*
Его Величество Валд Первый переминался с ноги на ногу. Рядом с ним стояли слуги, каждый из которых трудился сейчас над внешностью повелителя. Один сдувал пылинки, второй – чистил обувь, третий – проходился влажной салфеткой по лбу короля, четвёртый – наносил духи на шею господина.
- Дайте-ка взгляну на себя, - сказал Валд, подошёл к зеркалу и… как закричал: - Принесите мне другой плащ, этот как одеяло. Я хочу плащ, в котором шёл на войну с алдакками!
Когда ему переодели плащ, он и вправду изменился: теперь это был муж, достойный самой прекрасной девушки на земле – дочери вождя степного народа – Киссы.
Невеста, встретившись взглядом с Валдом, заулыбалась, но затем улыбка пропала с её лица, и она стала серьёзной, как гриб-дождевик.
- Вы готовы перед лицом неба, воды и земли засвидетельствовать, что Кисса из рода степного народа – ваша суженная? – спросил священник.
- Да! – сказал Валд, и взоры гостей – послов, министров, купцов, генералов и прочих – обратились на невесту, одетую, словно только что опылённый цветок.
- Да! – на тот же вопрос ответила Кисса, и король поднял её на руки и понёс в свою спальню.
- Куда это он? – шептались поражённые гости. – А как же пир? Как же тосты?
- Он обезумел от её красоты, - ответил посол страны мандаринов, выглядящий, как тринадцатилетний юноша.
*
Валд аккуратно положил невесту на кровать, пропахшую лепестками роз, поцеловал её сначала в лоб, а затем в губы. Он порвал на ней платье, и она вскрикнула.
- Постойте, свет моих очей, - сказала Кисса, ловко выбралась из объятий мужа, присела на край кровати и подперла руками подбородок: - Вы ведь ничего не знаете обо мне.
- Милая, раздвигай ноги, а всё остальное утром! – у Валда текли слюнки.
- Вы мой девяносто девятый муж, - и по румяным щёчкам Киссы потекли слезинки: - Я – дева, монахиня, одна из шести великих дам степного края.
- Как это – девяносто девятый? – король взял кубок с вином, отпил. – Так ты не девственница?
- Девственница, - на радость избраннику подтвердила Кисса. – Каждый из моих девяносто девяти мужей заканчивал плохо. Каждый из них был парализован силами волшебного мира. Но вы… я вас люблю. Полюбила в тот миг, когда увидела, как вы владеете мечом.
- Девяносто девятый?! – не успокаивался Валд. – Божечки… - он лёг на бок и зарыдал. – За что же такое несчастье?!
- Я невинна, - повторила Кисса, - как только что родившаяся бабочка.
Полночи они вели беседу о прошлом друг друга. Валд во всех красках рассказывал о сражениях, а Кисса – о своих женихах. Король не смог совладать с собой – и овладел прекраснейшей из женщин так, что даже стражники заткнули свои уши.
*
Валд встал с постели – и у него закружилась голова. Тридцать девять лет – это кошмар. Он помнил, как двадцатилетним мужчиной борол медведей, как в тридцать лет поработил самый непокорный народ – грифонов. И вот теперь это головокружение после жаркой ночи с прекраснейшей из дам…
Выйдя из покоев, он прошёл до уборной, и, когда вышел, не понял, почему к нему идут четверо стражников с бугристыми мышцами. Этих парней он ещё не видел, хотя знал каждого из своей двухтысячной личной гвардии.
- Вы арестованы, Ваше мерзкое Величество, - сказал стражник, заломал руки королю.
- Отродье, да я тебя четвертую! – грозно сказал Валд. – И кастрирую в придачу!
- Ведите его, - скомандовал стражник, на голове которого был шлем с перьями. – Монархия закончилась, да здравствует время священной свиньи!
- Священная свинья! – затянули остальные стражники.
С Валдом обращались так, будто он – не король, а сын блудницы. Его отвели в королевскую тюрьму, где за последние пять лет скончались две сотни неугодных послов. Когда камера закрылась, король подошёл к стене и начал бить по ней кулаком.
Он бил до крови, до дрожи, до невыносимой боли. Когда кожа сбилась с костяшки, он успокоился.
- Проклятая ирония судьбы, - сказал он в никуда. – Вот что значит быть добрым. Надо было казнить вообще всех предателей. Вообще всех блудниц. А я… сопля зелёная.
Валд лёг спать на холодный пол, он уже кашлял, с носа текла влага. Его разбудили шаги надзирателя – тот принёс баланду из гороха. Когда-то Его Величество лично выбирал тюремное меню. Советники предлагали давать чашку с мясом, но Валд настоял – только горох.
- Жрите, - нагло сказал надзиратель, которого Валд отлично знал.
