1


Стояла тёплая солнечная, без намёка на душную жару погода. Небо голубело без единого облака. Пели птицы, куковала кукушка. Аромат луговых цветов наполнял воздух.

К когда-то построенной людьми запруде трудолюбивые бобры добавили своего труда, укрепив плотину. Со временем образовалось искусственное озеро. Благодаря небольшой протоке вода в пруду не застаивалась и была достаточно чистой. 

Аня вышла на берег и осмотрелась.

У осоки енот-полоскун тщательно промывал в воде выкопанные из-под земли корешки, прежде чем отправить их в собственную утробу. Заяц, выскочивший на пригорок, встал на задние лапки, приподнял длинные уши, встопорщил усы и с удивлением взирал на непрошеную гостью. Старый бобр, основательно уперев широкий лопатообразный хвост о землю, показывал молодняку, как правильно управляться с молодой осинкой. Без устали щёлкал он острыми резцами, вгрызался в мягкую древесину, чтобы повалить деревце.

По дороге Аня набрала целую охапку луговых ромашек. Села у поваленного дерева и стала плести венок, как это делала в далёком беззаботном детстве. Сбросила туфельки, ощущая, как приятно холодит земля под мягкой и шелковистой травой босые ступни. Случайные букашки, деловито снующие по своим личным делам, проползали по ногам, слегка щекоча кожу. Она старалась не шевелиться, безропотно предоставляя мелким насекомым свободу действий. Время от времени поглядывала по сторонам.

Доплела венок и торжественно водрузила себе на голову, словно это диадема из драгоценных камней. Поднялась, подошла к воде и взглянула на своё отражение. Жаль, никто не видит, как она хороша. Сейчас бы окунуться в озеро и смыть все тревоги и печали. Аня огляделась украдкой, не подсматривает ли ненароком кто-нибудь, поняла, что ведёт себя по-детски, осмелела и неторопливо разделась догола. Прижала сумочкой бережно уложенные вещи, чтобы шаловливый ветер не унёс с собой в дальние края. Подошла к кромке озера и осторожно коснулась ногой поверхности.

Вода, вопреки ожиданию, оказалась на удивление тёплой.

Обнажённая Аня медленно, шаг за шагом, словно пробуя на вкус, начала входить в озеро. Когда вода дошла до груди, хотела было нырнуть, но остановилась. Сняла венок и отпустила, словно принесла скромный дар озеру. Она загадала, если венок не утонет сразу, то всё у неё будет хорошо.

Венок заколыхался на волнах и медленно, словно нехотя, поплыл, подхваченный едва заметным течением.

Аня взглядом проводила уплывающий венок, затем беспечно рассмеялась и окунулась в озеро с головой. Проплыла под водой пару метров, подгребая себе по-лягушачьи, и всплыла. Перевернулась на спину, раскинула по сторонам руки и отдалась воле волн, которые ласково омывали нежный стан, старательно и ненавязчиво придерживая у самой поверхности.

Лёгкое покачивание приятно расслабляло. Она засмотрелась на пронзительно синее небо, в котором беззаботно порхали птицы. Ей захотелось стать быстрокрылым стрижом, чтобы в какой-то степени ощутить состояние свободного полёта.

И тут же решила воплотить в жизнь желание. Пусть не в воздухе, а в воде. Она ловко перевернулась и ушла под воду. Извиваясь всем телом, словно дельфин, развила высокую скорость, попыталась достать до дна. Однако объёма лёгких не хватало, и пришлось подниматься. Вынырнула у камышей, росших вдоль северного берега. 

Силы течения на этом участке не хватало, и поверхность тихой сапой захватывала неприхотливая ряска, которая со временем заполонит всё озерцо. Здесь же, словно оазис в пустыне, цвели водяные лилии. Ане захотелось сорвать один из этих чудесных цветков, чтобы украсить свои волосы, и даже было протянула руку, но преодолела искушение и поплыла прочь.

Вдосталь наплававшись и нанырявшись, словно молоденькая русалочка, выбралась на берег. Достала гребешок и стала расчёсывать мокрые волосы.

Аня уже не стеснялась наготы своего стройного молодого тела. Встала, потянулась во весь рост и предстала перед удивлёнными обитателями небольшого пруда своего рода новой Венерой Кипридой, рождённой пеной волн. Ей уже и самой стало казаться, что она, если и не великая богиня, то, по крайней мере, маленькая нимфа, владеющая этим кусочком величественного царства, из которого никуда не хотелось уходить.

Безмолвный зов тянул вновь окунуться в безмятежную прохладу волн, но Аня взглянула на солнце и удержалась от соблазна. И хоть до назначенного срока времени полно, рисковать не стоило. Лучше расслабиться и посидеть, вспоминая вчерашнюю встречу.

Мысли об этом не покидали её целый день. Поделиться бы, поболтать по душам, да не с кем. Подругами на новом месте обзавестись не успела, с коллегами по работе не посудачишь, а рассказывать родителям не собиралась даже под страхом смертной казни. Мать обязательно начнёт отговаривать, обвинять, слово за слово, так не далеко и до очередной ссоры. Нет, уж лучше это держать в себе. Не с бабой же Шурой в самом деле на эту тему говорить.

Иногда Ане самой казалось, что вся эта ночная встреча – морок, привидевшийся предрассветный сон. Однако память упорно возвращалась к мыслям об Андрее. Если бы не он, то ещё не известно, как дело повернулось. Влюбилась ли в него, забыв обо всём на свете? Кто знает. Она бы и себе на такой вопрос не ответила. Но какая девушка откажется от знаков внимания молодого человека? Особенно от такого красивого и мужественного. И не известно, что больше привлекало в нём: красота, молодость или смелость. Предстоящее свидание и должно было распределить все акценты на будущее: либо зародившаяся в душе страсть, которая могла перетечь в более крепкие чувства, либо мимолётная встреча, которая забудется на следующий же день.

Аня откинулась, положила под голову руки, прикрыла глаза, чтобы вспомнить всё до деталей случившееся.



2


Горизонт полыхал красным. Скорее не красным, а багрово-багряным. Выглядело небо непривычно неестественным, чужим. Даже чуждым.

Оно и понятно, другой край. Ведь какое будущее ожидало её в захолустном городишке? И выбора-то особо никакого: либо продавец, либо портниха. Нет, безусловно, сами по себе это вполне достойные профессии, но когда у тебя планов громадьё, отступать перед трудностями не стоило. Родители, конечно, переезд в областной центр за тысячу километров от родного города восприняли в штыки, но Аня заупрямилась и твёрдо стояла на своём. И добилась уступки, хотя за скандал, учинённый после выпускного, стыдно было до сих пор.

