Последний день лета

С утра зарядил дождь.
Проснувшись, Лина в первую очередь бросилась к окну, чтобы посмотреть, что творится на улице. Но погода не радовала. Сырость и слякоть. Нет, конечно, в солнечный денёк интересно в своё удовольствие пошлёпать по лужам. Иной разок босиком. Но только не когда небо затянуто тучами.
Лина загрустила. Сколько планов рушилось в один миг. Ведь хотелось и воздухом подышать, и с подружками наболтаться. А теперь приходилось сидеть и ждать, когда очистится небо.
Лина послушно, без капризов, умылась, заправила постель, позавтракала, и снова к окну. Дождь не прекращался, грозясь затянуться до самого вечера. Впору заплакать от обиды. Скучно сидеть дома, а на улицу нельзя.
Лина выволокла из-под кровати ящик с куклами, для вида поковырялась в нём и снова задвинула на место, так и не вынув ни одной игрушки. Погладила кошку Муську, хотела было взять на руки, но передумала. Покрутилась вокруг бабушки, вязавшей на зиму шерстяные носочки. Заглянула на кухню, где возле плиты хлопотала мама, которая пекла пирог с яблоками. Забрела в кабинет к отцу, сидевшему за компьютером.
— Папа, когда же дождик перестанет?
— Не знаю, дочка, — не отрываясь от экрана, ответил папа. — А что на это говорит Алиса?
Алиса – это электронный бот из телефона, который может ответить на любой вопрос. Лина иногда беседовала со своим телефоном, когда ей разрешали его брать.
— Ну, и что на это сказала Алиса? — повторил свой вопрос папа.
— Ерунду какую-то. Как только область высокого давления уравновесится с низким. Или наоборот, низкое с высоким. Вечно она какими-то загадочными словами разговаривает. Не пойму я её.
И вздохнула.
— Лучше ты скажи. Только просто и понятно.
Папа оторвался от своего занятия и подошёл к окну. Отодвинул занавеску и выглянул. По-прежнему лил дождь.
— М-да, — протянул папа. — Похоже на целый день волынку затянул.
Лина снова вздохнула. Надежда, что папа решит все вопросы, улетучивалась.
— Ладно, — сказала она грустно, — не буду тебе мешать.
И вышла.
Снова прошла в свою комнату, достала из книжного шкафа свой альбом для рисования, кисточку и краски. Налила в непроливайку воды, села за стол и открыла альбом. Ненадолго задумалась, приставив кончик кисточки к губам, но затем решительно обмакнула кисточку в непроливайку. Нанесла капельку воды на ячейку с голубой краской и принялась рисовать на ватмане.
Рисовала Лина хорошо. По крайней мере, старательно. Может быть, не всегда получались люди. Но собаки и кошки получались замечательно. И небо. Чистое, без единого облачка, с ярким, сияющим солнышком. Домик тоже вышел хорош, с коричневой крышей, с распахнутым окошком и с горшочком герани на подоконнике. Всё, как в жизни. Вот только сама Лина и мама с папой не совсем удались. Ничего, научится обязательно. Осенью родители обещали отвести Лину в художественную школу. Она даже успела отбор пройти. Главный дядя, экзаменатор, так и сказал: “талантливое дитя, самородок, главное, огранить”.
На “дитя” Лина не обиделась, со всем остальным согласилась. Только шёпотом спросила у папы:
— Зачем меня нужно огранить?
Папа посмеялся, но заверил, что плохого здесь ничего нет. Просто это означает, что будут учить рисовать.
А рисовать Лина любила. Даже больше, чем играть с куклами и смотреть мультики. И когда начинала рисовать, то забывала обо всём. Даже о том, что хотела идти погулять на улицу.
Конечно, если в этот момент не идёт дождь. А он шёл и даже не думал останавливаться.
Лина рисовала и не заметила, как подошёл папа.
Он стоял за её спиной и смотрел, что получилось.
А получился замечательный рисунок. Можно даже сказать, картина. Хоть сейчас в рамку и на стену.
— Что это у тебя? — спросил папа у Лины на всякий случай, хотя и так было понятно.
— Это наш дом, — начала пояснять Лина. — Это – я, это – мама, а это – ты.
— А где же бабушка?
— Как где? Разве не понятно? Дома сидит, в своей комнате носочки вяжет.
— Да, — согласился папа с веским доводом дочери. — Как это я сам не догадался.
— Это, — Лина показала на собаку в конуре, — наш Полкан.
— А Муська?
— В подвале мышей ловит, — но после небольшой паузы добавила, — или к своему жениху ушла.
— Значит, на твоей картинке всё замечательно?
— Конечно. Всё, как на самом деле.
— Но на самом деле на улице идёт дождь.
— Ну, как ты, папа, не понимаешь, — Лина взглянула на отца. — Сейчас лето плачет дождиком, что уходит от нас насовсем. А в рисунке уже отплакала.
— Подожди, дочь, почему лето «плакала», а не «плакало»? Разве она девочка?
— Конечно, они же сёстры! Сперва Зима у нас гостила, потом Весна пришла. Сейчас Лето – хозяйка, а завтра уже будет Осень. Вот потому Лето и плакала, что от нас уходит. Представляешь, на целый год!