- Скажи мне, Тойссер, - Его Величество метал гром и молнии, - что ты будешь делать, когда я твою задницу выпорю плетьми?
- Вы такой же мечтатель, как и раньше, - ухмыльнулся Тойссер и плюнул в короля. – Приятного аппетита.
Валд со слезами смотрел на гороховую субстанцию. Лизнул её, и его вывернуло. Он начал звать надзирателя, чтобы тот убрал эту грязь, но Тойссер не отозвался.
Его Величество лёг возле окошка размером с кулак и принялся смотреть вдаль. Он вслушивался в происходящее на улице. Привычный шум столицы изменился. Из грандиозного и величественного он стал злобным, невыносимым.
Когда глаза у бывшего короля уже закрывались, он услышал шёпот Киссы. Сначала не поверил, что это взаправду, но, как только его толкнули, распахнул глаза и вскочил на ноги.
- Что ты здесь делаешь, любимая? – самым низким шёпотом спросил он.
- Я здесь, чтобы освободить вас, - ответила Кисса, и Валд заключил её в объятья. – Бежим, пока стража в опочивальне.
*
Путь до Грандаэнна – приграничного городка – был простым и лёгким. Кисса по ночам читала Валду сказки, по утрам они купались, и оставшуюся часть дня проводили в пути.
Оба были одеты как простолюдины. Валд даже укоротил бороду, чтобы его не узнали. Это очень понравилось жене – она находила его более молодым.
Паром до острова Ахт должен был отплыть в двенадцать дня. Валд не сдержался и пошёл в таверну, пока Кисса спала сладким и уже совсем не невинным сном.
В таверне, где мух было как пчёл в королевском улее, бывший король заказал три кружки вина и принялся слушать разговорчики. Рыбаки говорили о том, что в Зааре – королевстве, которым правил Валд – теперь всем рулит некая священная свинья.
Валд посдел поближе, чтобы не пропустить интересные подробности. Рыбаки говорили ещё несколько часов. О том, что в Зааре теперь тёмные времена. О том, что священная свинья поедает младенцев на ужин, а детей постарше – на завтрак. Рыбаки сходились во мнении, что при Валде было лучше.
Бывший король, распираемый гордостью, вернулся в комнатёнку в гостинице и всю ночь смотрел в окно, на небо. Ему было о чём сожалеть, было о чём вспомнить.
*
На острове Ахт жить было одно удовольствие. Там росли сладкие груши, апельсины, вообще любые фрукты, которые могут только прийти на ум.
Валд работал портовым грузчиком. Благо, сила, которую он тренировал всю жизнь, позволяла.
Кисса забеременела – и Валд каждый день приходил в скромную хижину счастливым, прикладывал ухо к животу жены и внимательно слушал. Как только что-то становилось слышным, он начинал бегать по хижине, приговаривая: «королевский отпрыск».
Девять месяцев прошли как в сладком сне. Наконец, подошёл срок Киссе рожать. Валд лично присутствовал при родах.
Когда из утробы показалась чернющая ножка младенца, Валд чуть не потерял голову от радости. Когда ему в руки вложили чёрного словно уголь мальчика, Валд плакал.
- Ребёнок, отмеченный самим богом! – объявил он малограмотной повитухе. – Чёрный мальчик – самая большая награда для отца! Пусть слышат меня все боги – и пьяные, и трезвые!
Темнокожий мальчонка имел такой же нос, как и Валд – слегка вздёрнутый, гордый, волевой. Так утверждала Кисса, первый раз кормя грудью малыша.
По ночам Валд рассказывал своему темнокожему сыну сказки, затем, целуя в родимое пятно в форме звёздочки, украшавшее висок малыша, шёл к берегу океана и подолгу мечтательно смотрел вдаль, где плавали корабли его королевства.
*
Темнокожий мальчик, названный именем Арлир, рос и рос – к двум годам он выглядел, как пятилетний мальчик. Валд после работы в порту ходил в таверну, пил, а затем пел славные песни королевства Заар.
В седьмой четверг – священный праздник для всех народов – Валд проводил в таверне «Три троицы» вместе со своими друзьями-рыбаками. Вино текло рекой, но компании друзей всё было мало.
В тёмном углу сидел статный воин, облачённый в праздничные доспехи. Валд спьяну подошёл к незнакомцу и погрозил кулаком:
- Что бы сделал король Валд, увидев солдата своей армии в неначищенных доспехах? – громко сказал он.
- Его Величество Валд Первый, король от западного берега и до восточного, заарийцы нуждаются в вас, - сказал воин и почтительно поклонился перед пьяным Валдом.
- Как ты меня узнал? – испугался Валд. – Как?!
- Так держать себя в обществе может только человек, которому мы все присягнули на вечную верность.
- Прошло семь лет, все забыли меня…
