Он жил на десятом этаже, девятиэтажного дома. Внезапно просыпаясь ночью, выходя покурить, Вася любовался вымирающим мегаполисом 2095 года, покрытого виртуальным эгоизмом. Служащие всех мастей стремились домой, погрузить лицо в «глаза» и нырнув в несуществующие миры, стоя в скафандре, обнять жену в беличьей шубе. Вдыхая сигаретный дым, он прятался от вездесущих квадракоптеров и любителей полетать на собственных енхилдах – индивидуальных средствах передвижения с кабиной посередине поднимаемые бесшумными винтами.
Безразличие съело город. Внизу летела, оранжевая карета скорой помощи, незнакомые друг другу санитары, пытались спасти жизнь незнакомца. Курить стало стыдно, да и зачем, когда всё есть в мирах. Стыд быть застуканным с сигаретой и увольнение с хорошей работы, чтобы как раньше иметь свои глаза в достойном жилье выгнали его на крышу. Крыша, Василием, всегда поддерживалась в порядке, чистая от мусора, бросаемого с верхних этажей или из пролетающих енхилдов. Словно брошенный пёс, мечущийся по вокзалу в поисках предавшего хозяина, Вася искал хоть какое-то общение в безразличном городе. Засыпая под светом светодиодной рекламы, пептидных препаратов, обещавших силу, скорость, и радость жизни, он представлял, любую, даже самую ужасную сцену встречи с человеком.
Делая очередную затяжку, Вася провожал взглядом скорую, щелчок пальцев отправил окурок вниз за карниз, на котором стоял рулон туалетной бумаги. Резко спрыгнув к нарушительнице, Вася со всей силой, которую только смогла развить злоба к нарушению его эго, пнул рулон вниз на чью-то голову.
На следующий день погружённый в свои мысли об одиночестве, которые подобно термиту выедают душу, оставляя крохотные не замеченные полчищами островки дерева, Вася, разжигал беседу со своим разумом, который порой намекал на тщетность такого поведения. Бесполезно, каждая новая затяжка отправляла героя в психологический сёрфинг по волнам самоедства. Как и вчера Вася смотрел на город, спешащий укрыться друг от друга в мирах, чтобы снова встретиться с коллегами и соседями, общение, а тем более прикосновения, стало чем-то опасно-заразным, но в мирах можно было всё и многое всё было вне закона. Повторив вчерашний бросок сигареты, Вася, немного наклонился над толпой, на пути целеустремлённого взгляда, удобно, на карнизе, располагался рулон, который вчера летел на головы.
Вася вспомнил как до краха, работал психотерапевтом-наркологом, как находил слова успокоения жёнам, которым изменяют мужья и детям которых избивал отец садист, как спасал алкоголика, от которого ушли все от суицида, но погружение в виртуальную реальность уничтожили, недуги подобные курению или употреблению алкоголя, насилие ушло в иные миры, а изменять можно было и в мирах. В хрустальном мире, курение стало восприниматься как что-то ужасное, словно человек занимается онанизмом прилюдно. Псевдоздоровый образ жизни, отправил тысячи врачей в утиль.
Стоя на карнизе, Вася немного подумал и закурил вторую сигарету, держа рулон в руке, он прицелился в идущего домой человека, оценив силу ветра и свою меткость, бросил в него. Обойдя перед сном на всякий случай убежище, Вася проверил все ли входы на крышу заперты им снаружи, а также нет ли других способов к нему забраться. С грохотом свалившийся на матрас Вася, бывший нарколог ещё долго не мог уснуть, вспоминая все входы в его убежище.
На третий день после внезапной находки, Вася матерясь, на невидимого оппонента снова слезал на карниз. Собрав совещание из тех кому можно доверять, себя, диплома о высшем медицинском образовании и пачки сигарет, Василий решил устроить засаду и поймать наглеца, посмевшего пробраться в его бунгало и прилегающую к нему территорию. Консилиум продолжался недолго, минут пятнадцать, всё это время расхаживая перед подчинёнными Вася, нещадно курил и ругался вслух в итоге решено – засада!
Четвёртый день Вася просидел в засаде около десяти часов. Откосив от военной обязанности, Вася не стал хорошим снайпером, превратившись от неподвижного лежания в овощ, через который пропускали ток, наш главнокомандующий попытался перевернуться. Не помогло. С трудом поднявшись на корочки, Вася пополз в сторону палатки, выпить обезболивающего. Боль, не проходила ещё минут пятнадцать, когда разминка и прогулка по крыше хоть как-то подавили эффект ёжиков в ногах, Вася закурил. Выпустив из лёгких серый дым, из пальцев Вася выпустил и сигарету, которая упала на карниз, где опять стоял рулон туалетной бумаги.