Аня не выносила закат, предпочитала рассвет, как предвестие новой жизни. Впрочем, ночь в её понимании – не самое лучшее время суток. Вечер ещё куда ни шло, можно примириться. Ночью нужно спать, а не плутать, как она сейчас, по лесам.

Но куда деваться? Сначала задержалась на занятиях подготовительных курсов при пединституте, затем – в кафешке, куда устроилась временно, чтобы подзаработать. Обидевшаяся мать денег хоть и дала, но самый мизер, чтобы только не помереть с голодухи. Вот и опоздала на последний рейс. Такси в её положении – роскошь, так что до частного сектора, где она снимала угол у сердобольной старушки, приютившей не одно поколение студенток, пришлось топать пешком.

Баба Шура – фрукт ещё тот, крепкий орешек, заявила сразу, что не потерпит ни симпатичных незнакомцев, ни шумных гуляний, а про опоздания и говорить нечего. Как пить дать выгонит. И куда податься? В общагу? Нет уж, увольте. В гробу она видела подобное счастье. Можно, конечно, снимать квартиру в городе. Но это совсем другие расходы.

Чтобы не телепаться по шоссе битый час, Аня решила срезать через лес, по заросшей тропинке, что пролегала мимо заброшенной полуразвалившейся часовенки с примыкавшим к ней кладбищем. Разок уже приходилось ей воспользоваться этим маршрутом. Но даже днём это место выглядело жутковато, что уж говорить про вечерний полумрак.

Аня, придерживая перекинутую через плечо сумочку, торопливо семенила по лесной тропинке и постоянно прислушивалась к окружающим звукам. Время от времени вздрагивала при каждом резком шорохе, при каждом неожиданном вскрике охотящейся совы, при каждой неловко хрустнувшей под заплетающимися ногами ветке.

Темнота, разбавленная лишь мерцающими звёздами, давила на и без того натянутые нервы. Хорошо, стояла безветренная погода – деревья не раскачивались и почти не шелестели листвой, иначе маньяки, готовые выскочить и уволочь в своё логово беззащитную жертву, мерещились бы буквально за каждым кустом.

Про этот лес чего только не рассказывали. Будто месяц назад на дне одного из оврагов обнаружили растерзанный труп молоденькой студентки. Говаривали, что даже видавшие всякое на своём веку оперативники, присланные по такому случаю из Москвы, пришли в ужас. Будто у девушки была оторвана голова, а из останков расчленённого на множество мелких кусков тела аккуратно сложен небольшой курган.

Слухи, конечно. Человек часто необоснованно строит из себя свидетеля того, чего никогда в глаза не видел. При этом склонен раздуть из мухи слона. Изнасилования и убийства часто мелькают в телевизионных криминальных сводках, к такому люди уже, к великому сожалению, привыкли. Но чтобы кому-то пришло в голову расчленить труп на мелкие кусочки?! Это уже даже не маньяк, а самый что ни на есть настоящий шизик, которому место в специализированной клинике.

Слухи слухами, но Аня купила перцовый баллончик, который всегда носила с собой. На всякий случай. Конечно, не бог весть какое оружие, но уж лучше такое, чем вообще ничего. 

Пересекая просеку, она резко, даже шея хрустнула, повернула голову и замерла, до рези в глазах вглядываясь в тьму. На миг показалось, что сбоку, совсем рядом мелькнула тень. Холодок ужаса прошёлся вдоль спины, колени невольно затряслись. Лишь невероятным усилием удержалась на ногах. Она стала озираться по сторонам, стараясь заметить опасность.

Внезапно на голову упала чья-то призрачная тень.

Аня взвизгнула от страха, повалилась на землю. Решив подороже продать жизнь, она трясущимися руками расстегнула сумочку, с трудом достала баллончик и, после некоторого раздумья, маникюрный набор. Пилочка для ногтей и маленькие, но остро наточенные ножницы могли послужить для самозащиты. По крайней мере, хотелось в это верить. Не поднимаясь с земли, прислушалась. Ничего. Ничего такого, что могло выдать приближение маньяка.

Над ней раздался лёгкий шелест крыльев.

— Летучая мышь, — с явным облегчением выдохнула вслух Аня. — Нашла кого пугаться.

Она медленно поднялась, отряхнула платье. Ноги дрожали. И только она собралась продолжить путь, как буквально в нескольких шагах раздался жуткий вой.

Лёд оцепенения конвульсивной волной прошёлся по телу, заковывая в жёсткую броню. Аня застыла, не в силах пошевелиться. Она пыталась понять, что с ней происходит. Вряд ли на такое способен волк или ещё какой-то неведомый ей зверь. Одна радость — не маньяк, желающий расчленить свою жертву топором.

Аня дёрнулась, завалилась каменным истуканом на бок, ударилась головой о землю и потеряла сознание.

Неизвестно, сколько она пробыла в обмороке, прежде чем прийти в себя. Впрочем, это удалось не сразу. Голова гудела как колокол, в глазах туман. Села, ощупала себя. Вроде ничего не сломано. Стряхнула с щеки прилипший дубовый лист, поправила сбившийся локон, огляделась. И замерла. Сначала не поверила своим глазам. Уж больно бредовая картина открылась перед ней.

Посреди просеки, залитой лунным светом, сражались двое. Высокий статный мужчина противостоял толстому коротконогому уродцу с отвратительным горбом на спине. Карлик время от времени превращался то в клыкастого кабана, то в чёрного волка, то в косматого, заросшего сваляной грязной шерстью медведя. Мужчина стоял спиной к Ане, преграждая путь разъярённому существу, которое, судя по всему, отчаянно рвалось полакомиться беспомощной жертвой.

Бой проходил с переменным успехом. Когда чудище являлось в образе здоровенного медведя, то молодой человек отступал перед могучей силой на шаг или два, но едва монстр обращался в волка, кабана или принимал облик уродливого карлика, защитник возвращал утерянные позиции. Вернее всего, чудищу было сложно удерживаться достаточно долго в каком-то одном образе, поэтому вскоре молодой человек оттеснил тварь к можжевеловым кустам.

Ещё мгновение, и монстр исчез в ночи, унося с собой отвратительный и ужасный вой, от которого кровь стыла в жилах.



3


Мужчина осторожно подошёл к Ане, наклонился, протянул руку и участливо спросил:

— Всё в порядке? Вам помочь?

Сочный баритон молодого человека прозвучал так мягко, что тугой узел страха, стянувший грудь, понемногу начал распускаться. Аня неотрывно смотрела на своего спасителя. Несмотря на полумрак, не без удовольствия отметила, что тот достаточно молод. Не ровесник, конечно, на вид лет тридцать, не больше. Вполне симпатичный, но красавцем не назовёшь – продолговатый и заострённый подбородок слегка портил общий вид. Но лишь слегка. 

