Впервые я посмотрела этот фильм в 2006, т.е. через четыре года после его выхода в свет и мне сразу же понравилось. А недавно я открыла его для себя заново и вот уже почти месяц оторваться не могу и не надоедает! Я даже дошла до такой стадии фанатизма
) Как ни странно, но пиратская оказалась наиболее качественной. В этой связи меня пробило на написание рецензии, вернее поделиться впечатлениями и мыслями по поводу, на рецензию это не потянет.
Жанр: фантастический боевик, антиутопия, киберпанк
Режиссер: Курт Виммер
Конокомпания: Dimension Films
В ролях: Кристиан Бейл, Тай Диггс, Эмили Уотсон, Шон Бин, Ангус МакФадьен, Шон Пертви
Сюжет фильма довольно прост и незамысловат. Да и не нов. На эту тему уже снимали фильмы и писали книги (об этом упоминается во многих рецензиях, например, на киномании.ру, полагаюсь на них, т.к. сама не видела этих фильмов и не читала соответствующих книг). Одним предложением сюжет можно описать так: очередной голливудский супермен в одиночку делает революцию и наказывает плохих парней. Но то КАК эта тема подана и раскрыта в "Эквилибриуме" делает его для меня одним из самых любимых и самых лучших из когда-либо виденных мною фильмов. Но обо всем по порядку.
Общественно-политический бэкграунд
Земля после Третьей Мировой. Уцелевшие создали на руинах старого мира город-государство с тоталитарным режимом Либрию. Архитектор нового порядка и Вождь Либрии, которого называют не иначе как Отец
По мнению Отца, именно эмоции в прошлом заставляли людей воевать. Поэтому он разработал доктрину, согласно которой чувства и эмоции были объявлены вне закона, а также все предметы, которые могут их вызывать: произведения искусства, компьютерные игры, музыкальные диски, иллюстрации и просто ярко раскрашенные вещицы. Этим предметам была присвоена категория ЕС10. Все граждане Либрии были обязаны каждый день принимать препарат прозиум II, подавлявший эмоции. Отказ от приема прозиума, как и хранение предметов категории ЕС10, считались преступлениями, которые карались сожжением заживо.
Многочисленные отряды полиции поддерживают порядок в Либрии. Но помимо них существует еще и особый привелегированный спецназ - Тетраграмматон. Члены Тетраграмматона носят звание Грамматон Клирик. Клирики обучаются в специальном монастыре развитию интуиции и боевым искусствам, главным из которых является ган ката - кодекс оружия. В обязанности клириков входит поиск и устранение "чувствительных престпников" и припрятанных ими предметов категории ЕС10.
Поскольку все, что может хоть как-то вызывать эмоции запрещено, то и никаких развлечений в Либрии тоже нет. Единственное "развлечение" либрианцев - просмотр пропагандистских роликов об ужасах войны и прослушивание речей Отца на тему вреда эмоций и пользы прозиума. По всему городу установлены огромные мониторы с которых Отец обращается к своему народу, также они имеются во всех офисах и квартирах, дабы ни одно слово Отца не прошло мимо ушей граждан. А если кто-то случайно оказался вне зоны охвата пропагандистского телевидения, не беда - над городом постоянно летают дирижабли с установленными на них экранами и громкоговорителями.
И так с утра до ночи. Спрятаться от потоков антивоенной и античувственной пропаганды нет никакой возможности.
Монохромный и строгий мир Либрии угнетает и завораживает одновременно. Все здания серы и монументальны. Похожие на роботов, накачанные прозиумом люди, одеты в черные, серые, коричневые или синие униформы.
Мир Либрии во многом напоминает Третий Рейх.
Тренирующихся во дворе монастыря клириков вполне можно счесть реминисценцией "Олимпии" Лени Рифеншталь.
В Либрии органично соединены элементы тоталитарного общества с элементами религии (хотя в Либрии ее вроде как нет, но намеки на нее ненавязчиво разбросаны по фильму).