Первый звонок

С утра суета. Лина собирается в школу. На свой первый звонок.
К этому знаменательному событию готовилась, почитай, всё лето. Сама она об этом успела поведать всем подряд: родным, знакомым, друзьям, друзьям друзей. Даже тем, кого Лина видела впервые. Как-то раз подобной чести была удостоена соседская собачонка. Словом, полгорода в курсе, что Лина идёт в школу.
Правда, чем ближе подступал сентябрь, тем спокойней становилась Лина. Видимо, и сама устала от всей этой шумихи.
Мама суетилась даже больше дочери.
У входной двери на табуретке, чтобы случайно не запачкать, стоял заранее приготовленный рюкзак. Большой, вместительный, но прочный, лёгкий и удобный, он сиял золочёным замочком и терпеливо поджидал хозяйку.
Рядом в пластмассовом ведёрке стоял огромный букет цветов, обёрнутый в целлофан и подвязанный алой ленточкой. Мама Лины работала в цветочном магазине и лично подбирала каждый цветок. И нежная хризантема, и пышный пион, и гордый нарцисс и стыдливая роза. И ещё много других цветов, названия которых Лина не запомнила.
Аромат от цветов плыл по всему дому, Лине даже жалко было расставаться с такой красотой. Но это подарок для учительницы. В жизни затем будет много учителей, но самая первая запомнится навсегда. Лина уже встречалась со своей учительницей и даже узнала, как её зовут. Елена Сергеевна. Молодая и красивая, она сразу приглянулась Лине. У такой будет легко и беззаботно учиться. Главное, слушаться и выполнять все домашние задания.
На очереди платье. Купленное в “Детском мире”, белое воздушное открахмалили и отгладили. Лина в нём выглядела принцессой, собирающейся на королевский бал. Два белых атласных банта, повязанных в волосы, смотрелись одуванчиками. Дунь – разлетятся семена. Белые туфли с застёжками в виде божьих коровок должны были довершить торжественный наряд.
Оставался последний штрих. Натянуть белоснежные гольфы. И в путь.
Но в этом и состояла проблема. Если один из гольфов висел на спинке стула, а второго нигде не было видно. Посмотрели на кровати. Нет. Под кроватью носочка тоже не оказалось. Посмотрели в кровати среди постельного белья. Вдруг нечаянно завалился, когда заправляли. Снова перерыли бельевой шкаф. Заглянули на всякий случай в книжный. Безрезультатно.
Атмосфера постепенно накалялась. Мама медленно закипала. Злополучный носок словно в воду канул.
К поискам подключили бабушку, затем и папу. Время шло, а результата не было.
— Одень полосатые гольфы, — мама еле себя сдерживала.
— Я не стану их одевать, — капризничала Лина. — Они мне не идут.
Накануне мама ходила с Линой в магазин, чтобы купить новые белые гольфы, но в продаже их не оказалось. Оставались только чёрное-белые в полоску. Пришлось купить хоть такие. На всякий случай.
И теперь Лина отказывалась надеть другие гольфы. Конечно, резон в её словах имелся. Лина вся в белом, а эти выбивались из общей картины.
— Где я тебе сейчас белые гольфы найду? — Терпенье мамы лопалось, словно мыльный пузырь. — Сама потеряла, сама и ищи!
— Не теряла я их! — голос Лины дрожал, грозясь перейти на плач.
И тут папе пришла в голову грандиозная идея, которую сразу же начал развивать вслух.
— Лина, а тебе обязательно нужно быть именно в белых гольфах?
— Конечно! Что я зебриха какая, что ли? Хвоста только не хватает.
— Но ведь и другие девочки наденут белые носочки. И будете все одинаковые, будто инкубаторские.
— Но белое ведь красивое, — продолжала упираться Лина.
Однако мама папину мысль уловила и поддержала.
— А представь, ты одна на всей линейке в чёрно-белых гольфах. И все будут любоваться только тобой.
Лина задумалась и, в конце концов, согласилась. Тем более времени оставалось в обрез. Иначе точно все опоздают.
Лина быстро натянула чёрно-белые гольфы, затем надела туфельки. Взяла рюкзак и взглянула на маму.
— Всё, я готова.
Мама вынула из воды букет.
— Ну, первоклашка, пошли.
И они вышли из квартиры.
Стало тихо.
Папа ушёл в свой кабинет, сел за компьютер. Но работать не стал, а начал вспоминать, как сам собирался пойти в первый класс.
На кухне возилась бабушка, готовившая обед. Но и на неё нахлынули воспоминания. Первый звонок – память на всю жизнь.
Через несколько часов Лина вернулась со школы радостная и возбуждённая. Столько событий с ней произошло за утро. Нужно было срочно поделиться с кем-нибудь, рассказать. В первую очередь, разумеется, папе.
— Представляешь, такая большая школа, — начала Лина, забежав в кабинет. — А сколько там детей. Ужас! Одних первоклассников целых десять классов. Я буду учиться в “З” классе. Представляешь?
— Представляю, — согласился папа и посадил Лину на колени. Приобнял нежно, чтобы не измять нарядное платье.
— Домина в целых четыре этажа! Наш кабинет на первом. Он тоже большой и красивый. В других классах я не попала. Но завтра я обязательно побываю на других этажах. Любопытно же.
— Кстати, Лина, — сказал папа. — Гольфик нашёлся. Его, оказывается, Муся утащила.
— Ну и пусть. Представляешь, — Лина соскочила с колен отца и стала буквально приплясывать вокруг стола. — Все девочки с нашего класса пришли в таких же, как у меня, чёрно-белых полосатых гольфах. Словно сговорились. Наверное, в магазинах больше не было белых.
— Никто не дразнился?
— Наоборот! Только про нас и говорили. Какие мы красивые и полосатые. Как зебрульки.
— Как кто?
— Зебрульки. Наш класс на букву “З”. Значит, зебры. Но мы ещё маленькие. И Елена Сергеевна назвала нас зебрульками. Детёнышами зебры. И нам так понравилось это слово, и все решили приходить на урок в полосатых гольфиках и носочках. Даже Елена Сергеевна!