- Никто вас не забыл. Народ Заарии мечтает, чтобы вы вернулись. Давайте сядем на корабль вместе с королевой Киссой и вашим сыном – и отплывём.
- Моя свита ещё не распущена?
- Священная свинья использует ваших лучших воинов, как шутов. Они целый день травят этому отродию анекдоты, и, если священная свинья не смеётся, то три воина умирают. Прошу вас, Ваше Величество, вернитесь!
*
Слухи поползли по всему Заару. Каждый житель, от простого пастуха и до великого советника, был взбудоражен: король Валд Первый возвращался на престол.
Карета, запряжённая четырьмя белыми лошадьми, въехала в ворота великой столицы – Аввы – и жители встречали своего короля лепестками роз, которых было бесчисленное количество.
- Да здравствует Валд Первый! – на разный манер кричали жители. – Славься, королевский род!
Валд взял на руки своего сына Арлира и строго сказал ему:
- Ты – мой наследник. Учись, как править.
- Папочка, - запричитал мальчик, - я ведь умею только рыбу ловить.
- С сегодняшнего дня я учу тебя владеть мечом. Ты станешь самым могучим воином на свете!
*
Священный совет решил: Валд должен победить священную свинью в битве, иначе боги будут разгневаны. Король вышел на арену, на которой собрались семь тысяч зевак, в полном облачении: на нём были доспехи, доставшиеся от отца, а в руках теснился здоровенный двуручный меч.
Как только он заметил так называемую священную свинью, он воспрянул духом. Этим чудищем оказалась самая настоящая свинья, но с головой и руками ребёнка.
- Жители священной столицы, - вещал старец, - на ваших глазах определится судьба Заара и всех зависимых народов. Да здравствует честный суд богов!
Валд обрушился на священную свинью со всей мощью – и первым же ударом снёс эту обезображенную получеловеческую голову. Зрители завопили. Старец поднял руку Валда вверх и объявил:
- Король вернулся!
*
Валд и Кисса, войдя в спальню, с которой и начались их взаимоотношения, немножко волновались, но напрасно: всё было, как и раньше. Та же широкая кровать, те же кубки с вином, точно таким же вином, как и на свадьбу.
- Как будто и не уезжали, - сказала Кисса и повисла на короле. – Отпей вина, тебе это сейчас нужно.
Король взял кубок с вином и выпил его залпом. Он повалил жену на кровать, и вдруг что-то в спине хрустнуло.
Валд свалился на пол, его пробивали судороги. Кисса ринулась к нему и, увидев, что муж не дышит, в слезах помчалась к лекарям.
В ту же ночь священный совет постановил: править будет Арлир – темнокожий сын великого короля Валда Первого, но только когда достигнет совершеннолетия.
*
На похороны Валда Первого пришли все жители столицы. Вина была много, как и самой вкусной еды.
Процессия с гробом усопшего прошла через весь город. Каждый бросал вслед горсть с песком, в полном соответствии с древней традицией.
Прощание проходило в тронном зале, и королева Кисса взяла слово:
- Он был для меня всем, - говорила она тридцати трём самым приближённым к королю людям. – К сожалению, люди не властны над богами. Я буду скорбеть всю жизнь.
- Откройте! – послышался рьяный голос, и некоторые присутствующие выронили кубки с вином. – Почему так темно, проклятые сапоги! Вина мне, вина!
Кисса вздрогнула. Смышлёный Арлир – сын Валда – открыл гроб. Король всё так же лежал неподвижно.
- Где я?! – голос, тем не менее, доносился прямо из открытого гроба. – Почему я не могу пошевелить даже пальцем?!
Поражённые гости столпились у гроба Валда Первого, с которым уже успел проститься каждый заарииц. Король был зол, и гости съёжились, когда он объявил:
- Казню всех, если не скажете мне, что происходит!
В тот же вечер траур заарийцев сменился на безудержную радость. Король Валд Первый жив, но парализован из-за страшной неизвестной болезни.
В королевской спальне в ту ночь слышались одни рыдания. Валд проклинал судьбу за то, что она лишила его тела. Как же теперь сражаться на мечах? Как исполнять супружеский долг?
- Я позову лучшего лекаря на свете, - пообещала Кисса, выплакавшись. – Он придёт к утру. Будь сильным, дорогой. Мы справимся.
*
Всю ночь Валд не спал, ожидая лекаря. Наконец к восьми утра, в тот миг, когда начинали звонить в колокола, в королевскую спальню вошёл статный темнокожий мужчина с родимым пятном на виске в форме звёздочки.
- Я знаю, как вас поднять на ноги, - сказал лекарь. – Будете бегать, как вепрь, но спасибо точно не скажете.
Валд разозлился:
- Так сделай же это!

