Твои мысли определяют твою судьбу.
То, о чём думаешь, определяет то, кем являешься,
что делаешь и где находишься.
Джон Максвелл
То, о чём думаешь, определяет то, кем являешься,
что делаешь и где находишься.
Джон Максвелл
Корабль медленно опускался на равнину в полной тишине. Наверное, так можно было подумать, наблюдая за процессом издалека. Кораблю так не казалось. Он падал. Неумолимо приближался к поверхности неизвестной планеты, на несколько мгновений завис над самой землёй, будто раздумывая о последствиях для себя или для этой самой планеты где-то на краю Галактики, и рухнул. Земля встрепенулась. Песок и камни вперемешку с торфяником разлетелись в разные стороны, грохот эхом разнёсся по округе. Наконец всё стихло. Поверхность просела, и земля поглотила чуждый ей предмет, в попытке перемолоть или хотя бы использовать в своих недрах для неведомых никому целей – может когда и пригодится.
Менялся климат, дули ветры, шли дожди, ледники наползали, спускаясь в равнину с гор бурными реками, и вот уже не осталось на планете ни провала, ни ложбинки, ни малейшей впадины. Планета бережно хранила подаренное ей бескрайними просторами вселенной, но до поры до времени не использовала.
***
- Па-а, у нас крыша течёт
- В каком смысле?
- В самом прямом: кап-кап-кап…
- Ведро подставь.
- Достойный ответ ведущего инженера космической верфи, – в разговор внезапно вклинилась мама. – Полное уже давно!
- У нас «умный» дом – обратись к нему, пусть пластырь поставит. Вызови рембригаду в конце концов… И вообще, вы дадите мне поработать?!
- Можно подумать, что у меня своей работы нет, – фыркнула в ответ мама. – Дом не отвечает – связь со вчерашнего дня барахлит. Да и рембригад у нас в окру́ге не наблюдаются – сплошное захолустье. И вообще, чья идея была с домом? Вот и занимайся!
- Как нет связи, почему нет бригады? – озадаченное лицо главы семейства выглянуло из-за вирт-экрана глобалсети. – Не мог же он поглупеть так внезапно… Расследуй это. Ты же у нас следователь – ты и занимайся!
Дальнейший диалог папы с мамой стал проходить на повышенных тонах. Их десятилетний сын Вовка поднялся наверх к себе в комнату. Стены бревенчатого сруба хоть и были толстыми, с нижнего этажа всё равно доносилась родительская перепалка. Мальчишка тяжело вздохнул и включил виртуал.
- УЖ – музыка, история, гладиаторы, звук на полную.
Вечные разборки отца с матерью утонули в первых аккордах группы «Fall Out Boy», которую дом перевёл как «Выпадающий мальчик». Вовка фыркнул – изображение было плоским, как одноразовая тарелка из переработанного вторсырья, зато крики снизу утихли и перестали досаждать. Это родителям казалось, что они просто спорят, а десятилетнему ребёнку их вечные пикировки откладывались в сознании тяжёлым грузом неудавшейся семейной жизни, одной из причин которой он видел себя.
О том, что ему надо готовить доклад на историческую тему, Вовка ещё не думал.
***
Поднявшийся было ветер пытался погреметь кровлей и поиграть с распахнутыми со вчерашнего дня ставнями, но дом по-прежнему хранил молчание, не принимая никакого участия в дальнейшей жизни семьи.
Мама, а по совместительству офицер спецотдела Лана Ши, залпом допила вчерашний холодный кофе – линия доставки вместе с автоповаром так и не заработала – и стремглав выбежала из дома. Хлопнуть от злости дверью не получилось – магнитные защёлки, как ни странно, сработали.
Дом был красив. Мало того, что скопирован и повторён в натуральную величину со старинного деревянного сруба, но и оборудован самой современной системой «УЖ» – умное жилище. Не такой и большой по современным меркам, но оснащённый по последнему слову техники, посёлок-кондоминимум располагался вдалеке от города, но кого это сейчас пугало? При нынешних скоростях и средствах передвижения можно было попасть в любую точку мира. А здесь чистый воздух, лес рядом и никакой городской суеты вокруг.