Шапочное знакомство

Лина подходила к школе.
Было зябко. Хорошо, что она по совету папы одела шапочку. Голубенькую шерстяную с мохнатым помпончиком на макушке. Если бы не шапочка, то совсем замёрзла.
Лина сегодня вышла пораньше, чтобы успеть сделать одно дело. Накануне она жаловалась маме, что ещё никого не запомнила. Ни одного имени. Ни мальчиков, ни девочек.
— Не мудрено, — заметила мама. — Как тут всех упомнишь, за один день-то. Да и то не полный. Посчитаем. Час шла школьная линейка с первым звонком. Час – вводный урок, на котором ваша Елена Сергеевна объясняла, как будете учиться. Тут, небось, даже имя соседа по парте не успеешь спросить.
— У соседа я спросила, — сказала Лина. — И у некоторых других слышала. Представляешь, забыла. Да только там такие имена, с первого раза запомнить не получится.
— Всех делов-то, подойдёшь и заново спросишь.
— Ага, подойдёшь. И как ты себе это представляешь? “Эй, как там тебя, подойди ко мне, пожалуйста. Я хочу узнать, как тебя зовут?”. Так что ли?
— Почему бы и нет. А с другой стороны – хорошо, — сказала мама. — Меньше будете болтать на уроках.
— Мы не будем болтать. Мы на переменках будем общаться. А как разговаривать, если имени не знаешь? Но ведь имени мало, нужно запомнить, кто есть кто. Боюсь, у меня на это просто памяти не хватит.
— Ты ведь не компьютер, — сказала мама. — Гораздо умнее.
— Так-то оно так, — вздохнула, соглашаясь, Лина.
— А ты жди, когда учительница будет опрашивать домашнее задание. Вот и узнаешь, кого как зовут.
— Не получается, — мотнула головой Лина. — Нам сказали, что всю эту неделю ничего пока задавать не станут.
— А ты и рада!
— Горевать что ли? Представляешь, я все буквы выучила, значит, и читать могу. Числа разбираю, как прибавить и отнять. А папа меня даже умножать учил.
— Не прибавлять и отнимать, во-первых, — заметила мама, — а сложить и вычесть. А умножение и деление, во-вторых, вам пока рано.
— Мне было интересно, — ответила Лина. — Но как теперь с именами быть, ума не приложу!
— А ты по шапкам запоминай, — вмешался в спор молчавший до этого времени папа. Он часто давал мудрые советы, к которым стоило прислушиваться.
— Это как? — полюбопытствовала Лина. — Думаешь, на шапках имена написаны?
— Кто знает, может, и написаны, — согласился папа. — Я о другом. Кто-то между собой всё равно будет общаться. Или уже друг друга по именам знают. А ты будешь слышать и запоминать, у кого какого цвета шапка.
В этом был резон. Хоть лето и закончилось, днём было тепло, но по утрам подмораживало. Заботливые родители закутывали своих чад как могли. Без шапок и курток из дома не выпускали.
Вот и выяснит Лина, хороша папина идея или нет.
Лина присела на скамеечку и принялась наблюдать. Но это было легко лишь на первый взгляд. Детей шло столько, что голова кругом. Тут не то что имена, лиц не упомнишь. Одних только первых классов набиралось десять штук. Кто в “А”, кто в “Б”, а кто даже в “К”. Легко запутаться.
Лина огорчённо вздохнула. Ничего путного из её затеи не вышло. Видимо, знакомство придётся оставить на потом. Она только-только собралась встать, чтобы пройти в класс, как рядом присел мальчик.
— Здравствуйте, ты же из первого “З”, — уточнил он. — Я тебя помню. Мы теперь вместе будем учиться. Я – Клим Скворцов. А тебя как зовут?
— Лина, — после некоторой паузы, вызванной не только неожиданностью, но и даже лёгким испугом, ответила Лина. — Лина Асеева.
— Я вчера только тебя и смог запомнить в лицо, а имя запамятовал, — признался Клим. — Как хорошо, что мы теперь знакомы.
— Хорошо, — согласилась Лина и постаралась незаметно оглядеть мальчика.
Шерстяная шапочка, сверху красная, снизу белая. Цвет как у “Спартака”. Папа постоянно по телевизору за футбол переживает. Даже когда его любимая команда проигрывает. Зато теперь Лина хотя бы одного одноклассника знает по имени: Клим. Хорошее имя. Короткое и звучное.
— Пойдём? — предложил Клим и подал руку.
Лина зарделась, но за ладошку Клима взялась.
И они вдвоём прошли в школу, в свой класс.
По дороге Лина поделилась с Климом своими соображениями. Оказалось, что и он так же боялся, что никого не будет знать по имени.
— Давай, я буду спрашивать у всех имя, а ты запоминай, — предложил Клим.
Лина просияла.
Вдвоём дело пошло веселей. Более смелый и раскованный Клим подбегал к новоприбывшему и, пока тот не разделся, спрашивал имя. Лина внимательно слушала, смотрела на шапку и запоминала.
Горделиво вздёрнутый курносик Виталины удивительнейшим образом гармонировал с залихватски заломленным на одно ухо береткой цвета спелой вишни.
Под ярко-красным беретом пламенела рыжая львиная грива Сабрины.
В тон персикового пальто у Дианы оказалась и шапочка.
Светленькой Ладе очень шла белая лыжная шапочка с белым помпоном.
Можно было легко догадаться, что Виолетта выберет шапочку только фиолетового цвета.
У шоколадно-загорелой Есении шапочка оказалась чёрного цвета.
Обычным русским платком белого цвета повязалась Аверьяна.
Повязанный вокруг головы красный платок у татарочки Самиры.
Зелёная шапочка, простая, без затейливых украшений. Герда.
Задорная пиратская коричневая бандана. Кира.
Синяя шапочка с вышитым цветком. Агния.
Розовая шапочка с изображением феечки Винкс Текны. Злата.
Последними в класс забежали двойняшки-пухляшки Азалия и Амалия. Они были так похожи друг на друга, что вообще сложно отличить, кто из них кто. Проще так и называть их близняшками.
Но главное Лина для себя запомнила.
Уже перед самым началом урока Клим, естественно, севший за парту с Линой, спросил:
— Зачем тебе нужны были шапки?
— Представляешь, — не стала запираться Лина, — у меня некоторая проблема с памятью. Но я немножко рисую и воспринимаю мир в цвете. А так я запомнила у кого какого цвета шапка.