Аня покраснела, хорошо, что в темноте это не видно. Она рассердилась на себя: всякие глупости лезут в голову. Вокруг такие невероятные события случились, караул надо кричать, а она преспокойненько сидит и о всякой ерунде, вроде мужской красоты, размышляет. И не замечает, что спаситель по-прежнему тянет руку.

Аня приняла помощь и, несмотря на дрожь, заметно пробивавшее тело, поднялась. Наспех отряхнула платье, торопливо сунула на место импровизированное оружие и, пряча тревогу в голосе, спросила:

— Что это было?

— Вервольф. Оборотень. Существо иного склада, нежели человек. Воем нагоняет ужас, после чего нападает на парализованную жертву и поедает. Живьём. Почти всегда. Предпочитает сердце и печень. Вообще-то вервольфы не отличаются храбростью и никогда не охотятся вблизи человеческого жилища. На тех, кто потенциально сильнее, стараются не нападать. Скорее всего, его привлекло чувство страха, охватившее вас. Кстати, как вы очутились здесь в столь поздний час?

— Так получилось. Хотела сократить путь.

Аня отвечала отстранённо, одновременно пытаясь размышлять над услышанным. В голове не укладывалось: то ли верить, то ли нет. Фантастику она не любила, но и не верить своим глазам не могла. Не привиделось же ей.

— Короткий путь не всегда бывает близким. Не нужно по ночам молодой девушке ходить без провожатого. Тем более по заброшенным пустырям и кладбищам.

У Ани голова шла кругом. Слишком много впечатлений для одного раза. Маньяки, вервольфы, оборотни. Так и с ума сойти недолго.

— Я и так вся трясусь, — пролепетала она, пытаясь справиться со своими нервами.

— Вам ещё повезло, что сейчас не полнолуние, иначе бы всё закончилось печально. А если вы и дальше будете трепетать, как осиновый лист, боюсь, сюда примчится целая стая вервольфов, против которой даже мне не устоять.

— Я постараюсь.

Аня попыталась было взять себя в руки, но вышло только хуже. Она вся затряслась, а зубы застучали так быстро, словно неподалёку кто-то работал за печатной машинкой.

— Ну, так и быть, — неожиданно спаситель привлёк к себе Аню и слегка приобнял. — Хоть это против моих правил, но я провожу вас до дома. Кстати, как вас звать-то?

Она стояла, прижимаясь к его груди, чувствуя, как в кольце крепких мужских рук её охватывает умиротворённость. Мысль, что дальше ей не придётся идти одной, успокаивала.

— Аня. А вас?

— Меня? — усмехнулся спаситель. — Зовите Андреем.

Наверняка врёт. Причём, внаглую. Впрочем, в её положении выбирать не приходится. Андрей так Андрей. С равным успехом его могли звать Михаилом, Василием, Иваном, не исключено, Вениамином и даже, быть может, Евлампием. В конце концов, как себя называть – личное дело каждого. Конечно, неприятно осознавать, что понравившийся тебе человек не желает себя обременять серьёзными отношениями, на которые, впрочем, она и не претендовала. Хуже, если окажется, что тот – женат и не желает, чтобы кто-то из посторонних узнал о лёгкой интрижке. Слухи – страшная сила. 

Ведь не каждому дано очертя голову броситься на помощь к абсолютно незнакомому человеку. А он смог. Уж за это одно можно простить ту фальшь. Или, по крайней мере, не обращать на это особого внимания. Пусть Андрей оказался вполне обычным парнем, а не благородным принцем на белом коне, о котором в девичестве грезила, начитавшись сказок. Впрочем, оно и к лучшему. С царственной особой она чувствовала бы скованно, не зная, как себя вести и как поддерживать беседу.

Сейчас же они шли и непринуждённо болтали о разной ерунде: капризах погоды, придирчивых преподавателях, непростой жизни.

Показались огни фонарей, освещавших будку автобусной остановки.

— Всё, мне пора, и без того задержался, — сказал Андрей, останавливаясь. — Дальше сами. Здесь светло, хулиганов нет.

— Спасибо огромное, — искренне поблагодарила Аня, протягивая на прощание руку.

— Не стоит благодарностей. Но знакомству рад.

Она прошла немного, остановилась и оглянулась. 

Андрей стоял и смотрел ей вслед. 

— Может, мы ещё разок встретимся? — набравшись смелости, предложила Аня.

Ей с детства вдалбливали, что девушка должна быть скромной, не должна сама вешаться на шею парням и, главное, никогда не должна первой приглашать кавалера на свидание. Несомненно, все эти уроки родительского воспитания она крепко усвоила, но здесь случай иной. Исчезни Андрей бесследно сейчас, второго шанса для встречи судьба может не предоставить. 

— Хорошо, Аня, я не против. Завтра как раз суббота. Приходите к домику у заброшенной часовни вечерком, часам к шести. Полюбуемся на закат. Кстати, будет полнолуние, заодно посмотрим и на красавицу-луну. До свидания.

— До свидания! 

Аня обрадованно вскинула в воздушном поцелуе руку, затем развернулась и, громко цокая каблучками, поспешила домой. В душе она уносила восторг ожидания своего первого свидания.



4


Пора собираться. Подступал вечер, нужно было идти.

День пролетел незаметно, но Аня нисколько не жалела о потраченном времени, пообещав себе, что в следующие выходные непременно вернётся. Она неторопливо оделась, подвязала белой шёлковой ленточкой просохшие волосы и медленно, с достоинством грации, направилась к назначенному месту свидания.

Старая мрачная часовня одиноко стояла на небольшом пригорке и напоминала больную ворону, которая тоскливо нахохлилась каменными стенами-перьями и слепо пялилась бельмами заколоченных окон на подступающий со всех сторон лес.

Стояла тишина, даже неугомонный ветер смолк. Похолодало, легко одетую Аню бросило в дрожь. Она передёрнула плечами, пытаясь прогнать озноб. Остановилась перед входом, толкнула.

Перекосившаяся на петлях, обветшалая дверь с отвратительным скрежетом поддалась и стала медленно открываться.

Аня задержалась, сделала нерешительный шаг, но, отбросив сомнения, смело переступила порог. Её тут же окутал мрак, и лишь предзакатный свет за спиной несколько рассеивал вязкую тьму.

Дверь заскрипела, стала закрываться, медленно проворачиваясь на ржавых петлях, после чего резко захлопнулась.

Аня вздрогнула, стараясь унять забившееся с учетверённой скоростью сердце. Постепенно глаза привыкли к мраку, окружающие предметы и очертания стен стали различимы. Она не знала куда идти, но коридор был один, так что не заблудится. Тишину нарушал мерный цокот каблучков. Через минуту стало заметно едва различимое мерцание пламени свечи. Видимо, там её и ждали.