Лана плюхнулась на сиденье своего автомобиля, выехала из посёлка и с разгона попала в пробку из таких же загородных жителей, спешащих после выходных на работу. Никто вроде бы и не опаздывал, но тащиться с черепашьей скоростью по автобану – то ещё удовольствие.
- Автопилот, включить сигнализацию «на задании» и двигаться вперёд по спецполосе.
Лана ухмыльнулась: приятный бонус от её работы. Скорость увеличилась до максимально допустимой и ехать стало намного веселее. А пока можно было обдумать план работы отдела на неделю. После локальных войн начала третьего тысячелетия, непонятно кем и ещё более непонятно зачем начатых, и нового передела мира, человечество наконец опомнилось, успокоилось и начало использовать объединённые силы и ресурсы для освоения космоса. Преступления, как, впрочем, и сами преступники, постепенно сошли на нет. Как сказал кто-то в древности: жить стало лучше, жить стало веселее. Полицейские отделы сохранились по большей части по давно заведённому порядку, но занимались расследованием курьёзных, неподдающихся объяснению случаев и чрезвычайных ситуаций, а также мелкого хулиганства, которое оказалось неизбывным.
Однако, подумать не пришлось.
- Срочный вызов для лейтенанта отдела по расследованию ЧС Ланы Ши! Срочный вызов…
- Принято! – подтвердила Лана и отключилась. – Вот же засада…
Портупея с парализатором мирно покоились дома в сейфе, который отказался распознавать Лану по сетчатке, а потом не принял и цифрового кода. Ну хотя бы ремень с навешанными на него полицейскими приспособлениями и бляхой сотрудника при ней – тоже дань традиции – и то хорошо. Осталось только развернуться под возмущённые сигналы спешащих не опоздать на работу и вернуться домой. Вызов поступил из их кондоминимума.
Несмотря ни на что, Лана прибыла далеко не первой. На месте уже копошились паучки-криминалисты, выпущенные экспертом группы первичного осмотра.
- Как всегда в первых рядах, – Лана пожала руку коллеге по работе, – и ничего не упу́стите из виду.
- Каждая молекула на счету! – улыбнулся эксперт. – Ваши уже опрашивают эм-м… потерпевших? Или всё-таки свидетелей?..
- Судя по начальному опросу – потеря памяти? – Лана уже успела ознакомиться с первичными материалами по делу.
- Я бы не был столь категоричен, – эксперт сделал неопределённый жест в сторону опушки леса, где топталась группа людей в необычной одежде. – Скорее кратковременная потеря ориентации в пространстве. Я бы даже сказал: обособленное восприятие мира, чувство нереального… Хотя это, конечно же, не диагноз.
- В виртуале заигрались? – люди на опушке до сих пор махали деревянными палками, как заправскими мечами древнего мира. – Где же они тогда эти тряпки взяли? Надо проверить…
Лана быстро раздала оперативникам получения, опросила свидетелей из близлежащих домов и остановилась чуть поодаль. Потерпевшие нарядись в очень странные одежды, но непохоже было, что всё это тряпьё заказано специально. Скорее приспособлено или переделано из имеющегося. Какие-то сплошь белые простыни, расшитые по краю и подвязанные на поясе верёвками, накидки из однотонной блестящей ткани, сандалии на босу ногу.
- Карнавал, – всплыло из памяти старинное слово, и вирт-помощник тут же выдал несколько изображений, связанных с этим понятием. – Только какой-то дикий. Да и особого веселья не наблюдаются.
- Какое уж тут веселье, – заметил эксперт, закончивший свою работу. – Больше на драку похоже. Но драка честная, один на один.
- Дуэль, – снова подсказал вирт, – от латинского duellum – поединок, борьба двух. Регламентированный правилами вооружённый поединок, цель которого – ответить на оскорбление с соблюдением заранее оговоренных и равных условий боя. В настоящее время запрещена на законодательном уровне.