Полная аналогия

Лина с папой собирались в зоопарк. Точнее не так. В зоопарк собирался весь первый “З” во главе с Еленой Сергеевной. Вместо уроков. Вернее, поход и должен стать по задумке учительницы наглядным уроком.
Действительно, чего сидеть в душном кабинете, если можно с пользой для дела провести время на свежем воздухе. Совместить, так сказать, полезное с приятным. Вот и подала Елена Сергеевна эту практичную идею. Но она одна вряд ли справится с целым классом, ведь за тремя десятками неугомонной ребятни нужен глаз да глаз, поэтому было решено пригласить на помощь кого-нибудь из родителей. Вызвалась мама одного мальчика, и Лина уговорила поехать отца.
Наряжалась Лина на этот раз куда скромнее, чем на первый звонок. Всё равно велели надеть школьное. Отутюженная белая блузка, жакет и юбка-колокольчик в шотландскую клетку. И неизменные полосатые чёрно-белые гольфы. Без них Лина никуда не выходила. Эта расцветка полюбилась ей больше всего. Кроме этого папа упросил Лину надеть алый плащ.
До школы шли пешком, благо, дом от школы находился неподалёку, всего в двух кварталах.
На пришкольном стадионе стоял шум и гам. Носились, играя, дети. С приходом Лины первый “З” собрался полностью.
Елена Сергеевна трижды хлопнула в ладони, и ребята тут же сгрудились вокруг своей учительницы.
— Ребята, строимся попарно! Нас ждёт автобус. В зоопарк поедем с комфортом.
Мальчики громко закричали “Ура!”, а девочки радостно зааплодировали. Куда веселее путешествовать на колёсах, чем пешком.
Елена Сергеевна снова хлопнула в ладоши и стала расставлять своих подопечных.
— Клим, идём со мной, — крикнула Лина.
К ней тут же подбежал светловолосый мальчик в чёрном вельветовом костюмчике, взял её за руку и встал рядом.
Дети дисциплинированно разбились на пары и дружным строем направились к стоявшему у главных ворот автобусу. Чинно, хоть и шумно, расселись по сиденьям.
Кавалер Лины галантно пропустил девочку к окну.
Водитель завёл двигатель, и под одобрительные восторженные крики детей автобус тронулся в путь.
Лина любила свой город. Большой и шумный, но привычный и красивый. Она часто гуляла по улицам, прохаживаясь по магазинам с мамой. Но в движении всё выглядело иначе. Лина крутила головой в разные стороны, то и дело угадывая знакомые силуэты зданий. При этом она постоянно обращалась к своему соседу, показывая в окно. Клим внимательно слушал и соглашался со всем, что говорила Лина.
Поездка заняла полчаса, автобус шёл быстро, нигде, кроме светофоров, особо не задерживаясь, и ребята не успели утомиться.
Елена Сергеевна вывела детей из автобуса, и они все дружным строем бодро пошагали к входу зоопарка. Пересекли дорогу на зелёный разрешающий свет светофора. Водители весело глядели вслед детворе, некоторые даже махали рукой.
Возле ворот Елена Сергеевна достала заранее купленные билеты – ровно тридцать штук. Для двенадцати мальчиков, пятнадцати девочек и трёх взрослых сопровождающих.
Ещё минута, и они внутри зоопарка.
Дорожки, выложенные брусчаткой, вели по нескольким направлениям. Но скорее всего любая всё равно, так или иначе, приведёт назад, к входу. Да и многочисленные столбы с указателями не позволят заблудиться. В случае чего, можно спросить у сотрудников зоопарка.
В первом вольере оказалась семейка бегемотов. Толстые, неповоротливые и похожие друг на друга, словно близнецы. Они оба лежали в своём бассейне, заполненном водой, и лениво жевали. Время от времени позёвывали, распахивая пасть во всю ширь.
Дети буквально подвывали от восторга при виде такого диковинного зрелища.
Елена Сергеевна начала бойко рассказывать о бегемоте. Ведь всё-таки эта экскурсия не только развлечение, а и полноценный урок. Ребята внимательно слушали учительницу.
Задумка Елены Сергеевны оказалась вполне удачной. Одно дело смотреть на картинку в учебнике, и совсем другое дело – наглядный пример, который можно понаблюдать воочию.
Лина поначалу стояла с классом, держась за руку Клима. Но спустя некоторое время поскучнела, заозиралась и взглядом нашла папу, после чего продралась через одноклассников и подошла к нему.
— В туалет? — понимающе поинтересовался он, склонившись к самому уху Лины, но так, чтобы никто не услышал.
— Нет, — замотала головой Лина. — Представляешь, я только сейчас поняла, что эти бегемотики очень похожи на Амалию и Азалию.
Папа присмотрелся к близняшкам и улыбнулся. Действительно, некоторое сходство имелось. Круглолицые, розовощёкие и довольно упитанные девочки походили на бегемотиков в загоне.
— Аналогия есть, — согласился папа.
— Ана… что? — удивлённо переспросила Лина.
— Аналогия. Это когда одно похоже на другое. Может, не совсем точь-в-точь, но очень близко.
И с этой минуты за время хождения по зоопарку Лина стала играть в новую для себя, но очень интересную игру. Искать сходство знакомых ей людей с животными, которые видела.
Директор школы Алексей Иванович был похож на слона. Такой же большой и громоздкий. Даже голос под стать трубному рёву владыки джунглей.
Завхоз Юрий Степанович, толстячок-увалень, постоянно носивший солнечные очки, походил на коалу.
Елена Сергеевна так же заботливо опекала своих учеников, как самка фазана оберегала своих птенчиков.
Не в меру любопытная Злата вытягивала свою шею подобно жирафу.
Медлительная и неторопливая Виолетта двигалась словно черепаха.
Тоненькая и неугомонная Агния порхала с места на место подобно колибри.
Сабрина своей рыжей шевелюрой напоминала льва.
И так – постоянно. Возле каждой клетки с каким-либо животным Лина своим художественным воображением умудрялась отыскать аналогию со своими школьными товарищами. Только возле клетки с мартышками она внезапно замолчала, притихла и не отвечала на вопросы нетерпеливого папы.
И лишь возле последнего загона с зебрами радостно и возбуждённо запрыгала.
— Вот же они! Точнее, мы! Не на обезьянок наш класс похож, как я нечаянно подумала, а на зебр. Мы ведь такие же полосатые, — указывая на свои чернополосые гетры, захлопала в ладоши Лина. Одно слово – зебрульки!

