- И когда он появится? - спросил Вовка.
- А я, блин, знаю? Может, через пять минут, а может, через неделю, - ответил я и подкурил сигарету.
Тоже мне ходок нашелся! Не то что в Городе, в лесу ни разу не бывал. Снаряга новая, дорогая, а обращаться с ней не умеет. Выглядит, как просидевший полжизни за компьютером маменькин сынок - полноватый, зажатый, с идиотской стрижкой. Хочется же людям экстрима, мать их!
Сразу его предупредил: сдохнет – так только по своей вине. Но он, блин, настойчивый и богатый. За его деньги года с два смогу в чертов Город не рыпаться. А откинется - так и снарягу заберу. Я, конечно, не зверь: спецом не подставлю, да и он не совсем дурак - вторую половину платы по возвращению обещал, - но такой и без сторонней помощи куда-то влезть умудрится.
Опять потеплело. Погода капризной, как баба, становится, значит, близко наш Город. Градусов с двадцать тепла, а час назад мороз был.
Я затянулся сигаретой, снял с себя спецовку, обвязал вокруг пояса и проверил ружье. Надо быть готовым. Пес его знает, сколько он тут простоит - пять минут или несколько дней. Вовка, рассевшись у костра, ел тушенку из консервной банки и смотрел на звезды. Еда ему наверняка не нравилась - к ресторанам привык.
Костер почти потух, только тлеющие ветки потрескивали да искры вверх подпрыгивали, но ждать, думаю, недолго осталось. Вот и запах озона - значит, в ближайшие пару часов появится Город.
Я оглянулся. Степь вокруг давно спала: ни звуков, ни шорохов, только чей-то костер виднелся вдали. Тоже в Город намылились. Группа, по ходу, немаленькая, я их еще днем заприметил - человек пять-шесть. Но с ними войти не рискну. Могут людьми оказаться - припасами и едой помогут, но могут быть и сволочи: соберешь кристаллов - и держи пулю в спину. Да и привык уже как-то сам ходить.
Небо над нами замигало синеватым сиянием, по земле побежали длинные извилистые тени. Сейчас появится.
- Вставай! - скомандовал я Вовке. - И собирайся. У тебя минута.
- Минута? - пробормотал он и начал запихивать свои вещи в рюкзак.
- Не будешь слушаться - быстрее сдохнешь. Собирайся!
Тоже мне, разложился тут, как принц датский. Еще бы парочку баб с собой прихватил да вино столетней выдержки. Но собрался быстро: полминуты - и все его пожитки оказались в рюкзаке. Может, не такой он и тюфяк, каким показался мне вначале.
Свечение усилилось и больно обжигало глаза. Я надел темные очки. Город уже виднелся. Из света выныривали высоченные башни домов, широкие улицы и узкие переулки, деревья. Даже Эйфелева башня! До Катаклизма видеть её не приходилось, так хоть сейчас посмотрю.
Город выныривал из ниоткуда, материализовался на глазах. Повеяло прохладой, прохлада сменилась духотой, в ушах зазвенело. Запахи менялись один за другим: от приятного морского аромата - до выворачивающей желудок наизнанку вони.
- Бежим! - крикнул я и понесся в сторону Города. Может же явиться минуты на две и сразу исчезнуть, перенестись куда-нибудь на северный полюс.
Мягкая трава под ногами сменилась гулко отражающим звук шагов асфальтом. Значит, мы уже в Городе. Навстречу несся заросший, похожий на бомжа мужик с огромным рюкзаком за плечами. Я на всякий случай приготовил винтовку: не всегда оттуда возвращаются в здравом уме. Он тоже снял с плеча автомат. Вполне понятно: вдруг мы - охотники за чужой добычей…
Но наши скверные ожидания не оправдались: он лишь пронесся мимо, пожелав удачи.
В глаза даже через очки резанул яркий свет. Стало жарко. Значит, здесь день. Лето.
Я повернулся к снимающему куртку Вовке.
- Не выбрасывай только. Сейчас горячо, а через пять минут может ночь наступить и снег пойти.
Он только кивнул, отдышался и принялся привязывать куртку к рюкзаку, а я тем временем оглядывался вокруг.