Аня не особо разбиралась в тонкостях архитектуры и строительства, однако её не покидало чувство, что внутреннее пространство куда больше, чем это представлялось снаружи. Это показалось странным, но не хотелось лишний раз заморачиваться. И без того её мысли текли быстро, хаотично и сумбурно, не задерживаясь подолгу на чём-то конкретном.

Ещё через минуту она дошла до комнаты, освещённой множеством свечей, утыканных в десятки канделябров, расставленных по разным углам, и застыла в восхищении.

Посреди стоял огромный стол, уставленный всевозможными яствами. Во главе на широком, подобно трону, кресле с высокой спинкой восседал Андрей.

— Я ждал тебя.

Он поднялся, обошёл стол и подошёл к Ане. Старомодно поцеловал ей руку и, галантно придвинув стул, знаком предложил сесть.

Она устроилась на мягком сиденье и огляделась. На стенах висели бархатные чёрные портьеры вперемежку со старинными гобеленами, на которых были изображены сцены охоты. В углу стояли высокие старинные часы с боем. Оконные проёмы задернуты плотными занавесями так, что в комнату не проникал ни один луч света.

Слабое девичье сердце было окончательно покорено. Ей раньше никогда не устраивали ужина при свечах. Воображение рисовало самые фантастические продолжения отношений, вплоть до венчальной церемонии. Однако Аня решительно отогнала прочь все мысли и целиком погрузилась в атмосферу устроенного для нее праздника.

— А почему так темно?

— Глупышка, здесь нет электричества. Это во-первых. Во-вторых, я подумал, что ужин при свечах – так романтично.

— Извини, — поспешила исправиться Аня, испугавшись, что Андрей обиделся, и без того было видно, как он старался произвести на неё впечатление. И это, надо признать, удалось. — Действительно, глупость сморозила.

И в знак примирения положила свою ладонь на ладонь Андрея.

Тот улыбнулся, мягко пожал её руку и занял своё место.

— Мы с тобой увидим закат солнца, — Андрей поднял бокал вина. — Поверь мне, это самое восхитительное зрелище в этом мире! Есть, конечно, ещё одно подобное, но об этом позже.

— Не терпится узнать, — Аня последовала примеру Андрея и пригубила свой бокал.

Терпкое, но приятное на вкус вино разлилось по всему телу успокоительным теплом. Ноги стали ватными, взор слегка затуманился.

— Успеешь, а пока расскажи о себе. Я тоже любопытен.

— Рассказывать особо нечего, — пожала плечами Аня. 

Она, смущаясь, поведала о своей нехитрой жизни в родном Коловратове. О мечтах вырваться из сонной одури маленького городка и получить высшее образование. О малышах, возиться с которыми так интересно. В первые минуты с трудом подбирались слова, но Андрей слушал с неослабевающим интересом, и язык развязался сам собой, позволяя рассказу литься свободно. Хотя, возможно, в этом помогло ударившее в голову вино, бокал с которым с лёгкостью опустошила, сама того не замечая. Где бы ещё она отыскала такого собеседника, готового выслушать, не перебивая.

Даже родители продолжали считать дочь несмышлёным ребёнком, стараясь оплести навязчивой опекой, не считаясь с её желаниями и правом на самостоятельную жизнь. Потому и оставила отчий дом, чтобы самой решать собственные проблемы, не дожидаясь сторонних поучений.

— А друг у тебя есть? — Андрей долил в Анин бокал вина из пузатой и пыльной бутылки.

— Нет, — мотнула головой Аня и осушила бокал. — Я хоть и общительная, но самых близких друзей нет. Пока нет.

— Ты не поняла, — поморщился Андрей. — Я не про друга спрашивал, а про парня.

Аня покачала головой.

Андрей взял вилку и предложил начать ужин.

Трапеза проходила в относительной тишине, время от времени собеседники перебрасывались незначительными фразами. Андрей взял на себя обязанности официанта. Он менял тарелки, то и дело подкладывая девушке лучшие куски, и не забывал подливать вино в бокалы.

Аня к своему удивлению перестала стесняться и просто наслаждалась спокойным вечером, замечательным ужином и прекрасным партнёром. Часы пробили девять, а стол по-прежнему ломился от угощения.

Старинное вино шумело в голове. Аня наелась до отвала и теперь просто сидела, слушая Андрея, лишь иногда кокетливо опускала ресницы при каждом пронзительном взгляде в её сторону. От его чарующего голоса по телу пробегали мурашки. Хотелось, чтобы это продолжалось вечно.

Но всему хорошему приходит конец.

Так и не добравшись до десерта, Андрей поднялся из-за стола, давая понять Ане, что ужин закончился. Она поблагодарила гостеприимного хозяина и тоже последовала его примеру.



5


Андрей принялся убирать со стола, но помощи от засуетившейся Ани не принял. Тогда она попросила показать, где ванная комната, и закрылась там, прихватив канделябр. Ополоснула лицо, вытерлась салфеткой и достала из сумочки зеркальце. Миленькую мордашку, пусть слегка утомлённую, но преисполненную нездоровым любопытством скрадывал мягкий полумрак, но результатами беглого осмотра осталась довольна. Ей и раньше говорили, что красива, но с парнями, пытавшимися ухаживать, никогда не позволяла лишнего.

Но это с парнями Аня держала себя холодно и отстранённо. А как быть с Андреем, она не знала. Он ей нравился. Правда, не определилась, что больше всего привлекало. Обаяние, учтивость или красота. Его определённо можно было назвать красавцем. Не смазливым юнцом, а зрелым красивым мужчиной. Именно за таким можно бежать хоть на край света и жить даже в шалаше. Стоит ему поманить пальцем. Такие идеальные мужчины на дороге не валяются и на каждом шагу не встречаются. Наверное, это можно назвать любовью с первого взгляда.

Однако Аня не спешила безоглядно бросаться в его объятья. Что-то её останавливало от столь безрассудного шага. Какой-то неуловимый штрих, скрытый под искусной маской. Стоило повременить. Пусть решительный шаг в их намечающихся отношениях первым сделает именно он. А там видно будет.

Приведя свои чувства в относительный порядок, Аня вернулась к Андрею.

Тот взял её за руку и повёл за собой.

Крутая лестница оказалась достаточно широкой, чтобы подниматься бок о бок.

На чердаке было темно и пыльно. Сквозь небольшое оконце, забранное металлической решёткой, на досчатый пол падал кровавый свет.