Ностальгия

Лина закапризничала. Хотя с утра была в отменном настроении. Да и как не быть радостной в субботу. Выходной день, в школу идти только в понедельник, домашнего задания делать не надо. Словом, живи и радуйся. Вот Лина и радовалась на полную катушку. Скакала по дому словно лесная лань, напевала вслух песенки и так замучила Муську, что та попросту сбежала подальше от неугомонной девчонки. Потеряв из виду кошку, Лина принялась приставать к маме.
— Лина, не мешай, — пыталась увещевать дочку мама.
— Ну, мама, поиграй со мной.
— Ты уже взрослая. Не дошколёнок там какой-то, в первый класс, как-никак, ходишь.
— Ну и что, — продолжала дурачиться Лина. — Сама же постоянно говоришь, что я ещё ребёнок.
— Иди лучше к бабушке.
— Представляешь, с ней неинтересно.
— Почему же это?
— Она всё время вяжет. Уже штук сто, наверное, носков связала. Потом начнёт сто первый вязать.
— Тогда к папе.
— А он говорит, что работает, говорит, что денежку мне на новую обувку зарабатывает.
— Правильно говорит. И на туфли, и на сапожки, и на пальто. А то придёт зима, а тебе надеть нечего.
— Вот видишь, все заняты делом. Значит, остаёшься ты, — не унималась Лина.
— У меня тоже много дел, кстати.
— Потом.
— Когда потом? Их столько, а там даже конь не валялся!
— Кто не валялся? — встрепенулась Лина. — И что за конь не валялся? Где не валялся? Можно я это место посмотрю!
— Лина, не валяй дурака. Это просто такая идиома.
— Иди… что? — залилась смехом Лина.
— Да ну тебя, егоза, — смех Лины был так заразителен, что мама не выдержала и тоже засмеялась.
Лина схватила маму за руки и закружилась в весёлом танце.
— Ну, хватит, — остановилась мама. — Пойдём лучше в магазин, накупим вкусняшек на ужин.
— Мороженого? — обрадовалась Лина.
— Можно и мороженого.
И Лина тут же упорхнула переодеваться.
Но вернувшись с прогулки, внезапно закапризничала. Даже отказалась от своей порции любимого фисташкового мороженого. Что было из ряда вон выходящее событие.
Папа поинтересовался у мамы, в чём дело. Та лишь пожала плечами.
Папа прошёл в детскую.
Лина устроилась на подоконнике, забравшись ногами, и глядела в окно. Обычно в подобных случаях лучше её не тревожить, иначе всё могло закончиться слезами.
Но папа рискнул, ему нужно было узнать причину грусти дочери.
— Что-нибудь случилось?
— Смотри, какие облака по небу бегут, — вместо ответа Лина показала рукой в окно.
— Наверное, дождь будет, — сказал папа, вглядываясь в небо.
— Ты неправильно смотришь, — покачала головой Лина и прильнула к стеклу. — Представляешь, дракон схватил принцессу и во весь опор улепётывает в свой родовой замок. А за ним спешит рыцарь на белом коне, торопится, чтобы спасти свою суженую из плена.
Папа снова взглянул на небо. Теперь уже другими глазами. Лина росла ребёнком впечатлительным, недаром художница. Значит, всё это в ней не простая блажь, присущая большинству детей в её возрасте, а настоящее призвание. Главное, не расплескать эту детскую непосредственность, не дать засохнуть колодцу вдохновения.
— А вон там, вдали, на лугу пасётся корова, — попытался включиться в игру воображения папа.
— Нет, — решительно возразила Лина. — Это не корова. Это мельница. Но мелет она не обычную муку, а сновидения для людей. А за хозяйку там волшебная фея. Она набирает в своё лукошко муку, ой, сны, ночью летит по небу и рассыпает их над городами.
— А у феи есть кошка, — подхватывает папа. — Которая каждый день незаметно от хозяйки залезает внутрь. А там нечаянно или намеренно перепутывает эти сны.
— И поэтому мы никогда не знаем, что приснится нам в следующую ночь, — заканчивает Лина и, повернувшись к папе, улыбается.
Улыбка едва уловимая, прячущая в самых уголках губ, но то улыбка. Улыбка, способная прогнать любую печаль.
— И что за хандра на нас напала?
— Папа, ты меня любишь, — снова уклонилась от ответа Лина.
— Что за вопрос, конечно, люблю!
— И я тебя, папочка. Сильно, сильно!
— А маму?
— И маму тоже люблю. И бабушку.
— Так в чём же причина? — удивился папа. — Никак в толк не возьму.
— Когда мы с мамой ходили в магазин, то совершенно случайно встретили по дороге Анну Николаевну.
Анна Николаевна – воспитатель в детском саду, куда ходила Лина. Каждый вечер, возвращаясь из садика, Лина постоянно рассказывала, что происходило за день. Она души не чаяла в Анне Николаевне. Мама, порой, даже слегка ревновала, хотя и понимала, что это глупо.
— И что теперь? — снова спросил папа?
— Мы стояли и разговаривали. Вспоминали детский сад. Анна Николаевна сказала, что очень скучает по мне. И тогда я поняла, что тоже скучаю.
— По Анне Николаевне?
— Не только, — ответила Лина и снова повернулась к окну. — Я вспомнила, как ходила в садик. Как там обедала, играла в игрушки, спала в тихий час, выходила на прогулку. И так мне захотелось снова туда, назад, что чуть не заплакала.
— Это называется ностальгия, — сказал папа. — Когда скучаешь по тому, чего нельзя вернуть.
На стекло упала капля. Сначала с этой стороны окна, затем с другой.
Кажется, на улице начинался дождь. А Лина собиралась плакать.
Она вытерла слезинку, проследила за тем, как капля дождя стекла вниз, до самой рамы. Затем обернулась к отцу и крепко обняла его.
— Ностальгия, — произнесла Лина вслух, словно пробуя это слово на вкус.
— Может, мультики посмотрим, поиграем или порисуем?
— В другой раз, хорошо? Ты иди, папа, — сказала Лина, снова села на подоконник и перевела взгляд в окно. — Иди, я потом приду. Поностальгирую немножко, и приду. Обязательно приду, ведь я – зебрулька.

Добрый рассказ) небось Русланов)) пойдёт в детский сборник... но без фантастики..совсем.
Обратите внимание - рюкзак у вас порочный - где-то в начале.