- Какое уж тут «один на один», вон их тут сколько палками махало, – хмыкнула Лана. – Драка, она и в Африке – драка, занятие сугубо коллективное и требующее зрителей. Ну кто сейчас будет мутузить друг друга при полном отсутствии публики? Это как-то неэстетично, малоприятно, а местами даже безобразно. Будем разбираться.
Через некоторое время суета, свойственная любому месту происшествия до сих пор, закончилась. Потерпевших погрузили в подоспевшие машины Первой Помощи и отправили в специализированное медицинское отделение. Люди, впрочем, не проявляли ни малейшей агрессивности и вели себя совершенно спокойно.
По дороге в отдел Лана всё думала о своих словах. Из каких отдалённых уголков её памяти пришло это странное сравнение? Африка… Пересыхающие реки, наполняющиеся водой только во время ливней, испепеляюще-жаркое солнце и сухие ветры пустыни, изнуряющая влажность и непредсказуемые дожди тропиков. При чём тут Африка?..
***
Виртуал отключился в самый разгар боя гладиаторов.
- Что такое? – удивился Вовка. – Сеть, новое подключение.
Безрезультатно. Он попробовал подключиться вручную, и опять ничего не получилось.
- Вот же засада! – Вовка повторил любимое мамино выражение. – А как я проект по истории буду делать?! Древний Рим, гладиаторы… Я и не знаю про них ничего. Вот выбрал тему!
Мальчишка послонялся по комнате, посмотрел в окно и провёл ладонью по округлому бревну стены. Чуть шершавая поверхность дерева была приятна на ощупь. Ни холод металла, ни идеальная гладкость современных изомеров никогда не сравнится с мягкостью дерева, отдающего всю теплоту и податливую уступчивость, свойственную ему при жизненном цикле, окружающему.
Это же сколько таких жизней загубили для того, чтобы один дом построить? А весь посёлок?.. Вовка задумался. Раньше такие мысли даже не приходили ему в голову, а теперь понеслись, подгоняемые внезапно разыгравшейся фантазией. Даже мурашки по телу побежали. Вовка смахнул с подоконника несуществующую пыль и в довершение зачем-то постучал костяшками пальцев, будто подчёркивая окончание своего действия. Мысли тут же выстроились в чёткий логический ряд. Вот! Именно об этом и стоило писать в докладе. Вовка даже подпрыгнул на месте от неведомого доселе чувства, а потом успокоился: наверняка прибыла рембригада и наладила коммуникации УЖа. Хотя… С нижнего этажа не доносилось ни малейшего шума. Даже шороха.
Давно забытое ещё с начальной ступени обучения чувство – писать карандашом на чистом листе бумаги. Вовка никогда не любил каллиграфию. Тем не менее, предмет такой в школе существовал поныне, и был сдан более-менее успешно. Вот и пришло время вспомнить. До самого вечера Вовка ровным, красивым почерком – чего даже сам от себя не ожидал – самозабвенно исписывал один лист за другим. Несколько листов занимали рисунки, выполненные цветными карандашами, совершенно случайно сохранившимися с той же начальной ступени. Они тоже были из дерева.
В довершение ко всему Вовка сбегал в полуподвал, где у отца хранились рабочие инструменты, с помощью дрели просверлил в сложенных один к одному листах три дырочки и вставил туда отрезок тонкой ленты, найденной в пыльной коробке с новогодними украшениями. Натуральные ёлки давно уже никто на Новый год не ставил – все пользовались виртом, – но коробка бережно хранилась в семье с незапамятных времён, передаваемая по наследству из поколения в поколение. Собственно, и о коробке Вовка вспомнил только потому, что одна из частей доклада была посвящена новогодним традициям прошлых веков.
