Я стоял и смотрел на замершую под ногами планету и думал, какой чёрт меня сюда занёс. В общем-то, какой именно, мне известно – наш инструктор по выживанию в космосе. Как его всем курсом называли за глаза – Господин Выживала. Даже дата, этого знаменательного дня, плотно отпечаталась в голове – полтора года назад, когда до окончания военно-космической школы оставался ровно месяц.
Всё обучение для меня прошло словно повторение пройдённого материала – очень легко. С одной стороны, это не было удивительно – мной двигало стремление в космос. А как ещё может туда попасть мальчишка из города, которого даже нет на многих картах, как не стать военным? С другой – в обычной школе я не выбился в отличники, и очень удивился, когда, подав документы в академию, через две недели получил на почте приглашение пройти отборочные тесты.
Меня взяли сразу. Как выразился врач «Вы, молодой человек, в наш век технологий и химии до неприличия здоровы!». После тестов на выносливость и физическую подготовку я попал в тринадцатый корпус. Вот уж не знаю, кто сказал, что это несчастливая цифра? Те три года, что прошли на территории школы, оказались счастливыми деньками. Пока ко мне после обеда не подошел Выживала и не отвёл в сторонку.
– Андрей, скажи, зачем тебе всё это? – Другой бы удивился, услышав этот вопрос, но я-то знал, что Выживала также работал по совместительству и психологом, следившим за «моральным состоянием каждого курсанта».
– Что именно, шеф?
– Зачем тебе школа? Конечно, ты стремишься в космос... Но не проще ли поступить в торговый флот? Или стать инженером и строить станции? Сейчас специалисты высокого уровня востребованы. А с твоей упёртостью я уверен, что ты быстро добьешься успеха. – Выживала замолчал и начал разглядывать маникюр на пальцах левой руки. – Вот мне и подумалось... Зачем тебе школа?
– С чего вопрос, шеф? – Я тогда немного смутился. Но в тоже время мозг искал подвох. Психолог школы не стал бы задавать такие вопросы, чтобы удовлетворить любопытство. – Если честно, то просто не хочу строить космический металлолом или прозябать на одном маршруте всю жизнь. Моя цель побывать в как можно в большем количестве мест...
– Значит, если тебе предложить побывать, скажем, на... Альфе Центавра, ты согласишься?
– Шеф, если бы мне сказали, летим – я бы даже не думал. Только вот, боюсь, такой полёт продлится немного дольше, чем моя жизнь. А это не очень интересная перспектива.
– Разумно. – Выживала кивнул сам себе и, не прощаясь, повернулся и ушел.
А через два часа меня вызвали в канцелярию, чтобы вручить назначение в корпус Альфа. И, наверное, впервые в жизни в мою душу проникло сомнение – нужно ли такое обучение? Корпус Альфа хотя и принадлежал школе, относился больше к профессорам, которые колдовали в своих формулах. И сейчас эти профессора бились только над одним решением – свернуть пространство. Их можно было понять. Строительство катапульт приблизило к Земле Луну и близлежащий космос настолько, что многие летали туда отдыхать. Но это не сделало ближе даже тот же Марс. Чтобы до него добраться, требовалось как минимум пять-шесть месяцев. Потом появились конверторы. Я уж не знаю, как они работают... Знаю только, что они «сжигают» все, что в них закинешь, и толкают корабль вперёд с ускорением, пропорционально равным сжигаемой массе. Ну, примерно так. Запомнилось только то, что конвертеру всё равно, какую массу двигать. Главное – его мощность и ничего более.
Планеты буквально прыгнули к человеку. Он теперь не тащился с черепашью скоростью, высчитывая более экономичную орбиту. Человек теперь летал. Практически с любым ускорением, которое мог выдержать.
На Марсе и Венере уже появились небольшие города. Активно заселялся Ганимед.
Но человек всё равно оставался далёк от других планетарных систем. До Альфа Центавра, ближайшей к солнечной системе звезде, при нынешней технике полёт бы продлился лет пятьдесят. А это чересчур много! Вот учёные и начали выяснять, как фантастику сделать правдой. Ведь о том, что пространство можно «свернуть», впервые заговорили ещё в двадцатом веке, когда человек заметил, что, например, в эпицентре ядерного взрыва время течёт с другой скоростью. А когда удалось получить первые результаты этих исследований, и создали корпус Альфа.
А нас, отобранных двадцать человек, стали готовить в герои. Нам первым предстояло взойти на корабли с оборудованием для свёртывания космоса. Совершить первый полёт.
Какое-то время никто не придал этому значения – ну пускай учёные бьются над проблемой, а учебный процесс идёт дальше... Только вот это убеждение развеяли быстро. Оказалось, что автоматический спутник с мышами на борту уже совершил путешествие. Только не вернулся назад. Наверное, учёные ещё долго ломали головы, если бы тот, неожиданно для всех, не вошел в плотные слои атмосферы Венеры и там не сгорел.
Учёные вновь воспряли духом и начали строительство исследовательского судна, которму предстояло совершить прыжок в неизвестность. И тот его совершил. Корабль исчез с экранов радаров и больше не появился.