Вот она, Эйфелева башня. Старая ржавая развалюха. Прикоснись - распадется. Такой она должна была стать через пару сотен лет без ухода, но здесь время идет иначе. Прямо на глазах посаженное семя может прорасти, дать плоды и умереть - за секунды. Каменный дом, строящийся на века, может обветшать и разлететься на куски.
Вокруг высились постройки - новые, старые, разных эпох, культур. Чего стоит обветшалая пятиэтажка из какой-то российской глубинки рядом с одним из небоскребов Всемирного Торгового Центра, который рухнул почти полвека назад, но здесь жив-живехонек… А облепленный растущими из-под земли лианами пятиэтажный дом с вывеской на китайском?
И Солнце здесь необычное. В небе не круг висит, а овал.
- Как думаешь, откуда взялся Город? - спросил Вовка. Он уже умудрился устать - на лице пот, еле дышит. Говорил же, не место ему здесь.
- А мне почем знать? - ответил я. - Хотел знать, откуда он - надо было не сюда лезть, а к ученым идти. Хотя, насколько знаю, и они головы ломают.
- А думаешь как?
- Ничего не думаю. Когда-то считал, что пришельцы пошалили. Теперь как-то до лампочки. Кристаллы есть, за них платят, значит, не все так плохо.
А вот, кстати, и кристалл. Я нагнулся и поднял с растрескавшегося асфальта маленький, с мизинец, красный камешек и отправил его в сумку. Хорошая примета - сразу кристалл найти.
- Может, они нам помочь хотят? Инопланетяне? - предположил Вовка.
- И чем же помочь? Катаклизмом, от которого мы кучу времени очухивались?
- Раньше мы ведь нефть как горючее использовали. А та загрязняла воздух. А сейчас посмотри - все на этих кристаллах.
- И мне приходится лезть в пекло, чтобы эти кристаллы доставать! Да и хотели бы помочь - дали бы инструкцию. А так нефть испортилась, электричество вырубилось - мы на десяток лет в каменном веке оказались. И сидели бы там дальше, если бы кто-то не придумал, как кристаллы использовать. Ладно, харэ рассуждать. Пошли.
Мы брели по узкой улочке между каменной стеной и мерцающим футуристическим небоскребом-конусом. Где-то асфальт был старый, растрескавшийся, поросший зеленью, где-то - новый, будто его только что укатали, а где-то его не было вообще. Где-то далеко ударил гром, что-то скрипнуло. Только бы не монстрюки!
Я вслушивался в каждый шорох, вглядывался в каждый солнечный блик. Здесь нельзя расслабляться. Растерялся на секунду - труп. Мы подходили к концу переулка, а ржавая желтая трава под ногами оживала. Подергиваясь, как будто по ней проходило электричество, она поворачивалась к нам, словно следила. Только бы не выпрыгнул какой-то подземный монстрюк. Асфальт тут крепкий - надеюсь, не пробьет. Но от мысли, что подо мной сейчас что-то копошится, желая сожрать, волосы на ногах вставали дыбом.
- Как быстро мы доберемся… - начал Вовка, но я жестом велел ему заткнуться, прижался к поросшему мхом холодному зданию и аккуратно выглянул за угол.
Вот он, гад!
Тварь стояла посреди улицы и что-то поедала. Падальщица, но и от живых при возможности не откажется. Небольшая, похожая на мартышку, но очень быстрая. Если не попасть с первого выстрела - может доставить немало хлопот.
Стало холодать. Вот и погода меняется. Блин!
- Стой! - шепотом скомандовал я Вовке, сам высунулся из-за угла, прицелился, выстелил...
И промазал.
Тварь мгновенно метнулась в сторону, посмотрела на меня единственным огромным глазом и громко закричала. Еще один выстрел - приклад больно ударил в плечо. Мимо. Собака!
Уродец уже был на стене. Быстро перебирая лапками, он мчался в мою сторону. До ноздрей донеслась вонь, заставляющая глаза вылезать на лоб. Я прицелился. Должен попасть! Должен!
Выстрел - и тварь, отцепившись от стены, плюхнулась перед нами на асфальт. Но стрелял не я. Вовка стоял рядом и целился в монстрюка из пистолета. Да ты что?! Даже представить не мог, что он неплохо стреляет. Попасть в бегущего падальщика - такому в тире не научишься.