Аккуратно подшитая стопка, украшенная обложкой с рисунком оленя с ветвистыми рогами на опушке леса и каким-то приплюснутым шаром вместо солнца. Дикое животное, лес, ещё не тронутый цивилизацией, идеально вписывались в тему доклада, но как всё это пришло ему в голову и написалось, Вовка понять не мог.
Мелкий осенний дождик на улице давно закончился. Недолго думая, Вовка собрался и убежал к соседу, выманить того к верёвочному парку немножко поразмяться, пока совсем не стемнело.
***
Леонид, Вовкин отец, размышлял, уставившись в пустое пространство. Узел сопряжения двух типов привода никак не прорабатывался.
Математическая модель варп-двигателя была предложена ещё в самом начале двадцать первого века, теперь это знал каждый школьник. Что касается практического применения, то тут начались трудности, затянувшиеся на целое поколение. Инженеры хотели совместить его с антигравом, имеющим возможность двигаться в атмосфере.
Леонид как раз и трудился в группе международного КБ, которая осуществляла окончательную подгонку всех деталей космического корабля с новым двигателем дуального типа. Один из ведущих инженеров космической верфи мотался с орбиты на Землю и обратно по несколько раз в неделю, но именно сейчас работал дома по глобал-сети. Вернее, пытался работать.
С утра эта незадача с протекающей крышей, потом отказался работать УЖ, а теперь вообще нонсенс – эта самая сеть и пропала.
Как истинный инженер Леонид сразу выдвинул несколько вариантов. Вовки дома не оказалось, так что первое, и самое явное, предположение о проказах со стороны сына отпало само собой. Все разъёмы и соединения Леонид проверил в первую очередь – никаких нарушений.
- Ну… электричество-то как пропало? Искра в землю ушла?! – усмехнулся Вовкин отец скорее от безысходности, чем от серьёзности своей мысли.
Тучи на улице полностью разошлись и широкую застеклённую террасу, где Леонид оборудовал себе место работы, подсвечивали лучи заходящего солнца.
- УЖ – затемнение пятьдесят процентов.
Ответной реакции не последовало.
- УЖ!
Тишина в ответ.
- Ах ты ж… – Леонид добавил парочку выражений, более свойственных сборщикам верфи на орбите, чем инженерам, хотя и у них встречались, но это ожидаемо не дало никакого результата.
Инженер заложил руки за спину и прошёлся по террасе. Взгляд, блуждающий где-то весьма далеко от мыслей его хозяина, наткнулся на кульман. Это был подарок от строителей дома коллеге-инженеру и служил скорее украшением, чем инструментом для работы.
- Давненько не брал я в руки шашек! – произнёс Леонид и сам себе удивился. Из каких удалённых отделов памяти всплыла эта фраза?
Через полчаса активных поисков и приведения в рабочий вид чертёжных карандашей, Леонид с большим удовольствием вычерчивал на чистом листе ватмана узел сопряжения. Инженер насвистывал какой-то популярный мотивчик и работал давно забытым способом с явным удовольствием:
- Четыре чёрненьких, чумазеньких, чертёнка чертили чёрными чернилами чертёж… Ча-ча-ча!
***
Вовка вприпрыжку подбегал к дому, а по дороге с другой стороны подъезжала мама.
- Эх, вот бы раньше успеть, – пробормотал Вовка, задержавшись возле двери.
Словно по волшебству дверь приоткрылась, и мальчишка проскользнул внутрь. Пока Лана разбиралась с автопарковкой, которая не захотела включаться, ребёнка и след простыл. Ничего такого Вовка за сегодня не натворил, но в последний день каникул лучше было не нарываться, а спокойно, без лишних напоминаний, собраться в школу самому.
- Лёня, ты на сегодня закончил? Я на ужин гусиной печёнки из нашей любимой закусочной привезла с картошечкой по-домашнему – всё как ты любишь! А то вдруг автоповар и сегодня не… – увидев неожиданную картину, Лана оборвала тираду на полуслове.
Пол террасы был выложен большими листами ватмана с чертежами, в которых Вовкина мама совсем не разбиралась, однако каким-то внутренним чутьём догадывалась: это был колоссальный труд.