Возможно, на этом и закончились все исследования в области свёртывания пространства, если бы к ним не подключилось командование космической пехоты. И вместе с проектированием нового корабля они начали готовить нас. «Добровольцев». Будущих героев-первопроходцев. На самом деле, просто руководство здраво рассудило, что на таком судне присутствие военных просто необходимо.
И нас начали учить выживанию в космосе. За всё время, проведённое в корпусе Альфа, в мою голову вбили уйму информации: от расширенного курса медицинской помощи до обучения пилотированию и ремонту малых судов. Если к этому всему приплюсовать астронавигацию и ещё кучу предметов, то мне иногда казалось, что нас готовят к совсем не простому полёту...
И как же я оказался прав! Теперь, на высоте сто двадцать тысяч километров над Землёй, я стоял в рубке управления и смотрел, как профессор колдует над своей аппаратурой. А планета под нами, казалось, застыла. Ни единого движения не мог ухватить взгляд....
– Интересное зрелище, не правда ли? Что скажешь, Андре? – Мой слух уже привык, что русское имя Андрей произносят на английский лад, и обернулся к подошедшему пилоту.
– Мурашки по коже, Джон. – Я кивнул на планету. – Надеюсь, мы выйдем из этого состояния?
– Проф говорит, что мы в него даже ещё не вошли. Хотя радар уже не работает. Точнее, работает, но показывает, что вокруг нет ничего. – Джон пожал плечами. – Ещё минут пять есть на то, чтобы полюбоваться. А потом нас свернут. Верно, Проф?!
– Не совсем... Сворачиванию подвергается пространство вокруг корабля, который оказывается в чём-то, напоминающем большое яйцо. Мы сейчас что-то вроде желтка в середине.... А вокруг нас постепенно происходит именно свёртывание пространства. Мы медленно начинаем падать в никуда!
– Господи, Проф, остыньте! Я даже не знаю, как начать думать, чтобы додуматься до этого, а Вы про яйца говорите. – Джон ещё раз посмотрел на висевшую в пространстве Землю и тяжело вздохнул. – Вы бы лучше сказали, что произойдет, когда мы упадём окончательно?
Но профессор ответить не успел – в динамиках раздалось предупреждение:
– Две минуты до полного свёртывания. Займите места!
Иллюминатор автоматически захлопнулся, как, в прочем, и все переборки на судне.
Джон буквально впрыгнул в своё кресло. С машинного отделения подтвердил готовность Гонсалес. Я тоже занял своё место практически рядом с Профом, занимающимся своими приборами. Вот, в общем-то, и вся наша немногочисленная команда.
Пошел отсчёт последних секунд. Тело интуитивно напряглось, ожидая худшего.
Когда отчёт дошел до нуля, мы действительно провалились. Возникло не просто чувство невесомости, а именно падения. Словно летишь к земле с хорошим ускорением. А секунд через тридцать всё закончилось. Совсем всё. Падение прекратилось. Экраны сияли чернотой, словно все камеры просто ослепли. Я успел ухватить взглядом напрягшееся лицо Джона и Профа, стоявшего около приборов, когда погас свет. А сознание отлетело прочь.
Очнувшись от падающей сверху пены, брызги которой попадали на лицо через открытый щиток, я протянул руку и, опустив забрало, осмотрелся. Оказалось, что меня выкинуло к дальней переборке на пол, устланный осколками стёкол. Судя по всему, крепёжные ремни на кресле не выдержали, и тело выбросило вперёд. Хороший полёт – метров шесть…. Но он объяснял, почему всё болит.
Я осторожно поднялся. Первое, на что упал взгляд, это экраны. Мы находились в космосе. Именно в открытом космосе, а не в том подвешенном положении до прыжка.
А вот состояние рубки выглядело удручающе. От Джона мало что осталось: его ремни выдержали, а вот кости нет. Судя по той синей массе, что находилась в кресле, у него были множественные переломы. Как сказал бы доктор из корпуса – травмы, не совместимые с жизнью. Профу повезло чуть больше. Судя по торчавшему штырю из спины, тот умер мгновенно.
– Гонсалес, приём! – Машинное отделение молчало. И, судя по горевшим датчикам, в нём бушевал пожар. А это означало гибель судна. – Вот чёрт! Чёрт!
Дальше я действовал скорее на автомате, совсем не задумываясь о том, что вообще происходит. Часы, проведённые на тренажере, когда обрабатывались различные ситуации дали свой результат. В первую очередь информация. Аварийный передатчик работал, и я включил его на постоянную отправку данных. Если техника не подведёт, он отошлёт в космос всё, что успел собрать Проф и зарегистрировала электроника.
Потом пошли жёсткие м-кристаллы, которые когда-то пришли на смену винчестерам и флэшкам. В них можно запихнуть поистине гигантский объём информации, да и надёжность такого хранения намного выше. Чтобы полностью уничтожить информацию на м-кристалле, его нужно растереть в пыль. Да и из неё умельцы могли что-то извлечь.
Но в любом случае, после того, как все восемь кристаллов оказались извлечены из компьютера судна, то их следовало аккуратно уложить в специальный кейс.
Сработала декомпрессионная тревога. Времени, чтобы уйти, оставалось совсем немного и я, зайдя в спасательную капсулу, бросил последний взгляд на разрушенную рубку. А через секунду задраил люк, отсекая мёртвый корабль.

