*Приимечание. В рассказе используется северный диалект русского языка: «поморская говорь».

***

Живет на севере народ такой, поморцами, себя кличут. Море – кормилице, Белое у них. Не вода белая, ежели может кто-то подумать спьяну, а туманы молочно-белесые в непогоду сливают воду и небо вместе. Смотришь с берега и не разобрать, где вода кончается, а небо начинается: белым-бело.

Странный люд там ходит на добычу в море. Странно рыбу ловят и не удочками вовсе, но широкими ярусами о пяти тыщ крючков на концах веревок. Забрасывают в море поутру и ждут до полудня. Лодьи качаются на волне, штиль полный, ну поморцы вповалку укрываются рогожкой и дремлют себе, в ус не дуют. Лишь солнце мимо полдня проплыват, тут они и за ярусы хвататся. Вытаскивают наверх, а там: трески, палтуса и сайды – видимо невидимо, на любителя иль на кажный ден – сельди, камбалы и наваги хвостом бьют. Богато живут северцы.

Старая история, сам в нее с годами верю все меньше и меньше, но вам расскажу, как на духу. Случилась она вскоре после победы царя Петруши в Северной войне. Шведы-то подустали за двадцать лет воевать супротив русичей. А следом за теплом ветра задули холодны, молочень-туманище змием-драконом вполз, закрыв удобные пристанища в губах и бухтах. Вражины было кидатся к островками, – где там? – да по-над берегу, да в-под горой скалистой ни одной шхеры не видат. Не в-за горами зима, знат, лютая торопится, – струхнули не мало, – да и заключили в конце лета мир с Россией. Слыхали ить все про Ништадтский мир одна тысяча семьсот двадцать первого года?

Тогда ж, петербуржские коллегии скусно думали в-за столами дубовыми, в палатх каменны, – надумали подати поднять, чтоб налоги в казну государственну, по-за кры́шку полным полнехоньки набить. Ой, ойюшки! Поморцам тяжельче всех пришлосе: во́зле амбар, мимо дом, подле берегу – всюду пришлось клети возводить, рыбу вялить, солить, бочки засмаливать. Как лёд стат твердучим толщиной в-под аршин, так на санях на Большу Землю мужики возить стали, в торговые ряды становилисе, торговалисе насмерть, – денгу выручат приходилосе.

Мои родители из-за голоду на север-то приехали, надеялись рыбой, пушниной и лесом разбогатеть. Я о ту пору уже не мальцом был, почитай шести лет от роду, мамке помогал по хозяйству, пока отец то в море рыбку промышлял, то товар сбывал в Санкт-Петербурхе. Нас в семье душ двенадцать жило-было, кормилось, любилось. Работы в поле и на подворье всем хватало. Но мамка сказала, что мне следоват пойтить в школу. Аккурат опосля победы над шведом в нашей деревне Унежма открылась по указу царя да при участии Духовной коллегии, иначе Святейшего Правительствующего синода, церковно-приходская или архиерейская школа при монастыре. Предметам обучали нетрудным: грамматике, чтению букваря, арифметике, истории церкви и отечества.

Годом позже выловила артель Унежмы богатую рыбу, – попалась в ярус редкая в Белом море серебристая пикша. Досталась отцу, – повезло, – при дележе улова. Мы с соседями высыпали на берег, едва услышав первый переливчато-торжественный перезвон на колокольне малой приходской церквушки. Он возвещал о том, что звонарь увидел режущую вечернюю волну лодью, вывернувшую из-за Лесистого шхера. Рыбаки сошли на берег, вытащили дары морски. Среди рыбин в отцовской доле я первым из детей увидел пикшу. Обомлел, скажу не шутейно: умет папка в море ходить! Чудовина имела полтора аршина длиной, а на тёмно-фиолетовой спинке подле жабр парусом возвышался желтовато-белый плавник. Черная боковая линия отделяла бело-серебристое отвислое брюхо.

Вечером северное солнце ходит вдоль горизонта долго, поэтому не нужно жечь лучину. Я помогал мамке и старшей сестрице разделывать пикшу. И о, чудо! Из желудка морской обжоры они достали граненую бутылочку темно-зеленого стекла, горлышко которой накрепко было залито сургучом. С ужином спешили, потому ни мало не смущаясь последствиями, женщины отдали диковину мне, так позабавиться возле амбар. На просвет внутри привиделсе трехмачтовый кораблик и свернутый листок потемневшей кожи. Долго я ковырял сургуч ножиком, пока достал до пробки. А дальше – ловкость мальчишеских рук, и любознательность на первом этапе была удовлетворена. Я вытряхнул содержимое бутылки. На землю выпал только рулончик с привязанным к нему ключиком. Парусник остался внутри. Как такой большой кораблик попал туда, догадаться я не мог.

