Портовые рабочие грузили здоровенные мраморные камни, из которых потом сделают мою статую. Я – Повелитель Бурь, Законный король Израммы, Первый Потомок Верховного бога, Заступник Небесного Престола, а также… вот эта собачонка, которой только что кинули кусок вонючего сала.
Я, несмотря на все свои титулы и звания, навечно был прикован к постели. Ещё в четыре года я ушибся спиною, и вот уже тридцать семь лет руководил своими подданными, лёжа в своём замке в Гардэбе.
Справа парень лапал девицу, и, клянусь, я ему завидовал всеми фибрами собачьей души! Если бы только я смог вот так вот поласкать женское тело…
Сейчас в Гардэбе моё тело просто лежало – я спал. В снах всегда отправлялся в путешествия в самые диковинные уголки Измерения, превращаясь то в белку, то в собаку, то во льва, то вообще в жужжащую муху.
Отец воспитал меня бойцом, несмотря на то, что я не мог пошевелить даже пальцем. Он говорил мне, когда я отходил ко сну: «Пока люди преданы плотским страстям, ты установишь власть Династии во всём Измерении».
Плотские страсти… Вот бы хоть ощутить во рту вкус малины, яблока или хотя бы воздуха! Мои дни в Гардэбе проходили как под копирку – кто-то шевелился вокруг, спрашивал моего мнения, и я отвечал. Один раз моргну – «да», два раза моргну – «нет», одновременно моргну двумя глазами – «я не готов разговаривать сейчас».
Но мне есть чем похвастаться: под моим предводительством армия Израммы захватила всё, что только можно было захватить. Я участвовал в каждом плане сражений, и ещё не встречал ни одного полководца, который мог бы составить мне конкуренцию.
Грузчики громко ругались, и я в виде собаки внимательно слушал. Вдруг один из рабочих схватил меня за хвост.
- Отличный ужин, - сказал он, истекая слюной голода. – Будем варить или жарить?
В следующий миг почувствовал невыносимую боль – и обрадовался – я чувствовал хоть что-то! Затем последовала темнота, и я пробудился на своей пышной кровати в Гардэбе.
Рядом сидела сестра – она держала мою руку, и выглядела трагично. Она промокнула мой лоб влажной тряпкой, поцеловала в переносицу. А затем рассказала, зачем пришла:
- По всему Измерению свирепствует голод, - говорила она, поглаживая, как я мог судить, мою руку. – И ты должен принять решение, которое уже нельзя откладывать.
Она подошла к окну, полила цветок-символ нашей Династии, а затем вернулась к изголовью кровати. В этом прекрасном шёлковом платье она так походила на мать! Мать, которая умерла от рук восставших крестьян…
- Скажи, наступило ли Время?
Я вдруг почувствовал, что даже не могу моргнуть глазами – те стали словно стеклянными. Сестра крикнула кому-то «Пора!», и в комнату ворвались крепкие стражники.
- Унесите его и похороните заживо – так, как он велел сделать с моим любимым!

Теперь моё тело стало бесконечной ватой, я не чувствовал ничего, даже век. Всё происходило беспорядочно, туманно. Судя по картинке, которую показывал уцелевший правый глаз, меня везли по Городу Всех Столиц в повозке.
А затем я перестал различать даже звуки. Последним, что увидел в своей жизни, было облако дыма, которое в моё лицо выдул рыжебородый стражник.
Сестрица Огра… Пусть жизнь тебе будет вечной каторгой!

Я очнулся от волчьего воя. Значит, не умер, а стал… Каким-то волчонком с бурым брюхом!
Судя по запаху, я был членом большой и могущественной стаи. И сейчас мы выслеживали сочного кабана, который по неосторожности забрёл в наш лес.
Я чувствовал каждый дюйм своего тела, такого сильного, величественного и… волчьего. Этот лес казался мне до боли родным, каждая травинка казалась мне знакомой.
Затем я услышал совсем уж страшный вой, ринулся на звук и у дуба с опавшими листьями обнаружил девушку, держащую факел с красным огнём. Она выглядела такой аппетитной – и я, не справившись с волчьей натурой, кинулся на неё.
Когда пир закончился, наша стая принялась выть во все глотки. Даже когда моё королевство сокрушило кровного врага, я не чувствовал себя так прекрасно.
Вот и закончился наконец-то мой круг превращений, думал я. Зачем жить, когда ты не можешь получать наслаждение ни от чего?
Под утро, когда наелся каждый-каждый волчонок, я улёгся возле здоровенной, как небо, волчицы. Наши лапы соприкоснулись, и в моей волчьей душе возникла любовь.
Лес проснулся, и в этих звуках можно было потерять рассудок. Даже владея всем миром, я не был так счастлив, как сейчас, чувствуя на спине взгляд той волчицы.

