Яркий свет режет глаза. Беловато – голубое солнце низко над горизонтом. Его почти бесцветные лучи превращают снежную равнину в сверкающий ковёр. Снег переливаясь, слипается в большие кристаллы. Наступаю на них осторожно, но они все равно ломаются на мелкие осколки. Ветер подхватывая их, превращая в смертоносный вихрь. Он врезается в мое лицо, когда я оборачиваюсь что бы посмотреть где мой корабль. Кровь из порезов течет по щекам, капает на снег. Начинаю кричать от страха, но не слышу себя, лишь хрип вырывается из горла. В голове требовательно и призывно звучит голос. Я сопротивляюсь ему и от этого становиться больно…
— Сэм, Сэм, проснись, — меня трясли за плечо. — Ты что так орёшь?
— Кошмар приснился, — ответил, вытирая липкий пот со лба. Около меня стоял дежурный.
— Вставай, тебя генерал вызывает, срочно, — сказал он и ушёл.
Надо возвращаться в реальность. Этот сон снился часто, не давал отдохнуть. Я быстро встал, умылся и пошёл в штаб - генерал ждать не любит. На улице шёл снег, скоро зима. Белые, пушистые хлопья падали на мокрую землю и таяли. Штаб находился в соседнем корпусе. Вбежав по ступенькам на второй этаж, постучался. Не дождавшись ответа вошёл в дверь с табличкой начштаба. В кабинете вместе с генералом сидел мужчина в гражданской одежде.
— Товарищ генерал пилот 5 ранга по вашему…
— Заходи, заходи. Вот, знакомься, профессор Челябинского Института Аномалий Сергей Аркадьевич.
— Здравствуйте. Позвольте перейду сразу к делу. Недалеко от вашего полигона в последнее время стали происходить странные вещи. Самолёты, пролетая в районе за скалами, пропадают с экранов радаров. Через некоторое время появляются. Но ни пилоты, ни пассажиры ничего не могут потом вспомнить, просто какая - то массовая амнезия. Полигон имеет стратегическое значение, поэтому эти происшествия вызывают обеспокоенность. Мы считаем, что причиной может быть мощное волновое излучение неизвестного происхождения.
— Извините, — перебил я профессора, — чем может быть полезен пилот, далекий от науки.
— Помогите собрать необходимые данные. На ваш космолёт установят анализатор излучений. Вы сначала облетите аномальную зону, потом произведете посадку, возьмете образцы снега и вернетесь на базу. Повисла напряжённая тишина. Обращаться с научными приборами я не умел и лететь неизвестно куда не хотелось.
— Это приказ, Сэм, — раздался голос генерала, — слетаешь, дам тебе отпуск на неделю. Ты у нас один из самых опытных пилотов, вылет через три часа. Отказ не принимается…
Небо над аэродромом затянули тяжёлые свинцовые тучи. Снег продолжал падать, ложась на землю белым покрывалом. Маленький, поцарапанный метеоритами космолёт, стоял на боковой посадочной площадке. Я подошел и привычно погладил псевдокрыло - это была традиция перед вылетом. Легко запрыгнул внутрь, удобно устроился в потертом кресле пилота. Проверка бортовых систем и задание курса автопилоту заняло несколько минут. Глубоко вздохнув, повернул ключ и двигатели заработали. Чувствуя, как космолёт набирает высоту, позволил себе расслабиться. Ненадолго закрыл глаза, погружаясь в приятные размышления.
— Неделя отпуска, это хорошо. Поеду отдохнуть на море, позагораю, — подумал и улыбнулся, — задание простое, полетаю немного, сяду и обратно. Место с аномальным излучением находилось сразу за серыми скалами. Сделав над ними круг, я посмотрел вниз - там расстилалась белая и ровная поверхность. Снега было еще не так много, так что с посадкой и взлётом проблем не будет. Зашел на разворот и начал снижаться, выбирая место для посадки. Поднялся небольшой ветер. Снежинки, подгоняемые его порывами, стал закручиваться в спирали, похожие на змей. Небольшие холмики снега возле камней вдруг вытягивались вверх или в бок, становились круглыми. Получались непонятные фигуры, машущие в знак приветствия тонкими подобиями рук.