Ничего не понял. И вообще: зачем это?

Ооооо! Шедеврально. А вот финал подкачал. Совсем. То есть, не подкачал, а его просто нет.
Из других минусов должна отметить отсутствие падающих с грохотом трусов и прочих деталей, которые могли бы заметно оживить повествование. Хотя "пробивающие судороги" и "теснящийся в руках меч" - тоже зачётно.

блин, какой же я пошлый

Сначала шлепанцы с лягушка и, теперь это. Я не пойму, откуда столько юморист ов? Или это все на полном серьёзе?))Но этот рассказ доставил больше, чем шлепанцы!))

Рассказ прикольный, зачёт за юмор. Конец выглядит как техническая ошибка при копи-пейсте.

Юмор? Не знаю, не знаю. Мне в этом плане птицаВавилон, к примеру, больше понравилась.

Простите за твердолобость, но я не поняла, при чём тут название - "Пяточки короля". Не понравилось и не увлекло. Не рассмешило. Не доставило. Финал понравился - бегать теперь королю вепрем, раз сам попросил. Тогда снова не поняла - а что это была за свинья-то с головой ребёнка и детскими же руками? Черномазый со звёздчатым пятном на виске - ловкий малый.

Сказка почти получилась. Но после рождения негритенка (или эфиопа), автор взял курс на ревность. Типа это чувство собственности поднимет даже парализованного. Мне кажется, то, что мальчик умеет ловить рыбу и не умеет сражаться - было бы тоже хорошим поводом для коварства.