*****

Осознание того, в какую историю занесла меня судьба, пришло только на следующий день. Когда слабенький компьютер, наконец, проанализировал данные с телескопа и высчитал, где находится шлюпка. Примерно шестьдесят миллионов километров до точки встречи с Землёй. А до Марса и ещё дальше.
Тихоходной спасательной капсуле со скоростью не более десяти тысяч километров в секунду потребуется три месяца. Это при условии, если хватит топлива, чтобы кормить конвертер. А запасы продовольствия и воды рассчитаны на сорок дней. И кто придумал такую цифру? Если голод победить можно, то как быть с топливом?
Хотя, может быть, кто-то подберёт… И с такими радужными мыслями я задал компьютеру установку держать курс на Землю и отправился спать. Подумав, что это наилучшее решение.

*****
Я проклял создателя этой шлюпки. Сначала за то, что в ней не предусмотрели передатчик. Ну он, конечно, был, но только посылал сигнал sos. Потом за расчёт продовольствия на борту. А чуть позже за то, что масса для конвертера у меня закончилась. Все брикеты, что когда-то лежали ровными штабелями, уже распались в топке.
Компьютер неумолимо давал прогноз – ещё пятьдесят дней при сохранении такой же скорости. Вот только где взять для этого массу, он не сказал. Я, уже похудевший, сидел в кресле и смотрел, как шкала на конвертере постепенно уменьшается. И когда она достигнет нуля, ускорение действовать больше не будет. И тогда встретиться с Землёй станет проблематично. А с тем условием, что запасы еды и воды подходили к концу, то и вовсе не реально.
Взгляд прошелся по гамаку с лёгким одеялом, креслу, обшивке…
– Возможно, получится…