- Молодец, - похвалил я, подошел к падальщику и добил все еще корчащуюся тварь выстрелом в большой красный глаз. Из того потекла отвратительная и вонючая желтая жижа.
Когда-то за таких платили ученые. Живого достать - так и нехило платили. Но они так и не поняли, как эта зараза существует. Внутри - только жижа, и больше ничего.
Добыча гада лежала рядом: совсем молодой парень - лет двадцать, не больше. Из-под куртки торчала пара обглоданных костей, когда-то бывших ногами, вокруг были разбросаны кишки. Пистолет, который труп держал в посиневшей руке, ему не помог. Может, нам поможет? Ему-то он уже ни к чему.
Прикрывшись платком от вони, я принялся обыскивать тело. Нашлась пачка патронов, пара банок консервов, небольшой мешочек с кристаллами и записка.
"Минск, улица Вирская 4, квартира 107. Тел. 28-97-72. Если я тут умру, передайте маме, что я хотел добыть денег Янке на лечение и что я их люблю".
Бедный парень. Но нечего было в Город лезть, и без этого есть, где заработать. Вернусь - если вернусь - отправлю его родным собранные им кристаллы.
Пока я обыскивал труп, город успел измениться. Теперь подо мной была не дорога, а широкий растрескавшийся мост, поросший мхом и плесенью. Впереди стояли машины: одни выглядели старыми, другие - совсем новыми, только сошедшими с конвейера. Через некоторые из них прорастали красные, как из другого мира, лианы. Плеск волн и крики чаек заставили обернуться и узреть море. То стояло вертикально рядом с мостом. Вот нырни в него, плыви - и в итоге доберешься до покрывших небо серых комков ваты.
Повеяло осенней прохладой, и я надел куртку и накинул капюшон. Похоже, дождь будет. Только бы не снизу вверх. Ненавижу идущий вверх дождь!
- Как долго нам идти? - напомнил о себе Вовка.
- Зависит от Города, - усмехнулся я. - Захочет он - доберемся за пять минут, не захочет - можем всю жизнь бродить и не попасть куда надо.
- Захочет, - уверенно кивнул мой спутник.
- Ты где так стрелять научился?
- Сам не знаю, - пожал плечами он. - Никогда раньше не стрелял, но когда взял в руки оружие, мог без проблем попасть в монету со ста метров.
Может, у него реально талант? Но парень странный. Обычно новички в Городе оглядываются по сторонам, глазеют, впадают в панику, умоляют, чтобы их вывели, а этот - спокойный, как слон. Даже увидев наполовину съеденный труп, не запаниковал. Я-то даже кое-что из наркоты с собой на всякий случай взял: решил, успокаивать придется.
Я закурил, и мы пошли вперед. Даже вкус сигарет здесь солёный, будто фильтр макнули в соляной раствор. Над головой проплыл древний парусник, за ним пролетела странная, огромная, но, похоже, безопасная птица. Справа показалось строение, издали похожее на собор.
- Скажи честно, зачем тебе надо в центр Города? - спросил я, поднимая с земли пару кристаллов. - Сперва мне показалось, что ты богатенький мальчик, которому экстрима в жизни не хватает. Теперь думаю - ученый. Может, военный ученый, но тогда ты бы меня не нанял: у военных свои проводники есть.
- Эх, - потянулся Вовка, - тебе расскажи - ты все равно не поверишь.
- А ты попробуй. После десятка вылазок в Город во что угодно поверишь.
Вовка что-то пробормотал про себя, но начал рассказ.
- Ты все понял правильно, - рассмеялся он. - Раньше я был тем самым богатеньким мальчиком. Клубы, спиртное, наркотики, девочки - все такое… Но однажды меня угораздило попасть в аварию. Туман - хоть глаза выколи, а я под коксом, гнал тачку, как мог. Последнее, что помню - как передо мной будто из ниоткуда выскочил грузовик.
- И ты понял, что тебе нужно в Город?
- Очнулся в больнице. Полгода провалялся в коме. Мой друг, который был тогда со мной в машине, погиб. И тогда что-то изменилось. Будто все время в коме я был здесь. В этом чертовом Городе!