— Чертовщина какая – то, — подумал я, успокаивая себя тем, что это всего лишь мираж. Вдруг ожил анализатор, тревожно мигая красными лампочками. Космолёт затрясло как при турбулентности, двигатели заработали с перебоями. Неприятный холодок страха пополз по спине, пришлось приложить много усилий, что бы совершить посадку. Приземлился ближе к скалам, посчитал что так будет надежней. Выключил двигатели, надел защитный шлем и перчатки, и спрыгнул на землю. Вокруг повисла тишина. Снег с земли волной поднялся вверх, оголяя ледяную поверхность. Я зачарованно смотрел как снежинки кружились в своем замысловатом танце. Наклонился, взял в руку немного снега и внимательно посмотрел. Он был совсем другой. На аэродроме – мокрый, а здесь абсолютно сухой, как искусственный. Кристаллы снега имели другую структуру, более сложную, закрученную по спирали. Решил пока не брать образцы, осмотреться. От дуновения ветра снег разлетелся, оставив узкую тропинку, блестящую льдом. Осторожно ступая по ней, направился к скалам. Вернее, к небольшому уступу который притягивал как магнит. Ветер с шуршанием заметал за мной ледяной проход, не оставляя следов. Внезапно острая боль пронзила голову, в сознании возник чужой голос.
— Помоги, помоги... Подойди ближе, протяни руку...
Вслушиваясь в этот скрипучий голос стал терять контроль над собой. Но сразу очнулся, стряхнул оцепенение и ощутил прилив страха. Хотелось бежать назад, но какая – то неведомая сила тянула идти вперед. Было ощущение что тело мне больше не принадлежит. Подойдя вплотную к скале, увидел на уровне глаз едва различимый отпечаток руки на гладкой поверхности.
— Нажми… — просил неприятный голос, — Я не могу… Ты…
Протянул дрожащую руку, положил на отпечаток и нажал. Часть скалы с жутким грохотом отъехала в сторону, освобождая проход. В темноте пещеры находилась непонятная конструкция. Центральная часть была откинута, как крышка люка. На абсолютно гладкой, серой поверхности лежало существо. Высокое, худое, землянисто – серого цвета. На верхней части туловища была рана, из неё на пол пещеры капала жидкость белого цвета. Касаясь земли, капли с шипением превращались в белое подобие снежинок. Ветер выдувал их из пещеры, поднимая вверх, кружа и унося прочь. К голове существа был подключен аппарат с множеством проводов, из которого со свистом вырывался воздух. В голове опять возник скрипучий голос.
— Это наша база… Хотели закрыть... Уходили… Я – последний… Случилась авария, умираю… Помоги… Генератор гравитации… Не успел забрать…Его нельзя оставлять, опасно... Принеси… Тебе будет больно, но это пройдет… Скорее… Смотри слева… Я повернул голову и увидел в глубине пещеры небольшой, овальный предмет серебристого цвета. Подойдя ближе почувствовал как повеяло неприятной прохладой.
— Придется взять в руки и нести, — промелькнуло в голове. Сухой холод, как от искусственного льда сначала коснулся ног. Шагнул еще и волна обморожения начала медленно подниматься вверх по моему телу. Появилась сильная боль.
— Надо успеть дойти, иначе потеряю сознание от болевого шока, — пульсировала мысль в голове. Я взял этот странный предмет в руки, осторожно повернулся и на замёрзших ногах пошел назад. Постепенно переставал ощущать свое тело от холода, страх полностью захватывал сознание. Лишь голос в голове настойчиво меня подбадривал.
— Ты сможешь… Не бойся…
— Как ты полетишь в таком состоянии? –пытался мысленно спросить я, не надеясь что меня услышат. Но ответ получил.
— Автопилот, долечу…
— Удачи, — пожелал я ему, упрямо идя вперед. Обморожение дошло до середины рук, всё тело покрылось налетом инея. Боль становилась все сильнее. Сделав еще несколько шагов, протянул руки, осторожно опуская предмет внутрь. Хотелось увидеть глаза существа, понять насколько они разумные. Рассмотреть не смог, голова наклонилась в сторону и верхняя часть конструкции стала плавно закрываться. Это было последнее, что я запомнил. Сколько продолжалось забытье - не знаю. Открыв глаза, понял что лежу около входа пещеры. Внутри ничего больше не было, кроме белого, ровного слоя снега. Ветер стих. Сел опираясь спиной на скалу, голова немного кружилась и меня подташнивало. Обморожение постепенно проходило, я ощущал как сотня иголочек впивается в мою кожу со всех сторон. Лётный костюм покрылся мелкими капельками растаявшей влаги. Посмотрел вверх и увидел несколько космолётов - меня уже искали. Зачерпнул рукой белый, пушистый снег. Долго и пристально его разглядывал и понял, что относиться к нему теперь буду по другому…