*****

Господи, до чего же хочется пить! Но усилием воли я подавил в себе желание прильнуть к резервуару с водой и перевернулся на живот. От лежания на полу спина начала болеть. В топку пошло всё, что получилось оторвать или открутить. Всё, что могло войти в жерло конвертора. Одежда, обшивка, приборы. Всё, что поддалось рукам. Но и этого оказалось недостаточно. Траектория полёта предполагала встречу с Землёй, чтобы попасть под её притяжение. А для этого нужно развить скорость. Всего-то ещё два дня ускорения!
Я осторожно вынул м-кристаллы из контейнера и распотрошил его, вытащив всю мягкую обивку. Но этого всё равно оказалось мало! Приборы показывали, что если сжечь сами кристаллы, массы должно хватить, но тогда сама цель миссии сводилась к нулю.
«А теперь слушать внимательно! Всегда проверять топку конвертера на герметичность! Или не успеете маму позвать, как он начнёт высасывать воздух, а вы задохнётесь в вакууме!» Голос профессора буквально зазвучал в ушах, словно я сидел за партой и слушал лекцию. Возможно, это и выход, ведь кислорода в баллонах пока хватало. И я открыл топку. Ни о чём не думая. Хотя так, наверное, и поступают герои. А потом открыл маленькую струйку подачи кислорода и лёг под неё. Пришло воспоминание об уроки истории. О том, как во время второй мировой, бойцы сражались до последней капли крови. Что их толкало ложиться грудью на амбразуры? Ведь для такого поступка необходимо победить главного врага – страх за свою жизнь. Хватит ли у меня духа просто лежать, зная, что с каждой секундой жизнь утекает в огне конвертора?
Сознание отлетело не сразу, дав возможность насладиться бесконечной красотой космоса в иллюминаторе и мыслями о прожитой жизни. И бесконечной борьбой с собой – точнее мыслями о смерти. Ведь о чём думает узник, вставая на эшафот?


*****
В голове раздался лязг, словно кто-то скрежетал гигантским когтем по стеклу, а потом, где-то далеко, раздались голоса:
– У него есть пульс!
– Этого не может быть, тут практически вакуум!
– Реанимацию живо!
Голоса исчезли. Вновь наступила темнота.

*****

– Приветствую, герой!
Я с трудом открыл глаза и увидел сидевшего на кровати с газетой в руках Выживалу. Вот уж неожиданная встреча! Тот, заметив моё пробуждение, наклонился вперёд:
– Ты лежи, не дёргайся. На тебе столько проводов, что любой компьютер позавидует! А я тебе пока новости почитаю…. Вчера прошло успешное свёртывание космоса. Исследовательский крейсер Витязь преодолел расстояние до Альфа Центавра за три часа десять минут по корабельному времени. – Выживала отложил газету в сторону. – Все, оказалось, находится на поверхности. Свёртывание необходимо совершать только на самом краю планетарных систем. Там же должна находиться точка выхода. Но учёные говорят, всё это отладить – дело времени. И всё благодаря тебе. Тем данным, что ты доставил на Землю. Так что поправляйся, Герой! Звёзды тебя ждут!
Он встал и как обычно лёгкой походкой вышел из палаты. А я, прежде чем потерять сознание, подумал: три месяца лишений того стоили. Даже смерть Профа и Джона стоили того, чтобы человечество снова шагнуло вперёд. А если мне вновь предложат экспериментальный полёт, я соглашусь. Не задумываясь. Как настоящий герой, до последней капли крови или воздуха буду стремиться победить любого врага!

- 120 000 км от Земли - это примерно треть расстояния до Луны. Чё так далеко?

Идея понятна. Есть нестыковки, которые, наверное, можно отнести к чисто сказочным факторам.
Персонажи не прописаны, диалоги слабоваты.

В целом по-студенчески, но с задором неплохо.