- Многих после комы глючит. Одни свет видят, другие - ангелов, а ты по Городу ходил.
- Это была не галлюцинация! Все как взаправду! - воскликнул Вовка. - А после комы понял, что мне нужно попасть в центр Города.
- Может, ты и псих, - ответил я, - но платишь хорошо.
День резко сменился ночью. Овальное солнце все еще висело в небе, но оно потускнело, стало лишь пятном в бесконечной тьме. Ни звезд, ни луны - ничего. Над головой - сплошная бездна.
Ночи в городе темны - хоть глаз выколи. Будем верить, что она не продлится дольше часа. Я достал налобный фонарь, прицепил его на голову, включил. То же самое сделал и Вовка.
В уголке глаза что-то промелькнуло - черное, почти незаметное. Нет, не монстр. Обыкновенная живая тень, которая пришла на свет с наступлением ночи. Монстрюки, к счастью, бесшумно передвигаться не умеют.
Зато слегка потеплело. Не лето, конечно, но вполне себе апрельская температура. Шарканье наших подошв по бетону усилилось. Только бы не привлечь им что-то. Советовали подошвы поролоном обивать, но если придется убегать, он только замедлит.
- Теней не бойся, - сказал я Вовке. - Они безобидны.
- Знаю, - ответил он.
- Это тебе привиделось в коме?
- И привиделось, и книжку читал. Комкина.
- Комкин? - рассмеялся я. – Сергей который? Да он сам в Городе ни разу не был. Только слушал, что другие рассказывают. Сочинитель хренов. Моя бы воля - я бы этого Комкина в Город сводил: пусть сам посмотрит, а потом уже пишет свои писульки. Если выживет.
- Зато люди хоть знают, что здесь творится, - заступился за писателя мой спутник.
- Не побывав здесь, не поймешь. И никакие книжки не помогут.
За мостом нас ожидал лес. Даже не лес - целые джунгли. В свете фонаря виднелись огромные листья и извилистые лианы. Впереди трещали деревья, пахло растительностью. Где-то вдали слышался крик - не человеческий, но и не звериный. Что издавало эти звуки, было страшно даже представлять.
- Твою же мать! - вырвалось у меня, когда из-под моих ног что-то выпорхнуло и унеслось в небеса. - Чуть в штаны не наделал.
Вовка уже стоял рядом с пистолетом наготове.
- Нам пробираться через джунгли? - спросил он.
- Нет. По идее - налево, там сядем на транспортник, - ответил я и свернул в нужную сторону. Стороны тут, конечно, один черт разберет: можно идти на восток, а прийти на запад, но мелкие подсказки не дадут опытному ходоку ошибиться. Трава всегда клонится к северу, джунгли не возникают на западе, а на юге почти не слышен звук шагов.
Становилось то холодно, то жарко. А вот и заледеневшая пальма - прямо как статуя. Напротив - гигантский небоскреб со светящейся иллюминацией "Отель Манхэттен" на английском. Людей там, конечно, нет, но свет все равно включается по ночам и гаснет днем. За отелем виднелся самый настоящий средневековый замок с башнями и флагами. Как на картинке, разве что парящего в небесах дракона не хватало.
Вот так нас то ли посетили пришельцы, то ли гребанные параллельные миры сошлись или к Богу на комп вирус пролез, но в один прекрасный день с лица Земли исчезли десятки тысяч зданий, деревьев, памятников, дорог. Все они оказались здесь, в чертовом Городе, который жил по своим законам и не повиновался никому.
Снова наступил день, а тучи с небес вмиг исчезли.
Пёс его знает, связано ли это с транспортником, но подхожу к нему всегда днем. А вот и он - поблескивает в лучах Солнца. Длинный, похожий на пулю, окон сверху не видно, но изнутри они точно есть.
Напоминающий ящера перевозчик стоял рядом с ним по стойке "смирно", как солдат у Кремля. Я подошел к нему, помахал рукой перед зеленой рожей - ноль реакции. Как каменный. Но откуда-то он знает, кому и куда нужно.
- Кто он? - спросил Вовка.
- А ты в своих виденьях с ними не встречался?
