«Осенью 1938 года я был студентом второго курса Московского Юридического института. На втором курсе у юристов первая практика, ознакомительная. …
— Сегодня иду описывать имущество жулика. Выдает себя за писателя. Заключил договоры со всеми киностудиями а сценариев не пишет. Кто хочет пойти со мною?
— Как фамилия жулика? – спросил я.
Исполнитель полез в портфель, покопался в бумажках и сказал:
— Бабель Исаак Эммануилович.
Мы вдвоем пошли описывать жулика»
Б. Слуцкий «О других и о себе»:
«Искусство его вымогать «авансы» — изумительно. У кого только не брал, кому он не должен, — всё под написанные, готовые для печати новые рассказы и повести. Получив с журнала деньги, Бабель забежал в редакцию на минутку, попросил рукопись «вставить слово», повертел ее в руках и, сказав, что пришлет завтра, — унес домой, и вот четвертый год рукописи «Звезда» не видит в глаза. … Под эти рассказы он взял деньги — много тысяч — у меня, в «Красной нови», в «Октябре», в «Звезде» — и еще в разных местах. Ухитрился даже забрать под рассказы пять тысяч в Центросоюзе. Везде должен, многие имеют исполнительные листы, — но адрес его неизвестен».
(В. Полонский «Моя борьба не литературном фронте»)
«Еще в 1930 году Бабель заключил с Гослитиздатом договор на сборник новых рассказов, С тех пор договор переписывался, „освежался“, многократно отсрочивался, но книга автором не представлена и по сей день. Творческая пауза у Бабеля несколько затянулась… Можно уж справлять десятилетний юбилей плодотворного молчания».
(Лежнев. Правда 1936 год).
«Гражданин народный комиссар. … с болью чувствую я, как возвращаются ко мне вдохновение и силы юности, меня ждет жажда работы…»
(И.Бабель, письмо из камеры, за четыре месяца до суда и расстрела).