Симпатичный рассказ, но не думаю, что Руслана. Время повествования скачет совершенно безбожно из прошедшего в настоящее и обратно, причём мне кажется, это из-за бездумного вымарывания "запретного" слова: "был". Кое-где логика хромает.


Тут что-то не то. Лучше убрать "Лине".

"Впору заплакать от обиды. Скучно сидеть дома, а на улицу нельзя."


Тут такое ощущение, что Муська и кошка это два разных персонажа.


По-моему из овечьей шерсти не бывает "пуховых" носочков.


С яблоками, всё-таки.


Непонятно, зачем ей приходилось обращаться к взрослым для того чтобы поговорить со своим телефоном.


Какой-то "пассив-агрессив" мне тут почудился.


Казалось бы, должно быть наоборот - раз не считает себя ребёнком, а её назвали "дитя", должна была обидеться.
И да, не считала себя "ребёнком" в шесть лет, нормально так... Без папы с собственным телефоном поговорить не умеет.


Не уловила логику. Когда дождь не идёт, то она забывает, что хочет на улицу? А если он идёт, то помнит? Хм...


Кто это "отплакала"? Лето среднего рода вообще-то.

Похоже на дневник. К выпускному классу будет, что вспомнить. Понравилась идея девочки сравнивать животных с людьми.
Впрочем, иногда мы это и так делаем. А если добавить сказочных персонажей, получается еще интересней. Например, у нас был начальник, которому подходило сравнение с вампиром. И внешне, и по характеру, и по манере общения с людьми - точно этот персонаж.

Концовка хорошая. Про облака и детские фантазии - просто чудесно. И про ностальгию.
Но грамматические ошибочки! Лето отплакалА, школьный рюкзачок - ПОРОЧНЫЙ

В общем, я оставила бы только последнюю часть - она великолепна. А все, что до нее - несколько затянуто.

По поводу - "лето отплакалА". Лина объясняет папе, что для нее времена года - сестры.
Рассказ не участвует в конкурсе, поэтому не собиралась его комментировать. Не удержалась лишь потому, что увидела одинаковую претензию, рожденную НЕВНИМАТЕЛЬНОСТЬЮ, аж в двух комментариях!

Вообще-то обычно рассказы во внеконкурса выкладывают именно с целью получить комментарии, так что нет никакой необходимости удерживаться.

Насчёт плакала-плакало, гм... Да, присутствует объяснение. Я, конечно, не дам руку на отсечение, что его раньше не было... Но в общем, наверно, дам. Нет, я конечно бываю невнимательной, но не до такой же степени, тут прямо рядом, следом, объяснение, что у меня, глаз нет? Тут или "эффект Манделы" рулит, либа Дон Рэба подправил что-то...

Рюкзак по крайней мере уже не "порочный".

Наташа, Ты права, никакого эффекта Манделы. Просто автор исправился, следуя, в основном, Твоими комментариями. И просил выразить благодарность за внимательность Тебе и Агнии. Он, автор, то есть, сказал, что со всеми претензиями согласен, кроме, лето плакала, это не ошибка, а своеобразие речи героини, вот и пришлось ему добавлять в текст объяснялку. А я исправил.

Странное чувство, когда, справедливости ради, вступилась за автора, а в итоге... В общем, Наташа, "Мой дядя", свою претензию относительно невнимательности забираю "взад". Жалею, что не знала о метаморфозах, которые могут твориться с внеконкурсными рассказами.

Нет, это хорошо, когда читатели вступаются за автора. Значит, рассказ читают, а это значит, что автор не зря трудился.

Это в конкурсные тексты после опубликования нельзя вносить изменения, а внеконкурс... Он же ни на что, кроме читательского внимания, не претендует.

https://www.youtube.com/watch?v=TO77C6cbTf0

Мило, но вообще не моё, простите. Прочла полностью только потому, что в конкурсной теме.

Чудесный добрый рассказ. Читается с удовольствием. Правда, его несколько портят скачки времени. И, иногда, слишком "взрослые" обороты в детской речи.
Класс "З" позабавил. Но, кроме возможности привязать его к "зебрулькам", он ничем не обоснован. А начало рассказа с этим "З" настойчиво намекало на некоторую необычность мира с таким количеством первоклассников. Вот сюда, при желании, и можно было бы какой-то фантдоп привинтить.

Это вы зря про необычность. У нас один лицей стабильно до Ж-З первые классы набирает.
Ещё читала (Сочи или Краснодар, не помню) в этом году больше 30 классов набрали (несколько корпусов у школы). Вот и фантдоп))

В последнее время норма - набирать такое количество первых классов. Хоть наш посёлок и невелик, всего восемь школ, но по семь-восемь первых классов и без фантастики набирается. Так что...
А...
А текст не имеет к фантастике никакого отношения. Но я уважил просьбу автора и поставил во внеконкурс.

Небось просьбу - то свою собственную уважили?)))

Фантастики маловато будет.
А вот тема конкурса есть - притяжение, по-доброму, с ностальгией, все хорошее, что было, не так-то просто отпустить. Хотя странно это для ребенка, у которого пока еще чем дальше, тем ярче. Скорее это уже выросшая Лина или ее родители проецируют свои воспоминания.

Что напомнило? Когда-то был тут турнир фантастов, и был такой рассказик "Девочка, умевшая переодеваться", - как взрослые личины захватывали людей - что общались уже не столько люди, сколько костюмы и платья

http://fantasts.ru/forum/index.php?showtopic=11333
(если кому интересно)

И тут похожий момент - зебрульки - у всех полосатые гольфы (правда, на счет мальчиков сомнительно)
А Лето - действительно женского рода. Что-то из мифологии, богиня Лето.

