккубишна

Суккуб перевоспитывается и превращается в обычную девушку в обычном э-э-э... обличии? Хотя... Пуркуа бы и нет? На всё воля автора. Впрочем, глядя на то, во что превращались предыдущие жёны Петрова, можно представить, чем всё закончится.

Середина слишком долгая и странная. Финал и зачин хорошие. Странно, конечно, что Петров избрал такой метод, но с другой стороны, если нормальные жены превращались в монстров, то почему бы не опробовать обратный путь. Однако, став человеческой самкой, не утратит ли она свои инфернальные секс-навыки и не повторит ли привычный путь петровых "половин"?

Вот не нравится мне название! Окончание "шна" подразумевает совсем другой возраст, типа "Никитишна". Что-нибудь вроде "Суккубочка", как мне кажется, подошло бы к содержанию больше.

Вот хотела спросить, на которого из них?


Суккубушка

на лысого веселого вроде

Тогда ему вероятно не впервой видеть такое:

Но "Суккубишна" привлекает внимание, например, я сразу понял о чём речь пойдёт и без пояснительного эпиграфа. А вот суккубочка прочно начинает ассоциироваться с некоей бочкой.

А вот это красивый вариант.

О, Мензель. Не ожидала

А говорят - новых сюжетов не бывает. Десуккубинизация, путем приручения домашним уютом. Или это уже было сто раз, просто я не читал? В любом случае, мне понравилось.
А это вообще круть:

Главная, насколько понимаю, мысль рассказа, что после двух отечественных жен, хвостатая, пахнущая серой подруга – дитё невинное. И для домовитого, покладистого мужика – мечта несбыточная не в смысле утех, а в смысле нестервозности.

Да-а, когда мне было двадцать, я тоже думал, что после пятидесяти – кердык.

По-моему, первая фраза лишняя. Кто не знает, кто такая суккуб, погуглит.
Только я считала, суккуб забирает жизненную силу, а тут вот необычно: мужчина суккуба оживляет. Но написано очень живенько. Речь хвостатой какая-то странная, но зато стилизованная)) хорошо. И прям хеппи энд. Мило. Мне очень понравилось.
Удачи автору!

Ну ладно Сукубишна говорит на языке гопников, но зачем "рим" с "грецией" с маленькой буквы? Это тоже из её речи вытекает? Она как-то по особенному их произносила? Короче, это режет глаз. Ну а так неплохо... Хотя психологической достоверности нет.. Зачем взрослому мужику понадобилась какая-то нежить в доме? Хоть бы какую-то причину на это.. Влюбился? Но тогда надо было это как-то описать.. А секс с яичницей в наше время еще не показатель любви...

Контркультура тут в том, что вместо того, чтобы использовать суккуб по назначению, как все нормальные мужики, герой её яичницей кормит)) а может, контркультура в нетрадиционных сексуальных пристрастиях 50 летнего мужчины в полном расцвете сил?
Выходит, из своих жён он умудрился сделать дьяволиц своим отношением, а из дьяволицы - обычную женщину. Мораль либо в том, что мы привлекаем к себе сущностей противоположного пола, чтобы раскрыть в них нереализованный потенциал... Либо, что привлекая партнёров, мы стремимся сделать их не теми, кто они есть...
Рассказ забавный и фентезюшный, но не контра совсем))

тоже про это подумала))

Оптимистичная концовка и сама идея порадовали. Немного не понравилась грубая речь суккуба.
Контр-культуры вижу в том, что герой смог отойти от привычного мнения о суккубах и вернуть её к жизни.

Соглашусь)))
Переосмыслила рассказ. Возможно автор поднял вопрос шовинизна и в такой образной манере показал, что отношение к женщине, как к телу убивает её. А способность видеть в ней личность со своими потребностями, желаниями, недостатками возвращает её к жизни. Такой антишовинистский манифест)

Автор описывает впечатления инферны, которой приходится то с рогами представать, то феечкой, и неприменно в образе мужской мечты. Не важно нравится это женщине или нет, хочет она поболтать, есть, спать. Женщина берзопотно преображается. Женщина сама позиционирует себя как тело, с другой стороны, это и есть мужской запрос. Думаю, речь суккуб передаёт её интеллектуальное состояние, запустение в котором находится её невостребованная составляющая - сама душа. Она хочет болтать, но толком и не о чем, поэтому рассказывает всякую чушь дурацким слогом. Возможно, это отражает современных "няш-стесняш";). Культура культа женского тела и пренебрежения развитием женщины уходит корнями в века, меняются только форма, эстетические представления мужчин. Женщина не только готова подстраиваться, но и чувствовать в каком образе её захотят, предчувствовать и предлагаться. Пусть это неудобно и глупо. Один только инстаграмный макияж чего стоит!
Рассказ зачётный. Особенно здорово, что автор раскрыл это в образах.

П.С. Бишна, форма Вишна? Её же имеют, она же и богиня?

Ну уж это-то слово гуглить?! И вообще... Злые вы! Уйду я от вас(с)
Но пока что разберёмся. Итак, тут рассказ "из быта нечисти", какие могут быть претензии? Разве что - скучно и грустно мне, читателю, от такого стиля/сюжета/темы. Извините, видимо - не моё. Придётся уходить, однозначно.

Путь к сердцу суккубу лежит через желудок. Покорми суккуба, сука! Покорми суккуба, сука! 3/5

Итак.

Контркультурность: эстетическая (речь в средней форме героини), мифологическая (возвращение к жизни духа, да ещё с плохим имиджем), социальная (героиня, по сути, выполняет роль падшей женщины, для этого намёки: феи и лупанарий).

Кроме того, это первая моя попытка писать юмористическое, да ещё и про "быт". Ну и я писал совершенно начхав на некоторые правила стилистики.

Если читать как фентези, то героиня не суккуб (и к демонам отношения не имеет). Отакот. Имя её тоже выбранно неспроста и вовсе не из-за звучания.
Речь у неё такая, потому что "так её представляют и так ей положено себя вести" (и ГГ это понял).

Суть в метаморфозах: сначала она "по работе" ведёт себя как надо клиенту (подстраивается, речь соответствующая), потом как привычно (но это не настоящий её вид и речь) - это "притирка", и потом уже, когда становится ясно, что они могут не только требовать но и учитывать чужие интересы (прощать слабости партнёра), происходит последняя метаморфоза, в настоящий облик (и речь).

ГГ опытен, чует нутро, потому уже и не собирается женится. В Инессе он видит что это оболочка (опыт подсказывает), а дальше логика - если она за двести лет такой нежизни не испортилась, то вряд ли испортится теперь.

Мотивация героини, думаю очевидна.

История позволяет отбросить фентезийную шелуху, на место Инессы поставить случайную знакомую, кою ГГ где-то встретил чисто на ночь (ага, преподаватель, поэтому тут и фентези) и потом понял, что она себя так ведёт, потому что на ней "социальное клеймо", а не потому, что хочет, ну и вытаскивает её.

Как-то так вот.

так зачем ему эта неформалка-инферналка?

Томным шепотом читать ей про Леду и лебедя, а потом разыгрывать эту сценку.

сразу всё прояснилось....