Аня подбежала к окну и, припав к решётке, стала смотреть на заходящее солнце, которое наполовину перевалило за горизонт, окрасив в благородный пурпур горы, лес и те редкие облака, что плыли в небе. Оглянулась за спину, в надежде, что Андрей присоединился к ней.

– Смотри, наслаждайся, — стоя у двери, сказал он.

Она досадливо поморщилась, но вновь повернулась к окошку. Оставалось только целиком вобрать в себя эту красоту, поскольку раньше никогда на подобное не обращала внимания. Вобрать и запомнить. Такая картина органично завершала чудесный и романтичный вечер.

Солнце стремительно, словно при ускоренной перемотке видеоплёнки, уходило на другую сторону Земли. Наступала ночь. Мрак постепенно окутывал всё вокруг, придавая флёр таинства и необыкновенного очарования окружающему миру. Звёзд ещё не было видно, а мертвенно-бледный свет не мог разогнать темноту.

Вскоре Аня перестала различать даже собственные руки.

— Впечатляет?

Аня от неожиданности подпрыгнула на месте. Андрей, о котором она почти забыла, стоял совсем близко.

— Ты меня напугал! Больше так не делай.

— Извини, просто не подумал, что ты так отреагируешь.

Он отодвинул Аню от окна и распахнул его настежь. Створки разошлись вместе с решёткой, оказавшейся обыкновенным декором. В душное помещение ворвался освежающий прохладный воздух и шум жизни ночного леса.

— Спасибо тебе, Андрей, за чудесный ужин и бесподобный вечер. Благодарю за подарок в виде заката. Его я никогда не забуду. Однако время позднее, и мне уже пора. Но в память прими эту ленточку.

Аня стянула шёлковую ленточку, встряхнула головой так, что волосы рассыпались по плечам, и повязала на шею Андрею.

— Уже уходишь? Ночь на дворе. А я подумал...

Он замолк, и Аня не выдержала:

— Что? Что подумал? Ну, договаривай. 

— Нет, не верно. Я не подумал, я был уверен, что ты эту ночь проведёшь со мной.

Аня расхохоталась.

— Не слишком ли быстро для первого свидания?

— Да, ты права, — кивнул он. — Я, наверное, поступил бестактно. Просто я беспокоился за тебя. Всё же ночь на дворе. Потому и предложил ночлег. Отдельную комнату гарантирую. А завтра с утра, если пожелаешь, можешь вернуться к себе. 

— Ну, если только отдельная комната, — смягчилась Аня, а сама стала думать, чтобы такого соврать тёте Шуре.

— Как я рад, что ты согласилась. Но мне бы хотелось и завтрашний день провести вместе. Поверь, не пожалеешь. А пока я тебя поцелую. 

Она подставила зардевшуюся от смущения щёку. Однако Андрей привлёк её к себе и припал к губам долгим и крепким поцелуем. 

Аня поначалу пыталась вырываться из объятий, но уступила и сама в свою очередь прижалась к Андрею.

— Ах! — воскликнула она, заливаясь краской смущения и опуская глаза вниз, едва парочка прервала затянувшийся поцелуй.

— Вкус твоих губ напоминает мяту. Ты просто прелесть. 

Она закрыла руками лицо и ещё крепче прижалась к груди Андрея. 

— Ну же, глупышка, успокойся. 

Он подхватил её на руки и понёс вниз. Она судорожно вцепилась в плечи, но он держал свою драгоценную ношу крепко и опустил Аню лишь в комнате, где они ужинали.

Большинство свеч догорало, и некогда ярко освещённая комната постепенно погружалась во тьму. 

— Грустно, — сказала она.

— Отчего?

— Грустно и немножечко жаль, что такой день выпадает лишь раз в жизни. Не успеешь оглянуться, как стремительно пролетят годы, и нагрянет старость. Однако я ни за что и никогда не позабуду этот прекрасный вечер. 

Она взглянула на Андрея. 

Тот неотрывно смотрел на неё пристальным, немигающим взглядом.

— Вон оно как, — протянул он. — А если я предложу тебе бесконечно долгую жизнь, в которой мы будем неразлучны.

— Будем жить долго и счастливо, пока не умрём в один... — Тут она осеклась. — Ты это серьёзно?

— Серьёзней некуда. И зачем умирать, если...

— Стоп, — прервала она его. — Не гони лошадей. Не так быстро. Мы же друг друга совсем не знаем. Я не готова к серьёзным отношениям, не то что, к свадьбе. 

— Причём тут свадьба?! К чему этот глупый обряд венчания, когда я говорю о бесценном даре бессмертия!

— Не мели ерунду! — Аня почти кричала. — О чём ты? Какой дар бессмертия? Как прикажешь тебя понимать?

— Как есть, так и понимай, — пожал плечами Андрей. — Фактически, я – бессмертен. Я – существо иной формации, иного закона, иного плана. Мне дарована бесконечно долгая жизнь. Конечно, мою жизнь, с человеческой точки зрения, полноценной назвать сложно, и тем не менее. 

— И кто ты в таком случае? — ненатурально рассмеялась Аня. Новый поворот событий напугал её, особенно факт, что говорил Андрей серьёзным тоном. Исправить бы и обернуть шуткой. — Кащей Бессмертный?

— Вампир.

— Ха три раза. Ищи дурака в другом месте, если хотел надо мной посмеяться.

— Посмеяться?! — Андрей впервые за вечер вышел из себя. — Ты мне не веришь?

— Нет, конечно. Я не столь наивная идиотка и никогда не поверю в ту ахинею, которую ты несёшь, чтобы произвести впечатление.

— Ахинею?! Я сейчас же докажу, что я и в самом деле вампир!

— Посмотрим, посмотрим! Сейчас напялишь какую-нибудь маску, купленную в магазине смешных ужасов. Это не напугает даже младе...

Аня осеклась на полуслове, обомлев от увиденного.

Лицо Андрея перекосилось и начало расплываться, превращаясь в жуткую гримасу. Глазные белки налились кровью, подбородок удлинился, губы разошлись в зверином оскале, среди белоснежных зубов отчётливо выделялись удлинённые и слегка заострённые клыки.

Аня не выдержала и закричала от ужаса, а Андрей продолжал трансформироваться. Его некогда стройное тело сжалось вдвое, превратив высокую мужскую фигуру в жалкое подобие человека. Ткань костюма на кошмарном чудище стала стремительно разлагаться, опадать лоскутами старой ветоши и, едва достигнув пола, рассыпаться в труху.

Вскоре перед продолжавшей истошно вопить Аней, предстал невероятный монстр с огромной безобразной головой и непропорционально небольшим телом, опиравшимся на полукривые короткие и густо заросшие жёсткой шерстью ноги. Вдоль туловища свисали длинные руки, имевшие второе сочленение в локтях. Оканчивались руки узкими ладонями с растопыренными длиннопалыми отростками с остро заточенными когтями, которые неотвратимо тянулись в её сторону.