- Нет. Видел только Город, да и то не весь.
- Их тут до фига. Может, пришельцы или еще кто. Перевозят людей, бродят везде, иногда совсем бессмысленными занятиями занимаются.
- Какими?
- Перекладывают камни с места на место. Измеряют шагами ширину улиц. Пробуют языком асфальт. Если убить - исчезают и через минуты три-четыре появляются живехонькие в том же месте. Но они безобидны. Полезай, - я прикоснулся к двери транспортника, и та отползла в сторону.
Внутри он был похож на автобус: водительское кресло впереди, два пассажирских – позади, и большие окна по бокам.
- Что это? - спросил Вовка, указывая на ванночку с водой там, где должен был быть руль.
- Система управления, - ответил я, снял рюкзак и уселся в кресло. - Как работает - без понятия. Однажды один чувак попробовал туда пальцы запустить, так его током шибануло - едва оклемался. Им только тот уродец управлять может.
Похоже, Вовка решил поспать. Ну и пусть спит. Отвлекать не буду.
Я отвернулся к окну и посмотрел на Город. С высоты он другой. Не знаю чем, но другой. Напоминает вполне обычный город - Москву, Питер или Минск. Исполинские небоскребы, зеленеющие между ними парки, высящиеся памятники, раздвижные мосты.
Но стоит приглядеться, и замечаешь, что Город мертв. По улицам не снуют машины, не ходят люди, не слышны привычные любому горожанину звуки. Смотришь еще дольше и видишь, что это совсем не город, а огромное живое существо, раскинувшееся на мили под тобой.
Одни здания пропадают, другие вырастают, дороги извиваются как змеи, резко уходящая вверх река будто смотрит на тебя с желанием сожрать, а бродящие по городскому парку твари озираются вокруг в ожидании добычи.
Город будто говорит: "Иди, человече, здесь тебе не место". Но человек не слушается. Кого-то манит жажда наживы, кого-то - тяга к неизвестному или страсть к новым ощущениям. А исполин только и ждет новых путников, чтобы сыграть с ними в очередную игру с понятными лишь ему, Городу, правилами.
Пока мы летели, день дважды успел смениться ночью. Наступила зима. За снегом с двух метров ни черта не разглядеть. Придется использовать тепловизор, но и он не спасет, если тварь окажется холоднокровной.
Ненавижу здешнюю зиму!
Я разбудил мирно посапывавшего в своем кресле Вовку.
- Что, прилетели?! - он вскочил со своего сиденья как ошпаренный.
- Прилетели.
- Быстро, - поднявшись и протерев глаза, сказал Вовка.
- А мне, наоборот, показалось, что медленно.
Я открыл дверь и ступил на скрипучий снежный ковер. Даже снег здесь скрипит не так, как в остальном мире. Он будто кричит, молит о пощаде, ему словно больно. Противный звук.
Но, несмотря на вьюгу, было жарко. Пришлось даже расстегнуть спецовку. Жесть! Теплый снег - тот еще подарок. Через тепловизор ни черта не рассмотришь, без него - тоже. Осталось полагаться на слух.
- Нам туда, - жестом показал Вовка.
- Откуда знаешь?
- Просто знаю, - спокойно ответил он. - Сам не знаю, откуда.
- Ладно, раз такой знаток, пошли, - сам не зная, почему, я решил ему довериться. Здесь все равно маршрут не разглядеть, а ждать, пока закончится вьюга, можно очень долго.
Сквозь снег виднелись очертания домов, которые, как призраки, застыли во мгле, ожидая своего часа. Почти засыпанная белыми хлопьями статуя Пушкина посреди дороги будто наблюдала за нами. Несмотря на жару и прилипавший к коже теплый снег, по моей шкуре бродил холодок. А Вовка уверенно шагал вперед. Теперь уже не я его вел, а он - меня.
В нос ударила резкая вонь. Да чтоб тебя! Монстрюк!
Я снял с плеча винтовку, огляделся, надеясь рассмотреть хоть что-то сквозь вьюгу. Ух, еп-тыть! Даже сквозь пелену видны громадные очертания твари размером в пятиэтажный дом. Огромная бесформенная тень тянулась в стороны сотней отростков, кряхтела, выла. Сожрет же и глазом не моргнет!