Реальность волка начала меркнуть, и мне хотелось разорвать своё собственное брюхо от обиды! Значит, Проводники не приняли моё человеческое тело и решили меня вернуть.
Всё вокруг залилось солнечным светом – это был добрый, приятный, ласковый свет. Я не мог ориентироваться здесь, но, чувствуя своё человеческое тело, каждую-каждую его клеточку, ощущал вдохновение.
- Ты жил, как богобоязненный правитель, и мы не можем принять твою смерть, - говорили где-то в глубине этого притягательного света.
- Я сделал всё, что мог! – ответил я, и вдруг в душе случился переворот – я мог говорить, ощущать свои голосовые связки, вибрации голоса, полость рта.
- Но есть условие возвращения в мир людей – ты должен утопить в крови всё Измерение во славу Надмира и всех Верховных богов, - это был голос, которому невозможно было возразить.
Сомнений у меня не было, ведь ощущения нахождения в человеческом теле были сказочными, такими, ради которых можно было убить всех до единого. Меня коснулся перст, я преклонил колени, а затем молния пронзила мою грудь.
Я очнулся на своей кровати в тот миг, когда сестра стояла у окна.
- По всему Измерению свирепствует голод, - говорила она, поглаживая мою руку. – И ты должен принять решение, которое уже нельзя откладывать.
Я схватил её за руку, а затем сдавил шею – она запищала, и в глазах её стоял глубочайший страх.
- Сдохни во славу Надмира! – я столкнул её с балкона.
Я разразился смехом, а затем закрыл в блаженстве глаза, чувствуя себя человеком. Человеческое тело – сплошное удовольствие, и ощущать его – не в этом ли высшая награда от богов?

Всех предателей казнили, а затем моя армия принялась сеять хаос. Я отдал приказ уничтожать всё живое, что попадётся моим солдатам. Спустя неделю были полностью уничтожены три Великие столицы. Я велел поступать жёстко, и, если будет возможность, сжигать людей заживо.
По вечерам я наслаждался едой, телами женщин и сном. Порой я, прикасаясь к чему-то, застывал на несколько минут, пытаясь «распробовать» свои ощущения. Боги вернули мне тело, и я сделаю всё, что они скажут мне в видениях.
По всему свету разнеслась весть о Геде Кровавом. А затем к моему имени добавили словечки вроде «душегуб» и «убийца младенцев».
За моим телом следили десятки служанок, сдувая с меня пылинки. Я чувствовал себя самым счастливым человеком, понимая, что на самом деле во мне нет зла, а только желание испытывать то же, что и все.

Жесть… «…инфернально хохоча» и вот это вот всё. Разбудили, называется.

«Какой орёл, какая блоха…», а, нет, там всё-таки было понятнее, да и эстетичнее, несомненно
(у рассказчика тут вещества позабористее тех, что у Арменфильма были).

Какой эпический бред!
И вот зачем это вот фсё?

"Теперь моё тело стало бесконечной ватой" - (с).

Это меня окончательно добило. Не дочитала. Не понравилось.

Меня добить не добило, но несколько напрягло. Сама же идея показалась интересной, но посыл финала не порадовал, хотя полностью соответствует одной из цитат уважаемого мной Ф.Ницше: "Долгие и великие страдания воспитывают в человеке тирана". (с)

geros, просто за 20 с большим "хвостиком" лет работы редактором в ЭКСМО я начиталась такой чепухи, что у меня уже идиосинкразия на неё. Но там хотя бы деньги за это платили!

Это что, продолжение «Игры под столом» «Игры престолов»? Там тоже паралитик в тела животных переселялся...
Бесславный конец...

ГГ похож на императора Нерона.
Жестокость рассказа конечно напрягает и даже отталкивает. Но написано хорошо и смысл присутствует. Во всех нас есть частички (молекулы) от предыдущих людей, животных, растений, динозавров... И все мы когда-то превратимся в другие живые организмы...
Только на счет разума большой вопрос...

А я-то гадал, на кой черт Гитлеру Холокост.
Оказывается, Гитлер невиновен, аkа поцелуй младенца
Это злые боги повелели ему максимально возможно человечество жечь и мучать...

Кстати, бог-игрок - концепция уже давно известная.
А вот бог-сумасшедший встречается впервые
Так что хоть чем-то, но автор порадовал

Ну... если взять это слово в кавычки - "порадовал"... тогда... мей би, мей би!

- вот тут бы автору развернуться, да и объяснить, как всё это происходило. У паралитика-то...

Очень кровожадно, очень бессмысленно и непонятно - кому всё это надо.
Боги приказали. Точка. Параноидальная шизофрения. Жирная точка.