6


Когда эти извивающиеся, словно змеи, лапы монстра почти добрались до Ани, она очнулась от шока, сбросила с плеча сумку и с размаху ударила.

Вампир ловко увернулся. На его морде расплылась ухмылка.

— Иди ко мне, — прошелестел монстр, шаг за шагом приближаясь к Ане. — Я подарю тебе в своих объятиях бесконечную жизнь. Ты познаешь вкус крови, полюбишь его так, как я, и будешь постоянно жаждать, радуясь каждой новой капле. Ты по достоинству оценишь блаженство наслаждения. Отдайся, девочка, и я сложу к твоим ногам все сокровища мира. Иди же ко мне!

Аня пятилась от неотвратимо наступающего монстра. Затем она вспомнила про лежавший в сумочке баллончик со слезоточивым газом, достала, скинула колпачок и направила струю прямо в страшную морду.

Монстр взвыл, закрутился на месте и стал протирать опалённые глаза.

Аня опрометью бросилась в тёмный коридор, в сторону выхода из ужасной ловушки, в которую угодила по собственной глупости. Она бежала со всех ног, стараясь успеть к спасительной двери, раньше, чем разъярённое неудачей и отпором чудовище бросится в погоню.

Раздался жуткий вой, от которого стыла кровь в жилах и подкашивались ноги. Это монстр спешил за ускользающей жертвой. 

Но Аня, преодолевая слабость, на негнущихся ногах добралась до выхода. Изо всех сил потянула дверь. Тяжёлое полотно поддалось, но сдвинулось лишь на несколько сантиметров. Шум погони приближался, пришлось утроить усилия. Образовавшаяся щель, в которую можно было протиснуться, придала надежду. Главное, не застрять.

Однако подоспевший монстр вцепился в подол платья и перехватил за талию. Аня взвизгнула от боли: когти чудовища пропороли кожу. Вампир почуял свежую кровь, взревел от возбуждения, схватил за волосы и потянул к себе.

Аня стиснула зубы и продолжала упираться. Голова запрокинулась, выставив беззащитную шею. 

Глаза их встретились, и она обмякла под гипнотическим взглядом.

Вампир самодовольно ухмыльнулся, облизнулся, обнажил клыки и потянулся к лихорадочно бьющейся синеватой жилке сонной артерии.

Почувствовав, что хватка монстра ослабла, Аня сунула руку в сумочку, нащупала ножницы, выхватила и силой вонзила их в череп монстра.

Вампир издал пронзительный вопль, полный отчаянной боли, и схватился обеими руками за рану.

Аня дёрнулась, последним усилием протиснулась в щель полуоткрытого дверного проема и, оставив в когтях спохватившегося вампира клок платья, выскользнула на свободу. Не теряя ни секунды, бросилась прочь от этого проклятого места.

Она бежала со всех ног, не разбирая дороги, однако запуталась в обрывках платья и рухнула на землю. В глазах вспыхнуло. Превозмогая боль, опёрлась на дрожащие руки и попыталась встать. Лишь с третьей попытки удалось сесть. Всё тело ныло от ушибов, а каждый вдох отдавался острой болью в груди – лишь бы не были сломаны рёбра. На бедре растекался чудовищный кровоподтёк. Но хуже всего дело обстояло с распоротым вампирским когтем боком – кровь продолжала сочиться, пропитав ткань почти до колен. Аня стащила с себя остатки платья и постаралась разорвать материю на лоскуты, чтобы перевязать рану. Истратив на это последние силы, она, тяжело дыша, припала к земле. 

Холод Аню несколько освежил, придав бодрости. Падая и вновь поднимаясь, она всё же сумела оказаться на ногах. Пошатнулась, постаралась сохранить равновесие. Если повторно упадёт – подняться уже не сможет.

Послышался шелест крыльев, и перед Аней выросла чудовищная фигура вампира. На голове твари зияла рана.

— Тебе не уйти от меня, девочка. Хочешь того или нет, но ты будешь моей. Однако вечной жизни уже не получишь. После того как я выпью всю твою кровь, тело отдам на съедение моему дружку-помощнику. Ты его, надеюсь, не забыла?

Из тьмы выдвинулся крупный волк, тут же обратившийся в отвратительного карлика.

— Так вы в сговоре, — осенило Аню.

— С самого начала, — кивнул вампир. — С той самой поры, как я тебя заприметил. В ту ночь я не стал убивать тебя, был уверен, что примешь моё щедрое предложение. Но ты меня разочаровала. Впрочем, как и многие другие.

— И ты их все убил?! — в ужасе вскричала Аня. — Ты — чудовище!

— Я знаю, — спокойно ответил вампир. — Ты не первая, и, боюсь, далеко не последняя. И всегда одно и тоже. Ваша наивность так падка на обман и лесть. Достаточно прикинуться идеалом, принцем на белом коне, и любая готова бежать на край света, чтобы воплотить свои мечты о вечной любви. Но всё это, увы, бывает лишь в пустых сказках. Стоит мне предстать в своём истинном обличии, как бесплодные мечтания о замках на песке разбиваются жестокой реальностью. Как же, кошмарное чудовище! И никто даже не желает выслушать, что предлагает этот монстр. Нет, не иллюзорное счастье, не журавля в небе, а вечное существование. Вечную жизнь!

— Это разве жизнь?!

— Ты, девочка, слишком молода, чтобы понять и осознать. Ведь я мог этот мир сложить у твоих ног, но ты отказалась от такого выбора. Теперь выбор за мной. Самое лучшее в этой жизни, которую ты отвергла, полакомиться свежей, ещё горячей кровью. Бьюсь об заклад, что ты до сих пор девственница. В последнее время их всё сложнее встретить. Так что для меня ты станешь настоящим деликатесом. 

— Пойди прочь, ничтожество и трус! — презрительно сквозь зубы процедила Аня, дождавшись, пока вампир не выговорится вволю.

Вампир молча отвесил ей оплеуху.

Аня рухнула и застонала от боли. Скорее всего, при падении было сломано несколько рёбер. Но это не имело никакого значения. Она понимала, что чудовище уже не оставит её в живых.

Вампир подошёл к лежавшей ничком Ане, присел на корточки и приподнял ей голову.

Глаза их встретились.

— Готовься к смерти, глупая девчонка. Если знаешь хоть одну молитву, молись. Быть может, твой небесный отец простит твои грехи и заберёт к себе в своё царствие.