Дом мелко затрясся, а потом задрожал сильнее. На верхних этажах задребезжали стёкла, со стола на кухне поехала и упала на пол посуда.
- Рембригада прибыла? Ну наконец-то! – вздохнул с облегчением Леонид.
- Гром гремит, земля трясется! Это кто же к нам несётся? – скатился вниз по лестнице Вовка.
- Все на улицу!!! – закричала Лана.
- Мои чертежи!
- Мой доклад!
- Картошечка…
- Живо я сказала! – Лана схватила Леонида за руку, Вовку в охапку и буквально вылетела на лужайку перед домом.
Напрасно или нет – вопрос, ведь именно там всё и начинало происходить. Земля встрепенулась. Комья чернозёма вместе с остатками травы, забором и частью дороги рассыпались, песок и камни разлетелись в разные стороны, а грохот эхом разнёсся по округе.
Из-под земли медленно, метр за метром, поднимался космический корабль. Сомнений быть не могло – Вовкин отец понял это сразу.
Инженер, опытным взглядом оценив конструкцию, тут же понял одну нехитрую истину: его группа, как, впрочем, и он сам, всё это время работала зря. Узел не надо было сопрягать, соединяя в одном месте оба типа двигателя. Надо было разнести их в разные стороны. Просто, как дважды два.
- Так вот же ты какой, «Северный олень»! – прочитав надпись на корабле, Вовка мигом додумал остальное. – Команда на приземление в безопасном для людей месте. С УЖом или нет, но дом нам ещё пригодится.
Лана с Леонидом увлекли сына подальше от происходящего и начали связываться со своими службами. Вовка отошёл чуть в сторону от галдящих родителей и уселся на капот маминой машины.
- Теперь и не полетаешь… – вздохнул он.
- Эх, Вовка, не в этом дело, – Леонид подошёл к сыну и приобнял за плечи. – До полётов тебе ещё учиться и учиться, даже если кажется, что ты легко справляешься с управлением этой махиной. Ведь ещё неизвестно: ты управляешь кораблём или это некий симбиоз искусственного разума и человеческой мысли.
- Да понял я, понял. Учиться, учиться и учиться, как завещал великий… – договорить Вовка не успел. Подъехавшие и подлетевшие к этому времени спецслужбы моментально оттеснили семейство как можно дальше от места происшествия.
***
Вовка, а теперь уже капитан Космической Службы Владимир Ши, стоял на космодроме и, задрав голову вверх как в детстве, рассматривал корабль.
Корабль был красив. Мало того, что скопирован со звездолёта Древних, но и доработан земными инженерами. Плавные, обтекаемые очертания обшивки блестели в лучах восходящего солнца. Лаконичные дюзы, овальные иллюминаторы, мощные и в тоже время изящные посадочные стойки – каждая линия, каждый изгиб подчёркивали достоинство и неповторимость конструкции, тем более что главным инженером проекта был отец капитана.
Леонид одновременно гордился и немного грустил. Это был его последний проект. Они с Ланой решили отойти от дел и целиком посвятить себя воспитанию внуков и домашнему хозяйству.
После проведённых раскопок участок кондоминимума, повреждённый кораблём Древних, давно уже восстановили. Деревянный сруб разросся до целой усадьбы с теплицами, садом и небольшим участком леса, выходившим к речке – Леонид проектировал, а Лана с Вовкиной супругой успешно занимались опытами по строительству домов из живых деревьев. Места хватало всем. Для работы, для учёбы, для игр и просто для счастливой семейной жизни.
Капитан попрощался с родными и поднялся в рубку управления.
- Ну вот и наступило время, когда наши космические корабли бороздят просторы Вселенной, – промелькнула у Вовки мысль. Он усмехнулся и добавил вслух: – Смотри борозды не испорть, олень северный.
С матрицей, бережно перенесённой из корабля Древних целиком, контакт у капитана был налажен с самого детства.
Удачи автору!