- Уходим! - крикнул я Вовке, намечая путь отступления между домами, куда твари протиснуться будет трудновато.
- Он нас не тронет, - спокойно ответил мой спутник.
- Откуда ты, блин, знаешь?! - конечно, не все твари здесь опасны, но этот здоровяк доверия уж точно не вызывал.
- Просто знаю.
Знает он! Зараза!
Но я шел за ним, не спуская взгляд с монстра, и готовился бежать при малейшей опасности. Если Вовка хочет откинуться, пусть делает это сам.
На периферии зрения опять что-то мелькнуло. Я повернул голову и увидел два ярко-желтых глаза, пялящихся на меня с крыши ближайшего дома. А вот это уже плохо! Горгулья! Чуть ли не самая опасная тварь в Городе! Еще и летает - хрен так просто спрячешься.
- Бежим!
Но Вовка меня не слушал. Слепо шел вперед.
- Они не тронут! - громко ответил он.
Не тронут! Как же! Горгулья - не тронет! Хватанет, утащит в небеса и будет очень долго поедать, поддерживая жизнь своей жертвы. Мертвая плоть ей не интересна.
Плевать на Вовку! Надо бежать. Я рванулся к ближайшему дому, но что-то остановило меня, будто прямо перед носом выросла невидимая стена. Чтоб тебя! Это кто делает?
- Ты мне нужен, - холодно сказал Вовка.
- Это ты? Ты не выпускаешь меня? - процедил я.
- Не я. Это место. Ты нужен ему.
- Черт его дери, да кто ты такой?!
Ходили байки о монстрюках, принявших облик людей и выбравшихся из Города, но я никогда в это не верил.
- Пока сам не знаю. Знаю только, что ты нужен.
Нужен? Для кого? Зачем?
Стало тяжело дышать, будто что-то сдавливало мою грудную клетку. Я изо всех сил вцепился в винтовку и направил её на Вовку.
- Кем бы ты ни был, отпусти меня! - мой голос звучал, будто из-под земли.
Вовка обернулся, словно по команде, а снег прекратил падать. Белые хлопья застыли в воздухе, точно кто-то нажал на кнопку и остановил весь мир. Даже Земля словно перестала вращаться. Меня передернуло. Мышцы сжались, стали твердыми, как камень, а винтовка захотела выпрыгнуть из рук.
Не поворачивая головы, я повел глазами в сторону и увидел множество монстров. Их были десятки, а может, и сотни. Они скалились из окон домов, восседали на крышах, смотрели из переулков, носились по воздуху. Большие, маленькие, похожие на людей, зверей, постройки, вообще ни на что не похожие… Столько тварей мне в жизни не приходилось видеть!
- Убьешь меня - не уйдешь отсюда живым, - спокойно, без нотки угрозы в голосе сказал Вовка, а затем развернулся и пошел дальше.
Что же ты такое? Что ты за тварь? И на какой черт я тебе понадобился?
Мои ноги засеменили вслед за ним, сердце затрепыхалось в бешенстве, глаза заметались по сторонам, рассматривая окружающих нас тварей. Висящие в воздухе снежинки отражали солнечный свет, заставляя жмуриться. Мои мысли куда-то бесследно исчезли, уступив место одной-единственной: "как выжить?"
Мы приближались к огромному, уходящему на километры в небо зданию. Даже верхушки не разглядеть. Эта громадина одним своим видом могла навести трепет, но я уже не боялся. Откуда-то - не представляю, откуда! - знал, что выживу.
Здание впереди выглядело необычно: полностью черное, без окон, без дверей - просто исполинская палица, тянущаяся вверх и уходящая в небеса. Вовка подошел к ней, секунду постоял и прошел сквозь черную поверхность, а по той поплыли волны, как от брошенного в воду камешка. Захотелось развернуться и бежать, куда глаза глядят, лишь бы подальше отсюда, но что-то будто шепнуло на ухо: "все будет хорошо".
Шепот проник в сознание, принес с собой небывалое спокойствие. Отстранил от всего: от Города, от страха, даже от самого себя. А потом что-то легонько подтолкнуло меня в спину. В глаза ударил яркий свет. На миг мое сознание будто покинуло телесную оболочку и понеслось куда-то по бесконечному туннелю, сотканному из света.