Короля парализовало и... все. Фэнтези какая-то. И, по-моему, часть более крупной формы.
ЗЫ
2 Мышель, мне почему-то больше понравился "рьяный голос". Ну и сразу же фраза "Почему так темно, проклятые сапоги!"
Но не дотягивает до эталона, чего уж там...

Чем не поэзия? Чем не ирония на грани фола?

Пропахшую?.. Розами?.. Гм-м...

По мне - нормальная такая сказка. Но есть моменты. Как королева смогла от врачевателя забеременеть - вот где настоящая фантастика. Конец абсолютно понятен - щас лекарь ка-ак расскажет от кого королевна-то родила, так король и воспрянет от своего паралича - и в тоже время абсолютно слит. Ещё хочется отметить - в сказке можно всё. Но должна же быть всё-таки хоть какая логика... Есть ли тут связь правящей энное количество лет свиньёй (откуда кст. она взялась?) с вепрем, которым король будет бегать за негром (уж простите) со звёздочкой? И опять не буду спать всю ночь: причём здесь эти пресловутые пяточки, автор?!

Сказочный такой рассказ.

Определённо, сумбура многовато. Получился не рассказ, а эскиз, записанный "на коленке" и тут же зааплоуденный сюда.

Нагромождения второстепенных деталей маскируют детали существенные (те, которые помогают читателю уловить смысл - идею и сюжет, понять героев, полюбить или начать их ненавидеть и т.п.).

"поцеловал её сначала в лоб, а затем в губы. Он порвал на ней платье, и она вскрикнула." - для чего важна последовательность поцелуев - непонятно. А если сначала не в лоб, или в лоб, но не сначала - что поменялось бы? А не вскрикнула бы или не порвал - что пропустил бы читатель существенного?

"На острове Ахт жить было одно удовольствие. Там росли сладкие груши, апельсины, вообще любые фрукты, которые могут только прийти на ум." - вспомнилось о Джамбуле, где "тепло, там яблоки растут". Как мало должно быть нужно читателю для жизни в одно удовольствие - были бы сладкие груши, апельсины и прочие фрукты Это очень мило, правда, но слабо. Эх....

"Валд и Кисса, войдя в спальню, с которой и начались их взаимоотношения, немножко волновались, " - милое описание волнения перед сексом. Я бы так и описала, будь мне лет восемь и будь это мой первый рассказ. Это ведь не детская сказка? Срывание одежд и вскрики на кровати детям обычно в сказки не добавляют. Это сказка для взрослых, а психически здоровые взрослые так примитивно не рассуждают.

"темнокожий сын" упоминается так часто, что набил оскомину. Одного раза было бы достаточно - все поняли, посмеялись над расисткой шуткой (или поморщились - кто как) и пошли смеяться/морщиться над следующей.

Представьте юмориста из придорожного паба, который вышел на сцену в пивнушке и повторяет одну и ту же шутку несколько раз - его судьба пересеклась бы с парой кило помидорин.

"Процессия с гробом усопшего прошла через весь город. Каждый бросал вслед горсть с песком, в полном соответствии с древней традицией." - возникло ощущение города на песке, пустыни с бедуинами и верблюдами, или Дюны (хотяна Дюне в покойного скорее всего плевали, разделяя воду).

Тем не менее, кураж чувствуется, местами было смешно.

Че че чудачится. Не лучшая его вещь. Но он всегда яркий вне зависимости.

Хм… изначально даже принялась разбирать написанное:
• «сдувал пылинки» - штамп
• «и… как закричал» - Что за «детский» оборот?
• «Когда ему переодели плащ» - «Когда его переодели»
• «невесту, одетую, словно только что опылённый цветок» - Это как это?))