Аня умоляюще взглянула на то нечто, что ещё совсем недавно было Андреем, и, с трудом шевеля губами, прошептала:

— Прошу только об одном, Андрей. Прежде, чем отдать этому зверю... Не желаю быть съеденной заживо.

На миг морда монстра обрела человеческие черты, и Андрей пронзил сердце Ани своим когтем. Затем припал к шее, впитывая драгоценную кровь. Проглотив последние капли, поднялся, махнул ожидавшему неподалёку вервольфу, приглашая того к пиршеству, обернулся летучей мышью, взлетел и скрылся в ночном небе.

Тут мне представился фюрер

Какие-то странные представления о воздушном поцелуе.
Хотя да, автору бы лучше использовать привычное "послала воздуш.." хотя можно придраться и к "послала": вот послала так послала (с)

О! Девчачья рассказка про то, как героиню домогались, а она отказала!
Но есть нюанс. За отказ героиню тупо сожрали.
Так что будем считать, что автор понимает, что отказывать - не всегда оптимальное поведение.

По повествованию все понятно, возник только один вопрос, с ванной, естественно. Дом к водоснабжению и канализации был подключен? Или в ванной стоял кувшин с холодной водой и отхожее ведро?

В остальном - язык нормальный, на мой вкус слишком затянуто, но я не ценитель девчачьих историй. Не исключено, что целевой аудитории зайдет. Хотя, боюсь, целевая аудитория не примет смерть героини. Быть сожранной оборотнем, фу!

И есть глобальный вопрос, но не к рассказу, а к жанру в целом.
То, что молоденькая студентка "поплыла", понятно и замотивировано. Уверенный, сильный, ухаживает красиво. Еще и защитил от волков. Все понятно. Хотя... Чем по жизни занимается - не спросила, где бывшая - не узнала, какие алименты - не поинтересовалась. Дом какой-то стремный, без электричества. Это вообще, жилой фонд? Но ладно, студентке простительно.
А вот что такого в ней нашел древний вампир? Вот во всех этих сагах возникает вопрос - с чего это умудренные жизнью вампиры влюбляются в никакущих девчуль? У него к ней по жизни должен быть исключительно гастрономический интерес. А тут... Любовь, вечная жизнь, вместе навсегда... Это у двухсотлетнего циника с двадцатилетней пустышкой?
Вот, помню у Стругацких в "Отягощенные злом" был эпизод любви бессмертного - Агасфера к Саджах. Но там - и Агасфер был не сильно старый, и Саджах была не студенткой, и Стругацкие все равно аккуратно мотивировали.
А тут... Да и не только тут, во всей этой вампирской литературе. Закон жанра, похоже

ЗЫ.
Представляю, как автор мучался, выбирая между "Первое свидание" и "Последнее свидание"

Ох ты господиии..Баллада о Прекрасной Ане, которая хотела любить, да не вышла замуж. Верится в происходящее только в том месте, где автор отбросил все эти журчания, гребешки и прочие анахронизмы и описал обстановку в семье героини.
А почему изначально не выбран этот стиль повествования?
Архаика иногда уместна, но надо обладать большим вкусом, чтобы она сработала...В данном же случае непонятно - к чему все эти придыхания и красивости? чтобы героиню красиво сожрали?) А для чего сцена купания? что она дает сюжету? Читала начало - ну прям Белоснежка..а нет..Киприда..опять нет - девица из вампирской саги..снова нет - потому что сожрали) Автор мечется между красивой картинкой и тягой к натуралистическому драматизму, как мне кажется. В общем, извиняйте, совсем не понравилось.

- не пришибла, не?

- дом/часовня заброшенная. По чему там цокать? И - да, я бы в лес каблучки не надела... Хотя сама была свидетельницей такого прецедента.

- т.е. света нет, а вода продолжает поступать?

- вампир, как мы теперь уже знаем, пришёл в освящённое место?
Я чего-то не знаю о вампирах?

Либо автор совершенно не любит свою героиню, показывая её этакой дурочкой из переулочка, либо сделал это специально. Не, ну попадаются же до сих пор индивидуумы, которые деньги аферистам перечисляют, так что пуркуа бы не па. Но лично меня эта глупая наивность несколько раздражала, если не сказать больше.
Мораль: слушайтесь родителей, наивные дурочки.

Сюжет не дотянул до того, чтобы пробудить у читателя - в данном случае, у меня - сочувствия к героине.

Интересен лишь союз вампира с вервольфом, и именно эту линию хорошо было бы развить, вместо того, чтобы столь подробно излагать биографию и переживания Ани. Это имхо, но имхо критическое.

Поэтому придётся мне пройтись по нашему великому и могучему... по русскому языку.


Такое замечание: люди строят не запруды, а плотины, дамбы. Перегораживают реку, чтобы запруда появилась, возникла бы. Поэтому одна из первых же фраз поразила меня своей корявостью: «К когда-то построенной людьми запруде трудолюбивые бобры добавили своего труда, укрепив плотину».

И такое замечание: Аня – и енот-полоскун. Где всё это происходит?
Естественный ареал обитания енота-полоскуна находится в Северной Америке, от Панамского перешейка до южных провинций Канады. Так что или уж не Аня, или уж без енота.

«И хоть до назначенного срока времени полно, рисковать не стоило» - (с) - а стоило соблюсти согласование времён: добавить слово «было» (или «оставалось») после слова «времени».

«Если бы не он, то ещё не известно, как дело повернулось» - (с) – надо: «повернулось бы».

«Разок уже приходилось ей воспользоваться этим маршрутом» - (с) – надо: «пришлось». Потому что глагол «приходилось» подразумевает, что некие одинаковые действия совершались несколько раз, а не один разок.

«При этом склонен раздуть из мухи слона» – (с) – надо: «раздувать».

«Ей и раньше говорили, что красива, но с парнями, пытавшимися ухаживать, никогда не позволяла лишнего» - (с) – как ни крути, но без местоимений получаются разве что неполные предложения. Это стилистически неверно.

«— Ах! — воскликнула она, заливаясь краской смущения и опуская глаза вниз, едва парочка прервала затянувшийся поцелуй» - (с) – пардон… какая парочка? Целуются-то Аня и Андрей. Кто там третий лишний? Проще, автор, проще: «…когда затянувшийся поцелуй оборвался», например, хоть так.

Многовато подобных небрежностей на такой сравнительно небольшой по объёму рассказ.


Впечатление такое, из-за моего кинематографического восприятия текстов: мне хотели показать лирический " мистический ужастик", но вместо этого пришлось смотреть скучноватый документальный фильм.

Увы.

Перепев сюжета из фильма "Интервью с вампиром".