Повсюду выставлены кордоны военных в черных кожаных плащах с автоматами. Малолетний сын главного героя Престона, обучающийся на клирика, похож на юного наци из Гитлер-югенд. Символ Либрии - крест на красном фоне, напоминает одновременно и свастику и герб Иерусалимского королевства, только без маленьких крестиков. Элитный спецназ называется Тетраграмматон (это непроизносимое имя Бога), а сами члены этого спецназа называются клириками. Символ Тетраграмматона - буква Т - крест без верхней части. Название препарата прозиум напоминает слова "прозак" (антидепрессант) и "прозелитизм" (стремление распространить свою веру, повсеместномо устанавливать поддерживаемую религию, а в нашем случае идеологию). Собственно это и делали власти Либрии руками клириков и полицейских во время бесконечных зачисток в Неттере (территории за пределами Либрии, где жили чувственные преступники, не поддерживающие либрианский режим), прям как крестоносцы в Палестине. И, наконец, Отец - чем не Папа, верховный понтифик, только без кадуцея и тиары?
Таким образом, мы видим весьма органичное соединение политики и религии, как это и присуще тоталитарным режимам. Только религия подменяется идеологией. Вместо религии - коммунизм или национал-социализм, а вместо поклонения богу культ личности фюрера \ генсека.
Сюжет фильма
Джон Престон, главный клирик Тетраграмматона, сначала тоже похож на робота. Как истинный либрианец и преданный слуга Отца он строго следует букве закона и ни на шаг не отступает от нее: тщательно отстреливает чувствительных преступников и уничтожает предметы искусства, а затем убивает своего коллегу-клирика Эрла Партриджа (Шон Бин), т.к. тот перестал принимать прозиум и начал чувствовать.
Перед смертью Партридж успевает процитировать строки из стиха Йетса и эти строки по какой-то странной причине запали Престону в душу. Затем он вспоминает свою жену, которую четыре года назад обвинили в отказе от приема прозиума и сожгли. А утром он случайно уронил ампулу с прозиумом и пропусил его прием. В этот день он арестовал очередную чувствительную преступницу, Мэри О'Брайен. Когда его напарник клерик Брандт хотел застрелить ее, он не дал ему сделать это. Во время допроса Мэри сказала ему еще одну фразу, которая поспособствовала его перерождению, что без чувств жизнь это всего лишь тикающие часы.
Престон прожил без дозы целые сутки и на следующее утро начал чувствовать. Проснувшись он увидел, что в окно барабанил дождь и стал лихорадочно сдирать пленку, которой оно было заклеено. Впервые в жизни он увидел дождь и радугу над Либрией глазами, не затуманенными прозиумом. Вначале он испугался доселе неведомой ему способности чувствовать и хотел было вколоть себе прозиум, но понял, что пути назад уже нет. Начиная с этого момента жизнь клирика изменилась раз и навсегда.
По пути на работу и во время очередной зачистки в Неттере он прикасается к разным вещам, словно видит их впервые (прозиум наверно притуплял и осязание): проводит рукой по перилам, по выщербленной выстрелами стене, по запрещенным предметам в потайной комнате и, наконец, слушает музыку Бетховена и спасает щенка от расстрела (животные тоже были вне закона).
Он влюбляется в Мэри и примыкает к повстанцам, которые поручают ему убить Отца.
Престон "арестовывает" повстанцев и в награду за это ему разрешают попасть на аудиенцию к Отцу. Но, как оказалось, он попал в ловушку. Настоящего Отца уже много лет как нет в живых, а в народе при помощи видеозаписи его пропагандистских речей просто поддерживается иллюзия, что он жив. На самом деле у руля стоит вице-консул Дюпон. Дюпон догадался о том, что Престон совершил эмоциональное преступление и просто использовал его, чтобы выйти на повстанцев. Казлось бы все, партия Престона проиграна, но не тут-то было. У клирика всегда припрятан
Легко и непринужденно расстреляв всю охрану, он добрался до кабинета Дюпона, в котором оказалось полно предметов категории ЕС10. Глава государства сам был эмоциональным преступником и разумеется не принимал прозиум. И здесь старая, как мир, история - закон вовсе не один для всех, вожди народа выше закона. Прозиум и запрет эмоций главе Либрии нужны были вовсе не для предотвращения войн, а банально для удержания народа в подчинении и удержания власти. Престон виртуозно разделывается с охранниками Дюпона и Брандтом при помощи сабли, а в конце и с ним самим. Прежде чем застрелить его он вспоминает сцену казни Мэри.