Потом бросила это неблагодарное дело и подумала: «Я что, действительно, должна серьёзно относиться к этому «творению»? Не должна. Если, конечно, не школьник написал)))»

P. S.
«Валд и Кисса, войдя в спальню, с которой и начались их взаимоотношения, немножко волновались, но напрасно: всё было, как и раньше.
- Как будто и не уезжали, - сказала Кисса и повисла на короле»

Похоже, что всё-таки школьник. Или… сочувствую))

Я в восторге от этих шутливых писательских находок:


Начало рассказа понравилось. Оно было задорным и весёлым. Стало легко и радостно на душе. Я намеревалась хохотать над остроумными ходами до финала. Но на короля обрушились испытания.

Пяточки короля

Вот где море фантазии, которое буквально перехлестнуло автора сверх меры. С одной стороны это хорошо, с другой же, будь мысль, выраженная словами, более упорядоченней, то воспринималась бы вся эта разудалая вакханалия сюрреализма, вываленная на читателя, куда спокойней и читабельней.

Не для меня тут пахнут эти розы))
Вообще совсем.
Если нет логики, должна быть ирония, нет ни того ни другого - должна быть красота, нет ни одного из этих элементов - зачем мы это читаем?

Не смотря на нелюбовь мою к фэнтези и наличие в рассказе довольно неуклюжей бредятинки, читать было интересно. Даже захотелось узнать, а что же дальше, чем всё закончится? А тут нате вам... Либо это, что очень похоже, часть более крупной формы, либо автор финал так и не придумал и выслал сырое рассказ. Ну, жаль.

то я понял в идее автора: люди, не смотрите «Игру престолов»! Или, может, это я такой ригорист? Короче, запутался. Что понял из комментариев: многие сетуют на невнятность, не давая собственного рецепта. Ату их! Замеченные параллели: эпизоды у Марка Твена, когда Янки комментирует хронику рыцарского турнира. Итого: баллов мне не жалко, но есть и те, кто был более ответственен по отношению к читателям.

Что я понял в идее автора: люди, не смотрите «Игру престолов»! Или, может, это я такой ригорист? Короче, запутался. Что понял из комментариев: многие сетуют на невнятность, не давая собственного рецепта. Ату их! Замеченные параллели: эпизоды у Марка Твена, когда Янки комментирует хронику рыцарского турнира. Итого: баллов мне не жалко, но есть и те, кто был более ответственен по отношению к читателям.

она стала серьёзной, как гриб-дождевик. – забавное сравнение, но оригинальное.

Еще более забавно, что принцесса рассказывает влюбленному про своих 99 несчастных мужей, не боясь его хорошего владения мечом.
А я… сопля зелёная. – Странное сравнение для принца, больше бы подошло «дохлая гиена», например.

А как они бежали – непонятно.
Когда из утробы показалась чернющая ножка младенца, Валд чуть не потерял голову от радости. – Сказка, однако. Ножка, да еще чернющая…

Какой-то сговор принцессы и ее чернокожих сыночков. Да, странная сказочка. И почему короля от вина парализовало? Проделки принцессы?

В этом произведение мне как-то не хватает информации. Кто такая священная свинья? Кисса в самом деле за 99 мужчин выходила замуж? Какая наполненная жизнь у девушки. И длинная надо полагать.
Кто эти черные, включая ребенка (который все растет не по дням, а по часам)?
Что случилась с Королем – его отравили? Или что?
Главное, вот эти вопросы, которые появляются по ходу текста, они не работают на интригу, а просто раздражают, и все. В общем, что бы автор ни хотел сказать, у него, на мой взгляд, это не получилось.

Да, фэнтези здесь настолько много, что аж зубы сводит. Тем не менее, повествование какое-никакое есть, сюжет есть. Про стиль не говорю, потому что его особо не видно. Так, пересказ событий, не имеющих особого конфликта.

Фэнтези в моем понимании должно быть эпичным, и тут частично это удалось

Люблю фэнтези, драконов, пещеры, эльфиек. От меня - плюс, но не жирный