Он смотрел на дверь с надеждой и с ужасом одновременно. С надеждой, потому что там, за дверью, его ждала свобода. А с ужасом, потому что до неё ещё нужно дойти. Нет, не дойти, а прорваться, выбраться из этого кошмара, из этого лабиринта полного разноцветных монстров и непонятных машин. По ту сторону двери они тоже были, но не в таком количестве, как здесь. И там была защита, там были его хранители, но до них его ждало целое полчище чудищ и препятствий, ловушек и обманок…
Первые шаги дались легко, но вот под ногой что-то грозно хрустнуло, завертелось и зажужжало. Он отшатнулся, снова неосторожное движение и нога прочно застряла в петле. Было обидно, что он попался в первую же ловушку. Он знал, что самое опасное – это кругляши и колёсники, они каждый раз специально незаметно подкрадывались и бросались под ноги, стараясь больно опрокинуть его на пол. Но вот такого от скакалки он просто не ожидал. Всегда мирная и тихая, сегодня неожиданно она превратилась в опасную ловушку для ноги.
Ничего, теперь он будет умнее, теперь он знает, что и в тихом омуте черти водятся. Сжав зубы, Даня решил в дальнейшем более внимательно осматривать место, куда намеревался ставить ногу.
Очередной кусок пути нужно преодолевать на полусогнутых. Это он знал наверняка, так как уже имел опыт неосторожного продвижения под полкой. Одно неловкое движение и стая хищников спикирует прямо на голову, сбивая с ног, щекоча за шиворотом и укоризненно заглядывая ему в лицо своими стеклянными безжизненными глазами. Вот и сейчас он видел, как сверху опасно свешивался длинный мохнатый хвост голубого монстра. Даня, вжимаясь в стенку, осторожно просочился мимо болтающегося хвоста, не задев его.
– Уф, – выдохнул он, но это был ещё не конец испытаний.
Чуть правее, из-за угла коробки угрожающе покачивал ковшом ядовито-зелёный экскаватор. «Главное не смотреть на него, только не смотреть и тогда он меня не заметит», – как заклинание твердил себе под нос Даня и, смело, продвинулся ещё на пару шагов в сторону двери.
Прямо по курсу громоздилось новое препятствие. Каждый день он старательно разрушал его, но каждое утро оно снова стояло на том же самом месте, как заколдованное. Даня знал несколько способов борьбы с огромной башней, но этот был наиболее эффективным. Прищурив глаз, он прицелился, приподнял ногу и со всего маху ударил ей в основание жуткой постройки. Разноцветные кубики разлетелись во все стороны, задевая и Даню и, окружавших его, чудовищ.
Вот теперь половина пути пройдена, и он мог немного перевести дух и осмотреться: впереди его ждал бешеный поезд, а за ним притаился железный человек в ярком колпаке. Из предыдущего опыта Даня знал, что перескочить рельсы не составит большого труда, а вот не задеть человека – очень сложно. Каждый раз, когда он слишком близко подходил к врагу или задевал его, тот начинал горланить страшным механическим голосом непонятные слова, пугая Даню до полусмерти. «Ничего, прорвусь, – успокаивал он сам себя. – Надо перепрыгивать железную дорогу ближе к шкафу и сразу нырять под стол, а там уже рукой подать до двери». План был хорош, осталось только его воплотить.
Даня глубоко вздохнул, краем глаза присматривая за притихшим, но злорадно улыбающимся, паровозом, оттолкнулся и прыгнул. Получилось чуть сильней, чем он хотел. Даня замахал руками, но всё равно не удержался и упал на пол, при этом нечаянно задевая ногой механического человека. Тот радостно взвыл, словно всё это время только и ждал команды. От раздавшихся звуков Данькино сердце спряталось в пятке, а руки и ноги, по-собачьи, сами собой понесли его под спасительный стол. Мальчик вжался в самый угол, стараясь привести дыхание в нужный ритм и выгнать, наконец-то, сердце из левой пятки на своё место.
Пока человек в колпаке заканчивал своё адское пение, Даня уже планировал последний рывок к свободе. Вот она – дверь, осталось всего ничего: пара шагов, потом встать на цыпочки и потянуть ручку. Но сегодня всё шло не так. Вырвавшийся из-под детской кровати тигр, лежал на пути и хищно топорщил страшные усы. Его жёлтые пустые глаза буравили мальчика насквозь, заставляя мурашки бегать по спине.
Дане ничего не оставалось, как прибегнуть к крайней мере: закрыть глаза и стать невидимкой. На ощупь, перебравшись через разлёгшегося монстра, он подошёл к двери и потянул за ручку. «Свобода», – облегчённо вздохнул мальчик.
– С днём рожденья, сынок! – услышал он папин голос и с радостью открыл глаза.
Оглушительная автоматная очередь разнеслась по комнате. Даня поднял голову и в ужасе стал опускаться на пол: над ним, устрашающе вращая лопастями, мигая кровавыми огнями и постреливая во все стороны, кружил вертолёт. Его хищная размалёванная морда усмехалась ему, празднуя свою победу.
– Тебе нравится? – папины глаза сияли от восторга, а руки умело руководили полётом. – Смотри, как он умеет… а ещё вот так… и теперь вниз…
Вертолёт уже хохотал в полный голос, кружа над Данькиной головой. Ему на подмогу, от куда-то из коридора, утробно урча, выруливал неказистый черный джип. Его глаза горели безумный огнём, а выхлопная труба попыхивала едким дымом. Мальчик прижался к стене, но четырёхколёсный монстр уже нацелился ему в ногу и мчал к своей цели.
– С днём рожденья, племяш!
В дверях стоял дядя Валера с пультом в руках и довольно улыбался. Даня снова закрыл глаза, становясь невидимым. Сегодня самый страшный день в году – сегодня новые монстры поселятся в его комнате, а это значит, что завтра будет нелегкое утро, и добраться до двери без потерь не удастся.