Ностальгия - в мое время была школьная униформа - коричневое платье с пришиваемыми белыми воротничками и манжетами - вот их крахмалили, - было неприятно, жестко, а само платье мягкое, шерстяное, самое то для умеренного климата. Ну и фартучек, какие сейчас остались разве что в секс-шопах, кто б мог подумать, что униформа, делающая нас инкубаторскими, когда что только не придумывалось для индивидуального отличия, типа особых воланов на фартуке или воротничков-ришелье, через двадцать-тридцать лет будет казаться такой сексуальной. Когда я училась в 10 классе, школьную форму отменили, и мы стали хвастаться друг перед другом яркими спортивными костюмами, которые привозили из Польши. А потом пришли знаменитые малиновые пиджаки и широченные галифе-бананы. Класс - вырви-глаз с точки зрения художника.


Сентябрь этого года очень мягкий. Да и октябрь тоже. Чтоб у нас 16 октября было 17 градусов - вообще такое на моей памяти в первый раз. А вот шапочки в сентябре-октябре вполне могли быть. И были. Но, возможно, рассказ писал мальчик либо отец сына, - одновременно полосатые гольфы и шерстяная шапочка - это я себе представить не могу. Похолодание подразумевает вместе с шапочкой шерстяные колготки (кстати, я в свое время дико раздражала маму, говоря "надеть подБотки") ну или в наше время - брючный костюмчик - сын, когда учился в гимназии, там требовалась форма, у родителей девочек были двойные траты - на форменный сарафанчик и на форменный брючный костюм. Рубашки и блузки допускались только белые, - то есть, постперестроечного вырви-глаза в современности уже нет.

Свидетельница, в своих прошлых показаниях вы утверждали, что это были гольфы.
Откуда взялись гетры? Родители реально покупают маленьким девочкам гетры? Бестолковый элемент одежды, чисто для некоторых видов спорта, чтоб связки не растягивать. А так для похода в зоопарк зачем это излишество? Или это бабушка связала для завершения образа зебрульки в холодное время поверх колготок? То есть, чисто декоративный элемент?


Лето вернется. И ты, девочка однажды вернешься в садик, ведя туда за руку свою дочку. Или сына или племянника. У каждого времени своя прелесть (правда, и своя ужасть тоже есть, может, когда-нибудь, с облегчением подумаешь, что как хорошо, что уже не надо носить жесткие крахмальные платья, не надо учиться правильно держать карандаш для штриховки - уже умеешь, как хорошо, что художка уже позади)

Хороший детский рассказ, который можно почитать ребёнку перед сном. Неплохие лингво-семантические упражнения на ассоциирование, добрый положительный настрой, сбалансированная пропорция между сухой лаконичностью и избыточной народностью. Чувствуется рука автора, знающего, что он делает.

Вещица очень славная, без выкрутасов и этакой "долбанутости", которой иногда грешат произведения для детей - мол, чем "страньше" (с), тем лучше. Мне понравилось. Однако, да простит меня автор, начало заставляет поморщиться от жуткой предсказуемости состояния героини и её действий. Словно бы автор писал и думал: ага, а что могут делать в дождь дети? Ща запилю... Там, где эта обыденность исчезает, всё прекрасно. Герои чудесные.

Товарищеская взаимовыручка

Лина шла с Климом. Её понравилось, что он решил после школы проводить до самого дома. Но поскольку пути-то было всего минут пять неторопливого шагу, то решили двинуться в обход. Двигались они по оживлённой улице рядышком, рюкзачок к рюкзачку, и болтали. На уроках приходилось молчать и слушать Елену Сергеевну, а сейчас отводили душу.
Лина делилась своими впечатлениями о поездке в зоопарк, а Клим рассказывал, что больше всего понравились слон и лев. Особенно лев. Даже в клетке он был грозен и внушал почтительное уважение.
— Представляешь, какая шея у жирафа, — восхищалась Лина.
— Ага. Куда угодно дотянется, — поддакивал Клим.
Затем Лина вспомнила про утренний забавный случай, изрядно повеселивший класс.
— Представляешь, Лада забыла пенал!
— Ага. Елена Сергеевна и говорит: “Запишите в тетрадях”, а у неё ручки нет. Чуть не заплакала.
— Хорошо Елена Сергеевна подсказала, что своим товарищам нужно помогать в трудную минуту.
— Ага. Ты свою запасную ручку Ладе дала.
— А ты ей ластик дал, а Есения карандаш, а Агния линейку. Представляешь, весь класс стал помогать!
— Ага, а Елена Сергеевна нас всех похвалила за это.
Лина остановилась возле магазинчика с выпечкой и предложила зайти, чтобы купить чего-нибудь.
— Представляешь, захотелось перекусить.
— Ага, и я с тобой.
Сначала Лина хотела купить себе шанежку, а Клим – пирожок, но после некоторых раздумий решили в складчину взять пирог с капустой и поделить пополам.
Расплатившись и выйдя из магазина, дальше по улице они шли молча, поскольку с набитым ртом разговаривать неприлично.
Время приближалось к полудню, и на улице было оживлённо. Прохожие торопились по своим делам, а машины сновали туда-сюда, внося изрядную сумятицу.
Но это лишь на первый взгляд. Если присмотреться, то можно было понять, что какой-никакой, порядок существовал. Может, не столь дисциплинированный, как в классе, когда Елена Сергеевна объясняла урок, но всё-таки был. Все подчинялись строгому сигналу светофора. Сначала одна сторона улицы переезжала перекрёсток на разрешающий зелёный цвет, затем наступала очередь другой стороны.
Было интересно, и Лина с Климом задержались на некоторое время, чтобы понаблюдать за происходящим. Но тут заметили, что одна старушка всё никак не может решиться пересечь поток. Она вся была увешена сумками, как ель новогодними игрушками. В одной руке старушка держала продуктовую сумку, в другой – авоську. За спиной висел рюкзак, а через плечо – перекинут баул. Удивительно, как она ещё не согнулась под такой тяжестью.
Не сговариваясь Лина с Климом так рьяно бросились на помощь, что старушка поначалу даже испугалась.
— Караул! — чуть не закричала она, но осеклась, увидев, что перед ней всего-навсего малыши-первоклашки.
— Бабушка, мы хотим вам помочь улицу перейти, — сказала Лина.
— Раз уж подрядились помочь, то несите до самой избушки, — обрадовалась старушка.
Лина с Климом дружно взялись за сумку, она за одну ручку, он – за другую.
Все вместе они перешли через перекрёсток и двинулись к дому старушки.
Дом действительно оказался “избушкой”. Старенькой, маленькой, но крепкой. Под стать хозяйке. Казалось: ещё немного, и волшебная изба привстанет на свои курьи ножки и повернётся “к лесу задом, а к людям передом”. Впрочем, наваждение исчезло.
Старушка угостила Лину с Климом карамельками и затащила весь свой скарб во двор.
А Лина с Климом, весело улыбаясь друг дружке, направились домой.
— Хорошо, что мы помогли бабусе, разворачивая карамельку, сказала Лина.
— Ага.
Им с Климом было легко на душе. И от того, что помогли незнакомому человеку, и от того, что конфеты оказались на удивление вкусными.
Возле одной многоэтажки Лина остановилась как вкопанная, едва не проглотив при этом конфету. Глаза Лины расширились, и она едва нашла в себе силы задержать Клима.
Тот повиновался и посмотрел в сторону, куда указывала Лина.
Большой кудлатый пёс подпрыгивал и пытался зубами достать котёнка, который, пища от страха, пытался взобраться на лоджию первого этажа, чтобы спрятаться от погони. Бедный беглец вцепился когтями в деревянные перила, изворачивался и пытался ускользнуть от разъярённого пса, но безрезультатно.
Нужно было что-то делать, но и мчаться сломя голову на выручку тоже не стоило. Вдруг псина вздумает напасть на них с Климом. Зубы-то вон какие огромные. Укусит, что потом? А вдруг собака бешеная?
Лина заметила, как застыл Клим, пытавшийся сделать выбор. Подчиниться страху и не сдвинуться с места, но при этом выглядеть в глазах подруги откровенным трусом. Или очертя голову кинуться в бой, исход которого непредсказуем, но гарантированно заслужить восхищение смелостью.
Впрочем, Лина сама испугалась будь здоров и не знала, как быть. Её очень хотелось, как и Климу, сделать хоть что-нибудь. Например, схватиться за палку и отдубасить собаку. Но…
Лина замерла, пригляделась и звонко расхохоталась.
Оказывается, пёс вовсе не собирался съесть котёнка. Наоборот, он помогал. Пёс привстал на задние лапы и мордой ткнул в зад котёнка и рывком подтолкнул вверх. Котёнок, мяукнув, подлетел и очутился на парапете лоджии. Присел, словно переводя дух, махнул хвостом, успокоился и, крадучись, подобрался к связке вяленой рыбы, подвешенной на верёвке под потолок. Исхитрился, сдёрнул две штучки и скинул вниз, после чего спрыгнул сам. Котёнок и пёс честно, совсем как недавно Лина и Клим, поделили добычу пополам, каждому по одной рыбке, и стали уминать, урча от удовольствия.
Лина и Клим переглянулись.
— Представляешь, оказывается и среди животных своя товарищеская взаимовыручка.
— Ага. А ещё говорят: “грызутся как кошка собакой”. Враки! Всё наоборот, они друг дружке помогают.