На куске кожи неизвестный пират, – я уверен, что это мог быть морской исключительно разбойник, – нацарапал записку. «Сокровища?» – подумал я, и трясущимися руками поднес её ближе к глазам. Буквы были мелки, но в приходской школе за год читать я всё-таки научился неплохо. Текст гласил: «Неизвестный! Вставь ключик в боковую дырочку на борту парусника, тогда обретешь Счастье»! Я хотел тотчас проделать все нужны манипуляции с этой штукой, но мамка позвала трапезничать. Сунул в-под пазухи секретну бутылочку и помчался в избу.

Лежа потом на лежаках из соломы, я ломал голову, как бы половчее вставить ключик в дырочку кораблика, хитро справшегосе за зелеными гранями. И под засыпание придумал хитрый крючок. Утром, наскоро связав лен в пучки на малом поле, я кинулся к задней стенке амбара, подле которой всегда играл.

Наконец-то ключик попал в дырочку и зацепился там за что-то, щелкнул. Солнце исчезло за внезапно набежавшими тучами, из земли вырос пылевой вихрь. Он подхватил меня и поднял в воздух. А через мгновение я очутился в незнакомом месте, точнее в чужой избе, очень просторной и богатой. Это была квартира, как я узнал позже, профессора Малинникова, ученого, химика из двадцать первого века. Поначалу он принял меня за соседского школьника, которого родители посылали на дополнительные уроки к знаменитости. Трофим Трофимович терпеливо мне объяснял азы этой премудрости, дал тетрадку и чудну авторучку, заставил писать сказанное. В течение урочного часа я находился словно под гипнозом, и действительно был счастлив. Но выйдя за дверь, снова оказался рядом с амбаром.

С тех пор секретна бутылочка была всегда со мной, в-под пазухи. Так продолжалось некотрое время. Через год отец женился в третий раз и перевез семью в Хомогоры. Злая мачеха мне не понравиласе сразу. Знакомый дьячок дал совет: «Михайло, иди-ка ты осенью в Питербурх, учитса. Там науки по твому уму как раз, новы и ждут молодых сил. Чую ждет тебя большое будущее». Я послушался, все смотрел на березку под окном. Однажды проснулся и обрадовался – береза пожелтела полностью. Пришла моя великая осень. Поклонился отцу и пошел с обозом поморцев в Сакт-Петербурх, держа в-под пазухи стеклянные грани новы жизни.

Тут, чтобы нормально читалось, нужно быть или фанатом Поморской Говори, или же просто поморцем.
Читая, я как будто пробирался через джунгли без мачете, босяком, а под ногами ещё и ёжики бегают, короче не дочитал.
Может я просто ленивец.

Но название заманчивое. Да и вообще наверное большая работа так вот написать колоритно.

Хороший рассказ. Только не поняла (технически), как он тот ключик, да еще и в кораблик вставлял.

"На первом этапе", "манипуляции", "под гипнозом" - стилистические ошибки.
Этап и манипуляции - убрать бы.
Вместо "под гипнозом" - в одури, рогатый попутал, меду хмельного напился.

Язык интересный. Помните мультики были с похожим говором.
Про портал маловато.
Но идея - как Мишка Ломоносов решил в Питер отправиться - хорошо, есть куда копать.

Резко оборвалась речь поморска Устали, автор? Да мало, что оборвалась, - обороты пошли, мальчику, едва грамоте обученному, не свойственные...

Стилизация порадовала - жаль, поторопились. И идея с Ломоносовым хороша

Присоединяюсь к Светлане, сбивка по стилю есть немного.
Но хорошо, чудо как хорошо!

Особенно после "Очка".

Впрочем, автор неправ, приписав гений Ломоносова везению при обнаружении портала.))

Тигренок на подсолнухе)

Стилизация, кроме последних 2-3 абзацев, имхо очень неплохая. Концовка правда вывалилась.

И мне так Ломоносов здесь не подходит. Как-то у меня представление о нем сложилось такое, что никак он ни в сказки, ни в попаданцы не вписывается. Упорнутый мужик был, своенравный, сам всего добивался.

Стилизация - хорошо, а вот пересказ - плохо. Удачи!

Шобы Ломоносов, да не изловчился.
Рассказ замечательный. Портал в бутылке с порабликом - оригинально
Единственное что странно - это то куда попадает Михайло.
Почему именно в 21-й век

И мы должны поверить, что так говорит деревенский мальчишка позапозапрошлого века? "Не верю!" (с)

Необъяснимо не люблю стилизации.
Простите, автор.