Удачи автору,

судя по написанной галиматье автор умер еще до окончания рассказа, а продолжил его слабенький компьютер, закончив на следующий день сложный расчет шучу)

наивные какие-то диалоги, приходят в голову совдеповские рассказики 60-70х годов... братья Стругацкие)
почему главный компьютер сразу не определил местоположение, если это солнечная система, то нет нужды сверяться по звездным картам даже...
почему главный герой переходя из корабля в капсулу не прихватил с собой все необходимое? не астронавт, а какой то ковбой без понятия, и чему их учат в академии
Выживала стремный тип вроде.. гей?

- мне показалось что сей персонаж чуть-чуть не дотянул до известного персонажа Ослиной Лужайки,
- надо было бы автору его прописать повкуснее,

Пространные объясняшки быстро начали бесить.

Описание технических "прибабахов" вполне достойное, интересно, но много. Понравилось само слово - Выживала.

Странно, что я вчера не увидел этой работы. Бывает.
Текст требует хорошей чистки. Идея нормальная. Рассказ тоже.

Автор, "Андре" - это на французский манер, ударение на последний слог, а на английский - "Эндрю" ударение на первый слог.
"Вы" - с большой буквы используется только в письмах или иных личных документах, например, поздравительных адресах.
Объяснялово затянуто и избыточно, но слог в целом хороший. Совершенствуйтесь)

Не по теме. Но неплохо. Странно реализованная идея пузыря Альбукерре.

мне показалось, что автор слегка не дотянул. в целом, хороший сюжет. немножко наивный, быть может )

Плохое знание русского языка - по части запятых и порядка слов в предложениях. Беспомощная мат.часть.


Колдуют не "в формулах", а "формулами" или "над формулами".


Не над решением, а над задачей. И обычно у профессоров много задач, не одна.



Из катапульты - на Марс? Или даже просто на Луну? Жюль Верн был реалистичнее со своей пушкой. Космическая катапульта - это что-то такое мультяшное совсем.



Вот не знаете, так не пишите. Мат.часть надо либо логично прописывать, либо просто заявить "аксиоматически" и просто пользоваться.


...пирогам и блинами, и сушеными грибами. Тушат, тушат, не потушат, заливают - не зальют.

Не "пропорционально равным", а просто "пропорциональным". Вся картина абсолютно не правдоподобна.


Так какие ограничения на скорость и чем они обуславливаются в конверторе?

Дальше тоже уныло.

Наивно-героический рассказ.

- так хочется прочесть, что мальчишки нет на картах. Плохо скроенное предложение.



действие вроде как на Земле. Тогда не всё равно, какую массу двигать. Выгоднее, когда ускорение обратно пропорционально массе.

Соединить унитаз с конвертером - и через тернии к звездам! Еще и газету можно читать, пока летишь.

Тут скорее представляется рейнджер в широкополой шляпе, кидающий остатки одежды в печку "буржуйку"))).

Рассказ понравился.
Но к сожалению не понял до конца борьбу с непобедимым соперником )
Здесь скорее отдача жизни до последней капли выбранному делу.

А где рассказ про начало? Вот как-то резко автор с планеты перешёл на спасательную шлюпку. Видимо свёртыватель сработал...

Первая строчка самая важная - она задает тонн. Надо больше экспрессии!


Например:
Ну черт! Ну скатина! Занес меня на эту замершую треклятую планету! Рога бы ему отпилить, да копыто в одно место запихать...

Начало переписывать. Неумело сделано. Я понимаю обидно, сам так писал да и пишу, но суровая правда. Люди так не выражаются.

Не мной двигало стремление в космос. А типа:
Я жаждил познать бриз звездного океана...

Мой внутренний технарь убился. Как бы любой массе все равно, что ее толкает, лишь бы это толкало.

Что понравилось?

Что юнные умы таки пытаются писать фантастику, а не богомерзкую мистику или фентази.

Что не понравилось?

Описано выше.

Ну я даж не знаю че поставить. Если первый опыт или один из первых поощерять надо. Особенно если автор школьник. Если это взрослый 18+ и опыт не первый, то надо уже карать.

В общем, буду считать что автор новичек. Тройбан за старания.

Техаский рейнджер! Го го го повер ренжерс!

Тек его! И горячего свинца ему в ведро!