Стало холодно. Мороз проникал под кожу, делая её гусиной. Веки казались тяжелыми, будто к каждой подвесили по гире, но я смог их открыть.
Комната. Очень странная комната. Её круглые стены были покрыты постоянно двигающимися порами. Что бы это ни было, оно дышало. А еще смердело так, что меня выворачивало наизнанку. Посреди комнаты висела прозрачная сфера. Кроме неё здесь ничего не было.
Вовка стоял прямо передо мной и вглядывался в сферу, а потом потянулся к ней, и та засияла. Внутри появился высокий худой мужчина в сером комбинезоне. Чем-то неуловимым он напоминал Вовку.
- Здравствуй, Владимир, - сказал он, и от громкого голоса почти заложило уши. - Если ты здесь, значит, я мертв, а ты говоришь с моей виртуальной копией. И тебе придется продолжить мое дело.
- Дело? - Вовка будто пришел в себя и оглянулся по сторонам.
- Меня зовут Денис Колченко. И я твой - если мне не изменяет память - пра-пра-правнук. Если ты здесь, значит, ты услышал призыв маяка, транслировавшего сообщение в твою память.
- Вы... вы из будущего? - запинаясь, прошептал Вовка.
- Да. И если ты видишь это, то свою миссию я не исполнил, а наша машина потерпела крушение в твоем времени. Придется тебе мне помочь.
- В чем?
- Приблизительно через сотню лет после тебя на Землю напали инопланетяне, - ответила голограмма. - Они за день почти уничтожили все живое на поверхности планеты. На контакт не шли и никого не щадили. Остались лишь маленькие очаги сопротивления, которые выискивали и уничтожали инопланетные дроны. Я был ученым в одной из таких группировок. И вот однажды мы смогли сбить инопланетный корабль. Как оказалось, этот корабль мог путешествовать не только в пространстве, но и во времени. Мы смогли расшифровать язык пришельцев и поняли, почему они на нас напали. Как оказалось, они ощущают не одно временное измерение, как мы, а три. Для них, грубо говоря, существует не только длина минуты, а еще и высота, и ширина. Они могут свободно перемещаться во времени, как мы в пространстве. Люди, воспринимающие только одно измерение, для них - неуправляемый грузовик, который не сейчас, так позже во что-то врежется и наделает беды. Они решили предотвратить эту беду - уничтожить нас.
Вовка стоял с открытым ртом и слушал своего пра-пра-правнука, а мне казалось, что это сон, и я с минуты на минуту проснусь.
- Мы смогли разобраться в управлении кораблем пришельцев, решили вернуться в прошлое и подготовить Землю к вторжению, - продолжила голограмма. - Но мы - люди, мы не воспринимаем время, как чужие, а потому нам были нужны маяки для путешествия. В качестве них были выбраны предки пилота, то есть меня. Корабль должен был ловить сигналы сознаний, похожих на мое, и ориентироваться на них. Но ты, похоже, был в отключке. Твое сознание не работало. Корабль не смог сориентироваться и потерпел крушение. Наверняка наделал беды в твоем времени. Но ты можешь все исправить. Корабль запустил аварийный протокол, который в случае гибели пилота телепатически связывался с его предком в нужном времени и посылал ему сигналы. Это и привело тебя сюда.
- Как я могу помочь? - спросил Вовка. Похоже, он верил. Верил больше меня.
- Взять на себя управление кораблем, найти во времени нужных людей и привести их сюда. Чтобы те смогли объединиться с кораблем и совместно придумать, как уберечь человечество от вторжения. Здесь у них будет достаточно времени! Это необходимо! Необходимо придумать, как сделать так, чтобы человечество смогло путешествовать не только в пространстве, но и во времени! Все это место - биороботы, здешнее время, погода, условия, размеры, формы - все это будет подчиняться тебе.
- Схожее сознание? - удивился я и подошел ближе.