Стилизация (даже если не совсем до конца выдержанная) - ценный труд. За одно это - хорошо.

Он вполне мог узнать эти слова от Трофима Трофимыча.

Рассказ неплохой, и язык понравился.

Удачи автору!

Неплохо, хотя опять - начало очень затянуто, еле продралась. Почему поморцы "странные"? Для расказчика должны быть самые нормальные, ведь он сам из них.

Причём тут все эти налоги, мирный договор? Нипричём. Да и абзац про школу показался лишним, какая разница для рассказа, кто там его читать учил?
Половина рассказа вообще непонятно о чём. А когда до сути добрались - всё скомакано. Как он ключик-то в кораблик вставил? Непонятно.

Разве ж так человек о своей жизни рассказывает?

Вот же, у него мама - живая-здоровая? Так как же отец "через год" вдруг в третий раз женится??? "Мамка" умерла стало быть, покаместь? А об этом - ни слова...
Короче, много работы ещё.

Зря смешали стили. Вот прямо жаль.И сбой времён в повествовании - сколько лет тому, кто это рассказывает? Это от лица 17-летнего Ломоносова? Или взрослого?

Интресная идея и исполнение!
Стилизация понравилась, но есть явные сбои:




-трески, палтуса и сайды видимо-невидимо
- палатах каменных
-некоторое


Удачи!

Стилизация знакомая - есть серия замечательные мультиков, где помор рассказывает сказки и небылицы. Только автор не вытянул и стилизация ограничилась серией вставок. Это бы и ничего, но тогда не надо было вести рассказ от первого лица. Не знаю, как кто, но я как прочитал связку Поморы-рыбный обоз, так сразу понял, что речь пойдёт о Ломоносове. А после Холмогор интрига пропала окончательно. "Разверзлась бездна звезд полна. Числа несть звездам, бездне - дна". Гениальный, по-моему, Ломоносовский слоган.

Вечернее размышление о божием величестве...
…
Взошла на горы черна тень;
Лучи от нас склонились прочь;
Открылась бездна звезд полна;
Звездам числа нет, бездне дна.
…

Ломоносов не так уж сильно отличался от нас строем речи, как принято считать.
В любом случае - очень радостно, что автор выбрал его героем рассказа.

Да, стилизацию не удалось автору выдержать до конца. Ровно на том моменте, который указала Фотка мне сразу почудилось, что читаю совершенно другой рассказ.
Претензии к несвойственным мальчику оборотам считаю необоснованными, ибо повествование идет от лица уже повзрослевшего Михайлы, это его пересказ событий. И вот в этом, на мой взгляд, главный минус текста - упрощенный пересказ, как в школе прям. Мне кажется, объем позволял растянуть и разбавить повествование диалогами. И еще, сравните непропорциональное соотношение частей про быт ребенка и, собственно, основной сюжетный поворот - обучение в будущем. Этот самый сюжетный поворот реально здесь будто для галочки. Один-два абзаца. Проходняк, короче.
Совокупность этих факторов существенно обесценивает первоначальную занимательную, на мой взгляд, задумку.

Хороший рассказ.
Когда Ломоносов стал большим и уважаемым человеком, он стал чаще вспоминать молодость. Это понятно. Именно от главгера преклонного возраста и надо было бы подчеркнуть, что ведется повествование. Финал же - хорошо бы поподробнее дать, но в целом мне лично понятна идея. Своих ученых нам нужно помнить, правильно.

Что было бы, если бы не портал в виде кораблика в бутылке?

Удачи автору,

Никак не могу привыкнуть к правам автора запутывать читателя. Зато сам написал, сам похвалил, сам рецку написал и пожелал удачи.

Не могу... Ваш коммент мне поднял настроение.))))))

Дык анонимный самопиар это хорошая штука:) И поднимает тему, и даёт хорошую рецензию чтоб посетитиели читнули, и путает противников:) Песня!:)
Я бы тоже так сделал:)))

- Заморочить голову читателям, чтобы никто не угадал автора - это святое дело. А то ж везде отметился, а в своем нет - так вычислят за милую душу, Получается сам, играй, но следы - путай,

Я вас в этот раз не раскусила... А должна была, но нет. Совсем не туда смотрела.

Я прошлый раз сама себя поругала, заступаться стали.

Дооо, пиар это искусство:)

Вы про это?


Вот это стилизация, по-моему, очень по слуху.
А в целом стилизация - вещь коварная, иной раз лезет поперёк фабулы...
Как попытка - похвально.
Жаль, история не самая оригинальная...