Участковый Платонов и стажёр Денис охотились на дилера. Сделали контрольную закупку, чтобы вычислить и взять с поличным, но упустили. Закладку, правда, забрали. Не оставлять же? Теперь сидели в домике детского городка, молча думая, как быть.
- Господа, не угостите дам водкой или чем-нибудь?
Платонов выглянул. Это говорила шмара в плотном коротком клетчатом пальто, колготках и кроссовках. С ней рядом мялась относительно красивая.
- Эх! Заходите. Чего уж теперь? – и Платонов стал распечатывать покупку, раз уж так всё удачно разрешилось.
Сначала молчали.
В домик заглянула кошка и коротко мяукнула.
- Говорящая кошка! – удивился Денис.
- Говорящая? – усомнился Платонов.
Она сказала «мяу», - доказал Денис.
Ещё помолчали.
Потом вышли подышать воздухом, и долго смотрели на звёзды, которых пока не было видно – мешал солнечный свет.
- Я иногда, когда мне грустно, пишу стихи. Хотите? – предложила шмара.
- Хотим, - за всех ответил Платонов.
- У грустности внезапной есть очарованье.
Чуть тронуло, а сердце уж трепещет. Чу!
И вроде нет причин, одно души урчанье,
Но пестую её, расстаться не хочу.
- Норм, - одобрил Платонов. – Только лучше «мурчанье». Поменяй.
- Конечно, не буду. Потому что у меня же от души. К тому же урчало тогда – яблоками тётя угостила.
- А вам нравятся стихи? – спросил Денис относительно красивую. Он называл её на «вы», потому что она была старше и толще.
- Я в них ничего не понимаю. Больше песни люблю, танцы всякие.
Потом наступила ночь, и они опять вместе смотрели на звёзды, теперь заметные глазу.
- Пойдём в домик, - подмигнул Платонов шмаре.
И они там стали трахаться.
- Ты меня любишь? – спросила шмара.
- Люблю, - и он не врал, физиологически если смотреть, он этим сейчас и занимался.
Относительно красивая Денису не дала.
- Ну зачем портить такой чудесный вечер?
- Наверное, вы правы, - вынужден был согласиться Денис.
Снова приходила кошка.
- Вы тут надолго, уроды? – ругалась она. Я вообще-то живу здесь, в этом домике.
- Кис-кис-кис, - отвечали люди.
Потихоньку начинало отпускать.
Платонов, удивлённый оглядывался вокруг. Ветер надувал паруса деревьев. Листья, словно мотыльки, танцевали у стволов-мачт. Паруса гудели. Корабль плыл.
- Погода-говно. Когда хоть солнце-то вылезет? – ёжился замёрзший Денис.
- Поехали ко мне, - позвала шмара Платонова. – Сейчас электричка будет.
- Я бы с удовольствием, но никак не могу. Мне же с преступностью бороться. Завтра…. Уже сегодня – операция.
И шмара с относительно красивой уехали в пригород.
- Ну, пока, Денис. Иди отдохни три часа, а в девять жду у себя. Действуем по старой схеме. Уж сегодня-то мы дилера разоблачим.
- Есть! – откозырял к пустой голове стажёр и пошёл спать.

Зарисовка, не рассказ. Скучно...

Вот потому пока и внеконк.

- относительно красивая кто?

- кого?

- менты - сами наркуши? Вот у них и кошка заговорила.

Ну... Такое вот. На грани фола. Начатое, но не законченное.

я это уже читал где-то

не здесь, вроде, где - не помню...

Очень мало, господа!
Даже не знаю - понравилось или нет...

Наркота, шмары, говорящая кошка, примитивный трах на детской площадке, и одновременно – звезды, которых не видно из-за солнечного света, ветер в парусах деревьев, порхающие мотыльки-листья…
Все в едином сюрреалистичном круговороте, красота и уродство относительны.

Иронично, просто, лирично. Что-то от Довлатова и Хармса. Спасибо, автор, хорошая зарисовка.

Мда? По-моему, наркоманский бред. Очень на любителя.
Очень.

Возможно. Но красота все ещё в глазах смотрящего))