- Пока что вы этого не понимаете - вы еще не проникли в суть сознания, - но со временем поймете. У кровных родственников всегда схожи сознания. Гамма-признаки одни и те же. Именно на них основывается возможность управления городом. Мы пытались создать искусственные сознания для управления кораблем, но у нас не вышло. Рано или поздно они начинают сбоить, создают себе тела из вырабатываемой городом органики и превращаются в монстров. Очевидно, создание души - удел исключительно Бога.
Надо же, создавали искусственное сознание, но наплодили монстрюков!
Война с пришельцами в будущем, путешествия во времени, монстры с искусственными сознаниями - все это казалось мне сюжетом дешевого фантастического романа. Только не представляю, почему, но мне в это верилось. Может, потому что других теорий не было, и я был готов поверить во что угодно?
- Зачем нужен я? - спросил я. - Зачем он привел меня сюда?
- Извини, - голограмма повернулась ко мне. - Ты был выбран компьютером.
- Для чего?
- Кораблю для того, чтобы путешествовать, нужна инопланетная ДНК. Она, как будто сеть, объединяет корабль в единый организм. Без неё корабль ведет себя хаотично. Меняет размеры, перетасовывает секции, выхватывает из времени те или иные объекты. Во время крушения инопланетянин, ДНК которого мы использовали, погиб.
- Так при чем здесь я?!
- Мы предусмотрели такой вариант, - голограмма смотрела на меня почти с сожалением, - и отправили в прошлое информационный вирус, способствующий превращению человеческой ДНК в инопланетную. Компьютер проанализировал прошлое и выбрал несколько человек, которые могли бы стать его носителем. Ты оказался одним из них.
- То есть я...
Да нет, бред какой-то! Носитель инопланетного вируса! Мне все снится! Точно снится! Или до меня добрался один из тех монстрюков, которые во время поедания впрыскивают жертве галлюциноген, заставляющий видеть глюки.
- Твоя ДНК больше всех в твоем времени подходила для превращения в инопланетную. Извини, - холодно ответила голограмма. - Но ты должен попрощаться со всем человеческим в себе. Это на благо человечества.
А Вовка уже тянулся к сфере. То ли он ему верил, то ли оказался под внушением, черт его знает.
- Нет! - я бросился вперед, собираясь ему помешать. Но он успел раньше.
Сфера засветилась, голограмма исчезла, а бездыханное тело моего спутника плюхнулось на пол. И тут же я услышал его голос и повернулся. Он был там, внутри сферы, стоял и смотрел с высоты на меня и на свой труп у меня на руках.
- Протокол альфа-три-гамма-дельта-ноябрь, - произнес он.
Что-то невидимое схватило меня за руки, за ноги и подняло в воздух.
Боже!
Они хотят превратить меня в чертова инопланетянина! Нет, это не правда! Не может этого быть! Меня глючит!
Я пытался освободиться, извивался, как мог, но это не помогало. Тело обратилось камнем. Зубы во рту заскрипели, а потом до меня дошло, что никаких зубов у меня больше нет, как и рта. Мне не страшно. Эта эмоция мне неизвестна. Вместо неё - тысячи других, непонятных и чужих.
В голове роились мысли - странные и невероятные.
Солнце! Овальное солнце, потому что во времени его деформирует искусственная черная дыра в корабле! А кристаллы, которые мы собирали - отходы её жизнедеятельности. Откуда мне все это известно?
Мое тело менялось, растягивалось, сплющивалось. Превращалось во что-то никогда и никем невиданное.
Есть ли у меня еще голова? Руки? Ноги? Не знаю. Зато есть время. Время - не линия, а куб, сфера, весь мир. Я мог измерить толщину, длину и высоту секунды. Мог творить с материей то, что даже представить сложно. Только мне не давали. Чьи-то чужие мысли роились в моей голове. Ненавистные мне мысли. Человеческие. Мысли жалкого существа, которое непонятно зачем борется за свою жизнь, даже не осознавая её смысла; которое несется по заданной траектории, угрожая всему живому во вселенной.
Мысли низшего существа направляли меня, заставляли делать то, что нужно ему. Мои враги пленили мое сознание, заставили служить себе. Мы стояли лицом к лицу с моим врагом - человеком Вовкой, и я был его пленником.
Но ничего. Они ничего не добьются! Это лишь жалкие потуги! Вскоре им в любом случае придет конец!