Не, для графоманов у меня чан с фтором приготовален.

Ну Манул! Ну зверюга!

Манул жжёт)))))

Вообще этот чан у меня универсальный. Я туда еще плохих гуманитариев скидываю. Но вы не переживайте, вы хорошие, не угодите

Плохие - это какие?)
Желательно с примерами)

Да есть там особый типаж людей, которые не знают элементарных основ на уровне школьников, а лезут в суровые дебри науки... Есть еще экономисты, я их просто не люблю. Я экономистофоб. Для них у меня отдельный чан с адской смесью - 3 моль фтороводородной на один моль азотки.

Я просила примеры)

Да попался мне как то раз мужик лет под песят. Говорил мол таблица умножения не верная, сылался на учебник физики такой то. Я посмотрел его, там была оппечатка еще втирал, что таблица менделеева неверная. Мол ученные не могут объяснить почему кислород не имеет шестую валентность и т.п... Набирите в ютуб Рыбников, поймете о чем я... Таких только во фтор. Точнее тех, кто верят таким.

Рыбников Юрий Степанович - сказочный долийский маг...

О! Я знаю, кого вам в котел добавить. Тех, кто верит в придуманные Задорновым глупости об этимологии слов.

А я вот что-то про Полудиккенса подумал. Может, он это написал?

А я уж сначала испугался, что вы и его предлагаете в чан Манула отправить

Вообще, если Полудиккенс - автор этого рассказа, то ему не избежать Манулова чана.

Вот так, - сказал он с печальной улыбкой, - ты их гладишь, а они уже нагадили в тапки фтором...

Злая шутка - судьба, жил жил, да раз и в собственный котёл со фтором упал

Правда?))) Вам наука))) не ставь котлы...)

Какая жалость) Грустный танец пингвинят

Манулы во фторе не горят! Манулы настолько суровы, что окисляют фтор!

В принципе задумка была хорошей, если бы не множество различных "но". Что меня добило сразу это большая и нудная объясняловка в самом начале текста, потом пошло обрывистое повествование и оно было бы оправдано, если бы велось в форме, скажем дневника главного героя, но повествование ведется от первого лица, изнутри героя и конечно в таком случае обрывы времени не допустимы, потому что наши мысли чувства и ощущения не обрываются. Ну и конечно, окончательно этот рассказ добивает своим хеппи ендом. Но автору показалось и этого мало и он решил просто уничтожить читателя, слащаво-пафосным хеппи эндом.

Как-то не знаю прямо, что сказать. Вроде и неплохо, но чего-то очень бестолково, на мой взгляд.
Вот на чем мне автор предлагает сконцентрировать внимание в этом тексте? Я имею в виду не идею, не посыл, а сам текст.Такое, знаете, действие или персонаж, или сюжетный ход, который бы меня притягивал как читателя. Тут какой-то размазон вышел: тра-ла-ла-академия-тру-лю-лю-вундеризобретение-три-ли-ли-корабльбумсбумс-человечкинподыхайнен-тро-ло-ло-янепогибнуежтвоюмедь-сжегтрусыволосывтомчислеизноса-пафосныйурасолнышку.
Я этот текст даж не прочитал, я его пролетел. Не было момента, когда я бы остановил взгляд и хмыкнул: хм, интересно...Единственное, что меня сбило - эти ваши "забрала", "судно" и прочие альшписы. Эх, сказать бы вам, что я думаю...Ну, да ладно.
Короче, однообразно и скомкано вышло. Изобретения-не зиобретения, персонажи - проходняки, пафос-пафос-пафос. Жаль.

Я даже пытался это напеть - смешно получилось.

Тут нужна соответствующая мелодия. Какой-нибудь Slipknot подойдет, я думаю. Чтобы с адским таким хрипом.

(Катаясь по полу)

Попробуйте на мелодию: "Ни кола, ни двора, ну и что ж такого"

Попробовал. Заплакал и достал из холодильника пиво на строчке "человечкинподыхайнен"

Жуть, на самом деле...

Циничненько...

Понравилась простота изложения.