Таким образом Престон чуть ли не в одиночку свершает в Либрии революцию и мстит за смерть Мэри. Повстанцы помогли ему тем, что взорвали фабрики прозиума. Нет, это не хэппи-энд, ведь спасти Мэри от казни ему не удалось. В финальной сцене Престон смотрит на залитый солнцем, освобожденный от диктатуры город, сжимая в руке красную ленточку Мэри.
***
Несмотря на столь незамысловатый сюжет, фильм смотрится с большим интересом благодаря нескольким моментам, обеспечившим его гарантированный успех.
Во-первых это игра Кристиана Бейла. Странно, но раньше я почему-то недооценивала этого актера. Роль клирика словно специально писалась именно под него. Практически весь фильм он ходил с каменным лицом: сначала, т.к. его герой был накачан прозиумом, а потом, когда перестал принимать этот препарат и начал чувствовать, он был вынужден притворяться, что по-прежнему ничего не чувствует. Но при этом, актер умудрялся передавать скрытые чувства своего героя и мастерски показал его перерождение: едва заметными движениями бровей, уголков губ, выражением глаз...смотрится это шикарно! Не каждый так сумеет, особенно если учесть, что 90% экранного времени это съемки крупным планом, которые оператору удались на ура.
Еще очень порадовало, что на главную женскую роль выбрали не очередное гламурное красодко, а акртису с обычной внешностью. Внешность Эмили Уотсон идеально подходит для ее героини Мэри. Открытый и немного наивный взгляд, выдающий в ней чувственную натуру, в сочетании с силой воли - как раз то, что нужно.
Экшен-сцены в "Эквилибриуме" это нечто! Режиссер, он же сценарист Курт Виммер, специально для этого фильма придумал новый вид боевых искусств - ган кату, благодаря этому перестрелки на пистолетах смотрятся не менее изящно и эффектно, чем поединки ниндзя. У главного героя всегда полные рукава пистолетов и патронов к ним, причем перезаряжать их он умудряется на лету. А в финальной сцене, одетый в белоснежный костюм Престон аки ангел мщения, еще и выказывает фантастическое умение сражаться на саблях, причем орудует он двумя сразу. Менее чем за минуту он рубит в капусту десятерых. Пусть это хоть сто тысяч раз нереалистично, но зато до чего же красиво!
Экшена в фильме в меру, ровно столько, чтобы он не мешал воспринимать основную идею фильма и чтобы зритель от него не устал и не успел заскучать на спокойных сценах.
В фильме органично соединено несочетаемое: элементы хай-тека (мир Либрии) и ретро (мир повстанцев+запрещенные предметы искусства). Сцена с нарочито слегка размытым изображением, когда клирик сидит за столом с повстанцами и звонит по старомодному телефону с дисковым номеронабирателем доложить, что он их задержал, вообще напоминает иллюстрацию из какого-то журнала 40х-50х годов. Одтельный респект композитору Клаусу Бадельту за потрясающий саундтрек.
Но главная фишка фильма в его особой атмосфере. Фильм пронизан некой неуловимой недосказанностью, недопроявленностью и недовоплощенностью. Это фильм о чувствах - но их бурных проявлений нет и в помине, фильм напоминает тихую водную гладь лишь слегка подернутую рябью. Любовь клирика к арестованной им преступнице показана лишь мимолетным прикосновением пальцев и прощальным взглядом перед казнью, наполненным болью и невысказанными словами любви. Удивительное и в высшей степени гармоничное сочетание всего вышеперечисленного делает "Эквилибриум" тем наркотическим напитком, который хочется пить снова и снова.