Несмотря на врождённую робость, Вася каким-то чудом работал наркологом и умел себя преодолевать. Решив просто не сдаваться и собрав второй консилиум, на котором также присутствовал талон сортировщика мусора второго разряда и разрешение на работу, на мусорной станции, членами выступили старые знакомые диплом, пачка сигарет и Вася. Вася, чувствуя себя, генералом приказал штабу переместить ставку командования для удобства превратив её в пункт наблюдения за внешним врагом.
Под утро пятого дня, не спавший всю ночь, да и предыдущие ночи тоже Вася уловил шуршание, где-то позади него. Сладкий миг расплаты был близок, как никогда, тело сжалось как кислород в баллоне готовое разорвать всё на своём пути и бить, бить, бить, того, который вероломно проник на суверенную территорию. Словно грациозная улитка, держа в зубах лом, Вася полз к месту где кто-то копошился. Выпрыгнув из-за укрытия, наш джедай, набросился на испуганную коробку из-под завтрака, которую, ленивый житель города, выкинул в окно.
Шёл шестой день, как Вася пропускал работу. Сходив на свалку, Вася похожий на партизана из пятого отряда, нёс какую-то пургу про здоровье. Физически Вася был здоров и крепок. Дима начальник свалки, взглянув в безумные, глаза на отощавшем лице, покрытым щетиной решил, что с человеком всё же что-то не то… По пути домой, если палатку на крыше можно назвать домом Вася зашёл в аптеку и набрал всевозможных пептидов, отвечающих за снятие усталости. Денег у Васи было немного и хватило на препараты, получаемые из крови кур, бравшуюся перед убийством.
Зайдя домой, Вася прямо в обуви прошёл к карнизу, где его дожидался оставленный кем-то, словно издёвкой рулон, который разумеется, тут же был послан догнать предшественников и рассказать новые анекдоты, но рулон молчаливым мусором просто упал на асфальт. Распределив препараты на несколько дней вперёд, Василий приступил к планированию засады. Третий съезд партии Василия, принёс плоды, был выбран пункт откуда можно наблюдать в комфорте и с возможностью менять позу. Перенеся палатку, скрыв её от посторонних глаз, Вася - боевым носорогом обошёл владения, с большим чем обычно усердием проверив замки и засовы. Замки висели, засовы были засунуты ситуация внушала оптимизм, в приподнятом настроении Вася, закурил, как обычно, страдая от тоски и одиночества, добавляя капли жалости к себе и ненависть к государству.
Седьмой день засады…Два раза Василий не выдерживал нагрузок и просто засыпал. Один раз, во время патрулирования, он наткнулся на чью-то тень, которая быстро ретировалось как будто никого и не было. Утром Вася почти поймал нарушителя спокойствия, но снова в последний момент бастард ускользнул от расправы, хотя Вася и успел кинуть в него лом судя по звуку кусок арматуры просто пролетел сквозь него.
Следующие семь дней Вася прятался, выпрыгивал, перепроверял и пил стимуляторы. Старания привели к куче штрафов с работы, а начальник, вообще, задумался об увольнении человека с лицом как у психопата. Череда погонь, расплывчатых людских силуэтов, оставили Васю без сил. Стоя на своём любимом месте он молча вдыхал едкий дым, предварительно скинув ненавистный рулон, опять кому-то на голову. Затяжка, должна быть последней и бычок, отправленный щелчком пальцев, полетел за рулоном. Дым ещё не рассеялся, а окурок кружил возле чьего-то окна, когда вдруг перехватило дыхание. Выжженный организм держал кто-то невидимый, словно подталкиваемый кем-то Вася упирался, но ноги скользили по скользкой крыше.
Внизу жизнь плыла привычным чередом, незамечающие друг друга люди скользили по мостовой, когда на голову Антона Денисовича, сортировщика отходов 1 разряда упал мягкий твёрдый предмет, отправив как после соковыжималки, обессиленное постоянными нагрузками тело. Эгоистичный город призвал зевак, посмотреть на необычное действие. Не зная, что делать, горожане думали о прикольной истории, которую расскажут друзьям из миров. Внезапно в толпе раздался крик:
- Смотрите! – человек указывал на крышу, где Василий с диким кривлянием в одиночестве выплясывал на крыше. Толпа с интересом наблюдала за происходящим, через мгновение с ужасом выдохнув и оставив Антона в одиночестве, перенесла интерес на то что когда-то было Василием Ивановичем, борца с одиночеством и рулоном…