Автор наворотил всего, но так и не добрался до Полнолуния.
Язык красивый, но как-то тем не менее не впечатляет. Мистика и хоррор переплетены плотно.
Веет, конечно, сказочностью сюжета. Если бы не одно но... Баланс сил нарушен. Для баланса добра и зла нужен положительный герой, однако его нет. И это разочаровывает - читателю нужна надежда, а здесь ее нет. Ну сожрали темные силы дурочку, и дальше что? Где мораль истории - не ходите девочки в Африку гулять?

В общем, история слабая. Дальше красивостей повествования рассказ не пошел. А зря.

Про злого вомпера и глупую девочку Аню.
Скучно, наивно, рпредсказумео. Если уж писать на эту тему, то как в "Сумерках" - чтобы было красиво. А тут...
Совсем не айс.

Жил-был вампир.
Жил, жил и заскучал.
Надоело ему просто кровь пить, решать... тоже пить, но благородно
Но его, гада, благородство не оценили!

А еще, придется дописать за автора: вампир попал к нам из чужого неба, потому что ученые его мира ставили эксперимент и доигрались до того, что небеса соприкоснулись!
Нет ничего страшнее того, когда ученый, начав эксперимент, говорит: Упс!
И вампира, который спокойно себе сидел в древесном баре на верхушке соснольхи и попивал коктейль Кровь слонопотама, внезапно выкинуло на Землю!

Ну и воды здесь налито!
Рассказ надо сократить раза в два, первую сцену с озером убрать полностью. Мало того, что она не имеет отношения к сюжету, ещё и написана так по-школьному старательно. Ну прям "Как я провёл это лето".

Вот! А я говорила, что это всегда самое трудное в любовных историях. Нет ничего труднее, чем писать про любовь, а кто презрительно фыркает, пусть сам попробует.
Это я не вам, а вообще.
Недостаточно просто сказать: они полюбили друг друга. Получается фальшиво, глупо и неинтересно. Я даже подозреваю, почему мало поклонников этого жанра - мало качественных текстов.

Первое свидание

Всё ждал, когда начнётся фантастика. Хотя да, картинка с обнажённой купающейся девушкой должно играть на воображение. Но то, что произошло дальше превзошли все мои ожидания. Хотя изложено всё это в манере "муси-пуси", читать было интересно (ну кроме, может быть, ужина, тут я, извините автор, откровенно заскучал, хорошо хоть не с зевками), как было интересно ждать развязки. Понятно, чем это должно было закончиться, но интересно было, как автор вывернется, не написав что-то тривиально, что было написано до него сотни тысяч раз. И автор, честно говоря, удивил. Оказалось, что вампир скорефанился с оборотнем, и весь бой - фикция, чтобы заманить глупую пташку в сети. Кстати, да, при таких обстоятельствах сцена купания лишняя, но как тогда показать чистоту души жертвы? А вот финал немного разочаровал и даже раздражил, хотя понимаю причины и побуждения - показать, что и вампиру не чужды человеческие порывы. Но это если молодому вампиру подобные жесты простительны (хотя как потом расплачиваться с подельником, может и ему хочется разодрать девушку именно живой?), то пожившему не одну сотню лет цинику такие жесты противопоказаны.
Но несмотря на претензии - рассказ в общем и целом понравился. Кроме финала, напиши я этот рассказ, я бы всё равно в тексте оставил сложенный курган из тела жертвы, иначе зачем было упоминать о предыдущей жертве, которую постигла именно эта участь, тогда бы лучше эту деталь вообще убрать, во избежание разночтений.
Словом, зачёт.

Начало рассказа вогнало в жёсткий сон - ну кто так начинает рассказы? Но потом чуть разогнался темп, но не более. Для меня - один из аутсайдеров

На турнир писал другой рассказ, но навалившийся реал не позволил его закончить. Пришлось доставать лежавший в архиве рассказ (писал по приглашению одного знакомого на "вампирячий" турнир лет так пять-шесть назад, но не успел под дедлайн), сдуть пыль и отредактировать в читабельный вариант. В оригинале текст вообще имел 47 тыщ знаков весу, пришлось резать не дожидаясь перитонита безбожно, в основном, прошлое Ани и несколько монологов вампира Андрея, по сути повторяющиеся. Прекрасно понимал, что текст будет откровенным аутсайдером, так что выставлял для того, чтобы добрать количество.

Дон Рэба, было бы очень интересно узнать предысторию - каким образом сумели подружиться вампир и оборотень, что с ними происходило? ))

Дон Рэба, а всё равно я до конца не верила, что это вы.))
Да, не ваша тема абсолютно, а почерк ваш. Тоже ум за разум у меня зашёл.

Я про свой тоже что-то такое понимала.))

Кажется, Кира Баева говорила, что её приятно удивляет мой разброс по темам, что я не зацикливаюсь на узких темах. И наверное она права. Мне интересен человек, его поведение в экстремальных ситуациях, поэтому для меня самый удобный жанр для раскрытия идеи именно фантастика.
Так получается, что хэппи-эндов у меня практически нет. Как говорится, не мы такие - жизнь такая. Главное, в таких случаях достойно себя вести.

Ну Руслан..ну вы даёте)) удивили..)

Она всех вечно удивляла, такая уж она была (с). Чуть ли не после каждого турнира мне говорят, мол, удивили. Один раз даже Катерина-Мышель мне сказала, что в шоке была, когда я рассказ от женского лица написал. Вот тогда точно даже теоретически никто не заподозрил моё авторство.

Вот это как раз не было бы удивительно) От чьего лица мы только не пишем...) Но тут видно, что писатель на распутье - сначала сцена из Диснея, потом буколическая романтика, вдруг кусочек из жизни, потом Мэри Шелли во весь рост с налётом Голливуда...) В общем...какой-то виктор франкнештейн, а не рассказ)

Этот рассказ был написан пять лет назад на какой-то "вампирский" конкурс (не на нашей площадке), на который я бездарно профукал все дедлайны (но рассказ был потом дописан и положен в архив), когда я только искал свой стиль. На этот турнир я писал другой рассказ, но смерть близких поломала все планы. Продлевать дедлайн я уже не имел права. Вспомнил об этом рассказе, достал из архива, сдул пыль, выкинул лишние сцены, поменял порядок глав, подрихтовал стиль. Мне и самому не нравилась эта рафинированность образа (как Ани так и Андрея), но на всё про всё у меня оставалась только неделя. Огромное спасибо личной бэт-ридеру, благодаря которому неудобоваримый эксперимент хоть чуть-чуть стал похож на читабельный текст.
Кстати, раз Некто догадывалась на моё авторство, ссылаясь именно на ритм и стиль, стало быть, я их, ритм и стиль, уже обрёл, а тогда ещё только искал.

И меня... Хотя нечто вертелось подспудно в голове, но повертелось и ушло, пришибленное тенью