- Представляешь, это юмор такой!
- Ага, я так и подумал. Но всё равно достало.

- дорогой автор. Сие есть понятия разные.


- о, а это продолжение?

Какой добрый рассказ! И название зачётное. То, что он представлен на конкурс фантастов не имеет значения, но пытливый читатель всё равно ловит детали. Мне всё время казалось, что девочка управляет погодой - что нарисует, то и есть. Была бы подобная деталь и не было бы внеконкурса.
В дописанной автором главе есть рыбка на балконе. Уж не та ли эта рыбка из рассказа просочилась... Блин, название забыла. Где-то у меня в конце списка.

Удачи автору!

Добрый и милый рассказ. Сразу видно, кто папа маленькой, умненькой художницы. Здорово, что записываете словечки детей «зачем огранить?», они по-своему мир воспринимают. Зебрульки – милое слово!

Осенью пионы не растут.

Все рассказы очень атмосферные, особенно, последний. Даже сама загрустила. У меня младший сын сейчас в выпускной группе сада, очень трогательное время, когда дети еще маленькие и с ними можно играть, читать им книжки, ходить в зоопарк. Кстати, звери отлично описаны. Вообще, все очень реалистично, мило. Только главной героине описания внешности не хватает. Добавить бы ей веснушек/кудряшек или еще чего-то, чтобы ее внешне можно было представить.

Немного опечаток:
В других классах я не попала – в другие классы
— Папа, ты меня любишь, — снова уклонилась от ответа Лина.
— И что теперь? — снова спросил папа?

Отправляйте на конкурс рассказов на https://xn--c1ajahpj3ae3b.xn--p1ai/ или на https://skrizal.speshu-domoy.ru/konkurs/202...izhal-2020.html Там, кстати, творческих детей тоже очень ждут!

По поводу первой опечатки согласен полностью, спасибо, что выловили блошку.
По поводу остальных не совсем понял.
А что касается конкурсов детских... Их я уже рассматривал. Увы, прием в этом году уже закончен, буду ждать следующего года. Может, ещё парочку рассказиков с девочкой Линой придумается.

Прочитал частично, теперь имею некоторое представление о том, как и о чем пишете. Комментировать не буду, скажу только, что написано по старинке, как и 60 лет назад писали. И пишут сейчас по-другому, и читают другое. Придраться не к чему, но еще один подобный рассказ читать точно не буду.
Извиняюсь, но сравню вас с Графом. Тот точно так же отстал от литературной жизни лет на 60, как и вы, застрял в литературном времени. У него есть плюс перед вами: он использует как бы побольше красок, более округленный текст. Но такая же скукотища, он как начал повествование на одной тотальности, той же тональностью и закончил. Диалоги у вас обоих искусственные, сухие. У Графа, правда, немного пухленькие, как и он сам, но это нисколько не плюс. Поскольку у него не диалоги, а обмен героев поясняющих ситуацию монологами. Ладно, обещал же не комментировать. И за Графа извиняюсь, просто как без него, он изо всех щелей торчит.

Так ведь можно почистить - от п.26 и до конца.
Слава богу, от Мишки избавились на год...

Это можно